Tipiṭaka Translation

Namo tassa bhagavato arahato sammāsambuddhassa

Поклонение Ему, Благословенному, Достойному, Совершенносамопросветлённому

Saṃyuttanikāyo

Самьютта-никая

Khandhavaggo

Кхандха-вагга

1. Khandhasaṃyuttaṃ

1. Кхандха-самьютта

1. Nakulapituvaggo

1. Накулапиту-вагга

1. Nakulapitusuttaṃ

1. Накулапиту-сутта

1. Evaṃ [Pg.1] me sutaṃ – ekaṃ samayaṃ bhagavā bhaggesu viharati susumāragire bhesakaḷāvane migadāye. Atha kho nakulapitā gahapati yena bhagavā tenupasaṅkami; upasaṅkamitvā bhagavantaṃ abhivādetvā ekamantaṃ nisīdi. Ekamantaṃ nisinno kho nakulapitā gahapati bhagavantaṃ etadavoca –

1. Так я слышал. Однажды Благословенный пребывал в стране Бхаггов, в Сусумарагире, в роще Бхесакала, в Оленьем парке. Тогда домохозяин Накулапита подошёл к Благословенному, почтительно поклонился Ему и сел с одной стороны. Сидя с одной стороны, домохозяин Накулапита обратился к Благословенному с такими словами:

‘‘Ahamasmi, bhante, jiṇṇo vuḍḍho mahallako addhagato vayoanuppatto āturakāyo abhikkhaṇātaṅko. Aniccadassāvī kho panāhaṃ, bhante, bhagavato manobhāvanīyānañca bhikkhūnaṃ. Ovadatu maṃ, bhante, bhagavā; anusāsatu maṃ, bhante, bhagavā; yaṃ mamassa dīgharattaṃ hitāya sukhāyā’’ti.

«Учитель, я стар, дряхл, обременён годами, прошёл жизненный путь, достиг преклонного возраста; моё тело немощно, я постоянно болею. К тому же, Учитель, мне редко удаётся видеть Благословенного и бхиккху, достойных уважения. Пусть Благословенный наставит меня, Учитель, пусть Благословенный поучит меня, дабы это послужило моему благу и счастью на долгое время».

‘‘Evametaṃ, gahapati, evametaṃ, gahapati! Āturo hāyaṃ, gahapati, kāyo aṇḍabhūto pariyonaddho. Yo hi, gahapati, imaṃ kāyaṃ pariharanto muhuttampi ārogyaṃ paṭijāneyya, kimaññatra bālyā? Tasmātiha te, [Pg.2] gahapati, evaṃ sikkhitabbaṃ – ‘āturakāyassa me sato cittaṃ anāturaṃ bhavissatī’ti. Evañhi te, gahapati, sikkhitabba’’nti.

«Так оно и есть, домохозяин, так оно и есть! Ведь это тело, домохозяин, немощно, хрупко, словно яйцо, обтянуто лишь тонкой кожей. Если кто-либо, влача это тело, заявил бы, что он здоров хотя бы на мгновение, что это было бы, как не глупость? Поэтому, домохозяин, тебе следует так тренировать себя: „Пусть моё тело немощно, но мой ум будет здоровым“. Вот так, домохозяин, тебе следует тренировать себя».

Atha kho nakulapitā gahapati bhagavato bhāsitaṃ abhinanditvā anumoditvā uṭṭhāyāsanā bhagavantaṃ abhivādetvā padakkhiṇaṃ katvā yenāyasmā sāriputto tenupasaṅkami; upasaṅkamitvā āyasmantaṃ sāriputtaṃ abhivādetvā ekamantaṃ nisīdi. Ekamantaṃ nisinnaṃ kho nakulapitaraṃ gahapatiṃ āyasmā sāriputto etadavoca – ‘‘vippasannāni kho te, gahapati, indriyāni; parisuddho mukhavaṇṇo pariyodāto. Alattha no ajja bhagavato sammukhā dhammiṃ kathaṃ savanāyā’’ti?

Тогда домохозяин Накулапита, восхитившись и порадовавшись словам Благословенного, поднялся со своего места, почтительно поклонился Благословенному и, обойдя Его справа, направился к почтенному Сарипутте. Подойдя к почтенному Сарипутте, он почтительно поклонился ему и сел с одной стороны. Почтенный Сарипутта обратился к сидящему с одной стороны домохозяину Накулапите с такими словами: «Домохозяин, твои органы чувств умиротворены, цвет твоего лица чист и светел. Не довелось ли тебе сегодня услышать поучение Дхаммы из уст самого Благословенного?»

‘‘Kathañhi no siyā, bhante! Idānāhaṃ, bhante, bhagavatā dhammiyā kathāya amatena abhisitto’’ti. ‘‘Yathā kathaṃ pana tvaṃ, gahapati, bhagavatā dhammiyā kathāya amatena abhisitto’’ti? ‘‘Idhāhaṃ, bhante, yena bhagavā tenupasaṅkamiṃ; upasaṅkamitvā bhagavantaṃ abhivādetvā ekamantaṃ nisīdiṃ. Ekamantaṃ nisinno khvāhaṃ, bhante, bhagavantaṃ etadavocaṃ – ‘ahamasmi, bhante, jiṇṇo vuḍḍho mahallako addhagato vayoanuppatto āturakāyo abhikkhaṇātaṅko. Aniccadassāvī kho panāhaṃ, bhante, bhagavato manobhāvanīyānañca bhikkhūnaṃ. Ovadatu maṃ, bhante, bhagavā; anusāsatu maṃ, bhante, bhagavā; yaṃ mamassa dīgharattaṃ hitāya sukhāyā’’’ti.

«Как же иначе, почтенный! Только что, почтенный, Благословенный окропил меня нектаром беседы о Дхамме». — «Каким же образом, домохозяин, Благословенный окропил тебя нектаром беседы о Дхамме?» — «Здесь, почтенный, я подошёл к Благословенному, почтительно поклонился Ему и сел с одной стороны. Сидя с одной стороны, я обратился к Благословенному с такими словами: „Учитель, я стар, дряхл, обременён годами, прошёл жизненный путь, достиг преклонного возраста; моё тело немощно, я постоянно болею. К тому же, Учитель, мне редко удаётся видеть Благословенного и бхиккху, достойных уважения. Пусть Благословенный наставит меня, Учитель, пусть Благословенный поучит меня, дабы это послужило моему благу и счастью на долгое время“».

‘‘Evaṃ vutte, maṃ, bhante, bhagavā etadavoca – ‘evametaṃ, gahapati, evametaṃ, gahapati! Āturo hāyaṃ, gahapati, kāyo aṇḍabhūto pariyonaddho. Yo hi, gahapati, imaṃ kāyaṃ pariharanto muhuttampi ārogyaṃ paṭijāneyya, kimaññatra bālyā? Tasmātiha te gahapati, evaṃ sikkhitabbaṃ – āturakāyassa me sato cittaṃ anāturaṃ bhavissatīti. Evañhi te, gahapati, sikkhitabba’nti. Evaṃ khvāhaṃ, bhante, bhagavatā dhammiyā kathāya amatena abhisitto’’ti.

«Когда я так сказал, Учитель, Благословенный ответил мне: „Так оно и есть, домохозяин, так оно и есть! Ведь это тело, домохозяин, немощно, хрупко, словно яйцо, обтянуто лишь тонкой кожей. Если кто-либо, влача это тело, заявил бы, что он здоров хотя бы на мгновение, что это было бы, как не глупость? Поэтому, домохозяин, тебе следует так тренировать себя: „Пусть моё тело немощно, но мой ум будет здоровым“. Вот так, домохозяин, тебе следует тренировать себя“. Вот так, почтенный, Благословенный окропил меня нектаром беседы о Дхамме».

‘‘Na hi pana taṃ, gahapati, paṭibhāsi bhagavantaṃ uttariṃ paṭipucchituṃ – ‘kittāvatā nu kho, bhante, āturakāyo ceva hoti āturacitto ca, kittāvatā ca pana āturakāyo hi kho hoti no ca āturacitto’’’ti[Pg.3]? ‘‘Dūratopi kho mayaṃ, bhante, āgaccheyyāma āyasmato sāriputtassa santike etassa bhāsitassa atthamaññātuṃ. Sādhu vatāyasmantaṃyeva sāriputtaṃ paṭibhātu etassa bhāsitassa attho’’ti.

«Но неужели тебе не пришло в голову, домохозяин, спросить Благословенного далее: „В какой мере, Учитель, человек болен и телом, и умом, и в какой мере он болен телом, но не болен умом?“» — «Мы пришли бы и издалека, почтенный, к почтенному Сарипутте, чтобы узнать значение этих слов. Было бы очень хорошо, если бы почтенный Сарипутта сам разъяснил значение этого высказывания».

‘‘Tena hi, gahapati, suṇāhi, sādhukaṃ manasi karohi; bhāsissāmī’’ti. ‘‘Evaṃ, bhante’’ti kho nakulapitā gahapati āyasmato sāriputtassa paccassosi. Āyasmā sāriputto etadavoca –

«В таком случае, домохозяин, слушай и внимай хорошенько, я буду говорить». — «Да, почтенный», — ответил домохозяин Накулапита почтенному Сарипутте. Почтенный Сарипутта сказал следующее:

‘‘Kathañca, gahapati, āturakāyo ceva hoti, āturacitto ca? Idha, gahapati, assutavā puthujjano ariyānaṃ adassāvī ariyadhammassa akovido ariyadhamme avinīto sappurisānaṃ adassāvī sappurisadhammassa akovido sappurisadhamme avinīto rūpaṃ attato samanupassati, rūpavantaṃ vā attānaṃ; attani vā rūpaṃ, rūpasmiṃ vā attānaṃ. ‘Ahaṃ rūpaṃ, mama rūpa’nti pariyuṭṭhaṭṭhāyī hoti. Tassa ‘ahaṃ rūpaṃ, mama rūpa’nti pariyuṭṭhaṭṭhāyino taṃ rūpaṃ vipariṇamati aññathā hoti. Tassa rūpavipariṇāmaññathābhāvā uppajjanti sokaparidevadukkhadomanassupāyāsā.

«И как, домохозяин, человек болен и телом, и умом? Здесь, домохозяин, необученный обыватель, который не видит благородных, несведущ в их Дхамме и не обучен ей, который не видит истинных людей, несведущ в их Дхамме и не обучен ей, рассматривает телесную форму как себя, или себя как обладающего формой, или форму как содержащуюся в себе, или себя как содержащегося в форме. Он живёт, одержимый мыслями: „Я есть форма, форма — моя“. Поскольку он живёт, одержимый этими мыслями, эта его форма изменяется и становится иной. С изменением и увяданием формы в нём возникают скорбь, стенания, боль, печаль и отчаяние.

‘‘Vedanaṃ attato samanupassati, vedanāvantaṃ vā attānaṃ; attani vā vedanaṃ, vedanāya vā attānaṃ. ‘Ahaṃ vedanā, mama vedanā’ti pariyuṭṭhaṭṭhāyī hoti. Tassa ‘ahaṃ vedanā, mama vedanā’ti pariyuṭṭhaṭṭhāyino, sā vedanā vipariṇamati aññathā hoti. Tassa vedanāvipariṇāmaññathābhāvā uppajjanti sokaparidevadukkhadomanassupāyāsā.

«Он рассматривает чувство как себя, или себя как обладающего чувством, или чувство как содержащееся в себе, или себя как содержащегося в чувстве. Он живёт, одержимый мыслями: „Я есть чувство, чувство — моё“. Поскольку он живёт, одержимый этими мыслями, это его чувство изменяется и становится иным. С изменением и увяданием чувства в нём возникают скорбь, стенания, боль, печаль и отчаяние.

‘‘Saññaṃ attato samanupassati, saññāvantaṃ vā attānaṃ; attani vā saññaṃ, saññāya vā attānaṃ. ‘Ahaṃ saññā, mama saññā’ti pariyuṭṭhaṭṭhāyī hoti. Tassa ‘ahaṃ saññā, mama saññā’ti pariyuṭṭhaṭṭhāyino, sā saññā vipariṇamati aññathā hoti. Tassa saññāvipariṇāmaññathābhāvā uppajjanti sokaparidevadukkhadomanassupāyāsā.

«Он рассматривает восприятие как себя, или себя как обладающего восприятием, или восприятие как содержащееся в себе, или себя как содержащегося в восприятии. Он живёт, одержимый мыслями: „Я есть восприятие, восприятие — моё“. Поскольку он живёт, одержимый этими мыслями, это его восприятие изменяется и становится иным. С изменением и увяданием восприятия в нём возникают скорбь, стенания, боль, печаль и отчаяние.

‘‘Saṅkhāre attato samanupassati, saṅkhāravantaṃ vā attānaṃ; attani vā saṅkhāre, saṅkhāresu vā attānaṃ. ‘Ahaṃ saṅkhārā, mama saṅkhārā’ti pariyuṭṭhaṭṭhāyī hoti. Tassa ‘ahaṃ saṅkhārā, mama saṅkhārā’ti pariyuṭṭhaṭṭhāyino, te saṅkhārā vipariṇamanti aññathā honti. Tassa saṅkhāravipariṇāmaññathābhāvā uppajjanti sokaparidevadukkhadomanassupāyāsā.

«Он рассматривает волевые формирователи как себя, или себя как обладающего волевыми формирователями, или волевые формирователи как содержащиеся в себе, или себя как содержащегося в волевых формирователях. Он живёт, одержимый мыслями: „Я есть волевые формирователи, волевые формирователи — мои“. Поскольку он живёт, одержимый этими мыслями, эти его волевые формирователи изменяются и становятся иными. С изменением и увяданием волевых формирователей в нём возникают скорбь, стенания, боль, печаль и отчаяние.

‘‘Viññāṇaṃ [Pg.4] attato samanupassati, viññāṇavantaṃ vā attānaṃ; attani vā viññāṇaṃ, viññāṇasmiṃ vā attānaṃ. ‘Ahaṃ viññāṇaṃ, mama viññāṇa’nti pariyuṭṭhaṭṭhāyī hoti. Tassa ‘ahaṃ viññāṇaṃ, mama viññāṇa’nti pariyuṭṭhaṭṭhāyino, taṃ viññāṇaṃ vipariṇamati aññathā hoti. Tassa viññāṇavipariṇāmaññathābhāvā uppajjanti sokaparidevadukkhadomanassupāyāsā. Evaṃ kho, gahapati, āturakāyo ceva hoti āturacitto ca.

«Он рассматривает сознание как себя, или себя как обладающего сознанием, или сознание как содержащееся в себе, или себя как содержащегося в сознании. Он живёт, одержимый мыслями: „Я есть сознание, сознание — моё“. Поскольку он живёт, одержимый этими мыслями, это его сознание изменяется и становится иным. С изменением и увяданием сознания в нём возникают скорбь, стенания, боль, печаль и отчаяние. Вот так, домохозяин, человек болен и телом, и умом.

‘‘Kathañca, gahapati, āturakāyo hi kho hoti no ca āturacitto? Idha, gahapati, sutavā ariyasāvako ariyānaṃ dassāvī ariyadhammassa kovido ariyadhamme suvinīto sappurisānaṃ dassāvī sappurisadhammassa kovido sappurisadhamme suvinīto na rūpaṃ attato samanupassati, na rūpavantaṃ vā attānaṃ; na attani vā rūpaṃ, na rūpasmiṃ vā attānaṃ. ‘Ahaṃ rūpaṃ, mama rūpa’nti na pariyuṭṭhaṭṭhāyī hoti. Tassa ‘ahaṃ rūpaṃ, mama rūpa’nti apariyuṭṭhaṭṭhāyino, taṃ rūpaṃ vipariṇamati aññathā hoti. Tassa rūpavipariṇāmaññathābhāvā nuppajjanti sokaparidevadukkhadomanassupāyāsā.

«И как, домохозяин, человек болен телом, но не болен умом? Здесь, домохозяин, обученный благородный ученик, который видит благородных, сведущ в их Дхамме и обучен ей, который видит истинных людей, сведущ в их Дхамме и обучен ей, не рассматривает телесную форму как себя, или себя как обладающего формой, или форму как содержащуюся в себе, или себя как содержащегося в форме. Он не живёт, одержимый мыслями: „Я есть форма, форма — моя“. Поскольку он не живёт, одержимый этими мыслями, эта его форма изменяется и становится иной. С изменением и увяданием формы в нём не возникают скорбь, стенания, боль, печаль и отчаяние.

‘‘Na vedanaṃ attato samanupassati, na vedanāvantaṃ vā attānaṃ; na attani vā vedanaṃ, na vedanāya vā attānaṃ. ‘Ahaṃ vedanā, mama vedanā’ti na pariyuṭṭhaṭṭhāyī hoti. Tassa ‘ahaṃ vedanā, mama vedanā’ti apariyuṭṭhaṭṭhāyino, sā vedanā vipariṇamati aññathā hoti. Tassa vedanāvipariṇāmaññathābhāvā nuppajjanti sokaparidevadukkhadomanassupāyāsā.

«Он не рассматривает чувство как себя, или себя как обладающего чувством, или чувство как содержащееся в себе, или себя как содержащегося в чувстве. Он не живёт, одержимый мыслями: „Я есть чувство, чувство — моё“. Поскольку он не живёт, одержимый этими мыслями, это его чувство изменяется и становится иным. С изменением и увяданием чувства в нём не возникают скорбь, стенания, боль, печаль и отчаяние.

‘‘Na saññaṃ attato samanupassati, na saññāvantaṃ vā attānaṃ; na attani vā saññaṃ, na saññāya vā attānaṃ. ‘Ahaṃ saññā, mama saññā’ti na pariyuṭṭhaṭṭhāyī hoti. Tassa ‘ahaṃ saññā, mama saññā’ti apariyuṭṭhaṭṭhāyino, sā saññā vipariṇamati aññathā hoti. Tassa saññāvipariṇāmaññathābhāvā nuppajjanti sokaparidevadukkhadomanassupāyāsā.

«Он не рассматривает восприятие как себя, или себя как обладающего восприятием, или восприятие как содержащееся в себе, или себя как содержащегося в восприятии. Он не живёт, одержимый мыслями: „Я есть восприятие, восприятие — моё“. Поскольку он не живёт, одержимый этими мыслями, это его восприятие изменяется и становится иным. С изменением и увяданием восприятия в нём не возникают скорбь, стенания, боль, печаль и отчаяние.

``Na saṅkhāre attato samanupassati, na saṅkhāravantaṃ vā attānaṃ; na attani vā saṅkhāre, na saṅkhāresu vā attānaṃ. ‘Ahaṃ saṅkhārā, mama saṅkhārā’ti na pariyuṭṭhaṭṭhāyī hoti. Tassa ‘ahaṃ saṅkhārā, mama saṅkhārā’ti apariyuṭṭhaṭṭhāyino, te saṅkhārā vipariṇamanti aññathā honti. Tassa saṅkhāravipariṇāmaññathābhāvā nuppajjanti sokaparidevadukkhadomanassupāyāsā.

`` «Он не рассматривает волевые формирователи как себя, или себя как обладающего волевыми формирователями, или волевые формирователи как содержащиеся в себе, или себя как содержащегося в волевых формирователях. Он не живёт, одержимый мыслями: „Я есть волевые формирователи, волевые формирователи — мои“. Поскольку он не живёт, одержимый этими мыслями, эти его волевые формирователи изменяются и становятся иными. С изменением и увяданием волевых формирователей в нём не возникают скорбь, стенания, боль, печаль и отчаяние.

‘‘Na [Pg.5] viññāṇaṃ attato samanupassati, na viññāṇavantaṃ vā attānaṃ; na attani vā viññāṇaṃ, na viññāṇasmiṃ vā attānaṃ. ‘Ahaṃ viññāṇaṃ, mama viññāṇa’nti na pariyuṭṭhaṭṭhāyī hoti. Tassa ‘ahaṃ viññāṇaṃ, mama viññāṇa’nti apariyuṭṭhaṭṭhāyino, taṃ viññāṇaṃ vipariṇamati aññathā hoti. Tassa viññāṇavipariṇāmaññathābhāvā nuppajjanti sokaparidevadukkhadomanassupāyāsā. Evaṃ kho, gahapati, āturakāyo hoti no ca āturacitto’’ti.

«Он не рассматривает сознание как себя, или себя как обладающего сознанием, или сознание как содержащееся в себе, или себя как содержащегося в сознании. Он не живёт, одержимый мыслями: „Я есть сознание, сознание — моё“. Поскольку он не живёт, одержимый этими мыслями, это его сознание изменяется и становится иным. С изменением и увяданием сознания в нём не возникают скорбь, стенания, боль, печаль и отчаяние. Вот так, домохозяин, человек болен телом, но не болен умом».

Idamavoca āyasmā sāriputto. Attamano nakulapitā gahapati āyasmato sāriputtassa bhāsitaṃ abhinandīti. Paṭhamaṃ.

Так сказал почтенный Сарипутта. Домохозяин Накулапита, обрадованный, восхитился словами почтенного Сарипутты. Первая [сутта].

2. Devadahasuttaṃ

2. Девадаха-сутта

2. Evaṃ me sutaṃ – ekaṃ samayaṃ bhagavā sakkesu viharati devadahaṃ nāma sakyānaṃ nigamo. Atha kho sambahulā pacchābhūmagamikā bhikkhū yena bhagavā tenupasaṅkamiṃsu; upasaṅkamitvā bhagavantaṃ abhivādetvā ekamantaṃ nisīdiṃsu. Ekamantaṃ nisinnā kho te bhikkhū bhagavantaṃ etadavocuṃ – ‘‘icchāma mayaṃ, bhante, pacchābhūmaṃ janapadaṃ gantuṃ, pacchābhūme janapade nivāsaṃ kappetu’’nti.

2. Так я слышал. Однажды Благословенный пребывал в стране Сакьев, в сакьском селении под названием Девадаха. Тогда множество бхиккху, собиравшихся отправиться в западные земли, подошли к Благословенному, почтительно поклонились Ему и сели с одной стороны. Сидя с одной стороны, эти бхиккху обратились к Благословенному с такими словами: «Учитель, мы желаем отправиться в западные земли и обосноваться там на жительство».

‘‘Apalokito pana vo, bhikkhave, sāriputto’’ti? ‘‘Na kho no, bhante, apalokito āyasmā sāriputto’’ti. ‘‘Apaloketha, bhikkhave, sāriputtaṃ. Sāriputto, bhikkhave, paṇḍito, bhikkhūnaṃ anuggāhako sabrahmacārīna’’nti. ‘‘Evaṃ bhante’’ti kho te bhikkhū bhagavato paccassosuṃ.

«А спросили ли вы разрешения у Сарипутты, бхиккху?» — «Нет, Учитель, мы не спрашивали разрешения у почтенного Сарипутты». — «Спросите разрешения у Сарипутты, бхиккху. Сарипутта мудр, бхиккху, он поддерживает своих собратьев по святой жизни». — «Да, Учитель», — ответили те бхиккху Благословенному.

Tena kho pana samayena āyasmā sāriputto bhagavato avidūre aññatarasmiṃ eḷagalāgumbe nisinno hoti. Atha kho te bhikkhū bhagavato bhāsitaṃ abhinanditvā anumoditvā uṭṭhāyāsanā bhagavantaṃ abhivādetvā padakkhiṇaṃ katvā yenāyasmā sāriputto tenupasaṅkamiṃsu; upasaṅkamitvā āyasmatā sāriputtena saddhiṃ sammodiṃsu. Sammodanīyaṃ kathaṃ sāraṇīyaṃ vītisāretvā ekamantaṃ nisīdiṃsu. Ekamantaṃ nisinnā kho te bhikkhū āyasmantaṃ sāriputtaṃ etadavocuṃ – ‘‘icchāma mayaṃ, āvuso sāriputta, pacchābhūmaṃ janapadaṃ gantuṃ, pacchābhūme janapade nivāsaṃ kappetuṃ. Apalokito no satthā’’ti.

В то время достопочтенный Сарипутта сидел недалеко от Благословенного в зарослях кустарника элагала. Тогда те бхиккху, порадовавшись и восхитившись речью Благословенного, поднялись со своих мест, поклонились Благословенному и, обойдя его справа, направились к достопочтенному Сарипутте. Подойдя, они обменялись приветствиями с достопочтенным Сарипуттой. Завершив дружественную и вежливую беседу, они сели с одной стороны. Сидя с одной стороны, те бхиккху сказали достопочтенному Сарипутте: «Друг Сарипутта, мы желаем отправиться в западную провинцию и обосноваться там на жительство. Мы уже испросили дозволения у Учителя».

‘‘Santi [Pg.6] hāvuso, nānāverajjagataṃ bhikkhuṃ pañhaṃ pucchitāro – khattiyapaṇḍitāpi brāhmaṇapaṇḍitāpi gahapatipaṇḍitāpi samaṇapaṇḍitāpi. Paṇḍitā hāvuso, manussā vīmaṃsakā – ‘kiṃvādī panāyasmantānaṃ satthā kimakkhāyīti, kacci vo āyasmantānaṃ dhammā sussutā suggahitā sumanasikatā sūpadhāritā suppaṭividdhā paññāya, yathā byākaramānā āyasmanto vuttavādino ceva bhagavato assatha, na ca bhagavantaṃ abhūtena abbhācikkheyyātha, dhammassa cānudhammaṃ byākareyyātha, na ca koci sahadhammiko vādānuvādo gārayhaṃ ṭhānaṃ āgaccheyyā’’’ti?

«Друзья, есть мудрые кшатрии, мудрые брахманы, мудрые домохозяева и мудрые шраманы, которые расспрашивают бхиккху, отправившегося в чужие края. Ведь мудрые люди, друзья, любят исследовать: „Каково учение вашего учителя, что он проповедует?“ Надеюсь, друзья, вы хорошо выслушали Дхамму, хорошо её усвоили, хорошо направили на неё внимание, хорошо её обдумали и хорошо постигли мудростью, так чтобы, отвечая, вы излагали то, что было сказано Благословенным, и не клеветали на Благословенного, утверждая ложное; чтобы вы разъясняли учение в соответствии с Дхаммой и чтобы ни одно из сопутствующих вашему утверждению положений не дало повода для заслуженного упрёка?»

‘‘Dūratopi kho mayaṃ, āvuso, āgaccheyyāma āyasmato sāriputtassa santike etassa bhāsitassa atthamaññātuṃ. Sādhu vatāyasmantaṃyeva sāriputtaṃ paṭibhātu etassa bhāsitassa attho’’ti. ‘‘Tena hāvuso, suṇātha, sādhukaṃ manasi karotha; bhāsissāmī’’ti. ‘‘Evamāvuso’’ti kho te bhikkhū āyasmato sāriputtassa paccassosuṃ. Āyasmā sāriputto etadavoca –

«Друг, мы пришли бы даже издалека к достопочтенному Сарипутте, чтобы узнать значение этих слов. Было бы очень хорошо, если бы сам достопочтенный Сарипутта разъяснил значение этого высказывания». — «В таком случае, друзья, слушайте и внимательно размышляйте, я буду говорить». — «Да, друг», — ответили те бхиккху достопочтенному Сарипутте. Достопочтенный Сарипутта сказал следующее:

‘‘Santi hāvuso, nānāverajjagataṃ bhikkhuṃ pañhaṃ pucchitāro – khattiyapaṇḍitāpi …pe… samaṇapaṇḍitāpi. Paṇḍitā hāvuso, manussā vīmaṃsakā – ‘kiṃvādī panāyasmantānaṃ satthā kimakkhāyī’ti? Evaṃ puṭṭhā tumhe, āvuso, evaṃ byākareyyātha – ‘chandarāgavinayakkhāyī kho no, āvuso, satthā’’’ti.

«Друзья, есть мудрые кшатрии... и мудрые шраманы, которые расспрашивают бхиккху, отправившегося в чужие края. Ведь мудрые люди, друзья, любят исследовать: „Каково учение вашего учителя, что он проповедует?“ Будучи спрошены об этом, друзья, вы должны ответить так: „Наш Учитель, друзья, проповедует устранение желания и страсти“».

‘‘Evaṃ byākatepi kho, āvuso, assuyeva uttariṃ pañhaṃ pucchitāro – khattiyapaṇḍitāpi…pe… samaṇapaṇḍitāpi. Paṇḍitā hāvuso, manussā vīmaṃsakā – ‘kismiṃ panāyasmantānaṃ chandarāgavinayakkhāyī satthā’ti? Evaṃ puṭṭhā tumhe, āvuso, evaṃ byākareyyātha – ‘rūpe kho, āvuso, chandarāgavinayakkhāyī satthā, vedanāya… saññāya… saṅkhāresu… viññāṇe chandarāgavinayakkhāyī satthā’’’ti.

«Даже когда вы ответите так, друзья, найдутся те, кто спросит вас дальше — мудрые кшатрии... и мудрые шраманы. Ведь мудрые люди, друзья, любят исследовать: „В отношении чего именно ваш Учитель проповедует устранение желания и страсти?“ Будучи спрошены об этом, друзья, вы должны ответить так: „Наш Учитель, друзья, проповедует устранение желания и страсти в отношении формы, в отношении чувства... восприятия... волевых формирований... сознания“».

‘‘Evaṃ byākatepi kho, āvuso, assuyeva uttariṃ pañhaṃ pucchitāro – khattiyapaṇḍitāpi…pe… samaṇapaṇḍitāpi. Paṇḍitā hāvuso, manussā vīmaṃsakā – ‘kiṃ panāyasmantānaṃ ādīnavaṃ disvā rūpe chandarāgavinayakkhāyī satthā, vedanāya… saññāya… saṅkhāresu… viññāṇe chandarāgavinayakkhāyī satthā’ti? Evaṃ puṭṭhā tumhe, āvuso, evaṃ byākareyyātha – ‘rūpe kho, āvuso[Pg.7], avigatarāgassa avigatachandassa avigatapemassa avigatapipāsassa avigatapariḷāhassa avigatataṇhassa tassa rūpassa vipariṇāmaññathābhāvā uppajjanti sokaparidevadukkhadomanassupāyāsā. Vedanāya… saññāya… saṅkhāresu avigatarāgassa…pe… avigatataṇhassa tesaṃ saṅkhārānaṃ vipariṇāmaññathābhāvā uppajjanti sokaparidevadukkhadomanassupāyāsā. Viññāṇe avigatarāgassa avigatachandassa avigatapemassa avigatapipāsassa avigatapariḷāhassa avigatataṇhassa tassa viññāṇassa vipariṇāmaññathābhāvā uppajjanti sokaparidevadukkhadomanassupāyāsā. Idaṃ kho no, āvuso, ādīnavaṃ disvā rūpe chandarāgavinayakkhāyī satthā, vedanāya… saññāya… saṅkhāresu… viññāṇe chandarāgavinayakkhāyī satthā’’’ti.

«Даже когда вы ответите так, друзья, найдутся те, кто спросит вас дальше — мудрые кшатрии... и мудрые шраманы. Ведь мудрые люди, друзья, любят исследовать: „Какую же опасность видя, ваш Учитель проповедует устранение желания и страсти в отношении формы, в отношении чувства... восприятия... волевых формирований... сознания?“ Будучи спрошены об этом, друзья, вы должны ответить так: „Если, друзья, человек не освободился от страсти, не освободился от желания, не освободился от привязанности, не освободился от жажды, не освободился от лихорадочного томления, не освободился от вожделения в отношении формы, то с изменением и превращением этой формы в нём возникают скорбь, стенание, боль, печаль и отчаяние. В отношении чувства... восприятия... волевых формирований... Если человек не освободился от страсти... вожделения в отношении сознания, то с изменением и превращением этого сознания в нём возникают скорбь, стенание, боль, печаль и отчаяние. Видя эту опасность, друзья, наш Учитель проповедует устранение желания и страсти в отношении формы, чувства, восприятия, волевых формирований и сознания“».

‘‘Evaṃ byākatepi kho, āvuso, assuyeva uttariṃ pañhaṃ pucchitāro – khattiyapaṇḍitāpi brāhmaṇapaṇḍitāpi gahapatipaṇḍitāpi samaṇapaṇḍitāpi. Paṇḍitā hāvuso, manussā vīmaṃsakā – ‘kiṃ panāyasmantānaṃ ānisaṃsaṃ disvā rūpe chandarāgavinayakkhāyī satthā, vedanāya… saññāya… saṅkhāresu… viññāṇe chandarāgavinayakkhāyī satthā’ti? Evaṃ puṭṭhā tumhe, āvuso, evaṃ byākareyyātha – ‘rūpe kho, āvuso, vigatarāgassa vigatachandassa vigatapemassa vigatapipāsassa vigatapariḷāhassa vigatataṇhassa tassa rūpassa vipariṇāmaññathābhāvā nuppajjanti sokaparidevadukkhadomanassupāyāsā. Vedanāya… saññāya… saṅkhāresu vigatarāgassa vigatachandassa vigatapemassa vigatapipāsassa vigatapariḷāhassa vigatataṇhassa tesaṃ saṅkhārānaṃ vipariṇāmaññathābhāvā nuppajjanti sokaparidevadukkhadomanassupāyāsā. Viññāṇe vigatarāgassa vigatachandassa vigatapemassa vigatapipāsassa vigatapariḷāhassa vigatataṇhassa tassa viññāṇassa vipariṇāmaññathābhāvā nuppajjanti sokaparidevadukkhadomanassupāyāsā. Idaṃ kho no, āvuso, ānisaṃsaṃ disvā rūpe chandarāgavinayakkhāyī satthā, vedanāya… saññāya… saṅkhāresu… viññāṇe chandarāgavinayakkhāyī satthā’’’ti.

«Даже когда вы ответите так, друзья, найдутся те, кто спросит вас дальше — мудрые кшатрии, мудрые брахманы, мудрые домохозяева и мудрые шраманы. Ведь мудрые люди, друзья, любят исследовать: „Какую же пользу видя, ваш Учитель проповедует устранение желания и страсти в отношении формы, в отношении чувства... восприятия... волевых формирований... сознания?“ Будучи спрошены об этом, друзья, вы должны ответить так: „Если, друзья, человек освободился от страсти, освободился от желания, освободился от привязанности, освободился от жажды, освободился от лихорадочного томления, освободился от вожделения в отношении формы, то с изменением и превращением этой формы в нём не возникают скорбь, стенание, боль, печаль и отчаяние. В отношении чувства... восприятия... волевых формирований... Если человек освободился от страсти... вожделения в отношении сознания, то с изменением и превращением этого сознания в нём не возникают скорбь, стенание, боль, печаль и отчаяние. Видя эту пользу, друзья, наш Учитель проповедует устранение желания и страсти в отношении формы, чувства, восприятия, волевых формирований и сознания“».

‘‘Akusale cāvuso, dhamme upasampajja viharato diṭṭhe ceva dhamme sukho vihāro abhavissa avighāto anupāyāso apariḷāho, kāyassa ca bhedā paraṃ maraṇā sugati pāṭikaṅkhā, nayidaṃ bhagavā akusalānaṃ [Pg.8] dhammānaṃ pahānaṃ vaṇṇeyya. Yasmā ca kho, āvuso, akusale dhamme upasampajja viharato diṭṭhe ceva dhamme dukkho vihāro savighāto saupāyāso sapariḷāho, kāyassa ca bhedā paraṃ maraṇā duggati pāṭikaṅkhā, tasmā bhagavā akusalānaṃ dhammānaṃ pahānaṃ vaṇṇeti.

«Друзья, если бы для того, кто обретает и пребывает в неблагих состояниях, пребывание в этой самой жизни было счастливым, свободным от мучений, свободным от отчаяния, свободным от лихорадочного горения, и если бы после распада тела, после смерти, его ожидало благое перерождение, то Благословенный не восхвалял бы оставление неблагих состояний. Но поскольку, друзья, для того, кто обретает и пребывает в неблагих состояниях, пребывание в этой самой жизни полно страданий, сопряжено с мучениями, отчаянием и лихорадочным горением, а после распада тела, после смерти, его ожидает несчастливое перерождение, то поэтому Благословенный восхваляет оставление неблагих состояний.

‘‘Kusale cāvuso, dhamme upasampajja viharato diṭṭhe ceva dhamme dukkho vihāro abhavissa savighāto saupāyāso sapariḷāho, kāyassa ca bhedā paraṃ maraṇā duggati pāṭikaṅkhā, nayidaṃ bhagavā kusalānaṃ dhammānaṃ upasampadaṃ vaṇṇeyya. Yasmā ca kho, āvuso, kusale dhamme upasampajja viharato diṭṭhe ceva dhamme sukho vihāro avighāto anupāyāso apariḷāho, kāyassa ca bhedā paraṃ maraṇā sugati pāṭikaṅkhā, tasmā bhagavā kusalānaṃ dhammānaṃ upasampadaṃ vaṇṇetī’’ti.

«Друзья, если бы для того, кто обретает и пребывает в благих состояниях, пребывание в этой самой жизни было полным страданий, сопряжённым с мучениями, отчаянием и лихорадочным горением, а после распада тела, после смерти, его ожидало несчастливое перерождение, то Благословенный не восхвалял бы обретение благих состояний. Но поскольку, друзья, для того, кто обретает и пребывает в благих состояниях, пребывание в этой самой жизни является счастливым, свободным от мучений, свободным от отчаяния, свободным от лихорадочного горения, а после распада тела, после смерти, его ожидает благое перерождение, то поэтому Благословенный восхваляет обретение благих состояний».

Idamavocāyasmā sāriputto. Attamanā te bhikkhū āyasmato sāriputtassa bhāsitaṃ abhinandunti. Dutiyaṃ.

Это сказал достопочтенный Сарипутта. Обрадованные, те бхиккху восхитились словами достопочтенного Сарипутты. Вторая (сутта).

3. Hāliddikānisuttaṃ

3. Халиддикани-сутта

3. Evaṃ me sutaṃ – ekaṃ samayaṃ āyasmā mahākaccāno avantīsu viharati kuraraghare papāte pabbate. Atha kho hāliddikāni gahapati yenāyasmā mahākaccāno tenupasaṅkami; upasaṅkamitvā āyasmantaṃ mahākaccānaṃ abhivādetvā ekamantaṃ nisīdi. Ekamantaṃ nisinno kho hāliddikāni gahapati āyasmantaṃ mahākaccānaṃ etadavoca – ‘‘vuttamidaṃ, bhante, bhagavatā aṭṭhakavaggiye māgaṇḍiyapañhe –

3. Так я слышал. Однажды достопочтенный Махакаччана пребывал в стране Аванти, на горе Папата близ города Курарагхара. Тогда домохозяин Халиддикани подошёл к достопочтенному Махакаччане, поклонился ему, сел с одной стороны и сказал ему: «Уважаемый, это было сказано Благословенным в „Вопросах Магандии“ в Аттака-вагге:

‘‘Okaṃ pahāya aniketasārī,Gāme akubbaṃ muni santhavāni ;

Kāmehi ritto apurakkharāno,Kathaṃ na viggayha janena kayirā’’ti.

«Оставив дом, скитаясь без приюта, мудрец в селении не заводит связей; свободный от чувственных утех, без ожиданий, он не станет вести споров с людьми».

‘‘Imassa nu kho, bhante, bhagavatā saṃkhittena bhāsitassa kathaṃ vitthārena attho daṭṭhabbo’’ti?

«Как следует, уважаемый, подробно понимать значение этого краткого изречения Благословенного?»

‘‘Rūpadhātu [Pg.9] kho, gahapati, viññāṇassa oko. Rūpadhāturāgavinibandhañca pana viññāṇaṃ ‘okasārī’ti vuccati. Vedanādhātu kho, gahapati, viññāṇassa oko. Vedanādhāturāgavinibandhañca pana viññāṇaṃ ‘okasārī’ti vuccati. Saññādhātu kho, gahapati, viññāṇassa oko. Saññādhāturāgavinibandhañca pana viññāṇaṃ ‘okasārī’ti vuccati. Saṅkhāradhātu kho, gahapati, viññāṇassa oko. Saṅkhāradhāturāgavinibandhañca pana viññāṇaṃ ‘okasārī’ti vuccati. Evaṃ kho, gahapati, okasārī hoti.

«Элемент формы, домохозяин, — это дом для сознания. Сознание, связанное страстью к элементу формы, называют „блуждающим в доме“. Элемент чувства, домохозяин, — это дом для сознания. Сознание, связанное страстью к элементу чувства, называют „блуждающим в доме“. Элемент восприятия, домохозяин, — это дом для сознания. Сознание, связанное страстью к элементу восприятия, называют „блуждающим в доме“. Элемент волевых формирований, домохозяин, — это дом для сознания. Сознание, связанное страстью к элементу волевых формирований, называют „блуждающим в доме“. Вот так, домохозяин, блуждают в доме.

‘‘Kathañca, gahapati, anokasārī hoti? Rūpadhātuyā kho, gahapati, yo chando yo rāgo yā nandī yā taṇhā ye upayupādānā cetaso adhiṭṭhānābhinivesānusayā te tathāgatassa pahīnā ucchinnamūlā tālāvatthukatā anabhāvaṃkatā āyatiṃ anuppādadhammā. Tasmā tathāgato ‘anokasārī’ti vuccati. Vedanādhātuyā kho, gahapati… saññādhātuyā kho, gahapati… saṅkhāradhātuyā kho, gahapati… viññāṇadhātuyā kho, gahapati, yo chando yo rāgo yā nandī yā taṇhā ye upayupādānā cetaso adhiṭṭhānābhinivesānusayā te tathāgatassa pahīnā ucchinnamūlā tālāvatthukatā anabhāvaṃkatā āyatiṃ anuppādadhammā. Tasmā tathāgato ‘anokasārī’ti vuccati. Evaṃ kho, gahapati, anokasārī hoti.

«И как, домохозяин, блуждают бездомно? Всякое желание, всякая страсть, всякий восторг, всякое вожделение, всякие вовлечения и цепляния, убеждения, пристрастия и скрытые склонности ума в отношении элемента формы — всё это Татхагата оставил, вырвал с корнем, уподобил срубленной пальме, уничтожил так, что они более не подлежат возникновению в будущем. Поэтому Татхагату называют „блуждающим бездомно“. В отношении элемента чувства... элемента восприятия... элемента волевых формирований... элемента сознания: всякое желание, всякая страсть, всякий восторг, всякое вожделение, всякие вовлечения и цепляния, убеждения, пристрастия и скрытые склонности ума — всё это Татхагата оставил, вырвал с корнем, уподобил срубленной пальме, уничтожил так, что они более не подлежат возникновению в будущем. Поэтому Татхагату называют „блуждающим бездомно“. Вот так, домохозяин, блуждают бездомно».

‘‘Kathañca, gahapati, niketasārī hoti? Rūpanimittaniketavisāravinibandhā kho, gahapati, ‘niketasārī’ti vuccati. Saddanimitta…pe… gandhanimitta… rasanimitta… phoṭṭhabbanimitta… dhammanimittaniketavisāravinibandhā kho, gahapati, ‘niketasārī’ti vuccati. Evaṃ kho, gahapati, niketasārī hoti.

«И как, домохозяин, блуждают в обители? Из-за блуждания и связывания в обители знаков форм, домохозяин, человека называют „блуждающим в обители“. Из-за блуждания и связывания в обители знаков звуков... запахов... вкусов... тактильных ощущений... ментальных объектов, домохозяин, человека называют „блуждающим в обители“. Вот так, домохозяин, блуждают в обители».

‘‘Kathañca, gahapati, aniketasārī hoti? Rūpanimittaniketavisāravinibandhā kho, gahapati, tathāgatassa pahīnā ucchinnamūlā tālāvatthukatā anabhāvaṃkatā āyatiṃ anuppādadhammā. Tasmā tathāgato ‘aniketasārī’ti vuccati. Saddanimitta… gandhanimitta… rasanimitta… phoṭṭhabbanimitta… dhammanimittaniketavisāravinibandhā kho, gahapati, tathāgatassa pahīnā ucchinnamūlā tālāvatthukatā anabhāvaṃkatā āyatiṃ anuppādadhammā. Tasmā [Pg.10] tathāgato ‘aniketasārī’ti vuccati. Evaṃ kho, gahapati, aniketasārī hoti.

«И как, домохозяин, блуждают без обители? Блуждание и связывание в обители знаков форм — всё это Татхагата оставил, вырвал с корнем, уподобил срубленной пальме, уничтожил так, что они более не подлежат возникновению в будущем. Поэтому Татхагату называют „блуждающим без обители“. Блуждание и связывание в обители знаков звуков... запахов... вкусов... тактильных ощущений... ментальных объектов — всё это Татхагата оставил, вырвал с корнем, уподобил срубленной пальме, уничтожил так, что они более не подлежат возникновению в будущем. Поэтому Татхагату называют „блуждающим без обители“. Вот так, домохозяин, блуждают без обители».

‘‘Kathañca, gahapati, gāme santhavajāto hoti? Idha, gahapati, ekacco gihīhi saṃsaṭṭho viharati sahanandī sahasokī, sukhitesu sukhito, dukkhitesu dukkhito, uppannesu kiccakaraṇīyesu attanā tesu yogaṃ āpajjati. Evaṃ kho, gahapati, gāme santhavajāto hoti.

«И как, домохозяин, водят дружбу в селении? Здесь, домохозяин, некто живёт в тесном общении с мирянами: разделяет их радости и разделяет их печали, счастлив, когда они счастливы, и опечален, когда они опечалены; а когда у них возникают дела и обязанности, он сам принимает в них деятельное участие. Вот так, домохозяин, водят дружбу в селении».

‘‘Kathañca, gahapati, gāme na santhavajāto hoti? Idha, gahapati, bhikkhu gihīhi asaṃsaṭṭho viharati na sahanandī na sahasokī na sukhitesu sukhito na dukkhitesu dukkhito, uppannesu kiccakaraṇīyesu na attanā tesu yogaṃ āpajjati. Evaṃ kho, gahapati, gāme na santhavajāto hoti.

«И как, домохозяин, человек не имеет близких связей в селении? Здесь, домохозяин, бхиккху живет обособленно от мирян: он не радуется вместе с ними и не печалится вместе с ними, он не счастлив, когда они счастливы, и не опечален, когда они опечалены, и когда возникают дела и обязанности, он сам не вовлекается в них. Вот так, домохозяин, человек не имеет близких связей в селении».

‘‘Kathañca, gahapati, kāmehi aritto hoti? Idha, gahapati, ekacco kāmesu avigatarāgo hoti avigatachando avigatapemo avigatapipāso avigatapariḷāho avigatataṇho. Evaṃ kho, gahapati, kāmehi aritto hoti.

«И как, домохозяин, человек не избавлен от чувственных удовольствий? Здесь, домохозяин, некто не свободен от страсти, желания, привязанности, жажды, лихорадки и вожделения в отношении чувственных удовольствий. Вот так, домохозяин, человек не избавлен от чувственных удовольствий».

‘‘Kathañca, gahapati, kāmehi ritto hoti? Idha, gahapati, ekacco kāmesu vigatarāgo hoti vigatachando vigatapemo vigatapipāso vigatapariḷāho vigatataṇho. Evaṃ kho, gahapati, kāmehi ritto hoti.

«И как, домохозяин, человек избавлен от чувственных удовольствий? Здесь, домохозяин, некто свободен от страсти, желания, привязанности, жажды, лихорадки и вожделения в отношении чувственных удовольствий. Вот так, домохозяин, человек избавлен от чувственных удовольствий».

‘‘Kathañca, gahapati, purakkharāno hoti? Idha, gahapati, ekaccassa evaṃ hoti – ‘evaṃrūpo siyaṃ anāgatamaddhānaṃ, evaṃvedano siyaṃ anāgatamaddhānaṃ, evaṃsañño siyaṃ anāgatamaddhānaṃ, evaṃsaṅkhāro siyaṃ anāgatamaddhānaṃ, evaṃviññāṇo siyaṃ anāgatamaddhāna’nti. Evaṃ kho, gahapati, purakkharāno hoti.

«И как, домохозяин, человек устремлен в будущее? Здесь, домохозяин, у кого-то возникает мысль: „Пусть в будущем у меня будет такая форма! Пусть в будущем у меня будет такое чувство! Пусть в будущем у меня будет такое восприятие! Пусть в будущем у меня будут такие волевые формирователи! Пусть в будущем у меня будет такое сознание!“ Вот так, домохозяин, человек устремлен в будущее».

‘‘Kathañca, gahapati, apurakkharāno hoti? Idha, gahapati, ekaccassa na evaṃ hoti – ‘evaṃrūpo siyaṃ anāgatamaddhānaṃ, evaṃvedano siyaṃ anāgatamaddhānaṃ, evaṃsañño siyaṃ anāgatamaddhānaṃ, evaṃsaṅkhāro siyaṃ anāgatamaddhānaṃ, evaṃviññāṇo siyaṃ anāgatamaddhāna’nti. Evaṃ kho, gahapati, apurakkharāno hoti.

«И как, домохозяин, человек не устремлен в будущее? Здесь, домохозяин, у кого-то не возникает мысли: „Пусть в будущем у меня будет такая форма! Пусть в будущем у меня будет такое чувство! Пусть в будущем у меня будет такое восприятие! Пусть в будущем у меня будут такие волевые формирователи! Пусть в будущем у меня будет такое сознание!“ Вот так, домохозяин, человек не устремлен в будущее».

‘‘Kathañca[Pg.11], gahapati, kathaṃ viggayha janena kattā hoti? Idha, gahapati, ekacco evarūpiṃ kathaṃ kattā hoti – ‘na tvaṃ imaṃ dhammavinayaṃ ājānāsi; ahaṃ imaṃ dhammavinayaṃ ājānāmi. Kiṃ tvaṃ imaṃ dhammavinayaṃ ājānissasi? Micchāpaṭipanno tvamasi; ahamasmi sammāpaṭipanno. Pure vacanīyaṃ pacchā avaca; pacchā vacanīyaṃ pure avaca. Sahitaṃ me, asahitaṃ te. Adhiciṇṇaṃ te viparāvattaṃ. Āropito te vādo; cara vādappamokkhāya. Niggahitosi; nibbeṭhehi vā sace pahosī’ti. Evaṃ kho, gahapati, kathaṃ viggayha janena kattā hoti.

«И как, домохозяин, человек вступает в споры с людьми? Здесь, домохозяин, некто ведет такие разговоры: „Ты не понимаешь это Учение и Дисциплину. Я понимаю это Учение и Дисциплину. Да что ты можешь понимать в этом Учении и Дисциплине! Ты практикуешь неверно, я практикую верно. То, что следовало сказать сначала, ты сказал в конце; то, что следовало сказать в конце, ты сказал сначала. Мои слова последовательны, твои — непоследовательны. То, над чем ты так долго думал, опровергнуто. Твое утверждение разбито. Ступай спасать свое утверждение, ведь ты побежден, или же выкручивайся, если можешь!“ Вот так, домохозяин, человек вступает в споры с людьми».

‘‘Kathañca, gahapati, kathaṃ na viggayha janena kattā hoti? Idha, gahapati, bhikkhu na evarūpiṃ kathaṃ kattā hoti – ‘na tvaṃ imaṃ dhammavinayaṃ ājānāsi…pe… nibbeṭhehi vā sace pahosī’ti. Evaṃ kho, gahapati, kathaṃ na viggayha janena kattā hoti.

«И как, домохозяин, человек не вступает в споры с людьми? Здесь, домохозяин, бхиккху не ведет таких разговоров: „Ты не понимаешь это Учение и Дисциплину… [и так далее] …или же выкручивайся, если можешь!“ Вот так, домохозяин, человек не вступает в споры с людьми».

‘‘Iti kho, gahapati, yaṃ taṃ vuttaṃ bhagavatā aṭṭhakavaggiye māgaṇḍiyapañhe –

«Так, домохозяин, когда Благословенным было сказано в „Вопросах Магандии“ в Аттхакавагге:»

‘‘Okaṃ pahāya aniketasārī,Gāme akubbaṃ munisanthavāni;

Kāmehi ritto apurakkharāno,Kathaṃ na viggayha janena kayirā’’ti.

«„Оставив дом, бродя без крова, мудрец в селении ни с кем не сближается; избавленный от чувственных удовольствий, не устремленный в будущее, он не станет вступать в споры с людьми“».

‘‘Imassa kho, gahapati, bhagavatā saṃkhittena bhāsitassa evaṃ vitthārena attho daṭṭhabbo’’ti. Tatiyaṃ.

«„Именно так, домохозяин, следует подробно понимать значение этого краткого изречения Благословенного“». (Третья сутта).

4. Dutiyahāliddikānisuttaṃ

4. Вторая сутта о Халиддикани

4. Evaṃ me sutaṃ – ekaṃ samayaṃ āyasmā mahākaccāno avantīsu viharati kuraraghare papāte pabbate. Atha kho hāliddikāni gahapati yenāyasmā mahākaccāno…pe… ekamantaṃ nisinno kho hāliddikāni gahapati āyasmantaṃ mahākaccānaṃ etadavoca – ‘‘vuttamidaṃ, bhante, bhagavatā sakkapañhe – ‘ye te samaṇabrāhmaṇā taṇhāsaṅkhayavimuttā, te accantaniṭṭhā accantayogakkhemino accantabrahmacārino accantapariyosānā seṭṭhā devamanussāna’’’nti.

4. Так я слышал. Однажды достопочтенный Махакаччана пребывал в стране Аванти на горе Папата у города Курарагхара. Тогда домохозяин Халиддикани подошел к достопочтенному Махакаччане, поклонился ему, сел рядом и сказал: «Уважаемый, Благословенным в „Вопросах Сакки“ было сказано следующее: „Те отшельники и брахманы, что освободились благодаря уничтожению жажды, достигли абсолютного завершения, абсолютной безопасности от уз, абсолютной святой жизни, абсолютной цели и являются лучшими среди богов и людей“».

‘‘Imassa nu kho, bhante, bhagavatā saṃkhittena bhāsitassa kathaṃ vitthārena attho daṭṭhabbo’’ti?

«Как именно, уважаемый, следует подробно понимать значение этого краткого изречения Благословенного?»

‘‘Rūpadhātuyā [Pg.12] kho, gahapati, yo chando yo rāgo yā nandī yā taṇhā ye upayupādānā cetaso adhiṭṭhānābhinivesānusayā, tesaṃ khayā virāgā nirodhā cāgā paṭinissaggā cittaṃ suvimuttanti vuccati.

«Домохозяин, благодаря уничтожению, угасанию, прекращению, оставлению и отпусканию желания, страсти, восторга, жажды, устремлений и цепляний, ментальных опор, привязанностей и скрытых склонностей ума по отношению к элементу формы, ум называют полностью освобожденным».

‘‘Vedanādhātuyā kho, gahapati… saññādhātuyā kho, gahapati… saṅkhāradhātuyā kho, gahapati… viññāṇadhātuyā kho, gahapati, yo chando yo rāgo yā nandī yā taṇhā ye upayupādānā cetaso adhiṭṭhānābhinivesānusayā, tesaṃ khayā virāgā nirodhā cāgā paṭinissaggā cittaṃ suvimuttanti vuccati.

«Благодаря уничтожению, угасанию, прекращению, оставлению и отпусканию желания, страсти, восторга, жажды, устремлений и цепляний, ментальных опор, привязанностей и скрытых склонностей ума по отношению к элементу чувства… элементу восприятия… элементу волевых формирователей… элементу сознания, ум называют полностью освобожденным».

‘‘Iti kho, gahapati, yaṃ taṃ vuttaṃ bhagavatā sakkapañhe – ‘ye te samaṇabrāhmaṇā taṇhāsaṅkhayavimuttā te accantaniṭṭhā accantayogakkhemino accantabrahmacārino accantapariyosānā seṭṭhā devamanussāna’’’nti.

«Так, домохозяин, когда Благословенным в „Вопросах Сакки“ было сказано: „Те отшельники и брахманы, что освободились благодаря уничтожению жажды, достигли абсолютного завершения, абсолютной безопасности от уз, абсолютной святой жизни, абсолютной цели и являются лучшими среди богов и людей“ —»

‘‘Imassa kho, gahapati, bhagavatā saṃkhittena bhāsitassa evaṃ vitthārena attho daṭṭhabbo’’ti. Catutthaṃ.

«именно так, домохозяин, следует подробно понимать значение этого краткого изречения Благословенного». (Четвертая сутта).

5. Samādhisuttaṃ

5. Самадхи-сутта (Сутта о сосредоточении)

5. Evaṃ me sutaṃ – ekaṃ samayaṃ bhagavā sāvatthiyaṃ viharati jetavane anāthapiṇḍikassa ārāme. Tatra kho bhagavā bhikkhū āmantesi – ‘‘bhikkhavo’’ti. ‘‘Bhadante’’ti te bhikkhū bhagavato paccassosuṃ. Bhagavā etadavoca – ‘‘samādhiṃ, bhikkhave, bhāvetha; samāhito, bhikkhave, bhikkhu yathābhūtaṃ pajānāti. Kiñca yathābhūtaṃ pajānāti? Rūpassa samudayañca atthaṅgamañca, vedanāya samudayañca atthaṅgamañca, saññāya samudayañca atthaṅgamañca, saṅkhārānaṃ samudayañca atthaṅgamañca, viññāṇassa samudayañca atthaṅgamañca’’.

5. Так я слышал. Однажды Благословенный пребывал в Саваттхи, в роще Джеты, в монастыре Анатхапиндики. Там Благословенный обратился к бхиккху: «О бхиккху!» — «Уважаемый!» — ответили те бхиккху Благословенному. Благословенный сказал следующее: «Развивайте самадхи, бхиккху. Сосредоточенный бхиккху видит вещи такими, какие они есть на самом деле. И что он видит такими, какие они есть на самом деле? Возникновение и исчезновение формы; возникновение и исчезновение чувства; возникновение и исчезновение восприятия; возникновение и исчезновение волевых формирователей; возникновение и исчезновение сознания».

‘‘Ko ca, bhikkhave, rūpassa samudayo, ko vedanāya samudayo, ko saññāya samudayo, ko saṅkhārānaṃ samudayo, ko viññāṇassa samudayo? Idha, bhikkhave, bhikkhu abhinandati abhivadati ajjhosāya tiṭṭhati.

«И каково, бхиккху, возникновение формы? Каково возникновение чувства? Каково возникновение восприятия? Каково возникновение волевых формирователей? Каково возникновение сознания? Здесь, бхиккху, человек радуется, приветствует и остается привязанным».

‘‘Kiñca abhinandati abhivadati ajjhosāya tiṭṭhati? Rūpaṃ abhinandati abhivadati ajjhosāya tiṭṭhati. Tassa rūpaṃ abhinandato abhivadato ajjhosāya tiṭṭhato uppajjati nandī. Yā rūpe nandī tadupādānaṃ. Tassupādānapaccayā bhavo; bhavapaccayā jāti; jātipaccayā jarāmaraṇaṃ sokaparidevadukkhadomanassupāyāsā sambhavanti. Evametassa kevalassa dukkhakkhandhassa samudayo hoti.

«И чему же он радуется, что приветствует и к чему остается привязанным? Он радуется форме, приветствует ее и остается привязанным к ней. У того, кто радуется форме, приветствует ее и остается привязанным к ней, возникает восторг. Восторг по отношению к форме — это цепляние. С цеплянием как условием возникает существование; с существованием как условием — рождение; с рождением как условием возникают старение и смерть, скорбь, плач, боль, печаль и отчаяние. Так происходит возникновение всей этой массы страдания».

‘‘Vedanaṃ [Pg.13] abhinandati…pe… saññaṃ abhinandati… saṅkhāre abhinandati… viññāṇaṃ abhinandati abhivadati ajjhosāya tiṭṭhati. Tassa viññāṇaṃ abhinandato abhivadato ajjhosāya tiṭṭhato uppajjati nandī. Yā viññāṇe nandī tadupādānaṃ. Tassupādānapaccayā bhavo; bhavapaccayā jāti; jātipaccayā…pe… evametassa kevalassa dukkhakkhandhassa samudayo hoti.

«Он радуется чувству… [и так далее] …восприятию… волевым формирователям… сознанию, приветствует его и остается привязанным к нему. У того, кто радуется сознанию, приветствует его и остается привязанным к нему, возникает восторг. Восторг по отношению к сознанию — это цепляние. С цеплянием как условием возникает существование; с существованием как условием — рождение; с рождением как условием… [и так далее] …так происходит возникновение всей этой массы страдания».

‘‘Ayaṃ, bhikkhave, rūpassa samudayo; ayaṃ vedanāya samudayo; ayaṃ saññāya samudayo; ayaṃ saṅkhārānaṃ samudayo; ayaṃ viññāṇassa samudayo.

«Это, бхиккху, возникновение формы; это возникновение чувства; это возникновение восприятия; это возникновение волевых формирователей; это возникновение сознания».

‘‘Ko ca, bhikkhave, rūpassa atthaṅgamo, ko vedanāya… ko saññāya… ko saṅkhārānaṃ… ko viññāṇassa atthaṅgamo?

«И каково, бхиккху, исчезновение формы? Каково исчезновение чувства? Каково исчезновение восприятия? Каково исчезновение волевых формирователей? Каково исчезновение сознания?»

Idha, bhikkhave, nābhinandati nābhivadati nājjhosāya tiṭṭhati.

«Здесь, бхиккху, человек не радуется, не приветствует и не остается привязанным».

‘‘Kiñca nābhinandati nābhivadati nājjhosāya tiṭṭhati? Rūpaṃ nābhinandati nābhivadati nājjhosāya tiṭṭhati. Tassa rūpaṃ anabhinandato anabhivadato anajjhosāya tiṭṭhato yā rūpe nandī sā nirujjhati. Tassa nandīnirodhā upādānanirodho; upādānanirodhā bhavanirodho…pe… evametassa kevalassa dukkhakkhandhassa nirodho hoti.

«И чему же он не радуется, чего не приветствует и к чему не остается привязанным? Он не радуется форме, не приветствует ее и не остается привязанным к ней. У того, кто не радуется форме, не приветствует ее и не остается привязанным к ней, прекращается восторг по отношению к форме. С прекращением восторга прекращается цепляние; с прекращением цепляния прекращается существование… [и так далее] …так происходит прекращение всей этой массы страдания».

‘‘Vedanaṃ nābhinandati nābhivadati nājjhosāya tiṭṭhati. Tassa vedanaṃ anabhinandato anabhivadato anajjhosā tiṭṭhato yā vedanāya nandī sā nirujjhati. Tassa nandīnirodhā upādānanirodho; upādānanirodhā bhavanirodho…pe… evametassa kevalassa dukkhakkhandhassa nirodho hoti.

«Он не радуется чувству, не приветствует его и не остается привязанным к нему. У того, кто не радуется чувству, не приветствует его и не остается привязанным к нему, прекращается восторг по отношению к чувству. С прекращением восторга прекращается цепляние; с прекращением цепляния прекращается существование… [и так далее] …так происходит прекращение всей этой массы страдания».

‘‘Saññaṃ nābhinandati…pe… saṅkhāre nābhinandati nābhivadati nājjhosāya tiṭṭhati. Tassa saṅkhāre anabhinandato anabhivadato anajjhosāya tiṭṭhato yā saṅkhāresu nandī sā nirujjhati. Tassa nandīnirodhā upādānanirodho; upādānanirodhā bhavanirodho…pe… evametassa kevalassa dukkhakkhandhassa nirodho hoti.

«Он не радуется восприятию… [и так далее] …он не радуется волевым формирователям, не приветствует их и не остается привязанным к ним. У того, кто не радуется волевым формирователям, не приветствует их и не остается привязанным к ним, прекращается восторг по отношению к волевым формирователям. С прекращением восторга прекращается цепляние; с прекращением цепляния прекращается существование… [и так далее] …так происходит прекращение всей этой массы страдания».

‘‘Viññāṇaṃ nābhinandati nābhivadati nājjhosāya tiṭṭhati. Tassa viññāṇaṃ anabhinandato anabhivadato anajjhosāya tiṭṭhato yā viññāṇe nandī sā nirujjhati. Tassa nandīnirodhā upādānanirodho…pe… evametassa kevalassa dukkhakkhandhassa nirodho hoti.

«Он не радуется сознанию, не приветствует его и не остается привязанным к нему. У того, кто не радуется сознанию, не приветствует его и не остается привязанным к нему, прекращается восторг по отношению к сознанию. С прекращением восторга прекращается цепляние… [и так далее] …так происходит прекращение всей этой массы страдания».

‘‘Ayaṃ[Pg.14], bhikkhave, rūpassa atthaṅgamo, ayaṃ vedanāya atthaṅgamo, ayaṃ saññāya atthaṅgamo, ayaṃ saṅkhārānaṃ atthaṅgamo, ayaṃ viññāṇassa atthaṅgamo’’ti. Pañcamaṃ.

«Это, бхиккху, исчезновение формы; это исчезновение чувства; это исчезновение восприятия; это исчезновение волевых формирователей; это исчезновение сознания». (Пятая сутта).

6. Paṭisallāṇasuttaṃ

6. Патисаллана-сутта (Сутта об уединении)

6. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Paṭisallāṇe, bhikkhave, yogamāpajjatha. Paṭisallīṇo, bhikkhave, bhikkhu yathābhūtaṃ pajānāti. Kiñca yathābhūtaṃ pajānāti? Rūpassa samudayañca atthaṅgamañca, vedanāya samudayañca atthaṅgamañca, saññāya samudayañca atthaṅgamañca, saṅkhārānaṃ samudayañca atthaṅgamañca, viññāṇassa samudayañca atthaṅgamañca’’…pe… (yathā paṭhamasutte tathā vitthāretabbo.) Chaṭṭhaṃ.

6. Место пребывания — Саваттхи. «Предавайтесь уединению, бхиккху. Уединившийся бхиккху видит вещи такими, какие они есть на самом деле. И что он видит такими, какие они есть на самом деле? Возникновение и исчезновение формы; возникновение и исчезновение чувства; возникновение и исчезновение восприятия; возникновение и исчезновение волевых формирователей; возникновение и исчезновение сознания»… [и так далее, следует расширить так же, как в предыдущей сутте]. (Шестая сутта).

7. Upādāparitassanāsuttaṃ

7. Упада-паритассана-сутта (Сутта о беспокойстве из-за цепляния)

7. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Upādāparitassanañca vo, bhikkhave, desessāmi anupādāaparitassanañca. Taṃ suṇātha, sādhukaṃ manasi karotha; bhāsissāmī’’ti. ‘‘Evaṃ, bhante’’ti, kho te bhikkhū bhagavato paccassosuṃ. Bhagavā etadavoca –

7. Место пребывания — Саваттхи. «Бхиккху, я преподам вам учение о беспокойстве из-за цепляния и об отсутствии беспокойства при отсутствии цепляния. Слушайте внимательно и вникайте разумом, я буду говорить». — «Да, уважаемый», — ответили те бхиккху Благословенному. Благословенный сказал следующее:

‘‘Kathañca, bhikkhave, upādāparitassanā hoti? Idha, bhikkhave, assutavā puthujjano ariyānaṃ adassāvī ariyadhammassa akovido ariyadhamme avinīto, sappurisānaṃ adassāvī sappurisadhammassa akovido sappurisadhamme avinīto rūpaṃ attato samanupassati, rūpavantaṃ vā attānaṃ; attani vā rūpaṃ, rūpasmiṃ vā attānaṃ. Tassa taṃ rūpaṃ vipariṇamati aññathā hoti. Tassa rūpavipariṇāmaññathābhāvā rūpavipariṇāmānuparivatti viññāṇaṃ hoti. Tassa rūpavipariṇāmānuparivattijā paritassanā dhammasamuppādā cittaṃ pariyādāya tiṭṭhanti. Cetaso pariyādānā uttāsavā ca hoti vighātavā ca apekkhavā ca upādāya ca paritassati.

«И как, бхиккху, возникает беспокойство из-за цепляния? Здесь, бхиккху, необученный обыватель, не видящий благородных, не сведущий в Учении благородных и не обученный Учению благородных, не видящий истинных людей, не сведущий в Учении истинных людей и не обученный Учению истинных людей, рассматривает форму как себя, или себя как обладающего формой, или форму как содержащуюся в себе, или себя как содержащегося в форме. Эта его форма изменяется и становится иной. С изменением и превращением формы его сознание оказывается поглощено изменением формы. Беспокойство и скопище неблагих состояний ума, рожденных поглощенностью изменением формы, овладевают его умом. Из-за того, что его ум захвачен этим, он пугается, изнуряется, тревожится и из-за цепляния впадает в беспокойство».

‘‘Vedanaṃ attato samanupassati, vedanāvantaṃ vā attānaṃ; attani vā vedanaṃ, vedanāya vā attānaṃ. Tassa sā vedanā vipariṇamati aññathā hoti. Tassa vedanāvipariṇāmaññathābhāvā vedanāvipariṇāmānuparivatti viññāṇaṃ hoti. Tassa vedanāvipariṇāmānuparivattijā paritassanā dhammasamuppādā cittaṃ pariyādāya tiṭṭhanti. Cetaso pariyādānā uttāsavā ca hoti vighātavā ca apekkhavā ca upādāya ca paritassati.

«Он рассматривает чувство как себя, или себя как обладающего чувством, или чувство в себе, или себя в чувстве. Это его чувство изменяется, становится иным. Из-за изменения и становления иным чувства его сознание следует за изменением чувства. Беспокойство и возникновение [неблагих] состояний, рождённые следованием за изменением чувства, овладевают его умом и остаются в нём. Из-за овладения умом он становится испуганным, сокрушённым и полным томления, и из-за цепляния он трепещет».

‘‘Saññaṃ [Pg.15] attato samanupassati…pe… saṅkhāre attato samanupassati, saṅkhāravantaṃ vā attānaṃ; attani vā saṅkhāre, saṅkhāresu vā attānaṃ. Tassa te saṅkhārā vipariṇamanti aññathā honti. Tassa saṅkhāravipariṇāmaññathābhāvā saṅkhāravipariṇāmānuparivatti viññāṇaṃ hoti. Tassa saṅkhāravipariṇāmānuparivattijā paritassanā dhammasamuppādā cittaṃ pariyādāya tiṭṭhanti. Cetaso pariyādānā uttāsavā ca hoti vighātavā ca apekkhavā ca upādāya ca paritassati.

«Он рассматривает восприятие как себя... [и так далее]... Он рассматривает санкхары как себя, или себя как обладающего санкхарами, или санкхары в себе, или себя в санкхарах. Эти его санкхары изменяются, становятся иными. Из-за изменения и становления иным санкхар его сознание следует за изменением санкхар. Беспокойство и возникновение [неблагих] состояний, рождённые следованием за изменением санкхар, овладевают его умом и остаются в нём. Из-за овладения умом он становится испуганным, сокрушённым и полным томления, и из-за цепляния он трепещет».

‘‘Viññāṇaṃ attato samanupassati, viññāṇavantaṃ vā attānaṃ; attani vā viññāṇaṃ, viññāṇasmiṃ vā attānaṃ. Tassa taṃ viññāṇaṃ vipariṇamati aññathā hoti. Tassa viññāṇavipariṇāmaññathābhāvā viññāṇavipariṇāmānuparivatti viññāṇaṃ hoti. Tassa viññāṇavipariṇāmānuparivattijā paritassanā dhammasamuppādā cittaṃ pariyādāya tiṭṭhanti. Cetaso pariyādānā uttāsavā ca hoti vighātavā ca apekkhavā ca upādāya ca paritassati. Evaṃ kho, bhikkhave, upādāparitassanā hoti.

«Он рассматривает сознание как себя, или себя как обладающего сознанием, или сознание в себе, или себя в сознании. Это его сознание изменяется, становится иным. Из-за изменения и становления иным сознания его сознание следует за изменением сознания. Беспокойство и возникновение [неблагих] состояний, рождённые следованием за изменением сознания, овладевают его умом и остаются в нём. Из-за овладения умом он становится испуганным, сокрушённым и полным томления, и из-за цепляния он трепещет. Так, монахи, происходит трепет из-за цепляния».

‘‘Kathañca, bhikkhave, anupādāaparitassanā hoti? Idha, bhikkhave, sutavā ariyasāvako ariyānaṃ dassāvī ariyadhammassa kovido ariyadhamme suvinīto, sappurisānaṃ dassāvī sappurisadhammassa kovido sappurisadhamme suvinīto na rūpaṃ attato samanupassati, na rūpavantaṃ vā attānaṃ; na attani vā rūpaṃ, na rūpasmiṃ vā attānaṃ. Tassa taṃ rūpaṃ vipariṇamati aññathā hoti. Tassa rūpavipariṇāmaññathābhāvā na rūpavipariṇāmānuparivatti viññāṇaṃ hoti. Tassa na rūpavipariṇāmānuparivattijā paritassanā dhammasamuppādā cittaṃ pariyādāya tiṭṭhanti. Cetaso apariyādānā na cevuttāsavā hoti na ca vighātavā na ca apekkhavā, anupādāya ca na paritassati.

«И как, монахи, нет трепета из-за отсутствия цепляния? Здесь, монахи, обученный благородный ученик, видящий благородных, знающий учение благородных, хорошо наставленный в учении благородных, видящий истинных людей, знающий учение истинных людей, хорошо наставленный в учении истинных людей, не рассматривает форму как себя, или себя как обладающего формой, или форму в себе, или себя в форме. Эта его форма изменяется, становится иной. Несмотря на изменение и становление иным формы, его сознание не следует за изменением формы. Беспокойство и возникновение [неблагих] состояний, рождённые следованием за изменением формы, не овладевают его умом и не остаются в нём. Поскольку его ум не овладеваем ими, он не становится ни испуганным, ни сокрушённым, ни полным томления, и из-за отсутствия цепляния он не трепещет».

‘‘Na vedanaṃ attato samanupassati, na vedanāvantaṃ vā attānaṃ; na attani vā vedanaṃ, na vedanāya vā attānaṃ. Tassa sā vedanā vipariṇamati aññathā hoti. Tassa vedanāvipariṇāmaññathābhāvā na vedanāvipariṇāmānuparivatti viññāṇaṃ hoti. Tassa na vedanāvipariṇāmānuparivattijā paritassanā dhammasamuppādā cittaṃ pariyādāya tiṭṭhanti[Pg.16]. Cetaso apariyādānā na cevuttāsavā hoti na ca vighātavā na ca apekkhavā, anupādāya ca na paritassati.

«Он не рассматривает чувство как себя, или себя как обладающего чувством, или чувство в себе, или себя в чувстве. Это его чувство изменяется, становится иным. Несмотря на изменение и становление иным чувства, его сознание не следует за изменением чувства. Беспокойство и возникновение [неблагих] состояний, рождённые следованием за изменением чувства, не овладевают его умом и не остаются в нём. Поскольку его ум не овладеваем ими, он не становится ни испуганным, ни сокрушённым, ни полным томления, и из-за отсутствия цепляния он не трепещет».

‘‘Na saññaṃ…pe… na saṅkhāre attato samanupassati, na saṅkhāravantaṃ vā attānaṃ; na attani vā saṅkhāre, na saṅkhāresu vā attānaṃ. Tassa te saṅkhārā vipariṇamanti aññathā honti. Tassa saṅkhāravipariṇāmaññathābhāvā na saṅkhāravipariṇāmānuparivatti viññāṇaṃ hoti. Tassa na saṅkhāravipariṇāmānuparivattijā paritassanā dhammasamuppādā cittaṃ pariyādāya tiṭṭhanti. Cetaso apariyādānā na cevuttāsavā hoti na ca vighātavā na ca apekkhavā, anupādāya ca na paritassati.

«Он не рассматривает восприятие как себя... [и так далее]... Он не рассматривает санкхары как себя, или себя как обладающего санкхарами, или санкхары в себе, или себя в санкхарах. Эти его санкхары изменяются, становятся иными. Несмотря на изменение и становление иным санкхар, его сознание не следует за изменением санкхар. Беспокойство и возникновение [неблагих] состояний, рождённые следованием за изменением санкхар, не овладевают его умом и не остаются в нём. Поскольку его ум не овладеваем ими, он не становится ни испуганным, ни сокрушённым, ни полным томления, и из-за отсутствия цепляния он не трепещет».

‘‘Na viññāṇaṃ attato samanupassati, na viññāṇavantaṃ vā attānaṃ…pe… tassa taṃ viññāṇaṃ vipariṇamati aññathā hoti. Tassa viññāṇavipariṇāmaññathābhāvā na viññāṇavipariṇāmānuparivatti viññāṇaṃ hoti. Tassa na viññāṇavipariṇāmānuparivattijā paritassanā dhammasamuppādā cittaṃ pariyādāya tiṭṭhanti. Cetaso apariyādānā na cevuttāsavā hoti na ca vighātavā na ca apekkhavā, anupādāya ca na paritassati. Evaṃ kho, bhikkhave, anupādā aparitassanaṃ hotī’’ti. Sattamaṃ.

«Он не рассматривает сознание как себя, или себя как обладающего сознанием... [и так далее]... Это его сознание изменяется, становится иным. Несмотря на изменение и становление иным сознания, его сознание не следует за изменением сознания. Беспокойство и возникновение [неблагих] состояний, рождённые следованием за изменением сознания, не овладевают его умом и не остаются в нём. Поскольку его ум не овладеваем ими, он не становится ни испуганным, ни сокрушённым, ни полным томления, и из-за отсутствия цепляния он не трепещет. Так, монахи, происходит отсутствие трепета из-за отсутствия цепляния». Седьмая [сутта].

8. Dutiyaupādāparitassanāsuttaṃ

8. «Вторая сутта о трепете из-за цепляния»

8. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Upādāparitassanañca vo, bhikkhave, desessāmi anupādāaparitassanañca. Taṃ suṇātha…pe… kathañca, bhikkhave, upādāparitassanā hoti? Idha, bhikkhave, assutavā puthujjano rūpaṃ ‘etaṃ mama, esohamasmi, eso me attā’ti samanupassati. Tassa taṃ rūpaṃ vipariṇamati aññathā hoti. Tassa rūpavipariṇāmaññathābhāvā uppajjanti sokaparidevadukkhadomanassupāyāsā. Vedanaṃ etaṃ mama…pe… saññaṃ etaṃ mama… saṅkhāre etaṃ mama… viññāṇaṃ ‘etaṃ mama, esohamasmi, eso me attā’ti samanupassati. Tassa taṃ viññāṇaṃ vipariṇamati aññathā hoti. Tassa viññāṇavipariṇāmaññathābhāvā uppajjanti sokaparidevadukkhadomanassupāyāsā. Evaṃ kho, bhikkhave, upādāparitassanā hoti.

8. В Саваттхи. «Монахи, я обучу вас трепету из-за цепляния и отсутствию трепета из-за отсутствия цепляния. Слушайте это... [и так далее]... И как, монахи, происходит трепет из-за цепляния? Здесь, монахи, необученный обыватель рассматривает форму так: „Это моё, это я, это моё я“. Эта его форма изменяется, становится иной. Из-за изменения и становления иным формы в нём возникают скорбь, стенание, боль, печаль и отчаяние. Он рассматривает чувство так: „Это моё“... восприятие так: „Это моё“... санкхары так: „Это моё“... сознание так: „Это моё, это я, это моё я“. Это его сознание изменяется, становится иным. Из-за изменения и становления иным сознания в нём возникают скорбь, стенание, боль, печаль и отчаяние. Так, монахи, происходит трепет из-за цепляния».

‘‘Kathañca, bhikkhave, anupādāaparitassanā hoti? Idha, bhikkhave, sutavā ariyasāvako rūpaṃ ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’ti samanupassati. Tassa taṃ rūpaṃ vipariṇamati aññathā hoti. Tassa [Pg.17] rūpavipariṇāmaññathābhāvā nuppajjanti sokaparidevadukkhadomanassupāyāsā. Vedanaṃ netaṃ mama… saññaṃ netaṃ mama… saṅkhāre netaṃ mama… viññāṇaṃ ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’ti samanupassati. Tassa taṃ viññāṇaṃ vipariṇamati aññathā hoti. Tassa viññāṇavipariṇāmaññathābhāvā nuppajjanti sokaparidevadukkhadomanassupāyāsā. Evaṃ kho, bhikkhave, anupādāaparitassanā hotī’’ti. Aṭṭhamaṃ.

«И как, монахи, происходит отсутствие трепета из-за отсутствия цепляния? Здесь, монахи, обученный благородный ученик рассматривает форму так: „Это не моё, это не я, это не моё я“. Эта его форма изменяется, становится иной. Из-за изменения и становления иным формы в нём не возникают скорбь, стенание, боль, печаль и отчаяние. Он рассматривает чувство так: „Это не моё“... восприятие так: „Это не моё“... санкхары так: „Это не моё“... сознание так: „Это не моё, это не я, это не моё я“. Это его сознание изменяется, становится иным. Из-за изменения и становления иным сознания в нём не возникают скорбь, стенание, боль, печаль и отчаяние. Так, монахи, происходит отсутствие трепета из-за отсутствия цепляния». Восьмая [сутта].

9. Kālattayaaniccasuttaṃ

9. «Сутта о непостоянстве в трёх временах»

9. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Rūpaṃ, bhikkhave, aniccaṃ atītānāgataṃ; ko pana vādo paccuppannassa! Evaṃ passaṃ, bhikkhave, sutavā ariyasāvako atītasmiṃ rūpasmiṃ anapekkho hoti; anāgataṃ rūpaṃ nābhinandati; paccuppannassa rūpassa nibbidāya virāgāya nirodhāya paṭipanno hoti. Vedanā aniccā…pe… saññā aniccā… saṅkhārā aniccā atītānāgatā; ko pana vādo paccuppannānaṃ! Evaṃ passaṃ, bhikkhave, sutavā ariyasāvako atītesu saṅkhāresu anapekkho hoti; anāgate saṅkhāre nābhinandati; paccuppannānaṃ saṅkhārānaṃ nibbidāya virāgāya nirodhāya paṭipanno hoti. Viññāṇaṃ aniccaṃ atītānāgataṃ; ko pana vādo paccuppannassa! Evaṃ passaṃ, bhikkhave, sutavā ariyasāvako atītasmiṃ viññāṇasmiṃ anapekkho hoti; anāgataṃ viññāṇaṃ nābhinandati; paccuppannassa viññāṇassa nibbidāya virāgāya nirodhāya paṭipanno hotī’’ti. Navamaṃ.

9. В Саваттхи. «Монахи, форма непостоянна — как в прошлом, так и в будущем, что уж говорить о настоящем! Видя это, монахи, обученный благородный ученик не испытывает привязанности к форме прошлого; он не радуется форме будущего; и он практикует ради разочарования в форме настоящего, ради угасания страсти к ней и её прекращения. Чувство непостоянно... восприятие непостоянно... санкхары непостоянны — как в прошлом, так и в будущем, что уж говорить о настоящем! Видя это, монахи, обученный благородный ученик не испытывает привязанности к санкхарам прошлого; он не радуется санкхарам будущего; и он практикует ради разочарования в санкхарах настоящего, ради угасания страсти к ним и их прекращения. Сознание непостоянно — как в прошлом, так и в будущем, что уж говорить о настоящем! Видя это, монахи, обученный благородный ученик не испытывает привязанности к сознанию прошлого; он не радуется сознанию будущего; и он практикует ради разочарования в сознании настоящего, ради угасания страсти к нему и его прекращения». Девятая [сутта].

10. Kālattayadukkhasuttaṃ

10. «Сутта о страдании в трёх временах»

10. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Rūpaṃ, bhikkhave, dukkhaṃ atītānāgataṃ; ko pana vādo paccuppannassa! Evaṃ passaṃ, bhikkhave, sutavā ariyasāvako atītasmiṃ rūpasmiṃ anapekkho hoti; anāgataṃ rūpaṃ nābhinandati; paccuppannassa rūpassa nibbidāya virāgāya nirodhāya paṭipanno hoti. Vedanā dukkhā… saññā dukkhā… saṅkhārā dukkhā… viññāṇaṃ dukkhaṃ atītānāgataṃ; ko pana vādo paccuppannassa! Evaṃ passaṃ, bhikkhave, sutavā ariyasāvako atītasmiṃ viññāṇasmiṃ anapekkho hoti; anāgataṃ viññāṇaṃ nābhinandati; paccuppannassa viññāṇassa nibbidāya virāgāya nirodhāya paṭipanno hotī’’ti. Dasamaṃ.

10. В Саваттхи. «Монахи, форма есть страдание — как в прошлом, так и в будущем, что уж говорить о настоящем! Видя это, монахи, обученный благородный ученик не испытывает привязанности к форме прошлого; он не радуется форме будущего; и он практикует ради разочарования в форме настоящего, ради угасания страсти к ней и её прекращения. Чувство есть страдание... восприятие есть страдание... санкхары есть страдание... сознание есть страдание — как в прошлом, так и в будущем, что уж говорить о настоящем! Видя это, монахи, обученный благородный ученик не испытывает привязанности к сознанию прошлого; он не радуется сознанию будущего; и он практикует ради разочарования в сознании настоящего, ради угасания страсти к нему и его прекращения». Десятая [сутта].

11. Kālattayaanattasuttaṃ

11. «Сутта о не-я в трёх временах»

11. Sāvatthinidānaṃ[Pg.18]. ‘‘Rūpaṃ, bhikkhave, anattā atītānāgataṃ; ko pana vādo paccuppannassa! Evaṃ passaṃ, bhikkhave, sutavā ariyasāvako atītasmiṃ rūpasmiṃ anapekkho hoti; anāgataṃ rūpaṃ nābhinandati; paccuppannassa rūpassa nibbidāya virāgāya nirodhāya paṭipanno hoti. Vedanā anattā… saññā anattā… saṅkhārā anattā… viññāṇaṃ anattā atītānāgataṃ; ko pana vādo paccuppannassa! Evaṃ passaṃ, bhikkhave, sutavā ariyasāvako atītasmiṃ viññāṇasmiṃ anapekkho hoti; anāgataṃ viññāṇaṃ nābhinandati; paccuppannassa viññāṇassa nibbidāya virāgāya nirodhāya paṭipanno hotī’’ti. Ekādasamaṃ.

11. В Саваттхи. «Монахи, форма не-я — как в прошлом, так и в будущем, что уж говорить о настоящем! Видя это, монахи, обученный благородный ученик не испытывает привязанности к форме прошлого; он не радуется форме будущего; и он практикует ради разочарования в форме настоящего, ради угасания страсти к ней и её прекращения. Чувство не-я... восприятие не-я... санкхары не-я... сознание не-я — как в прошлом, так и в будущем, что уж говорить о настоящем! Видя это, монахи, обученный благородный ученик не испытывает привязанности к сознанию прошлого; он не радуется сознанию будущего; и он практикует ради разочарования в сознании настоящего, ради угасания страсти к нему и его прекращения». Одиннадцатая [сутта].

Nakulapituvaggo paṭhamo.

«Первая глава о Накулапите».

Tassuddānaṃ –

«Оглавление этой главы:»

Nakulapitā devadahā, dvepi hāliddikāni ca;

Samādhipaṭisallāṇā, upādāparitassanā duve;

Atītānāgatapaccuppannā, vaggo tena pavuccati.

«Накулапита, Девадаха, две сутты Халиддикани, Самадхи, Патисаллана, две сутты о трепете из-за цепляния, и сутты о прошлом, будущем и настоящем — этим [составом] зовётся эта глава».

2. Aniccavaggo

2. «Глава о непостоянстве»

1. Aniccasuttaṃ

1. «Сутта о непостоянстве»

12. Evaṃ me sutaṃ – sāvatthiyaṃ. Tatra kho…pe… ‘‘rūpaṃ, bhikkhave, aniccaṃ, vedanā aniccā, saññā aniccā, saṅkhārā aniccā, viññāṇaṃ aniccaṃ. Evaṃ passaṃ, bhikkhave, sutavā ariyasāvako rūpasmimpi nibbindati, vedanāyapi nibbindati, saññāyapi nibbindati, saṅkhāresupi nibbindati, viññāṇasmimpi nibbindati. Nibbindaṃ virajjati; virāgā vimuccati. Vimuttasmiṃ vimuttamiti ñāṇaṃ hoti. ‘Khīṇā jāti, vusitaṃ brahmacariyaṃ, kataṃ karaṇīyaṃ, nāparaṃ itthattāyā’ti pajānātī’’ti. Paṭhamaṃ.

12. Так я слышал. В Саваттхи. Там [Благословенный обратился к монахам]... [и так далее]... «Монахи, форма непостоянна, чувство непостоянно, восприятие непостоянно, санкхары непостоянны, сознание непостоянно. Видя это, монахи, обученный благородный ученик испытывает разочарование в форме, испытывает разочарование в чувстве, испытывает разочарование в восприятии, испытывает разочарование в санкхарах, испытывает разочарование в сознании. Испытывая разочарование, он становится бесстрастным. Благодаря бесстрастию [его ум] освобождается. Когда он освобождён, возникает знание: „Освобождён“. Он постигает: „Рождение уничтожено, святая жизнь прожита, сделано то, что должно было быть сделано, не осталось ничего для этого состояния бытия“». Первая [сутта].

2. Dukkhasuttaṃ

2. «Сутта о страдании»

13. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Rūpaṃ, bhikkhave, dukkhaṃ, vedanā dukkhā, saññā dukkhā, saṅkhārā dukkhā, viññāṇaṃ dukkhaṃ. Evaṃ passaṃ…pe… nāparaṃ itthattāyāti pajānātī’’ti. Dutiyaṃ.

13. В Саваттхи. «Монахи, форма есть страдание, чувство есть страдание, восприятие есть страдание, санкхары есть страдание, сознание есть страдание. Видя это... [и так далее]... Он постигает: „...не осталось ничего для этого состояния бытия“». Вторая [сутта].

3. Anattasuttaṃ

3. «Сутта о не-я»

14. Sāvatthinidānaṃ[Pg.19]. ‘‘Rūpaṃ, bhikkhave, anattā, vedanā anattā, saññā anattā, saṅkhārā anattā, viññāṇaṃ anattā. Evaṃ passaṃ, bhikkhave, sutavā ariyasāvako rūpasmimpi nibbindati, vedanāyapi nibbindati, saññāyapi nibbindati, saṅkhāresupi nibbindati, viññāṇasmimpi nibbindati. Nibbindaṃ virajjati; virāgā vimuccati. Vimuttasmiṃ vimuttamiti ñāṇaṃ hoti. ‘Khīṇā jāti, vusitaṃ brahmacariyaṃ, kataṃ karaṇīyaṃ, nāparaṃ itthattāyā’ti pajānātī’’ti. Tatiyaṃ.

14. В Саваттхи. «Монахи, форма не-я, чувство не-я, восприятие не-я, санкхары не-я, сознание не-я. Видя это, монахи, обученный благородный ученик испытывает разочарование в форме, испытывает разочарование в чувстве, испытывает разочарование в восприятии, испытывает разочарование в санкхарах, испытывает разочарование в сознании. Испытывая разочарование, он становится бесстрастным. Благодаря бесстрастию [его ум] освобождается. Когда он освобождён, возникает знание: „Освобождён“. Он постигает: „Рождение уничтожено, святая жизнь прожита, сделано то, что должно было быть сделано, не осталось ничего для этого состояния бытия“». Третья [сутта].

4. Yadaniccasuttaṃ

4. «Сутта о том, что непостоянно»

15. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Rūpaṃ, bhikkhave, aniccaṃ. Yadaniccaṃ taṃ dukkhaṃ; yaṃ dukkhaṃ tadanattā; yadanattā taṃ ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’ti evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya daṭṭhabbaṃ. Vedanā aniccā. Yadaniccaṃ taṃ dukkhaṃ; yaṃ dukkhaṃ tadanattā; yadanattā taṃ ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’ti evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya daṭṭhabbaṃ. Saññā aniccā…pe… saṅkhārā aniccā… viññāṇaṃ aniccaṃ. Yadaniccaṃ taṃ dukkhaṃ; yaṃ dukkhaṃ tadanattā; yadanattā taṃ ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’ti evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya daṭṭhabbaṃ. Evaṃ passaṃ…pe… nāparaṃ itthattāyāti pajānātī’’ti. Catutthaṃ.

15. В Саваттхи. «О бхиккху, форма непостоянна. То, что непостоянно — это страдание. То, что страдание — это не-себя. То, что не-себя, следует видеть правильной мудростью так, как оно есть на самом деле: „Это не моё, это не я, это не моя самость“. Чувство непостоянно... Восприятие непостоянно... Волевые формирования непостоянны... Сознание непостоянно. То, что непостоянно — это страдание. То, что страдание — это не-себя. То, что не-себя, следует видеть правильной мудростью так, как оно есть на самом деле: „Это не моё, это не я, это не моя самость“. Видя так... он понимает: „...нет ничего больше для этого состояния бытия“». Четвёртая сутта.

5. Yaṃdukkhasuttaṃ

5. Ямдуккха сутта (О том, что является страданием)

16. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Rūpaṃ, bhikkhave, dukkhaṃ. Yaṃ dukkhaṃ tadanattā; yadanattā taṃ ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’ti evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya daṭṭhabbaṃ. Vedanā dukkhā… saññā dukkhā… saṅkhārā dukkhā… viññāṇaṃ dukkhaṃ. Yaṃ dukkhaṃ tadanattā; yadanattā taṃ ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’ti evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya daṭṭhabbaṃ. Evaṃ passaṃ…pe… nāparaṃ itthattāyāti pajānātī’’ti. Pañcamaṃ.

16. В Саваттхи. «О бхиккху, форма — это страдание. То, что страдание — это не-себя. То, что не-себя, следует видеть правильной мудростью так, как оно есть на самом деле: „Это не моё, это не я, это не моя самость“. Чувство — это страдание... Восприятие — это страдание... Волевые формирования — это страдание... Сознание — это страдание. То, что страдание — это не-себя. То, что не-себя, следует видеть правильной мудростью так, как оно есть на самом деле: „Это не моё, это не я, это не моя самость“. Видя так... он понимает: „...нет ничего больше для этого состояния бытия“». Пятая сутта.

6. Yadanattāsuttaṃ

6. Яданатта сутта (О том, что является не-себя)

17. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Rūpaṃ, bhikkhave, anattā. Yadanattā taṃ ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’ti evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya daṭṭhabbaṃ. Vedanā anattā… saññā anattā… saṅkhārā anattā… viññāṇaṃ anattā[Pg.20]. Yadanattā taṃ ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’ti evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya daṭṭhabbaṃ. Evaṃ passaṃ…pe… nāparaṃ itthattāyāti pajānātī’’ti. Chaṭṭhaṃ.

17. В Саваттхи. «О бхиккху, форма — это не-себя. То, что не-себя, следует видеть правильной мудростью так, как оно есть на самом деле: „Это не моё, это не я, это не моя самость“. Чувство — это не-себя... Восприятие — это не-себя... Волевые формирования — это не-себя... Сознание — это не-себя. То, что не-себя, следует видеть правильной мудростью так, как оно есть на самом деле: „Это не моё, это не я, это не моя самость“. Видя так... он понимает: „...нет ничего больше для этого состояния бытия“». Шестая сутта.

7. Sahetuaniccasuttaṃ

7. Сахету аничча сутта (Непостоянное с причиной)

18. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Rūpaṃ, bhikkhave, aniccaṃ. Yopi hetu, yopi paccayo rūpassa uppādāya, sopi anicco. Aniccasambhūtaṃ, bhikkhave, rūpaṃ kuto niccaṃ bhavissati! Vedanā aniccā. Yopi hetu, yopi paccayo vedanāya uppādāya, sopi anicco. Aniccasambhūtā, bhikkhave, vedanā kuto niccā bhavissati! Saññā aniccā… saṅkhārā aniccā. Yopi hetu yopi paccayo saṅkhārānaṃ uppādāya, sopi anicco. Aniccasambhūtā, bhikkhave, saṅkhārā kuto niccā bhavissanti! Viññāṇaṃ aniccaṃ. Yopi hetu yopi paccayo viññāṇassa uppādāya, sopi anicco. Aniccasambhūtaṃ, bhikkhave, viññāṇaṃ kuto niccaṃ bhavissati! Evaṃ passaṃ…pe… nāparaṃ itthattāyāti pajānātī’’ti. Sattamaṃ.

18. В Саваттхи. «О бхиккху, форма непостоянна. Причина и условие для возникновения формы также непостоянны. Как может форма, возникшая из непостоянного, быть постоянной? Чувство непостоянно. Причина и условие для возникновения чувства также непостоянны. Как может чувство, возникшее из непостоянного, быть постоянным? Восприятие непостоянно... Волевые формирования непостоянны. Причина и условие для возникновения волевых формирований также непостоянны. Как могут волевые формирования, возникшие из непостоянного, быть постоянными? Сознание непостоянно. Причина и условие для возникновения сознания также непостоянны. Как может сознание, возникшее из непостоянного, быть постоянным? Видя так... он понимает: „...нет ничего больше для этого состояния бытия“». Седьмая сутта.

8. Sahetudukkhasuttaṃ

8. Сахету дуккха сутта (Страдание с причиной)

19. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Rūpaṃ, bhikkhave, dukkhaṃ. Yopi hetu yopi paccayo rūpassa uppādāya, sopi dukkho. Dukkhasambhūtaṃ, bhikkhave, rūpaṃ kuto sukhaṃ bhavissati! Vedanā dukkhā… saññā dukkhā… saṅkhārā dukkhā… viññāṇaṃ dukkhaṃ. Yopi hetu yopi paccayo viññāṇassa uppādāya, sopi dukkho. Dukkhasambhūtaṃ, bhikkhave, viññāṇaṃ kuto sukhaṃ bhavissati! Evaṃ passaṃ…pe… nāparaṃ itthattāyāti pajānātī’’ti. Aṭṭhamaṃ.

19. В Саваттхи. «О бхиккху, форма — это страдание. Причина и условие для возникновения формы также являются страданием. Как может форма, возникшая из того, что является страданием, быть счастьем? Чувство — это страдание... Восприятие — это страдание... Волевые формирования — это страдание... Сознание — это страдание. Причина и условие для возникновения сознания также являются страданием. Как может сознание, возникшее из того, что является страданием, быть счастьем? Видя так... он понимает: „...нет ничего больше для этого состояния бытия“». Восьмая сутта.

9. Sahetuanattasuttaṃ

9. Сахету анатта сутта (Не-себя с причиной)

20. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Rūpaṃ, bhikkhave, anattā. Yopi hetu yopi paccayo rūpassa uppādāya, sopi anattā. Anattasambhūtaṃ, bhikkhave, rūpaṃ kuto attā bhavissati! Vedanā anattā… saññā anattā… saṅkhārā anattā… viññāṇaṃ anattā. Yopi hetu yopi paccayo viññāṇassa uppādāya, sopi anattā. Anattasambhūtaṃ, bhikkhave, viññāṇaṃ kuto attā bhavissati! Evaṃ passaṃ…pe… nāparaṃ itthattāyāti pajānātī’’ti. Navamaṃ.

20. В Саваттхи. «О бхиккху, форма — это не-себя. Причина и условие для возникновения формы также являются не-себя. Как может форма, возникшая из того, что является не-себя, быть собой? Чувство — это не-себя... Восприятие — это не-себя... Волевые формирования — это не-себя... Сознание — это не-себя. Причина и условие для возникновения сознания также являются не-себя. Как может сознание, возникшее из того, что является не-себя, быть собой? Видя так... он понимает: „...нет ничего больше для этого состояния бытия“». Девятая сутта.

10. Ānandasuttaṃ

10. Ананда сутта

21. Sāvatthiyaṃ [Pg.21]… ārāme. Atha kho āyasmā ānando yena bhagavā tenupasaṅkami; upasaṅkamitvā bhagavantaṃ abhivādetvā ekamantaṃ nisīdi. Ekamantaṃ nisinno kho āyasmā ānando bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘‘nirodho nirodho’ti, bhante, vuccati. Katamesānaṃ kho, bhante, dhammānaṃ nirodho ‘nirodho’ti vuccatī’’ti? ‘‘Rūpaṃ kho, ānanda, aniccaṃ saṅkhataṃ paṭiccasamuppannaṃ khayadhammaṃ vayadhammaṃ virāgadhammaṃ nirodhadhammaṃ. Tassa nirodho ‘nirodho’ti vuccati. Vedanā aniccā saṅkhatā paṭiccasamuppannā khayadhammā vayadhammā virāgadhammā nirodhadhammā. Tassā nirodho ‘nirodho’ti vuccati. Saññā… saṅkhārā aniccā saṅkhatā paṭiccasamuppannā khayadhammā vayadhammā virāgadhammā nirodhadhammā. Tesaṃ nirodho ‘nirodho’ti vuccati. Viññāṇaṃ aniccaṃ saṅkhataṃ paṭiccasamuppannaṃ khayadhammaṃ vayadhammaṃ virāgadhammaṃ nirodhadhammaṃ. Tassa nirodho ‘nirodho’ti vuccati. Imesaṃ kho, ānanda, dhammānaṃ nirodho ‘nirodho’ti vuccatī’’ti. Dasamaṃ.

21. В Саваттхи, в роще... Тогда почтенный Ананда подошёл к Благословенному, поклонился ему, сел рядом и сказал Благословенному: «Учитель, говорят: „прекращение, прекращение“. Прекращение каких явлений называют „прекращением“?» «Форма, Ананда, непостоянна, обусловлена, взаимозависимо возникшая, подвержена разрушению, исчезновению, угасанию, прекращению. Её прекращение называют „прекращением“. Чувство непостоянно... Восприятие... Волевые формирования непостоянны, обусловлены, взаимозависимо возникшие, подвержены разрушению, исчезновению, угасанию, прекращению. Их прекращение называют „прекращением“. Сознание непостоянно, обусловлено, взаимозависимо возникшее, подвержено разрушению, исчезновению, угасанию, прекращению. Его прекращение называют „прекращением“. Именно прекращение этих явлений, Ананда, называют „прекращением“». Десятая сутта.

Aniccavaggo dutiyo.

Вторая глава об имперманентности (Аниччавагга) завершена.

Tassuddānaṃ –

Оглавление этой главы:

Aniccaṃ dukkhaṃ anattā, yadaniccāpare tayo;

Hetunāpi tayo vuttā, ānandena ca te dasāti.

«Непостоянство», «Страдание», «Не-себя», и ещё три сутты, начиная с «То, что непостоянно»; также три сутты с «Причиной» и сутта с Анандой — всего десять.

3. Bhāravaggo

3. Бхаравагга (Глава о бремени)

1. Bhārasuttaṃ

1. Бхара сутта (Сутта о бремени)

22. Sāvatthiyaṃ … tatra kho … ‘‘bhārañca vo, bhikkhave, desessāmi bhārahārañca bhārādānañca bhāranikkhepanañca. Taṃ suṇātha. Katamo ca, bhikkhave, bhāro? Pañcupādānakkhandhā tissa vacanīyaṃ. Katame pañca? Rūpupādānakkhandho, vedanupādānakkhandho, saññupādānakkhandho, saṅkhārupādānakkhandho, viññāṇupādānakkhandho; ayaṃ vuccati, bhikkhave, bhāro’’.

22. В Саваттхи... Там Благословенный сказал следующее: «Бхиккху, я разъясню вам бремя, носильщика бремени, принятие бремени и слагание бремени. Слушайте это... И что, бхиккху, является бременем? Следует ответить: пять совокупностей привязанности. Какие пять? Совокупность формы, связанная с привязанностью; совокупность чувства, связанная с привязанностью; совокупность восприятия, связанная с привязанностью; совокупность волевых формирований, связанная с привязанностью; совокупность сознания, связанная с привязанностью. Это, бхиккху, называется бременем.

‘‘Katamo ca, bhikkhave, bhārahāro[Pg.22]? Puggalo tissa vacanīyaṃ. Yvāyaṃ āyasmā evaṃnāmo evaṃgotto; ayaṃ vuccati, bhikkhave, bhārahāro.

И кто, бхиккху, является носильщиком бремени? Следует ответить: личность, этот почтенный такого-то имени и такого-то рода. Это, бхиккху, называется носильщиком бремени.

‘‘Katamañca, bhikkhave, bhārādānaṃ? Yāyaṃ taṇhā ponobhavikā nandīrāgasahagatā tatratatrābhinandinī, seyyathidaṃ – kāmataṇhā, bhavataṇhā, vibhavataṇhā. Idaṃ vuccati, bhikkhave, bhārādānaṃ.

И что, бхиккху, является принятием бремени? Это жажда, которая ведёт к новому существованию, сопровождается наслаждением и страстью, находящая удовольствие то здесь, то там; а именно: жажда чувственных удовольствий, жажда существования, жажда несуществования. Это, бхиккху, называется принятием бремени.

‘‘Katamañca, bhikkhave, bhāranikkhepanaṃ? Yo tassāyeva taṇhāya asesavirāganirodho cāgo paṭinissaggo mutti anālayo. Idaṃ vuccati, bhikkhave, bhāranikkhepana’’nti.

И что, бхиккху, является слаганием бремени? Это полное, без остатка, угасание и прекращение этой самой жажды, отказ от неё, отречение, освобождение от неё, не-привязанность к ней. Это, бхиккху, называется слаганием бремени».

Idamavoca bhagavā. Idaṃ vatvāna sugato athāparaṃ etadavoca satthā –

Это сказал Благословенный. Сказав это, Сугата, Учитель, добавил следующее:

‘‘Bhārā have pañcakkhandhā, bhārahāro ca puggalo;

Bhārādānaṃ dukhaṃ loke, bhāranikkhepanaṃ sukhaṃ.

«Пять совокупностей — воистину бремя, а носильщик бремени — личность. Принятие бремени — это страдание в мире, слагание бремени — это счастье.

‘‘Nikkhipitvā garuṃ bhāraṃ, aññaṃ bhāraṃ anādiya;

Samūlaṃ taṇhamabbuyha, nicchāto parinibbuto’’ti. paṭhamaṃ;

Сложив тяжёлое бремя и не беря другого бремени, вырвав жажду вместе с корнем, свободный от голода, он полностью угас». Первая сутта.

2. Pariññasuttaṃ

2. Париння сутта (Сутта о полном понимании)

23. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Pariññeyye ca, bhikkhave, dhamme desessāmi pariññañca. Taṃ suṇātha. Katame ca, bhikkhave, pariññeyyā dhammā? Rūpaṃ, bhikkhave, pariññeyyo dhammo, vedanā pariññeyyo dhammo, saññā pariññeyyo dhammo, saṅkhārā pariññeyyo dhammo, viññāṇaṃ pariññeyyo dhammo. Ime vuccanti, bhikkhave, pariññeyyā dhammā. Katamā ca, bhikkhave, pariññā? Yo, bhikkhave, rāgakkhayo dosakkhayo mohakkhayo. Ayaṃ vuccati, bhikkhave, pariññā’’ti. Dutiyaṃ.

23. В Саваттхи. «Бхиккху, я разъясню вам вещи, которые должны быть полностью поняты, а также полное понимание. Слушайте это... И какие вещи, бхиккху, должны быть полностью поняты? Форма, бхиккху — это то, что должно быть полностью понято; чувство... восприятие... волевые формирования... сознание — это то, что должно быть полностью понято. Это, бхиккху, называется вещами, которые должны быть полностью поняты. И что, бхиккху, является полным пониманием? Уничтожение страсти, уничтожение злобы, уничтожение заблуждения. Это, бхиккху, называется полным пониманием». Вторая сутта.

3. Abhijānasuttaṃ

3. Абхиджана сутта (Сутта о непосредственном знании)

24. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Rūpaṃ, bhikkhave, anabhijānaṃ aparijānaṃ avirājayaṃ appajahaṃ abhabbo dukkhakkhayāya; vedanaṃ anabhijānaṃ aparijānaṃ avirājayaṃ appajahaṃ abhabbo dukkhakkhayāya; saññaṃ anabhijānaṃ… saṅkhāre anabhijānaṃ [Pg.23] aparijānaṃ avirājayaṃ appajahaṃ abhabbo dukkhakkhayāya; viññāṇaṃ anabhijānaṃ aparijānaṃ avirājayaṃ appajahaṃ abhabbo dukkhakkhayāya. Rūpañca kho, bhikkhave, abhijānaṃ parijānaṃ virājayaṃ pajahaṃ bhabbo dukkhakkhayāya; vedanaṃ abhijānaṃ… saññaṃ… saṅkhāre… viññāṇaṃ abhijānaṃ parijānaṃ virājayaṃ pajahaṃ bhabbo dukkhakkhayāyā’’ti. Tatiyaṃ.

24. В Саваттхи. «Бхиккху, не зная непосредственно и не понимая полностью форму, не освобождаясь от страсти к ней и не оставляя её, человек неспособен положить конец страданию. Не зная непосредственно и не понимая полностью чувство... восприятие... волевые формирования... сознание, не освобождаясь от страсти к ним и не оставляя их, человек неспособен положить конец страданию. Но, бхиккху, зная непосредственно и понимая полностью форму, освобождаясь от страсти к ней и оставляя её, человек способен положить конец страданию. Зная непосредственно и понимая полностью чувство... восприятие... волевые формирования... сознание, освобождаясь от страсти к ним и оставляя их, человек способен положить конец страданию». Третья сутта.

4. Chandarāgasuttaṃ

4. Чандарага сутта (Сутта о желании и страсти)

25. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Yo, bhikkhave, rūpasmiṃ chandarāgo taṃ pajahatha. Evaṃ taṃ rūpaṃ pahīnaṃ bhavissati ucchinnamūlaṃ tālāvatthukataṃ anabhāvaṃkataṃ āyatiṃ anuppādadhammaṃ. Yo vedanāya chandarāgo taṃ pajahatha. Evaṃ sā vedanā pahīnā bhavissati ucchinnamūlā tālāvatthukatā anabhāvaṃkatā āyatiṃ anuppādadhammā. Yo saññāya chandarāgo taṃ pajahatha. Evaṃ sā saññā pahīnā bhavissati ucchinnamūlā tālāvatthukatā anabhāvaṃkatā āyatiṃ anuppādadhammā. Yo saṅkhāresu chandarāgo taṃ pajahatha. Evaṃ te saṅkhārā pahīnā bhavissanti ucchinnamūlā tālāvatthukatā anabhāvaṃkatā āyatiṃ anuppādadhammā. Yo viññāṇasmiṃ chandarāgo taṃ pajahatha. Evaṃ taṃ viññāṇaṃ pahīnaṃ bhavissati ucchinnamūlaṃ tālāvatthukataṃ anabhāvaṃkataṃ āyatiṃ anuppādadhamma’’nti. Catutthaṃ.

25. В Саваттхи. «Бхиккху, оставьте желание и страсть к форме. Так эта форма будет оставлена, срезана под корень, уподоблена обрубку пальмы, уничтожена так, что больше не возникнет в будущем. Оставьте желание и страсть к чувству... к восприятию... к волевым формированиям... к сознанию. Так это сознание будет оставлено, срезано под корень, уподоблено обрубку пальмы, уничтожено так, что больше не возникнет в будущем». Четвёртая сутта.

5. Assādasuttaṃ

5. Ассада сутта (Сутта о наслаждении)

26. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Pubbeva me, bhikkhave, sambodhā anabhisambuddhassa bodhisattasseva sato etadahosi – ‘ko nu kho rūpassa assādo, ko ādīnavo, kiṃ nissaraṇaṃ? Ko vedanāya assādo, ko ādīnavo, kiṃ nissaraṇaṃ? Ko saññāya assādo, ko ādīnavo, kiṃ nissaraṇaṃ? Ko saṅkhārānaṃ assādo, ko ādīnavo, kiṃ nissaraṇaṃ? Ko viññāṇassa assādo, ko ādīnavo, kiṃ nissaraṇa’nti? Tassa mayhaṃ, bhikkhave, etadahosi – ‘yaṃ kho rūpaṃ paṭicca uppajjati sukhaṃ somanassaṃ, ayaṃ rūpassa assādo. Yaṃ rūpaṃ aniccaṃ dukkhaṃ vipariṇāmadhammaṃ, ayaṃ rūpassa ādīnavo. Yo rūpasmiṃ chandarāgavinayo chandarāgappahānaṃ, idaṃ rūpassa nissaraṇaṃ. Yaṃ vedanaṃ paṭicca uppajjati sukhaṃ somanassaṃ[Pg.24], ayaṃ vedanāya assādo. Yaṃ vedanā aniccā dukkhā vipariṇāmadhammā, ayaṃ vedanāya ādīnavo. Yo vedanāya chandarāgavinayo chandarāgappahānaṃ, idaṃ vedanāya nissaraṇaṃ. Yaṃ saññaṃ paṭicca uppajjati…pe… yaṃ saṅkhāre paṭicca uppajjati sukhaṃ somanassaṃ, ayaṃ saṅkhārānaṃ assādo. Yaṃ saṅkhārā aniccā dukkhā vipariṇāmadhammā, ayaṃ saṅkhārānaṃ ādīnavo. Yo saṅkhāresu chandarāgavinayo chandarāgappahānaṃ, idaṃ saṅkhārānaṃ nissaraṇaṃ. Yaṃ viññāṇaṃ paṭicca uppajjati sukhaṃ somanassaṃ, ayaṃ viññāṇassa assādo. Yaṃ viññāṇaṃ aniccaṃ dukkhaṃ vipariṇāmadhammaṃ, ayaṃ viññāṇassa ādīnavo. Yo viññāṇasmiṃ chandarāgavinayo chandarāgappahānaṃ, idaṃ viññāṇassa nissaraṇaṃ’’’.

26. В Саваттхи. «Монахи, до моего пробуждения, когда я ещё был непробуждённым бодхисаттой, мне пришла такая мысль: „В чём услада, в чём опасность и в чём выход в отношении формы? В чём услада, в чём опасность и в чём выход в отношении чувства… восприятия… волевых образований… сознания?“ Тогда, монахи, мне пришла такая мысль: „То удовольствие и радость, что возникают в зависимости от формы — это услада в форме. То, что форма непостоянна, подвержена страданию и изменению — это опасность в форме. Устранение и оставление желания и страсти к форме — это выход из формы. То удовольствие и радость, что возникают в зависимости от чувства… в зависимости от восприятия… в зависимости от волевых образований… в зависимости от сознания — это услада в сознании. То, что сознание непостоянно, подвержено страданию и изменению — это опасность в сознании. Устранение и оставление желания и страсти к сознанию — это выход из сознания“».

‘‘Yāvakīvañcāhaṃ, bhikkhave, imesaṃ pañcannaṃ upādānakkhandhānaṃ evaṃ assādañca assādato ādīnavañca ādīnavato nissaraṇañca nissaraṇato yathābhūtaṃ nābbhaññāsiṃ, neva tāvāhaṃ, bhikkhave, sadevake loke samārake sabrahmake sassamaṇabrāhmaṇiyā pajāya sadevamanussāya anuttaraṃ sammāsambodhiṃ abhisambuddhoti paccaññāsiṃ. Yato ca khvāhaṃ, bhikkhave, imesaṃ pañcannaṃ upādānakkhandhānaṃ evaṃ assādañca assādato ādīnavañca ādīnavato nissaraṇañca nissaraṇato yathābhūtaṃ abbhaññāsiṃ; athāhaṃ, bhikkhave, sadevake loke samārake sabrahmake sassamaṇabrāhmaṇiyā pajāya sadevamanussāya anuttaraṃ sammāsambodhiṃ abhisambuddhoti paccaññāsiṃ. Ñāṇañca pana me dassanaṃ udapādi – ‘akuppā me vimutti ; ayamantimā jāti; natthi dāni punabbhavo’’’ti. Pañcamaṃ.

«До тех пор, монахи, пока я прямо не познал, как оно есть на самом деле, усладу как усладу, опасность как опасность и выход как выход в отношении этих пяти совокупностей цепляния, я не утверждал, монахи, что пробудился к непревзойдённому совершенному самопробуждению в этом мире с его девами, Марой и Брахмой, среди этого поколения с его отшельниками и брахманами, девами и людьми. Но когда, монахи, я прямо познал, как оно есть на самом деле, усладу как усладу, опасность как опасность и выход как выход в отношении этих пяти совокупностей цепляния, тогда я провозгласил, монахи, что пробудился к непревзойдённому совершенному самопробуждению в этом мире с его девами, Марой и Брахмой, среди этого поколения с его отшельниками и брахманами, девами и людьми. И во мне возникло знание и видение: „Моё освобождение непоколебимо; это моё последнее рождение; теперь нет более повторного бытия“». Пятое.

6. Dutiyaassādasuttaṃ

6. Вторая сутта об усладе

27. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Rūpassāhaṃ, bhikkhave, assādapariyesanaṃ acariṃ. Yo rūpassa assādo tadajjhagamaṃ. Yāvatā rūpassa assādo paññāya me so sudiṭṭho. Rūpassāhaṃ, bhikkhave, ādīnavapariyesanaṃ acariṃ. Yo rūpassa ādīnavo tadajjhagamaṃ. Yāvatā rūpassa ādīnavo paññāya me so sudiṭṭho. Rūpassāhaṃ, bhikkhave, nissaraṇapariyesanaṃ acariṃ. Yaṃ rūpassa nissaraṇaṃ tadajjhagamaṃ. Yāvatā rūpassa nissaraṇaṃ paññāya me taṃ sudiṭṭhaṃ. Vedanāyāhaṃ, bhikkhave… saññāyāhaṃ, bhikkhave… saṅkhārānāhaṃ[Pg.25], bhikkhave… viññāṇassāhaṃ, bhikkhave, assādapariyesanaṃ acariṃ. Yo viññāṇassa assādo tadajjhagamaṃ. Yāvatā viññāṇassa assādo paññāya me so sudiṭṭho. Viññāṇassāhaṃ, bhikkhave, ādīnavapariyesanaṃ acariṃ. Yo viññāṇassa ādīnavo tadajjhagamaṃ. Yāvatā viññāṇassa ādīnavo paññāya me so sudiṭṭho. Viññāṇassāhaṃ, bhikkhave, nissaraṇapariyesanaṃ acariṃ. Yaṃ viññāṇassa nissaraṇaṃ tadajjhagamaṃ. Yāvatā viññāṇassa nissaraṇaṃ paññāya me taṃ sudiṭṭhaṃ. Yāvakīvañcāhaṃ, bhikkhave, imesaṃ pañcannaṃ upādānakkhandhānaṃ assādañca assādato ādīnavañca ādīnavato nissaraṇañca nissaraṇato yathābhūtaṃ nābbhaññāsiṃ…pe… abbhaññāsiṃ. Ñāṇañca pana me dassanaṃ udapādi – ‘akuppā me vimutti ; ayamantimā jāti; natthi dāni punabbhavo’’’ti. Chaṭṭhaṃ.

27. В Саваттхи. «Монахи, я отправился на поиски услады в форме. Какая бы услада ни была в форме — я её обнаружил. Я ясно узрел мудростью, насколько простирается услада в форме. Монахи, я отправился на поиски опасности в форме. Какая бы опасность ни была в форме — я её обнаружил. Я ясно узрел мудростью, насколько простирается опасность в форме. Монахи, я отправился на поиски выхода из формы. Какой бы выход ни был из формы — я его обнаружил. Я ясно узрел мудростью, насколько простирается выход из формы. Монахи, я отправился на поиски услады в чувстве… восприятии… волевых образованиях… сознании. Какая бы услада ни была в сознании — я её обнаружил. Я ясно узрел мудростью, насколько простирается услада в сознании. Монахи, я отправился на поиски опасности в сознании. Какая бы опасность ни была в сознании — я её обнаружил. Я ясно узрел мудростью, насколько простирается опасность в сознании. Монахи, я отправился на поиски выхода из сознания. Какой бы выход ни был из сознания — я его обнаружил. Я ясно узрел мудростью, насколько простирается выход из сознания. До тех пор, монахи, пока я прямо не познал, как оно есть на самом деле, усладу как усладу, опасность как опасность и выход как выход в отношении этих пяти совокупностей цепляния… прямо познал их. И во мне возникло знание и видение: „Моё освобождение непоколебимо; это моё последнее рождение; теперь нет более повторного бытия“». Шестое.

7. Tatiyaassādasuttaṃ

7. Третья сутта об усладе

28. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘No cedaṃ, bhikkhave, rūpassa assādo abhavissa nayidaṃ sattā rūpasmiṃ sārajjeyyuṃ. Yasmā ca kho, bhikkhave, atthi rūpassa assādo, tasmā sattā rūpasmiṃ sārajjanti. No cedaṃ, bhikkhave, rūpassa ādīnavo abhavissa nayidaṃ sattā rūpasmiṃ nibbindeyyuṃ. Yasmā ca kho, bhikkhave, atthi rūpassa ādīnavo, tasmā sattā rūpasmiṃ nibbindanti. No cedaṃ, bhikkhave, rūpassa nissaraṇaṃ abhavissa nayidaṃ sattā rūpasmā nissareyyuṃ. Yasmā ca kho, bhikkhave, atthi rūpassa nissaraṇaṃ, tasmā sattā rūpasmā nissaranti. No cedaṃ, bhikkhave, vedanāya…pe… no cedaṃ, bhikkhave, saññāya… no cedaṃ, bhikkhave, saṅkhārānaṃ nissaraṇaṃ abhavissa, nayidaṃ sattā saṅkhārehi nissareyyuṃ. Yasmā ca kho, bhikkhave, atthi saṅkhārānaṃ nissaraṇaṃ, tasmā sattā saṅkhārehi nissaranti. No cedaṃ, bhikkhave, viññāṇassa assādo abhavissa, nayidaṃ sattā viññāṇasmiṃ sārajjeyyuṃ. Yasmā ca kho, bhikkhave, atthi viññāṇassa assādo, tasmā sattā viññāṇasmiṃ sārajjanti. No cedaṃ, bhikkhave, viññāṇassa ādīnavo abhavissa, nayidaṃ sattā viññāṇasmiṃ nibbindeyyuṃ. Yasmā ca kho, bhikkhave, atthi viññāṇassa ādīnavo, tasmā sattā viññāṇasmiṃ nibbindanti. No cedaṃ, bhikkhave, viññāṇassa nissaraṇaṃ abhavissa, nayidaṃ sattā viññāṇasmā nissareyyuṃ[Pg.26]. Yasmā ca kho, bhikkhave, atthi viññāṇassa nissaraṇaṃ, tasmā sattā viññāṇasmā nissaranti.

28. В Саваттхи. «Монахи, если бы не было услады в форме, существа не испытывали бы страсти к ней; но поскольку услада в форме есть, существа испытывают страсть к ней. Если бы не было опасности в форме, существа не испытывали бы разочарования в ней; но поскольку опасность в форме есть, существа испытывают разочарование в ней. Если бы не было выхода из формы, существа не могли бы освободиться от неё; но поскольку выход из формы есть, существа освобождаются от неё. Если бы не было услады в чувстве… восприятии… волевых образованиях… Если бы не было выхода из волевых образований, существа не могли бы освободиться от волевых образований; но поскольку выход из волевых образований есть, существа освобождаются от волевых образований. Если бы не было услады в сознании, существа не испытывали бы страсти к нему; но поскольку услада в сознании есть, существа испытывают страсть к нему. Если бы не было опасности в сознании, существа не испытывали бы разочарования в нём; но поскольку опасность в сознании есть, существа испытывают разочарование в нём. Если бы не было выхода из сознания, существа не могли бы освободиться от него; но поскольку выход из сознания есть, существа освобождаются от него».

‘‘Yāvakīvañca, bhikkhave, sattā imesaṃ pañcannaṃ upādānakkhandhānaṃ assādañca assādato ādīnavañca ādīnavato nissaraṇañca nissaraṇato yathābhūtaṃ nābbhaññaṃsu ; neva tāva, bhikkhave, sattā sadevakā lokā samārakā sabrahmakā sassamaṇabrāhmaṇiyā pajāya sadevamanussāya nissaṭā visaṃyuttā vippamuttā vimariyādīkatena cetasā vihariṃsu. Yato ca kho, bhikkhave, sattā imesaṃ pañcannaṃ upādānakkhandhānaṃ assādañca assādato ādīnavañca ādīnavato nissaraṇañca nissaraṇato yathābhūtaṃ abbhaññaṃsu; atha, bhikkhave, sattā sadevakā lokā samārakā sabrahmakā sassamaṇabrāhmaṇiyā pajāya sadevamanussāya nissaṭā visaṃyuttā vippamuttā vimariyādīkatena cetasā viharanti’’. Sattamaṃ.

«До тех пор, монахи, пока существа прямо не познали, как оно есть на самом деле, усладу как усладу, опасность как опасность и выход как выход в отношении этих пяти совокупностей цепляния, они не могли освободиться, отделиться, избавиться от этого мира с его девами, Марой и Брахмой, от этого поколения с его отшельниками и брахманами, девами и людьми, и не пребывали с умом, свободным от преград. Но когда, монахи, существа прямо познали, как оно есть на самом деле, усладу как усладу, опасность как опасность и выход как выход в отношении этих пяти совокупностей цепляния, тогда они освободились, отделились, избавились от этого мира с его девами, Марой и Брахмой, от этого поколения с его отшельниками и брахманами, девами и людьми, и теперь пребывают с умом, свободным от преград». Седьмое.

8. Abhinandanasuttaṃ

8. Сутта о наслаждении

29. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Yo, bhikkhave, rūpaṃ abhinandati, dukkhaṃ so abhinandati. Yo dukkhaṃ abhinandati, aparimutto so dukkhasmāti vadāmi. Yo vedanaṃ abhinandati… yo saññaṃ abhinandati… yo saṅkhāre abhinandati… yo viññāṇaṃ abhinandati, dukkhaṃ so abhinandati. Yo dukkhaṃ abhinandati, aparimutto so dukkhasmāti vadāmi. Yo ca kho, bhikkhave, rūpaṃ nābhinandati, dukkhaṃ so nābhinandati. Yo dukkhaṃ nābhinandati, parimutto so dukkhasmāti vadāmi. Yo vedanaṃ nābhinandati… yo saññaṃ nābhinandati… yo saṅkhāre nābhinandati… yo viññāṇaṃ nābhinandati, dukkhaṃ so nābhinandati. Yo dukkhaṃ nābhinandati, parimutto so dukkhasmāti vadāmī’’ti. Aṭṭhamaṃ.

29. В Саваттхи. «Монахи, тот, кто находит наслаждение в форме, находит наслаждение в страдании. Тот, кто находит наслаждение в страдании, не освободился от страдания, я говорю. Тот, кто находит наслаждение в чувстве… восприятии… волевых образованиях… сознании, находит наслаждение в страдании. Тот, кто находит наслаждение в страдании, не освободился от страдания, я говорю. Но тот, монахи, кто не находит наслаждения в форме, не находит наслаждения в страдании. Тот, кто не находит наслаждения в страдании, освободился от страдания, я говорю. Тот, кто не находит наслаждения в чувстве… восприятии… волевых образованиях… сознании, не находит наслаждения в страдании. Тот, кто не находит наслаждения в страдании, освободился от страдания, я говорю». Восьмое.

9. Uppādasuttaṃ

9. Сутта о возникновении

30. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Yo, bhikkhave, rūpassa uppādo ṭhiti abhinibbatti pātubhāvo, dukkhasseso uppādo rogānaṃ ṭhiti jarāmaraṇassa pātubhāvo. Yo vedanāya…pe… yo saññāya…pe… yo saṅkhārānaṃ…pe… yo viññāṇassa [Pg.27] uppādo ṭhiti abhinibbatti pātubhāvo, dukkhasseso uppādo rogānaṃ ṭhiti jarāmaraṇassa pātubhāvo. Yo ca kho, bhikkhave, rūpassa nirodho vūpasamo atthaṅgamo, dukkhasseso nirodho rogānaṃ vūpasamo jarāmaraṇassa atthaṅgamo. Yo vedanāya …pe… yo saññāya… yo saṅkhārānaṃ… yo viññāṇassa nirodho vūpasamo atthaṅgamo, dukkhasseso nirodho rogānaṃ vūpasamo jarāmaraṇassa atthaṅgamo’’ti. Navamaṃ.

30. В Саваттхи. «Монахи, возникновение, продолжение, порождение и проявление формы — это возникновение страдания, продолжение болезней и проявление старости и смерти. Возникновение, продолжение, порождение и проявление чувства… восприятия… волевых образований… сознания — это возникновение страдания, продолжение болезней и проявление старости и смерти. Но прекращение, угасание и исчезновение формы — это прекращение страдания, угасание болезней и исчезновение старости и смерти. Прекращение, угасание и исчезновение чувства… восприятия… волевых образований… сознания — это прекращение страдания, угасание болезней и исчезновение старости и смерти». Девятое.

10. Aghamūlasuttaṃ

10. Сутта о корне пагубы

31. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Aghañca, bhikkhave, desessāmi aghamūlañca. Taṃ suṇātha. Katamañca bhikkhave aghaṃ? Rūpaṃ, bhikkhave, aghaṃ, vedanā aghaṃ, saññā aghaṃ, saṅkhārā aghaṃ, viññāṇaṃ aghaṃ. Idaṃ vuccati, bhikkhave, aghaṃ. Katamañca, bhikkhave, aghamūlaṃ? Yāyaṃ taṇhā ponobhavikā nandīrāgasahagatā tatratatrābhinandinī; seyyathidaṃ – kāmataṇhā, bhavataṇhā, vibhavataṇhā. Idaṃ vuccati, bhikkhave, aghamūla’’nti. Dasamaṃ.

31. В Саваттхи. «Монахи, я преподам вам пагубу и корень пагубы. Слушайте это. И что такое, монахи, пагуба? Форма, монахи — это пагуба; чувство — это пагуба; восприятие — это пагуба; волевые образования — это пагуба; сознание — это пагуба. Это, монахи, называется пагубой. И что такое, монахи, корень пагубы? Это жажда, ведущая к новому существованию, сопровождаемая восторгом и страстью, находящая наслаждение то здесь, то там; а именно: жажда чувственных удовольствий, жажда существования, жажда несуществования. Это, монахи, называется корнем пагубы». Десятое.

11. Pabhaṅgusuttaṃ

11. Сутта о разрушимом

32. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Pabhaṅguñca, bhikkhave, desessāmi appabhaṅguñca. Taṃ suṇātha. Kiñca, bhikkhave, pabhaṅgu, kiṃ appabhaṅgu? Rūpaṃ, bhikkhave, pabhaṅgu. Yo tassa nirodho vūpasamo atthaṅgamo, idaṃ appabhaṅgu. Vedanā pabhaṅgu. Yo tassā nirodho vūpasamo atthaṅgamo, idaṃ appabhaṅgu. Saññā pabhaṅgu… saṅkhārā pabhaṅgu. Yo tesaṃ nirodho vūpasamo atthaṅgamo, idaṃ appabhaṅgu. Viññāṇaṃ pabhaṅgu. Yo tassa nirodho vūpasamo atthaṅgamo, idaṃ appabhaṅgū’’ti. Ekādasamaṃ.

32. В Саваттхи. «Монахи, я преподам вам разрушимое и неразрушимое. Слушайте это. И что такое, монахи, разрушимое, и что — неразрушимое? Форма, монахи — это разрушимое; её прекращение, угасание и исчезновение — это неразрушимое. Чувство — это разрушимое… Восприятие — это разрушимое… Волевые образования — это разрушимое; их прекращение, угасание и исчезновение — это неразрушимое. Сознание — это разрушимое; его прекращение, угасание и исчезновение — это неразрушимое». Одиннадцатое.

Bhāravaggo tatiyo.

Третья глава — Бхаравагга (Глава о бремени).

Tassuddānaṃ –

Краткое содержание главы:

Bhāraṃ pariññaṃ abhijānaṃ, chandarāgaṃ catutthakaṃ;

Assādā ca tayo vuttā, abhinandanamaṭṭhamaṃ;

Uppādaṃ aghamūlañca, ekādasamo pabhaṅgūti.

«Бремя», «Полное понимание», «Прямое знание», четвёртая — «Желание и страсть»; также провозглашены три сутты об «Усладе», восьмая — «Наслаждение»; «Возникновение», «Корень пагубы», и одиннадцатая — «Разрушимое».

4. Natumhākaṃvaggo

4. Натумхакавагга (Глава «Не ваше»)

1. Natumhākaṃsuttaṃ

1. Натумхакасутта (Сутта «Не ваше»)

33. Sāvatthinidānaṃ[Pg.28]. ‘‘Yaṃ, bhikkhave, na tumhākaṃ, taṃ pajahatha. Taṃ vo pahīnaṃ hitāya sukhāya bhavissati. Kiñca, bhikkhave, na tumhākaṃ? Rūpaṃ, bhikkhave, na tumhākaṃ, taṃ pajahatha. Taṃ vo pahīnaṃ hitāya sukhāya bhavissati. Vedanā na tumhākaṃ, taṃ pajahatha. Sā vo pahīnā hitāya sukhāya bhavissati. Saññā na tumhākaṃ… saṅkhārā na tumhākaṃ, te pajahatha. Te vo pahīnā hitāya sukhāya bhavissanti. Viññāṇaṃ na tumhākaṃ, taṃ pajahatha. Taṃ vo pahīnaṃ hitāya sukhāya bhavissati’’.

33. В Саваттхи. «Монахи, то, что не принадлежит вам, отбросьте. Когда вы отбросите это, это послужит вашему благу и счастью. И что же, монахи, не принадлежит вам? Форма, монахи, не принадлежит вам: отбросьте её. Когда вы отбросите её, это послужит вашему благу и счастью. Чувство не принадлежит вам, отбросьте его. Когда вы отбросите его, это послужит вашему благу и счастью. Восприятие не принадлежит вам... Волевые формирователи не принадлежат вам, отбросьте их. Когда вы отбросите их, это послужит вашему благу и счастью. Сознание не принадлежит вам, отбросьте его. Когда вы отбросите его, это послужит вашему благу и счастью».

‘‘Seyyathāpi, bhikkhave, yaṃ imasmiṃ jetavane tiṇakaṭṭhasākhāpalāsaṃ taṃ jano hareyya vā ḍaheyya vā yathāpaccayaṃ vā kareyya. Api nu tumhākaṃ evamassa – ‘amhe jano harati vā ḍahati vā yathāpaccayaṃ vā karotī’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Taṃ kissa hetu’’? ‘‘Na hi no etaṃ, bhante, attā vā attaniyaṃ vā’’ti. ‘‘Evameva kho, bhikkhave, rūpaṃ na tumhākaṃ, taṃ pajahatha. Taṃ vo pahīnaṃ hitāya sukhāya bhavissati. Vedanā na tumhākaṃ, taṃ pajahatha. Sā vo pahīnā hitāya sukhāya bhavissati. Saññā na tumhākaṃ… saṅkhārā na tumhākaṃ… viññāṇaṃ na tumhākaṃ, taṃ pajahatha. Taṃ vo pahīnaṃ hitāya sukhāya bhavissatī’’ti. Paṭhamaṃ.

«Представьте, монахи, если бы люди уносили, сжигали или делали всё, что им угодно, с травой, дровами, ветками и листьями здесь, в роще Джеты. Подумали бы вы: „Люди уносят нас, сжигают нас или делают с нами всё, что им угодно“?» — «Нет, достопочтенный господин. По какой причине? Потому что, достопочтенный господин, это не является ни нами самими, ни тем, что принадлежит нам». — «Точно так же, монахи, форма не принадлежит вам: отбросьте её. Когда вы отбросите её, это послужит вашему благу и счастью. Чувство не принадлежит вам, отбросьте его. Когда вы отбросите его, это послужит вашему благу и счастью. Восприятие не принадлежит вам... Волевые формирователи не принадлежат вам... Сознание не принадлежит вам, отбросьте его. Когда вы отбросите его, это послужит вашему благу и счастью». Первая [сутта].

2. Dutiyanatumhākaṃsuttaṃ

2. Вторая сутта о том, что не принадлежит вам

34. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Yaṃ, bhikkhave, na tumhākaṃ, taṃ pajahatha. Taṃ vo pahīnaṃ hitāya sukhāya bhavissati. Kiñca, bhikkhave, na tumhākaṃ? Rūpaṃ, bhikkhave, na tumhākaṃ, taṃ pajahatha. Taṃ vo pahīnaṃ hitāya sukhāya bhavissati. Vedanā na tumhākaṃ… saññā na tumhākaṃ… saṅkhārā na tumhākaṃ… viññāṇaṃ na tumhākaṃ, taṃ pajahatha. Taṃ vo pahīnaṃ hitāya sukhāya bhavissati. Yaṃ, bhikkhave, na tumhākaṃ taṃ pajahatha. Taṃ vo pahīnaṃ hitāya sukhāya bhavissatī’’ti. Dutiyaṃ.

34. В Саваттхи. «Монахи, то, что не принадлежит вам, отбросьте. Когда вы отбросите это, это послужит вашему благу и счастью. И что же, монахи, не принадлежит вам? Форма, монахи, не принадлежит вам: отбросьте её. Когда вы отбросите её, это послужит вашему благу и счастью. Чувство не принадлежит вам... Восприятие не принадлежит вам... Волевые формирователи не принадлежат вам... Сознание не принадлежит вам, отбросьте его. Когда вы отбросите его, это послужит вашему благу и счастью. Монахи, то, что не принадлежит вам, отбросьте. Когда вы отбросите это, это послужит вашему благу и счастью». Вторая [сутта].

3. Aññatarabhikkhusuttaṃ

3. Сутта о некоем монахе (первая)

35. Sāvatthinidānaṃ. Atha kho aññataro bhikkhu yena bhagavā tenupasaṅkami; upasaṅkamitvā bhagavantaṃ abhivādetvā ekamantaṃ nisīdi. Ekamantaṃ [Pg.29] nisinno kho so bhikkhu bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘sādhu me, bhante, bhagavā saṃkhittena dhammaṃ desetu; yamahaṃ bhagavato dhammaṃ sutvā eko vūpakaṭṭho, appamatto ātāpī pahitatto vihareyya’’nti. ‘‘Yaṃ kho, bhikkhu, anuseti, tena saṅkhaṃ gacchati; yaṃ nānuseti, na tena saṅkhaṃ gacchatī’’ti. ‘‘Aññātaṃ, bhagavā; aññātaṃ, sugatā’’ti.

35. В Саваттхи. Тогда некий монах подошёл к Благословенному, поклонился ему и сел сбоку. Сидя сбоку, этот монах сказал Благословенному: «Было бы хорошо, достопочтенный господин, если бы Благословенный кратко преподал мне Дхамму, чтобы, услышав Дхамму от Благословенного, я мог пребывать в уединении, удалившись от мира, прилежный, ревностный и решительный». — «Монах, к чему у человека есть скрытая склонность, тем он и определяется. К чему у него нет скрытой склонности, тем он не определяется». — «Понял, Благословенный! Понял, Счастливый!»

‘‘Yathā kathaṃ pana tvaṃ, bhikkhu, mayā saṃkhittena bhāsitassa vitthārena atthaṃ ājānāsī’’ti? ‘‘Rūpaṃ ce, bhante, anuseti tena saṅkhaṃ gacchati. Vedanaṃ ce anuseti tena saṅkhaṃ gacchati. Saññaṃ ce anuseti tena saṅkhaṃ gacchati. Saṅkhāre ce anuseti tena saṅkhaṃ gacchati. Viññāṇaṃ ce anuseti tena saṅkhaṃ gacchati. Rūpaṃ ce, bhante, nānuseti na tena saṅkhaṃ gacchati. Vedanaṃ ce… saññaṃ ce… saṅkhāre ce… viññāṇaṃ ce nānuseti na tena saṅkhaṃ gacchati. Imassa khvāhaṃ, bhante, bhagavatā saṃkhittena bhāsitassa evaṃ vitthārena atthaṃ ājānāmī’’ti.

«И как же ты, монах, подробно понимаешь смысл того, что было сказано мною кратко?» — «Если, достопочтенный господин, у человека есть скрытая склонность к форме, то он определяется ею. Если у него есть скрытая склонность к чувству, то он определяется им. Если у него есть скрытая склонность к восприятию, то он определяется им. Если у него есть скрытая склонность к волевым формирователям, то он определяется ими. Если у него есть скрытая склонность к сознанию, то он определяется им. Если же, достопочтенный господин, у человека нет скрытой склонности к форме, то он не определяется ею. Если у него нет скрытой склонности к чувству... к восприятию... к волевым формирователям... к сознанию, то он не определяется им. Вот так, достопочтенный господин, я подробно понимаю смысл того, что было сказано Благословенным кратко».

‘‘Sādhu sādhu, bhikkhu! Sādhu kho tvaṃ, bhikkhu, mayā saṃkhittena bhāsitassa vitthārena atthaṃ ājānāsi. Rūpaṃ ce, bhikkhu, anuseti tena saṅkhaṃ gacchati. Vedanaṃ ce… saññaṃ ce… saṅkhāre ce… viññāṇaṃ ce anuseti tena saṅkhaṃ gacchati. Rūpaṃ ce, bhikkhu, nānuseti na tena saṅkhaṃ gacchati. Vedanaṃ ce… saññaṃ ce… saṅkhāre ce… viññāṇaṃ ce nānuseti na tena saṅkhaṃ gacchati. Imassa kho, bhikkhu, mayā saṃkhittena, bhāsitassa evaṃ vitthārena attho daṭṭhabbo’’ti.

«Хорошо, хорошо, монах! Прекрасно, монах, ты подробно понимаешь смысл того, что было сказано мною кратко. Если, монах, у человека есть скрытая склонность к форме, то он определяется ею. Если у него есть скрытая склонность к чувству... к восприятию... к волевым формирователям... к сознанию, то он определяется им. Если, монах, у человека нет скрытой склонности к форме, то он не определяется ею. Если у него нет скрытой склонности к чувству... к восприятию... к волевым формирователям... к сознанию, то он не определяется им. Именно так, монах, следует подробно понимать смысл того, что было сказано мною кратко».

Atha kho so bhikkhu bhagavato bhāsitaṃ abhinanditvā anumoditvā uṭṭhāyāsanā bhagavantaṃ abhivādetvā padakkhiṇaṃ katvā pakkāmi.

Тогда этот монах, восхитившись словами Благословенного и выразив признательность, поднялся со своего места, поклонился Благословенному и, обойдя его справа, удалился.

Atha kho so bhikkhu eko vūpakaṭṭho appamatto ātāpī pahitatto viharanto nacirasseva – yassatthāya kulaputtā sammadeva agārasmā anagāriyaṃ pabbajanti tadanuttaraṃ – brahmacariyapariyosānaṃ diṭṭheva dhamme sayaṃ abhiññā sacchikatvā upasampajja vihāsi. ‘‘Khīṇā jāti, vusitaṃ brahmacariyaṃ, kataṃ karaṇīyaṃ, nāparaṃ itthattāyā’’ti abbhaññāsi. Aññataro ca pana so bhikkhu arahataṃ ahosīti. Tatiyaṃ.

И вскоре, пребывая в уединении, удалившись от мира, прилежный, ревностный и решительный, этот монах, самостоятельно познав и воочию постигнув в этой самой жизни, вошёл и пребывал в той непревзойдённой конечной цели святой жизни, ради которой юноши из благородных семей должным образом уходят из дома в бездомность. Он непосредственно познал: «Рождение уничтожено, святая жизнь прожита, сделано то, что должно было быть сделано, не будет больше возвращения в это состояние бытия». И этот монах стал одним из арахантов. Третья [сутта].

4. Dutiyaaññatarabhikkhusuttaṃ

4. Вторая сутта о некоем монахе

36. Sāvatthinidānaṃ. Atha kho aññataro bhikkhu yena bhagavā…pe… ekamantaṃ nisinno kho so bhikkhu bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘sādhu me, bhante, bhagavā [Pg.30] saṃkhittena dhammaṃ desetu yamahaṃ bhagavato dhammaṃ sutvā eko vūpakaṭṭho appamatto ātāpī pahitatto vihareyya’’nti. ‘‘Yaṃ kho, bhikkhu, anuseti taṃ anumīyati; yaṃ anumīyati tena saṅkhaṃ gacchati. Yaṃ nānuseti na taṃ anumīyati; yaṃ nānumīyati na tena saṅkhaṃ gacchatī’’ti. ‘‘Aññātaṃ, bhagavā; aññātaṃ, sugatā’’ti.

36. В Саваттхи. Тогда некий монах подошёл к Благословенному... Сидя сбоку, этот монах сказал Благословенному: «Было бы хорошо, достопочтенный господин, если бы Благословенный кратко преподал мне Дхамму, чтобы, услышав Дхамму от Благословенного, я мог пребывать в уединении, удалившись от мира, прилежный, ревностный и решительный». — «Монах, к чему у человека есть скрытая склонность, то измеряется этим; что измеряется этим, тем он и определяется. К чему у него нет скрытой склонности, то не измеряется этим; что не измеряется этим, тем он и не определяется». — «Понял, Благословенный! Понял, Счастливый!»

‘‘Yathā kathaṃ pana tvaṃ, bhikkhu, mayā saṃkhittena bhāsitassa vitthārena atthaṃ ājānāsī’’ti? ‘‘Rūpaṃ ce, bhante, anuseti taṃ anumīyati; yaṃ anumīyati tena saṅkhaṃ gacchati. Vedanaṃ ce anuseti… saññaṃ ce anuseti… saṅkhāre ce anuseti… viññāṇaṃ ce anuseti taṃ anumīyati; yaṃ anumīyati tena saṅkhaṃ gacchati. Rūpaṃ ce, bhante, nānuseti na taṃ anumīyati; yaṃ nānumīyati na tena saṅkhaṃ gacchati. Vedanaṃ ce nānuseti… saññaṃ ce nānuseti… saṅkhāre ce nānuseti… viññāṇaṃ ce nānuseti na taṃ anumīyati; yaṃ nānumīyati na tena saṅkhaṃ gacchati. Imassa khvāhaṃ, bhante, bhagavatā saṃkhittena bhāsitassa evaṃ vitthārena atthaṃ ājānāmī’’ti.

«И как же ты, монах, подробно понимаешь смысл того, что было сказано мною кратко?» — «Если, достопочтенный господин, у человека есть скрытая склонность к форме, то она измеряется этим; что измеряется этим, тем он и определяется. Если у него есть скрытая склонность к чувству... к восприятию... к волевым формирователям... к сознанию, то оно измеряется этим; что измеряется этим, тем он и определяется. Если же, достопочтенный господин, у человека нет скрытой склонности к форме, то она не измеряется этим; что не измеряется этим, тем он и не определяется. Если у него нет скрытой склонности к чувству... к восприятию... к волевым формирователям... к сознанию, то оно не измеряется этим; что не измеряется этим, тем он и не определяется. Вот так, достопочтенный господин, я подробно понимаю смысл того, что было сказано Благословенным кратко».

‘‘Sādhu sādhu, bhikkhu! Sādhu kho tvaṃ, bhikkhu, mayā saṃkhittena bhāsitassa vitthārena atthaṃ ājānāsi. Rūpaṃ ce, bhikkhu, anuseti taṃ anumīyati; yaṃ anumīyati tena saṅkhaṃ gacchati. Vedanaṃ ce, bhikkhu… saññaṃ ce, bhikkhu… saṅkhāre ce, bhikkhu… viññāṇaṃ ce, bhikkhu, anuseti taṃ anumīyati; yaṃ anumīyati tena saṅkhaṃ gacchati. Rūpaṃ ce, bhikkhu, nānuseti na taṃ anumīyati; yaṃ nānumīyati na tena saṅkhaṃ gacchati. Vedanaṃ ce nānuseti… saññaṃ ce nānuseti… saṅkhāre ce nānuseti… viññāṇaṃ ce nānuseti na taṃ anumīyati; yaṃ nānumīyati na tena saṅkhaṃ gacchati. Imassa kho, bhikkhu, mayā saṃkhittena bhāsitassa evaṃ vitthārena attho daṭṭhabbo’’ti…pe… aññataro ca pana so bhikkhu arahataṃ ahosīti. Catutthaṃ.

«Хорошо, хорошо, монах! Прекрасно, монах, ты подробно понимаешь смысл того, что было сказано мною кратко. Если, монах, у человека есть скрытая склонность к форме, то она измеряется этим; что измеряется этим, тем он и определяется. Если, монах, у него есть скрытая склонность к чувству... к восприятию... к волевым формирователям... к сознанию, то оно измеряется этим; что измеряется этим, тем он и определяется. Если, монах, у человека нет скрытой склонности к форме, то она не измеряется этим; что не измеряется этим, тем он и не определяется. Если у него нет скрытой склонности к чувству... к восприятию... к волевым формирователям... к сознанию, то оно не измеряется этим; что не измеряется этим, тем он и не определяется. Именно так, монах, следует подробно понимать смысл того, что было сказано мною кратко»... И этот монах стал одним из арахантов. Четвёртая [сутта].

5. Ānandasuttaṃ

5. Сутта об Ананде

37. Sāvatthinidānaṃ. Atha kho āyasmā ānando yena bhagavā tenupasaṅkami; upasaṅkamitvā bhagavatā saddhiṃ sammodi. Sammodanīyaṃ kathaṃ sāraṇīyaṃ vītisāretvā ekamantaṃ nisīdi. Ekamantaṃ nisinnaṃ kho āyasmantaṃ ānandaṃ bhagavā etadavoca –

37. В Саваттхи. Тогда достопочтенный Ананда подошёл к Благословенному, поприветствовал его и, обменявшись с ним вежливыми и дружескими словами, сел сбоку. Сидящему сбоку достопочтенному Ананде Благословенный сказал следующее:

‘‘Sace [Pg.31] taṃ, ānanda, evaṃ puccheyyuṃ – ‘katamesaṃ, āvuso ānanda, dhammānaṃ uppādo paññāyati, vayo paññāyati, ṭhitassa aññathattaṃ paññāyatī’ti? Evaṃ puṭṭho tvaṃ, ānanda, kinti byākareyyāsī’’ti? ‘‘Sace maṃ, bhante, evaṃ puccheyyuṃ – ‘katamesaṃ, āvuso ānanda, dhammānaṃ uppādo paññāyati, vayo paññāyati, ṭhitassa aññathattaṃ paññāyatī’ti? Evaṃ puṭṭhohaṃ, bhante, evaṃ byākareyyaṃ – ‘rūpassa kho, āvuso, uppādo paññāyati, vayo paññāyati, ṭhitassa aññathattaṃ paññāyati. Vedanāya… saññāya… saṅkhārānaṃ… viññāṇassa uppādo paññāyati, vayo paññāyati, ṭhitassa aññathattaṃ paññāyati. Imesaṃ kho, āvuso, dhammānaṃ uppādo paññāyati, vayo paññāyati, ṭhitassa aññathattaṃ paññāyatī’ti. Evaṃ puṭṭhohaṃ, bhante, evaṃ byākareyya’’nti.

«Если бы тебя, Ананда, спросили так: „Друг Ананда, у каких явлений обнаруживается возникновение, обнаруживается исчезновение, обнаруживается изменение того, что пребывает?“ — будучи спрошенным так, Ананда, как бы ты ответил?» — «Если бы меня, достопочтенный господин, спросили так: „Друг Ананда, у каких явлений обнаруживается возникновение, обнаруживается исчезновение, обнаруживается изменение того, что пребывает?“ — будучи спрошенным так, достопочтенный господин, я бы ответил следующим образом: „Друзья, у формы обнаруживается возникновение, обнаруживается исчезновение, обнаруживается изменение того, что пребывает. У чувства... у восприятия... у волевых формирователей... у сознания обнаруживается возникновение, обнаруживается исчезновение, обнаруживается изменение того, что пребывает. У этих явлений, друзья, обнаруживается возникновение, обнаруживается исчезновение, обнаруживается изменение того, что пребывает“. Будучи спрошенным так, достопочтенный господин, я бы ответил именно так».

‘‘Sādhu sādhu, ānanda! Rūpassa kho, ānanda, uppādo paññāyati, vayo paññāyati, ṭhitassa aññathattaṃ paññāyati. Vedanāya… saññāya… saṅkhārānaṃ… viññāṇassa uppādo paññāyati, vayo paññāyati, ṭhitassa aññathattaṃ paññāyati. Imesaṃ kho, ānanda, dhammānaṃ uppādo paññāyati, vayo paññāyati, ṭhitassa aññathattaṃ paññāyatīti. Evaṃ puṭṭho tvaṃ, ānanda, evaṃ byākareyyāsī’’ti. Pañcamaṃ.

«Хорошо, хорошо, Ананда! У формы, Ананда, обнаруживается возникновение, обнаруживается исчезновение, обнаруживается изменение того, что пребывает. У чувства... у восприятия... у волевых формирователей... у сознания обнаруживается возникновение, обнаруживается исчезновение, обнаруживается изменение того, что пребывает. У этих явлений, Ананда, обнаруживается возникновение, обнаруживается исчезновение, обнаруживается изменение того, что пребывает. Будучи спрошенным так, Ананда, тебе следует отвечать именно так». Пятая [сутта].

6. Dutiyaānandasuttaṃ

6. Вторая сутта об Ананде

38. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinnaṃ kho āyasmantaṃ ānandaṃ bhagavā etadavoca –

38. В Саваттхи. Сидящему сбоку достопочтенному Ананде Благословенный сказал следующее:

‘‘Sace taṃ, ānanda, evaṃ puccheyyuṃ – ‘katamesaṃ, āvuso ānanda, dhammānaṃ uppādo paññāyittha, vayo paññāyittha, ṭhitassa aññathattaṃ paññāyittha? Katamesaṃ dhammānaṃ uppādo paññāyissati, vayo paññāyissati, ṭhitassa aññathattaṃ paññāyissati? Katamesaṃ dhammānaṃ uppādo paññāyati, vayo paññāyati, ṭhitassa aññathattaṃ paññāyatī’ti? Evaṃ puṭṭho tvaṃ, ānanda, kinti byākareyyāsī’’ti? ‘‘Sace maṃ, bhante, evaṃ puccheyyuṃ – ‘katamesaṃ, āvuso ānanda, dhammānaṃ uppādo paññāyittha, vayo paññāyittha, ṭhitassa aññathattaṃ paññāyittha? Katamesaṃ dhammānaṃ uppādo paññāyissati[Pg.32], vayo paññāyissati, ṭhitassa aññathattaṃ paññāyissati? Katamesaṃ dhammānaṃ uppādo paññāyati, vayo paññāyati, ṭhitassa aññathattaṃ paññāyatī’ti? Evaṃ puṭṭhohaṃ, bhante, evaṃ byākareyyaṃ – ‘yaṃ kho, āvuso, rūpaṃ atītaṃ niruddhaṃ vipariṇataṃ; tassa uppādo paññāyittha, vayo paññāyittha, ṭhitassa aññathattaṃ paññāyittha. Yā vedanā atītā niruddhā vipariṇatā; tassā uppādo paññāyittha, vayo paññāyittha, ṭhitāya aññathattaṃ paññāyittha. Yā saññā… ye saṅkhārā atītā niruddhā vipariṇatā; tesaṃ uppādo paññāyittha, vayo paññāyittha, ṭhitassa aññathattaṃ paññāyittha. Yaṃ viññāṇaṃ atītaṃ niruddhaṃ vipariṇataṃ; tassa uppādo paññāyittha, vayo paññāyittha, ṭhitassa aññathattaṃ paññāyittha. Imesaṃ kho, āvuso, dhammānaṃ uppādo paññāyittha, vayo paññāyittha, ṭhitassa aññathattaṃ paññāyittha’’’.

«Если бы тебя, Ананда, спросили так: „Друг Ананда, у каких дхамм обнаруживалось возникновение, обнаруживалось исчезновение, обнаруживалось изменение пребывающего? У каких дхамм будет обнаруживаться возникновение, будет обнаруживаться исчезновение, будет обнаруживаться изменение пребывающего? У каких дхамм обнаруживается возникновение, обнаруживается исчезновение, обнаруживается изменение пребывающего?“ — будучи спрошенным так, Ананда, как бы ты ответил?» «Если бы меня, Достопочтенный, спросили так: „Друг Ананда, у каких дхамм обнаруживалось возникновение, обнаруживалось исчезновение, обнаруживалось изменение пребывающего? У каких дхамм будет обнаруживаться возникновение, будет обнаруживаться исчезновение, будет обнаруживаться изменение пребывающего? У каких дхамм обнаруживается возникновение, обнаруживается исчезновение, обнаруживается изменение пребывающего?“ — будучи спрошенным так, Достопочтенный, я бы ответил следующим образом: „Друзья, у той формы, которая прошла, прекратилась, изменилась, обнаруживалось возникновение, обнаруживалось исчезновение, обнаруживалось изменение пребывающего. У того чувства, которое прошло, прекратилось, изменилось, обнаруживалось возникновение, обнаруживалось исчезновение, обнаруживалось изменение пребывающего. У того восприятия… у тех волевых формирований, которые прошли, прекратились, изменились, обнаруживалось возникновение, обнаруживалось исчезновение, обнаруживалось изменение пребывающего. У того сознания, которое прошло, прекратилось, изменилось, обнаруживалось возникновение, обнаруживалось исчезновение, обнаруживалось изменение пребывающего. Именно у этих дхамм, друзья, обнаруживалось возникновение, обнаруживалось исчезновение, обнаруживалось изменение пребывающего“».

‘‘Yaṃ kho, āvuso, rūpaṃ ajātaṃ apātubhūtaṃ; tassa uppādo paññāyissati, vayo paññāyissati, ṭhitassa aññathattaṃ paññāyissati. Yā vedanā ajātā apātubhūtā; tassā uppādo paññāyissati, vayo paññāyissati, ṭhitāya aññathattaṃ paññāyissati. Yā saññā…pe… ye saṅkhārā ajātā apātubhūtā; tesaṃ uppādo paññāyissati, vayo paññāyissati, ṭhitassa aññathattaṃ paññāyissati. Yaṃ viññāṇaṃ ajātaṃ apātubhūtaṃ; tassa uppādo paññāyissati, vayo paññāyissati, ṭhitassa aññathattaṃ paññāyissati. Imesaṃ kho, āvuso, dhammānaṃ uppādo paññāyissati, vayo paññāyissati, ṭhitassa aññathattaṃ paññāyissati.

«Друзья, у той формы, которая еще не родилась, еще не проявилась, будет обнаруживаться возникновение, будет обнаруживаться исчезновение, будет обнаруживаться изменение пребывающего. У того чувства, которое еще не родилось, еще не проявилось, будет обнаруживаться возникновение, будет обнаруживаться исчезновение, будет обнаруживаться изменение пребывающего. У того восприятия… [и так далее]… у тех волевых формирований, которые еще не родились, еще не проявились, будет обнаруживаться возникновение, будет обнаруживаться исчезновение, будет обнаруживаться изменение пребывающего. У того сознания, которое еще не родилось, еще не проявилось, будет обнаруживаться возникновение, будет обнаруживаться исчезновение, будет обнаруживаться изменение пребывающего. Именно у этих дхамм, друзья, будет обнаруживаться возникновение, будет обнаруживаться исчезновение, будет обнаруживаться изменение пребывающего».

‘‘Yaṃ kho, āvuso, rūpaṃ jātaṃ pātubhūtaṃ; tassa uppādo paññāyati, vayo paññāyati, ṭhitassa aññathattaṃ paññāyati. Yā vedanā jātā pātubhūtā…pe… yā saññā… ye saṅkhārā jātā pātubhūtā; tesaṃ uppādo paññāyati, vayo paññāyati, ṭhitassa aññathattaṃ paññāyati. Yaṃ viññāṇaṃ jātaṃ pātubhūtaṃ tassa uppādo paññāyati, vayo paññāyati, ṭhitassa aññathattaṃ paññāyati. Imesaṃ kho, āvuso, dhammānaṃ uppādo paññāyati, vayo paññāyati, ṭhitassa aññathattaṃ paññāyatī’ti. Evaṃ puṭṭhohaṃ, bhante, evaṃ byākareyya’’nti.

«Друзья, у той формы, которая родилась, проявилась, обнаруживается возникновение, обнаруживается исчезновение, обнаруживается изменение пребывающего. У того чувства, которое родилось, проявилось… [и так далее]… у того восприятия… у тех волевых формирований, которые родились, проявились, обнаруживается возникновение, обнаруживается исчезновение, обнаруживается изменение пребывающего. У того сознания, которое родилось, проявилось, обнаруживается возникновение, обнаруживается исчезновение, обнаруживается изменение пребывающего. Именно у этих дхамм, друзья, обнаруживается возникновение, обнаруживается исчезновение, обнаруживается изменение пребывающего». Будучи спрошенным так, Достопочтенный, я бы ответил именно так».

‘‘Sādhu[Pg.33], sādhu, ānanda! Yaṃ kho, ānanda, rūpaṃ atītaṃ niruddhaṃ vipariṇataṃ; tassa uppādo paññāyittha, vayo paññāyittha, ṭhitassa aññathattaṃ paññāyittha. Yā vedanā … yā saññā… ye saṅkhārā… yaṃ viññāṇaṃ atītaṃ niruddhaṃ vipariṇataṃ; tassa uppādo paññāyittha, vayo paññāyittha, ṭhitassa aññathattaṃ paññāyittha. Imesaṃ kho, ānanda, dhammānaṃ uppādo paññāyittha, vayo paññāyittha, ṭhitassa aññathattaṃ paññāyittha.

«Хорошо, хорошо, Ананда! У той формы, Ананда, которая прошла, прекратилась, изменилась, обнаруживалось возникновение, обнаруживалось исчезновение, обнаруживалось изменение пребывающего. У того чувства… у того восприятия… у тех волевых формирований… у того сознания, которое прошло, прекратилось, изменилось, обнаруживалось возникновение, обнаруживалось исчезновение, обнаруживалось изменение пребывающего. Именно у этих дхамм, Ананда, обнаруживалось возникновение, обнаруживалось исчезновение, обнаруживалось изменение пребывающего».

‘‘Yaṃ kho, ānanda, rūpaṃ ajātaṃ apātubhūtaṃ; tassa uppādo paññāyissati, vayo paññāyissati, ṭhitassa aññathattaṃ paññāyissati. Yā vedanā… yā saññā… ye saṅkhārā… yaṃ viññāṇaṃ ajātaṃ apātubhūtaṃ; tassa uppādo paññāyissati, vayo paññāyissati, ṭhitassa aññathattaṃ paññāyissati. Imesaṃ kho, ānanda, dhammānaṃ uppādo paññāyissati, vayo paññāyissati, ṭhitassa aññathattaṃ paññāyissati.

«У той формы, Ананда, которая еще не родилась, еще не проявилась, будет обнаруживаться возникновение, будет обнаруживаться исчезновение, будет обнаруживаться изменение пребывающего. У того чувства… у того восприятия… у тех волевых формирований… у того сознания, которое еще не родилось, еще не проявилось, будет обнаруживаться возникновение, будет обнаруживаться исчезновение, будет обнаруживаться изменение пребывающего. Именно у этих дхамм, Ананда, будет обнаруживаться возникновение, будет обнаруживаться исчезновение, будет обнаруживаться изменение пребывающего».

‘‘Yaṃ kho, ānanda, rūpaṃ jātaṃ pātubhūtaṃ; tassa uppādo paññāyati, vayo paññāyati, ṭhitassa aññathattaṃ paññāyati. Yā vedanā jātā pātubhūtā… yā saññā… ye saṅkhārā… yaṃ viññāṇaṃ jātaṃ pātubhūtaṃ; tassa uppādo paññāyati, vayo paññāyati, ṭhitassa aññathattaṃ paññāyati. Imesaṃ kho, ānanda, dhammānaṃ uppādo paññāyati, vayo paññāyati, ṭhitassa aññathattaṃ paññāyatīti. Evaṃ puṭṭho tvaṃ, ānanda, evaṃ byākareyyāsī’’ti. Chaṭṭhaṃ.

«У той формы, Ананда, которая родилась, проявилась, обнаруживается возникновение, обнаруживается исчезновение, обнаруживается изменение пребывающего. У того чувства, которое родилось, проявилось… у того восприятия… у тех волевых формирований… у того сознания, которое родилось, проявилось, обнаруживается возникновение, обнаруживается исчезновение, обнаруживается изменение пребывающего. Именно у этих дхамм, Ананда, обнаруживается возникновение, обнаруживается исчезновение, обнаруживается изменение пребывающего. Будучи спрошенным так, Ананда, тебе следует отвечать именно так». (Шестая сутта).

7. Anudhammasuttaṃ

7. Анудхамма сутта (Сутта о соответствии Дхамме)

39. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Dhammānudhammappaṭipannassa, bhikkhave, bhikkhuno ayamanudhammo hoti yaṃ rūpe nibbidābahulo vihareyya, vedanāya nibbidābahulo vihareyya, saññā nibbidābahulo vihareyya, saṅkhāresu nibbidābahulo vihareyya, viññāṇe nibbidābahulo vihareyya. Yo rūpe nibbidābahulo viharanto, vedanāya… saññāya… saṅkhāresu nibbidābahulo viharanto, viññāṇe nibbidābahulo viharanto rūpaṃ parijānāti, vedanaṃ… saññaṃ… saṅkhāre… viññāṇaṃ parijānāti, so rūpaṃ parijānaṃ, vedanaṃ… saññaṃ… saṅkhāre… viññāṇaṃ parijānaṃ parimuccati rūpamhā, parimuccati vedanā, parimuccati saññāya[Pg.34], parimuccati saṅkhārehi, parimuccati viññāṇamhā, parimuccati jātiyā jarāmaraṇena sokehi paridevehi dukkhehi domanassehi upāyāsehi, parimuccati dukkhasmāti vadāmī’’ti. Sattamaṃ.

39. В Саваттхи. «Монахи, когда монах практикует в соответствии с Дхаммой, вот что соответствует Дхамме: ему следует пребывать, будучи преисполненным разочарования в форме, пребывать, будучи преисполненным разочарования в чувстве, пребывать, будучи преисполненным разочарования в восприятии, пребывать, будучи преисполненным разочарования в волевых формированиях, пребывать, будучи преисполненным разочарования в сознании. Тот, кто пребывает, будучи преисполненным разочарования в форме… чувстве… восприятии… волевых формированиях, пребывает, будучи преисполненным разочарования в сознании, полностью постигает форму, полностью постигает чувство… восприятие… волевые формирования… сознание. Полностью постигая форму, полностью постигая чувство… восприятие… волевые формирования… сознание, он освобождается от формы, освобождается от чувства, освобождается от восприятия, освобождается от волевых формирований, освобождается от сознания. Он освобождается от рождения, старения и смерти; освобождается от скорби, стенания, боли, печали и отчаяния; я говорю: он освобождается от страдания». (Седьмая сутта).

8. Dutiyaanudhammasuttaṃ

8. Дутия анудхамма сутта (Вторая сутта о соответствии Дхамме)

40. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Dhammānudhammappaṭipannassa, bhikkhave, bhikkhuno ayamanudhammo hoti yaṃ rūpe aniccānupassī vihareyya…pe… parimuccati dukkhasmāti vadāmī’’ti. Aṭṭhamaṃ.

40. В Саваттхи. «Монахи, когда монах практикует в соответствии с Дхаммой, вот что соответствует Дхамме: ему следует пребывать, созерцая непостоянство в форме… [и так далее]… я говорю: он освобождается от страдания». (Восьмая сутта).

9. Tatiyaanudhammasuttaṃ

9. Татия анудхамма сутта (Третья сутта о соответствии Дхамме)

41. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Dhammānudhammappaṭipannassa, bhikkhave, bhikkhuno ayamanudhammo hoti yaṃ rūpe dukkhānupassī vihareyya…pe… parimuccati dukkhasmāti vadāmī’’ti. Navamaṃ.

41. В Саваттхи. «Монахи, когда монах практикует в соответствии с Дхаммой, вот что соответствует Дхамме: ему следует пребывать, созерцая страдание в форме… [и так далее]… я говорю: он освобождается от страдания». (Девятая сутта).

10. Catutthaanudhammasuttaṃ

10. Чатуттха анудхамма сутта (Четвертая сутта о соответствии Дхамме)

42. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Dhammānudhammappaṭipannassa, bhikkhave, bhikkhuno ayamanudhammo hoti yaṃ rūpe anattānupassī vihareyya, vedanāya… saññāya… saṅkhāresu… viññāṇe anattānupassī vihareyya. Yo rūpe anattānupassī viharanto…pe… rūpaṃ parijānāti, vedanaṃ… saññaṃ… saṅkhāre… viññāṇaṃ parijānāti, so rūpaṃ parijānaṃ, vedanaṃ… saññaṃ… saṅkhāre… viññāṇaṃ parijānaṃ parimuccati rūpamhā, parimuccati vedanāya, parimuccati saññāya, parimuccati saṅkhārehi, parimuccati viññāṇamhā, parimuccati jātiyā jarāmaraṇena sokehi paridevehi dukkhehi domanassehi upāyāsehi, parimuccati dukkhasmāti vadāmī’’ti. Dasamaṃ.

42. В Саваттхи. «Монахи, когда монах практикует в соответствии с Дхаммой, вот что соответствует Дхамме: ему следует пребывать, созерцая безличность в форме, пребывать, созерцая безличность в чувстве… восприятии… волевых формированиях… сознании. Тот, кто пребывает, созерцая безличность в форме… [и так далее]… полностью постигает форму, полностью постигает чувство… восприятие… волевые формирования… сознание. Полностью постигая форму, полностью постигая чувство… восприятие… волевые формирования… сознание, он освобождается от формы, освобождается от чувства, освобождается от восприятия, освобождается от волевых формирований, освобождается от сознания. Он освобождается от рождения, старения и смерти; освобождается от скорби, стенания, боли, печали и отчаяния; я говорю: он освобождается от страдания». (Десятая сутта).

Natumhākaṃvaggo catuttho.

Четвертая глава: Натумхака вагга (Глава о том, что не ваше).

Tassuddānaṃ –

Оглавление этой главы:

Natumhākena dve vuttā, bhikkhūhi apare duve;

Ānandena ca dve vuttā, anudhammehi dve dukāti.

Две сутты провозглашены под названием «Натумхака», еще две — о монахах; Две сутты провозглашены с Анандой, и две пары сутт — о соответствии Дхамме.

5. Attadīpavaggo

5. Аттадипа вагга (Глава «Сам себе остров»)

1. Attadīpasuttaṃ

1. Аттадипа сутта (Сутта «Сам себе остров»)

43. Sāvatthinidānaṃ[Pg.35]. ‘‘Attadīpā, bhikkhave, viharatha attasaraṇā anaññasaraṇā, dhammadīpā dhammasaraṇā anaññasaraṇā. Attadīpānaṃ, bhikkhave, viharataṃ attasaraṇānaṃ anaññasaraṇānaṃ, dhammadīpānaṃ dhammasaraṇānaṃ anaññasaraṇānaṃ yoni upaparikkhitabbā. Kiṃjātikā sokaparidevadukkhadomanassupāyāsā, kiṃpahotikā’’ti?

43. В Саваттхи. «Монахи, пребывайте, будучи сами себе островом, сами себе прибежищем, не ища иного прибежища; будучи Дхаммой как островом, Дхаммой как прибежищем, не ища иного прибежища. У тех, монахи, кто пребывает, будучи сами себе островом, сами себе прибежищем, не ища иного прибежища; будучи Дхаммой как островом, Дхаммой как прибежищем, не ища иного прибежища, надлежит тщательно исследовать сам источник: „Из чего рождаются скорбь, стенание, боль, печаль и отчаяние? Как они возникают?“»

‘‘Kiṃjātikā ca, bhikkhave, sokaparidevadukkhadomanassupāyāsā, kiṃpahotikā? Idha, bhikkhave, assutavā puthujjano ariyānaṃ adassāvī ariyadhammassa akovido ariyadhamme avinīto, sappurisānaṃ adassāvī sappurisadhammassa akovido sappurisadhamme avinīto, rūpaṃ attato samanupassati, rūpavantaṃ vā attānaṃ; attani vā rūpaṃ, rūpasmiṃ vā attānaṃ. Tassa taṃ rūpaṃ vipariṇamati, aññathā ca hoti. Tassa rūpavipariṇāmaññathābhāvā uppajjanti sokaparidevadukkhadomanassupāyāsā. Vedanaṃ attato samanupassati, vedanāvantaṃ vā attānaṃ; attani vā vedanaṃ, vedanāya vā attānaṃ. Tassa sā vedanā vipariṇamati, aññathā ca hoti. Tassa vedanāvipariṇāmaññathābhāvā uppajjanti sokaparidevadukkhadomanassupāyāsā. Saññaṃ attato samanupassati… saṅkhāre attato samanupassati… viññāṇaṃ attato samanupassati, viññāṇavantaṃ vā attānaṃ; attani vā viññāṇaṃ, viññāṇasmiṃ vā attānaṃ. Tassa taṃ viññāṇaṃ vipariṇamati, aññathā ca hoti. Tassa viññāṇavipariṇāmaññathābhāvā uppajjanti sokaparidevadukkhadomanassupāyāsā.

«И из чего же, монахи, рождаются скорбь, стенание, боль, печаль и отчаяние? Как они возникают? Здесь, монахи, необразованный обыватель, не видящий благородных, не сведущий в Дхамме благородных, не обученный Дхамме благородных, не видящий истинных людей, не сведущий в Дхамме истинных людей, не обученный Дхамме истинных людей, рассматривает форму как себя, или себя как обладающего формой, или форму в себе, или себя в форме. Эта его форма меняется и становится иной. Из-за изменения и инаковости формы в нем возникают скорбь, стенание, боль, печаль и отчаяние. Он рассматривает чувство как себя, или себя как обладающего чувством, или чувство в себе, или себя в чувстве. Это его чувство меняется и становится иным. Из-за изменения и инаковости чувства в нем возникают скорбь, стенание, боль, печаль и отчаяние. Он рассматривает восприятие как себя… рассматривает волевые формирования как себя… рассматривает сознание как себя, или себя как обладающего сознанием, или сознание в себе, или себя в сознании. Это его сознание меняется и становится иным. Из-за изменения и инаковости сознания в нем возникают скорбь, стенание, боль, печаль и отчаяние».

‘‘Rūpassa tveva, bhikkhave, aniccataṃ viditvā vipariṇāmaṃ virāgaṃ nirodhaṃ, pubbe ceva rūpaṃ etarahi ca sabbaṃ rūpaṃ aniccaṃ dukkhaṃ vipariṇāmadhammanti, evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya passato ye sokaparidevadukkhadomanassupāyāsā te pahīyanti. Tesaṃ pahānā na paritassati, aparitassaṃ sukhaṃ viharati, sukhavihārī bhikkhu ‘tadaṅganibbuto’ti vuccati. Vedanāya tveva, bhikkhave, aniccataṃ viditvā vipariṇāmaṃ virāgaṃ nirodhaṃ, pubbe ceva vedanā etarahi ca sabbā vedanā aniccā dukkhā vipariṇāmadhammāti, evametaṃ yathābhūtaṃ [Pg.36] sammappaññāya passato ye sokaparidevadukkhadomanassupāyāsā te pahīyanti. Tesaṃ pahānā na paritassati, aparitassaṃ sukhaṃ viharati, sukhavihārī bhikkhu ‘tadaṅganibbuto’ti vuccati. Saññāya… saṅkhārānaṃ tveva, bhikkhave, aniccataṃ viditvā vipariṇāmaṃ virāgaṃ nirodhaṃ, pubbe ceva saṅkhārā etarahi ca sabbe saṅkhārā aniccā dukkhā vipariṇāmadhammāti, evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya passato ye sokaparidevadukkhadomanassupāyāsā te pahīyanti. Tesaṃ pahānā na paritassati, aparitassaṃ sukhaṃ viharati, sukhavihārī bhikkhu ‘tadaṅganibbuto’ti vuccati. Viññāṇassa tveva, bhikkhave, aniccataṃ viditvā vipariṇāmaṃ virāgaṃ nirodhaṃ, pubbe ceva viññāṇaṃ etarahi ca sabbaṃ viññāṇaṃ aniccaṃ dukkhaṃ vipariṇāmadhammanti, evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya passato ye sokaparidevadukkhadomanassupāyāsā te pahīyanti. Tesaṃ pahānā na paritassati, aparitassaṃ sukhaṃ viharati, sukhavihārī bhikkhu ‘tadaṅganibbuto’ti vuccatī’’ti. Paṭhamaṃ.

«Монахи, когда познано непостоянство формы, её изменчивость, угасание страсти к ней и её прекращение, и когда благодаря правильной мудрости видят её такой, какая она есть на самом деле: „В прошлом, как и теперь, всякая форма непостоянна, подвержена страданию и изменчива“, тогда оставляются скорбь, стенания, боль, печаль и отчаяние. С их оставлением человек не испытывает тревоги. Не тревожась, он пребывает в счастье. О монахе, который пребывает в счастье, говорят: „Угасший в этом отношении“. Когда познано непостоянство чувства, его изменчивость, угасание страсти к нему и его прекращение, и когда благодаря правильной мудрости видят его таким, какое оно есть на самом деле: „В прошлом, как и теперь, всякое чувство непостоянно, подвержено страданию и изменчиво“, тогда оставляются скорбь, стенания, боль, печаль и отчаяние. С их оставлением человек не испытывает тревоги. Не тревожась, он пребывает в счастье. О монахе, который пребывает в счастье, говорят: „Угасший в этом отношении“. То же касается и восприятия... Когда познано непостоянство волевых формирований, их изменчивость, угасание страсти к ним и их прекращение, и когда благодаря правильной мудрости видят их такими, какие они есть на самом деле: „В прошлом, как и теперь, все волевые формирования непостоянны, подвержены страданию и изменчивы“, тогда оставляются скорбь, стенания, боль, печаль и отчаяние. С их оставлением человек не испытывает тревоги. Не тревожась, он пребывает в счастье. О монахе, который пребывает в счастье, говорят: „Угасший в этом отношении“. Когда познано непостоянство сознания, его изменчивость, угасание страсти к нему и его прекращение, и когда благодаря правильной мудрости видят его таким, какое оно есть на самом деле: „В прошлом, как и теперь, всякое сознание непостоянно, подвержено страданию и изменчиво“, тогда оставляются скорбь, стенания, боль, печаль и отчаяние. С их оставлением человек не испытывает тревоги. Не тревожась, он пребывает в счастье. О монахе, который пребывает в счастье, говорят: „Угасший в этом отношении“». Первая сутта.

2. Paṭipadāsuttaṃ

2. Патипада сутта (Сутта о пути)

44. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Sakkāyasamudayagāminiñca vo, bhikkhave, paṭipadaṃ desessāmi, sakkāyanirodhagāminiñca paṭipadaṃ. Taṃ suṇātha. Katamā ca, bhikkhave, sakkāyasamudayagāminī paṭipadā? Idha, bhikkhave, assutavā puthujjano ariyānaṃ adassāvī ariyadhammassa akovido ariyadhamme avinīto, sappurisānaṃ adassāvī sappurisadhammassa akovido sappurisadhamme avinīto, rūpaṃ attato samanupassati, rūpavantaṃ vā attānaṃ; attani vā rūpaṃ, rūpasmiṃ vā attānaṃ. Vedanaṃ attato… saññaṃ… saṅkhāre… viññāṇaṃ attato samanupassati, viññāṇavantaṃ vā attānaṃ; attani vā viññāṇaṃ, viññāṇasmiṃ vā attānaṃ. Ayaṃ vuccati, bhikkhave, ‘sakkāyasamudayagāminī paṭipadā, sakkāyasamudayagāminī paṭipadā’ti. Iti hidaṃ, bhikkhave, vuccati ‘dukkhasamudayagāminī samanupassanā’ti. Ayamevettha attho’’.

44. В Саваттхи. «Монахи, я преподам вам путь, ведущий к возникновению самоотождествления, и путь, ведущий к прекращению самоотождествления. Слушайте это... И какой, монахи, путь ведет к возникновению самоотождествления? Здесь, монахи, необученный обыватель, не видящий благородных, несведущий в их Дхамме, не обученный их Дхамме, не видящий истинных людей, несведущий в Дхамме истинных людей, не обученный Дхамме истинных людей, рассматривает форму как себя, или себя как обладающего формой, или форму в себе, или себя в форме. Он рассматривает чувство как себя... восприятие как себя... волевые формирования как себя... сознание как себя, или себя как обладающего сознанием, или сознание в себе, или себя в сознании. Это, монахи, называется путем, ведущим к возникновению самоотождествления. Когда говорится: „Путь, ведущий к возникновению самоотождествления“, смысл здесь таков: это способ рассмотрения вещей, ведущий к возникновению страдания».

‘‘Katamā ca, bhikkhave, sakkāyanirodhagāminī paṭipadā? Idha, bhikkhave, sutavā ariyasāvako ariyānaṃ dassāvī ariyadhammassa kovido ariyadhamme suvinīto, sappurisānaṃ dassāvī sappurisadhammassa kovido sappurisadhamme suvinīto, na rūpaṃ attato samanupassati, na rūpavantaṃ vā attānaṃ[Pg.37]; na attani vā rūpaṃ, na rūpasmiṃ vā attānaṃ. Na vedanaṃ attato… na saññaṃ… na saṅkhāre… na viññāṇaṃ attato samanupassati, na viññāṇavantaṃ vā attānaṃ; na attani vā viññāṇaṃ, na viññāṇasmiṃ vā attānaṃ. Ayaṃ vuccati, bhikkhave, ‘sakkāyanirodhagāminī paṭipadā, sakkāyanirodhagāminī paṭipadā’ti. Iti hidaṃ, bhikkhave, vuccati ‘dukkhanirodhagāminī samanupassanā’ti. Ayamevettha attho’’ti. Dutiyaṃ.

«И какой, монахи, путь ведет к прекращению самоотождествления? Здесь, монахи, обученный благородный ученик, видящий благородных, сведущий в их Дхамме, обученный их Дхамме, видящий истинных людей, сведущий в Дхамме истинных людей, обученный Дхамме истинных людей, не рассматривает форму как себя, ни себя как обладающего формой, ни форму в себе, ни себя в форме. Он не рассматривает чувство как себя... ни восприятие как себя... ни волевые формирования как себя... ни сознание как себя, ни себя как обладающего сознанием, ни сознание в себе, ни себя в сознании. Это, монахи, называется путем, ведущим к прекращению самоотождествления. Когда говорится: „Путь, ведущий к прекращению самоотождествления“, смысл здесь таков: это способ рассмотрения вещей, ведущий к прекращению страдания». Вторая сутта.

3. Aniccasuttaṃ

3. Аничча сутта (Сутта о непостоянстве)

45. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Rūpaṃ, bhikkhave, aniccaṃ. Yadaniccaṃ taṃ dukkhaṃ; yaṃ dukkhaṃ tadanattā; yadanattā taṃ ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’ti evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya daṭṭhabbaṃ. Evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya passato cittaṃ virajjati vimuccati anupādāya āsavehi. Vedanā aniccā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ aniccaṃ. Yadaniccaṃ taṃ dukkhaṃ; yaṃ dukkhaṃ tadanattā; yadanattā taṃ ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’ti evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya daṭṭhabbaṃ. Evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya passato cittaṃ virajjati vimuccati anupādāya āsavehi. Rūpadhātuyā ce, bhikkhave, bhikkhuno cittaṃ virattaṃ vimuttaṃ hoti anupādāya āsavehi, vedanādhātuyā…pe… saññādhātuyā… saṅkhāradhātuyā… viññāṇadhātuyā ce, bhikkhave, bhikkhuno cittaṃ virattaṃ vimuttaṃ hoti anupādāya āsavehi. Vimuttattā ṭhitaṃ. Ṭhitattā santusitaṃ. Santusitattā na paritassati. Aparitassaṃ paccattaññeva parinibbāyati. ‘Khīṇā jāti, vusitaṃ brahmacariyaṃ, kataṃ karaṇīyaṃ, nāparaṃ itthattāyā’ti pajānātī’’ti. Tatiyaṃ.

45. В Саваттхи. «Монахи, форма непостоянна. То, что непостоянно — есть страдание. То, что есть страдание — не-себя. То, что не-себя, следует видеть в соответствии с действительностью с помощью правильной мудрости так: „Это не моё, это не я, это не моя самость“. Когда видят это таким, какое оно есть на самом деле, с помощью правильной мудрости, ум становится бесстрастным и освобождается от асов (влечений) через нецепляние. Чувство непостоянно... восприятие непостоянно... волевые формирования непостоянны... сознание непостоянно. То, что непостоянно — есть страдание. То, что есть страдание — не-себя. То, что не-себя, следует видеть в соответствии с действительностью с помощью правильной мудрости так: „Это не моё, это не я, это не моя самость“. Когда видят это таким, какое оно есть на самом деле, с помощью правильной мудрости, ум становится бесстрастным и освобождается от асов через нецепляние. Если, монахи, ум монаха стал бесстрастным к элементу формы и освободился от асов через нецепляние, к элементу чувства... к элементу восприятия... к элементу волевых формирований... к элементу сознания... Благодаря освобождению он устойчив. Благодаря устойчивости он удовлетворен. Благодаря удовлетворенности он не тревожится. Не тревожась, он сам по себе угасает (достигает Ниббаны). Он постигает: „Рождение уничтожено, святая жизнь прожита, сделано то, что должно было быть сделано, не будет больше возвращения в это состояние“». Третья сутта.

4. Dutiyaaniccasuttaṃ

4. Дутия аничча сутта (Вторая сутта о непостоянстве)

46. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Rūpaṃ, bhikkhave, aniccaṃ. Yadaniccaṃ taṃ dukkhaṃ; yaṃ dukkhaṃ tadanattā; yadanattā taṃ ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’ti evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya daṭṭhabbaṃ. Vedanā aniccā… saññā aniccā… saṅkhārā aniccā… viññāṇaṃ aniccaṃ. Yadaniccaṃ taṃ dukkhaṃ; yaṃ dukkhaṃ tadanattā; yadanattā taṃ ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’ti evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya daṭṭhabbaṃ’’.

46. В Саваттхи. «Монахи, форма непостоянна. То, что непостоянно — есть страдание. То, что есть страдание — не-себя. То, что не-себя, следует видеть в соответствии с действительностью с помощью правильной мудрости так: „Это не моё, это не я, это не моя самость“. Чувство непостоянно... восприятие непостоянно... волевые формирования непостоянны... сознание непостоянно. То, что непостоянно — есть страдание. То, что есть страдание — не-себя. То, что не-себя, следует видеть в соответствии с действительностью с помощью правильной мудрости так: „Это не моё, это не я, это не моя самость“».

‘‘Evametaṃ [Pg.38] yathābhūtaṃ sammappaññāya passato pubbantānudiṭṭhiyo na honti. Pubbantānudiṭṭhīnaṃ asati, aparantānudiṭṭhiyo na honti. Aparantānudiṭṭhīnaṃ asati, thāmaso parāmāso na hoti. Thāmase parāmāse asati rūpasmiṃ… vedanāya … saññāya… saṅkhāresu… viññāṇasmiṃ cittaṃ virajjati vimuccati anupādāya āsavehi. Vimuttattā ṭhitaṃ. Ṭhitattā santusitaṃ. Santusitattā na paritassati. Aparitassaṃ paccattaññeva parinibbāyati. ‘Khīṇā jāti, vusitaṃ brahmacariyaṃ, kataṃ karaṇīyaṃ, nāparaṃ itthattāyā’ti pajānātī’’ti. Catutthaṃ.

«Когда видят это таким, какое оно есть на самом деле, с помощью правильной мудрости, то не возникает воззрений относительно прошлого. Когда нет воззрений относительно прошлого, не возникает воззрений относительно будущего. Когда нет воззрений относительно будущего, не возникает догматической привязанности (упрямого цепляния). Когда нет догматической привязанности, ум становится бесстрастным к форме, чувству, восприятию, волевым формированиям и сознанию и освобождается от асов через нецепляние. Благодаря освобождению он устойчив. Благодаря устойчивости он удовлетворен. Благодаря удовлетворенности он не тревожится. Не тревожась, он сам по себе угасает (достигает Ниббаны). Он постигает: „Рождение уничтожено, святая жизнь прожита, сделано то, что должно было быть сделано, не будет больше возвращения в это состояние“». Четвертая сутта.

5. Samanupassanāsuttaṃ

5. Саманупассана сутта (Сутта о способах рассмотрения)

47. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Ye hi keci, bhikkhave, samaṇā vā brāhmaṇā vā anekavihitaṃ attānaṃ samanupassamānā samanupassanti, sabbete pañcupādānakkhandhe samanupassanti, etesaṃ vā aññataraṃ. Katame pañca? Idha, bhikkhave, assutavā puthujjano ariyānaṃ adassāvī ariyadhammassa akovido ariyadhamme avinīto, sappurisānaṃ adassāvī sappurisadhammassa akovido sappurisadhamme avinīto rūpaṃ attato samanupassati, rūpavantaṃ vā attānaṃ; attani vā rūpaṃ, rūpasmiṃ vā attānaṃ. Vedanaṃ… saññaṃ… saṅkhāre… viññāṇaṃ attato samanupassati, viññāṇavantaṃ vā attānaṃ; attani vā viññāṇaṃ, viññāṇasmiṃ vā attānaṃ’’.

47. В Саваттхи. «Монахи, любые отшельники или брахманы, которые различными способами усматривают самость, все они усматривают её в пяти совокупностях, подверженных цеплянию, или в какой-то одной из них. В каких пяти? Здесь, монахи, необученный обыватель, не видящий благородных, несведущий в их Дхамме, не обученный их Дхамме, не видящий истинных людей, несведущий в Дхамме истинных людей, не обученный Дхамме истинных людей, рассматривает форму как себя, или себя как обладающего формой, или форму в себе, или себя в форме. Он рассматривает чувство как себя... восприятие как себя... волевые формирования как себя... сознание как себя, или себя как обладающего сознанием, или сознание в себе, или себя в сознании».

‘‘Iti ayañceva samanupassanā ‘asmī’ti cassa avigataṃ hoti. ‘Asmī’ti kho pana, bhikkhave, avigate pañcannaṃ indriyānaṃ avakkanti hoti – cakkhundriyassa sotindriyassa ghānindriyassa jivhindriyassa kāyindriyassa. Atthi, bhikkhave, mano, atthi dhammā, atthi avijjādhātu. Avijjāsamphassajena, bhikkhave, vedayitena phuṭṭhassa assutavato puthujjanassa ‘asmī’tipissa hoti; ‘ayamahamasmī’tipissa hoti; ‘bhavissa’ntipissa hoti; ‘na bhavissa’ntipissa hoti; ‘rūpī bhavissa’ntipissa hoti; ‘arūpī bhavissa’ntipissa hoti; ‘saññī bhavissa’ntipissa hoti; ‘asaññī bhavissa’ntipissa hoti; ‘nevasaññīnāsaññī bhavissa’ntipissa hoti’’.

«Таким образом, этот способ рассмотрения и представление „я есмь“ не исчезли в нём. Монахи, пока представление „я есмь“ не исчезло, происходит вхождение пяти способностей: способности зрения, способности слуха, способности обоняния, способности вкуса, способности осязания. Существует, монахи, ум, существуют ментальные объекты, существует элемент невежества. Когда необученный обыватель соприкасается с чувством, рожденным от контакта, сопряженного с невежеством, у него возникает мысль: „я есмь“; у него возникает мысль: „я — это“; у него возникает мысль: „я буду“; „я не буду“; „я буду обладать формой“; „я буду бесформенным“; „я буду обладающим восприятием“; „я буду лишенным восприятия“; „я буду ни обладающим восприятием, ни лишенным восприятия“».

‘‘Tiṭṭhanteva [Pg.39] kho, bhikkhave, tattheva pañcindriyāni. Athettha sutavato ariyasāvakassa avijjā pahīyati, vijjā uppajjati. Tassa avijjāvirāgā vijjuppādā ‘asmī’tipissa na hoti; ‘ayamahamasmī’tipissa na hoti; ‘bhavissa’nti… ‘na bhavissa’nti… rūpī… arūpī … saññī… asaññī… ‘nevasaññīnāsaññī bhavissa’ntipissa na hotī’’ti. Pañcamaṃ.

«Эти пять способностей остаются прямо там, монахи, но в отношении них обученный благородный ученик отбрасывает невежество и порождает истинное знание. С угасанием невежества и возникновением истинного знания у него не возникает мысли: „я есмь“; у него не возникает мысли: „я — это“; у него не возникает мысли: „я буду“... „я не буду“... „я буду обладать формой“... „я буду бесформенным“... „я буду обладающим восприятием“... „я буду лишенным восприятия“... „я буду ни обладающим восприятием, ни лишенным восприятия“». Пятая сутта.

6. Khandhasuttaṃ

6. Кхандха сутта (Сутта о совокупностях)

48. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Pañca, bhikkhave, khandhe desessāmi, pañcupādānakkhandhe ca. Taṃ suṇātha. Katame ca, bhikkhave, pañcakkhandhā? Yaṃ kiñci, bhikkhave, rūpaṃ atītānāgatapaccuppannaṃ ajjhattaṃ vā bahiddhā vā oḷārikaṃ vā sukhumaṃ vā hīnaṃ vā paṇītaṃ vā yaṃ dūre santike vā, ayaṃ vuccati rūpakkhandho. Yā kāci vedanā…pe… yā kāci saññā… ye keci saṅkhārā atītānāgatapaccuppannā ajjhattaṃ vā bahiddhā vā oḷārikā vā sukhumā vā…pe… ayaṃ vuccati saṅkhārakkhandho. Yaṃ kiñci viññāṇaṃ atītānāgatapaccuppannaṃ ajjhattaṃ vā bahiddhā vā oḷārikaṃ vā sukhumaṃ vā hīnaṃ vā paṇītaṃ vā yaṃ dūre santike vā, ayaṃ vuccati viññāṇakkhandho. Ime vuccanti, bhikkhave, pañcakkhandhā’’.

48. В Саваттхи. «Монахи, я преподам вам пять совокупностей и пять совокупностей, подверженных цеплянию. Слушайте это... И какие, монахи, пять совокупностей? Любая форма, монахи, будь то прошлая, будущая или настоящая, внутренняя или внешняя, грубая или тонкая, низшая или высшая, далекая или близкая — это называется совокупностью формы. Любое чувство... Любое восприятие... Любые волевые формирования, будь то прошлые, будущие или настоящие, внутренние или внешние, грубые или тонкие... это называется совокупностью волевых формирований. Любое сознание, будь то прошлое, будущее или настоящее, внутреннее или внешнее, грубое или тонкое, низшее или высшее, далекое или близкое — это называется совокупностью сознания. Это, монахи, называется пятью совокупностями».

‘‘Katame ca, bhikkhave, pañcupādānakkhandhā? Yaṃ kiñci, bhikkhave, rūpaṃ atītānāgatapaccuppannaṃ…pe… yaṃ dūre santike vā sāsavaṃ upādāniyaṃ, ayaṃ vuccati rūpupādānakkhandho. Yā kāci vedanā…pe… yā dūre santike vā sāsavā upādāniyā, ayaṃ vuccati vedanupādānakkhandho. Yā kāci saññā…pe… yā dūre santike vā sāsavā upādāniyā, ayaṃ vuccati saññupādānakkhandho. Ye keci saṅkhārā…pe… sāsavā upādāniyā, ayaṃ vuccati saṅkhārupādānakkhandho. Yaṃ kiñci viññāṇaṃ atītānāgatapaccuppannaṃ…pe… yaṃ dūre santike vā sāsavaṃ upādāniyaṃ, ayaṃ vuccati viññāṇupādānakkhandho. Ime vuccanti, bhikkhave, pañcupādānakkhandhā’’ti. Chaṭṭhaṃ.

«И какие, монахи, пять совокупностей, подверженных цеплянию? Любая форма, монахи, будь то прошлая, будущая или настоящая... далекая или близкая, которая сопряжена с влечениями (асавами) и подвержена цеплянию — это называется совокупностью формы, подверженной цеплянию. Любое чувство... далекое или близкое, сопряженное с влечениями и подверженное цеплянию — это называется совокупностью чувства, подверженной цеплянию. Любое восприятие... далекое или близкое, сопряженное с влечениями и подверженное цеплянию — это называется совокупностью восприятия, подверженной цеплянию. Любые волевые формирования... сопряженные с влечениями и подверженные цеплянию — это называется совокупностью волевых формирований, подверженной цеплянию. Любое сознание, будь то прошлое, будущее или настоящее... далекое или близкое, сопряженное с влечениями и подверженное цеплянию — это называется совокупностью сознания, подверженной цеплянию. Это, монахи, называется пятью совокупностями, подверженными цеплянию». Шестая сутта.

7. Soṇasuttaṃ

7. Сона сутта (Сутта о Соне)

49. Evaṃ me sutaṃ – ekaṃ samayaṃ bhagavā rājagahe viharati veḷuvane kalandakanivāpe. Atha kho soṇo gahapatiputto yena bhagavā tenupasaṅkami [Pg.40] …pe… ekamantaṃ nisinnaṃ kho soṇaṃ gahapatiputtaṃ bhagavā etadavoca –

49. Так я слышал. Однажды Благословенный пребывал в Раджагахе, в Бамбуковой роще, в Беличьем святилище. Тогда Сона, сын домохозяина, подошел к Благословенному... И Благословенный обратился к Соне, сыну домохозяина, сидевшему в стороне, с такими словами:

‘‘Ye hi keci, soṇa, samaṇā vā brāhmaṇā vā aniccena rūpena dukkhena vipariṇāmadhammena ‘seyyohamasmī’ti vā samanupassanti; ‘sadisohamasmī’ti vā samanupassanti; ‘hīnohamasmī’ti vā samanupassanti; kimaññatra yathābhūtassa adassanā? Aniccāya vedanāya dukkhāya vipariṇāmadhammāya ‘seyyohamasmī’ti vā samanupassanti; ‘sadisohamasmī’ti vā samanupassanti; ‘hīnohamasmī’ti vā samanupassanti; kimaññatra yathābhūtassa adassanā? Aniccāya saññāya… aniccehi saṅkhārehi dukkhehi vipariṇāmadhammehi ‘seyyohamasmī’ti vā samanupassanti; ‘sadisohamasmī’ti vā samanupassanti; ‘hīnohamasmī’ti vā samanupassanti; kimaññatra yathābhūtassa adassanā? Aniccena viññāṇena dukkhena vipariṇāmadhammena ‘seyyohamasmī’ti vā samanupassanti; ‘sadisohamasmī’ti vā samanupassanti; ‘hīnohamasmī’ti vā samanupassanti; kimaññatra yathābhūtassa adassanā?

«Сона, когда какие-либо отшельники или брахманы на основании формы — которая непостоянна, подвержена страданию и изменчива — считают себя: „Я превосхожу [других]“, или „Я равен [другим]“, или „Я уступаю [другим]“, то из-за чего это происходит, как не из-за того, что они не видят вещи такими, какими они есть на самом деле? Когда какие-либо отшельники или брахманы на основании чувства… на основании восприятия… на основании волевых формирований… на основании сознания — которое непостоянно, подвержено страданию и изменчиво — считают себя: „Я превосхожу [других]“, или „Я равен [другим]“, или „Я уступаю [другим]“, то из-за чего это происходит, как не из-за того, что они не видят вещи такими, какими они есть на самом деле?»

‘‘Ye ca kho keci, soṇa, samaṇā vā brāhmaṇā vā aniccena rūpena dukkhena vipariṇāmadhammena ‘seyyohamasmī’tipi na samanupassanti; ‘sadisohamasmī’tipi na samanupassanti; ‘hīnohamasmī’tipi na samanupassanti; kimaññatra yathābhūtassa dassanā? Aniccāya vedanāya… aniccāya saññāya… aniccehi saṅkhārehi… aniccena viññāṇena dukkhena vipariṇāmadhammena ‘seyyohamasmī’tipi na samanupassanti; ‘sadisohamasmī’tipi na samanupassanti; ‘hīnohamasmī’tipi na samanupassanti; kimaññatra yathābhūtassa dassanā?

«Сона, когда какие-либо отшельники или брахманы на основании формы — которая непостоянна, подвержена страданию и изменчива — не считают себя: „Я превосхожу [других]“, или „Я равен [другим]“, или „Я уступаю [другим]“, то благодаря чему это происходит, как не благодаря тому, что они видят вещи такими, какими они есть на самом деле? Когда какие-либо отшельники или брахманы на основании чувства… на основании восприятия… на основании волевых формирований… на основании сознания — которое непостоянно, подвержено страданию и изменчиво — не считают себя: „Я превосхожу [других]“, или „Я равен [другим]“, или „Я уступаю [другим]“, то благодаря чему это происходит, как не благодаря тому, что они видят вещи такими, какими они есть на самом деле?»

‘‘Taṃ kiṃ maññasi, soṇa, rūpaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ dukkhaṃ vā taṃ sukhaṃ vā’’ti? ‘‘Dukkhaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ dukkhaṃ vipariṇāmadhammaṃ kallaṃ nu taṃ samanupassituṃ – ‘etaṃ mama, esohamasmi, eso me attā’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Vedanā niccā vā aniccā vā’’ti? ‘‘Aniccā, bhante’’… ‘‘saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ dukkhaṃ vā taṃ sukhaṃ vā’’ti? ‘‘Dukkhaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ dukkhaṃ vipariṇāmadhammaṃ kallaṃ nu taṃ samanupassituṃ – ‘etaṃ mama, esohamasmi, eso me attā’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’.

«Как ты думаешь, Сона, форма постоянна или непостоянна?» — «Непостоянна, уважаемый господин». — «А то, что непостоянно, является страданием или счастьем?» — «Страданием, уважаемый господин». — «Но приличествует ли рассматривать то, что непостоянно, подвержено страданию и изменчиво, таким образом: „Это моё, это я, это моя сущность (атта)“?» — «Нет, уважаемый господин». — «Чувство постоянно или непостоянно?… Восприятие постоянно или непостоянно?… Волевые формирования постоянны или непостоянны?… Сознание постоянно или непостоянно?» — «Непостоянно, уважаемый господин». — «А то, что непостоянно, является страданием или счастьем?» — «Страданием, уважаемый господин». — «Но приличествует ли рассматривать то, что непостоянно, подвержено страданию и изменчиво, таким образом: „Это моё, это я, это моя сущность (атта)“?» — «Нет, уважаемый господин».

‘‘Tasmātiha[Pg.41], soṇa, yaṃ kiñci rūpaṃ atītānāgatapaccuppannaṃ ajjhattaṃ vā bahiddhā vā oḷārikaṃ vā sukhumaṃ vā hīnaṃ vā paṇītaṃ vā yaṃ dūre santike vā, sabbaṃ rūpaṃ ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’ti evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya daṭṭhabbaṃ.

«Поэтому, Сона, любую форму, будь она прошлой, будущей или настоящей, внутренней или внешней, грубой или утончённой, низшей или высшей, далёкой или близкой — всю форму следует видеть в соответствии с действительностью с помощью правильной мудрости так: „Это не моё, это не я, это не моя сущность (атта)“.»

‘‘Yā kāci vedanā… yā kāci saññā… ye keci saṅkhārā… yaṃ kiñci viññāṇaṃ atītānāgatapaccuppannaṃ ajjhattaṃ vā bahiddhā vā oḷārikaṃ vā sukhumaṃ vā hīnaṃ vā paṇītaṃ vā yaṃ dūre santike vā, sabbaṃ viññāṇaṃ ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’ti evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya daṭṭhabbaṃ.

«Любое чувство… Любое восприятие… Любые волевые формирования… Любое сознание, будь оно прошлым, будущим или настоящим, внутренним или внешним, грубым или утончённым, низшим или высшим, далёким или близким — всё сознание следует видеть в соответствии с действительностью с помощью правильной мудрости так: „Это не моё, это не я, это не моя сущность (атта)“.»

‘‘Evaṃ passaṃ, soṇa, sutavā ariyasāvako rūpasmimpi nibbindati, vedanāyapi nibbindati, saññāyapi nibbindati, saṅkhāresupi nibbindati, viññāṇasmimpi nibbindati. Nibbindaṃ virajjati; virāgā vimuccati. Vimuttasmiṃ vimuttamiti ñāṇaṃ hoti. ‘Khīṇā jāti, vusitaṃ brahmacariyaṃ, kataṃ karaṇīyaṃ, nāparaṃ itthattāyā’ti pajānātī’’ti. Sattamaṃ.

«Видя так, Сона, обученный благородный ученик испытывает разочарование в форме, испытывает разочарование в чувстве, испытывает разочарование в восприятии, испытывает разочарование в волевых формированиях, испытывает разочарование в сознании. Испытывая разочарование, он становится бесстрастным. Благодаря бесстрастию [его ум] освобождается. Когда он освобождён, возникает знание: „Освобождён“. Он постигает: „Уничтожено рождение, святая жизнь прожита, сделано то, что должно было быть сделано, не будет больше возвращения в это состояние бытия“». Седьмое [наставление].

8. Dutiyasoṇasuttaṃ

8. Вторая сутта о Соне

50. Evaṃ me sutaṃ – ekaṃ samayaṃ bhagavā rājagahe viharati veḷuvane kalandakanivāpe. Atha kho soṇo gahapatiputto yena bhagavā tenupasaṅkami; upasaṅkamitvā bhagavantaṃ abhivādetvā ekamantaṃ nisīdi. Ekamantaṃ nisinnaṃ kho soṇaṃ gahapatiputtaṃ bhagavā etadavoca –

50. Так я слышал. Однажды Благословенный пребывал в Раджагахе, в Бамбуковой роще, в заповеднике Каландаканивапа. Тогда Сона, сын домохозяина, подошёл к Благословенному, поклонился ему и сел сбоку. Когда Сона, сын домохозяина, сел сбоку, Благословенный обратился к нему с такими словами:

‘‘Ye hi keci, soṇa, samaṇā vā brāhmaṇā vā rūpaṃ nappajānanti, rūpasamudayaṃ nappajānanti, rūpanirodhaṃ nappajānanti, rūpanirodhagāminiṃ paṭipadaṃ nappajānanti; vedanaṃ nappajānanti, vedanāsamudayaṃ nappajānanti, vedanānirodhaṃ nappajānanti, vedanānirodhagāminiṃ paṭipadaṃ nappajānanti; saññaṃ nappajānanti…pe… saṅkhāre nappajānanti, saṅkhārasamudayaṃ nappajānanti, saṅkhāranirodhaṃ nappajānanti, saṅkhāranirodhagāminiṃ paṭipadaṃ nappajānanti; viññāṇaṃ nappajānanti, viññāṇasamudayaṃ nappajānanti, viññāṇanirodhaṃ nappajānanti, viññāṇanirodhagāminiṃ paṭipadaṃ nappajānanti. Na me te, soṇa, samaṇā vā brāhmaṇā vā samaṇesu vā samaṇasammatā brāhmaṇesu vā brāhmaṇasammatā, na ca pana te āyasmanto sāmaññatthaṃ vā brahmaññatthaṃ vā diṭṭheva dhamme sayaṃ abhiññā sacchikatvā upasampajja viharanti.

«Сона, те отшельники или брахманы, которые не понимают форму, её происхождение, её прекращение и путь, ведущий к её прекращению; которые не понимают чувство… восприятие… волевые формирования… сознание, его происхождение, его прекращение и путь, ведущий к его прекращению — их я не считаю отшельниками среди отшельников или брахманами среди брахманов, и эти почтенные мужи не входят и не пребывают в этой самой жизни в плодах отшельничества или плодах брахманства, познав их самостоятельно с помощью прямого знания.

‘‘Ye [Pg.42] ca kho keci, soṇa, samaṇā vā brāhmaṇā vā rūpaṃ pajānanti, rūpasamudayaṃ pajānanti, rūpanirodhaṃ pajānanti, rūpanirodhagāminiṃ paṭipadaṃ pajānanti; vedanaṃ pajānanti…pe… saññaṃ pajānanti… saṅkhāre pajānanti… viññāṇaṃ pajānanti, viññāṇasamudayaṃ pajānanti, viññāṇanirodhaṃ pajānanti, viññāṇanirodhagāminiṃ paṭipadaṃ pajānanti. Te ca kho me, soṇa, samaṇā vā brāhmaṇā vā samaṇesu ceva samaṇasammatā brāhmaṇesu ca brāhmaṇasammatā, te ca panāyasmanto sāmaññatthañca brahmaññatthañca diṭṭheva dhamme sayaṃ abhiññā sacchikatvā upasampajja viharantī’’ti. Aṭṭhamaṃ.

«Но, Сона, те отшельники и брахманы, которые понимают форму, её происхождение, её прекращение и путь, ведущий к её прекращению; которые понимают чувство… восприятие… волевые формирования… сознание, его происхождение, его прекращение и путь, ведущий к его прекращению — их я считаю отшельниками среди отшельников и брахманами среди брахманов, и эти почтенные мужи входят и пребывают в этой самой жизни в плодах отшельничества и плодах брахманства, познав их самостоятельно с помощью прямого знания». Восьмое [наставление].

9. Nandikkhayasuttaṃ

9. Нандиккхая сутта (Сутта об уничтожении восторга)

51. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Aniccaññeva, bhikkhave, bhikkhu rūpaṃ aniccanti passati. Sāssa hoti sammādiṭṭhi. Sammā passaṃ nibbindati. Nandikkhayā rāgakkhayo, rāgakkhayā nandikkhayo. Nandirāgakkhayā cittaṃ vimuttaṃ suvimuttanti vuccati. Aniccaññeva, bhikkhave, bhikkhu vedanaṃ aniccanti passati. Sāssa hoti sammādiṭṭhi. Sammā passaṃ nibbindati. Nandikkhayā rāgakkhayo, rāgakkhayā nandikkhayo. Nandirāgakkhayā cittaṃ vimuttaṃ suvimuttanti vuccati. Anicceyeva, bhikkhave, bhikkhu saññaṃ aniccanti passati…pe… anicceyeva bhikkhave, bhikkhu saṅkhāre aniccāti passati. Sāssa hoti sammādiṭṭhi. Sammā passaṃ nibbindati. Nandikkhayā rāgakkhayo, rāgakkhayā nandikkhayo. Nandirāgakkhayā cittaṃ vimuttaṃ suvimuttanti vuccati. Aniccaññeva, bhikkhave, bhikkhu viññāṇaṃ aniccanti passati. Sāssa hoti sammādiṭṭhi. Sammā passaṃ nibbindati. Nandikkhayā rāgakkhayo, rāgakkhayā nandikkhayo. Nandirāgakkhayā cittaṃ vimuttaṃ suvimuttanti vuccatī’’ti. Navamaṃ.

51. В Саваттхи. «Бхиккху, когда бхиккху видит непостоянную форму как непостоянную, это его правильное воззрение. Видя правильно, он испытывает разочарование. С уничтожением восторга (нанди) приходит уничтожение страсти (рага); с уничтожением страсти приходит уничтожение восторга. С уничтожением восторга и страсти ум освобождается и зовётся хорошо освобождённым. Бхиккху, когда бхиккху видит непостоянное чувство как непостоянное… непостоянное восприятие как непостоянное… непостоянные волевые формирования как непостоянные, это его правильное воззрение. Видя правильно, он испытывает разочарование. С уничтожением восторга приходит уничтожение страсти; с уничтожением страсти приходит уничтожение восторга. С уничтожением восторга и страсти ум освобождается и зовётся хорошо освобождённым. Бхиккху, когда бхиккху видит непостоянное сознание как непостоянное, это его правильное воззрение. Видя правильно, он испытывает разочарование. С уничтожением восторга приходит уничтожение страсти; с уничтожением страсти приходит уничтожение восторга. С уничтожением восторга и страсти ум освобождается и зовётся хорошо освобождённым». Девятое [наставление].

10. Dutiyanandikkhayasuttaṃ

10. Вторая сутта об уничтожении восторга

52. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Rūpaṃ, bhikkhave, yoniso manasi karotha, rūpāniccatañca yathābhūtaṃ samanupassatha. Rūpaṃ, bhikkhave, bhikkhu yoniso manasi karonto, rūpāniccatañca yathābhūtaṃ samanupassanto rūpasmiṃ nibbindati. Nandikkhayā rāgakkhayo, rāgakkhayā nandikkhayo. Nandirāgakkhayā cittaṃ vimuttaṃ suvimuttanti vuccati. Vedanaṃ, bhikkhave, yoniso manasi karotha, vedanāniccatañca yathābhūtaṃ samanupassatha. Vedanaṃ, bhikkhave, bhikkhu yoniso manasi [Pg.43] karonto, vedanāniccatañca yathābhūtaṃ samanupassanto vedanāya nibbindati. Nandikkhayā rāgakkhayo, rāgakkhayā nandikkhayo. Nandirāgakkhayā cittaṃ vimuttaṃ suvimuttanti vuccati. Saññaṃ bhikkhave… saṅkhāre, bhikkhave, yoniso manasi karotha, saṅkhārāniccatañca yathābhūtaṃ samanupassatha. Saṅkhāre, bhikkhave, bhikkhu yoniso manasi karonto, saṅkhārāniccataṃ yathābhūtaṃ samanupassanto saṅkhāresu nibbindati. Nandikkhayā rāgakkhayo, rāgakkhayā nandikkhayo. Nandirāgakkhayā cittaṃ vimuttaṃ suvimuttanti vuccati. Viññāṇaṃ, bhikkhave, yoniso manasi karotha, viññāṇāniccatañca yathābhūtaṃ samanupassatha. Viññāṇaṃ, bhikkhave, bhikkhu yoniso manasi karonto, viññāṇāniccatañca yathābhūtaṃ samanupassanto viññāṇasmiṃ nibbindati. Nandikkhayā rāgakkhayo, rāgakkhayā nandikkhayo. Nandirāgakkhayā cittaṃ vimuttaṃ suvimuttanti vuccatī’’ti. Dasamaṃ.

52. В Саваттхи. «Бхиккху, направляйте надлежащее внимание (йонисо манасикара) на форму и созерцайте непостоянство формы в соответствии с действительностью. Бхиккху, когда бхиккху направляет надлежащее внимание на форму и созерцает непостоянство формы в соответствии с действительностью, он испытывает разочарование в форме. С уничтожением восторга приходит уничтожение страсти; с уничтожением страсти приходит уничтожение восторга. С уничтожением восторга и страсти ум освобождается и зовётся хорошо освобождённым. Бхиккху, направляйте надлежащее внимание на чувство и созерцайте непостоянство чувства в соответствии с действительностью… на восприятие… Бхиккху, направляйте надлежащее внимание на волевые формирования и созерцайте непостоянство волевых формирований в соответствии с действительностью. Бхиккху, когда бхиккху направляет надлежащее внимание на волевые формирования и созерцает непостоянство волевых формирований в соответствии с действительностью, он испытывает разочарование в волевых формированиях. С уничтожением восторга приходит уничтожение страсти; с уничтожением страсти приходит уничтожение восторга. С уничтожением восторга и страсти ум освобождается и зовётся хорошо освобождённым. Бхиккху, направляйте надлежащее внимание на сознание и созерцайте непостоянство сознания в соответствии с действительностью. Бхиккху, когда бхиккху направляет надлежащее внимание на сознание и созерцает непостоянство сознания в соответствии с действительностью, он испытывает разочарование в сознании. С уничтожением восторга приходит уничтожение страсти; с уничтожением страсти приходит уничтожение восторга. С уничтожением восторга и страсти ум освобождается и зовётся хорошо освобождённым». Десятое [наставление].

Attadīpavaggo pañcamo.

Пятая глава: «Сам себе остров» (Аттадипа-вагга).

Tassuddānaṃ –

Оглавление этой главы:

Attadīpā paṭipadā, dve ca honti aniccatā;

Samanupassanā khandhā, dve soṇā dve nandikkhayena cāti.

«Сам себе остров», «Путь», две сутты о непостоянстве, «Созерцание», «Кхандхи», две сутты о Соне и две об уничтожении восторга.

Mūlapaṇṇāsako samatto.

Первая часть из пятидесяти сутт (Мулапаннасака) завершена.

Tassa mūlapaṇṇāsakassa vagguddānaṃ –

Оглавление глав первой части из пятидесяти сутт:

Nakulapitā anicco ca, bhāro natumhākena ca;

Attadīpena paññāso, paṭhamo tena pavuccatīti.

«Накулапита», «Непостоянство», «Бремя», «Не ваше» и «Сам себе остров» — так называется первая часть из пятидесяти сутт.

6. Upayavaggo

6. Глава о привязанности (Упая-вагга)

1. Upayasuttaṃ

1. Упая сутта (Сутта о привязанности)

53. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Upayo, bhikkhave, avimutto, anupayo vimutto. Rūpupayaṃ vā, bhikkhave, viññāṇaṃ tiṭṭhamānaṃ tiṭṭheyya, rūpārammaṇaṃ rūpappatiṭṭhaṃ [Pg.44] nandūpasecanaṃ vuddhiṃ virūḷhiṃ vepullaṃ āpajjeyya. Vedanupayaṃ vā…pe… saññupayaṃ vā…pe… saṅkhārupayaṃ vā, bhikkhave, viññāṇaṃ tiṭṭhamānaṃ tiṭṭheyya, saṅkhārārammaṇaṃ saṅkhārappatiṭṭhaṃ nandūpasecanaṃ vuddhiṃ virūḷhiṃ vepullaṃ āpajjeyya’’.

53. В Саваттхи. «Бхиккху, тот, кто привязан, не освобождён; тот, кто не привязан, освобождён. Бхиккху, сознание, пребывая, может пребывать привязанным к форме; имея форму своим объектом, утвердившись на форме, орошаемое восторгом, оно может прийти к росту, увеличению и расширению. Или сознание, пребывая, может пребывать привязанным к чувству… привязанным к восприятию… Бхиккху, сознание, пребывая, может пребывать привязанным к волевым формированиям; имея волевые формирования своим объектом, утвердившись на волевых формированиях, орошаемое восторгом, оно может прийти к росту, увеличению и расширению».

‘‘Yo, bhikkhave, evaṃ vadeyya – ‘ahamaññatra rūpā aññatra vedanāya aññatra saññāya aññatra saṅkhārehi viññāṇassa āgatiṃ vā gatiṃ vā cutiṃ vā upapattiṃ vā vuddhiṃ vā virūḷhiṃ vā vepullaṃ vā paññāpessāmī’ti, netaṃ ṭhānaṃ vijjati.

«Бхиккху, если бы кто-то сказал: „Помимо формы, помимо чувства, помимо восприятия, помимо волевых формирований, я провозглашу приход и уход сознания, его исчезновение и перерождение, его рост, увеличение и расширение“ — то это невозможно».

‘‘Rūpadhātuyā ce, bhikkhave, bhikkhuno rāgo pahīno hoti. Rāgassa pahānā vocchijjatārammaṇaṃ patiṭṭhā viññāṇassa na hoti. Vedanādhātuyā ce, bhikkhave… saññādhātuyā ce bhikkhave… saṅkhāradhātuyā ce bhikkhave… viññāṇadhātuyā ce, bhikkhave, bhikkhuno rāgo pahīno hoti. Rāgassa pahānā vocchijjatārammaṇaṃ patiṭṭhā viññāṇassa na hoti. Tadappatiṭṭhitaṃ viññāṇaṃ avirūḷhaṃ anabhisaṅkhaccavimuttaṃ. Vimuttattā ṭhitaṃ. Ṭhitattā santusitaṃ. Santusitattā na paritassati. Aparitassaṃ paccattaññeva parinibbāyati. ‘Khīṇā jāti, vusitaṃ brahmacariyaṃ, kataṃ karaṇīyaṃ, nāparaṃ itthattāyā’ti pajānātī’’ti. Paṭhamaṃ.

«Если, монахи, у монаха устранено вожделение к элементу формы, то с устранением вожделения пресекается объект, и у сознания не остаётся основания. Если, монахи, у монаха устранено вожделение к элементу чувства... к элементу восприятия... к элементу волевых формирований... к элементу сознания, то с устранением вожделения пресекается объект, и у сознания не остаётся основания. Это неустановленное сознание, не разрастающееся, не обусловливающее [новое рождение], освобождается. Благодаря освобождению оно устойчиво; благодаря устойчивости оно удовлетворено; благодаря удовлетворённости оно не трепещет. Не трепеща, оно само по себе достигает окончательного освобождения (Ниббаны). Он постигает: „Прекращено рождение, святая жизнь прожита, сделано то, что надлежало сделать, не будет ничего более для этого состояния бытия“». Первая [сутта].

2. Bījasuttaṃ

2. Биджа-сутта (Сутта о семенах)

54. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Pañcimāni, bhikkhave, bījajātāni. Katamāni pañca? Mūlabījaṃ, khandhabījaṃ, aggabījaṃ, phalubījaṃ, bījabījaññeva pañcamaṃ. Imāni cassu, bhikkhave, pañca bījajātāni akhaṇḍāni apūtikāni avātātapahatāni sārādāni sukhasayitāni, pathavī ca nāssa, āpo ca nāssa; api numāni, bhikkhave, pañca bījajātāni vuddhiṃ virūḷhiṃ vepullaṃ āpajjeyyu’’nti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Imāni cassu, bhikkhave, pañca bījajātāni akhaṇḍāni…pe… sukhasayitāni, pathavī ca assa, āpo ca assa; api numāni, bhikkhave, pañca bījajātāni vuddhiṃ virūḷhiṃ vepullaṃ āpajjeyyu’’nti? ‘‘Evaṃ, bhante’’. ‘‘Seyyathāpi, bhikkhave, pathavīdhātu, evaṃ catasso viññāṇaṭṭhitiyo daṭṭhabbā. Seyyathāpi, bhikkhave, āpodhātu, evaṃ nandirāgo daṭṭhabbo. Seyyathāpi, bhikkhave, pañca bījajātāni, evaṃ viññāṇaṃ sāhāraṃ daṭṭhabbaṃ’’.

54. В Саваттхи. «Монахи, есть эти пять видов семян. Какие пять? Семена-корни, семена-стволы, семена-побеги, семена-черенки и, пятые, собственно семена. Если бы эти пять видов семян были неповреждёнными, неиспорченными, не пострадавшими от ветра и солнца, всхожими, хорошо сохранёнными, но не было бы ни земли, ни воды — разве могли бы эти пять видов семян прийти к росту, развитию и изобилию?» «Нет, достопочтенный господин». «Если бы эти пять видов семян были неповреждёнными... [и т. д.]... хорошо сохранёнными, и была бы земля, и была бы вода — разве могли бы эти пять видов семян прийти к росту, развитию и изобилию?» «Да, достопочтенный господин». «Подобно элементу земли, монахи, следует рассматривать четыре пристанища сознания. Подобно элементу воды, монахи, следует рассматривать страсть-наслаждение. Подобно пяти видам семян, монахи, следует рассматривать сознание вместе с его питанием».

‘‘Rūpupayaṃ[Pg.45], bhikkhave, viññāṇaṃ tiṭṭhamānaṃ tiṭṭheyya, rūpārammaṇaṃ rūpappatiṭṭhaṃ nandūpasecanaṃ vuddhiṃ virūḷhiṃ vepullaṃ āpajjeyya. Vedanupayaṃ vā, bhikkhave, viññāṇaṃ tiṭṭhamānaṃ tiṭṭheyya…pe… saññupayaṃ vā, bhikkhave, viññāṇaṃ tiṭṭhamānaṃ tiṭṭheyya…pe… saṅkhārupayaṃ vā, bhikkhave, viññāṇaṃ tiṭṭhamānaṃ tiṭṭheyya, saṅkhārārammaṇaṃ saṅkhārappatiṭṭhaṃ nandūpasecanaṃ vuddhiṃ virūḷhiṃ vepullaṃ āpajjeyya.

«Монахи, сознание, пребывая, может пребывать во взаимодействии с формой; имея форму своим объектом, имея форму своим основанием, орошаемое наслаждением, оно может прийти к росту, развитию и изобилию. Или же сознание, пребывая, может пребывать во взаимодействии с чувством... во взаимодействии с восприятием... во взаимодействии с волевыми формированиями; имея волевые формирования своим объектом, имея волевые формирования своим основанием, орошаемое наслаждением, оно может прийти к росту, развитию и изобилию».

«Монахи, если бы кто-то сказал: „Помимо формы, помимо чувства, помимо восприятия, помимо волевых формирований, я укажу на прихождение и ухождение сознания, его исчезновение и возникновение, его рост, развитие и изобилие“ — то это невозможно».

‘‘Rūpadhātuyā ceva, bhikkhave, bhikkhuno rāgo pahīno hoti. Rāgassa pahānā vocchijjatārammaṇaṃ patiṭṭhā viññāṇassa na hoti. Vedanādhātuyā ce… saññādhātuyā ce… saṅkhāradhātuyā ce… viññāṇadhātuyā ce, bhikkhave, bhikkhuno rāgo pahīno hoti. Rāgassa pahānā vocchijjatārammaṇaṃ patiṭṭhā viññāṇassa na hoti. Tadappatiṭṭhitaṃ viññāṇaṃ avirūḷhaṃ anabhisaṅkhaccavimuttaṃ. Vimuttattā ṭhitaṃ. Ṭhitattā santusitaṃ. Santusitattā na paritassati. Aparitassaṃ paccattaññeva parinibbāyati. ‘Khīṇā jāti, vusitaṃ brahmacariyaṃ, kataṃ karaṇīyaṃ, nāparaṃ itthattāyā’ti pajānātī’’ti. Dutiyaṃ.

«Если, монахи, у монаха устранено вожделение к элементу формы, то с устранением вожделения пресекается объект, и у сознания не остаётся основания. Если у него устранено вожделение к элементу чувства... к элементу восприятия... к элементу волевых формирований... к элементу сознания, то с устранением вожделения пресекается объект, и у сознания не остаётся основания. Это неустановленное сознание, не разрастающееся, не обусловливающее [новое рождение], освобождается. Благодаря освобождению оно устойчиво; благодаря устойчивости оно удовлетворено; благодаря удовлетворённости оно не трепещет. Не трепеща, оно само по себе достигает окончательного освобождения (Ниббаны). Он постигает: „Прекращено рождение, святая жизнь прожита, сделано то, что надлежало сделать, не будет ничего более для этого состояния бытия“». Вторая [сутта].

3. Udānasuttaṃ

3. Удана-сутта (Сутта вдохновенного изречения)

55. Sāvatthinidānaṃ. Tatra kho bhagavā udānaṃ udānesi – ‘‘‘no cassaṃ, no ca me siyā, nābhavissa, na me bhavissatī’ti – evaṃ adhimuccamāno bhikkhu chindeyya orambhāgiyāni saṃyojanānī’’ti. Evaṃ vutte, aññataro bhikkhu bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘yathā kathaṃ pana, bhante, ‘no cassaṃ, no ca me siyā, nābhavissa, na me bhavissatī’ti – evaṃ adhimuccamāno bhikkhu chindeyya orambhāgiyāni saṃyojanānī’’ti?

55. В Саваттхи. Там Благословенный произнёс такое вдохновенное изречение: «„Если бы меня не было, то и моего бы не было; меня не будет, и моего не будет“ — так настраивая свой ум, монах может отсечь низшие оковы». Когда это было сказано, один монах обратился к Благословенному: «Но как именно, достопочтенный господин, монах, так настраивая свой ум: „Если бы меня не было, то и моего бы не было; меня не будет, и моего не будет“, отсекает низшие оковы?»

‘‘Idha, bhikkhu, assutavā puthujjano ariyānaṃ adassāvī…pe… sappurisadhamme avinīto rūpaṃ attato samanupassati, rūpavantaṃ vā attānaṃ; attani vā rūpaṃ, rūpasmiṃ vā attānaṃ. Vedanaṃ… saññaṃ… saṅkhāre… viññāṇaṃ attato samanupassati, viññāṇavantaṃ vā attānaṃ; attani vā viññāṇaṃ, viññāṇasmiṃ vā attānaṃ.

«Здесь, монах, необразованный обыватель, не видящий благородных... не обученный учению достойных мужей, рассматривает форму как себя, или себя как обладающего формой, или форму как содержащуюся в себе, или себя как содержащегося в форме. Он рассматривает чувство... восприятие... волевые формирования... сознание как себя, или себя как обладающего сознанием, или сознание как содержащееся в себе, или себя как содержащегося в сознании».

‘‘So [Pg.46] aniccaṃ rūpaṃ ‘aniccaṃ rūpa’nti yathābhūtaṃ nappajānāti, aniccaṃ vedanaṃ ‘aniccā vedanā’ti yathābhūtaṃ nappajānāti, aniccaṃ saññaṃ ‘aniccā saññā’ti yathābhūtaṃ nappajānāti, anicce saṅkhāre ‘aniccā saṅkhārā’ti yathābhūtaṃ nappajānāti, aniccaṃ viññāṇaṃ ‘aniccaṃ viññāṇa’nti yathābhūtaṃ nappajānāti.

«Он не постигает в соответствии с действительностью непостоянную форму как „непостоянную форму“, не постигает в соответствии с действительностью непостоянное чувство как „непостоянное чувство“, не постигает в соответствии с действительностью непостоянное восприятие как „непостоянное восприятие“, не постигает в соответствии с действительностью непостоянные волевые формирования как „непостоянные волевые формирования“, не постигает в соответствии с действительностью непостоянное сознание как „непостоянное сознание“».

‘‘Dukkhaṃ rūpaṃ ‘dukkhaṃ rūpa’nti yathābhūtaṃ nappajānāti, dukkhaṃ vedanaṃ… dukkhaṃ saññaṃ… dukkhe saṅkhāre… dukkhaṃ viññāṇaṃ ‘dukkhaṃ viññāṇa’nti yathābhūtaṃ nappajānāti.

«Он не постигает в соответствии с действительностью подверженную страданию форму как „подверженную страданию форму“, не постигает в соответствии с действительностью подверженное страданию чувство... подверженное страданию восприятие... подверженные страданию волевые формирования... подверженное страданию сознание как „подверженное страданию сознание“».

‘‘Anattaṃ rūpaṃ ‘anattā rūpa’nti yathābhūtaṃ nappajānāti, anattaṃ vedanaṃ ‘anattā vedanā’ti yathābhūtaṃ nappajānāti, anattaṃ saññaṃ ‘anattā saññā’ti yathābhūtaṃ nappajānāti, anatte saṅkhāre ‘anattā saṅkhārā’ti yathābhūtaṃ nappajānāti, anattaṃ viññāṇaṃ ‘anattā viññāṇa’nti yathābhūtaṃ nappajānāti.

«Он не постигает в соответствии с действительностью не являющуюся «я» форму как „не являющуюся «я» форму“, не постигает в соответствии с действительностью не являющееся «я» чувство как „не являющееся «я» чувство“, не постигает в соответствии с действительностью не являющееся «я» восприятие как „не являющееся «я» восприятие“, не постигает в соответствии с действительностью не являющиеся «я» волевые формирования как „не являющиеся «я» волевые формирования“, не постигает в соответствии с действительностью не являющееся «я» сознание как „не являющееся «я» сознание“».

‘‘Saṅkhataṃ rūpaṃ ‘saṅkhataṃ rūpa’nti yathābhūtaṃ nappajānāti, saṅkhataṃ vedanaṃ… saṅkhataṃ saññaṃ… saṅkhate saṅkhāre… saṅkhataṃ viññāṇaṃ ‘saṅkhataṃ viññāṇa’nti yathābhūtaṃ nappajānāti. Rūpaṃ vibhavissatīti yathābhūtaṃ nappajānāti. Vedanā vibhavissati… saññā vibhavissati… saṅkhārā vibhavissanti… viññāṇaṃ vibhavissatīti yathābhūtaṃ nappajānāti.

«Он не постигает в соответствии с действительностью обусловленную форму как „обусловленную форму“, не постигает в соответствии с действительностью обусловленное чувство... обусловленное восприятие... обусловленные волевые формирования... обусловленное сознание как „обусловленное сознание“. Он не постигает в соответствии с действительностью: „Форма исчезнет“... „Чувство исчезнет“... „Восприятие исчезнет“... „Волевые формирования исчезнут“... „Сознание исчезнет“».

‘‘Sutavā ca kho, bhikkhu, ariyasāvako ariyānaṃ dassāvī ariyadhammassa kovido ariyadhamme suvinīto sappurisānaṃ dassāvī sappurisadhammassa kovido sappurisadhamme suvinīto na rūpaṃ attato samanupassati…pe… na vedanaṃ… na saññaṃ… na saṅkhāre… na viññāṇaṃ attato samanupassati.

«Но образованный благородный ученик, монах, видящий благородных, знающий учение благородных, хорошо обученный учению благородных, видящий достойных мужей, знающий учение достойных мужей, хорошо обученный учению достойных мужей, не рассматривает форму как себя... [и т. д.]... не рассматривает чувство... не рассматривает восприятие... не рассматривает волевые формирования... не рассматривает сознание как себя».

‘‘So aniccaṃ rūpaṃ ‘aniccaṃ rūpa’nti yathābhūtaṃ pajānāti. Aniccaṃ vedanaṃ… aniccaṃ saññaṃ… anicce saṅkhāre… aniccaṃ viññāṇaṃ ‘aniccaṃ viññāṇa’nti yathābhūtaṃ pajānāti. Dukkhaṃ rūpaṃ…pe… dukkhaṃ viññāṇaṃ… anattaṃ rūpaṃ…pe… anattaṃ viññāṇaṃ… saṅkhataṃ rūpaṃ…pe… saṅkhataṃ viññāṇaṃ ‘saṅkhataṃ viññāṇa’nti yathābhūtaṃ pajānāti. Rūpaṃ vibhavissatīti yathābhūtaṃ pajānāti. Vedanā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ vibhavissatīti yathābhūtaṃ pajānāti.

«Он постигает в соответствии с действительностью непостоянную форму как „непостоянную форму“. Он постигает в соответствии с действительностью непостоянное чувство... непостоянное восприятие... непостоянные волевые формирования... непостоянное сознание как „непостоянное сознание“. Он постигает в соответствии с действительностью подверженную страданию форму... [и т. д.]... подверженное страданию сознание... не являющуюся «я» форму... [и т. д.]... не являющееся «я» сознание... обусловленную форму... [и т. д.]... обусловленное сознание как „обусловленное сознание“. Он постигает в соответствии с действительностью: „Форма исчезнет“. Он постигает в соответствии с действительностью: „Чувство... восприятие... волевые формирования... сознание исчезнет“».

‘‘So [Pg.47] rūpassa vibhavā, vedanāya vibhavā, saññā vibhavā, saṅkhārānaṃ vibhavā, viññāṇassa vibhavā, evaṃ kho, bhikkhu, ‘no cassaṃ, no ca me siyā, nābhavissa, na me bhavissatī’ti – evaṃ adhimuccamāno bhikkhu chindeyya orambhāgiyāni saṃyojanānī’’ti. ‘‘Evaṃ adhimuccamāno, bhante, bhikkhu chindeyya orambhāgiyāni saṃyojanānī’’ti.

«С исчезновением формы, с исчезновением чувства, с исчезновением восприятия, с исчезновением волевых формирований, с исчезновением сознания, монах, так настраивая свой ум: „Если бы меня не было, то и моего бы не было; меня не будет, и моего не будет“, может отсечь низшие оковы». «Так настраивая свой ум, достопочтенный господин, монах может отсечь низшие оковы».

‘‘Kathaṃ pana, bhante, jānato kathaṃ passato anantarā āsavānaṃ khayo hotī’’ti? ‘‘Idha, bhikkhu, assutavā puthujjano atasitāye ṭhāne tāsaṃ āpajjati. Tāso heso bhikkhu assutavato puthujjanassa – ‘no cassaṃ, no ca me siyā, nābhavissa, na me bhavissatī’’’ti.

«Но как именно, достопочтенный господин, у того, кто знает, у того, кто видит, происходит непосредственное уничтожение влечений?» «Здесь, монах, необразованный обыватель испытывает страх перед тем, что не должно вызывать страха. Ведь это является пугающим для необразованного обывателя: „Если бы меня не было, то и моего бы не было; меня не будет, и моего не будет“».

‘‘Sutavā ca kho, bhikkhu, ariyasāvako atasitāye ṭhāne na tāsaṃ āpajjati. Na heso, bhikkhu, tāso sutavato ariyasāvakassa – ‘no cassaṃ, no ca me siyā, nābhavissa, na me bhavissatī’ti. Rūpupayaṃ vā, bhikkhu, viññāṇaṃ tiṭṭhamānaṃ tiṭṭheyya, rūpārammaṇaṃ rūpappatiṭṭhaṃ nandūpasecanaṃ vuddhiṃ virūḷhiṃ vepullaṃ āpajjeyya. Vedanupayaṃ vā, bhikkhu… saññupayaṃ vā, bhikkhu… saṅkhārupayaṃ vā, bhikkhu, viññāṇaṃ tiṭṭhamānaṃ tiṭṭheyya, saṅkhārārammaṇaṃ saṅkhārappatiṭṭhaṃ nandūpasecanaṃ vuddhiṃ virūḷhiṃ vepullaṃ āpajjeyya.

«Но образованный благородный ученик, монах, не испытывает страха перед тем, что не должно вызывать страха. Ведь это не является пугающим для образованного благородного ученика: „Если бы меня не было, то и моего бы не было; меня не будет, и моего не будет“. Сознание, монах, пребывая, может пребывать во взаимодействии с формой; имея форму своим объектом, имея форму своим основанием, орошаемое наслаждением, оно может прийти к росту, развитию и изобилию. Или же сознание, пребывая, может пребывать во взаимодействии с чувством... во взаимодействии с восприятием... во взаимодействии с волевыми формированиями; имея волевые формирования своим объектом, имея волевые формирования своим основанием, орошаемое наслаждением, оно может прийти к росту, развитию и изобилию».

‘‘Yo bhikkhu evaṃ vadeyya – ‘ahamaññatra rūpā, aññatra vedanāya, aññatra saññāya, aññatra saṅkhārehi viññāṇassa āgatiṃ vā gatiṃ vā cutiṃ vā upapattiṃ vā vuddhiṃ vā virūḷhiṃ vā vepullaṃ vā paññāpessāmī’ti, netaṃ ṭhānaṃ vijjati.

«Монах, если бы кто-то сказал: „Помимо формы, помимо чувства, помимо восприятия, помимо волевых формирований, я укажу на прихождение и ухождение сознания, его исчезновение и возникновение, его рост, развитие и изобилие“ — то это невозможно».

‘‘Rūpadhātuyā ce, bhikkhu, bhikkhuno rāgo pahīno hoti. Rāgassa pahānā vocchijjatārammaṇaṃ patiṭṭhā viññāṇassa na hoti. Vedanādhātuyā ce, bhikkhu, bhikkhuno… saññādhātuyā ce, bhikkhu, bhikkhuno… saṅkhāradhātuyā ce, bhikkhu, bhikkhuno… viññāṇadhātuyā ce, bhikkhu, bhikkhuno rāgo pahīno hoti. Rāgassa pahānā vocchijjatārammaṇaṃ patiṭṭhā viññāṇassa na hoti. Tadappatiṭṭhitaṃ viññāṇaṃ avirūḷhaṃ anabhisaṅkhārañca vimuttaṃ. Vimuttattā ṭhitaṃ. Ṭhitattā santusitaṃ. Santusitattā na paritassati. Aparitassaṃ paccattaññeva parinibbāyati. ‘Khīṇā jāti…pe… nāparaṃ itthattāyā’ti [Pg.48] pajānāti. Evaṃ kho, bhikkhu, jānato evaṃ passato anantarā āsavānaṃ khayo hotī’’ti. Tatiyaṃ.

«Если, монах, у монаха устранено вожделение к элементу формы, то с устранением вожделения пресекается объект, и у сознания не остаётся основания. Если у него устранено вожделение к элементу чувства... к элементу восприятия... к элементу волевых формирований... к элементу сознания, то с устранением вожделения пресекается объект, и у сознания не остаётся основания. Это неустановленное сознание, не разрастающееся, не обусловливающее [новое рождение], освобождается. Благодаря освобождению оно устойчиво; благодаря устойчивости оно удовлетворено; благодаря удовлетворённости оно не трепещет. Не трепеща, оно само по себе достигает окончательного освобождения (Ниббаны). Он постигает: „Прекращено рождение... [и т. д.]... не будет ничего более для этого состояния бытия“. Именно у того, монах, кто так знает, кто так видит, происходит непосредственное уничтожение влечений». Третья [сутта].

4. Upādānaparipavattasuttaṃ

4. Упадана-парипаватта-сутта (Сутта о циклах совокупностей привязанности)

56. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Pañcime, bhikkhave, upādānakkhandhā. Katame pañca? Rūpupādānakkhandho, vedanupādānakkhandho, saññupādānakkhandho, saṅkhārupādānakkhandho, viññāṇupādānakkhandho. Yāvakīvañcāhaṃ, bhikkhave, ime pañcupādānakkhandhe catuparivaṭṭaṃ yathābhūtaṃ nābbhaññāsiṃ, neva tāvāhaṃ, bhikkhave, sadevake loke samārake sabrahmake sassamaṇabrāhmaṇiyā pajāya sadevamanussāya anuttaraṃ sammāsambodhiṃ abhisambuddhoti paccaññāsiṃ. Yato ca khvāhaṃ, bhikkhave, ime pañcupādānakkhandhe catuparivaṭṭaṃ yathābhūtaṃ abbhaññāsiṃ, athāhaṃ, bhikkhave, sadevake loke…pe… sadevamanussāya anuttaraṃ sammāsambodhiṃ abhisambuddhoti paccaññāsiṃ’’.

56. В Саваттхи. «Монахи, есть эти пять совокупностей привязанности. Какие пять? Совокупность привязанности к форме, совокупность привязанности к чувству, совокупность привязанности к восприятию, совокупность привязанности к волевым формированиям, совокупность привязанности к сознанию. До тех пор, монахи, пока я в соответствии с действительностью непосредственно не познал эти пять совокупностей привязанности в их четырёх аспектах, я не заявлял о том, что достиг непревзойдённого совершенного пробуждения в этом мире с его дэвами, Марой и Брахмой, среди этого поколения с его отшельниками и брахманами, его дэвами и людьми. Но когда, монахи, я в соответствии с действительностью непосредственно познал эти пять совокупностей привязанности в их четырёх аспектах, тогда я заявил о том, что достиг непревзойдённого совершенного пробуждения в этом мире с его дэвами, Марой и Брахмой, среди этого поколения с его отшельниками и брахманами, его дэвами и людьми».

‘‘Kathañca catuparivaṭṭaṃ? Rūpaṃ abbhaññāsiṃ, rūpasamudayaṃ abbhaññāsiṃ, rūpanirodhaṃ abbhaññāsiṃ, rūpanirodhagāminiṃ paṭipadaṃ abbhaññāsiṃ; vedanaṃ… saññaṃ… saṅkhāre… viññāṇaṃ abbhaññāsiṃ, viññāṇasamudayaṃ abbhaññāsiṃ, viññāṇanirodhaṃ abbhaññāsiṃ, viññāṇanirodhagāminiṃ paṭipadaṃ abbhaññāsiṃ.

«И как [осуществляется познание] в четырёх аспектах? Я напрямую познал форму, напрямую познал происхождение формы, напрямую познал прекращение формы, напрямую познал путь, ведущий к прекращению формы; [я напрямую познал] чувство… восприятие… волевые образования… сознание, напрямую познал происхождение сознания, напрямую познал прекращение сознания, напрямую познал путь, ведущий к прекращению сознания».

‘‘Katamañca, bhikkhave, rūpaṃ? Cattāro ca mahābhūtā catunnañca mahābhūtānaṃ upādāya rūpaṃ. Idaṃ vuccati, bhikkhave, rūpaṃ. Āhārasamudayā rūpasamudayo; āhāranirodhā rūpanirodho. Ayameva ariyo aṭṭhaṅgiko maggo rūpanirodhagāminī paṭipadā, seyyathidaṃ – sammādiṭṭhi…pe… sammāsamādhi.

«И что такое, монахи, форма? Четыре великих первоэлемента и форма, производная от четырёх великих первоэлементов — это, монахи, называется формой. С возникновением питания возникает форма; с прекращением питания прекращается форма. Именно этот Благородный Восьмеричный Путь есть путь, ведущий к прекращению формы, а именно: правильное воззрение… и так далее… правильное сосредоточение».

‘‘Ye hi keci, bhikkhave, samaṇā vā brāhmaṇā vā evaṃ rūpaṃ abhiññāya, evaṃ rūpasamudayaṃ abhiññāya, evaṃ rūpanirodhaṃ abhiññāya, evaṃ rūpanirodhagāminiṃ paṭipadaṃ abhiññāya rūpassa nibbidāya virāgāya nirodhāya paṭipannā, te suppaṭipannā. Ye suppaṭipannā, te imasmiṃ dhammavinaye gādhanti.

«Все те отшельники и брахманы, монахи, которые, так напрямую познав форму, так напрямую познав происхождение формы, так напрямую познав прекращение формы, так напрямую познав путь, ведущий к прекращению формы, практикуют ради разочарования в форме, ради угасания влечения к ней и её прекращения — они практикуют правильно. Те, кто практикует правильно, обретают опору в этом Учении и Дисциплине».

‘‘Ye ca kho keci, bhikkhave, samaṇā vā brāhmaṇā vā evaṃ rūpaṃ abhiññāya…pe… evaṃ rūpanirodhagāminiṃ paṭipadaṃ abhiññāya, rūpassa nibbidā virāgā nirodhā anupādā vimuttā te suvimuttā. Ye suvimuttā te kevalino. Ye kevalino vaṭṭaṃ tesaṃ natthi paññāpanāya.

«И все те отшельники и брахманы, монахи, которые, так напрямую познав форму… и так далее… так напрямую познав путь, ведущий к прекращению формы, благодаря разочарованию в форме, угасанию влечения к нему и её прекращению освободились через нецепляние — они полностью освобождены. Те, кто полностью освобождён, являются совершенными. Для этих совершенных нет круговорота, чтобы описывать их».

‘‘Katamā [Pg.49] ca, bhikkhave, vedanā? Chayime, bhikkhave, vedanākāyā – cakkhusamphassajā vedanā, sotasamphassajā vedanā, ghānasamphassajā vedanā, jivhāsamphassajā vedanā, kāyasamphassajā vedanā, manosamphassajā vedanā. Ayaṃ vuccati, bhikkhave, vedanā. Phassasamudayā vedanāsamudayo; phassanirodhā vedanānirodho. Ayameva ariyo aṭṭhaṅgiko maggo vedanānirodhagāminī paṭipadā, seyyathidaṃ – sammādiṭṭhi…pe… sammāsamādhi.

«И что такое, монахи, чувство? Есть эти шесть классов чувств: чувство, рождённое зрительным контактом; чувство, рождённое слуховым контактом; чувство, рождённое обонятельным контактом; чувство, рождённое вкусовым контактом; чувство, рождённое телесным контактом; чувство, рождённое ментальным контактом. Это, монахи, называется чувством. С возникновением контакта возникает чувство; с прекращением контакта прекращается чувство. Именно этот Благородный Восьмеричный Путь есть путь, ведущий к прекращению чувства, а именно: правильное воззрение… и так далее… правильное сосредоточение».

‘‘Ye hi keci, bhikkhave, samaṇā vā brāhmaṇā vā evaṃ vedanaṃ abhiññāya, evaṃ vedanāsamudayaṃ abhiññāya, evaṃ vedanānirodhaṃ abhiññāya, evaṃ vedanānirodhagāminiṃ paṭipadaṃ abhiññāya vedanāya nibbidāya virāgāya nirodhāya paṭipannā, te suppaṭipannā. Ye suppaṭipannā, te imasmiṃ dhammavinaye gādhanti.

«Все те отшельники и брахманы, монахи, которые, так напрямую познав чувство, так напрямую познав происхождение чувства, так напрямую познав прекращение чувства, так напрямую познав путь, ведущий к прекращению чувства, практикуют ради разочарования в чувстве, ради угасания влечения к нему и его прекращения — они практикуют правильно. Те, кто практикует правильно, обретают опору в этом Учении и Дисциплине».

‘‘Ye ca kho keci, bhikkhave, samaṇā vā brāhmaṇā vā evaṃ vedanaṃ abhiññāya…pe… evaṃ vedanānirodhagāminiṃ paṭipadaṃ abhiññāya…pe… vaṭṭaṃ tesaṃ natthi paññāpanāya.

«И все те отшельники и брахманы, монахи, которые, так напрямую познав чувство… и так далее… так напрямую познав путь, ведущий к прекращению чувства… и так далее… для этих совершенных нет круговорота, чтобы описывать их».

‘‘Katamā ca, bhikkhave, saññā? Chayime, bhikkhave, saññākāyā – rūpasaññā, saddasaññā, gandhasaññā, rasasaññā, phoṭṭhabbasaññā, dhammasaññā. Ayaṃ vuccati, bhikkhave, saññā. Phassasamudayā saññāsamudayo; phassanirodhā saññānirodho. Ayameva ariyo aṭṭhaṅgiko maggo saññānirodhagāminī paṭipadā, seyyathidaṃ – sammādiṭṭhi…pe… sammāsamādhi…pe… vaṭṭaṃ tesaṃ natthi paññāpanāya.

«И что такое, монахи, восприятие? Есть эти шесть классов восприятия: восприятие форм, восприятие звуков, восприятие запахов, восприятие вкусов, восприятие тактильных объектов, восприятие ментальных феноменов. Это, монахи, называется восприятием. С возникновением контакта возникает восприятие; с прекращением контакта прекращается восприятие. Именно этот Благородный Восьмеричный Путь есть путь, ведущий к прекращению восприятия, а именно: правильное воззрение… и так далее… правильное сосредоточение… и так далее… для этих совершенных нет круговорота, чтобы описывать их».

‘‘Katame ca, bhikkhave, saṅkhārā? Chayime, bhikkhave, cetanākāyā – rūpasañcetanā, saddasañcetanā, gandhasañcetanā, rasasañcetanā, phoṭṭhabbasañcetanā, dhammasañcetanā. Ime vuccanti, bhikkhave, saṅkhārā. Phassasamudayā saṅkhārasamudayo; phassanirodhā saṅkhāranirodho. Ayameva ariyo aṭṭhaṅgiko maggo saṅkhāranirodhagāminī paṭipadā, seyyathidaṃ – sammādiṭṭhi…pe… sammāsamādhi.

«И что такое, монахи, волевые образования? Есть эти шесть классов волевых намерений: волевое намерение в отношении форм, волевое намерение в отношении звуков, волевое намерение в отношении запахов, волевое намерение в отношении вкусов, волевое намерение в отношении тактильных объектов, волевое намерение в отношении ментальных феноменов. Это, монахи, называется волевыми образованиями. С возникновением контакта возникают волевые образования; с прекращением контакта прекращаются волевые образования. Именно этот Благородный Восьмеричный Путь есть путь, ведущий к прекращению волевых образований, а именно: правильное воззрение… и так далее… правильное сосредоточение».

‘‘Ye hi keci, bhikkhave, samaṇā vā brāhmaṇā vā evaṃ saṅkhāre abhiññāya, evaṃ saṅkhārasamudayaṃ abhiññāya, evaṃ saṅkhāranirodhaṃ abhiññāya, evaṃ saṅkhāranirodhagāminiṃ paṭipadaṃ abhiññāya saṅkhārānaṃ nibbidāya virāgāya nirodhāya [Pg.50] paṭipannā, te suppaṭipannā. Ye suppaṭipannā, te imasmiṃ dhammavinaye gādhanti.

«Все те отшельники и брахманы, монахи, которые, так напрямую познав волевые образования, так напрямую познав происхождение волевых образований, так напрямую познав прекращение волевых образований, так напрямую познав путь, ведущий к прекращению волевых образований, практикуют ради разочарования в волевых образованиях, ради угасания влечения к ним и их прекращения — они практикуют правильно. Те, кто практикует правильно, обретают опору в этом Учении и Дисциплине».

‘‘Ye ca kho keci, bhikkhave, samaṇā vā brāhmaṇā vā evaṃ saṅkhāre abhiññāya, evaṃ saṅkhārasamudayaṃ abhiññāya, evaṃ saṅkhāranirodhaṃ abhiññāya, evaṃ saṅkhāranirodhagāminiṃ paṭipadaṃ abhiññāya saṅkhārānaṃ nibbidā virāgā nirodhā anupādā vimuttā, te suvimuttā. Ye suvimuttā, te kevalino. Ye kevalino vaṭṭaṃ tesaṃ natthi paññāpanāya.

«И все те отшельники и брахманы, монахи, которые, так напрямую познав волевые образования, так напрямую познав происхождение волевых образований, так напрямую познав прекращение волевых образований, так напрямую познав путь, ведущий к прекращению волевых образований, благодаря разочарованию в волевых образованиях, угасанию влечения к ним и их прекращению освободились через нецепляние — они полностью освобождены. Те, кто полностью освобождён, являются совершенными. Для этих совершенных нет круговорота, чтобы описывать их».

‘‘Katamañca, bhikkhave, viññāṇaṃ? Chayime, bhikkhave, viññāṇakāyā – cakkhuviññāṇaṃ, sotaviññāṇaṃ, ghānaviññāṇaṃ, jivhāviññāṇaṃ, kāyaviññāṇaṃ, manoviññāṇaṃ. Idaṃ vuccati, bhikkhave, viññāṇaṃ. Nāmarūpasamudayā viññāṇasamudayo; nāmarūpanirodhā viññāṇanirodho. Ayameva ariyo aṭṭhaṅgiko maggo viññāṇanirodhagāminī paṭipadā, seyyathidaṃ – sammādiṭṭhi…pe… sammāsamādhi.

«И что такое, монахи, сознание? Есть эти шесть классов сознания: зрительное сознание, слуховое сознание, обонятельное сознание, вкусовое сознание, телесное сознание, ментальное сознание. Это, монахи, называется сознанием. С возникновением ума-и-формы возникает сознание; с прекращением ума-и-формы прекращается сознание. Именно этот Благородный Восьмеричный Путь есть путь, ведущий к прекращению сознания, а именно: правильное воззрение… и так далее… правильное сосредоточение».

‘‘Ye hi keci, bhikkhave, samaṇā vā brāhmaṇā vā evaṃ viññāṇaṃ abhiññāya, evaṃ viññāṇasamudayaṃ abhiññāya, evaṃ viññāṇanirodhaṃ abhiññāya, evaṃ viññāṇanirodhagāminiṃ paṭipadaṃ abhiññāya viññāṇassa nibbidāya virāgāya nirodhāya paṭipannā, te suppaṭipannā. Ye suppaṭipannā, te imasmiṃ dhammavinaye gādhanti.

«Все те отшельники и брахманы, монахи, которые, так напрямую познав сознание, так напрямую познав происхождение сознания, так напрямую познав прекращение сознания, так напрямую познав путь, ведущий к прекращению сознания, практикуют ради разочарования в сознании, ради угасания влечения к нему и его прекращения — они практикуют правильно. Те, кто практикует правильно, обретают опору в этом Учении и Дисциплине».

‘‘Ye ca kho keci, bhikkhave, samaṇā vā brāhmaṇā vā evaṃ viññāṇaṃ abhiññāya, evaṃ viññāṇasamudayaṃ abhiññāya, evaṃ viññāṇanirodhaṃ abhiññāya, evaṃ viññāṇanirodhagāminiṃ paṭipadaṃ abhiññāya viññāṇassa nibbidā virāgā nirodhā anupādā vimuttā, te suvimuttā. Ye suvimuttā, te kevalino. Ye kevalino vaṭṭaṃ tesaṃ natthi paññāpanāyā’’ti. Catutthaṃ.

«И все те отшельники и брахманы, монахи, которые, так напрямую познав сознание, так напрямую познав происхождение сознания, так напрямую познав прекращение сознания, так напрямую познав путь, ведущий к прекращению сознания, благодаря разочарованию в сознании, угасанию влечения к нему и его прекращению освободились через нецепляние — они полностью освобождены. Те, кто полностью освобождён, являются совершенными. Для этих совершенных нет круговорота, чтобы описывать их». Четвёртая.

5. Sattaṭṭhānasuttaṃ

5. Саттаттхана-сутта

57. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Sattaṭṭhānakusalo, bhikkhave, bhikkhu tividhūpaparikkhī imasmiṃ dhammavinaye kevalī vusitavā uttamapurisoti vuccati. Kathañca, bhikkhave, bhikkhu sattaṭṭhānakusalo hoti? Idha, bhikkhave, bhikkhu rūpaṃ pajānāti, rūpasamudayaṃ pajānāti, rūpanirodhaṃ pajānāti, rūpanirodhagāminiṃ [Pg.51] paṭipadaṃ pajānāti; rūpassa assādaṃ pajānāti, rūpassa ādīnavaṃ pajānāti, rūpassa nissaraṇaṃ pajānāti; vedanaṃ pajānāti … saññaṃ… saṅkhāre… viññāṇaṃ pajānāti, viññāṇasamudayaṃ pajānāti, viññāṇanirodhaṃ pajānāti, viññāṇanirodhagāminiṃ paṭipadaṃ pajānāti; viññāṇassa assādaṃ pajānāti, viññāṇassa ādīnavaṃ pajānāti, viññāṇassa nissaraṇaṃ pajānāti.

57. В Саваттхи. «Монахи, монах, искусный в семи случаях и исследующий тремя способами, в этом Учении и Дисциплине зовётся совершенным, тем, кто полностью прожил святую жизнь, высшим человеком. И как, монахи, монах искусен в семи случаях? Здесь, монахи, монах понимает форму, понимает происхождение формы, понимает прекращение формы, понимает путь, ведущий к прекращению формы; понимает удовольствие от формы, понимает опасность формы, понимает освобождение от формы. Он понимает чувство… восприятие… волевые образования… понимает сознание, понимает происхождение сознания, понимает прекращение сознания, понимает путь, ведущий к прекращению сознания; понимает удовольствие от сознания, понимает опасность сознания, понимает освобождение от сознания».

‘‘Katamañca, bhikkhave, rūpaṃ? Cattāro ca mahābhūtā, catunnañca mahābhūtānaṃ upādāya rūpaṃ. Idaṃ vuccati, bhikkhave, rūpaṃ. Āhārasamudayā rūpasamudayo; āhāranirodhā rūpanirodho. Ayameva ariyo aṭṭhaṅgiko maggo rūpanirodhagāminī paṭipadā, seyyathidaṃ – sammādiṭṭhi…pe… sammāsamādhi.

‘‘Yaṃ rūpaṃ paṭicca uppajjati sukhaṃ somanassaṃ – ayaṃ rūpassa assādo. Yaṃ rūpaṃ aniccaṃ dukkhaṃ vipariṇāmadhammaṃ – ayaṃ rūpassa ādīnavo. Yo rūpasmiṃ chandarāgavinayo chandarāgappahānaṃ – idaṃ rūpassa nissaraṇaṃ.

«Удовольствие и радость, которые возникают в зависимости от формы — это удовольствие от формы. То, что форма непостоянна, подвержена страданию и изменению — это опасность формы. Устранение и оставление желания и страсти к форме — это освобождение от формы».

‘‘Ye hi keci, bhikkhave, samaṇā vā brāhmaṇā vā evaṃ rūpaṃ abhiññāya, evaṃ rūpasamudayaṃ abhiññāya, evaṃ rūpanirodhaṃ abhiññāya, evaṃ rūpanirodhagāminiṃ paṭipadaṃ abhiññāya; evaṃ rūpassa assādaṃ abhiññāya, evaṃ rūpassa ādīnavaṃ abhiññāya, evaṃ rūpassa nissaraṇaṃ abhiññāya rūpassa nibbidāya virāgāya nirodhāya paṭipannā, te suppaṭipannā. Ye suppaṭipannā, te imasmiṃ dhammavinaye gādhanti.

«Все те отшельники и брахманы, монахи, которые, так напрямую познав форму, так напрямую познав происхождение формы, так напрямую познав прекращение формы, так напрямую познав путь, ведущий к прекращению формы; так напрямую познав удовольствие от формы, так напрямую познав опасность формы, так напрямую познав освобождение от формы, практикуют ради разочарования в форме, ради угасания влечения к ней и её прекращения — они практикуют правильно. Те, кто практикует правильно, обретают опору в этом Учении и Дисциплине».

‘‘Ye ca kho keci, bhikkhave, samaṇā vā brāhmaṇā vā evaṃ rūpaṃ abhiññāya, evaṃ rūpasamudayaṃ abhiññāya, evaṃ rūpanirodhaṃ abhiññāya, evaṃ rūpanirodhagāminiṃ paṭipadaṃ abhiññāya; evaṃ rūpassa assādaṃ abhiññāya, evaṃ rūpassa ādīnavaṃ abhiññāya, evaṃ rūpassa nissaraṇaṃ abhiññāya rūpassa nibbidā virāgā nirodhā anupādā vimuttā, te suvimuttā. Ye suvimuttā, te kevalino. Ye kevalino vaṭṭaṃ tesaṃ natthi paññāpanāya.

«И все те отшельники и брахманы, монахи, которые, так напрямую познав форму, так напрямую познав происхождение формы, так напрямую познав прекращение формы, так напрямую познав путь, ведущий к прекращению формы; так напрямую познав удовольствие от формы, так напрямую познав опасность формы, так напрямую познав освобождение от формы, благодаря разочарованию в форме, угасанию влечения к нему и её прекращению освободились через нецепляние — они полностью освобождены. Те, кто полностью освобождён, являются совершенными. Для этих совершенных нет круговорота, чтобы описывать их».

‘‘Katamā ca, bhikkhave, vedanā? Chayime, bhikkhave, vedanākāyā – cakkhusamphassajā vedanā…pe… manosamphassajā vedanā. Ayaṃ vuccati, bhikkhave, vedanā. Phassasamudayā vedanāsamudayo; phassanirodhā vedanānirodho. Ayameva ariyo aṭṭhaṅgiko maggo vedanānirodhagāminī paṭipadā, seyyathidaṃ – sammādiṭṭhi…pe… sammāsamādhi.

«И что такое, монахи, чувство? Есть эти шесть классов чувств: чувство, рождённое зрительным контактом… и так далее… чувство, рождённое ментальным контактом. Это, монахи, называется чувством. С возникновением контакта возникает чувство; с прекращением контакта прекращается чувство. Именно этот Благородный Восьмеричный Путь есть путь, ведущий к прекращению чувства, а именно: правильное воззрение… и так далее… правильное сосредоточение».

‘‘Yaṃ [Pg.52] vedanaṃ paṭicca uppajjati sukhaṃ somanassaṃ – ayaṃ vedanāya assādo. Yā vedanā aniccā dukkhā vipariṇāmadhammā – ayaṃ vedanāya ādīnavo. Yo vedanāya chandarāgavinayo chandarāgappahānaṃ – idaṃ vedanāya nissaraṇaṃ.

«Удовольствие и радость, которые возникают в зависимости от чувства — это удовольствие от чувства. То, что чувство непостоянно, подвержено страданию и изменению — это опасность чувства. Устранение и оставление желания и страсти к чувству — это освобождение от чувства».

‘‘Ye hi, keci, bhikkhave, samaṇā vā brāhmaṇā vā evaṃ vedanaṃ abhiññāya, evaṃ vedanāsamudayaṃ abhiññāya, evaṃ vedanānirodhaṃ abhiññāya, evaṃ vedanānirodhagāminiṃ paṭipadaṃ abhiññāya; evaṃ vedanāya assādaṃ abhiññāya, evaṃ vedanāya ādīnavaṃ abhiññāya, evaṃ vedanāya nissaraṇaṃ abhiññāya vedanāya nibbidāya virāgāya nirodhāya paṭipannā, te suppaṭipannā. Ye suppaṭipannā, te imasmiṃ dhammavinaye gādhanti.

«Все те отшельники и брахманы, монахи, которые, так напрямую познав чувство, так напрямую познав происхождение чувства, так напрямую познав прекращение чувства, так напрямую познав путь, ведущий к прекращению чувства; так напрямую познав удовольствие от чувства, так напрямую познав опасность чувства, так напрямую познав освобождение от чувства, практикуют ради разочарования в чувстве, ради угасания влечения к нему и его прекращения — они практикуют правильно. Те, кто практикует правильно, обретают опору в этом Учении и Дисциплине».

‘‘Ye ca kho keci, bhikkhave, samaṇā vā brāhmaṇā vā evaṃ vedanaṃ abhiññāya…pe… vaṭṭaṃ tesaṃ natthi paññāpanāya.

«И все те отшельники и брахманы, монахи, которые, так напрямую познав чувство… и так далее… для этих совершенных нет круговорота, чтобы описывать их».

‘‘Katame ca, bhikkhave, saṅkhārā? Chayime, bhikkhave, cetanākāyā – rūpasañcetanā, saddasañcetanā, gandhasañcetanā, rasasañcetanā, phoṭṭhabbasañcetanā, dhammasañcetanā. Ime vuccanti bhikkhave, saṅkhārā. Phassasamudayā saṅkhārasamudayo; phassanirodhā saṅkhāranirodho. Ayameva ariyo aṭṭhaṅgiko maggo saṅkhāranirodhagāminī paṭipadā, seyyathidaṃ – sammādiṭṭhi…pe… sammāsamādhi.

«И что такое, монахи, волевые формирователи? Есть эти шесть видов волевого намерения: волевое намерение в отношении форм, волевое намерение в отношении звуков, волевое намерение в отношении запахов, волевое намерение в отношении вкусов, волевое намерение в отношении тактильных ощущений, волевое намерение в отношении ментальных объектов. Это, монахи, называется волевыми формирователями. С возникновением контакта происходит возникновение волевых формирователей; с прекращением контакта происходит прекращение волевых формирователей. Именно этот Благородный Восьмеричный Путь является путем, ведущим к прекращению волевых формирователей, а именно: правильное воззрение… и так далее… правильное сосредоточение».

‘‘Yaṃ saṅkhāre paṭicca uppajjati sukhaṃ somanassaṃ – ayaṃ saṅkhārānaṃ assādo. Ye saṅkhārā aniccā dukkhā vipariṇāmadhammā – ayaṃ saṅkhārānaṃ ādīnavo. Yo saṅkhāresu chandarāgavinayo chandarāgappahānaṃ – idaṃ saṅkhārānaṃ nissaraṇaṃ.

«То удовольствие и радость, что возникают в зависимости от волевых формирователей — это удовольствие от волевых формирователей. То, что волевые формирователи непостоянны, подвержены страданию и изменчивы — это опасность волевых формирователей. Устранение и оставление желания и страсти к волевым формирователям — это освобождение от волевых формирователей».

‘‘Ye hi keci, bhikkhave, samaṇā vā brāhmaṇā vā evaṃ saṅkhāre abhiññāya, evaṃ saṅkhārasamudayaṃ abhiññāya, evaṃ saṅkhāranirodhaṃ abhiññāya, evaṃ saṅkhāranirodhagāminiṃ paṭipadaṃ abhiññāya…pe… saṅkhārānaṃ nibbidāya virāgāya nirodhāya [Pg.53] paṭipannā te suppaṭipannā. Ye suppaṭipannā, te imasmiṃ dhammavinaye gādhanti…pe… vaṭṭaṃ tesaṃ natthi paññāpanāya.

«Все те отшельники или брахманы, монахи, которые, так непосредственно познав волевые формирователи, так непосредственно познав возникновение волевых формирователей, так непосредственно познав прекращение волевых формирователей, так непосредственно познав путь, ведущий к прекращению волевых формирователей… и так далее… практикуют ради разочарования в волевых формирователях, ради угасания страсти к ним и ради их прекращения — они практикуют верно. Те, кто практикует верно, обретают опору в этом Учении и Дисциплине… и так далее… нет круговорота для их описания».

«И что такое, монахи, сознание? Есть эти шесть видов сознания: сознание глаза, сознание уха, сознание носа, сознание языка, сознание тела, сознание ума. Это, монахи, называется сознанием. С возникновением имени-и-формы происходит возникновение сознания; с прекращением имени-и-формы происходит прекращение сознания. Именно этот Благородный Восьмеричный Путь является путем, ведущим к прекращению сознания, а именно: правильное воззрение… и так далее… правильное сосредоточение».

‘‘Yaṃ viññāṇaṃ paṭicca uppajjati sukhaṃ somanassaṃ – ayaṃ viññāṇassa assādo. Yaṃ viññāṇaṃ aniccaṃ dukkhaṃ vipariṇāmadhammaṃ – ayaṃ viññāṇassa ādīnavo. Yo viññāṇasmiṃ chandarāgavinayo chandarāgappahānaṃ – idaṃ viññāṇassa nissaraṇaṃ.

«То удовольствие и радость, что возникают в зависимости от сознания — это удовольствие от сознания. То, что сознание непостоянно, подвержено страданию и изменчиво — это опасность сознания. Устранение и оставление желания и страсти к сознанию — это освобождение от сознания».

‘‘Ye hi keci, bhikkhave, samaṇā vā brāhmaṇā vā evaṃ viññāṇaṃ abhiññāya, evaṃ viññāṇasamudayaṃ abhiññāya, evaṃ viññāṇanirodhaṃ abhiññāya, evaṃ viññāṇanirodhagāminiṃ paṭipadaṃ abhiññāya; evaṃ viññāṇassa assādaṃ abhiññāya, evaṃ viññāṇassa ādīnavaṃ abhiññāya, evaṃ viññāṇassa nissaraṇaṃ abhiññāya viññāṇassa nibbidāya virāgāya nirodhāya paṭipannā, te suppaṭipannā. Ye suppaṭipannā, te imasmiṃ dhammavinaye gādhanti.

«Все те отшельники или брахманы, монахи, которые, так непосредственно познав сознание, так непосредственно познав возникновение сознания, так непосредственно познав прекращение сознания, так непосредственно познав путь, ведущий к прекращению сознания; так непосредственно познав удовольствие от сознания, так непосредственно познав опасность сознания, так непосредственно познав освобождение от сознания, практикуют ради разочарования в сознании, ради угасания страсти к нему и ради его прекращения — они практикуют верно. Те, кто практикует верно, обретают опору в этом Учении и Дисциплине».

‘‘Ye ca kho keci, bhikkhave, samaṇā vā brāhmaṇā vā evaṃ viññāṇaṃ abhiññāya, evaṃ viññāṇasamudayaṃ abhiññāya, evaṃ viññāṇanirodhaṃ abhiññāya, evaṃ viññāṇanirodhagāminiṃ paṭipadaṃ abhiññāya; evaṃ viññāṇassa assādaṃ abhiññāya, evaṃ viññāṇassa ādīnavaṃ abhiññāya, evaṃ viññāṇassa nissaraṇaṃ abhiññāya viññāṇassa nibbidā virāgā nirodhā anupādā vimuttā, te suvimuttā. Ye suvimuttā, te kevalino. Ye kevalino vaṭṭaṃ tesaṃ natthi paññāpanāya. Evaṃ kho, bhikkhave, bhikkhu sattaṭṭhānakusalo hoti.

«А те отшельники или брахманы, монахи, которые, так непосредственно познав сознание, так непосредственно познав возникновение сознания, так непосредственно познав прекращение сознания, так непосредственно познав путь, ведущий к прекращению сознания; так непосредственно познав удовольствие от сознания, так непосредственно познав опасность сознания, так непосредственно познав освобождение от сознания, благодаря разочарованию в сознании, угасанию страсти к нему и его прекращению освободились через нецепляние — они полностью освобождены. Те, кто полностью освобожден — совершенны. Для тех, кто совершенен, нет круговорота для их описания. Именно так, монахи, монах искусен в семи отношениях».

‘‘Kathañca, bhikkhave, bhikkhu tividhūpaparikkhī hoti? Idha, bhikkhave, bhikkhu dhātuso upaparikkhati, āyatanaso upaparikkhati, paṭiccasamuppādaso upaparikkhati[Pg.54]. Evaṃ kho, bhikkhave, bhikkhu tividhūpaparikkhī hoti. Sattaṭṭhānakusalo, bhikkhave, bhikkhu tividhūpaparikkhī, imasmiṃ dhammavinaye kevalī vusitavā ‘uttamapuriso’ti vuccatī’’ti. Pañcamaṃ.

«И как, монахи, монах является тройным исследователем? Здесь, монахи, монах исследует с точки зрения элементов, исследует с точки зрения сфер чувств, исследует с точки зрения взаимозависимого возникновения. Именно так, монахи, монах является тройным исследователем. Монах, который искусен в семи отношениях и является тройным исследователем, в этом Учении и Дисциплине зовется совершенным, тем, кто полностью прожил святую жизнь, высшим человеком». Пятое.

6. Sammāsambuddhasuttaṃ

6. «Саммасамбуддха-сутта»

58. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Tathāgato, bhikkhave, arahaṃ sammāsambuddho rūpassa nibbidā virāgā nirodhā anupādā vimutto sammāsambuddhoti vuccati. Bhikkhupi, bhikkhave, paññāvimutto rūpassa nibbidā virāgā nirodhā anupādā vimutto paññāvimuttoti vuccati.

58. В Саваттхи. «Татхагата, монахи, арахант, Совершенно Пробужденный, освобожденный через нецепляние благодаря разочарованию в форме, угасанию страсти к ней и ее прекращению, зовется Совершенно Пробужденным. И монах, монахи, освобожденный мудростью, освобожденный через нецепляние благодаря разочарованию в форме, угасанию страсти к ней и ее прекращению, зовется освобожденным мудростью».

‘‘Tathāgato, bhikkhave, arahaṃ sammāsambuddho vedanāya nibbidā virāgā nirodhā anupādā vimutto sammāsambuddhoti vuccati. Bhikkhupi, bhikkhave, paññāvimutto vedanāya nibbidā…pe… paññāvimuttoti vuccati.

«Татхагата, монахи, арахант, Совершенно Пробужденный, освобожденный через нецепляние благодаря разочарованию в чувстве, угасанию страсти к нему и его прекращению, зовется Совершенно Пробужденным. И монах, монахи, освобожденный мудростью, освобожденный через нецепляние благодаря разочарованию в чувстве… и так далее… зовется освобожденным мудростью».

‘‘Tathāgato, bhikkhave, arahaṃ sammāsambuddho saññāya… saṅkhārānaṃ… viññāṇassa nibbidā virāgā nirodhā anupādā vimutto sammāsambuddhoti vuccati. Bhikkhupi, bhikkhave, paññāvimutto viññāṇassa nibbidā virāgā nirodhā anupādā vimutto paññāvimuttoti vuccati.

«Татхагата, монахи, арахант, Совершенно Пробужденный, освобожденный через нецепляние благодаря разочарованию в восприятии… в волевых формирователях… в сознании, угасанию страсти к нему и его прекращению, зовется Совершенно Пробужденным. И монах, монахи, освобожденный мудростью, освобожденный через нецепляние благодаря разочарованию в сознании, угасанию страсти к нему и его прекращению, зовется освобожденным мудростью».

‘‘Tatra kho, bhikkhave, ko viseso, ko adhippayāso, kiṃ nānākaraṇaṃ, tathāgatassa arahato sammāsambuddhassa paññāvimuttena bhikkhunā’’ti? ‘‘Bhagavaṃmūlakā no, bhante, dhammā bhagavaṃnettikā bhagavaṃpaṭisaraṇā. Sādhu vata, bhante, bhagavantaññeva paṭibhātu etassa bhāsitassa attho. Bhagavato sutvā bhikkhū dhāressantī’’ti. ‘‘Tena hi, bhikkhave, suṇātha, sādhukaṃ manasi karotha; bhāsissāmī’’ti. ‘‘Evaṃ, bhante’’ti kho te bhikkhū bhagavato paccassosuṃ. Bhagavā etadavoca –

«В чем же тогда, монахи, различие, в чем своеобразие, в чем разница между Татхагатой, арахантом, Совершенно Пробужденным, и монахом, освобожденным мудростью?» «Уважаемый Господин, наши учения укоренены в Благословенном, направляются Благословенным, находят прибежище в Благословенном. Было бы хорошо, Уважаемый Господин, если бы сам Благословенный разъяснил значение этого изречения. Услышав это от Благословенного, монахи запомнят это». «В таком случае, монахи, слушайте и внимайте сосредоточенно, я буду говорить». «Да, Уважаемый Господин», — ответили те монахи Благословенному. Благословенный сказал следующее:

‘‘Tathāgato, bhikkhave, arahaṃ sammāsambuddho anuppannassa maggassa uppādetā, asañjātassa maggassa sañjanetā, anakkhātassa maggassa akkhātā maggaññū, maggavidū, maggakovido; maggānugā ca, bhikkhave, etarahi sāvakā viharanti pacchāsamannāgatā. Ayaṃ kho, bhikkhave, viseso, ayaṃ adhippayāso, idaṃ nānākaraṇaṃ tathāgatassa arahato sammāsambuddhassa paññāvimuttena bhikkhunā’’ti. Chaṭṭhaṃ.

«Татхагата, монахи, арахант, Совершенно Пробужденный — это тот, кто порождает путь, который прежде не возникал; тот, кто производит путь, который прежде не был произведен; тот, кто провозглашает путь, который прежде не провозглашался. Он — знаток пути, первооткрыватель пути, искусный в пути. И его ученики теперь живут, следуя этому пути, обретая его впоследствии. В этом, монахи, различие, в этом своеобразие, в этом разница между Татхагатой, арахантом, Совершенно Пробужденным, и монахом, освобожденным мудростью». Шестое.

7. Anattalakkhaṇasuttaṃ

7. «Анатталаккхана-сутта»

59. Ekaṃ [Pg.55] samayaṃ bhagavā bārāṇasiyaṃ viharati isipatane migadāye. Tatra kho bhagavā pañcavaggiye bhikkhū āmantesi – ‘‘bhikkhavo’’ti. ‘‘Bhadante’’ti te bhikkhū bhagavato paccassosuṃ. Bhagavā etadavoca –

59. Одно время Благословенный пребывал в Варанаси, в Оленьем парке в Исипатане. Там Благословенный обратился к монахам группы пяти: «Монахи!» — «Уважаемый Господин!» — ответили те монахи Благословенному. Благословенный сказал следующее:

‘‘Rūpaṃ, bhikkhave, anattā. Rūpañca hidaṃ, bhikkhave, attā abhavissa, nayidaṃ rūpaṃ ābādhāya saṃvatteyya, labbhetha ca rūpe – ‘evaṃ me rūpaṃ hotu, evaṃ me rūpaṃ mā ahosī’ti. Yasmā ca kho, bhikkhave, rūpaṃ anattā, tasmā rūpaṃ ābādhāya saṃvattati, na ca labbhati rūpe – ‘evaṃ me rūpaṃ hotu, evaṃ me rūpaṃ mā ahosī’’’ti.

«Форма, монахи, не является «я». Если бы, монахи, форма была «я», то эта форма не вела бы к страданию, и можно было бы пожелать в отношении формы: „Пусть моя форма будет такой, пусть моя форма не будет сякой“. Но поскольку, монахи, форма не является «я», то форма ведет к страданию, и невозможно пожелать в отношении формы: „Пусть моя форма будет такой, пусть моя форма не будет сякой“».

‘‘Vedanā anattā. Vedanā ca hidaṃ, bhikkhave, attā abhavissa, nayidaṃ vedanā ābādhāya saṃvatteyya, labbhetha ca vedanāya – ‘evaṃ me vedanā hotu, evaṃ me vedanā mā ahosī’ti. Yasmā ca kho, bhikkhave, vedanā anattā, tasmā vedanā ābādhāya saṃvattati, na ca labbhati vedanāya – ‘evaṃ me vedanā hotu, evaṃ me vedanā mā ahosī’’’ti.

«Чувство не является «я». Если бы, монахи, чувство было «я», то это чувство не вело бы к страданию, и можно было бы пожелать в отношении чувства: „Пусть мое чувство будет таким, пусть мое чувство не будет сяким“. Но поскольку, монахи, чувство не является «я», то чувство ведет к страданию, и невозможно пожелать в отношении чувства: „Пусть мое чувство будет таким, пусть мое чувство не будет сяким“».

‘‘Saññā anattā…pe… saṅkhārā anattā. Saṅkhārā ca hidaṃ, bhikkhave, attā abhavissaṃsu, nayidaṃ saṅkhārā ābādhāya saṃvatteyyuṃ, labbhetha ca saṅkhāresu – ‘evaṃ me saṅkhārā hontu, evaṃ me saṅkhārā mā ahesu’nti. Yasmā ca kho, bhikkhave, saṅkhārā anattā, tasmā saṅkhārā ābādhāya saṃvattanti, na ca labbhati saṅkhāresu – ‘evaṃ me saṅkhārā hontu, evaṃ me saṅkhārā mā ahesu’’’nti.

«Восприятие не является «я»… и так далее… Волевые формирователи не являются «я». Если бы, монахи, волевые формирователи были «я», то эти волевые формирователи не вели бы к страданию, и можно было бы пожелать в отношении волевых формирователей: „Пусть мои волевые формирователи будут такими, пусть мои волевые формирователи не будут сякими“. Но поскольку, монахи, волевые формирователи не являются «я», то волевые формирователи ведут к страданию, и невозможно пожелать в отношении волевых формирователей: „Пусть мои волевые формирователи будут такими, пусть мои волевые формирователи не будут сякими“».

‘‘Viññāṇaṃ anattā. Viññāṇañca hidaṃ, bhikkhave, attā abhavissa, nayidaṃ viññāṇaṃ ābādhāya saṃvatteyya, labbhetha ca viññāṇe – ‘evaṃ me viññāṇaṃ hotu, evaṃ me viññāṇaṃ mā ahosī’ti. Yasmā ca kho, bhikkhave, viññāṇaṃ anattā, tasmā viññāṇaṃ ābādhāya saṃvattati, na ca labbhati viññāṇe – ‘evaṃ me viññāṇaṃ hotu, evaṃ me viññāṇaṃ mā ahosī’’’ti.

«Сознание не является «я». Если бы, монахи, сознание было «я», то это сознание не вело бы к страданию, и можно было бы пожелать в отношении сознания: „Пусть мое сознание будет таким, пусть мое сознание не будет сяким“. Но поскольку, монахи, сознание не является «я», то сознание ведет к страданию, и невозможно пожелать в отношении сознания: „Пусть мое сознание будет таким, пусть мое сознание не будет сяким“».

«Как вы думаете, монахи, форма постоянна или непостоянна?» — «Непостоянна, Уважаемый Господин». — «А то, что непостоянно — является ли оно страданием или счастьем?» — «Страданием, Уважаемый Господин». — «А то, что непостоянно, подвержено страданию и изменчиво — приличествует ли рассматривать это так: „Это мое, это я, это мое «я»“?» — «Нет, Уважаемый Господин». — «Чувство… восприятие… волевые формирователи… сознание постоянны или непостоянны?» — «Непостоянны, Уважаемый Господин». — «А то, что непостоянно — является ли оно страданием или счастьем?» — «Страданием, Уважаемый Господин». — «А то, что непостоянно, подвержено страданию и изменчиво — приличествует ли рассматривать это так: „Это мое, это я, это мое «я»“?» — «Нет, Уважаемый Господин».

‘‘Tasmātiha, bhikkhave, yaṃ kiñci rūpaṃ atītānāgatapaccuppannaṃ ajjhattaṃ vā bahiddhā vā oḷārikaṃ vā sukhumaṃ vā hīnaṃ vā paṇītaṃ vā yaṃ dūre santike vā, sabbaṃ rūpaṃ – ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’ti evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya daṭṭhabbaṃ. Yā kāci vedanā atītānāgatapaccuppannā ajjhattā vā bahiddhā vā…pe… yā dūre santike vā, sabbā vedanā – ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’ti evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya daṭṭhabbaṃ.

«Поэтому, монахи, любую форму, будь она прошлой, будущей или настоящей, внутренней или внешней, грубой или тонкой, низшей или высшей, далекой или близкой — всю форму следует видеть в соответствии с действительностью с помощью правильной мудрости так: „Это не мое, это не я, это не мое «я»“. Люкое чувство, будь оно прошлым, будущим или настоящим, внутренним или внешним… и так далее… далеким или близким — все чувство следует видеть в соответствии с действительностью с помощью правильной мудрости так: „Это не мое, это не я, это не мое «я»“».

‘‘Yā kāci saññā…pe… ye keci saṅkhārā atītānāgatapaccuppannā ajjhattaṃ vā bahiddhā vā…pe… ye dūre santike vā, sabbe saṅkhārā – ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’ti evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya daṭṭhabbaṃ.

«Любое восприятие… и так далее… любые волевые формирователи, будь они прошлыми, будущими или настоящими, внутренними или внешними… и так далее… далекими или близкими — все волевые формирователи следует видеть в соответствии с действительностью с помощью правильной мудрости так: „Это не мое, это не я, это не мое «я»“».

‘‘Yaṃ kiñci viññāṇaṃ atītānāgatapaccuppannaṃ ajjhattaṃ vā bahiddhā vā oḷārikaṃ vā sukhumaṃ vā hīnaṃ vā paṇītaṃ vā yaṃ dūre santike vā, sabbaṃ viññāṇaṃ – ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’ti evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya daṭṭhabbaṃ.

«Любое сознание, будь оно прошлым, будущим или настоящим, внутренним или внешним, грубым или тонким, низшим или высшим, далеким или близким — все сознание следует видеть в соответствии с действительностью с помощью правильной мудрости так: „Это не мое, это не я, это не мое «я»“».

‘‘Evaṃ passaṃ, bhikkhave, sutavā ariyasāvako rūpasmimpi nibbindati, vedanāyapi nibbindati, saññāyapi nibbindati, saṅkhāresupi nibbindati, viññāṇasmimpi nibbindati. Nibbindaṃ virajjati; virāgā vimuccati. Vimuttasmiṃ vimuttamiti ñāṇaṃ hoti. ‘Khīṇā jāti, vusitaṃ brahmacariyaṃ, kataṃ karaṇīyaṃ, nāparaṃ itthattāyā’ti pajānātī’’ti.

«Видя так, монахи, обученный благородный ученик испытывает разочарование в форме, испытывает разочарование в чувстве, испытывает разочарование в восприятии, испытывает разочарование в волевых формирователях, испытывает разочарование в сознании. Испытывая разочарование, он становится бесстрастным. Благодаря бесстрастию он освобождается. Когда он освобожден, возникает знание: „Освобожден“. Он постигает: „Уничтожено рождение, святая жизнь прожита, сделано то, что должно было быть сделано, не осталось ничего для этого состояния бытия“».

Idamavoca bhagavā. Attamanā pañcavaggiyā bhikkhū bhagavato bhāsitaṃ abhinanduṃ.

«Это сказал Благословенный. Воодушевленные, монахи группы пяти порадовались словам Благословенного».

Imasmiñca pana veyyākaraṇasmiṃ bhaññamāne pañcavaggiyānaṃ bhikkhūnaṃ anupādāya āsavehi cittāni vimucciṃsūti. Sattamaṃ.

«И во время провозглашения этого разъяснения умы монахов группы пяти освободились от загрязнений через нецепляние. Седьмое».

8. Mahālisuttaṃ

8. «Махали-сутта»

60. Evaṃ [Pg.57] me sutaṃ – ekaṃ samayaṃ bhagavā vesāliyaṃ viharati mahāvane kūṭāgārasālāyaṃ. Atha kho mahāli licchavi yena bhagavā tenupasaṅkami …pe… ekamantaṃ nisinno kho mahāli licchavi bhagavantaṃ etadavoca –

60. Так я слышал. Однажды Благословенный пребывал в Весали, в Великом Лесу, в зале с островерхой крышей. Тогда личчхави Махали подошёл к Благословенному и, выразив почтение, сел рядом. Сидя рядом, личчхави Махали так обратился к Благословенному:

‘‘Pūraṇo, bhante, kassapo evamāha – ‘natthi hetu natthi paccayo sattānaṃ saṃkilesāya; ahetū appaccayā sattā saṃkilissanti. Natthi hetu natthi paccayo sattānaṃ visuddhiyā; ahetū appaccayā sattā visujjhantī’ti. Idha, bhagavā kimāhā’’ti?

«Уважаемый господин, Пурана Кассапа утверждает так: „Нет ни причины, ни условия для загрязнения существ; существа загрязняются без причины и условия. Нет ни причины, ни условия для очищения существ; существа очищаются без причины и условия“. Что же, Благословенный, ты говоришь по этому поводу?»

‘‘Atthi, mahāli, hetu atthi paccayo sattānaṃ saṃkilesāya; sahetū sappaccayā sattā saṃkilissanti. Atthi, mahāli, hetu, atthi paccayo sattānaṃ visuddhiyā; sahetū sappaccayā sattā visujjhantī’’ti.

«Махали, есть причина и есть условие для загрязнения существ; существа загрязняются по причине и условию. Махали, есть причина и есть условие для очищения существ; существа очищаются по причине и условию».

‘‘Katamo pana, bhante, hetu katamo paccayo sattānaṃ saṃkilesāya; kathaṃ sahetū sappaccayā sattā saṃkilissantī’’ti?

«Но какова же, уважаемый господин, причина и каково условие для загрязнения существ? Каким образом существа загрязняются по причине и условию?»

‘‘Rūpañca hidaṃ, mahāli, ekantadukkhaṃ abhavissa dukkhānupatitaṃ dukkhāvakkantaṃ anavakkantaṃ sukhena, nayidaṃ sattā rūpasmiṃ sārajjeyyuṃ. Yasmā ca kho, mahāli, rūpaṃ sukhaṃ sukhānupatitaṃ sukhāvakkantaṃ anavakkantaṃ dukkhena, tasmā sattā rūpasmiṃ sārajjanti; sārāgā saṃyujjanti; saṃyogā saṃkilissanti. Ayaṃ kho, mahāli, hetu, ayaṃ paccayo sattānaṃ saṃkilesāya; evaṃ sahetū sappaccayā sattā saṃkilissanti.

«Махали, если бы эта форма была исключительно страданием, сопряжена со страданием, погружена в страдание и не была бы сопряжена с удовольствием, то существа не испытывали бы к ней страсти. Но поскольку форма приносит удовольствие, сопряжена с удовольствием, погружена в удовольствие и не сопряжена исключительно со страданием, существа испытывают к ней страсть. Из-за страсти они привязываются к ней, а из-за привязанности они загрязняются. В этом, Махали, причина и в этом условие для загрязнения существ; именно так существа загрязняются по причине и условию.

‘‘Vedanā ca hidaṃ, mahāli, ekantadukkhā abhavissa dukkhānupatitā dukkhāvakkantā anavakkantā sukhena, nayidaṃ sattā vedanāya sārajjeyyuṃ. Yasmā ca kho, mahāli, vedanā sukhā sukhānupatitā sukhāvakkantā anavakkantā dukkhena, tasmā sattā vedanāya sārajjanti; sārāgā saṃyujjanti; saṃyogā saṃkilissanti. Ayampi kho, mahāli, hetu, ayaṃ paccayo sattānaṃ saṃkilesāya. Evampi sahetū sappaccayā sattā saṃkilissanti.

Если бы это чувство, Махали, было исключительно страданием, сопряжено со страданием, погружено в страдание и не было бы сопряжено с удовольствием, то существа не испытывали бы к нему страсти. Но поскольку чувство приносит удовольствие, сопряжено с удовольствием, погружено в удовольствие и не сопряжено исключительно со страданием, существа испытывают к нему страсть. Из-за страсти они привязываются к нему, а из-за привязанности они загрязняются. В этом тоже, Махали, причина и в этом условие для загрязнения существ; именно так существа загрязняются по причине и условию.

‘‘Saññā ca hidaṃ, mahāli…pe… saṅkhārā ca hidaṃ, mahāli, ekantadukkhā abhavissaṃsu dukkhānupatitā dukkhāvakkantā anavakkantā sukhena, nayidaṃ sattā [Pg.58] saṅkhāresu sārajjeyyuṃ. Yasmā ca kho, mahāli, saṅkhārā sukhā sukhānupatitā sukhāvakkantā anavakkantā dukkhena, tasmā sattā saṅkhāresu sārajjanti; sārāgā saṃyujjanti; saṃyogā saṃkilissanti. Ayampi kho, mahāli, hetu, ayaṃ paccayo sattānaṃ saṃkilesāya. Evampi sahetū sappaccayā sattā saṃkilissanti.

Если бы это восприятие, Махали... Если бы эти волевые формирователи, Махали, были исключительно страданием, сопряжены со страданием, погружены в страдание и не были бы сопряжены с удовольствием, то существа не испытывали бы к ним страсти. Но поскольку волевые формирователи приносят удовольствие, сопряжены с удовольствием, погружены в удовольствие и не сопряжены исключительно со страданием, существа испытывают к ним страсть. Из-за страсти они привязываются к ним, а из-за привязанности они загрязняются. В этом тоже, Махали, причина и в этом условие для загрязнения существ; именно так существа загрязняются по причине и условию.

‘‘Viññāṇañca hidaṃ, mahāli, ekantadukkhaṃ abhavissa dukkhānupatitaṃ dukkhāvakkantaṃ anavakkantaṃ sukhena, nayidaṃ sattā viññāṇasmiṃ sārajjeyyuṃ. Yasmā ca kho, mahāli, viññāṇaṃ sukhaṃ sukhānupatitaṃ sukhāvakkantaṃ anavakkantaṃ dukkhena, tasmā sattā viññāṇasmiṃ sārajjanti; sārāgā saṃyujjanti; saṃyogā saṃkilissanti. Ayampi kho, mahāli, hetu ayaṃ paccayo sattānaṃ saṃkilesāya. Evampi sahetū sappaccayā sattā saṃkilissantī’’ti.

Если бы это сознание, Махали, было исключительно страданием, сопряжено со страданием, погружено в страдание и не было бы сопряжено с удовольствием, то существа не испытывали бы к нему страсти. Но поскольку сознание приносит удовольствие, сопряжено с удовольствием, погружено в удовольствие и не сопряжено исключительно со страданием, существа испытывают к нему страсть. Из-за страсти они привязываются к нему, а из-за привязанности они загрязняются. В этом тоже, Махали, причина и в этом условие для загрязнения существ; именно так существа загрязняются по причине и условию».

‘‘Katamo pana, bhante, hetu katamo paccayo sattānaṃ visuddhiyā; kathaṃ sahetū sappaccayā sattā visujjhantī’’ti? ‘‘Rūpañca hidaṃ, mahāli, ekantasukhaṃ abhavissa sukhānupatitaṃ sukhāvakkantaṃ anavakkantaṃ dukkhena, nayidaṃ sattā rūpasmiṃ nibbindeyyuṃ. Yasmā ca kho, mahāli, rūpaṃ dukkhaṃ dukkhānupatitaṃ dukkhāvakkantaṃ anavakkantaṃ sukhena, tasmā sattā rūpasmiṃ nibbindanti; nibbindaṃ virajjanti; virāgā visujjhanti. Ayaṃ kho, mahāli, hetu, ayaṃ paccayo, sattānaṃ visuddhiyā. Evaṃ sahetū sappaccayā sattā visujjhanti’’.

«Но какова же, уважаемый господин, причина и каково условие для очищения существ? Каким образом существа очищаются по причине и условию?» «Махали, если бы эта форма была исключительно удовольствием, сопряжена с удовольствием, погружена в удовольствие и не была бы сопряжена со страданием, то существа не испытывали бы к ней разочарования. Но поскольку форма приносит страдание, сопряжена со страданием, погружена в страдание и не сопряжена исключительно с удовольствием, существа испытывают к ней разочарование. Испытывая разочарование, они становятся бесстрастными, а благодаря бесстрастию они очищаются. В этом, Махали, причина и в этом условие для очищения существ; именно так существа очищаются по причине и условию.

‘‘Vedanā ca hidaṃ, mahāli, ekantasukhā abhavissa…pe… saññā ca hidaṃ, mahāli…pe… saṅkhārā ca hidaṃ, mahāli, ekantasukhā abhavissaṃsu…pe… viññāṇañca hidaṃ, mahāli, ekantasukhaṃ abhavissa sukhānupatitaṃ sukhāvakkantaṃ anavakkantaṃ dukkhena, nayidaṃ sattā viññāṇasmiṃ nibbindeyyuṃ. Yasmā ca kho, mahāli, viññāṇaṃ dukkhaṃ dukkhānupatitaṃ dukkhāvakkantaṃ anavakkantaṃ sukhena, tasmā sattā viññāṇasmiṃ nibbindanti; nibbindaṃ virajjanti; virāgā visujjhanti. Ayaṃ kho, mahāli, hetu, ayaṃ paccayo, sattānaṃ visuddhiyā. Evampi sahetū sappaccayā sattā visujjhantī’’ti. Aṭṭhamaṃ.

Если бы это чувство, Махали, было исключительно удовольствием... Если бы это восприятие, Махали... Если бы эти волевые формирователи, Махали, были исключительно удовольствием... Если бы это сознание, Махали, было исключительно удовольствием, сопряжено с удовольствием, погружено в удовольствие и не было бы сопряжено со страданием, то существа не испытывали бы к нему разочарования. Но поскольку сознание приносит страдание, сопряжено со страданием, погружено в страдание и не сопряжено исключительно с удовольствием, существа испытывают к нему разочарование. Испытывая разочарование, они становятся бесстрастными, а благодаря бесстрастию они очищаются. В этом тоже, Махали, причина и в этом условие для очищения существ; именно так существа очищаются по причине и условию». Восьмая.

9. Ādittasuttaṃ

9. Адитта-сутта (Горение)

61. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Rūpaṃ, bhikkhave, ādittaṃ, vedanā ādittā, saññā ādittā, saṅkhārā ādittā, viññāṇaṃ ādittaṃ. Evaṃ passaṃ, bhikkhave, sutavā ariyasāvako rūpasmimpi nibbindati, vedanāyapi… saññāyapi… saṅkhāresupi… viññāṇasmimpi [Pg.59] nibbindati. Nibbindaṃ virajjati; virāgā vimuccati. Vimuttasmiṃ vimuttamiti ñāṇaṃ hoti. ‘Khīṇā jāti, vusitaṃ brahmacariyaṃ, kataṃ karaṇīyaṃ, nāparaṃ itthattāyā’ti pajānātī’’ti. Navamaṃ.

61. В Саваттхи. «Бхиккху, форма горит, чувство горит, восприятие горит, волевые формирователи горят, сознание горит. Видя так, бхиккху, обученный благородный ученик испытывает разочарование в форме, разочарование в чувстве, разочарование в восприятии, разочарование в волевых формирователях, разочарование в сознании. Испытывая разочарование, он становится бесстрастным. Благодаря бесстрастию он освобождается. Когда он освобождается, приходит знание: „Освобождён“. Он постигает: „Рождение уничтожено, святая жизнь прожита, сделано то, что должно было быть сделано, не будет больше возвращения в это состояние бытия“». Девятая.

10. Niruttipathasuttaṃ

10. Нируттипатха-сутта (Пути языка)

62. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Tayome, bhikkhave, niruttipathā adhivacanapathā paññattipathā asaṅkiṇṇā asaṅkiṇṇapubbā, na saṅkīyanti, na saṅkīyissanti, appaṭikuṭṭhā samaṇehi brāhmaṇehi viññūhi. Katame tayo? Yaṃ, bhikkhave, rūpaṃ atītaṃ niruddhaṃ vipariṇataṃ ‘ahosī’ti tassa saṅkhā, ‘ahosī’ti tassa samaññā, ‘ahosī’ti tassa paññatti; na tassa saṅkhā ‘atthī’ti, na tassa saṅkhā ‘bhavissatī’’’ti.

62. В Саваттхи. «Бхиккху, есть эти три пути языка, пути обозначения, пути описания, которые не смешиваются, никогда не смешивались, не смешиваются сейчас и не будут смешиваться, и которые не отвергаются мудрыми отшельниками и брахманами. Какие три? Какая бы форма, бхиккху, ни прошла, ни прекратилась, ни изменилась — к ней применяется обозначение, название и описание „была“, но не применяется обозначение „есть“ или обозначение „будет“.

‘‘Yā vedanā atītā niruddhā vipariṇatā ‘ahosī’ti tassā saṅkhā, ‘ahosī’ti tassā samaññā, ‘ahosī’ti tassā paññatti; na tassā saṅkhā ‘atthī’ti, na tassā saṅkhā ‘bhavissatī’’’ti.

Какое бы чувство ни прошло, ни прекратилось, ни изменилось — к нему применяется обозначение, название и описание „было“, но не применяется обозначение „есть“ или обозначение „будет“.

‘‘Yā saññā… ye saṅkhārā atītā niruddhā vipariṇatā ‘ahesu’nti tesaṃ saṅkhā, ‘ahesu’nti tesaṃ samaññā, ‘ahesu’nti tesaṃ paññatti; na tesaṃ saṅkhā ‘atthī’ti, na tesaṃ saṅkhā ‘bhavissantī’’’ti.

Какое бы восприятие... Какие бы волевые формирователи ни прошли, ни прекратились, ни изменились — к ним применяется обозначение, название и описание „были“, но не применяется обозначение „есть“ или обозначение „будут“.

‘‘Yaṃ viññāṇaṃ atītaṃ niruddhaṃ vipariṇataṃ, ‘ahosī’ti tassa saṅkhā, ‘ahosī’ti tassa samaññā, ‘ahosī’ti tassa paññatti; na tassa saṅkhā ‘atthī’ti, na tassa saṅkhā ‘bhavissatī’’’ti.

Какое бы сознание ни прошло, ни прекратилось, ни изменилось — к нему применяется обозначение, название и описание „было“, но не применяется обозначение „есть“ или обозначение „будет“.

‘‘Yaṃ, bhikkhave, rūpaṃ ajātaṃ apātubhūtaṃ, ‘bhavissatī’ti tassa saṅkhā, ‘bhavissatī’ti tassa samaññā, ‘bhavissatī’ti tassa paññatti; na tassa saṅkhā ‘atthī’ti, na tassa saṅkhā ‘ahosī’’’ti.

Какая бы форма, бхиккху, ещё не родилась, ещё не проявилась — к ней применяется обозначение, название и описание „будет“, но не применяется обозначение „есть“ или обозначение „была“.

‘‘Yā vedanā ajātā apātubhūtā, ‘bhavissatī’ti tassā saṅkhā, ‘bhavissatī’ti tassā samaññā, ‘bhavissatī’ti tassā paññatti; na tassā saṅkhā ‘atthī’ti, na tassā saṅkhā ‘ahosī’’’ti.

Какое бы чувство ещё не родилось, ещё не проявилось — к нему применяется обозначение, название и описание „будет“, но не применяется обозначение „есть“ или обозначение „было“.

‘‘Yā saññā… ye saṅkhārā ajātā apātubhūtā, ‘bhavissantī’ti tesaṃ saṅkhā, ‘bhavissantī’ti tesaṃ samaññā, ‘bhavissantī’ti tesaṃ paññatti; na tesaṃ saṅkhā ‘atthī’ti, na tesaṃ saṅkhā ‘ahesu’’’nti.

Какое бы восприятие... Какие бы волевые формирователи ещё не родились, ещё не проявились — к ним применяется обозначение, название и описание „будут“, но не применяется обозначение „есть“ или обозначение „были“.

‘‘Yaṃ [Pg.60] viññāṇaṃ ajātaṃ apātubhūtaṃ, ‘bhavissatī’ti tassa saṅkhā, ‘bhavissatī’ti tassa samaññā, ‘bhavissatī’ti tassa paññatti; na tassa saṅkhā ‘atthī’ti, na tassa saṅkhā ‘ahosī’’’ti.

Какое бы сознание ещё не родилось, ещё не проявилось — к нему применяется обозначение, название и описание „будет“, но не применяется обозначение „есть“ или обозначение „было“.

‘‘Yaṃ, bhikkhave, rūpaṃ jātaṃ pātubhūtaṃ, ‘atthī’ti tassa saṅkhā, ‘atthī’ti tassa samaññā, ‘atthī’ti tassa paññatti; na tassa saṅkhā ‘ahosī’ti, na tassa saṅkhā ‘bhavissatī’’’ti.

Какая бы форма, бхиккху, ни родилась, ни проявилась — к ней применяется обозначение, название и описание „есть“, но не применяется обозначение „была“ или обозначение „будет“.

‘‘Yā vedanā jātā pātubhūtā, ‘atthī’ti tassā saṅkhā, ‘atthī’ti tassā samaññā, ‘atthī’ti tassā paññatti; na tassā saṅkhā ‘ahosī’ti, na tassā saṅkhā ‘bhavissatī’’’ti.

Какое бы чувство ни родилось, ни проявилось — к нему применяется обозначение, название и описание „есть“, но не применяется обозначение „было“ или обозначение „будет“.

‘‘Yā saññā… ye saṅkhārā jātā pātubhūtā, ‘atthī’ti tesaṃ saṅkhā, ‘atthī’ti tesaṃ samaññā, ‘atthī’ti tesaṃ paññatti; na tesaṃ saṅkhā ‘ahesu’nti, na tesaṃ saṅkhā, ‘bhavissantī’’’ti.

Какое бы восприятие... Какие бы волевые формирователи ни родились, ни проявились — к ним применяется обозначение, название и описание „есть“, но не применяется обозначение „были“ или обозначение „будут“.

‘‘Yaṃ viññāṇaṃ jātaṃ pātubhūtaṃ, ‘atthī’ti tassa saṅkhā, ‘atthī’ti tassa samaññā, ‘atthī’ti tassa paññatti; na tassa saṅkhā ‘ahosī’ti, na tassa saṅkhā ‘bhavissatī’’’ti.

Какое бы сознание ни родилось, ни проявилось — к нему применяется обозначение, название и описание „есть“, но не применяется обозначение „было“ или обозначение „будет“.

‘‘Ime kho, bhikkhave, tayo niruttipathā adhivacanapathā paññattipathā asaṅkiṇṇā asaṅkiṇṇapubbā, na saṅkīyanti, na saṅkīyissanti, appaṭikuṭṭhā samaṇehi brāhmaṇehi viññūhi. Yepi te, bhikkhave, ahesuṃ ukkalā vassabhaññā ahetukavādā akiriyavādā natthikavādā, tepime tayo niruttipathe adhivacanapathe paññattipathe na garahitabbaṃ nappaṭikkositabbaṃ amaññiṃsu. Taṃ kissa hetu? Nindāghaṭṭanabyārosaupārambhabhayā’’ti.

«Бхиккху, эти три пути языка, пути обозначения, пути описания не смешиваются, никогда не смешивались, не смешиваются сейчас и не будут смешиваться, и они не отвергаются мудрыми отшельниками и брахманами. Бхиккху, даже Васса и Бання из Уккалы, сторонники беспричинности, недейственности действия и нигилизма, не считали, что эти три пути языка, пути обозначения, пути описания заслуживают порицания или отвержения. По какой причине? Из страха перед осуждением, нападками, обвинениями и упрёками».

Upayavaggo chaṭṭho.

Шестая глава — Упая.

Tassuddānaṃ –

Оглавление этой главы:

Upayo bījaṃ udānaṃ, upādānaparivattaṃ;

Sattaṭṭhānañca sambuddho, pañcamahāli ādittā.Vaggo niruttipathena cāti.

«Упая», «Биджа», «Удана», «Упадана-париватта», «Саттаттхана», «Самбуддха», «Панча» (Анатталаккхана), «Махали», «Адитта» вместе с суттой «Нируттипатха» составляют эту главу.

7. Arahantavaggo

7. Глава об Арахантах

1. Upādiyamānasuttaṃ

1. Упадиямана-сутта (В цеплянии)

63. Evaṃ [Pg.61] me sutaṃ – ekaṃ samayaṃ bhagavā sāvatthiyaṃ viharati jetavane anāthapiṇḍikassa ārāme. Atha kho aññataro bhikkhu yena bhagavā tenupasaṅkami; upasaṅkamitvā bhagavantaṃ abhivādetvā ekamantaṃ nisīdi. Ekamantaṃ nisinno kho so bhikkhu bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘sādhu me, bhante, bhagavā saṃkhittena dhammaṃ desetu yamahaṃ bhagavato dhammaṃ sutvā eko vūpakaṭṭho appamatto ātāpī pahitatto vihareyya’’nti. ‘‘Upādiyamāno kho, bhikkhu, baddho mārassa; anupādiyamāno mutto pāpimato’’ti. ‘‘Aññātaṃ bhagavā, aññātaṃ sugatā’’ti.

63. Так я слышал. Однажды Благословенный пребывал в Саваттхи, в роще Джеты, в монастыре Анатхапиндики. Тогда некий бхиккху подошёл к Благословенному, поклонился ему и сел рядом. Сидя рядом, этот бхиккху так обратился к Благословенному: «Уважаемый господин, было бы хорошо, если бы Благословенный кратко изложил мне Дхамму, чтобы, услышав Дхамму от Благословенного, я мог пребывать в уединении, удалившись от мира, прилежный, ревностный и решительный». «Бхиккху, цепляясь [за совокупности], человек связывается Марой; не цепляясь, он освобождается от Злодея». «Понял, Благословенный! Понял, Счастливый!»

‘‘Yathā kathaṃ pana tvaṃ, bhikkhu, mayā saṃkhittena bhāsitassa vitthārena atthaṃ ājānāsī’’ti? ‘‘Rūpaṃ kho, bhante, upādiyamāno baddho mārassa; anupādiyamāno mutto pāpimato. Vedanaṃ upādiyamāno baddho mārassa; anupādiyamāno mutto pāpimato. Saññaṃ… saṅkhāre … viññāṇaṃ upādiyamāno baddho mārassa; anupādiyamāno mutto pāpimato. Imassa khvāhaṃ, bhante, bhagavatā saṃkhittena bhāsitassa evaṃ vitthārena atthaṃ ājānāmī’’ti.

«И каким же образом, бхиккху, ты понимаешь подробно смысл того, что было сказано мною кратко?» «Уважаемый господин, цепляясь за форму, человек связывается Марой; не цепляясь за неё, он освобождается от Злодея. Цепляясь за чувство... за восприятие... за волевые формирователи... за сознание, человек связывается Марой; не цепляясь за него, он освобождается от Злодея. Вот как, уважаемый господин, я подробно понимаю смысл того, что было сказано Благословенным кратко».

‘‘Sādhu sādhu, bhikkhu! Sādhu kho tvaṃ, bhikkhu, mayā saṃkhittena bhāsitassa vitthārena atthaṃ ājānāsi. Rūpaṃ kho, bhikkhu, upādiyamāno baddho mārassa; anupādiyamāno mutto pāpimato. Vedanaṃ… saññaṃ… saṅkhāre… viññāṇaṃ upādiyamāno baddho mārassa; anupādiyamāno mutto pāpimato. Imassa kho, bhikkhu, mayā saṃkhittena bhāsitassa evaṃ vitthārena attho daṭṭhabbo’’ti.

«Прекрасно, прекрасно, бхиккху! Хорошо, бхиккху, что ты подробно понимаешь смысл того, что было сказано мною кратко. Бхиккху, цепляясь за форму, человек связан Марой; не цепляясь [за неё], он освобождается от Злодея. Цепляясь за чувство… восприятие… волевые формации… сознание, он связан Марой; не цепляясь [за них], он освобождается от Злодея. Именно так, бхиккху, следует подробно понимать смысл того, что было сказано мною кратко».

Atha kho so bhikkhu bhagavato bhāsitaṃ abhinanditvā anumoditvā uṭṭhāyāsanā bhagavantaṃ abhivādetvā padakkhiṇaṃ katvā pakkāmi. Atha kho so bhikkhu eko vūpakaṭṭho appamatto ātāpī pahitatto viharanto nacirasseva – yassatthāya kulaputtā sammadeva agārasmā anagāriyaṃ pabbajanti tadanuttaraṃ – brahmacariyapariyosānaṃ diṭṭheva dhamme sayaṃ abhiññā sacchikatvā upasampajja viharati. ‘‘Khīṇā jāti, vusitaṃ brahmacariyaṃ, kataṃ [Pg.62] karaṇīyaṃ, nāparaṃ itthattāyā’’ti abbhaññāsi. Aññataro ca pana so bhikkhu arahataṃ ahosīti. Paṭhamaṃ.

Тогда тот бхиккху, восхитившись словами Благословенного и порадовавшись им, поднялся со своего сиденья, поклонился Благословенному и, обойдя его по правую сторону, удалился. И вскоре тот бхиккху, пребывая в уединении, будучи прилежным, ревностным и решительным, в этой самой жизни сам благодаря прямому знанию постиг, вошёл и пребывал в том непревзойдённом завершении святой жизни, ради которого юноши из хороших семей должным образом уходят из дома в бездомность. Он непосредственно познал: «Рождение уничтожено, святая жизнь прожита, сделано то, что должно было быть сделано, не будет больше возвращения в это состояние». И тот бхиккху стал одним из арахантов. Первая [сутта].

2. Maññamānasuttaṃ

2. Манньямана-сутта

64. Sāvatthinidānaṃ. Atha kho aññataro bhikkhu…pe… ekamantaṃ nisinno kho so bhikkhu bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘sādhu me, bhante, bhagavā saṃkhittena dhammaṃ desetu…pe… ātāpī pahitatto vihareyya’’nti. ‘‘Maññamāno kho, bhikkhu, baddho mārassa; amaññamāno mutto pāpimato’’ti. ‘‘Aññātaṃ bhagavā, aññātaṃ sugatā’’ti.

64. В Саваттхи. Тогда один бхиккху… [и т. д.]… сев рядом, обратился к Благословенному: «О господин, было бы хорошо, если бы Благословенный кратко преподал мне Дхамму, чтобы… [я мог пребывать в уединении, будучи прилежным, ревностным] …и решительным». — «Бхиккху, измышляя, человек связан Марой; не измышляя, он освобождается от Злодея». — «Понял, Благословенный! Понял, Счастливый!»

‘‘Yathā kathaṃ pana tvaṃ, bhikkhu, mayā saṃkhittena bhāsitassa vitthārena atthaṃ ājānāsī’’ti? ‘‘Rūpaṃ kho, bhante, maññamāno baddho mārassa; amaññamāno mutto pāpimato. Vedanaṃ… saññaṃ… saṅkhāre… viññāṇaṃ maññamāno baddho mārassa; amaññamāno mutto pāpimato. Imassa khvāhaṃ, bhante, bhagavatā saṃkhittena bhāsitassa evaṃ vitthārena atthaṃ ājānāmī’’ti.

«И как же ты, бхиккху, подробно понимаешь смысл того, что было сказано мною кратко?» — «О господин, измышляя форму, человек связан Марой; не измышляя её, он освобождается от Злодея. Измышляя чувство… восприятие… волевые формации… сознание, он связан Марой; не измышляя их, он освобождается от Злодея. Вот как, господин, я подробно понимаю смысл того, что было кратко сказано Благословенным».

‘‘Sādhu sādhu, bhikkhu! Sādhu kho tvaṃ, bhikkhu, mayā saṃkhittena bhāsitassa vitthārena atthaṃ ājānāsi. Rūpaṃ kho, bhikkhu, maññamāno baddho mārassa; amaññamāno mutto pāpimato. Vedanaṃ… saññaṃ… saṅkhāre… viññāṇaṃ maññamāno baddho mārassa; amaññamāno mutto pāpimato. Imassa kho, bhikkhu, mayā saṃkhittena bhāsitassa evaṃ vitthārena attho daṭṭhabbo’’ti…pe… aññataro ca pana so bhikkhu arahataṃ ahosīti. Dutiyaṃ.

«Прекрасно, прекрасно, бхиккху! Хорошо, бхиккху, что ты подробно понимаешь смысл того, что было сказано мною кратко. Бхиккху, измышляя форму, человек связан Марой; не измышляя её, он освобождается от Злодея. Измышляя чувство… восприятие… волевые формации… сознание, он связан Марой; не измышляя их, он освобождается от Злодея. Именно так, бхиккху, следует подробно понимать смысл того, что было сказано мною кратко»… [и т. д.]… И тот бхиккху стал одним из арахантов. Вторая [сутта].

3. Abhinandamānasuttaṃ

3. Абхинандамана-сутта

65. Sāvatthinidānaṃ. Atha kho aññataro bhikkhu…pe… ekamantaṃ nisinno kho so bhikkhu bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘sādhu me, bhante, bhagavā saṃkhittena…pe… pahitatto vihareyya’’nti. ‘‘Abhinandamāno kho, bhikkhu, baddho mārassa; anabhinandamāno mutto pāpimato’’ti. ‘‘Aññātaṃ bhagavā, aññātaṃ sugatā’’ti.

65. В Саваттхи. Тогда один бхиккху… [и т. д.]… сев рядом, обратился к Благословенному: «О господин, было бы хорошо, если бы Благословенный кратко… [преподал мне Дхамму, чтобы я мог пребывать в уединении, будучи прилежным, ревностным] …и решительным». — «Бхиккху, наслаждаясь, человек связан Марой; не наслаждаясь, он освобождается от Злодея». — «Понял, Благословенный! Понял, Счастливый!»

‘‘Yathā [Pg.63] kathaṃ pana tvaṃ, bhikkhu, mayā saṃkhittena bhāsitassa vitthārena atthaṃ ājānāsī’’ti? ‘‘Rūpaṃ kho, bhante, abhinandamāno baddho mārassa; anabhinandamāno mutto pāpimato. Vedanaṃ… saññaṃ… saṅkhāre… viññāṇaṃ abhinandamāno baddho mārassa; anabhinandamāno mutto pāpimato. Imassa khvāhaṃ, bhante, bhagavatā saṃkhittena bhāsitassa evaṃ vitthārena atthaṃ ājānāmī’’ti.

«И как же ты, бхиккху, подробно понимаешь смысл того, что было сказано мною кратко?» — «О господин, наслаждаясь формой, человек связан Марой; не наслаждаясь ею, он освобождается от Злодея. Наслаждаясь чувством… восприятием… волевыми формациями… сознанием, он связан Марой; не наслаждаясь ими, он освобождается от Злодея. Вот как, господин, я подробно понимаю смысл того, что было кратко сказано Благословенным».

‘‘Sādhu sādhu, bhikkhu! Sādhu kho tvaṃ, bhikkhu, mayā saṃkhittena bhāsitassa vitthārena atthaṃ ājānāsi. Rūpaṃ kho, bhikkhu, abhinandamāno baddho mārassa; anabhinandamāno mutto pāpimato. Vedanaṃ… saññaṃ… saṅkhāre … viññāṇaṃ abhinandamāno baddho mārassa; anabhinandamāno mutto pāpimato. Imassa kho, bhikkhu, mayā saṃkhittena bhāsitassa evaṃ vitthārena attho daṭṭhabbo’’ti…pe… aññataro ca pana so bhikkhu arahataṃ ahosīti. Tatiyaṃ.

«Прекрасно, прекрасно, бхиккху! Хорошо, бхиккху, что ты подробно понимаешь смысл того, что было сказано мною кратко. Бхиккху, наслаждаясь формой, человек связан Марой; не наслаждаясь ею, он освобождается от Злодея. Наслаждаясь чувством… восприятием… волевыми формациями… сознанием, он связан Марой; не наслаждаясь ими, он освобождается от Злодея. Именно так, бхиккху, следует подробно понимать смысл того, что было сказано мною кратко»… [и т. д.]… И тот бхиккху стал одним из арахантов. Третья [сутта].

4. Aniccasuttaṃ

4. Аничча-сутта

66. Sāvatthinidānaṃ. Atha kho aññataro bhikkhu…pe… ekamantaṃ nisinno kho so bhikkhu bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘sādhu me, bhante, bhagavā saṃkhittena dhammaṃ desetu…pe… ātāpī pahitatto vihareyya’’nti. ‘‘Yaṃ kho, bhikkhu, aniccaṃ; tatra te chando pahātabbo’’ti. ‘‘Aññātaṃ bhagavā; aññātaṃ sugatā’’ti.

66. В Саваттхи. Тогда один бхиккху… [и т. д.]… сев рядом, обратился к Благословенному: «О господин, было бы хорошо, если бы Благословенный кратко преподал мне Дхамму, чтобы… [я мог пребывать в уединении, будучи прилежным, ревностным] …и решительным». — «Бхиккху, к тому, что непостоянно, тебе следует отбросить желание». — «Понял, Благословенный! Понял, Счастливый!»

‘‘Yathā kathaṃ pana tvaṃ, bhikkhu, mayā saṃkhittena bhāsitassa vitthārena atthaṃ ājānāsī’’ti? ‘‘Rūpaṃ kho, bhante, aniccaṃ; tatra me chando pahātabbo. Vedanā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ aniccaṃ; tatra me chando pahātabbo. Imassa khvāhaṃ, bhante, bhagavatā saṃkhittena bhāsitassa evaṃ vitthārena atthaṃ ājānāmī’’ti.

«И как же ты, бхиккху, подробно понимаешь смысл того, что было сказано мною кратко?» — «О господин, форма непостоянна; к ней мне следует отбросить желание. Чувство… восприятие… волевые формации… сознание непостоянны; к ним мне следует отбросить желание. Вот как, господин, я подробно понимаю смысл того, что было кратко сказано Благословенным».

‘‘Sādhu sādhu, bhikkhu! Sādhu kho tvaṃ, bhikkhu, mayā saṃkhittena bhāsitassa vitthārena atthaṃ ājānāsi. Rūpaṃ kho, bhikkhu, aniccaṃ; tatra te chando pahātabbo. Vedanā aniccā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ aniccaṃ; tatra kho te chando pahātabbo. Imassa kho, bhikkhu, mayā saṃkhittena bhāsitassa evaṃ vitthārena attho daṭṭhabbo’’ti…pe… aññataro ca pana so bhikkhu arahataṃ ahosīti. Catutthaṃ.

«Прекрасно, прекрасно, бхиккху! Хорошо, бхиккху, что ты подробно понимаешь смысл того, что было сказано мною кратко. Бхиккху, форма непостоянна; к ней тебе следует отбросить желание. Чувство непостоянно… восприятие… волевые формации… сознание непостоянны; к ним тебе следует отбросить желание. Именно так, бхиккху, следует подробно понимать смысл того, что было сказано мною кратко»… [и т. д.]… И тот бхиккху стал одним из арахантов. Четвёртая [сутта].

5. Dukkhasuttaṃ

5. Дуккха-сутта

67. Sāvatthinidānaṃ[Pg.64]. Atha kho aññataro bhikkhu…pe… ekamantaṃ nisinno kho so bhikkhu bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘sādhu me, bhante, bhagavā saṃkhittena dhammaṃ desetu…pe… ātāpī pahitatto vihareyya’’nti. ‘‘Yaṃ kho, bhikkhu, dukkhaṃ; tatra te chando pahātabbo’’ti. ‘‘Aññātaṃ bhagavā; aññātaṃ sugatā’’ti.

67. В Саваттхи. Тогда один бхиккху… [и т. д.]… сев рядом, обратился к Благословенному: «О господин, было бы хорошо, если бы Благословенный кратко преподал мне Дхамму, чтобы… [я мог пребывать в уединении, будучи прилежным, ревностным] …и решительным». — «Бхиккху, к тому, что является страданием, тебе следует отбросить желание». — «Понял, Благословенный! Понял, Счастливый!»

‘‘Yathā kathaṃ pana tvaṃ, bhikkhu, mayā saṃkhittena bhāsitassa vitthārena atthaṃ ājānāsī’’ti? ‘‘Rūpaṃ kho, bhante, dukkhaṃ; tatra me chando pahātabbo. Vedanā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ dukkhaṃ; tatra me chando pahātabbo. Imassa khvāhaṃ, bhante, bhagavatā saṃkhittena bhāsitassa evaṃ vitthārena atthaṃ ājānāmī’’ti.

«И как же ты, бхиккху, подробно понимаешь смысл того, что было сказано мною кратко?» — «О господин, форма — это страдание; к ней мне следует отбросить желание. Чувство… восприятие… волевые формации… сознание — это страдание; к ним мне следует отбросить желание. Вот как, господин, я подробно понимаю смысл того, что было кратко сказано Благословенным».

‘‘Sādhu sādhu, bhikkhu! Sādhu kho tvaṃ, bhikkhu, mayā saṃkhittena bhāsitassa vitthārena atthaṃ ājānāsi. Rūpaṃ kho bhikkhu, dukkhaṃ; tatra te chando pahātabbo. Vedanā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ dukkhaṃ; tatra te chando pahātabbo. Imassa kho, bhikkhu, mayā saṃkhittena bhāsitassa evaṃ vitthārena attho daṭṭhabbo’’ti…pe… aññataro ca pana so bhikkhu arahataṃ ahosīti. Pañcamaṃ.

«Прекрасно, прекрасно, бхиккху! Хорошо, бхиккху, что ты подробно понимаешь смысл того, что было сказано мною кратко. Бхиккху, форма — это страдание; к ней тебе следует отбросить желание. Чувство… восприятие… волевые формации… сознание — это страдание; к ним тебе следует отбросить желание. Именно так, бхиккху, следует подробно понимать смысл того, что было сказано мною кратко»… [и т. д.]… И тот бхиккху стал одним из арахантов. Пятая [сутта].

6. Anattasuttaṃ

6. Анатта-сутта

68. Sāvatthinidānaṃ. Atha kho aññataro bhikkhu…pe… ekamantaṃ nisinno kho so bhikkhu bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘sādhu me, bhante, bhagavā saṃkhittena dhammaṃ desetu…pe… ātāpī pahitatto vihareyya’’nti. ‘‘Yo kho, bhikkhu, anattā; tatra te chando pahātabbo’’ti. ‘‘Aññātaṃ, bhagavā; aññātaṃ, sugatā’’ti.

68. В Саваттхи. Тогда один бхиккху… [и т. д.]… сев рядом, обратился к Благословенному: «О господин, было бы хорошо, если бы Благословенный кратко преподал мне Дхамму, чтобы… [я мог пребывать в уединении, будучи прилежным, ревностным] …и решительным». — «Бхиккху, к тому, что не является «я», тебе следует отбросить желание». — «Понял, Благословенный! Понял, Счастливый!»

‘‘Yathā kathaṃ pana tvaṃ, bhikkhu, mayā saṃkhittena bhāsitassa vitthārena atthaṃ ājānāsī’’ti? ‘‘Rūpaṃ kho, bhante, anattā; tatra me chando pahātabbo. Vedanā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ anattā; tatra me chando pahātabbo. Imassa khvāhaṃ, bhante, bhagavatā saṃkhittena bhāsitassa evaṃ vitthārena atthaṃ ājānāmī’’ti.

«И как же ты, бхиккху, подробно понимаешь смысл того, что было сказано мною кратко?» — «О господин, форма не является «я»; к ней мне следует отбросить желание. Чувство… восприятие… волевые формации… сознание не являются «я»; к ним мне следует отбросить желание. Вот как, господин, я подробно понимаю смысл того, что было кратко сказано Благословенным».

‘‘Sādhu sādhu, bhikkhu! Sādhu kho tvaṃ, bhikkhu, mayā saṃkhittena bhāsitassa vitthārena atthaṃ ājānāsi. Rūpaṃ kho, bhikkhu, anattā; tatra te chando pahātabbo[Pg.65]. Vedanā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ anattā; tatra te chando pahātabbo. Imassa kho, bhikkhu, mayā saṃkhittena bhāsitassa evaṃ vitthārena attho daṭṭhabbo’’ti…pe… aññataro ca pana so bhikkhu arahataṃ ahosīti. Chaṭṭhaṃ.

«Прекрасно, прекрасно, бхиккху! Хорошо, бхиккху, что ты подробно понимаешь смысл того, что было сказано мною кратко. Бхиккху, форма не является «я»; к ней тебе следует отбросить желание. Чувство… восприятие… волевые формации… сознание не являются «я»; к ним тебе следует отбросить желание. Именно так, бхиккху, следует подробно понимать смысл того, что было сказано мною кратко»… [и т. д.]… И тот бхиккху стал одним из арахантов. Шестая [сутта].

7. Anattaniyasuttaṃ

7. Анаттания-сутта

69. Sāvatthinidānaṃ. Atha kho aññataro bhikkhu…pe… ekamantaṃ nisinno kho so bhikkhu bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘sādhu me, bhante, bhagavā saṃkhittena dhammaṃ desetu…pe… vihareyya’’nti. ‘‘Yaṃ kho, bhikkhu, anattaniyaṃ; tatra te chando pahātabbo’’ti. ‘‘Aññātaṃ, bhagavā; aññātaṃ, sugatā’’ti.

69. В Саваттхи. Тогда один бхиккху… [и т. д.]… сев рядом, обратился к Благословенному: «О господин, было бы хорошо, если бы Благословенный кратко преподал мне Дхамму, чтобы… [я мог пребывать в уединении, будучи прилежным, ревностным] …и решительным». — «Бхиккху, к тому, что не принадлежит «я», тебе следует отбросить желание». — «Понял, Благословенный! Понял, Счастливый!»

‘‘Yathā kathaṃ pana tvaṃ, bhikkhu, mayā saṃkhittena bhāsitassa vitthārena atthaṃ ājānāsī’’ti? ‘‘Rūpaṃ kho, bhante, anattaniyaṃ; tatra me chando pahātabbo. Vedanā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ anattaniyaṃ; tatra me chando pahātabbo. Imassa khvāhaṃ, bhante, bhagavatā saṃkhittena bhāsitassa evaṃ vitthārena atthaṃ ājānāmī’’ti.

«И как же ты, бхиккху, подробно понимаешь смысл того, что было сказано мною кратко?» — «О господин, форма не принадлежит «я»; к ней мне следует отбросить желание. Чувство… восприятие… волевые формации… сознание не принадлежат «я»; к ним мне следует отбросить желание. Вот как, господин, я подробно понимаю смысл того, что было кратко сказано Благословенным».

‘‘Sādhu sādhu, bhikkhu! Sādhu kho tvaṃ, bhikkhu, mayā saṃkhittena bhāsitassa vitthārena atthaṃ ājānāsi. Rūpaṃ kho, bhikkhu, anattaniyaṃ; tatra te chando pahātabbo. Vedanā … saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ anattaniyaṃ; tatra te chando pahātabbo. Imassa kho, bhikkhu, mayā saṃkhittena bhāsitassa evaṃ vitthārena attho daṭṭhabbo’’ti…pe… aññataro ca pana so bhikkhu arahataṃ ahosīti. Sattamaṃ.

«Прекрасно, прекрасно, бхиккху! Хорошо, бхиккху, что ты подробно понимаешь смысл того, что было сказано мною кратко. Бхиккху, форма не принадлежит «я»; к ней тебе следует отбросить желание. Чувство… восприятие… волевые формации… сознание не принадлежат «я»; к ним тебе следует отбросить желание. Именно так, бхиккху, следует подробно понимать смысл того, что было сказано мною кратко»… [и т. д.]… И тот бхиккху стал одним из арахантов. Седьмая [сутта].

8. Rajanīyasaṇṭhitasuttaṃ

8. Раджаниясантхита-сутта

70. Sāvatthinidānaṃ. Atha kho aññataro bhikkhu…pe… ekamantaṃ nisinno kho so bhikkhu bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘sādhu me, bhante, bhagavā saṃkhittena dhammaṃ desetu, yamahaṃ bhagavato dhammaṃ sutvā…pe… vihareyya’’nti. ‘‘Yaṃ kho, bhikkhu, rajanīyasaṇṭhitaṃ; tatra te chando pahātabbo’’ti. ‘‘Aññātaṃ, bhagavā; aññātaṃ, sugatā’’ti.

70. В Саваттхи. Тогда один бхиккху… [и т. д.]… сев рядом, обратился к Благословенному: «О господин, было бы хорошо, если бы Благословенный кратко преподал мне Дхамму, чтобы, услышав Дхамму от Благословенного… [я мог пребывать в уединении, будучи прилежным, ревностным] …и решительным». — «Бхиккху, к тому, что вызывает страсть, тебе следует отбросить желание». — «Понял, Благословенный! Понял, Счастливый!»

‘‘Yathā kathaṃ pana tvaṃ, bhikkhu, mayā saṃkhittena bhāsitassa vitthārena atthaṃ ājānāsī’’ti? ‘‘Rūpaṃ kho, bhante, rajanīyasaṇṭhitaṃ; tatra me chando pahātabbo. Vedanā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ rajanīyasaṇṭhitaṃ; tatra me chando pahātabbo. Imassa khvāhaṃ, bhante, bhagavatā saṃkhittena bhāsitassa evaṃ vitthārena atthaṃ ājānāmī’’ti.

«И как же ты, бхиккху, подробно понимаешь смысл того, что было сказано мною кратко?» — «О господин, форма вызывает страсть; к ней мне следует отбросить желание. Чувство… восприятие… волевые формации… сознание вызывают страсть; к ним мне следует отбросить желание. Вот как, господин, я подробно понимаю смысл того, что было кратко сказано Благословенным».

‘‘Sādhu [Pg.66] sādhu bhikkhu! Sādhu kho tvaṃ, bhikkhu, mayā saṃkhittena bhāsitassa vitthārena atthaṃ ājānāsi. Rūpaṃ kho, bhikkhu, rajanīyasaṇṭhitaṃ; tatra te chando pahātabbo. Vedanā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ rajanīyasaṇṭhitaṃ; tatra te chando pahātabbo. Imassa kho, bhikkhu, mayā saṃkhittena bhāsitassa evaṃ vitthārena attho daṭṭhabbo’’ti…pe… aññataro ca pana so bhikkhu arahataṃ ahosīti. Aṭṭhamaṃ.

«Хорошо, хорошо, бхиккху! Хорошо же ты, бхиккху, понимаешь подробный смысл того, что было сказано мною кратко. Форма, бхиккху, вызывает вожделение; к ней тебе следует оставить желание. Чувство... восприятие... волевые формации... сознание вызывает вожделение; к нему тебе следует оставить желание. Вот так, бхиккху, следует понимать подробный смысл того, что было сказано мною кратко»... и т. д. И тот бхиккху стал одним из арахантов. Восьмая.

9. Rādhasuttaṃ

9. Радха-сутта

71. Sāvatthinidānaṃ. Atha kho āyasmā rādho yena bhagavā tenupasaṅkami; upasaṅkamitvā bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘kathaṃ nu kho, bhante, jānato, kathaṃ passato imasmiñca saviññāṇake kāye bahiddhā ca sabbanimittesu ahaṅkāramamaṅkāramānānusayā na hontī’’ti? ‘‘Yaṃ kiñci, rādha, rūpaṃ atītānāgatapaccuppannaṃ ajjhattaṃ vā bahiddhā vā oḷārikaṃ vā sukhumaṃ vā hīnaṃ vā paṇītaṃ vā yaṃ dūre santike vā, sabbaṃ rūpaṃ – ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’ti evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya passati. Yā kāci vedanā… yā kāci saññā… ye keci saṅkhārā… yaṃ kiñci viññāṇaṃ atītānāgatapaccuppannaṃ…pe… yaṃ dūre santike vā, sabbaṃ viññāṇaṃ – ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’ti evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya passati. Evaṃ kho, rādha, jānato evaṃ passato imasmiñca saviññāṇake kāye bahiddhā ca sabbanimittesu ahaṅkāramamaṅkāramānānusayā na hontī’’ti…pe… aññataro ca panāyasmā rādho arahataṃ ahosīti. Navamaṃ.

71. В Саваттхи. Тогда почтенный Радха подошел к Благословенному, поклонился ему, сел рядом и сказал: «Как именно, досточтимый, зная и как видя, человек избавляется от представлений „я“, „мое“ и от скрытой склонности к тщеславию в отношении этого тела с сознанием и в отношении всех внешних признаков?» — «Какая бы ни была форма, Радха, — прошлая, будущая или настоящая, внутренняя или внешняя, грубая или утонченная, низшая или высшая, далекая или близкая, — на всякую форму смотрят в соответствии с действительностью с помощью совершенной мудрости так: „Это не мое, это не я, это не моя самость“. Какое бы ни было чувство... какое бы ни было восприятие... какие бы ни были волевые формации... какое бы ни было сознание — прошлое, будущее или настоящее, внутреннее или внешнее, грубое или утонченное, низшее или высшее, далекое или близкое, — на всякое сознание смотрят в соответствии с действительностью с помощью совершенной мудрости так: „Это не мое, это не я, это не моя самость“. Когда так знают и так видят, Радха, тогда в отношении этого тела с сознанием и в отношении всех внешних признаков больше не возникает представлений „я“, „мое“ и скрытой склонности к тщеславию». ... И почтенный Радха стал одним из арахантов. Девятая.

10. Surādhasuttaṃ

10. Сурадха-сутта

72. Sāvatthinidānaṃ. Atha kho āyasmā surādho bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘kathaṃ nu kho, bhante, jānato kathaṃ passato imasmiñca saviññāṇake kāye bahiddhā ca sabbanimittesu ahaṅkāramamaṅkāramānāpagataṃ mānasaṃ hoti, vidhā samatikkantaṃ santaṃ suvimutta’’nti? ‘‘Yaṃ kiñci, surādha, rūpaṃ atītānāgatapaccuppannaṃ…pe… yaṃ dūre santike vā, sabbaṃ rūpaṃ – ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’ti evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya disvā anupādāvimutto hoti. Yā kāci vedanā… yā kāci saññā… ye keci saṅkhārā… yaṃ kiñci viññāṇaṃ atītānāgatapaccuppannaṃ ajjhattaṃ vā bahiddhā vā oḷārikaṃ vā [Pg.67] sukhumaṃ vā hīnaṃ vā paṇītaṃ vā yaṃ dūre santike vā, sabbaṃ viññāṇaṃ – ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’ti evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya disvā anupādāvimutto hoti. Evaṃ kho, surādha, jānato evaṃ passato imasmiñca saviññāṇake kāye, bahiddhā ca sabbanimittesu ahaṅkāramamaṅkāramānāpagataṃ mānasaṃ hoti vidhā samatikkantaṃ santaṃ suvimutta’’nti…pe… aññataro ca panāyasmā surādho arahataṃ ahosīti. Dasamaṃ.

72. В Саваттхи. Тогда почтенный Сурадха подошел к Благословенному, поклонился ему, сел рядом и сказал ему: «Как именно, досточтимый, зная и как видя, человек достигает того, что в отношении этого тела с сознанием и в отношении всех внешних признаков его ум освобождается от представлений „я“, „мое“ и от тщеславия, превосходит все виды сравнения, становится умиротворенным и полностью освобожденным?» — «Какая бы ни была форма, Сурадха, — прошлая, будущая или настоящая... и т. д. ... далекая или близкая, — узрев всякую форму в соответствии с действительностью с помощью совершенной мудрости так: „Это не мое, это не я, это не моя самость“, человек освобождается благодаря нецеплянию. Какое бы ни было чувство... какое бы ни было восприятие... какие бы ни были волевые формации... какое бы ни было сознание — прошлое, будущее или настоящее, внутреннее или внешнее, грубое или утонченное, низшее или высшее, далекое или близкое, — узрев всякое сознание в соответствии с действительностью с помощью совершенной мудрости так: „Это не мое, это не я, это не моя самость“, человек освобождается благодаря нецеплянию. Когда так знают и так видят, Сурадха, тогда в отношении этого тела с сознанием и в отношении всех внешних признаков ум освобождается от представлений „я“, „мое“ и от тщеславия, превосходит все виды сравнения, становится умиротворенным и полностью освобожденным». ... И почтенный Сурадха стал одним из арахантов. Десятая.

Arahantavaggo sattamo.

Седьмая глава об арахантах.

Tassuddānaṃ –

Оглавление этой главы:

Upādiyamaññamānā, athābhinandamāno ca;

Aniccaṃ dukkhaṃ anattā ca, anattanīyaṃ rajanīyasaṇṭhitaṃ;

Rādhasurādhena te dasāti.

«Упадия», «Манньямана», а также «Абхинандамана»; «Аничча», «Дуккха», «Анатта», «Анаттания», «Раджаниясантхита»; вместе с «Радха» и «Сурадха» — таковы эти десять сутт.

8. Khajjanīyavaggo

8. Глава «Пожирание»

1. Assādasuttaṃ

1. Ассада-сутта

73. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Assutavā, bhikkhave, puthujjano rūpassa assādañca ādīnavañca nissaraṇañca yathābhūtaṃ nappajānāti. Vedanāya… saññāya… saṅkhārānaṃ… viññāṇassa assādañca ādīnavañca nissaraṇañca yathābhūtaṃ nappajānāti. Sutavā ca kho, bhikkhave, ariyasāvako rūpassa assādañca ādīnavañca nissaraṇañca yathābhūtaṃ pajānāti. Vedanā … saññāya… saṅkhārānaṃ… viññāṇassa assādañca ādīnavañca nissaraṇañca yathābhūtaṃ pajānātī’’ti. Paṭhamaṃ.

73. В Саваттхи. «Бхиккху, необученный обыватель не понимает в соответствии с действительностью усладу, опасность и освобождение в отношении формы. Он не понимает в соответствии с действительностью усладу, опасность и освобождение в отношении чувства... восприятия... волевых формаций... сознания. Но обученный благородный ученик, бхиккху, понимает в соответствии с действительностью усладу, опасность и освобождение в отношении формы. Он понимает в соответствии с действительностью усладу, опасность и освобождение в отношении чувства... восприятия... волевых формаций... сознания». Первая.

2. Samudayasuttaṃ

2. Самудая-сутта

74. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Assutavā, bhikkhave, puthujjano rūpassa samudayañca atthaṅgamañca assādañca ādīnavañca nissaraṇañca yathābhūtaṃ nappajānāti. Vedanāya… saññāya… saṅkhārānaṃ… viññāṇassa samudayañca atthaṅgamañca assādañca ādīnavañca [Pg.68] nissaraṇañca yathābhūtaṃ nappajānāti. Sutavā ca kho, bhikkhave, ariyasāvako rūpassa samudayañca atthaṅgamañca assādañca ādīnavañca nissaraṇañca yathābhūtaṃ pajānāti. Vedanāya… saññāya… saṅkhārānaṃ… viññāṇassa samudayañca atthaṅgamañca assādañca ādīnavañca nissaraṇañca yathābhūtaṃ pajānātī’’ti. Dutiyaṃ.

74. В Саваттхи. «Бхиккху, необученный обыватель не понимает в соответствии с действительностью возникновение, исчезновение, усладу, опасность и освобождение в отношении формы. Он не понимает в соответствии с действительностью возникновение, исчезновение, усладу, опасность и освобождение в отношении чувства... восприятия... волевых формаций... сознания. Но обученный благородный ученик, бхиккху, понимает в соответствии с действительностью возникновение, исчезновение, усладу, опасность и освобождение в отношении формы. Он понимает в соответствии с действительностью возникновение, исчезновение, усладу, опасность и освобождение в отношении чувства... восприятия... волевых формаций... сознания». Вторая.

3. Dutiyasamudayasuttaṃ

3. Дутиясамудая-сутта

75. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Sutavā, bhikkhave, ariyasāvako rūpassa samudayañca atthaṅgamañca assādañca ādīnavañca nissaraṇañca yathābhūtaṃ pajānāti. Vedanāya… saññāya… saṅkhārānaṃ… viññāṇassa samudayañca atthaṅgamañca assādañca ādīnavañca nissaraṇañca yathābhūtaṃ pajānātī’’ti. Tatiyaṃ.

75. В Саваттхи. «Бхиккху, обученный благородный ученик понимает в соответствии с действительностью возникновение, исчезновение, усладу, опасность и освобождение в отношении формы. Он понимает в соответствии с действительностью возникновение, исчезновение, усладу, опасность и освобождение в отношении чувства... восприятия... волевых формаций... сознания». Третья.

4. Arahantasuttaṃ

4. Араханта-сутта

76. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Rūpaṃ, bhikkhave, aniccaṃ. Yadaniccaṃ taṃ dukkhaṃ; yaṃ dukkhaṃ tadanattā; yadanattā taṃ ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’ti evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya daṭṭhabbaṃ. Vedanā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ aniccaṃ. Yadaniccaṃ taṃ dukkhaṃ; yaṃ dukkhaṃ tadanattā; yadanattā taṃ ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’ti evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya daṭṭhabbaṃ’’.

76. В Саваттхи. «Бхиккху, форма непостоянна. То, что непостоянно, есть страдание. То, что есть страдание, не является самостью. То, что не является самостью, следует видеть в соответствии с действительностью с помощью совершенной мудрости так: „Это не мое, это не я, это не моя самость“. Чувство... восприятие... волевые формации... сознание непостоянно. То, что непостоянно, есть страдание. То, что есть страдание, не является самостью. То, что не является самостью, следует видеть в соответствии с действительностью с помощью совершенной мудрости так: „Это не мое, это не я, это не моя самость“».

‘‘Evaṃ passaṃ, bhikkhave, sutavā ariyasāvako rūpasmimpi nibbindati, vedanāyapi… saññāyapi… saṅkhāresupi… viññāṇasmimpi nibbindati. Nibbindaṃ virajjati; virāgā vimuccati. Vimuttasmiṃ vimuttamiti ñāṇaṃ hoti. ‘Khīṇā jāti, vusitaṃ brahmacariyaṃ, kataṃ karaṇīyaṃ, nāparaṃ itthattāyā’ti pajānāti. Yāvatā, bhikkhave, sattāvāsā, yāvatā bhavaggaṃ, ete aggā, ete seṭṭhā lokasmiṃ yadidaṃ arahanto’’ti.

«Видя так, бхиккху, обученный благородный ученик испытывает разочарование в форме, разочарование в чувстве... разочарование в восприятии... разочарование в волевых формациях... разочарование в сознании. Испытывая разочарование, он становится бесстрастным. Благодаря бесстрастию его ум освобождается. Когда он освобожден, возникает знание: „Освобожден“. Он понимает: „Уничтожено рождение, святая жизнь прожита, сделано то, что должно было быть сделано, не будет больше возвращения в это состояние“. В каких бы пределах, бхиккху, ни простирались обители существ, вплоть до вершины бытия, те, кто являются арахантами, — величайшие в мире, они — наилучшие».

Idamavoca bhagavā. Idaṃ vatvāna sugato athāparaṃ etadavoca satthā –

Это сказал Благословенный. Сказав это, Сугата, Учитель, добавил следующее:

‘‘Sukhino vata arahanto, taṇhā tesaṃ na vijjati;

Asmimāno samucchinno, mohajālaṃ padālitaṃ.

«Поистине счастливы араханты! В них нет жажды. Полностью искоренено тщеславие „я есмь“, разорвана сеть заблуждения.

‘‘Anejaṃ [Pg.69] te anuppattā, cittaṃ tesaṃ anāvilaṃ;

Loke anupalittā te, brahmabhūtā anāsavā.

Они достигли непоколебимого состояния, их ум чист и незамутнен. Они не запятнаны миром — ставшие возвышенными, свободные от омрачений.

‘‘Pañcakkhandhe pariññāya, satta saddhammagocarā;

Pasaṃsiyā sappurisā, puttā buddhassa orasā.

Полностью постигнув пять совокупностей, пребывая в сфере семи благих качеств, эти достойные похвалы праведники — истинные сыновья Будды.

‘‘Sattaratanasampannā, tīsu sikkhāsu sikkhitā;

Anuvicaranti mahāvīrā, pahīnabhayabheravā.

Наделенные семью сокровищами, обученные трем видам обучения, эти великие герои странствуют, оставив позади всякий страх и трепет.

‘‘Dasahaṅgehi sampannā, mahānāgā samāhitā;

Ete kho seṭṭhā lokasmiṃ, taṇhā tesaṃ na vijjati.

Наделенные десятью качествами, эти великие мужи, сосредоточенные, — лучшие существа в мире: в них нет жажды.

‘‘Asekhañāṇamuppannaṃ, antimoyaṃ samussayo;

Yo sāro brahmacariyassa, tasmiṃ aparapaccayā.

В них возникло знание тех, кто завершил обучение: „Это тело — последнее“. В отношении сути святой жизни они больше не зависят от других.

‘‘Vidhāsu na vikampanti, vippamuttā punabbhavā;

Dantabhūmimanuppattā, te loke vijitāvino.

Они непоколебимы перед лицом сравнений, они освободились от новых рождений. Достигнув ступени усмиренных, они — победители в мире.

‘‘Uddhaṃ tiriyaṃ apācīnaṃ, nandī tesaṃ na vijjati;

Nadanti te sīhanādaṃ, buddhā loke anuttarā’’ti. catutthaṃ;

Вверху, вокруг и внизу — в них больше нет восторга. Они бесстрашно издают свой львиный рык: „Пробужденные — величайшие в мире!“» Четвертая.

5. Dutiyaarahantasuttaṃ

5. Дутияараханта-сутта

77. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Rūpaṃ, bhikkhave, aniccaṃ. Yadaniccaṃ taṃ dukkhaṃ; yaṃ dukkhaṃ tadanattā; yadanattā taṃ ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’ti…pe… evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya daṭṭhabbaṃ’’.

77. В Саваттхи. «Бхиккху, форма непостоянна. То, что непостоянно, есть страдание. То, что есть страдание, не является самостью. То, что не является самостью, следует видеть в соответствии с действительностью с помощью совершенной мудрости так: „Это не мое, это не я, это не моя самость“... и т. д.».

6. Sīhasuttaṃ

6. Сиха-сутта

78. Sāvatthinidānaṃ[Pg.70]. ‘‘Sīho, bhikkhave, migarājā sāyanhasamayaṃ āsayā nikkhamati; āsayā nikkhamitvā vijambhati; vijambhitvā samantā catuddisā anuviloketi; samantā catuddisā anuviloketvā tikkhattuṃ sīhanādaṃ nadati; tikkhattuṃ sīhanādaṃ naditvā gocarāya pakkamati. Ye hi keci, bhikkhave, tiracchānagatā pāṇā sīhassa migarañño nadato saddaṃ suṇanti; yebhuyyena bhayaṃ saṃvegaṃ santāsaṃ āpajjanti; bilaṃ bilāsayā pavisanti; dakaṃ dakāsayā pavisanti; vanaṃ vanāsayā pavisanti; ākāsaṃ pakkhino bhajanti. Yepi te, bhikkhave, rañño nāgā gāmanigamarājadhānīsu, daḷhehi varattehi baddhā, tepi tāni bandhanāni sañchinditvā sampadāletvā bhītā muttakarīsaṃ cajamānā, yena vā tena vā palāyanti. Evaṃ mahiddhiko kho, bhikkhave, sīho migarājā tiracchānagatānaṃ pāṇānaṃ, evaṃ mahesakkho, evaṃ mahānubhāvo’’.

78. В Саваттхи. «Бхиккху, вечером лев, царь зверей, выходит из своего логова. Выйдя, он потягивается, осматривает все четыре стороны света вокруг и трижды издает свой львиный рык. Затем он отправляется на поиски добычи. Когда лев, царь зверей, рычит, большинство животных, слышащих этот звук, охватывает страх, трепет и ужас. Обитающие в норах прячутся в свои норы; обитающие в воде уходят в воду; обитающие в лесах убегают в леса; а птицы взлетают в небо. Даже те царские боевые слоны, что привязаны крепкими кожаными ремнями в деревнях, поселках и столицах, разрывают и сокрушают свои путы и в страхе, испражняясь и мочась, бегут куда глаза глядят. Настолько могущественен, бхиккху, лев, царь зверей, среди животных, настолько величественен и силен».

‘‘Evameva kho, bhikkhave, yadā tathāgato loke uppajjati arahaṃ sammāsambuddho vijjācaraṇasampanno sugato lokavidū anuttaro purisadammasārathi satthā devamanussānaṃ buddho bhagavā. So dhammaṃ deseti – ‘iti rūpaṃ, iti rūpassa samudayo, iti rūpassa atthaṅgamo; iti vedanā… iti saññā… iti saṅkhārā… iti viññāṇaṃ, iti viññāṇassa samudayo, iti viññāṇassa atthaṅgamo’ti. Yepi te, bhikkhave, devā dīghāyukā vaṇṇavanto sukhabahulā uccesu vimānesu ciraṭṭhitikā tepi tathāgatassa dhammadesanaṃ sutvā yebhuyyena bhayaṃ saṃvegaṃ santāsaṃ āpajjanti – ‘aniccāva kira, bho, mayaṃ samānā niccamhāti amaññimha. Addhuvāva kira, bho, mayaṃ samānā dhuvamhāti amaññimha. Asassatāva kira, bho, mayaṃ samānā sassatamhāti amaññimha. Mayampi kira, bho, aniccā addhuvā asassatā sakkāyapariyāpannā’ti. Evaṃ mahiddhiko kho, bhikkhave, tathāgato sadevakassa lokassa, evaṃ mahesakkho, evaṃ mahānubhāvo’’ti. Idamavoca bhagavā…pe… etadavoca satthā –

«Точно так же, бхиккху, когда в мире появляется Татхагата — арахант, всесовершенный Будда, совершенный в знании и поведении, Сугата, знаток миров, непревзойденный вожатый людей, нуждающихся в обуздании, Учитель богов и людей, Пробужденный, Благословенный, — Он проповедует Дхамму так: „Такова форма, таково ее возникновение, таково ее исчезновение; таково чувство... таково восприятие... таковы волевые формации... таково сознание, таково его возникновение, таково его исчезновение“. И тогда, бхиккху, даже те божества, которые долговечны, прекрасны, преисполнены счастья и долгое время обитают в высоких небесных чертогах, услышав проповедь Дхаммы Татхагаты, в большинстве своем приходят в страх, трепет и ужас, говоря: „Оказывается, друзья, мы непостоянны, хотя считали себя постоянными; оказывается, друзья, мы нестабильны, хотя считали себя стабильными; оказывается, друзья, мы невечны, хотя считали себя вечными. Оказывается, друзья, мы непостоянны, нестабильны, невечны и подвластны самоотождествлению“. Настолько могущественен, бхиккху, Татхагата в мире с его богами, настолько величественен и силен». Это сказал Благословенный... и т. д. ... Учитель добавил следующее:

‘‘Yadā buddho abhiññāya, dhammacakkaṃ pavattayi;

Sadevakassa lokassa, satthā appaṭipuggalo.

«Когда Будда, постигнув высшим знанием, привел в движение Колесо Дхаммы, непревзойденный Учитель в этом мире с его богами [возвестил]:

‘‘Sakkāyañca [Pg.71] nirodhañca, sakkāyassa ca sambhavaṃ;

Ariyañcaṭṭhaṅgikaṃ maggaṃ, dukkhūpasamagāminaṃ.

Прекращение самоотождествления и возникновение самоотождествления, а также Благородный Восьмеричный Путь, ведущий к угасанию страданий.

‘‘Yepi dīghāyukā devā, vaṇṇavanto yasassino;

Bhītā santāsamāpāduṃ, sīhassevitare migā.

И тогда долговечные боги, прекрасные и славные, пришли в страх и затрепетали, подобно прочим зверям, услышавшим львиный рык».

Avītivattā sakkāyaṃ, aniccā kira bho mayaṃ;

Sutvā arahato vākyaṃ, vippamuttassa tādino’’ti. chaṭṭhaṃ;

«Мы не вышли за пределы самоотождествления; о друзья, мы воистину непостоянны», — [так они говорят], услышав слово Араханта, освобождённого, стойкого. Шестая.

7. Khajjanīyasuttaṃ

7. Хаджжания-сутта

79. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Ye hi keci, bhikkhave, samaṇā vā brāhmaṇā vā anekavihitaṃ pubbenivāsaṃ anussaramānā anussaranti sabbete pañcupādānakkhandhe anussaranti etesaṃ vā aññataraṃ. Katame pañca? ‘Evaṃrūpo ahosiṃ atītamaddhāna’nti – iti vā hi, bhikkhave, anussaramāno rūpaṃyeva anussarati. ‘Evaṃvedano ahosiṃ atītamaddhāna’nti – iti vā hi, bhikkhave, anussaramāno vedanaṃyeva anussarati. ‘Evaṃsañño ahosiṃ atītamaddhāna’nti… ‘evaṃsaṅkhāro ahosiṃ atītamaddhāna’nti… ‘evaṃviññāṇo ahosiṃ atītamaddhāna’nti – iti vā hi, bhikkhave, anussaramāno viññāṇameva anussarati’’.

79. В Саваттхи. «Монахи, те отшельники или брахманы, которые, вспоминая свои многочисленные прошлые существования, вспоминают их, все они вспоминают пять совокупностей цепляния или какую-то одну из них. Какие пять? Вспоминая так, монахи: „В прошлом у меня была такая форма“, — человек вспоминает именно форму. Вспоминая: „В прошлом у меня было такое чувство“, — он вспоминает именно чувство. Вспоминая: „В прошлом у меня было такое восприятие“... „В прошлом у меня были такие волевые формирователи“... „В прошлом у меня было такое сознание“, — вспоминая так, монахи, он вспоминает именно сознание».

‘‘Kiñca, bhikkhave, rūpaṃ vadetha? Ruppatīti kho, bhikkhave, tasmā ‘rūpa’nti vuccati. Kena ruppati? Sītenapi ruppati, uṇhenapi ruppati, jighacchāyapi ruppati, pipāsāyapi ruppati, ḍaṃsamakasavātātapasarīsapasamphassenapi ruppati. Ruppatīti kho, bhikkhave, tasmā ‘rūpa’nti vuccati.

«И почему, монахи, вы называете это формой? Она деформируется, монахи, поэтому она и называется формой. Чем она деформируется? Она деформируется от холода, деформируется от тепла, деформируется от голода, деформируется от жажды, деформируется от прикосновения слепней, комаров, ветра, солнца и пресмыкающихся. Она деформируется, монахи, поэтому она и называется формой».

‘‘Kiñca, bhikkhave, vedanaṃ vadetha? Vedayatīti kho, bhikkhave, tasmā ‘vedanā’ti vuccati. Kiñca vedayati? Sukhampi vedayati, dukkhampi vedayati, adukkhamasukhampi vedayati. Vedayatīti kho, bhikkhave, tasmā ‘vedanā’ti vuccati.

«И почему, монахи, вы называете это чувством? Оно чувствует, монахи, поэтому оно и называется чувством. И что оно чувствует? Оно чувствует удовольствие, чувствует боль, чувствует ни-боль-ни-удовольствие. Оно чувствует, монахи, поэтому оно и называется чувством».

‘‘Kiñca, bhikkhave, saññaṃ vadetha? Sañjānātīti kho, bhikkhave, tasmā ‘saññā’ti vuccati. Kiñca sañjānāti? Nīlampi sañjānāti, pītakampi sañjānāti, lohitakampi sañjānāti, odātampi sañjānāti. Sañjānātīti kho, bhikkhave, tasmā ‘saññā’ti vuccati.

«И почему, монахи, вы называете это восприятием? Оно распознает, монахи, поэтому оно и называется восприятием. И что оно распознает? Оно распознает синее, распознает желтое, распознает красное, распознает белое. Оно распознает, монахи, поэтому оно и называется восприятием».

‘‘Kiñca[Pg.72], bhikkhave, saṅkhāre vadetha? Saṅkhatamabhisaṅkharontīti kho, bhikkhave, tasmā ‘saṅkhārā’ti vuccati. Kiñca saṅkhatamabhisaṅkharonti? Rūpaṃ rūpattāya saṅkhatamabhisaṅkharonti, vedanaṃ vedanattāya saṅkhatamabhisaṅkharonti, saññaṃ saññattāya saṅkhatamabhisaṅkharonti, saṅkhāre saṅkhārattāya saṅkhatamabhisaṅkharonti, viññāṇaṃ viññāṇattāya saṅkhatamabhisaṅkharonti. Saṅkhatamabhisaṅkharontīti kho, bhikkhave, tasmā ‘saṅkhārā’ti vuccati.

«И почему, монахи, вы называете их волевыми формирователями? Они конструируют обусловленное, монахи, поэтому они и называются волевыми формирователями. И какое обусловленное они конструируют? Они конструируют обусловленную форму как форму; они конструируют обусловленное чувство как чувство; они конструируют обусловленное восприятие как восприятие; они конструируют обусловленные волевые формирователи как волевые формирователи; они конструируют обусловленное сознание как сознание. Они конструируют обусловленное, монахи, поэтому они и называются волевыми формирователями».

‘‘Kiñca, bhikkhave, viññāṇaṃ vadetha? Vijānātīti kho, bhikkhave, tasmā ‘viññāṇa’nti vuccati. Kiñca vijānāti? Ambilampi vijānāti, tittakampi vijānāti, kaṭukampi vijānāti, madhurampi vijānāti, khārikampi vijānāti, akhārikampi vijānāti, loṇikampi vijānāti, aloṇikampi vijānāti. Vijānātīti kho, bhikkhave, tasmā ‘viññāṇa’nti vuccati.

«И почему, монахи, вы называете это сознанием? Оно познает, монахи, поэтому оно и называется сознанием. И что оно познает? Оно познает кислое, познает горькое, познает острое, познает сладкое, познает едкое, познает мягкое, познает соленое, познает пресное. Оно познает, монахи, поэтому оно и называется сознанием».

‘‘Tatra, bhikkhave, sutavā ariyasāvako iti paṭisañcikkhati – ‘ahaṃ kho etarahi rūpena khajjāmi. Atītampāhaṃ addhānaṃ evameva rūpena khajjiṃ, seyyathāpi etarahi paccuppannena rūpena khajjāmi. Ahañceva kho pana anāgataṃ rūpaṃ abhinandeyyaṃ, anāgatampāhaṃ addhānaṃ evameva rūpena khajjeyyaṃ, seyyathāpi etarahi paccuppannena rūpena khajjāmī’ti. So iti paṭisaṅkhāya atītasmiṃ rūpasmiṃ anapekkho hoti; anāgataṃ rūpaṃ nābhinandati; paccuppannassa rūpassa nibbidāya virāgāya nirodhāya paṭipanno hoti.

«В этом отношении, монахи, обученный благородный ученик размышляет так: „Сейчас меня пожирает форма. В прошлом меня точно так же пожирала форма, как сейчас меня пожирает настоящая форма. Если бы я стал радоваться будущей форме, то и в будущем меня точно так же пожирала бы форма, как сейчас меня пожирает настоящая форма“. Размыслив так, он становится безразличным к прошлой форме, не радуется будущей форме и практикует ради разочарования в настоящей форме, ради угасания страсти к ней и её прекращения».

‘‘‘Ahaṃ kho etarahi vedanāya khajjāmi. Atītampāhaṃ addhānaṃ evameva vedanāya khajjiṃ, seyyathāpi etarahi paccuppannāya vedanāya khajjāmi. Ahañceva kho pana anāgataṃ vedanaṃ abhinandeyyaṃ; anāgatampāhaṃ addhānaṃ evameva vedanāya khajjeyyaṃ, seyyathāpi etarahi paccuppannāya vedanāya khajjāmī’ti. So iti paṭisaṅkhāya atītāya vedanāya anapekkho hoti; anāgataṃ vedanaṃ nābhinandati; paccuppannāya vedanāya nibbidāya virāgāya nirodhāya paṭipanno hoti.

«„Сейчас меня пожирает чувство. В прошлом меня точно так же пожирало чувство, как сейчас меня пожирает настоящее чувство. Если бы я стал радоваться будущему чувству, то и в будущем меня точно так же пожирало бы чувство, как сейчас меня пожирает настоящее чувство“. Размыслив так, он становится безразличным к прошлому чувству, не радуется будущему чувству и практикует ради разочарования в настоящем чувстве, ради угасания страсти к нему и его прекращения».

‘‘‘Ahaṃ kho etarahi saññāya khajjāmi…pe… ahaṃ kho etarahi saṅkhārehi khajjāmi. Atītampāhaṃ addhānaṃ evameva saṅkhārehi khajjiṃ, seyyathāpi etarahi paccuppannehi saṅkhārehi khajjāmīti. Ahañceva kho pana anāgate saṅkhāre abhinandeyyaṃ[Pg.73]; anāgatampāhaṃ addhānaṃ evameva saṅkhārehi khajjeyyaṃ, seyyathāpi etarahi paccuppannehi saṅkhārehi khajjāmī’ti. So iti paṭisaṅkhāya atītesu saṅkhāresu anapekkho hoti; anāgate saṅkhāre nābhinandati; paccuppannānaṃ saṅkhārānaṃ nibbidāya virāgāya nirodhāya paṭipanno hoti.

«„Сейчас меня пожирает восприятие... [как и выше] ...Сейчас меня пожирают волевые формирователи. В прошлом меня точно так же пожирали волевые формирователи, как сейчас меня пожирают настоящие волевые формирователи. Если бы я стал радоваться будущим волевым формирователям, то и в будущем меня точно так же пожирали бы волевые формирователи, как сейчас меня пожирают настоящие волевые формирователи“. Размыслив так, он становится безразличным к прошлым волевым формирователям, не радуется будущим волевым формирователям и практикует ради разочарования в настоящих волевых формирователях, ради угасания страсти к ним и их прекращения».

‘‘‘Ahaṃ kho etarahi viññāṇena khajjāmi. Atītampi addhānaṃ evameva viññāṇena khajjiṃ, seyyathāpi etarahi paccuppannena viññāṇena khajjāmi. Ahañceva kho pana anāgataṃ viññāṇaṃ abhinandeyyaṃ; anāgatampāhaṃ addhānaṃ evameva viññāṇena khajjeyyaṃ, seyyathāpi etarahi paccuppannena viññāṇena khajjāmī’ti. So iti paṭisaṅkhāya atītasmiṃ viññāṇasmiṃ anapekkho hoti; anāgataṃ viññāṇaṃ nābhinandati; paccuppannassa viññāṇassa nibbidāya virāgāya nirodhāya paṭipanno hoti.

«„Сейчас меня пожирает сознание. В прошлом меня точно так же пожирало сознание, как сейчас меня пожирает настоящее сознание. Если бы я стал радоваться будущему сознанию, то и в будущем меня точно так же пожирало бы сознание, как сейчас меня пожирает настоящее сознание“. Размыслив так, он становится безразличным к прошлому сознанию, не радуется будущему сознанию и практикует ради разочарования в настоящем сознании, ради угасания страсти к нему и его прекращения».

‘‘Taṃ kiṃ maññatha, bhikkhave, rūpaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ dukkhaṃ vā taṃ sukhaṃ vā’’ti? ‘‘Dukkhaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ dukkhaṃ vipariṇāmadhammaṃ, kallaṃ nu taṃ samanupassituṃ – ‘etaṃ mama, esohamasmi, eso me attā’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Vedanā … saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ, dukkhaṃ vā taṃ sukhaṃ vā’’ti? ‘‘Dukkhaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ dukkhaṃ vipariṇāmadhammaṃ, kallaṃ nu taṃ samanupassituṃ – ‘etaṃ mama, esohamasmi, eso me attā’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Tasmātiha, bhikkhave, yaṃ kiñci rūpaṃ atītānāgatapaccuppannaṃ ajjhattaṃ vā bahiddhā vā oḷārikaṃ vā sukhumaṃ vā hīnaṃ vā paṇītaṃ vā yaṃ dūre santike vā, sabbaṃ rūpaṃ – ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’ti evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya daṭṭhabbaṃ. Yā kāci vedanā… yā kāci saññā… ye keci saṅkhārā… yaṃ kiñci viññāṇaṃ atītānāgatapaccuppannaṃ…pe… yaṃ dūre santike vā, sabbaṃ viññāṇaṃ – ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’ti evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya daṭṭhabbaṃ’’.

«Как вы думаете, монахи, форма постоянна или непостоянна?» — «Непостоянна, Уважаемый». — «А то, что непостоянно, является страданием или счастьем?» — «Страданием, Уважаемый». — «А то, что непостоянно, подвержено страданию и изменению, правильно ли рассматривать так: „Это моё, это я, это моё „я““?» — «Нет, Уважаемый». — «Чувство... восприятие... волевые формирователи... сознание постоянны или непостоянны?» — «Непостоянны, Уважаемый». — «А то, что непостоянно, является страданием или счастьем?» — «Страданием, Уважаемый». — «А то, что непостоянно, подвержено страданию и изменению, правильно ли рассматривать так: „Это моё, это я, это моё „я““?» — «Нет, Уважаемый». — «Поэтому, монахи, любая форма, будь то прошлая, будущая или настоящая, внутренняя или внешняя, грубая или утонченная, низшая или высшая, далекая или близкая — всякая форма должна рассматриваться в соответствии с действительностью правильной мудростью так: „Это не моё, это не я, это не моё „я““. Любое чувство... Любое восприятие... Любые волевые формирователи... Любое сознание, будь то прошлое, будущее или настоящее... далекое или близкое — всякое сознание должно рассматриваться в соответствии с действительностью правильной мудростью так: „Это не моё, это не я, это не моё „я““».

‘‘Ayaṃ vuccati, bhikkhave, ariyasāvako apacināti, no ācināti; pajahati, na upādiyati; visineti, na ussineti; vidhūpeti, na sandhūpeti. Kiñca apacināti, no ācināti? Rūpaṃ apacināti, no ācināti; vedanaṃ [Pg.74]… saññaṃ… saṅkhāre… viññāṇaṃ apacināti, no ācināti. Kiñca pajahati, na upādiyati? Rūpaṃ pajahati, na upādiyati; vedanaṃ… saññaṃ… saṅkhāre… viññāṇaṃ pajahati, na upādiyati. Kiñca visineti, na ussineti? Rūpaṃ visineti, na ussineti; vedanaṃ… saññaṃ… saṅkhāre… viññāṇaṃ visineti, na ussineti. Kiñca vidhūpeti, na sandhūpeti? Rūpaṃ vidhūpeti, na sandhūpeti; vedanaṃ… saññaṃ… saṅkhāre… viññāṇaṃ vidhūpeti, na sandhūpeti.

«О таком, монахи, говорят: благородный ученик разрушает и не созидает; оставляет и не цепляется; рассеивает и не накапливает; тушит и не разжигает. И что он разрушает и не созидает? Он разрушает форму и не созидает её; он разрушает чувство... восприятие... волевые формирователи... сознание и не созидает их. И что он оставляет и за что не цепляется? Он оставляет форму и не цепляется за неё; он оставляет чувство... восприятие... волевые формирователи... сознание и не цепляется за них. И что он рассеивает и не накапливает? Он рассеивает форму и не накапливает её; он рассеивает чувство... восприятие... волевые формирователи... сознание и не накапливает их. И что он тушит и не разжигает? Он тушит форму и не разжигает её; он тушит чувство... восприятие... волевые формирователи... сознание и не разжигает их».

«Видя так, монахи, обученный благородный ученик испытывает разочарование в форме, испытывает разочарование в чувстве... в восприятии... в волевых формирователях... испытывает разочарование в сознании. Испытывая разочарование, он становится бесстрастным. Благодаря бесстрастию [его ум] освобождается. Когда он освобожден, возникает знание: „Освобожден“. Он постигает: „Рождение уничтожено, святая жизнь прожита, сделано то, что должно было быть сделано, не осталось ничего для этого бытия».

‘‘Ayaṃ vuccati, bhikkhave, bhikkhu nevācināti na apacināti, apacinitvā ṭhito neva pajahati na upādiyati, pajahitvā ṭhito neva visineti na ussineti, visinetvā ṭhito neva vidhūpeti na sandhūpeti. Vidhūpetvā ṭhito kiñca nevācināti na apacināti? Apacinitvā ṭhito rūpaṃ nevācināti na apacināti; apacinitvā ṭhito vedanaṃ… saññaṃ… saṅkhāre… viññāṇaṃ nevācināti na apacināti. Apacinitvā ṭhito kiñca neva pajahati na upādiyati? Pajahitvā ṭhito rūpaṃ neva pajahati na upādiyati; pajahitvā ṭhito vedanaṃ… saññaṃ… saṅkhāre… viññāṇaṃ neva pajahati na upādiyati. Pajahitvā ṭhito kiñca neva visineti na ussineti? Visinetvā ṭhito rūpaṃ neva visineti na ussineti; visinetvā ṭhito vedanaṃ… saññaṃ… saṅkhāre… viññāṇaṃ neva visineti na ussineti. Visinetvā ṭhito kiñca neva vidhūpeti na sandhūpeti? Vidhūpetvā ṭhito rūpaṃ neva vidhūpeti na sandhūpeti; vidhūpetvā ṭhito vedanaṃ… saññaṃ… saṅkhāre… viññāṇaṃ neva vidhūpeti na sandhūpeti. Vidhūpetvā ṭhito evaṃvimuttacittaṃ kho, bhikkhave, bhikkhuṃ saindā devā sabrahmakā sapajāpatikā ārakāva namassanti –

«О таком бхиккху, монахи, говорят: он ни созидает, ни разрушает, но пребывает, уже разрушив; он ни оставляет, ни цепляется, но пребывает, уже оставив; он ни рассеивает, ни накапливает, но пребывает, уже рассеяв; он ни тушит, ни разжигает, но пребывает, уже потушив. И что же он, пребывая в разрушении, ни созидает, ни разрушает? Пребывая в разрушении, он ни созидает, ни разрушает форму; пребывая в разрушении, он ни созидает, ни разрушает чувство... восприятие... волевые формирователи... сознание. И что же он, пребывая в оставлении, ни оставляет, ни цепляется? Пребывая в оставлении, он ни оставляет, ни цепляется за форму; пребывая в оставлении, он ни оставляет, ни цепляется за чувство... восприятие... волевые формирователи... сознание. И что же он, пребывая в рассеянии, ни рассеивает, ни накапливает? Пребывая в рассеянии, он ни рассеивает, ни накапливает форму; пребывая в рассеянии, он ни рассеивает, ни накапливает чувство... восприятие... волевые формирователи... сознание. И что же он, пребывая в потушенном состоянии, ни тушит, ни разжигает? Пребывая в потушенном состоянии, он ни тушит, ни разжигает форму; пребывая в потушенном состоянии, он ни тушит, ни разжигает чувство... восприятие... волевые формирователи... сознание. Когда, монахи, бхиккху обладает таким освобожденным умом, божества вместе с Индрой, Брахмой и Паджапати издалека выражают ему почтение:»

‘‘Namo te purisājañña, namo te purisuttama;

Yassa te nābhijānāma, yampi nissāya jhāyasī’’ti. sattamaṃ;

«„Почтение тебе, о благородный муж! Почтение тебе, о величайший среди людей! Мы сами не знаем доподлинно, на что опираясь, ты медитируешь“». Седьмая.

8. Piṇḍolyasuttaṃ

8. Пиндолья-сутта

80. Ekaṃ [Pg.75] samayaṃ bhagavā sakkesu viharati kapilavatthusmiṃ nigrodhārāme. Atha kho bhagavā kismiñcideva pakaraṇe bhikkhusaṅghaṃ paṇāmetvā pubbaṇhasamayaṃ nivāsetvā pattacīvaramādāya kapilavatthuṃ piṇḍāya pāvisi. Kapilavatthusmiṃ piṇḍāya caritvā pacchābhattaṃ piṇḍapātapaṭikkanto yena mahāvanaṃ tenupasaṅkami divāvihārāya. Mahāvanaṃ ajjhogāhetvā beluvalaṭṭhikāya mūle divāvihāraṃ nisīdi.

80. Однажды Благословенный пребывал в стране сакьев, в Капилаваттху, в роще Нигродхи. Тогда Благословенный по некоторой причине распустил общину бхиккху, а утром, одевшись и взяв чашу и верхнюю одежду, вошел в Капилаваттху за подаянием. Обойдя Капилаваттху в поисках подаяния и вернувшись после полуденной трапезы, он направился в Великий Лес для дневного пребывания. Углубившись в Великий Лес, он сел у подножия молодого дерева белва для дневного пребывания.

Atha kho bhagavato rahogatassa paṭisallīnassa evaṃ cetaso parivitakko udapādi – ‘‘mayā kho bhikkhusaṅgho pabāḷho. Santettha bhikkhū navā acirapabbajitā adhunāgatā imaṃ dhammavinayaṃ. Tesaṃ mamaṃ apassantānaṃ siyā aññathattaṃ siyā vipariṇāmo. Seyyathāpi nāma vacchassa taruṇassa mātaraṃ apassantassa siyā aññathattaṃ siyā vipariṇāmo, evameva santettha bhikkhū navā acirapabbajitā adhunāgatā imaṃ dhammavinayaṃ tesaṃ mamaṃ apassantānaṃ siyā aññathattaṃ siyā vipariṇāmo. Seyyathāpi nāma bījānaṃ taruṇānaṃ udakaṃ alabhantānaṃ siyā aññathattaṃ siyā vipariṇāmo, evameva santettha…pe… tesaṃ mamaṃ alabhantānaṃ dassanāya siyā aññathattaṃ siyā vipariṇāmo. Yaṃnūnāhaṃ yatheva mayā pubbe bhikkhusaṅgho anuggahito, evameva etarahi anuggaṇheyyaṃ bhikkhusaṅgha’’nti.

«Тогда у Благословенного, пребывавшего в уединении, возникло такое размышление: „Я отослал общину бхиккху. Но среди них есть новые бхиккху, недавно принявшие постриг, новоприбывшие в эти Дхамму и Винаю. Если они не будут видеть меня, в них может произойти перемена или ухудшение. Подобно тому как у молодого теленка, не видящего свою мать, может произойти перемена или ухудшение, точно так же и среди этих новых бхиккху, недавно принявших постриг, новоприбывших в эти Дхамму и Винаю, если они не будут видеть меня, может произойти перемена или ухудшение. Подобно тому как у молодых ростков, не получающих воду, может произойти перемена или увядание, точно так же и среди этих новых бхиккху, недавно принявших постриг, новоприбывших в эти Дхамму и Винаю, если они лишатся возможности видеть меня, может произойти перемена или ухудшение. Что если я поддержу общину бхиккху теперь точно так же, как поддерживал её прежде?“»

Atha kho brahmā sahampati bhagavato cetasā cetoparivitakkamaññāya – seyyathāpi nāma balavā puriso samiñjitaṃ vā bāhaṃ pasāreyya pasāritaṃ vā bāhaṃ samiñjeyya evameva – brahmaloke antarahito bhagavato purato pāturahosi. Atha kho brahmā sahampati ekaṃsaṃ uttarāsaṅgaṃ karitvā yena bhagavā tenañjaliṃ paṇāmetvā bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘evametaṃ, bhagavā; evametaṃ, sugata! Bhagavato, bhante, bhikkhusaṅgho pabāḷho. Santettha bhikkhū navā acirapabbajitā adhunāgatā imaṃ dhammavinayaṃ. Tesaṃ bhagavantaṃ apassantānaṃ siyā aññathattaṃ siyā vipariṇāmo. Seyyathāpi nāma vacchassa taruṇassa mātaraṃ apassantassa siyā aññathattaṃ siyā vipariṇāmo, evameva santettha bhikkhū navā acirapabbajitā [Pg.76] adhunāgatā imaṃ dhammavinayaṃ tesaṃ bhagavantaṃ apassantānaṃ siyā aññathattaṃ siyā vipariṇāmo. Seyyathāpi nāma bījānaṃ taruṇānaṃ udakaṃ alabhantānaṃ siyā aññathattaṃ siyā vipariṇāmo, evameva santettha bhikkhū navā acirapabbajitā adhunāgatā imaṃ dhammavinayaṃ, tesaṃ bhagavantaṃ alabhantānaṃ dassanāya siyā aññathattaṃ siyā vipariṇāmo. Abhinandatu, bhante, bhagavā bhikkhusaṅghaṃ; abhivadatu, bhante, bhagavā bhikkhusaṅghaṃ. Yatheva bhagavatā pubbe bhikkhusaṅgho anuggahito, evameva etarahi anuggaṇhātu bhikkhusaṅgha’’nti.

«Тогда Брахма Сахампати, узнав своим умом размышление в уме Благословенного, исчез из мира Брахмы и предстал перед Благословенным так же быстро, как сильный человек выпрямляет согнутую руку или сгибает вытянутую руку. Брахма Сахампати поправил верхнее одеяние на одно плечо и, почтительно сложив ладони в сторону Благословенного, сказал ему: „Это так, Благословенный! Это так, Сугата! О Господин, община бхиккху была отослана Благословенным. Но среди них есть новые бхиккху, недавно принявшие постриг, новоприбывшие в эти Дхамму и Винаю. Если они не будут видеть Благословенного, в них может произойти перемена или ухудшение. Подобно тому как у молодого теленка, не видящего свою мать, может произойти перемена или ухудшение, точно так же и среди этих новых бхиккху, недавно принявших постриг, новоприбывших в эти Дхамму и Винаю, если они не будут видеть Благословенного, может произойти перемена или ухудшение. Подобно тому как у молодых ростков, не получающих воду, может произойти перемена или увядание, точно так же и среди этих новых бхиккху, недавно принявших постриг, новоприбывших в эти Дхамму и Винаю, если они лишатся возможности видеть Благословенного, может произойти перемена или ухудшение. Пусть же Благословенный, Господин, благоволит к общине бхиккху! Пусть Благословенный, Господин, наставит общину бхиккху! Как Благословенный поддерживал общину бхиккху прежде, пусть точно так же он поддержит общину бхиккху и теперь!“»

Adhivāsesi bhagavā tuṇhībhāvena. Atha kho brahmā sahampati bhagavato adhivāsanaṃ viditvā bhagavantaṃ abhivādetvā padakkhiṇaṃ katvā tatthevantaradhāyi.

«Благословенный выразил согласие молчанием. Тогда Брахма Сахампати, поняв согласие Благословенного, поклонился ему и, обойдя его по часовой стрелке, тут же исчез.»

Atha kho bhagavā sāyanhasamayaṃ paṭisallānā vuṭṭhito yena nigrodhārāmo tenupasaṅkami; upasaṅkamitvā paññatte āsane nisīdi. Nisajja kho bhagavā tathārūpaṃ iddhābhisaṅkhāraṃ abhisaṅkhāsi yathā te bhikkhū (ekadvīhikāya sārajjamānarūpā yenāhaṃ tenupasaṅkameyyuṃ. Tepi bhikkhū ) ekadvīhikāya sārajjamānarūpā yena bhagavā tenupasaṅkamiṃsu; upasaṅkamitvā bhagavantaṃ abhivādetvā ekamantaṃ nisīdiṃsu. Ekamantaṃ nisinne kho te bhikkhū bhagavā etadavoca –

«Затем вечером Благословенный поднялся от уединения и направился в монастырь Нигродхарама. Придя туда, он сел на приготовленное сиденье. Сев, Благословенный совершил такое проявление сверхъестественной силы, чтобы эти бхиккху подходили к нему по одному или по двое, робко и со смущением. И эти бхиккху по одному или по двое, робко и со смущением, подошли к Благословенному. Приблизившись, они поклонились Благословенному и сели с одной стороны. Когда они сели с одной стороны, Благословенный обратился к ним с такими словами:»

‘‘Antamidaṃ, bhikkhave, jīvikānaṃ yadidaṃ piṇḍolyaṃ. Abhisāpoyaṃ, bhikkhave, lokasmiṃ piṇḍolo vicarasi pattapāṇīti. Tañca kho etaṃ, bhikkhave, kulaputtā upenti atthavasikā, atthavasaṃ paṭicca; neva rājābhinītā, na corābhinītā, na iṇaṭṭā, na bhayaṭṭā, na ājīvikāpakatā; api ca kho otiṇṇāmha jātiyā jarāya maraṇena sokehi paridevehi dukkhehi domanassehi upāyāsehi dukkhotiṇṇā dukkhaparetā appeva nāma imassa kevalassa dukkhakkhandhassa antakiriyā paññāyethāti.

«— Бхиккху, это самый низкий способ добывания средств к жизни — сбор милостыни. В мире это считается оскорблением: „Ты побирушка, бродишь с чашей для подаяния в руках!“ И всё же, бхиккху, сыновья из хороших семей избирают такой образ жизни ради благой цели, ради истинной пользы. Они делают это не потому, что их принудили к этому цари, не потому, что их принудили разбойники, не из-за долгов, не из страха и не ради простого пропитания. Но они делают это с мыслью: „Мы погружены в рождение, старение и смерть, в скорбь, стенания, боль, печаль и отчаяние. Мы охвачены страданием, угнетены страданием. Быть может, откроется способ положить конец всей этой массе страдания!“»

‘‘Evaṃ pabbajito cāyaṃ, bhikkhave, kulaputto. So ca hoti abhijjhālu kāmesu tibbasārāgo byāpannacitto paduṭṭhamanasaṅkappo muṭṭhassati asampajāno asamāhito vibbhantacitto pākatindriyo. Seyyathāpi, bhikkhave[Pg.77], chavālātaṃ ubhatopadittaṃ majjhe gūthagataṃ, neva gāme kaṭṭhatthaṃ pharati, nāraññe kaṭṭhatthaṃ pharati. Tathūpamāhaṃ, bhikkhave, imaṃ puggalaṃ vadāmi gihibhogā ca parihīno, sāmaññatthañca na paripūreti.

«— И вот, бхиккху, этот сын из хорошей семьи принял постриг. Но при этом он остается алчным, охваченным сильной страстью к чувственным удовольствиям, с умом, полным недоброжелательности, с намерениями, оскверненными злобой, забывчивым, лишенным ясного понимания, несобранным, с блуждающим умом и необузданными органами чувств. Подобно тому как головня с погребального костра, горящая с обоих концов и испачканная нечистотами посередине, не может быть использована в качестве древесины ни в деревне, ни в лесу, точно так же, бхиккху, я говорю об этом человеку: он лишился мирских благ домохозяина и в то же время не достигает плодов отшельничества.»

‘‘Tayome, bhikkhave, akusalavitakkā – kāmavitakko, byāpādavitakko, vihiṃsāvitakko. Ime ca bhikkhave, tayo akusalavitakkā kva aparisesā nirujjhanti? Catūsu vā satipaṭṭhānesu suppatiṭṭhitacittassa viharato animittaṃ vā samādhiṃ bhāvayato. Yāvañcidaṃ, bhikkhave, alameva animitto samādhi bhāvetuṃ. Animitto, bhikkhave, samādhi bhāvito bahulīkato mahapphalo hoti mahānisaṃso.

«— Есть, бхиккху, эти три вида неблагих мыслей: мысли о чувственных удовольствиях, мысли о недоброжелательности, мысли о причинении вреда. И где, бхиккху, эти три вида неблагих мыслей прекращаются без остатка? У того, кто пребывает с умом, хорошо утвержденным в четырех основах осознанности (сатипаттханах), или у того, кто развивает сосредоточение без признаков (анимитта-самадхи). Этого вполне достаточно, бхиккху, чтобы развивать сосредоточение без признаков. Когда сосредоточение без признаков развито и взращено, бхиккху, оно приносит великий плод и великую пользу.»

‘‘Dvemā, bhikkhave, diṭṭhiyo – bhavadiṭṭhi ca vibhavadiṭṭhi ca. Tatra kho, bhikkhave, sutavā ariyasāvako iti paṭisañcikkhati – ‘atthi nu kho taṃ kiñci lokasmiṃ yamahaṃ upādiyamāno na vajjavā assa’nti? So evaṃ pajānāti – ‘natthi nu kho taṃ kiñci lokasmiṃ yamahaṃ upādiyamāno na vajjavā assaṃ. Ahañhi rūpaññeva upādiyamāno upādiyeyyaṃ vedanaññeva… saññaññeva… saṅkhāreyeva viññāṇaññeva upādiyamāno upādiyeyyaṃ. Tassa me assa upādānapaccayā bhavo; bhavapaccayā jāti; jātipaccayā jarāmaraṇaṃ sokaparidevadukkhadomanassupāyāsā sambhaveyyuṃ. Evametassa kevalassa dukkhakkhandhassa samudayo assā’’’ti.

«— Есть, бхиккху, эти два воззрения: воззрение о существовании (бхава-диттхи) и воззрение о несуществовании (вибхава-диттхи). В связи с этим, бхиккху, обученный благородный ученик размышляет так: „Есть ли в мире что-либо, за что я мог бы цепляться без того, чтобы быть заслуживающим порицания?“ И он понимает так: „Нет в мире ничего, за что я мог бы цепляться без того, чтобы быть заслуживающим порицания. Ведь если бы я цеплялся, я цеплялся бы только за форму, только за чувство, только за восприятие, только за волевые формации, только за сознание. Из-за этого моего цепляния как условия возникло бы существование; с существованием как условием возникло бы рождение; с рождением как условием возникли бы старение и смерть, скорбь, стенания, боль, печаль и отчаяние. Таково было бы происхождение всей этой массы страдания“.»

«— Как вы думаете, бхиккху, форма постоянна или непостоянна? — Непостоянна, Господин. — А то, что непостоянно — является ли оно страданием или счастьем? — Страданием, Господин. — Но применимо ли рассматривать то, что непостоянно, подвержено страданию и изменению, таким образом: „Это мое, это я, это моя сущность (атта)“? — Нет, Господин. — Чувство... восприятие... волевые формации... сознание... Поэтому, бхиккху, видя так... он понимает: „...не осталось ничего более для этого состояния бытия“. Восьмая сутта.»

9. Pālileyyasuttaṃ

9. «Палилейя-сутта»

81. Ekaṃ samayaṃ bhagavā kosambiyaṃ viharati ghositārāme. Atha kho bhagavā pubbaṇhasamayaṃ nivāsetvā pattacīvaramādāya kosambiṃ piṇḍāya pāvisi. Kosambiyaṃ piṇḍāya caritvā pacchābhattaṃ piṇḍapātapaṭikkanto sāmaṃ senāsanaṃ saṃsāmetvā pattacīvaramādāya anāmantetvā [Pg.78] upaṭṭhāke anapaloketvā bhikkhusaṅghaṃ eko adutiyo cārikaṃ pakkāmi.

81. «Одно время Благословенный пребывал в Косамби, в монастыре Госитарама. Тогда утром Благословенный оделся, взял чашу и верхнее одеяние и вошел в Косамби за подаянием. Обойдя Косамби за подаянием и вернувшись обратно, после полуденной трапезы он сам привел в порядок свое жилище, взял чашу и верхнее одеяние и, не предупредив своих личных помощников, не попрощавшись с общиной бхиккху, отправился в странствие один, без спутников.»

Atha kho aññataro bhikkhu acirapakkantassa bhagavato yenāyasmā ānando tenupasaṅkami; upasaṅkamitvā āyasmantaṃ ānandaṃ etadavoca – ‘‘esāvuso, ānanda, bhagavā sāmaṃ senāsanaṃ saṃsāmetvā pattacīvaramādāya anāmantetvā upaṭṭhāke anapaloketvā bhikkhusaṅghaṃ eko adutiyo cārikaṃ pakkanto’’ti. ‘‘Yasmiṃ, āvuso, samaye bhagavā sāmaṃ senāsanaṃ saṃsāmetvā pattacīvaramādāya anāmantetvā upaṭṭhāke anapaloketvā bhikkhusaṅghaṃ eko adutiyo cārikaṃ pakkamati, ekova bhagavā tasmiṃ samaye viharitukāmo hoti; na bhagavā tasmiṃ samaye kenaci anubandhitabbo hotī’’ti.

«Вскоре после ухода Благословенного некий бхиккху подошел к почтенному Ананде и сказал ему: „Друг Ананда, Благословенный сам привел в порядок свое жилище, взял чашу и верхнее одеяние и, не предупредив своих личных помощников, не попрощавшись с общиной бхиккху, отправился в странствие один, без спутников“. — Друг, когда Благословенный уходит таким образом, он желает пребывать в одиночестве. В такое время никому не следует следовать за Благословенным.»

Atha kho bhagavā anupubbena cārikaṃ caramāno yena pālileyyakaṃ tadavasari. Tatra sudaṃ bhagavā pālileyyake viharati bhaddasālamūle. Atha kho sambahulā bhikkhū yenāyasmā ānando tenupasaṅkamiṃsu; upasaṅkamitvā āyasmatā ānandena saddhiṃ sammodiṃsu. Sammodanīyaṃ kathaṃ sāraṇīyaṃ vītisāretvā ekamantaṃ nisīdiṃsu. Ekamantaṃ nisinnā kho te bhikkhū āyasmantaṃ ānandaṃ etadavocuṃ – ‘‘cirassutā kho no, āvuso ānanda, bhagavato sammukhā dhammī kathā; icchāma mayaṃ, āvuso ānanda, bhagavato sammukhā dhammiṃ kathaṃ sotu’’nti.

«Затем Благословенный, постепенно продвигаясь в своем странствии, прибыл в Палилейяку. Там Благословенный остановился в Палилейяке у подножия прекрасного дерева сал. Тогда множество бхиккху подошли к почтенному Ананде и обменялись с ним приветствиями. Завершив дружескую и вежливую беседу, они сели с одной стороны и сказали почтенному Ананде: „Друг Ананда, прошло уже много времени с тех пор, как мы слышали беседу о Дхамме из уст самого Благословенного. Мы бы хотели, друг Ананда, услышать беседу о Дхамме из уст самого Благословенного“.»

Atha kho āyasmā ānando tehi bhikkhūhi saddhiṃ yena pālileyyakaṃ bhaddasālamūlaṃ yena bhagavā tenupasaṅkami; upasaṅkamitvā bhagavantaṃ abhivādetvā ekamantaṃ nisīdi. Ekamantaṃ nisinne kho te bhikkhū bhagavā dhammiyā kathāya sandassesi samādapesi samuttejesi sampahaṃsesi. Tena kho pana samayena aññatarassa bhikkhuno evaṃ cetaso parivitakko udapādi – ‘‘kathaṃ nu kho jānato kathaṃ passato anantarā āsavānaṃ khayo hotī’’ti? Atha kho bhagavā tassa bhikkhuno cetasā cetoparivitakkamaññāya bhikkhū āmantesi – ‘‘vicayaso desito, bhikkhave, mayā dhammo; vicayaso desitā cattāro satipaṭṭhānā; vicayaso desitā cattāro sammappadhānā; vicayaso [Pg.79] desitā cattāro iddhipādā; vicayaso desitāni pañcindriyāni; vicayaso desitāni pañca balāni; vicayaso desitā sattabojjhaṅgā; vicayaso desito ariyo aṭṭhaṅgiko maggo. Evaṃ vicayaso desito, bhikkhave, mayā dhammo. Evaṃ vicayaso desite kho, bhikkhave, mayā dhamme atha ca panidhekaccassa bhikkhuno evaṃ cetaso parivitakko udapādi – ‘kathaṃ nu kho jānato kathaṃ passato anantarā āsavānaṃ khayo hotī’’’ti?

«Тогда почтенный Ананда вместе с теми бхиккху направился в Палилейяку, к подножию прекрасного дерева сал, где находился Благословенный. Приблизившись, они поклонились Благословенному и сели с одной стороны. Когда они сели с одной стороны, Благословенный наставил, воодушевил, вдохновил и порадовал этих бхиккху беседой о Дхамме. В это время у одного из бхиккху возникло такое размышление в уме: „Как именно нужно знать, как именно нужно видеть, чтобы произошло непосредственное уничтожение пятен ума (асав)?“ Благословенный, узнав своим умом размышление в уме того бхиккху, обратился к бхиккху: „Бхиккху, это Учение (Дхамма) было преподано мною с подробным разбором. С подробным разбором были преподаны четыре основы осознанности (сатипаттханы); с подробным разбором были преподаны четыре правильных усилия; с подробным разбором были преподаны четыре основы сверхъестественных сил; с подробным разбором были преподаны пять способностей; с подробным разбором были преподаны пять сил; с подробным разбором были преподаны seven факторов просветления; с подробным разбором был преподан Благородный Восьмеричный Путь. Так подробно было преподано мною это Учение, бхиккху. И тем не менее, когда это Учение было так подробно преподано мною, у одного из бхиккху возникло такое размышление в уме: ‘Как именно нужно знать, как именно нужно видеть, чтобы произошло непосредственное уничтожение пятен ума (асав)?’“»

‘‘Kathañca, bhikkhave, jānato kathaṃ passato anantarā āsavānaṃ khayo hoti? Idha bhikkhave, assutavā puthujjano ariyānaṃ adassāvī ariyadhammassa akovido ariyadhamme avinīto, sappurisānaṃ adassāvī sappurisadhammassa akovido sappurisadhamme avinīto rūpaṃ attato samanupassati. Yā kho pana sā, bhikkhave, samanupassanā saṅkhāro so. So pana saṅkhāro kiṃnidāno kiṃsamudayo kiṃjātiko kiṃpabhavo? Avijjāsamphassajena, bhikkhave, vedayitena phuṭṭhassa assutavato puthujjanassa uppannā taṇhā; tatojo so saṅkhāro. Iti kho, bhikkhave, sopi saṅkhāro anicco saṅkhato paṭiccasamuppanno. Sāpi taṇhā aniccā saṅkhatā paṭiccasamuppannā. Sāpi vedanā aniccā saṅkhatā paṭiccasamuppannā. Sopi phasso anicco saṅkhato paṭiccasamuppanno. Sāpi avijjā aniccā saṅkhatā paṭiccasamuppannā. Evampi kho, bhikkhave, jānato evaṃ passato anantarā āsavānaṃ khayo hoti.

«И как, бхиккху, у того, кто знает, у того, кто видит, происходит немедленное уничтожение асав? Здесь, бхиккху, необученный обыватель, не видящий благородных, не сведущий в Дхамме благородных, не обученный Дхамме благородных, не видящий истинных людей, не сведущий в Дхамме истинных людей, не обученный Дхамме истинных людей, рассматривает форму как себя. Это рассматривание, бхиккху, есть санкхара. А эта санкхара — каков её источник, каково её происхождение, из чего она рождена, чем вызвана? У необученного обывателя, затронутого чувством, рождённым от контакта, сопряжённого с невежеством, возникает жажда; от этого рождается та санкхара. Таким образом, бхиккху, и та санкхара непостоянна, обусловлена, зависимо возникла. И та жажда непостоянна, обусловлена, зависимо возникла. И то чувство непостоянно, обусловлено, зависимо возникло. И тот контакт непостоянен, обусловлен, зависимо возник. И то невежество непостоянно, обусловлено, зависимо возникло. Вот так, бхиккху, у того, кто знает, у того, кто видит, происходит немедленное уничтожение асав».

‘‘Na heva kho rūpaṃ attato samanupassati; api ca kho rūpavantaṃ attānaṃ samanupassati. Yā kho pana sā, bhikkhave, samanupassanā saṅkhāro so. So pana saṅkhāro kiṃnidāno kiṃsamudayo kiṃjātiko kiṃpabhavo? Avijjāsamphassajena, bhikkhave, vedayitena phuṭṭhassa assutavato puthujjanassa uppannā taṇhā; tatojo so saṅkhāro. Iti kho, bhikkhave, sopi saṅkhāro anicco saṅkhato paṭiccasamuppanno. Sāpi taṇhā… sāpi vedanā… sopi phasso… sāpi avijjā aniccā saṅkhatā paṭiccasamuppannā. Evampi kho, bhikkhave, jānato evaṃ passato anantarā āsavānaṃ khayo hoti.

«Он может не рассматривать форму как себя, но он рассматривает себя как обладающего формой. Это рассматривание, бхиккху, есть санкхара. А эта санкхара — каков её источник, каково её происхождение, из чего она рождена, чем вызвана? У необученного обывателя, затронутого чувством, рождённым от контакта, сопряжённого с невежеством, возникает жажда; от этого рождается та санкхара. Таким образом, бхиккху, и та санкхара непостоянна, обусловлена, зависимо возникла. И та жажда... и то чувство... и тот контакт... и то невежество непостоянно, обусловлено, зависимо возникло. Вот так, бхиккху, у того, кто знает, у того, кто видит, происходит немедленное уничтожение асав».

‘‘Na heva kho rūpaṃ attato samanupassati, na rūpavantaṃ attānaṃ samanupassati; api ca kho attani rūpaṃ samanupassati. Yā kho pana sā, bhikkhave[Pg.80], samanupassanā saṅkhāro so. So pana saṅkhāro kiṃnidāno kiṃsamudayo kiṃjātiko kiṃpabhavo? Avijjāsamphassajena, bhikkhave, vedayitena phuṭṭhassa assutavato puthujjanassa uppannā taṇhā; tatojo so saṅkhāro. Iti kho, bhikkhave, sopi saṅkhāro anicco saṅkhato paṭiccasamuppanno. Sāpi taṇhā… sāpi vedanā… sopi phasso… sāpi avijjā aniccā saṅkhatā paṭiccasamuppannā. Evampi kho, bhikkhave, jānato evaṃ passato anantarā āsavānaṃ khayo hoti.

«Он может не рассматривать форму как себя или себя как обладающего формой, но он рассматривает форму в себе. Это рассматривание, бхиккху, есть санкхара. А эта санкхара — каков её источник, каково её происхождение, из чего она рождена, чем вызвана? У необученного обывателя, затронутого чувством, рождённым от контакта, сопряжённого с невежеством, возникает жажда; от этого рождается та санкхара. Таким образом, бхиккху, и та санкхара непостоянна, обусловлена, зависимо возникла. И та жажда... и то чувство... и тот контакт... и то невежество непостоянно, обусловлено, зависимо возникло. Вот так, бхиккху, у того, кто знает, у того, кто видит, происходит немедленное уничтожение асав».

‘‘Na heva kho rūpaṃ attato samanupassati, na rūpavantaṃ attānaṃ samanupassati, na attani rūpaṃ samanupassati; api ca kho rūpasmiṃ attānaṃ samanupassati. Yā kho pana sā, bhikkhave, samanupassanā saṅkhāro so. So pana saṅkhāro kiṃnidāno kiṃsamudayo kiṃjātiko kiṃpabhavo? Avijjāsamphassajena, bhikkhave, vedayite phuṭṭhassa assutavato puthujjanassa uppannā taṇhā; tatojo so saṅkhāro. Iti kho, bhikkhave, sopi saṅkhāro anicco saṅkhato paṭiccasamuppanno. Sāpi taṇhā … sāpi vedanā… sopi phasso… sāpi avijjā aniccā saṅkhatā paṭiccasamuppannā. Evampi kho, bhikkhave, jānato…pe… āsavānaṃ khayo hoti.

«Он может не рассматривать форму как себя, или себя как обладающего формой, или форму в себе, но он рассматривает себя в форме. Это рассматривание, бхиккху, есть санкхара. А эта санкхара — каков её источник, каково её происхождение, из чего она рождена, чем вызвана? У необученного обывателя, затронутого чувством, рождённым от контакта, сопряжённого с невежеством, возникает жажда; от этого рождается та санкхара. Таким образом, бхиккху, и та санкхара непостоянна, обусловлена, зависимо возникла. И та жажда... и то чувство... и тот контакт... и то невежество непостоянно, обусловлено, зависимо возникло. Вот так, бхиккху, у того, кто знает... [и т. д.] ...происходит уничтожение асав».

‘‘Na heva kho rūpaṃ attato samanupassati, na rūpavantaṃ attānaṃ, na attani rūpaṃ, na rūpasmiṃ attānaṃ samanupassati; api ca kho vedanaṃ attato samanupassati, api ca kho vedanāvantaṃ attānaṃ samanupassati, api ca kho attani vedanaṃ samanupassati, api ca kho vedanāya attānaṃ samanupassati; api ca kho saññaṃ… api ca kho saṅkhāre attato samanupassati, api ca kho saṅkhāravantaṃ attānaṃ samanupassati, api ca kho attani saṅkhāre samanupassati, api ca kho saṅkhāresu attānaṃ samanupassati; api ca kho viññāṇaṃ attato samanupassati, api ca kho viññāṇavantaṃ attānaṃ, api ca kho attani viññāṇaṃ, api ca kho viññāṇasmiṃ attānaṃ samanupassati. Yā kho pana sā, bhikkhave, samanupassanā saṅkhāro so. So pana saṅkhāro kiṃnidāno…pe… kiṃpabhavo? Avijjāsamphassajena, bhikkhave, vedayite phuṭṭhassa assutavato puthujjanassa uppannā taṇhā; tatojo so saṅkhāro. Iti kho, bhikkhave, sopi saṅkhāro anicco saṅkhato paṭiccasamuppanno. Sāpi taṇhā… sāpi vedanā… sopi phasso [Pg.81]… sāpi avijjā aniccā saṅkhatā paṭiccasamuppannā. Evaṃ kho, bhikkhave, jānato evaṃ passato anantarā āsavānaṃ khayo hoti.

«Он может не рассматривать форму как себя, или себя как обладающего формой, или форму в себе, или себя в форме; но он рассматривает чувство как себя, или себя как обладающего чувством, или чувство в себе, или себя в чувстве; он рассматривает восприятие... он рассматривает волевые формации как себя, или себя как обладающего волевыми формациями, или волевые формации в себе, или себя в волевых формациях; он рассматривает сознание как себя, или себя как обладающего сознанием, или сознание в себе, или себя в сознании. Это рассматривание, бхиккху, есть санкхара. А эта санкхара — каков её источник... [и т. д.] ...чем вызвана? У необученного обывателя, затронутого чувством, рождённым от контакта, сопряжённого с невежеством, возникает жажда; от этого рождается та санкхара. Таким образом, бхиккху, и та санкхара непостоянна, обусловлена, зависимо возникла. И та жажда... и то чувство... и тот контакт... и то невежество непостоянно, обусловлено, зависимо возникло. Вот так, бхиккху, у того, кто знает, у того, кто видит, происходит немедленное уничтожение асав».

‘‘Na heva kho rūpaṃ attato samanupassati, na vedanaṃ attato samanupassati, na saññaṃ… na saṅkhāre… na viññāṇaṃ attato samanupassati; api ca kho evaṃdiṭṭhi hoti – ‘so attā so loko, so pecca bhavissāmi nicco dhuvo sassato avipariṇāmadhammo’ti. Yā kho pana sā, bhikkhave, sassatadiṭṭhi saṅkhāro so. So pana saṅkhāro kiṃnidāno…pe… evampi kho, bhikkhave, jānato evaṃ passato anantarā āsavānaṃ khayo hoti.

«Он может не рассматривать форму как себя, или чувство как себя, или восприятие... или волевые формации... или сознание как себя; но у него есть такое воззрение: „То, что есть моё «я» — это и есть мир; после смерти я буду постоянным, стабильным, вечным, не подверженным изменениям“. Это воззрение о вечности, бхиккху, есть санкхара. А эта санкхара — каков её источник... [и т. д.] ...Вот так, бхиккху, у того, кто знает, у того, кто видит, происходит немедленное уничтожение асав».

‘‘Na heva kho rūpaṃ attato samanupassati, na vedanaṃ … na saññaṃ… na saṅkhāre… na viññāṇaṃ attato samanupassati; nāpi evaṃdiṭṭhi hoti – ‘so attā so loko, so pecca bhavissāmi nicco dhuvo sassato avipariṇāmadhammo’ti. Api ca kho evaṃdiṭṭhi hoti – ‘no cassaṃ no ca me siyā nābhavissaṃ na me bhavissatī’ti. Yā kho pana sā, bhikkhave, ucchedadiṭṭhi saṅkhāro so. So pana saṅkhāro kiṃnidāno kiṃsamudayo kiṃjātiko kiṃpabhavo? Avijjāsamphassajena, bhikkhave, vedayitena phuṭṭhassa assutavato puthujjanassa uppannā taṇhā; tatojo so saṅkhāro. Iti kho, bhikkhave, sopi saṅkhāro anicco…pe… evampi kho, bhikkhave, jānato evaṃ passato anantarā āsavānaṃ khayo hoti.

«Он может не рассматривать форму как себя, или чувство... или восприятие... или волевые формации... или сознание как себя; и у него нет такого воззрения: „То, что есть моё «я» — это и есть мир; после смерти я буду постоянным, стабильным, вечным, не подверженным изменениям“. Но у него есть такое воззрение: „Меня могло бы не быть, и у меня могло бы ничего не быть; меня не будет, и у меня ничего не будет“. Это воззрение об уничтожении, бхиккху, есть санкхара. А эта санкхара — каков её источник, каково её происхождение, из чего она рождена, чем вызвана? У необученного обывателя, затронутого чувством, рождённым от контакта, сопряжённого с невежеством, возникает жажда; от этого рождается та санкхара. Таким образом, бхиккху, и та санкхара непостоянна... [и т. д.] ...Вот так, бхиккху, у того, кто знает, у того, кто видит, происходит немедленное уничтожение асав».

‘‘Na heva kho rūpaṃ attato samanupassati, na vedanaṃ… na saññaṃ… na saṅkhāre… na viññāṇaṃ attato samanupassati…pe… na viññāṇasmiṃ attato samanupassati, nāpi evaṃdiṭṭhi hoti – ‘so attā so loko, so pecca bhavissāmi nicco dhuvo sassato avipariṇāmadhammo’ti; nāpi evaṃdiṭṭhi hoti – ‘no cassaṃ no ca me siyā nābhavissaṃ na me bhavissatī’ti; api ca kho kaṅkhī hoti vicikicchī aniṭṭhaṅgato saddhamme. Yā kho pana sā, bhikkhave, kaṅkhitā vicikicchitā aniṭṭhaṅgatatā saddhamme saṅkhāro so. So pana saṅkhāro kiṃnidāno kiṃsamudayo kiṃjātiko kiṃpabhavo? Avijjāsamphassajena, bhikkhave, vedayitena phuṭṭhassa assutavato puthujjanassa uppannā taṇhā; tatojo so saṅkhāro. Iti kho, bhikkhave, sopi saṅkhāro anicco saṅkhato [Pg.82] paṭiccasamuppanno. Sāpi taṇhā aniccā saṅkhatā paṭiccasamuppannā. Sāpi vedanā aniccā saṅkhatā paṭiccasamuppannā. Sopi phasso anicco saṅkhato paṭiccasamuppanno. Sāpi avijjā aniccā saṅkhatā paṭiccasamuppannā. Evaṃ kho, bhikkhave, jānato evaṃ passato anantarā āsavānaṃ khayo hotī’’ti. Navamaṃ.

«Он может не рассматривать форму как себя, или чувство... или восприятие... или волевые формации... или сознание как себя... [и т. д.] ...или себя в сознании; и у него нет такого воззрения: „То, что есть моё «я» — это и есть мир; после смерти я буду постоянным, стабильным, вечным, не подверженным изменениям“; и у него нет такого воззрения: „Меня могло бы не быть, и у меня могло бы ничего не быть; меня не будет, и у меня ничего не будет“; но он колеблется, сомневается, не имеет твёрдой уверенности в отношении Истинной Дхаммы. Это колебание, сомнение, отсутствие твёрдой уверенности в отношении Истинной Дхаммы, бхиккху, есть санкхара. А эта санкхара — каков её источник, каково её происхождение, из чего она рождена, чем вызвана? У необученного обывателя, затронутого чувством, рождённым от контакта, сопряжённого с невежеством, возникает жажда; от этого рождается та санкхара. Таким образом, бхиккху, и та санкхара непостоянна, обусловлена, зависимо возникла. И та жажда непостоянна, обусловлена, зависимо возникла. И то чувство непостоянно, обусловлено, зависимо возникло. И тот контакт непостоянен, обусловлен, зависимо возник. И то невежество непостоянно, обусловлено, зависимо возникло. Вот так, бхиккху, у того, кто знает, у того, кто видит, происходит немедленное уничтожение асав». Девятая [сутта].

10. Puṇṇamasuttaṃ

10. Пунняма-сутта

82. Ekaṃ samayaṃ bhagavā sāvatthiyaṃ viharati pubbārāme migāramātupāsāde mahatā bhikkhusaṅghena saddhiṃ. Tena kho pana samayena bhagavā tadahuposathe pannarase puṇṇāya puṇṇamāya rattiyā bhikkhusaṅghaparivuto ajjhokāse nisinno hoti.

82. Однажды Благословенный пребывал в Саваттхи, в Восточном монастыре (Пуббараме), во дворце матери Мигары, вместе с большой общиной бхиккху. В то время — в день Упосатхи на пятнадцатый день, в ночь полнолуния — Благословенный сидел на открытом воздухе в окружении общины бхиккху.

Atha kho aññataro bhikkhu uṭṭhāyāsanā ekaṃsaṃ uttarāsaṅgaṃ karitvā yena bhagavā tenañjaliṃ paṇāmetvā bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘puccheyyāhaṃ, bhante, bhagavantaṃ kiñcideva desaṃ, sace me bhagavā okāsaṃ karoti pañhassa veyyākaraṇāyā’’ti? ‘‘Tena hi tvaṃ, bhikkhu, sake āsane nisīditvā puccha yadākaṅkhasī’’ti. ‘‘Evaṃ, bhante’’ti kho so bhikkhu bhagavato paṭissutvā sake āsane nisīditvā bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘ime nu kho, bhante, pañcupādānakkhandhā, seyyathidaṃ – rūpupādānakkhandho, vedanupādānakkhandho, saññupādānakkhandho, saṅkhārupādānakkhandho, viññāṇupādānakkhandho’’ti.

Тогда один бхиккху поднялся со своего места, набросил верхнюю мантию на одно плечо, благоговейно сложил ладони в сторону Благословенного и сказал ему: «Уважаемый господин, я хотел бы спросить Благословенного об одном вопросе, если Благословенный окажет мне милость ответить на мой вопрос». — «В таком случае, бхиккху, сядь на своё место и спрашивай о чём пожелаешь». — «Да, уважаемый господин», — ответил тот бхиккху. Затем он сел на своё место и сказал Благословенному: «Уважаемый господин, не эти ли пять совокупностей являются совокупностями цепляния, а именно: совокупность формы, подверженная цеплянию; совокупность чувства, подверженная цеплянию; совокупность восприятия, подверженная цеплянию; совокупность волевых формаций, подверженная цеплянию; совокупность сознания, подверженная цеплянию?»

‘‘Ime kho pana, bhikkhu, pañcupādānakkhandhā; seyyathidaṃ – rūpupādānakkhandho…pe… viññāṇupādānakkhandho’’ti. ‘‘Sādhu, bhante’’ti kho so bhikkhu bhagavato bhāsitaṃ abhinanditvā anumoditvā bhagavantaṃ uttariṃ pañhaṃ apucchi –

«Это именно те пять совокупностей цепляния, бхиккху, а именно: совокупность формы, подверженная цеплянию... [и т. д.] ...совокупность сознания, подверженная цеплянию». — «Хорошо, уважаемый господин!» — воскликнул тот бхиккху, порадовавшись и выразив одобрение словам Благословенного. Затем он задал Благословенному следующий вопрос:

‘‘Ime kho pana, bhante, pañcupādānakkhandhā kiṃmūlakā’’ti? ‘‘Ime kho, bhikkhu, pañcupādānakkhandhā chandamūlakā’’ti…pe… taññeva nu kho, bhante, upādānaṃ te pañcupādānakkhandhā udāhu aññatra pañcahi upādānakkhandhehi upādānanti? ‘‘Na kho, bhikkhu, taññeva upādānaṃ te pañcupādānakkhandhā nāpi aññatra pañcahi upādānakkhandhehi upādānaṃ, api ca yo tattha chandarāgo taṃ tattha upādāna’’nti. ‘‘Sādhu, bhante’’ti kho so bhikkhu…pe… uttariṃ pañhaṃ apucchi –

«Но в чём, уважаемый господин, корень этих пяти совокупностей цепляния?» — «Эти пять совокупностей цепляния, бхиккху, укоренены в желании». ... [и т. д.] ... «Уважаемый господин, является ли само это цепляние теми самыми пятью совокупностями цепляния, или же цепляние — это нечто отдельное от пяти совокупностей цепляния?» — «Бхиккху, это цепляние не является ни теми самыми пятью совокупностями цепляния, ни чем-то отдельным от пяти совокупностей цепляния. Скорее, желание и страсть к ним — вот что является там цеплянием». — «Хорошо, уважаемый господин!» — воскликнул тот бхиккху... [и т. д.] ...и задал Благословенному следующий вопрос:

‘‘Siyā [Pg.83] pana, bhante, pañcupādānakkhandhesu chandarāgavemattatā’’ti? ‘‘Siyā, bhikkhū’’ti bhagavā avoca – ‘‘idha, bhikkhu, ekaccassa evaṃ hoti – ‘evaṃrūpo siyaṃ anāgatamaddhānaṃ, evaṃvedano siyaṃ anāgatamaddhānaṃ, evaṃsañño siyaṃ anāgatamaddhānaṃ, evaṃsaṅkhāro siyaṃ anāgatamaddhānaṃ, evaṃviññāṇo siyaṃ anāgatamaddhāna’nti. Evaṃ kho, bhikkhu, siyā pañcupādānakkhandhesu chandarāgavemattatā’’ti? ‘‘Sādhu, bhante’’ti kho so bhikkhu…pe… uttariṃ pañhaṃ apucchi –

«Но может ли, уважаемый господин, существовать различие в желании и страсти к пяти совокупностям цепляния?» — «Может, бхиккху», — сказал Благословенный. — «Здесь, бхиккху, у кого-то возникает такая мысль: „Пусть в будущем у меня будет такая форма! Пусть в будущем у меня будет такое чувство! Пусть в будущем у меня будет такое восприятие! Пусть в будущем у меня будут такие волевые формации! Пусть в будущем у меня будет такое сознание!“ Вот так, бхиккху, может существовать различие в желании и страсти к пяти совокупностям цепляния». — «Хорошо, уважаемый господин!» — воскликнул тот бхиккху... [и т. д.] ...и задал Благословенному следующий вопрос:

‘‘Kittāvatā nu kho, bhante, khandhānaṃ khandhādhivacana’’nti? ‘‘Yaṃ kiñci, bhikkhu, rūpaṃ atītānāgatapaccuppannaṃ ajjhattaṃ vā bahiddhā vā oḷārikaṃ vā sukhumaṃ vā hīnaṃ vā paṇītaṃ vā yaṃ dūre santike vā, ayaṃ vuccati rūpakkhandho. Yā kāci vedanā… yā kāci saññā … ye keci saṅkhārā… yaṃ kiñci viññāṇaṃ atītānāgatapaccuppannaṃ ajjhattaṃ vā bahiddhā vā oḷārikaṃ vā sukhumaṃ vā hīnaṃ vā paṇītaṃ vā yaṃ dūre santike vā, ayaṃ vuccati viññāṇakkhandho. Ettāvatā kho, bhikkhu, khandhānaṃ khandhādhivacana’’nti. ‘‘Sādhu, bhante’’ti kho so bhikkhu…pe… apucchi –

«В какой мере, уважаемый господин, к совокупностям применимо обозначение „совокупности“?» — «Какая бы ни была форма, бхиккху, прошлая, будущая или настоящая, внутренняя или внешняя, грубая или утонченная, низшая или высшая, далекая или близкая — это называется совокупностью формы. Какое бы ни было чувство... какое бы ни было восприятие... какие бы ни были волевые формирователи... какое бы ни было сознание, прошлое, будущее или настоящее, внутреннее или внешнее, грубое или утонченное, низшее или высшее, далекое или близкое — это называется совокупностью сознания. В такой мере, бхиккху, к совокупностям применимо обозначение „совокупности“». — «Хорошо, уважаемый господин», — ответил тот бхиккху и... спросил далее:

‘‘Ko nu kho, bhante, hetu ko paccayo rūpakkhandhassa paññāpanāya; ko hetu ko paccayo vedanākkhandhassa paññāpanāya; ko hetu ko paccayo saññākkhandhassa paññāpanāya; ko hetu ko paccayo saṅkhārakkhandhassa paññāpanāya; ko hetu ko paccayo viññāṇakkhandhassa paññāpanāyā’’ti? ‘‘Cattāro kho, bhikkhu, mahābhūtā hetu, cattāro mahābhūtā paccayo rūpakkhandhassa paññāpanāya. Phasso hetu phasso paccayo vedanākkhandhassa paññāpanāya. Phasso hetu phasso paccayo saññākkhandhassa paññāpanāya. Phasso hetu, phasso paccayo saṅkhārakkhandhassa paññāpanāya. Nāmarūpaṃ hetu, nāmarūpaṃ paccayo viññāṇakkhandhassa paññāpanāyā’’ti. ‘‘Sādhu, bhante’’ti kho so bhikkhu…pe… apucchi –

«Каковы, уважаемый господин, причина и условие для проявления совокупности формы? Каковы причина и условие для проявления совокупности чувства?... для проявления совокупности восприятия?... для проявления совокупности волевых формирователей?... для проявления совокупности сознания?» — «Четыре великих первоэлемента, бхиккху, являются причиной, четыре великих первоэлемента — условием для проявления совокупности формы. Контакт — причина, контакт — условие для проявления совокупности чувства. Контакт — причина, контакт — условие для проявления совокупности восприятия. Контакт — причина, контакт — условие для проявления совокупности волевых формирователей. Имя-и-форма — причина, имя-и-форма — условие для проявления совокупности сознания». — «Хорошо, уважаемый господин», — ответил тот бхиккху и... спросил далее:

‘‘Kathaṃ nu kho, bhante, sakkāyadiṭṭhi hotī’’ti? ‘‘Idha, bhikkhu, assutavā puthujjano ariyānaṃ adassāvī ariyadhammassa akovido ariyadhamme avinīto, sappurisānaṃ adassāvī sappurisadhammassa akovido sappurisadhamme avinīto rūpaṃ attato samanupassati, rūpavantaṃ vā attānaṃ; attani vā rūpaṃ, rūpasmiṃ vā attānaṃ; vedanaṃ… saññaṃ… saṅkhāre… viññāṇaṃ… attato samanupassati, viññāṇavantaṃ vā attānaṃ; attani vā viññāṇaṃ, viññāṇasmiṃ [Pg.84] vā attānaṃ. Evaṃ kho, bhikkhu, sakkāyadiṭṭhi hotī’’ti. ‘‘Sādhu, bhante’’ti kho so bhikkhu…pe… apucchi –

«Как, уважаемый господин, возникает воззрение о самости?» — «Здесь, бхиккху, необразованный обыватель, который не видит благородных, не сведущ в их Дхамме и не обучен ей, который не видит истинных людей, не сведущ в их Дхамме и не обучен ей, рассматривает форму как себя, или себя как обладающего формой, или форму как содержащуюся в себе, или себя как содержащегося в форме. Он рассматривает чувство... восприятие... волевые формирователи... сознание как себя, или себя как обладающего сознанием, или сознание как содержащееся в себе, или себя как содержащегося в сознании. Вот так, бхиккху, возникает воззрение о самости». — «Хорошо, уважаемый господин», — ответил тот бхиккху и... спросил далее:

‘‘Kathaṃ pana, bhante, sakkāyadiṭṭhi na hotī’’ti? ‘‘Idha, bhikkhu, sutavā ariyasāvako ariyānaṃ dassāvī ariyadhammassa kovido ariyadhamme suvinīto, sappurisānaṃ dassāvī sappurisadhammassa kovido sappurisadhamme suvinīto na rūpaṃ attato samanupassati, na rūpavantaṃ vā attānaṃ; na attani vā rūpaṃ, na rūpasmiṃ vā attānaṃ; na vedanaṃ… na saññaṃ… na saṅkhāre… na viññāṇaṃ attato samanupassati, na viññāṇavantaṃ vā attānaṃ; na attani vā viññāṇaṃ, na viññāṇasmiṃ vā attānaṃ. Evaṃ kho, bhikkhu, sakkāyadiṭṭhi na hotī’’ti. ‘‘Sādhu, bhante’’ti kho so bhikkhu…pe… apucchi –

«Но как, уважаемый господин, воззрение о самости не возникает?» — «Здесь, бхиккху, образованный благородный ученик, который видит благородных, сведущ в их Дхамме и обучен ей, который видит истинных людей, сведущ в их Дхамме и обучен ей, не рассматривает форму как себя, или себя как обладающего формой, или форму как содержащуюся в себе, или себя как содержащегося в форме. Он не рассматривает чувство... восприятие... волевые формирователи... сознание как себя, или себя как обладающего сознанием, или сознание как содержащееся в себе, или себя как содержащегося в сознании. Вот так, бхиккху, воззрение о самости не возникает». — «Хорошо, уважаемый господин», — ответил тот бхиккху и... спросил далее:

‘‘Ko nu kho, bhante, rūpassa assādo, ko ādīnavo, kiṃ nissaraṇaṃ; ko vedanāya… ko saññāya… ko saṅkhārānaṃ… ko viññāṇassa assādo, ko ādīnavo, kiṃ nissaraṇa’’nti? ‘‘Yaṃ kho, bhikkhu, rūpaṃ paṭicca uppajjati sukhaṃ somanassaṃ – ayaṃ rūpassa assādo. Yaṃ rūpaṃ aniccaṃ dukkhaṃ vipariṇāmadhammaṃ – ayaṃ rūpassa ādīnavo. Yo rūpasmiṃ chandarāgavinayo chandarāgappahānaṃ – idaṃ rūpassa nissaraṇaṃ. Yaṃ vedanaṃ paṭicca… yaṃ saññaṃ paṭicca… ye saṅkhāre paṭicca… yaṃ viññāṇaṃ paṭicca uppajjati sukhaṃ somanassaṃ – ayaṃ viññāṇassa assādo. Yaṃ viññāṇaṃ aniccaṃ dukkhaṃ vipariṇāmadhammaṃ – ayaṃ viññāṇassa ādīnavo. Yo viññāṇasmiṃ chandarāgavinayo chandarāgappahānaṃ – idaṃ viññāṇassa nissaraṇa’’nti. ‘‘Sādhu, bhante’’ti kho so bhikkhu bhagavato bhāsitaṃ abhinanditvā anumoditvā bhagavantaṃ uttariṃ pañhaṃ apucchi –

«Каковы, уважаемый господин, удовлетворение, опасность и освобождение в случае формы? Каковы удовлетворение, опасность и освобождение в случае чувства?... восприятия?... волевых формирователей?... сознания?» — «То удовольствие и радость, бхиккху, что возникают в зависимости от формы — это удовлетворение в форме. То, что форма непостоянна, подвержена страданию и изменению — это опасность в форме. Устранение и оставление желания и страсти к форме — это освобождение от формы. То удовольствие и радость, что возникают в зависимости от чувства... в зависимости от восприятия... в зависимости от волевых формирователей... в зависимости от сознания — это удовлетворение в сознании. То, что сознание непостоянно, подвержено страданию и изменению — это опасность в сознании. Устранение и оставление желания и страсти к сознанию — это освобождение от сознания». — «Хорошо, уважаемый господин», — ответил тот бхиккху, порадовавшись и восхитившись словами Благословенного, и задал Благословенному следующий вопрос:

‘‘Kathaṃ nu kho, bhante, jānato, kathaṃ passato imasmiñca saviññāṇake kāye bahiddhā ca sabbanimittesu ahaṅkāramamaṅkāramānānusayā na hontī’’ti? ‘‘Yaṃ kiñci, bhikkhu, rūpaṃ atītānāgatapaccuppannaṃ ajjhattaṃ vā bahiddhā vā oḷārikaṃ vā sukhumaṃ vā hīnaṃ vā paṇītaṃ vā yaṃ dūre santike vā, sabbaṃ rūpaṃ – ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’ti evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya passati. Yā [Pg.85] kāci vedanā… yā kāci saññā… ye keci saṅkhārā… yaṃ kiñci viññāṇaṃ atītānāgatapaccuppannaṃ ajjhattaṃ vā bahiddhā vā oḷārikaṃ vā sukhumaṃ vā hīnaṃ vā paṇītaṃ vā yaṃ dūre santike vā, sabbaṃ viññāṇaṃ – ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’ti evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya passati. Evaṃ kho, bhikkhu, jānato evaṃ passato imasmiñca saviññāṇake kāye bahiddhā ca sabbanimittesu ahaṅkāramamaṅkāramānānusayā na hontī’’ti.

«Как, уважаемый господин, нужно знать, как нужно видеть, чтобы в отношении этого тела с сознанием и в отношении всех внешних признаков больше не возникало представлений «я», «моё» и склонности к тщеславию?» — «Какую бы ни было форму, бхиккху, прошлую, будущую или настоящую, внутреннюю или внешнюю, грубую или утонченную, низшую или высшую, далекую или близкую — всю форму человек видит в соответствии с действительностью правильной мудростью так: „Это не моё, это не я, это не моя самость“. Какое бы ни было чувство... какое бы ни было восприятие... какие бы ни были волевые формирователи... какое бы ни было сознание, прошлое, будущее или настоящее, внутреннее или внешнее, грубое или утонченное, низшее или высшее, далекое или близкое — все сознание человек видит в соответствии с действительностью правильной мудростью так: „Это не моё, это не я, это не моя самость“. Когда человек так знает и так видит, бхиккху, то в отношении этого тела с сознанием и в отношении всех внешних признаков больше не возникают представления «я», «моё» и склонность к тщеславию».

Tena kho pana samayena aññatarassa bhikkhuno evaṃ cetaso parivitakko udapādi – ‘‘iti kira bho rūpaṃ anattā, vedanā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ anattā; anattakatāni kammāni kathamattānaṃ phusissantī’’ti. Atha kho bhagavā tassa bhikkhuno cetasā ceto parivitakkamaññāya bhikkhū āmantesi –

В то время в уме одного бхиккху возникло такое размышление: «Итак, получается, что форма — это не-себя, чувство — не-себя, восприятие — не-себя, волевые формирователи — не-себя, сознание — не-себя. Какую же самость тогда затронут действия, совершенные тем, что не является самостью?» Тогда Благословенный, постигнув своим умом размышление в уме того бхиккху, обратился к бхиккху:

‘‘Ṭhānaṃ kho panetaṃ, bhikkhave, vijjati yaṃ idhekacco moghapuriso avidvā avijjāgato taṇhādhipateyyena cetasā satthusāsanaṃ atidhāvitabbaṃ maññeyya. Iti kira, bho, rūpaṃ anattā, vedanā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ anattā. Anattakatāni kammāni kathamattānaṃ phusissantīti? Paṭipucchāvinītā kho me tumhe, bhikkhave, tatra tatra tesu tesu dhammesu.

«Вполне возможно, монахи, что некий пустой человек здесь, глупый и невежественный, чей ум во власти вожделения, подумает, что он может превзойти Учение Учителя, рассуждая так: „Итак, получается, что форма — это не-себя... сознание — не-себя. Какую же самость тогда затронут действия, совершенные тем, что не является самостью?“ Но ведь вы, монахи, были обучены мною посредством расспросов то тут, то там относительно различных учений».

‘‘Taṃ kiṃ maññatha, bhikkhave, rūpaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’. ‘‘Vedanā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ dukkhaṃ vā taṃ sukhaṃ vā’’ti? ‘‘Dukkhaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ dukkhaṃ vipariṇāmadhammaṃ, kallaṃ nu taṃ samanupassituṃ – ‘etaṃ mama, esohamasmi, eso me attā’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. Tasmātiha…pe… evaṃ passaṃ…pe… nāparaṃ itthattāyāti pajānātī’’ti.

«Как вы думаете, монахи, форма постоянна или непостоянна?» — «Непостоянна, уважаемый господин». — «Чувство... восприятие... волевые формирователи... сознание постоянны или непостоянны?» — «Непостоянны, уважаемый господин». — «А то, что непостоянно — приносит ли оно страдание или счастье?» — «Страдание, уважаемый господин». — «А то, что непостоянно, подвержено страданию и изменению, приличествует ли рассматривать так: „Это моё, это я, это моя самость“?» — «Нет, уважаемый господин». — «Поэтому... видя так... он понимает: „...нет ничего более для этого состояния бытия“».

‘‘Dve khandhā taññeva siyaṃ, adhivacanañca hetunā;

Sakkāyena duve vuttā, assādaviññāṇakena ca;

Ete dasavidhā vuttā, hoti bhikkhu pucchāyā’’ti. dasamaṃ;

«Два вопроса о совокупностях, о том же самом, о применимости обозначения и о причине; два вопроса о воззрении о самости, а также об удовлетворении и о сознании. Эти десять видов вопросов были заданы в расспросах бхиккху». Десятая.

Khajjanīyavaggo aṭṭhamo.

Восьмая глава «Хаджжания».

Tassuddānaṃ –

Оглавление этой главы:

Assādo [Pg.86] dve samudayā, arahantehi apare dve;

Sīho khajjanī piṇḍolyaṃ, pālileyyena puṇṇamāti.

«Удовлетворение», две сутты о «Возникновении», еще две об «Арахантах», «Сиха», «Хаджжания», «Пиндолья», вместе с «Палилейей» и «Пуннама».

9. Theravaggo

9. Глава о старейшинах

1. Ānandasuttaṃ

1. Ананда-сутта

83. Sāvatthinidānaṃ. Tatra kho āyasmā ānando bhikkhū āmantesi – ‘‘āvuso, bhikkhave’’ti. ‘‘Āvuso’’ti kho te bhikkhū āyasmato ānandassa paccassosuṃ. Āyasmā ānando etadavoca –

83. Место пребывания — Саваттхи. Там достопочтенный Ананда обратился к бхиккху: «Друзья, бхиккху!» — «Друг!» — ответили те бхиккху достопочтенному Ананде. Достопочтенный Ананда сказал следующее:

‘‘Puṇṇo nāma, āvuso, āyasmā mantāṇiputto amhākaṃ navakānaṃ sataṃ bahūpakāro hoti. So amhe iminā ovādena ovadati – ‘upādāya, āvuso ānanda, asmīti hoti, no anupādāya. Kiñca upādāya asmīti hoti, no anupādāya? Rūpaṃ upādāya asmīti hoti, no anupādāya. Vedanaṃ… saññaṃ… saṅkhāre… viññāṇaṃ upādāya asmīti hoti, no anupādāya’’’.

«Друзья, достопочтенный Пунна Мантанипутта был очень полезен для нас, когда мы были новопосвященными. Он наставлял нас таким наставлением: „Друг Ананда, цеплянием обусловлено представление «я есмь», а не отсутствием цепляния. И за счет цепляния к чему возникает представление «я есмь», а не без цепляния? За счет цепляния к форме возникает представление «я есмь», а не без цепляния. За счет цепляния к чувству... к восприятию... к волевым формирователям... к сознанию возникает представление «я есмь», а не без цепляния“».

‘‘Seyyathāpi, āvuso ānanda, itthī vā puriso vā daharo yuvā maṇḍanakajātiko ādāse vā parisuddhe pariyodāte acche vā udakapatte sakaṃ mukhanimittaṃ paccavekkhamāno upādāya passeyya, no anupādāya; evameva kho, āvuso ānanda, rūpaṃ upādāya asmīti hoti, no anupādāya. Vedanaṃ… saññaṃ… saṅkhāre… viññāṇaṃ upādāya asmīti hoti, no anupādāya.

«Представь, друг Ананда, молодую женщину или мужчину — юных и любящих украшения, которые рассматривают отражение своего лица в чистом, ярком, безупречном зеркале или в чаше с чистой, прозрачной водой: они увидят его благодаря цеплянию, а не без цепляния. Точно так же, друг Ананда, за счет цепляния к форме возникает представление «я есмь», а не без цепляния. За счет цепляния к чувству... к восприятию... к волевым формирователям... к сознанию возникает представление «я есмь», а не без цепляния».

‘‘Taṃ kiṃ maññasi, āvuso ānanda, ‘rūpaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’’ti? ‘Aniccaṃ, āvuso’. Vedanā… saññā … saṅkhārā… viññāṇaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’ti? ‘Aniccaṃ, āvuso’. Tasmātiha…pe… evaṃ passaṃ…pe… nāparaṃ itthattāyāti pajānātīti. Puṇṇo nāma āvuso āyasmā mantāṇiputto amhākaṃ navakānaṃ sataṃ bahūpakāro hoti. So amhe iminā ovādena [Pg.87] ovadati. Idañca pana me āyasmato puṇṇassa mantāṇiputtassa dhammadesanaṃ sutvā dhammo abhisamitoti. Paṭhamaṃ.

«Как ты думаешь, друг Ананда, форма постоянна или непостоянна?» — «Непостоянна, друг». — «Чувство... восприятие... волевые формирователи... сознание постоянны или непостоянны?» — «Непостоянны, друг». — «Поэтому... видя так... он понимает: „...нет ничего более для этого состояния бытия“». Друзья, достопочтенный Пунна Мантанипутта был очень полезен для нас, когда мы были новопосвященными. Он наставлял нас этим наставлением. И когда я услышал это учение Дхаммы от достопочтенного Пунны Мантанипутты, я полностью постиг Дхамму». Первая.

2. Tissasuttaṃ

2. Тисса-сутта

84. Sāvatthinidānaṃ. Tena kho pana samayena āyasmā tisso bhagavato pitucchāputto sambahulānaṃ bhikkhūnaṃ evamāroceti – ‘‘api me, āvuso, madhurakajāto viya kāyo; disāpi me na pakkhāyanti; dhammāpi maṃ na paṭibhanti; thinamiddhañca me cittaṃ pariyādāya tiṭṭhati; anabhirato ca brahmacariyaṃ carāmi; hoti ca me dhammesu vicikicchā’’ti.

84. Место пребывания — Саваттхи. В то время достопочтенный Тисса, двоюродный брат Благословенного по отцу, сообщил многим бхиккху: «Друзья, мое тело словно налилось тяжестью, я потерял ориентацию в пространстве, учения больше не ясны мне. Лень и сонливость овладели моим умом. Я веду святую жизнь без удовлетворения, и у меня есть сомнения относительно учений».

Atha kho sambahulā bhikkhū yena bhagavā tenupasaṅkamiṃsu; upasaṅkamitvā bhagavantaṃ abhivādetvā ekamantaṃ nisīdiṃsu. Ekamantaṃ nisinnā kho te bhikkhū bhagavantaṃ etadavocuṃ – ‘‘āyasmā, bhante, tisso bhagavato pitucchāputto sambahulānaṃ bhikkhūnaṃ evamāroceti – ‘api me, āvuso, madhurakajāto viya kāyo; disāpi me na pakkhāyanti; dhammāpi maṃ na paṭibhanti; thinamiddhañca me cittaṃ pariyādāya tiṭṭhati; anabhirato ca brahmacariyaṃ carāmi; hoti ca me dhammesu vicikicchā’’’ti.

Тогда многие бхиккху подошли к Благословенному, поклонились ему и сели рядом. Сидя рядом, эти бхиккху сказали Благословенному: «Уважаемый господин, достопочтенный Тисса, двоюродный брат Благословенного по отцу, сообщил многим бхиккху: „Друзья, мое тело словно налилось тяжестью, я потерял орийентацию в пространстве, учения больше не ясны мне. Лень и сонливость овладели моим умом. Я веду святую жизнь без удовлетворения, и у меня есть сомнения относительно учений“».

Atha kho bhagavā aññataraṃ bhikkhuṃ āmantesi – ‘‘ehi tvaṃ, bhikkhu, mama vacanena tissaṃ bhikkhuṃ āmantehī’’ti. ‘‘Evaṃ, bhante’’ti kho so bhikkhu bhagavato paṭissutvā yenāyasmā tisso tenupasaṅkami; upasaṅkamitvā āyasmantaṃ tissaṃ etadavoca – ‘‘satthā taṃ, āvuso tissa, āmantetī’’ti. ‘‘Evamāvuso’’ti kho āyasmā tisso tassa bhikkhuno paṭissutvā yena bhagavā tenupasaṅkami; upasaṅkamitvā bhagavantaṃ abhivādetvā ekamantaṃ nisīdi. Ekamantaṃ nisinnaṃ kho āyasmantaṃ tissaṃ bhagavā etadavoca – ‘‘saccaṃ kira tvaṃ, tissa, sambahulānaṃ bhikkhūnaṃ evamārocesi – ‘api me, āvuso, madhurakajāto viya kāyo…pe… hoti ca me dhammesu vicikicchā’’’ti? ‘‘Evaṃ, bhante’’. ‘‘Taṃ kiṃ maññasi, tissa, rūpe avigatarāgassa avigatacchandassa avigatapemassa avigatapipāsassa avigatapariḷāhassa avigatataṇhassa, tassa rūpassa vipariṇāmaññathābhāvā uppajjanti sokaparidevadukkhadomanassupāyāsā’’ti? ‘‘Evaṃ, bhante’’.

Тогда Благословенный обратился к одному бхиккху: «Ступай, бхиккху, позови бхиккху Тиссу от моего имени». — «Да, владыка», — ответил тот бхиккху Благословенному и направился к почтенному Тиссе. Подойдя к почтенному Тиссе, он сказал ему: «Друг Тисса, Учитель зовёт тебя». — «Хорошо, друг», — ответил почтенный Тисса тому бхиккху и направился к Благословенному. Подойдя к Благословенному, он выразил ему почтение и сел сбоку. Когда почтенный Тисса сел сбоку, Благословенный сказал ему: «Правда ли, Тисса, что ты объявил многим бхиккху: „Друзья, моё тело словно отяжелело... [и т. д.]... и у меня возникли сомнения в учениях“?» — «Да, владыка». — «Как ты думаешь, Тисса, если человек не избавился от страсти к форме, не избавился от желания, привязанности, жажды, пыла и вожделения к ней, то при изменении и инаковости этой формы возникнут ли в нём скорбь, плач, боль, печаль и отчаяние?» — «Да, владыка».

‘‘Sādhu [Pg.88] sādhu, tissa! Evañhetaṃ, tissa, hoti. Yathā taṃ rūpe avigatarāgassa… vedanāya… saññāya… saṅkhāresu avigatarāgassa…pe… tesaṃ saṅkhārānaṃ vipariṇāmaññathābhāvā uppajjanti sokaparidevadukkhadomanassupāyāsā’’ti? ‘‘Evaṃ, bhante’’.

«Хорошо, хорошо, Тисса! Именно так оно и бывает, Тисса, у того, кто не избавился от страсти к форме. [Как ты думаешь, Тисса, если человек не избавился от страсти] к чувству... к восприятию... к санкхарам, не избавился от желания, привязанности, жажды, пыла и вожделения к ним, то при изменении и инаковости этих санкхар возникнут ли в нём скорбь, плач, боль, печаль и отчаяние?» — «Да, владыка».

‘‘Sādhu sādhu, tissa! Evañhetaṃ, tissa, hoti. Yathā taṃ viññāṇe avigatarāgassa avigatacchandassa avigatapemassa avigatapipāsassa avigatapariḷāhassa avigatataṇhassa, tassa viññāṇassa vipariṇāmaññathābhāvā uppajjanti sokaparidevadukkhadomanassupāyāsā’’ti? ‘‘Evaṃ, bhante’’.

«Хорошо, хорошо, Тисса! Именно так оно и бывает, Тисса, у того, кто не избавился от страсти к санкхарам. Как ты думаешь, Тисса, если человек не избавился от страсти к сознанию, не избавился от желания, привязанности, жажды, пыла и вожделения к нему, то при изменении и инаковости этого сознания возникнут ли в нём скорбь, плач, боль, печаль и отчаяние?» — «Да, владыка».

‘‘Sādhu sādhu, tissa! Evañhetaṃ, tissa, hoti. Yathā taṃ viññāṇe avigatarāgassa. Taṃ kiṃ maññasi, tissa, rūpe vigatarāgassa vigatacchandassa vigatapemassa vigatapipāsassa vigatapariḷāhassa vigatataṇhassa, tassa rūpassa vipariṇāmaññathābhāvā uppajjanti sokaparidevadukkhadomanassupāyāsā’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’.

«Хорошо, хорошо, Тисса! Именно так оно и бывает, Тисса, у того, кто не избавился от страсти к сознанию. Как ты думаешь, Тисса, если человек избавился от страсти к форме, избавился от желания, привязанности, жажды, пыла и вожделения к ней, то при изменении и инаковости этой формы возникнут ли в нём скорбь, плач, боль, печаль и отчаяние?» — «Нет, владыка».

‘‘Sādhu sādhu, tissa! Evañhetaṃ, tissa, hoti. Yathā taṃ rūpe vigatarāgassa… vedanāya… saññāya… saṅkhāresu vigatarāgassa… viññāṇe vigatarāgassa vigatacchandassa vigatapemassa vigatapipāsassa vigatapariḷāhassa vigatataṇhassa tassa viññāṇassa vipariṇāmaññathābhāvā uppajjanti sokaparidevadukkhadomanassupāyāsā’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’.

«Хорошо, хорошо, Тисса! Именно так оно и бывает, Тисса, у того, кто избавился от страсти к форме. [Как ты думаешь, Тисса, если человек избавился от страсти] к чувству... к восприятию... к санкхарам... к сознанию, избавился от желания, привязанности, жажды, пыла и вожделения к нему, то при изменении и инаковости этого сознания возникнут ли в нём скорбь, плач, боль, печаль и отчаяние?» — «Нет, владыка».

‘‘Sādhu sādhu, tissa! Evañhetaṃ, tissa, hoti. Yathā taṃ viññāṇe vigatarāgassa. Taṃ kiṃ maññasi, tissa, rūpaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’. ‘‘Vedanā … saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’. Tasmātiha…pe… evaṃ passaṃ…pe… nāparaṃ itthattāyāti pajānātī’’ti.

«Хорошо, хорошо, Тисса! Именно так оно и бывает, Тисса, у того, кто избавился от страсти к сознанию. Как ты думаешь, Тисса, является ли форма постоянной или непостоянной?» — «Непостоянной, владыка». — «Является ли чувство... восприятие... санкхары... сознание постоянным или непостоянным?» — «Непостоянным, владыка». — «Поэтому, Тисса... [и т. д.]... видя так... [и т. д.]... он понимает: „...нет более ничего для этого состояния бытия“».

‘‘Seyyathāpi, tissa, dve purisā – eko puriso amaggakusalo, eko puriso maggakusalo. Tamenaṃ so amaggakusalo puriso amuṃ maggakusalaṃ purisaṃ maggaṃ puccheyya. So evaṃ vadeyya – ‘ehi, bho purisa, ayaṃ maggo. Tena muhuttaṃ gaccha. Tena muhuttaṃ gantvā dakkhissasi dvedhāpathaṃ, tattha vāmaṃ muñcitvā dakkhiṇaṃ gaṇhāhi. Tena muhuttaṃ gaccha. Tena muhuttaṃ gantvā dakkhissasi tibbaṃ vanasaṇḍaṃ. Tena muhuttaṃ gaccha. Tena muhuttaṃ gantvā dakkhissasi mahantaṃ ninnaṃ pallalaṃ. Tena muhuttaṃ gaccha. Tena muhuttaṃ [Pg.89] gantvā dakkhissasi sobbhaṃ papātaṃ. Tena muhuttaṃ gaccha. Tena muhuttaṃ gantvā dakkhissasi samaṃ bhūmibhāgaṃ ramaṇīya’’’nti.

«Представь, Тисса, двух людей: один человек не знает пути, а другой — знает путь. И вот тот человек, который не знает пути, спросил бы дорогу у того, кто знает путь. Тот ответил бы ему так: „Иди сюда, почтенный, вот этот путь. Ступай по нему некоторое время. Пройдя по нему некоторое время, ты увидишь развилку дорог. Оставь там левую дорогу и выбери правую. Ступай по ней некоторое время. Пройдя по ней некоторое время, ты увидишь густую лесную чащу. Ступай через неё некоторое время. Пройдя некоторое время, ты увидишь обширное топкое болото. Ступай через него некоторое время. Пройдя некоторое время, ты увидишь крутой обрыв. Ступай вдоль него некоторое время. Пройдя некоторое время, ты увидишь ровную, прекрасную местность“».

‘‘Upamā kho myāyaṃ, tissa, katā atthassa viññāpanāya. Ayaṃ cevettha attho – ‘puriso amaggakusalo’ti kho, tissa, puthujjanassetaṃ adhivacanaṃ. ‘Puriso maggakusalo’ti kho, tissa, tathāgatassetaṃ adhivacanaṃ arahato sammāsambuddhassa. ‘Dvedhāpatho’ti kho, tissa, vicikicchāyetaṃ adhivacanaṃ. ‘Vāmo maggo’ti kho, tissa, aṭṭhaṅgikassetaṃ micchāmaggassa adhivacanaṃ, seyyathidaṃ – micchādiṭṭhiyā…pe… micchāsamādhissa. ‘Dakkhiṇo maggo’ti kho, tissa, ariyassetaṃ aṭṭhaṅgikassa maggassa adhivacanaṃ, seyyathidaṃ – sammādiṭṭhiyā…pe… sammāsamādhissa. ‘Tibbo vanasaṇḍo’ti kho, tissa, avijjāyetaṃ adhivacanaṃ. ‘Mahantaṃ ninnaṃ pallala’nti kho, tissa, kāmānametaṃ adhivacanaṃ. ‘Sobbho papāto’ti kho, tissa, kodhūpāyāsassetaṃ adhivacanaṃ. ‘Samo bhūmibhāgo ramaṇīyo’ti kho, tissa, nibbānassetaṃ adhivacanaṃ. Abhirama, tissa, abhirama, tissa! Ahamovādena ahamanuggahena ahamanusāsaniyā’’ti.

«Эту притчу, Тисса, я привёл для того, чтобы разъяснить смысл. А смысл здесь таков: „Человек, не знающий пути“ — это обозначение обывателя (путхуджжаны). „Человек, знающий путь“ — это обозначение Татхагаты, Араханта, Всепросветлённого. „Развилка дорог“ — это обозначение сомнения. „Левая дорога“ — это обозначение ложного восьмеричного пути, а именно: ложного воззрения... [и т. д.]... ложного сосредоточения. „Правая дорога“ — это обозначение Благородного Восьмеричного Пути, а именно: правильного воззрения... [и т. д.]... правильного сосредоточения. „Густая лесная чаща“ — это обозначение невежества (авиджжи). „Обширное топкое болото“ — это обозначение чувственных удовольствий. „Крутой обрыв“ — это обозначение гнева и отчаяния. „Ровная, прекрасная местность“ — это обозначение Ниббаны. Радуйся, Тисса! Радуйся, Тисса! Я здесь, чтобы наставлять, я здесь, чтобы помогать, я здесь, чтобы обучать!»

Idamavoca bhagavā. Attamano āyasmā tisso bhagavato bhāsitaṃ abhinandīti. Dutiyaṃ.

«Это сказал Благословенный. Почтенный Тисса, обрадованный, восхитился словами Благословенного. Вторая [сутта].»

3. Yamakasuttaṃ

3. «Ямака-сутта»

85. Ekaṃ samayaṃ āyasmā sāriputto sāvatthiyaṃ viharati jetavane anāthapiṇḍikassa ārāme. Tena kho pana samayena yamakassa nāma bhikkhuno evarūpaṃ pāpakaṃ diṭṭhigataṃ uppannaṃ hoti – ‘‘tathāhaṃ bhagavatā dhammaṃ desitaṃ ājānāmi, yathā khīṇāsavo bhikkhu kāyassa bhedā ucchijjati vinassati, na hoti paraṃ maraṇā’’ti.

85. «Одно время почтенный Сарипутта пребывал в Саваттхи, в роще Джеты, в монастыре Анатхапиндики. В то время у бхиккху по имени Ямака возникло такое пагубное воззрение: „Насколько я понимаю Дхамму, которой учит Благословенный, бхиккху, чьи влечения уничтожены, при распаде тела искореняется и гибнет, и не существует после смерти“.»

Assosuṃ kho sambahulā bhikkhū yamakassa kira nāma bhikkhuno evarūpaṃ pāpakaṃ diṭṭhigataṃ uppannaṃ hoti – ‘‘tathāhaṃ bhagavatā dhammaṃ desitaṃ ājānāmi, yathā khīṇāsavo bhikkhu kāyassa bhedā ucchijjati vinassati, na hoti paraṃ maraṇā’’ti. Atha kho te bhikkhū yenāyasmā yamako [Pg.90] tenupasaṅkamiṃsu; upasaṅkamitvā āyasmatā yamakena saddhiṃ sammodiṃsu. Sammodanīyaṃ kathaṃ sāraṇīyaṃ vītisāretvā ekamantaṃ nisīdiṃsu. Ekamantaṃ nisinnā kho te bhikkhū āyasmantaṃ yamakaṃ etadavocuṃ –

«Многие бхиккху прослышали, что у бхиккху по имени Ямака возникло такое пагубное воззрение: „Насколько я понимаю Дхамму, которой учит Благословенный, бхиккху, чьи влечения уничтожены, при распаде тела искореняется и гибнет, и не существует после смерти“. Тогда эти бхиккху направились к почтенному Ямаке. Подойдя к почтенному Ямаке, они обменялись с ним дружескими приветствиями. Обменявшись вежливыми и любезными словами, они сели сбоку. Сев сбоку, эти бхиккху сказали почтенному Ямаке:»

‘‘Saccaṃ kira te, āvuso yamaka, evarūpaṃ pāpakaṃ diṭṭhigataṃ uppannaṃ – ‘tathāhaṃ bhagavatā dhammaṃ desitaṃ ājānāmi, yathā khīṇāsavo bhikkhu kāyassa bhedā ucchijjati vinassati, na hoti paraṃ maraṇā’’’ti? ‘‘Evaṃ khvāhaṃ, āvuso, bhagavatā dhammaṃ desitaṃ ājānāmi – ‘khīṇāsavo bhikkhu kāyassa bhedā ucchijjati vinassati, na hoti paraṃ maraṇā’’’ti.

«„Правда ли, друг Ямака, что у тебя возникло такое пагубное воззрение: «Насколько я понимаю Дхамму, которой учит Благословенный, бхиккху, чьи влечения уничтожены, при распаде тела искореняется и гибнет, и не существует после смерти»?» — „Именно так, друзья, я понимаю Дхамму, которой учит Благословенный: бхиккху, чьи влечения уничтожены, при распаде тела искореняется и гибнет, и не существует после смерти“.»

‘‘Mā, āvuso yamaka, evaṃ avaca, mā bhagavantaṃ abbhācikkhi. Na hi sādhu bhagavato abbhācikkhanaṃ. Na hi bhagavā evaṃ vadeyya – ‘khīṇāsavo bhikkhu kāyassa bhedā ucchijjati vinassati, na hoti paraṃ maraṇā’’’ti. Evampi kho āyasmā yamako tehi bhikkhūhi vuccamāno tatheva taṃ pāpakaṃ diṭṭhigataṃ thāmasā parāmāsā abhinivissa voharati – ‘‘tathāhaṃ bhagavatā dhammaṃ desitaṃ ājānāmi, yathā khīṇāsavo bhikkhu kāyassa bhedā ucchijjati vinassati, na hoti paraṃ maraṇā’’ti.

«„Не говори так, друг Ямака! Не возводи напраслину на Благословенного. Нехорошо клеветать на Благословенного. Благословенный никогда бы так не сказал: «Бхиккху, чьи влечения уничтожены, при распаде тела искореняется и гибнет, и не существует после смерти»“. Но хотя бхиккху и убеждали его таким образом, почтенный Ямака всё равно упрямо держался за это пагубное воззрение, цеплялся за него и заявлял: „Насколько я понимаю Дхамму, которой учит Благословенный, бхиккху, чьи влечения уничтожены, при распаде тела искореняется и гибнет, и не существует после смерти“.»

Yato kho te bhikkhū nāsakkhiṃsu āyasmantaṃ yamakaṃ etasmā pāpakā diṭṭhigatā vivecetuṃ, atha kho te bhikkhū uṭṭhāyāsanā yenāyasmā sāriputto tenupasaṅkamiṃsu; upasaṅkamitvā āyasmantaṃ sāriputtaṃ etadavocuṃ – ‘‘yamakassa nāma, āvuso sāriputta, bhikkhuno evarūpaṃ pāpakaṃ diṭṭhigataṃ uppannaṃ – ‘tathāhaṃ bhagavatā dhammaṃ desitaṃ ājānāmi yathā khīṇāsavo bhikkhu kāyassa bhedā ucchijjati vinassati, na hoti paraṃ maraṇā’ti. Sādhāyasmā sāriputto yena yamako bhikkhu tenupasaṅkamatu anukampaṃ upādāyā’’ti. Adhivāsesi kho āyasmā sāriputto tuṇhībhāvena. Atha kho āyasmā sāriputto sāyanhasamayaṃ paṭisallānā vuṭṭhito yenāyasmā yamako tenupasaṅkami; upasaṅkamitvā āyasmatā yamakena saddhiṃ sammodi…pe… ekamantaṃ nisinno kho āyasmā sāriputto āyasmantaṃ yamakaṃ etadavoca –

«Поскольку те бхиккху не смогли отвратить почтенного Ямаку от этого пагубного воззрения, они поднялись со своих мест и направились к почтенному Сарипутте. Подойдя к почтенному Сарипутте, они сказали ему: „Друг Сарипутта, у бхиккху по имени Ямака возникло такое пагубное воззрение: «Насколько я понимаю Дхамму, которой учит Благословенный, бхиккху, чьи влечения уничтожены, при распаде тела искореняется и гибнет, и не существует после смерти». Было бы хорошо, если бы почтенный Сарипутта из сострадания пришёл к бхиккху Ямаке“. Почтенный Сарипутта выразил согласие молчанием. Затем, вечером, почтенный Сарипутта вышел из уединения и направился к почтенному Ямаке. Подойдя к почтенному Ямаке, он обменялся с ним дружескими приветствиями... [и т. д.]... и, сев сбоку, почтенный Сарипутта сказал почтенному Ямаке:»

‘‘Saccaṃ kira te, āvuso yamaka, evarūpaṃ pāpakaṃ diṭṭhigataṃ uppannaṃ – ‘tathāhaṃ bhagavatā dhammaṃ desitaṃ ājānāmi, yathā khīṇāsavo bhikkhu kāyassa bhedā ucchijjati vinassati, na hoti paraṃ maraṇā’’’ti? ‘‘Evaṃ [Pg.91] khvāhaṃ, āvuso, bhagavatā dhammaṃ desitaṃ ājānāmi, yathā khīṇāsavo bhikkhu kāyassa bhedā ucchijjati vinassati, na hoti paraṃ maraṇā’’ti.

«„Правда ли, друг Ямака, что у тебя возникло такое пагубное воззрение: «Насколько я понимаю Дхамму, которой учит Благословенный, бхиккху, чьи влечения уничтожены, при распаде тела искореняется и гибнет, и не существует после смерти»?“ — „Именно так, друг, я понимаю Дхамму, которой учит Благословенный: бхиккху, чьи влечения уничтожены, при распаде тела искореняется и гибнет, и не существует после смерти“.»

‘‘Taṃ kiṃ maññasi, āvuso yamaka, rūpaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, āvuso’’. ‘‘Vedanā niccā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, āvuso’’. Tasmātiha…pe… evaṃ passaṃ…pe… nāparaṃ itthattāyāti pajānātī’’ti.

«„Как ты думаешь, друг Ямака, является ли форма постоянной или непостоянной?“ — „Непостоянной, друг“. — „Является ли чувство... восприятие... санкхары... сознание постоянным или непостоянным?“ — „Непостоянным, друг“. — „Поэтому, друг... [и т. д.]... видя так... [и т. д.]... он понимает: «...нет более ничего для этого состояния бытия»“.»

‘‘Taṃ kiṃ maññasi, āvuso yamaka, rūpaṃ tathāgatoti samanupassasī’’ti? ‘‘No hetaṃ, āvuso’’ … ‘‘vedanaṃ tathāgatoti samanupassasī’’ti? ‘‘No hetaṃ, āvuso’’… ‘‘saññaṃ… saṅkhāre… viññāṇaṃ tathāgatoti samanupassasī’’ti? ‘‘No hetaṃ, āvuso’’.

«„Как ты думаешь, друг Ямака, считаешь ли ты форму Татхагатой?“ — „Нет, друг“. — „Считаешь ли ты чувство Татхагатой?“ — „Нет, друг“. — „Считаешь ли ты восприятие... санкхары... сознание Татхагатой?“ — „Нет, друг“.»

‘‘Taṃ kiṃ maññasi, āvuso yamaka, rūpasmiṃ tathāgatoti samanupassasī’’ti? ‘‘No hetaṃ, āvuso’’. ‘‘Aññatra rūpā tathāgatoti samanupassasī’’ti? ‘‘No hetaṃ, āvuso’’. ‘‘Vedanāya… aññatra vedanāya…pe… saññāya… aññatra saññāya… saṅkhāresu… aññatra saṅkhārehi… viññāṇasmiṃ tathāgatoti samanupassasī’’ti? ‘‘No hetaṃ, āvuso’’. ‘‘Aññatra viññāṇā tathāgatoti samanupassasī’’ti? ‘‘No hetaṃ, āvuso’’.

«„Как ты думаешь, друг Ямака, считаешь ли ты, что Татхагата находится в форме?“ — „Нет, друг“. — „Считаешь ли ты, что Татхагата существует отдельно от формы?“ — „Нет, друг“. — „Считаешь ли ты, что Татхагата находится в чувстве? Отдельно от чувства? ...в восприятии? Отдельно от восприятия? ...в санкхарах? Отдельно от санкхар? ...в сознании?“ — „Нет, друг“. — „Считаешь ли ты, что Татхагата существует отдельно от сознания?“ — „Нет, друг“.»

‘‘Taṃ kiṃ maññasi, āvuso yamaka, rūpaṃ… vedanaṃ… saññaṃ… saṅkhāre… viññāṇaṃ tathāgatoti samanupassasī’’ti? ‘‘No hetaṃ, āvuso’’.

«„Как ты думаешь, друг Ямака, считаешь ли ты форму, чувство, восприятие, санкхары и сознание [вместе] Татхагатой?“ — „Нет, друг“.»

‘‘Taṃ kiṃ maññasi, āvuso yamaka, ayaṃ so arūpī… avedano… asaññī… asaṅkhāro… aviññāṇo tathāgatoti samanupassasī’’ti? ‘‘No hetaṃ, āvuso’’. ‘‘Ettha ca te, āvuso yamaka, diṭṭheva dhamme saccato thetato tathāgate anupalabbhiyamāne, kallaṃ nu te taṃ veyyākaraṇaṃ – ‘tathāhaṃ bhagavatā dhammaṃ desitaṃ ājānāmi, yathā khīṇāsavo bhikkhu kāyassa bhedā ucchijjati vinassati, na hoti paraṃ maraṇā’’’ti?

«„Как ты думаешь, друг Ямака, считаешь ли ты Татхагатой того, кто не имеет формы, не имеет чувства, не имеет восприятия, не имеет санкхар, не имеет сознания?“ — „Нет, друг“. — „Но если ты, друг Ямака, не можешь обнаружить Татхагату как реального и истинного даже здесь, в этой самой жизни, то уместно ли тебе заявлять: «Насколько я понимаю Дхамму, которой учит Благословенный, бхиккху, чьи влечения уничтожены, при распаде тела искореняется и гибнет, и не существует после смерти»?“»

‘‘Ahu kho me taṃ, āvuso sāriputta, pubbe aviddasuno pāpakaṃ diṭṭhigataṃ; idañca panāyasmato sāriputtassa dhammadesanaṃ sutvā tañceva pāpakaṃ diṭṭhigataṃ pahīnaṃ, dhammo ca me abhisamito’’ti.

«Прежде, друг Сарипутта, когда я был невежественен, у меня действительно было это пагубное воззрение. Но теперь, услышав это поучение Дхаммы от почтенного Сарипутты, я оставил это пагубное воззрение и постиг Дхамму».

‘‘Sace [Pg.92] taṃ, āvuso yamaka, evaṃ puccheyyuṃ – ‘yo so, āvuso yamaka, bhikkhu arahaṃ khīṇāsavo so kāyassa bhedā paraṃ maraṇā kiṃ hotī’ti? Evaṃ puṭṭho tvaṃ, āvuso yamaka, kinti byākareyyāsī’’ti? ‘‘Sace maṃ, āvuso, evaṃ puccheyyuṃ – ‘yo so, āvuso yamaka, bhikkhu arahaṃ khīṇāsavo so kāyassa bhedā paraṃ maraṇā kiṃ hotī’ti? Evaṃ puṭṭhohaṃ, āvuso, evaṃ byākareyyaṃ – ‘rūpaṃ kho, āvuso, aniccaṃ. Yadaniccaṃ taṃ dukkhaṃ; yaṃ dukkhaṃ taṃ niruddhaṃ tadatthaṅgataṃ. Vedanā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ aniccaṃ. Yadaniccaṃ taṃ dukkhaṃ; yaṃ dukkhaṃ taṃ niruddhaṃ tadatthaṅgata’nti. Evaṃ puṭṭhohaṃ, āvuso, evaṃ byākareyya’’nti.

«Если бы тебя спросили, друг Ямака: „Друг Ямака, когда бхиккху является арахантом, чьи асавы уничтожены, что происходит с ним после разрушения тела, после смерти?“ — будучи спрошенным так, друг Ямака, что бы ты ответил?» «Если бы меня спросили об этом, друг, я бы ответил так: „Друзья, форма непостоянна; то, что непостоянно, есть страдание; то, что есть страдание, прекратилось и исчезло. Чувство… Восприятие… Волевые формирующие факторы… Сознание непостоянно; то, что непостоянно, есть страдание; то, что есть страдание, прекратилось и исчезло“. Будучи спрошенным так, друг, я бы ответил именно таким образом».

‘‘Sādhu sādhu, āvuso yamaka! Tena hāvuso, yamaka, upamaṃ te karissāmi etasseva atthassa bhiyyosomattāya ñāṇāya. Seyyathāpi, āvuso yamaka, gahapati vā gahapatiputto vā aḍḍho mahaddhano mahābhogo; so ca ārakkhasampanno. Tassa kocideva puriso uppajjeyya anatthakāmo ahitakāmo ayogakkhemakāmo jīvitā voropetukāmo. Tassa evamassa – ‘ayaṃ kho gahapati vā gahapatiputto vā aḍḍho mahaddhano mahābhogo; so ca ārakkhasampanno; nāyaṃ sukaro pasayha jīvitā voropetuṃ. Yaṃnūnāhaṃ anupakhajja jīvitā voropeyya’nti. So taṃ gahapatiṃ vā gahapatiputtaṃ vā upasaṅkamitvā evaṃ vadeyya – ‘upaṭṭhaheyyaṃ taṃ, bhante’ti. Tamenaṃ so gahapati vā gahapatiputto vā upaṭṭhāpeyya. So upaṭṭhaheyya pubbuṭṭhāyī pacchānipātī kiṃkārapaṭissāvī manāpacārī piyavādī. Tassa so gahapati vā gahapatiputto vā mittatopi naṃ saddaheyya ; suhajjatopi naṃ saddaheyya; tasmiñca vissāsaṃ āpajjeyya. Yadā kho, āvuso, tassa purisassa evamassa – ‘saṃvissattho kho myāyaṃ gahapati vā gahapatiputto vā’ti, atha naṃ rahogataṃ viditvā tiṇhena satthena jīvitā voropeyya.

«Хорошо, хорошо, друг Ямака! В таком случае, друг Ямака, я приведу тебе сравнение, чтобы этот же смысл стал для тебя ещё более ясным. Представь, друг Ямака, богатого домохозяина или сына домохозяина, обладающего большим богатством и имуществом, охраняемого стражей. И вот появился бы некий человек, желающий ему вреда, желающий ему несчастья, не желающий ему безопасности, стремящийся лишить его жизни. И подумал бы тот человек: „Этот домохозяин или сын домохозяина богат, обладает большим богатством и имуществом, охраняется стражей. Нелегко лишить его жизни силой. Что если я втирусь к нему в доверие и тогда лишу его жизни?“ Затем он подошёл бы к этому домохозяину или сыну домохозяина и сказал бы ему: „Я хотел бы служить вам, господин“. И домохозяин или сын домохозяина нанял бы его в качестве слуги. Тот служил бы ему, вставая раньше него, ложась позже него, выполняя всё, что тот пожелает, ведя себя приятно и говоря ласково. Домохозяин или сын домохозяина стал бы считать его другом, близким другом, и проникся бы к нему доверием. И когда этот человек понял бы, что домохозяин или сын домохозяина полностью доверяет ему, то, застав его наедине, лишил бы его жизни острым ножом».

‘‘Taṃ kiṃ maññasi, āvuso yamaka, yadā hi so puriso amuṃ gahapatiṃ vā gahapatiputtaṃ vā upasaṅkamitvā evaṃ āha – ‘upaṭṭhaheyyaṃ taṃ, bhante’ti, tadāpi so vadhakova. Vadhakañca pana santaṃ na aññāsi – ‘vadhako me’ti. Yadāpi so upaṭṭhahati pubbuṭṭhāyī pacchānipātī kiṃkārapaṭissāvī manāpacārī piyavādī, tadāpi so vadhakova. Vadhakañca pana santaṃ [Pg.93] na aññāsi – ‘vadhako me’ti. Yadāpi naṃ rahogataṃ viditvā tiṇhena satthena jīvitā voropeti, tadāpi so vadhakova. Vadhakañca pana santaṃ na aññāsi – ‘vadhako me’’’ti. ‘‘Evamāvuso’’ti. ‘‘Evameva kho, āvuso, assutavā puthujjano ariyānaṃ adassāvī ariyadhammassa akovido ariyadhamme avinīto, sappurisānaṃ adassāvī sappurisadhammassa akovido sappurisadhamme avinīto rūpaṃ attato samanupassati, rūpavantaṃ vā attānaṃ; attani vā rūpaṃ, rūpasmiṃ vā attānaṃ. Vedanaṃ… saññaṃ… saṅkhāre… viññāṇaṃ attato samanupassati, viññāṇavantaṃ vā attānaṃ; attani vā viññāṇaṃ, viññāṇasmiṃ vā attānaṃ’’.

«Как ты думаешь, друг Ямака, когда тот человек подошёл к домохозяину или сыну домохозяина и сказал ему: „Я хотел бы служить вам, господин“, разве уже тогда он не был убийцей, хотя тот и не распознал в нём своего убийцу? И когда он служил ему, вставая раньше него, ложась позже него, выполняя всё, что тот пожелает, ведя себя приятно и говоря ласково, разве и тогда он не был убийцей, хотя тот и не распознал в нём своего убийцу? И когда он, застав его наедине, лишил его жизни острым ножом, разве и тогда он не был убийцей, хотя тот и не распознал в нём своего убийцу?» «Да, друг». «Точно так же, друг Ямака, необразованный обыватель, который не видит благородных, не сведущ в их Дхамме и не обучен ей, который не видит истинных людей, не сведущ в их Дхамме и не обучен ей, рассматривает форму как моё „я“, или себя как обладающего формой, или форму в себе, или себя в форме. Он рассматривает чувство… восприятие… волевые формирующие факторы… сознание как моё „я“, или себя как обладающего сознанием, или сознание в себе, или себя в сознании».

‘‘So aniccaṃ rūpaṃ ‘aniccaṃ rūpa’nti yathābhūtaṃ nappajānāti. Aniccaṃ vedanaṃ ‘aniccā vedanā’ti yathābhūtaṃ nappajānāti. Aniccaṃ saññaṃ ‘aniccā saññā’ti yathābhūtaṃ nappajānāti. Anicce saṅkhāre ‘aniccā saṅkhārā’ti yathābhūtaṃ nappajānāti. Aniccaṃ viññāṇaṃ ‘aniccaṃ viññāṇa’nti yathābhūtaṃ nappajānāti.

«Он не понимает в соответствии с действительностью непостоянную форму как „непостоянную форму“; непостоянное чувство как „непостоянное чувство“; непостоянное восприятие как „непостоянное восприятие“; непостоянные волевые формирующие факторы как „непостоянные волевые формирующие факторы“; непостоянное сознание как „непостоянное сознание“».

‘‘Dukkhaṃ rūpaṃ ‘dukkhaṃ rūpa’nti yathābhūtaṃ nappajānāti. Dukkhaṃ vedanaṃ… dukkhaṃ saññaṃ… dukkhe saṅkhāre… dukkhaṃ viññāṇaṃ ‘dukkhaṃ viññāṇa’nti yathābhūtaṃ nappajānāti.

«Он не понимает в соответствии с действительностью болезненную форму как „болезненную форму“; болезненное чувство как „болезненное чувство“… болезненное восприятие… болезненные волевые формирующие факторы… болезненное сознание как „болезненное сознание“».

‘‘Anattaṃ rūpaṃ ‘anattā rūpa’nti yathābhūtaṃ nappajānāti. Anattaṃ vedanaṃ… anattaṃ saññaṃ… anatte saṅkhāre… anattaṃ viññāṇaṃ ‘anattaṃ viññāṇa’nti yathābhūtaṃ nappajānāti.

«Он не понимает в соответствии с действительностью безличную форму как „безличную форму“; безличное чувство как „безличное чувство“… безличное восприятие… безличные волевые формирующие факторы… безличное сознание как „безличное сознание“».

‘‘Saṅkhataṃ rūpaṃ ‘saṅkhataṃ rūpa’nti yathābhūtaṃ nappajānāti. Saṅkhataṃ vedanaṃ… saṅkhataṃ saññaṃ… saṅkhate saṅkhāre… saṅkhataṃ viññāṇaṃ ‘saṅkhataṃ viññāṇa’nti yathābhūtaṃ nappajānāti.

«Он не понимает в соответствии с действительностью обусловленную форму как „обусловленную форму“; обусловленное чувство как „обусловленное чувство“… обусловленное восприятие… обусловленные волевые формирующие факторы… обусловленное сознание как „обусловленное сознание“».

‘‘Vadhakaṃ rūpaṃ ‘vadhakaṃ rūpa’nti yathābhūtaṃ nappajānāti. Vadhakaṃ vedanaṃ ‘vadhakā vedanā’ti… vadhakaṃ saññaṃ ‘vadhakā saññā’ti… vadhake saṅkhāre ‘vadhakā saṅkhārā’ti yathābhūtaṃ nappajānāti. Vadhakaṃ viññāṇaṃ ‘vadhakaṃ viññāṇa’nti yathābhūtaṃ nappajānāti.

«Он не понимает в соответствии с действительностью убийственную форму как „убийственную форму“; убийственное чувство как „убийственное чувство“… убийственное восприятие как „убийственное восприятие“… убийственные волевые формирующие факторы как „убийственные волевые формирующие факторы“; убийственное сознание как „убийственное сознание“».

‘‘So rūpaṃ upeti upādiyati adhiṭṭhāti ‘attā me’ti. Vedanaṃ… saññaṃ… saṅkhāre… viññāṇaṃ upeti upādiyati adhiṭṭhāti ‘attā me’ti. Tassime pañcupādānakkhandhā upetā upādinnā dīgharattaṃ ahitāya dukkhāya saṃvattanti.

«Он приближается к форме, цепляется за неё и утверждает: „Это моё «я»“. Он приближается к чувству… восприятию… волевым формирующим факторам… сознанию, цепляется за них и утверждает: „Это моё «я»“. Эти самые пять совокупностей привязанности, к которым он приближается и за которые цепляется, на долгое время ведут его к вреду и страданию».

‘‘Sutavā [Pg.94] ca kho, āvuso, ariyasāvako ariyānaṃ dassāvī…pe… sappurisadhamme suvinīto na rūpaṃ attato samanupassati, na rūpavantaṃ attānaṃ; na attani rūpaṃ, na rūpasmiṃ attānaṃ. Na vedanaṃ… na saññaṃ… na saṅkhāre… na viññāṇaṃ attato samanupassati, na viññāṇavantaṃ attānaṃ; na attani viññāṇaṃ, na viññāṇasmiṃ attānaṃ.

«Но, друг, образованный благородный ученик, видящий благородных, сведущий в их Дхамме и обученный ей, видящий истинных людей, сведущий в их Дхамме и обученный ей, не рассматривает форму как моё „я“, или себя как обладающего формой, или форму в себе, или себя в форме. Он не рассматривает чувство… восприятие… волевые формирующие факторы… сознание как моё „я“, или себя как обладающего сознанием, или сознание в себе, или себя в сознании».

«Он понимает в соответствии с действительностью непостоянную форму как „непостоянную форму“; непостоянное чувство как „непостоянное чувство“… непостоянное восприятие… непостоянные волевые формирующие факторы… непостоянное сознание как „непостоянное сознание“».

‘‘Dukkhaṃ rūpaṃ ‘dukkhaṃ rūpa’nti yathābhūtaṃ pajānāti. Dukkhaṃ vedanaṃ… dukkhaṃ saññaṃ… dukkhe saṅkhāre… dukkhaṃ viññāṇaṃ ‘dukkhaṃ viññāṇa’nti yathābhūtaṃ pajānāti.

«Он понимает в соответствии с действительностью болезненную форму как „болезненную форму“; болезненное чувство как „болезненное чувство“… болезненное восприятие… болезненные волевые формирующие факторы… болезненное сознание как „болезненное сознание“».

‘‘Anattaṃ rūpaṃ ‘anattā rūpa’nti yathābhūtaṃ pajānāti. Anattaṃ vedanaṃ… anattaṃ saññaṃ… anatte saṅkhāre… anattaṃ viññāṇaṃ ‘anattā viññāṇa’nti yathābhūtaṃ pajānāti.

«Он понимает в соответствии с действительностью безличную форму как „безличную форму“; безличное чувство как „безличное чувство“… безличное восприятие… безличные волевые формирующие факторы… безличное сознание как „безличное сознание“».

‘‘Saṅkhataṃ rūpaṃ ‘saṅkhataṃ rūpa’nti yathābhūtaṃ pajānāti. Saṅkhataṃ vedanaṃ… saṅkhataṃ saññaṃ… saṅkhate saṅkhāre… saṅkhataṃ viññāṇaṃ ‘saṅkhataṃ viññāṇa’nti yathābhūtaṃ pajānāti.

«Он понимает в соответствии с действительностью обусловленную форму как „обусловленную форму“; обусловленное чувство как „обусловленное чувство“… обусловленное восприятие… обусловленные волевые формирующие факторы… обусловленное сознание как „обусловленное сознание“».

‘‘Vadhakaṃ rūpaṃ ‘vadhakaṃ rūpa’nti yathābhūtaṃ pajānāti. Vadhakaṃ vedanaṃ… vadhakaṃ saññaṃ… vadhake saṅkhāre ‘‘vadhakā saṅkhārā’’ti yathābhūtaṃ pajānāti. Vadhakaṃ viññāṇaṃ ‘vadhakaṃ viññāṇa’nti yathābhūtaṃ pajānāti.

«Он понимает в соответствии с действительностью убийственную форму как „убийственную форму“; убийственное чувство как „убийственное чувство“… убийственное восприятие как „убийственное восприятие“… убийственные волевые формирующие факторы как „убийственные волевые формирующие факторы“; убийственное сознание как „убийственное сознание“».

‘‘So rūpaṃ na upeti, na upādiyati, nādhiṭṭhāti – ‘attā me’ti. Vedanaṃ… saññaṃ… saṅkhāre… viññāṇaṃ na upeti, na upādiyati, nādhiṭṭhāti – ‘attā me’ti. Tassime pañcupādānakkhandhā anupetā anupādinnā dīgharattaṃ hitāya sukhāya saṃvattantī’’ti. ‘‘Evametaṃ, āvuso sāriputta, hoti yesaṃ āyasmantānaṃ tādisā sabrahmacārino anukampakā atthakāmā ovādakā anusāsakā. Idañca pana me āyasmato sāriputtassa dhammadesanaṃ sutvā anupādāya āsavehi cittaṃ vimutta’’nti. Tatiyaṃ.

«Он не приближается к форме, не цепляется за неё и не утверждает: „Это моё «я»“. Он не приближается к чувству… восприятию… волевым формирующим факторам… сознанию, не цепляется за них и не утверждает: „Это моё «я»“. Эти самые пять совокупностей привязанности, к которым он не приближается и за которые не цепляется, на долгое время ведут его к благу и счастью». «Так оно и есть, друг Сарипутта, для тех почтенных, у кого есть такие сострадательные и доброжелательные собратья по святой жизни, готовые наставлять и обучать их. И теперь, когда я услышал это поучение Дхаммы от почтенного Сарипутты, мой ум благодаря отсутствию привязанности освободился от влечений». (Третья сутта).

4. Anurādhasuttaṃ

4. Анурадха-сутта

86. Evaṃ me sutaṃ – ekaṃ samayaṃ bhagavā vesāliyaṃ viharati mahāvane kūṭāgārasālāyaṃ. Tena kho pana samayena āyasmā anurādho bhagavato avidūre [Pg.95] araññakuṭikāyaṃ viharati. Atha kho sambahulā aññatitthiyā paribbājakā yena āyasmā anurādho tenupasaṅkamiṃsu; upasaṅkamitvā āyasmatā anurādhena saddhiṃ sammodiṃsu. Sammodanīyaṃ kathaṃ sāraṇīyaṃ vītisāretvā ekamantaṃ nisīdiṃsu. Ekamantaṃ nisinnā kho te aññatitthiyā paribbājakā āyasmantaṃ anurādhaṃ etadavocuṃ – ‘‘yo so, āvuso anurādha, tathāgato uttamapuriso paramapuriso paramapattipatto, taṃ tathāgato imesu catūsu ṭhānesu paññāpayamāno paññāpeti – ‘hoti tathāgato paraṃ maraṇā’ti vā, ‘na hoti tathāgato paraṃ maraṇā’ti vā, ‘hoti ca na ca hoti tathāgato paraṃ maraṇā’ti vā, ‘neva hoti na na hoti tathāgato paraṃ maraṇā’ti vā’’ti?

86. Так я слышал. Однажды Благословенный пребывал в Весали, в Большом лесу, в зале с остроконечной крышей. В то время почтенный Анурадха жил в лесной хижине недалеко от Благословенного. И вот множество странников иных учений подошли к почтенному Анурадхе и обменялись с ним приветствиями. Когда они завершили дружескую и вежливую беседу, они сели с одной стороны и сказали ему: «Друг Анурадха, когда Татхагата описывает Татхагату — величайшего из людей, высшего человека, достигшего высшего достижения, — описывает ли он его в рамках этих четырёх утверждений: „Татхагата существует после смерти“, или „Татхагата не существует после смерти“, или „Татхагата и существует, и не существует после смерти“, или „Татхагата ни существует, ни не существует после смерти“?»

Evaṃ vutte, āyasmā anurādho te aññatitthiye paribbājake etadavoca – ‘‘yo so āvuso tathāgato uttamapuriso paramapuriso paramapattipatto taṃ tathāgato aññatra imehi catūhi ṭhānehi paññāpayamāno paññāpeti – ‘hoti tathāgato paraṃ maraṇā’ti vā, ‘na hoti tathāgato paraṃ maraṇā’ti vā, ‘hoti ca na ca hoti tathāgato paraṃ maraṇā’ti vā, ‘neva hoti na na hoti tathāgato paraṃ maraṇā’ti vā’’ti. Evaṃ vutte, aññatitthiyā paribbājakā āyasmantaṃ anurādhaṃ etadavocuṃ – ‘‘so cāyaṃ bhikkhu navo bhavissati acirapabbajito, thero vā pana bālo abyatto’’ti. Atha kho aññatitthiyā paribbājakā āyasmantaṃ anurādhaṃ navavādena ca bālavādena ca apasādetvā uṭṭhāyāsanā pakkamiṃsu.

Когда это было сказано, почтенный Анурадха ответил тем странникам иных учений: «Друзья, когда Татхагата описывает Татхагату — величайшего из людей, высшего человека, достигшего высшего достижения, — он описывает его вне этих четырёх утверждений: „Татхагата существует после смерти“, или „Татхагата не существует после смерти“, или „Татхагата и существует, и не существует после смерти“, или „Татхагата ни существует, ни не существует после смерти“». Когда это было сказано, те странники иных учений сказали почтенному Анурадхе: «Этот бхиккху, должно быть, недавно посвящён, недавно ушёл в бездомность; или же, если он старейшина, то он глупый и невежественный». Затем эти странники иных учений, выразив пренебрежение к почтенному Анурадхе, назвав его „недавно посвящённым“ и „глупцом“, поднялись со своих мест и ушли.

Atha kho āyasmato anurādhassa acirapakkantesu tesu aññatitthiyesu paribbājakesu etadahosi – ‘‘sace kho maṃ te aññatitthiyā paribbājakā uttariṃ pañhaṃ puccheyyuṃ. Kathaṃ byākaramāno nu khvāhaṃ tesaṃ aññatitthiyānaṃ paribbājakānaṃ vuttavādī ceva bhagavato assaṃ, na ca bhagavantaṃ abhūtena abbhācikkheyyaṃ, dhammassa cānudhammaṃ byākareyyaṃ, na ca koci sahadhammiko vādānuvādo gārayhaṃ ṭhānaṃ āgaccheyyā’’ti?

Вскоре после того, как эти странники иных учений ушли, у почтенного Анурадхи возникла такая мысль: «Если эти странники иных учений спросят меня о большем, как мне ответить им, чтобы изложить то, что было сказано Благословенным, и не исказить его слова ложью? И как мне дать объяснение в соответствии с Дхаммой, чтобы ни одно из логических следствий моего утверждения не дало повода для упрёка?»

Atha kho āyasmā anurādho yena bhagavā tenupasaṅkami; upasaṅkamitvā…pe… ekamantaṃ nisinno kho āyasmā anurādho bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘idhāhaṃ, bhante, bhagavato avidūre araññakuṭikāyaṃ viharāmi. Atha kho, bhante, sambahulā aññatitthiyā paribbājakā yenāhaṃ tenupasaṅkamiṃsu [Pg.96] …pe… maṃ etadavocuṃ – ‘yo so, āvuso anurādha, tathāgato uttamapuriso paramapuriso paramapattipatto taṃ tathāgato imesu catūsu ṭhānesu paññāpayamāno paññāpeti – hoti tathāgato paraṃ maraṇāti vā, na hoti… hoti ca na ca hoti, neva hoti na na hoti tathāgato paraṃ maraṇāti vā’’’ti?

Тогда почтенный Анурадха подошел к Благословенному, поклонился ему, сел рядом и так сказал Благословенному: «Здесь, досточтимый, я живу в лесной хижине недалеко от Благословенного. И вот, досточтимый, множество странников иных учений подошли ко мне и сказали: „Друг Анурадха, когда Татхагата — высший человек, величайший человек, достигший наивысшего достижения — дает описание, он описывает Татхагату в рамках этих четырех положений: „Татхагата существует после смерти“, „Татхагата не существует после смерти“, „Татхагата и существует, и не существует после смерти“, „Татхагата ни существует, ни не существует после смерти““»?

Evaṃ vuttāhaṃ, bhante, te aññatitthiye paribbājake etadavocaṃ – ‘‘yo so, āvuso, tathāgato uttamapuriso paramapuriso paramapattipatto, taṃ tathāgato aññatra imehi catūhi ṭhānehi paññāpayamāno paññāpeti – ‘hoti tathāgato paraṃ maraṇā’ti vā…pe… ‘neva hoti na na hoti tathāgato paraṃ maraṇā’ti vāti. Evaṃ vutte, bhante, te aññatitthiyā paribbājakā maṃ etadavocuṃ – ‘so cāyaṃ bhikkhu na vo bhavissati acirapabbajito thero vā pana bālo abyatto’ti. Atha kho maṃ, bhante, te aññatitthiyā paribbājakā navavādena bālavādena ca apasādetvā uṭṭhāyāsanā pakkamiṃsu’’.

«Когда они так сказали, досточтимый, я ответил этим странникам иных учений: „Друзья, когда Татхагата — высший человек, величайший человек, достигший наивысшего достижения — дает описание, он описывает Татхагату вне этих четырех положений: «Татхагата существует после смерти»... или «Татхагата ни существует, ни не существует после смерти»“. Когда я так сказал, досточтимый, эти странники иных учений сказали мне: „Этот монах, должно быть, новичок, недавно принявший постриг, либо же он старец, но глупый и невежественный“. И затем, досточтимый, эти странники иных учений, выразив мне пренебрежение как к новичку и глупцу, поднялись со своих мест и ушли».

‘‘Tassa mayhaṃ, bhante, acirapakkantesu tesu aññatitthiyesu paribbājakesu etadahosi – ‘sace kho maṃ te aññatitthiyā paribbājakā uttariṃ pañhaṃ puccheyyuṃ. Kathaṃ byākaramāno nu khvāhaṃ tesaṃ aññatitthiyānaṃ paribbājakānaṃ vuttavādī ceva bhagavato assaṃ, na ca bhagavantaṃ abhūtena abbhācikkheyyaṃ, dhammassa cānudhammaṃ byākareyyaṃ, na ca koci sahadhammiko vādānuvādo gārayhaṃ ṭhānaṃ āgaccheyyā’’’ti?

«Вскоре после того, как эти странники иных учений ушли, досточтимый, у меня возникла такая мысль: „Если эти странники иных учений спросят меня о чем-то большем, то как мне ответить им, чтобы говорить в соответствии со словами Благословенного, не клеветать на Благословенного ложно, разъяснять Дхамму в согласии с Дхаммой, и чтобы ни одно из последующих утверждений, согласующихся с этим учением, не дало повода для заслуженного упрека?“»

‘‘Taṃ kiṃ maññasi, anurādha, rūpaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ dukkhaṃ vā taṃ sukhaṃ vā’’ti? ‘‘Dukkhaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ dukkhaṃ vipariṇāmadhammaṃ kallaṃ nu taṃ samanupassituṃ – ‘etaṃ mama, esohamasmi, eso me attā’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Vedanā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ bhante’’…pe… tasmātiha…pe… evaṃ passaṃ…pe… nāparaṃ itthattāyāti pajānāti’’.

«Как ты думаешь, Анурадха, телесная форма постоянна или непостоянна?» — «Непостоянна, досточтимый». — «А то, что непостоянно, является страданием или счастьем?» — «Страданием, досточтимый». — «Но применимо ли к тому, что непостоянно, подвержено страданию и изменению, относиться так: „Это мое, это я, это моя душа (атта)“?» — «Нет, досточтимый». — «Чувство... восприятие... волевые формации... сознание постоянны или непостоянны?» — «Непостоянны, досточтимый»... «Поэтому... видя так... он понимает: ...нет ничего более для этого состояния бытия».

‘‘Taṃ kiṃ maññasi, anurādha, rūpaṃ tathāgatoti samanupassasī’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Vedanaṃ… saññaṃ… saṅkhāre… viññāṇaṃ tathāgatoti samanupassasī’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’.

«Как ты думаешь, Анурадха, считаешь ли ты телесную форму Татхагатой?» — «Нет, досточтимый». — «Считаешь ли ты чувство... восприятие... волевые формации... сознание Татхагатой?» — «Нет, досточтимый».

‘‘Taṃ [Pg.97] kiṃ maññasi, anurādha, rūpasmiṃ tathāgatoti samanupassasī’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Aññatra rūpā tathāgatoti samanupassasī’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Vedanāya…pe… aññatra vedanāya…pe… saññāya… aññatra saññāya… saṅkhāresu… aññatra saṅkhārehi… viññāṇasmiṃ… aññatra viññāṇā tathāgatoti samanupassasī’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’.

«Как ты думаешь, Анурадха, видишь ли ты Татхагату в телесной форме?» — «Нет, досточтимый». — «Видишь ли ты Татхагату отдельно от телесной формы?» — «Нет, досточтимый». — «В чувстве... отдельно от чувства... в восприятии... отдельно от восприятия... в волевых формациях... отдельно от волевых формаций... в сознании... отдельно от сознания — видишь ли ты в них Татхагату?» — «Нет, досточтимый».

‘‘Taṃ kiṃ maññasi, anurādha, rūpaṃ… vedanā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ tathāgatoti samanupassasī’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’.

«Как ты думаешь, Анурадха, считаешь ли ты телесную форму, чувство, восприятие, волевые формации и сознание [вместе] Татхагатой?» — «Нет, досточтимый».

‘‘Taṃ kiṃ maññasi, anurādha, ayaṃ so arūpī avedano asaññī asaṅkhāro aviññāṇo tathāgatoti samanupassasī’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’.

«Как ты думаешь, Анурадха, считаешь ли ты Татхагатой того, кто лишен телесной формы, лишен чувства, лишен восприятия, лишен волевых формаций, лишен сознания?» — «Нет, досточтимый».

‘‘Ettha ca te, anurādha, diṭṭheva dhamme saccato thetato tathāgate anupalabbhiyamāne kallaṃ nu te taṃ veyyākaraṇaṃ – ‘yo so, āvuso, tathāgato uttamapuriso paramapuriso paramapattipatto taṃ tathāgato aññatra imehi catūhi ṭhānehi paññāpayamāno paññāpeti – hoti tathāgato paraṃ maraṇāti vā… neva hoti na na hoti tathāgato paraṃ maraṇāti vā’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’.

«Но если, Анурадха, даже здесь и сейчас, в этой самой жизни, ты не можешь обнаружить Татхагату как истинно и действительно существующего, то уместно ли было тебе заявлять: „Друзья, когда Татхагата — высший человек, величайший человек, достигший наивысшего достижения — дает описание, он описывает Татхагату вне этих четырех положений: «Татхагата существует после смерти»... или «Татхагата ни существует, ни не существует после смерти»“?» — «Нет, досточтимый».

‘‘Sādhu sādhu, anurādha! Pubbe cāhaṃ, anurādha, etarahi ca dukkhañceva paññapemi, dukkhassa ca nirodha’’nti. Catutthaṃ.

«Хорошо, хорошо, Анурадха! Как прежде, так и теперь я провозглашаю только страдание и прекращение страдания». Четвертая [сутта].

5. Vakkalisuttaṃ

5. Ваккали-сутта

87. Ekaṃ samayaṃ bhagavā rājagahe viharati veḷuvane kalandakanivāpe. Tena kho pana samayena āyasmā vakkali kumbhakāranivesane viharati ābādhiko dukkhito bāḷhagilāno. Atha kho āyasmā vakkali upaṭṭhāke āmantesi – ‘‘etha tumhe, āvuso, yena bhagavā tenupasaṅkamatha; upasaṅkamitvā mama vacanena bhagavato pāde sirasā vandatha – ‘vakkali, bhante, bhikkhu ābādhiko dukkhito bāḷhagilāno, so bhagavato pāde sirasā vandatī’ti. Evañca vadetha – ‘sādhu kira, bhante, bhagavā yena vakkali bhikkhu tenupasaṅkamatu; anukampaṃ upādāyā’’’ti. ‘‘Evamāvuso’’ti kho te bhikkhū āyasmato vakkalissa paṭissutvā yena [Pg.98] bhagavā tenupasaṅkamiṃsu; upasaṅkamitvā bhagavantaṃ abhivādetvā ekamantaṃ nisīdiṃsu. Ekamantaṃ nisinnā kho te bhikkhū bhagavantaṃ etadavocuṃ – ‘‘vakkali, bhante, bhikkhu ābādhiko dukkhito bāḷhagilāno, so bhagavato pāde sirasā vandati; evañca pana vadeti – ‘sādhu kira, bhante, bhagavā yena vakkali bhikkhu tenupasaṅkamatu; anukampaṃ upādāyā’’’ti. Adhivāsesi bhagavā tuṇhībhāvena.

87. Одно время Благословенный пребывал в Раджагахе, в Бамбуковой роще, в Каландаканивапе (Приюте белок). В то время почтенный Ваккали жил в хижине горшечника, будучи болен, измучен, тяжело болен. Тогда почтенный Ваккали обратился к своим прислужникам: «Идите, друзья, ступайте к Благословенному. Подойдя, поклонитесь от моего имени головой к стопам Благословенного и скажите: „Досточтимый, монах Ваккали болен, измучен, тяжело болен; он кланяется головой к стопам Благословенного“. И еще скажите так: „Было бы хорошо, досточтимый, если бы Благословенный из сострадания пришел к монаху Ваккали“». — «Да, друг», — ответили те монахи почтенному Ваккали и отправились к Благословенному. Придя, они выразили почтение Благословенному, сели рядом и передали его слова. Благословенный выразил согласие молчанием.

Atha kho bhagavā nivāsetvā pattacīvaramādāya yenāyasmā vakkali tenupasaṅkami. Addasā kho āyasmā vakkali bhagavantaṃ dūratova āgacchantaṃ. Disvāna mañcake samadhosi. Atha kho bhagavā āyasmantaṃ vakkaliṃ etadavoca – ‘‘alaṃ, vakkali, mā tvaṃ mañcake samadhosi. Santimāni āsanāni paññattāni; tatthāhaṃ nisīdissāmī’’ti. Nisīdi bhagavā paññatte āsane. Nisajja kho bhagavā āyasmantaṃ vakkaliṃ etadavoca – ‘‘kacci te, vakkali, khamanīyaṃ, kacci yāpanīyaṃ, kacci dukkhā vedanā paṭikkamanti, no abhikkamanti; paṭikkamosānaṃ paññāyati, no abhikkamo’’ti? ‘‘Na me, bhante, khamanīyaṃ, na yāpanīyaṃ; bāḷhā me dukkhā vedanā abhikkamanti, no paṭikkamanti; abhikkamosānaṃ paññāyati, no paṭikkamo’’ti. ‘‘Kacci te, vakkali, na kiñci kukkuccaṃ, na koci vippaṭisāro’’ti? ‘‘Taggha me, bhante, anappakaṃ kukkuccaṃ, anappako vippaṭisāro’’ti. ‘‘Kacci pana taṃ, vakkali, attā sīlato na upavadatī’’ti? ‘‘Na kho maṃ, bhante, attā sīlato upavadatī’’ti. ‘‘No ce kira taṃ, vakkali, attā sīlato upavadati; atha kiñca te kukkuccaṃ ko ca vippaṭisāro’’ti? ‘‘Cirapaṭikāhaṃ, bhante, bhagavantaṃ dassanāya upasaṅkamitukāmo, natthi ca me kāyasmiṃ tāvatikā balamattā, yāvatāhaṃ bhagavantaṃ dassanāya upasaṅkameyya’’nti.

Тогда Благословенный, одевшись и взяв чашу и верхнюю одежду, направился к почтенному Ваккали. Почтенный Ваккали увидел Благословенного, идущего издалека, и, увидев его, попытался приподняться на своей постели. Тогда Благословенный сказал почтенному Ваккали: «Довольно, Ваккали, не пытайся приподняться на постели. Здесь есть приготовленные сиденья, я сяду там». Благословенный сел на приготовленное сиденье и спросил почтенного Ваккали: «Надеюсь, Ваккали, ты справляешься, надеюсь, тебе становится лучше? Надеюсь, твои болезненные ощущения отступают, а не нарастают, и заметно их ослабление, а не усиление?» — «Досточтимый, я не справляюсь, мне не становится лучше. Сильные болезненные ощущения нарастают во мне, а не отступают, и заметно их усиление, а не ослабление». — «Надеюсь, Ваккали, у тебя нет никакого беспокойства, никакого сожаления?» — «Поистине, досточтимый, у меня немало беспокойства и немало сожаления». — «Надеюсь, Ваккали, твоя совесть чиста в отношении нравственности (сила)?» — «Моя совесть, досточтимый, чиста в отношении нравственности». — «Но если, Ваккали, твоя совесть чиста в отношении нравственности, то в чем же твое беспокойство и о чем сожаление?» — «Досточтимый, я уже давно хотел прийти, чтобы увидеть Благословенного, но в моем теле не было достаточно сил, чтобы я мог прийти и увидеть Благословенного».

‘‘Alaṃ, vakkali, kiṃ te iminā pūtikāyena diṭṭhena? Yo kho, vakkali, dhammaṃ passati so maṃ passati; yo maṃ passati so dhammaṃ passati. Dhammañhi, vakkali, passanto maṃ passati; maṃ passanto dhammaṃ passati.

«Довольно, Ваккали! Что толку тебе смотреть на это гниющее тело? Тот, Ваккали, кто видит Дхамму, видит меня; тот, кто видит меня, видит Дхамму. Ведь видящий Дхамму, Ваккали, видит меня, а видящий меня видит Дхамму».

‘‘Taṃ kiṃ maññasi, vakkali, rūpaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ dukkhaṃ vā taṃ sukhaṃ vā’’ti? ‘‘Dukkhaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ dukkhaṃ vipariṇāmadhammaṃ, kallaṃ [Pg.99] nu taṃ samanupassituṃ – ‘etaṃ mama, esohamasmi, eso me attā’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Vedanā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’…pe… eso me attāti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Tasmātiha…pe… evaṃ passaṃ…pe… nāparaṃ itthattāyāti pajānātī’’ti.

«Как ты думаешь, Ваккали, телесная форма постоянна или непостоянна?» — «Непостоянна, досточтимый». — «А то, что непостоянно, является страданием или счастьем?» — «Страданием, досточтимый». — «Но применимо ли к тому, что непостоянно, подвержено страданию и изменению, относиться так: „Это мое, это я, это моя душа (атта)“?» — «Нет, досточтимый». — «Чувство... восприятие... волевые формации... сознание постоянны или непостоянны?» — «Непостоянны, досточтимый»... «это моя душа?» — «Нет, досточтимый». — «Поэтому... видя так... он понимает: ...нет ничего более для этого состояния бытия».

Atha kho bhagavā āyasmantaṃ vakkaliṃ iminā ovādena ovaditvā uṭṭhāyāsanā yena gijjhakūṭo pabbato tena pakkāmi. Atha kho āyasmā vakkali acirapakkantassa bhagavato upaṭṭhāke āmantesi – ‘‘etha maṃ, āvuso, mañcakaṃ āropetvā yena isigilipassaṃ kāḷasilā tenupasaṅkamatha. Kathañhi nāma mādiso antaraghare kālaṃ kattabbaṃ maññeyyā’’ti? ‘‘Evamāvuso’’ti kho te bhikkhū āyasmato vakkalissa paṭissutvā āyasmantaṃ vakkaliṃ mañcakaṃ āropetvā yena isigilipassaṃ kāḷasilā tenupasaṅkamiṃsu. Atha kho bhagavā tañca rattiṃ tañca divāvasesaṃ gijjhakūṭe pabbate vihāsi. Atha kho dve devatāyo abhikkantāya rattiyā abhikkantavaṇṇā kevalakappaṃ gijjhakūṭaṃ obhāsetvā yena bhagavā tenupasaṅkamiṃsu…pe… ekamantaṃ aṭṭhaṃsu. Ekamantaṃ ṭhitā kho ekā devatā bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘vakkali, bhante, bhikkhu vimokkhāya cetetī’’ti. Aparā devatā bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘so hi nūna, bhante, suvimutto vimuccissatī’’ti. Idamavocuṃ tā devatāyo. Idaṃ vatvā bhagavantaṃ abhivādetvā padakkhiṇaṃ katvā tatthevantaradhāyiṃsu.

Затем Благословенный, дав это наставление почтенному Ваккали, поднялся со своего сиденья и ушел к горе Гридхракута (Коршунов пик). Вскоре после ухода Благословенного почтенный Ваккали обратился к своим прислужникам: «Идите, друзья, положите меня на постель и отнесите к Черной скале на склоне горы Исигили. Как может такой, как я, думать о том, чтобы встретить кончину среди домов?» — «Да, друг», — ответили те монахи почтенному Ваккали и, положив его на постель, отнесли к Черной скале на склоне горы Исигили. Благословенный провел остаток того дня и ночь на горе Гридхракута. И вот, когда ночь уже близилась к концу, два божества (деваты) неописуемой красоты, осветив всю гору Гридхракута, приблизились к Благословенному... и встали рядом. Стоя в стороне, одно божество сказало Благословенному: «Досточтимый, монах Ваккали устремлен к освобождению». Другое божество сказало Благословенному: «Поистине, досточтимый, он освободится как полностью освобожденный». Так сказали эти божества. Сказав это, они поклонились Благословенному, обошли его справа и тут же исчезли.

Atha kho bhagavā tassā rattiyā accayena bhikkhū āmantesi – ‘‘etha tumhe, bhikkhave, yena vakkali bhikkhu tenupasaṅkamatha; upasaṅkamitvā vakkaliṃ bhikkhuṃ evaṃ vadetha –

Затем, по прошествии той ночи, Благословенный обратился к монахам: «Идите, монахи, ступайте к монаху Ваккали и скажите ему так:»

‘‘‘Suṇāvuso tvaṃ, vakkali, bhagavato vacanaṃ dvinnañca devatānaṃ. Imaṃ, āvuso, rattiṃ dve devatāyo abhikkantāya rattiyā abhikkantavaṇṇā kevalakappaṃ gijjhakūṭaṃ obhāsetvā yena bhagavā tenupasaṅkamiṃsu; upasaṅkamitvā bhagavantaṃ abhivādetvā ekamantaṃ aṭṭhaṃsu. Ekamantaṃ ṭhitā kho, āvuso, ekā devatā bhagavantaṃ etadavoca – vakkali, bhante, bhikkhu vimokkhāya cetetīti. Aparā devatā bhagavantaṃ etadavoca – so hi nūna, bhante, suvimutto vimuccissatīti. Bhagavā ca taṃ, āvuso vakkali, evamāha – mā bhāyi, vakkali; mā bhāyi, vakkali! Apāpakaṃ te maraṇaṃ bhavissati, apāpikā kālakiriyā’’’ti. ‘‘Evaṃ, bhante’’ti kho te [Pg.100] bhikkhū bhagavato paṭissutvā yenāyasmā vakkali tenupasaṅkamiṃsu; upasaṅkamitvā āyasmantaṃ vakkaliṃ etadavocuṃ – ‘‘suṇāvuso vakkali, bhagavato vacanaṃ dvinnañca devatāna’’nti.

«„Послушай, друг Ваккали, слова Благословенного и двух божеств. Прошлой ночью, друг, когда ночь уже близилась к концу, два божества неописуемой красоты, осветив всю гору Гридхракута, приблизились к Благословенному. Подойдя, они поклонились Благословенному и встали рядом. Стоя в стороне, друг, одно божество сказало Благословенному: «Досточтимый, монах Ваккали устремлен к освобождению». Другое божество сказало Благословенному: «Поистине, досточтимый, он освободится как полностью освобожденный». И Благословенный говорит тебе, друг Ваккали: «Не бойся, Ваккали, не бойся! Твоя смерть не будет дурной, твоя кончина не будет дурной»“. — „Да, досточтимый“, — ответили те монахи Благословенному и отправились к почтенному Ваккали. Придя, они сказали почтенному Ваккали: „Послушай, друг Ваккали, слова Благословенного и двух божеств“».

Atha kho āyasmā vakkali upaṭṭhāke āmantesi – ‘‘etha maṃ, āvuso, mañcakā oropetha. Kathañhi nāma mādiso ucce āsane nisīditvā tassa bhagavato sāsanaṃ sotabbaṃ maññeyyā’’ti! ‘‘Evamāvuso’’ti kho te bhikkhū āyasmato vakkalissa paṭissutvā āyasmantaṃ vakkaliṃ mañcakā oropesuṃ. ‘‘Imaṃ, āvuso, rattiṃ dve devatāyo abhikkantāya rattiyā…pe… ekamantaṃ aṭṭhaṃsu. Ekamantaṃ ṭhitā kho, āvuso, ekā devatā bhagavantaṃ etadavoca – ‘vakkali, bhante, bhikkhu vimokkhāya cetetī’ti. Aparā devatā bhagavantaṃ etadavoca – ‘so hi nūna, bhante, suvimutto vimuccissatī’ti. Bhagavā ca taṃ, āvuso vakkali, evamāha – ‘mā bhāyi, vakkali; mā bhāyi, vakkali! Apāpakaṃ te maraṇaṃ bhavissati, apāpikā kālakiriyā’’’ti. ‘‘Tena hāvuso, mama vacanena bhagavato pāde sirasā vandatha – ‘vakkali, bhante, bhikkhu ābādhiko dukkhito bāḷhagilāno. So bhagavato pāde sirasā vandatī’ti. Evañca vadetha – ‘rūpaṃ aniccaṃ. Tāhaṃ, bhante, na kaṅkhāmi. Yadaniccaṃ taṃ dukkhanti na vicikicchāmi. Yadaniccaṃ dukkhaṃ vipariṇāmadhammaṃ, natthi me tattha chando vā rāgo vā pemaṃ vāti na vicikicchāmi. Vedanā aniccā. Tāhaṃ, bhante, na kaṅkhāmi. Yadaniccaṃ taṃ dukkhanti na vicikicchāmi. Yadaniccaṃ dukkhaṃ vipariṇāmadhammaṃ, natthi me tattha chando vā rāgo vā pemaṃ vāti na vicikicchāmi. Saññā… saṅkhārā aniccā. Tāhaṃ, bhante, na kaṅkhāmi. Yadaniccaṃ taṃ dukkhanti na vicikicchāmi. Yadaniccaṃ dukkhaṃ vipariṇāmadhammaṃ, natthi me tattha chando vā rāgo vā pemaṃ vāti na vicikicchāmi. Viññāṇaṃ aniccaṃ. Tāhaṃ, bhante, na kaṅkhāmi. Yadaniccaṃ taṃ dukkhanti na vicikicchāmi. Yadaniccaṃ dukkhaṃ vipariṇāmadhammaṃ, natthi me tattha chando vā rāgo vā pemaṃ vāti na vicikicchāmī’’’ti. ‘‘Evamāvuso’’ti kho te bhikkhū āyasmato vakkalissa paṭissutvā pakkamiṃsu. Atha kho āyasmā vakkali acirapakkantesu tesu bhikkhūsu satthaṃ āharesi.

Тогда почтенный Ваккали обратился к своим прислуживающим: «Придите, друзья, спустите меня с постели. Ибо как может такой, как я, сидеть на высоком сиденье и думать, что он достоин слушать учение Благословенного!» — «Да, друг», — ответили те бхиккху почтенному Ваккали и спустили почтенного Ваккали с постели. «Этой ночью, друзья, две прекрасные деваты, когда ночь уже шла на убыль... встали в стороне. Стоя в стороне, друзья, одна девата сказала Благословенному: „Досточтимый, бхиккху Ваккали устремлён к освобождению“. Другая девата сказала Благословенному: „Конечно, досточтимый, он освободится как полностью освобождённый“. И Благословенный сказал тебе, друг Ваккали: „Не бойся, Ваккали! Не бойся, Ваккали! Твоя смерть не будет дурной, твоя кончина не будет дурной“». «В таком случае, друзья, от моего имени поклонитесь головой к стопам Благословенного и скажите: „Досточтимый, бхиккху Ваккали болен, страдает, тяжело занемог. Он кланяется головой к стопам Благословенного“. И ещё скажите так: „Форма непостоянна. В этом, досточтимый, у меня нет сомнений. То, что непостоянно, есть страдание — в этом я не сомневаюсь. В отношении того, что непостоянно, подвержено страданию и изменению, у меня больше нет желания, страсти или привязанности — в этом я не сомневаюсь. Чувство непостоянно. В этом, досточтимый, у меня нет сомнений. То, что непостоянно, есть страдание — в этом я не сомневаюсь. В отношении того, что непостоянно, подвержено страданию и изменению, у меня больше нет желания, страсти или привязанности — в этом я не сомневаюсь. Восприятие... Волевые образования непостоянны. В этом, досточтимый, у меня нет сомнений. То, что непостоянно, есть страдание — в этом я не сомневаюсь. В отношении того, что непостоянно, подвержено страданию и изменению, у меня больше нет желания, страсти или привязанности — в этом я не сомневаюсь. Сознание непостоянно. В этом, досточтимый, у меня нет сомнений. То, что непостоянно, есть страдание — в этом я не сомневаюсь. В отношении того, что непостоянно, подвержено страданию и изменению, у меня больше нет желания, страсти или привязанности — в этом я не сомневаюсь“». «Да, друг», — ответили те бхиккху почтенному Ваккали и ушли. И вскоре после того, как эти бхиккху ушли, почтенный Ваккали пустил в ход нож.

Atha kho te bhikkhū yena bhagavā tenupasaṅkamiṃsu; upasaṅkamitvā ekamantaṃ nisīdiṃsu. Ekamantaṃ nisinnā kho te bhikkhū bhagavantaṃ etadavocuṃ – ‘‘vakkali, bhante, bhikkhu ābādhiko dukkhito bāḷhagilāno; so bhagavato [Pg.101] pāde sirasā vandati; evañca vadeti – ‘rūpaṃ aniccaṃ. Tāhaṃ, bhante, na kaṅkhāmi. Yadaniccaṃ taṃ dukkhanti na vicikicchāmi. Yadaniccaṃ dukkhaṃ vipariṇāmadhammaṃ, natthi me tattha chando vā rāgo vā pemaṃ vāti na vicikicchāmi. Vedanā… saññā… saṅkhārā … viññāṇaṃ aniccaṃ. Tāhaṃ, bhante, na kaṅkhāmi. Yadaniccaṃ taṃ dukkhanti na vicikicchāmi. Yadaniccaṃ dukkhaṃ vipariṇāmadhammaṃ, natthi me tattha chando vā rāgo vā pemaṃ vāti na vicikicchāmī’’’ti.

Тогда те бхиккху подошли к Благословенному, поклонились ему и сели сбоку. Сидя сбоку, те бхиккху сказали Благословенному: «Досточтимый, бхиккху Ваккали болен, страдает, тяжело занемог. Он кланяется головой к стопам Благословенного и передаёт следующие слова: „Форма непостоянна. В этом, досточтимый, у меня нет сомнений. То, что непостоянно, есть страдание — в этом я не сомневаюсь. В отношении того, что непостоянно, подвержено страданию и изменению, у меня больше нет желания, страсти или привязанности — в этом я не сомневаюсь. Чувство… Восприятие… Волевые образования… Сознание непостоянно. В этом, досточтимый, у меня нет сомнений. То, что непостоянно, есть страдание — в этом я не сомневаюсь. В отношении того, что непостоянно, подвержено страданию и изменению, у меня больше нет желания, страсти или привязанности — в этом я не сомневаюсь“».

Atha kho bhagavā bhikkhū āmantesi – ‘‘āyāma, bhikkhave, yena isigilipassaṃ kāḷasilā tenupasaṅkamissāma; yattha vakkalinā kulaputtena satthamāharita’’nti. ‘‘Evaṃ, bhante’’ti kho te bhikkhū bhagavato paccassosuṃ. Atha kho bhagavā sambahulehi bhikkhūhi saddhiṃ yena isigilipassaṃ kāḷasilā tenupasaṅkami. Addasā kho bhagavā āyasmantaṃ vakkaliṃ dūratova mañcake vivattakkhandhaṃ semānaṃ.

Тогда Благословенный обратился к бхиккху: «Пойдёмте, монахи, к Чёрной Скале на склоне Исигили, где юноша из хорошей семьи Ваккали пустил в ход нож». — «Да, досточтимый», — ответили те бхиккху Благословенному. Тогда Благословенный вместе со множеством бхиккху отправился к Чёрной Скале на склоне Исигили. Благословенный ещё издалека увидел почтенного Ваккали, лежащего на постели с повёрнутым плечом.

Tena kho pana samayena dhūmāyitattaṃ timirāyitattaṃ gacchateva purimaṃ disaṃ, gacchati pacchimaṃ disaṃ, gacchati uttaraṃ disaṃ, gacchati dakkhiṇaṃ disaṃ, gacchati uddhaṃ disaṃ, gacchati adho disaṃ, gacchati anudisaṃ. Atha kho bhagavā bhikkhū āmantesi – ‘‘passatha no tumhe, bhikkhave, etaṃ dhūmāyitattaṃ timirāyitattaṃ gacchateva purimaṃ disaṃ…pe… gacchati anudisa’’nti. ‘‘Evaṃ, bhante’’. ‘‘Eso kho, bhikkhave, māro pāpimā vakkalissa kulaputtassa viññāṇaṃ samanvesati – ‘kattha vakkalissa kulaputtassa viññāṇaṃ patiṭṭhita’nti? Appatiṭṭhitena ca, bhikkhave, viññāṇena vakkali kulaputto parinibbuto’’ti. Pañcamaṃ.

В то время облако дыма, клубящаяся тьма двигалась на восток, двигалась на запад, двигалась на север, двигалась на юг, двигалась вверх, двигалась вниз, двигалась в промежуточные стороны. Тогда Благословенный обратился к бхиккху: «Видите ли вы, монахи, это облако дыма, эту клубящуюся тьму, которая движется на восток... движется в промежуточные стороны?» — «Да, досточтимый». — «Это, монахи, Злой Мара ищет сознание юноши из хорошей семьи Ваккали, думая: „Где же теперь утвердилось сознание юноши из хорошей семьи Ваккали?“ Однако, монахи, с неутверждённым сознанием юноша из хорошей семьи Ваккали ушёл в окончательную Ниббану». (Пятая).

6. Assajisuttaṃ

6. Ассаджи-сутта

88. Ekaṃ samayaṃ bhagavā rājagahe viharati veḷuvane kalandakanivāpe. Tena kho pana samayena āyasmā assaji kassapakārāme viharati ābādhiko dukkhito bāḷhagilāno. Atha kho āyasmā assaji upaṭṭhāke āmantesi – ‘‘etha tumhe, āvuso, yena bhagavā tenupasaṅkamatha; upasaṅkamitvā mama vacanena bhagavato pāde sirasā vandatha – ‘assaji, bhante, bhikkhu ābādhiko dukkhito bāḷhagilāno. So bhagavato pāde sirasā vandatī’ti. Evañca vadetha – ‘sādhu kira, bhante, bhagavā [Pg.102] yena assaji bhikkhu tenupasaṅkamatu anukampaṃ upādāyā’’’ti. ‘‘Evamāvuso’’ti kho te bhikkhū āyasmato assajissa paṭissutvā yena bhagavā tenupasaṅkamiṃsu; upasaṅkamitvā bhagavantaṃ abhivādetvā ekamantaṃ nisīdiṃsu. Ekamantaṃ nisinnā kho te bhikkhū bhagavantaṃ etadavocuṃ – ‘‘assaji, bhante, bhikkhu ābādhiko…pe… sādhu kira, bhante, bhagavā yena assaji bhikkhu tenupasaṅkamatu anukampaṃ upādāyā’’ti. Adhivāsesi bhagavā tuṇhībhāvena.

88. Одно время Благословенный пребывал в Раджагахе, в Бамбуковой роще, в Приюте чёрных белок. В то время почтенный Ассаджи пребывал в парке Кассапаки, будучи болен, страдая, тяжело занемогши. Тогда почтенный Ассаджи обратился к своим прислуживающим: «Идите, друзья, ступайте к Благословенному. Подойдя, от моего имени поклонитесь головой к стопам Благословенного и скажите: „Досточтимый, бхиккху Ассаджи болен, страдает, тяжело занемог. Он кланяется головой к стопам Благословенного“. И ещё скажите так: „Было бы хорошо, досточтимый, если бы Благословенный из сострадания пришёл к бхиккху Ассаджи“». — «Да, друг», — ответили те бхиккху почтенному Ассаджи, отправились к Благословенному, поклонились ему и сели сбоку. Сидя сбоку, те бхиккху сказали Благословенному: «Досточтимый, бхиккху Ассаджи болен... Было бы хорошо, досточтимый, если бы Благословенный из сострадания пришёл к бхиккху Ассаджи». Благословенный выразил согласие молчанием.

Atha kho bhagavā sāyanhasamayaṃ paṭisallānā vuṭṭhito yenāyasmā assaji tenupasaṅkami. Addasā kho āyasmā assaji bhagavantaṃ dūratova āgacchantaṃ. Disvāna mañcake samadhosi. Atha kho bhagavā āyasmantaṃ assajiṃ etadavoca – ‘‘alaṃ, assaji, mā tvaṃ mañcake samadhosi. Santimāni āsanāni paññattāni, tatthāhaṃ nisīdissāmī’’ti. Nisīdi bhagavā paññatte āsane. Nisajja kho bhagavā āyasmantaṃ assajiṃ etadavoca – ‘‘kacci te, assaji, khamanīyaṃ, kacci yāpanīyaṃ…pe… paṭikkamosānaṃ paññāyati no abhikkamo’’ti?

Затем Благословенный в вечернее время, выйдя из уединения, отправился к почтенному Ассаджи. Почтенный Ассаджи ещё издалека увидел приближающегося Благословенного. Увидев его, он зашевелился на постели. Тогда Благословенный сказал почтенному Ассаджи: «Довольно, Ассаджи, не нужно шевелиться на постели. Здесь есть приготовленные сиденья, я сяду там». Благословенный сел на приготовленное сиденье. Сев, Благословенный сказал почтенному Ассаджи: «Переносима ли твоя болезнь, Ассаджи? Терпима ли она? ... Уменьшаются ли твои болезненные чувства, а не увеличиваются? Заметно ли их уменьшение, а не увеличение?»

‘‘Na me, bhante, khamanīyaṃ…pe… abhikkamosānaṃ paññāyati no paṭikkamo’’ti. ‘‘Kacci te, assaji, na kiñci kukkuccaṃ na koci vippaṭisāro’’ti? ‘‘Taggha me, bhante, anappakaṃ kukkuccaṃ anappako vippaṭisāro’’ti. ‘‘Kacci pana taṃ, assaji, attā sīlato na upavadatī’’ti? ‘‘Na kho maṃ, bhante, attā sīlato upavadatī’’ti. ‘‘No ce kira taṃ, assaji, attā sīlato upavadati, atha kiñca te kukkuccaṃ ko ca vippaṭisāro’’ti? ‘‘Pubbe khvāhaṃ, bhante, gelaññe passambhetvā passambhetvā kāyasaṅkhāre viharāmi, sohaṃ samādhiṃ nappaṭilabhāmi. Tassa mayhaṃ, bhante, taṃ samādhiṃ appaṭilabhato evaṃ hoti – ‘no cassāhaṃ parihāyāmī’’’ti. ‘‘Ye te, assaji, samaṇabrāhmaṇā samādhisārakā samādhisāmaññā tesaṃ taṃ samādhiṃ appaṭilabhataṃ evaṃ hoti – ‘no cassu mayaṃ parihāyāmā’’’ti.

«Моя болезнь непереносима, досточтимый, нетерпима... Заметно их увеличение, а не уменьшение». — «Нет ли у тебя, Ассаджи, какого-либо беспокойства, какого-либо сожаления?» — «Поистине, досточтимый, у меня немалое беспокойство, немалое сожаление». — «Не упрекает ли тебя, Ассаджи, твоё собственное «я» в отношении нравственности?» — «Моё собственное «я», досточтимый, не упрекает меня в отношении нравственности». — «Но если твоё собственное «я» не упрекает тебя в отношении нравственности, Ассаджи, то в чём же твоё беспокойство и в чём твоё сожаление?» — «Прежде, досточтимый, во время болезни я пребывал, то и дело успокаивая телесные формации, но теперь я не могу достичь сосредоточения. И поскольку я не могу достичь сосредоточения, досточтимый, у меня возникает мысль: „Как бы мне не пасть!“» — «Те отшельники и брахманы, Ассаджи, которые считают сосредоточение сутью и отождествляют сосредоточение с отшельничеством, не получая сосредоточения, думают: „Как бы нам не пасть!“»

‘‘Taṃ kiṃ maññasi, assaji, rūpaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’…pe… viññāṇaṃ …pe… tasmātiha…pe… evaṃ passaṃ…pe… nāparaṃ itthattāyāti pajānātīti. So sukhaṃ ce vedanaṃ vedayati, sā ‘aniccā’ti pajānāti. ‘Anajjhositā’ti [Pg.103] pajānāti. ‘Anabhinanditā’ti pajānāti. Dukkhaṃ ce vedanaṃ vedayati, sā ‘aniccā’ti pajānāti. ‘Anajjhositā’ti pajānāti. ‘Anabhinanditā’ti pajānāti. Adukkhamasukhaṃ ce vedanaṃ vedayati, sā ‘aniccā’ti pajānāti…pe… ‘anabhinanditā’ti pajānāti. So sukhaṃ ce vedanaṃ vedayati, visaṃyutto naṃ vedayati; dukkhaṃ ce vedanaṃ vedayati, visaṃyutto naṃ vedayati; adukkhamasukhaṃ ce vedanaṃ vedayati, visaṃyutto naṃ vedayati. So kāyapariyantikaṃ ce vedanaṃ vedayamāno ‘kāyapariyantikaṃ vedanaṃ vedayāmī’ti pajānāti. Jīvitapariyantikaṃ ce vedanaṃ vedayamāno ‘jīvitapariyantikaṃ vedanaṃ vedayāmī’ti pajānāti. ‘Kāyassa bhedā uddhaṃ jīvitapariyādānā idheva sabbavedayitāni anabhinanditāni sītībhavissantī’ti pajānāti.

«Как ты думаешь, Ассаджи, форма постоянна или непостоянна?» — «Непостоянна, досточтимый»... сознание... «Поэтому... видя так... он понимает: „...нет более ничего для этого состояния бытия“». Если он испытывает приятное чувство, он понимает: «Оно непостоянно»; он понимает: «К нему нет привязанности»; он понимает: «Им не наслаждаются». Если он испытывает болезненное чувство, он понимает: «Оно непостоянно»; он понимает: «К нему нет привязанности»; он понимает: «Им не наслаждаются». Если он испытывает ни-болезненное-ни-приятное чувство, он понимает: «Оно непостоянно»... он понимает: «Им не наслаждаются». Если он испытывает приятное чувство, он испытывает его отстранённо; если он испытывает болезненное чувство, он испытывает его отстранённо; если он испытывает ни-болезненное-ни-приятное чувство, он испытывает его отстранённо. Испытывая чувство, ограниченное телом, он понимает: «Я испытываю чувство, ограниченное телом». Испытывая чувство, ограниченное жизнью, он понимает: «Я испытываю чувство, ограниченное жизнью». Он понимает: «С распадом тела, по исчерпании жизни, всё испытанное здесь, не приносящее восторга, остынет».

‘‘Seyyathāpi, assaji, telañca paṭicca, vaṭṭiñca paṭicca, telappadīpo jhāyeyya; tasseva telassa ca vaṭṭiyā ca pariyādānā anāhāro nibbāyeyya. Evameva kho, assaji, bhikkhu kāyapariyantikaṃ vedanaṃ vedayamāno ‘kāyapariyantikaṃ vedanaṃ vedayāmī’ti pajānāti. Jīvitapariyantikaṃ vedanaṃ vedayamāno ‘jīvitapariyantikaṃ vedanaṃ vedayāmī’ti pajānāti. ‘Kāyassa bhedā uddhaṃ jīvitapariyādānā idheva sabbavedayitāni anabhinanditāni sītībhavissantī’ti pajānātī’’ti. Chaṭṭhaṃ.

«Подобно тому, Ассаджи, как масляная лампа горит в зависимости от масла и фитиля, а с исчерпанием масла и фитиля гаснет из-за отсутствия топлива, точно так же, Ассаджи, бхиккху, испытывая чувство, ограниченное телом, понимает: „Я испытываю чувство, ограниченное телом“. Испытывая чувство, ограниченное жизнью, он понимает: „Я испытываю чувство, ограниченное жизнью“. Он понимает: „С распадом тела, по исчерпании жизни, всё испытанное здесь, не приносящее восторга, остынет“». (Шестая).

7. Khemakasuttaṃ

7. Кхемака-сутта

89. Ekaṃ samayaṃ sambahulā therā bhikkhū kosambiyaṃ viharanti ghositārāme. Tena kho pana samayena āyasmā khemako badarikārāme viharati ābādhiko dukkhito bāḷhagilāno. Atha kho therā bhikkhū sāyanhasamayaṃ paṭisallānā vuṭṭhitā āyasmantaṃ dāsakaṃ āmantesuṃ – ‘‘ehi tvaṃ, āvuso dāsaka, yena khemako bhikkhu tenupasaṅkama; upasaṅkamitvā khemakaṃ bhikkhuṃ evaṃ vadehi – ‘therā taṃ, āvuso khemaka, evamāhaṃsu – kacci te, āvuso, khamanīyaṃ, kacci yāpanīyaṃ, kacci dukkhā vedanā paṭikkamanti no abhikkamanti, paṭikkamosānaṃ paññāyati no abhikkamo’’’ti? ‘‘Evamāvuso’’ti kho āyasmā dāsako therānaṃ bhikkhūnaṃ paṭissutvā yenāyasmā khemako tenupasaṅkami; upasaṅkamitvā āyasmantaṃ khemakaṃ etadavoca – ‘‘therā taṃ, āvuso [Pg.104] khemaka, evamāhaṃsu – ‘kacci te, āvuso, khamanīyaṃ…pe… no abhikkamo’’’ti? ‘‘Na me, āvuso, khamanīyaṃ na yāpanīyaṃ…pe… abhikkamosānaṃ paññāyati no paṭikkamo’’ti.

89. Одно время многие старейшие бхиккху пребывали в Косамби, в роще Госиты. В то время почтенный Кхемака пребывал в парке Бадарика, будучи болен, страдая, тяжело занемогши. Тогда старейшие бхиккху в вечернее время, выйдя из уединения, обратились к почтенному Дасаке: «Иди, друг Дасака, ступай к бхиккху Кхемаке и скажи ему: „Старейшины спрашивают тебя, друг Кхемака: переносима ли твоя болезнь, друг? Терпима ли она? Уменьшаются ли твои болезненные чувства, а не увеличиваются? Заметно ли их уменьшение, а не увеличение?“» — «Да, друзья», — ответил почтенный Дасака старейшим бхиккху, отправился к почтенному Кхемаке и сказал ему: «Старейшины спрашивают тебя, друг Кхемака: „Переносима ли твоя болезнь, друг? ... а не увеличение?“» — «Моя болезнь непереносима, друг, нетерпима... Заметно их увеличение, а не уменьшение».

Atha kho āyasmā dāsako yena therā bhikkhū tenupasaṅkami; upasaṅkamitvā there bhikkhū etadavoca – ‘‘khemako, āvuso, bhikkhu evamāha – ‘na me, āvuso, khamanīyaṃ…pe… abhikkamosānaṃ paññāyati no paṭikkamo’’’ti. ‘‘Ehi tvaṃ, āvuso dāsaka, yena khemako bhikkhu tenupasaṅkama; upasaṅkamitvā khemakaṃ bhikkhuṃ evaṃ vadehi – ‘therā taṃ, āvuso khemaka, evamāhaṃsu – pañcime, āvuso, upādānakkhandhā vuttā bhagavatā, seyyathidaṃ – rūpupādānakkhandho, vedanupādānakkhandho, saññupādānakkhandho, saṅkhārupādānakkhandho, viññāṇupādānakkhandho. Imesu āyasmā khemako pañcasu upādānakkhandhesu kiñci attaṃ vā attaniyaṃ vā samanupassatī’’’ti?

Тогда достопочтенный Дасака подошёл к старейшим бхиккху и, подойдя, сказал им: «Друзья, бхиккху Кхемака говорит так: „Друзья, мне не становится лучше... [и т. д.]... заметно лишь ухудшение, а не улучшение“». — «Иди, друг Дасака, подойди к бхиккху Кхемаке и, подойдя, скажи ему: „Друг Кхемака, старейшины говорят тебе так: „Друг, Благословенный провозгласил эти пять совокупностей цепляния, а именно: совокупность цепляния за форму, совокупность цепляния за чувство, совокупность цепляния за восприятие, совокупность цепляния за волевые формации, совокупность цепляния за сознание. Рассматривает ли достопочтенный Кхемака что-либо среди этих пяти совокупностей цепляния как «я» или как принадлежащее «я»?““»

‘‘Evamāvuso’’ti kho āyasmā dāsako therānaṃ bhikkhūnaṃ paṭissutvā yenāyasmā khemako tenupasaṅkami; upasaṅkamitvā…pe… therā taṃ, āvuso khemaka, evamāhaṃsu – ‘‘pañcime, āvuso, upādānakkhandhā vuttā bhagavatā, seyyathidaṃ – rūpupādānakkhandho…pe… viññāṇupādānakkhandho. Imesu āyasmā khemako pañcasu upādānakkhandhesu kiñci attaṃ vā attaniyaṃ vā samanupassatī’’ti? ‘‘Pañcime, āvuso, upādānakkhandhā vuttā bhagavatā, seyyathidaṃ – rūpupādānakkhandho…pe… viññāṇupādānakkhandho. Imesu khvāhaṃ, āvuso, pañcasu upādānakkhandhesu na kiñci attaṃ vā attaniyaṃ vā samanupassāmī’’ti.

«„Да, друг“, — ответил достопочтенный Дасака старейшим бхиккху и подошёл к достопочтенному Кхемаке. Подойдя... [и т. д.]... „Друг Кхемака, старейшины говорят тебе так: „Друг, Благословенный провозгласил эти пять совокупностей цепляния, а именно: совокупность цепляния за форму... [и т. д.]... совокупность цепляния за сознание. Рассматривает ли достопочтенный Кхемака что-либо среди этих пяти совокупностей цепляния как «я» или как принадлежащее «я»?““ — „Друг, Благословенный провозгласил эти пять совокупностей цепляния, а именно: совокупность цепляния за форму... [и т. д.]... совокупность цепляния за сознание. Среди этих пяти совокупностей цепляния, друг, я не рассматриваю ничего как «я» или как принадлежащее «я»“».

Atha kho āyasmā dāsako yena therā bhikkhū tenupasaṅkami; upasaṅkamitvā there bhikkhū etadavoca – ‘‘khemako, āvuso, bhikkhu evamāha – ‘pañcime, āvuso, upādānakkhandhā vuttā bhagavatā, seyyathidaṃ – rūpupādānakkhandho…pe… viññāṇupādānakkhandho. Imesu khvāhaṃ, āvuso, pañcasu upādānakkhandhesu na kiñci attaṃ vā attaniyaṃ vā samanupassāmī’’’ti. ‘‘Ehi tvaṃ, āvuso dāsaka, yena khemako bhikkhu tenupasaṅkama; upasaṅkamitvā khemakaṃ bhikkhuṃ evaṃ vadehi – ‘therā taṃ, āvuso khemaka, evamāhaṃsu – pañcime, āvuso, upādānakkhandhā vuttā bhagavatā, seyyathidaṃ – rūpupādānakkhandho…pe… viññāṇupādānakkhandho. No ce kirāyasmā khemako imesu [Pg.105] pañcasu upādānakkhandhesu kiñci attaṃ vā attaniyaṃ vā samanupassati. Tenahāyasmā khemako arahaṃ khīṇāsavo’’’ti.

Тогда достопочтенный Дасака подошёл к старейшим бхиккху и, подойдя, сказал им: «Друзья, бхиккху Кхемака говорит так: „Друг, Благословенный провозгласил эти пять совокупностей цепляния, а именно: совокупность цепляния за форму... [и т. д.]... совокупность цепляния за сознание. Среди этих пяти совокупностей цепляния, друг, я не рассматриваю ничего как «я» или как принадлежащее «я»“». — «Иди, друг Дасака, подойди к бхиккху Кхемаке и, подойдя, скажи ему: „Друг Кхемака, старейшины говорят тебе так: „Друг, Благословенный провозгласил эти пять совокупностей цепляния, а именно: совокупность цепляния за форму... [и т. д.]... совокупность цепляния за сознание. Если достопочтенный Кхемака не рассматривает ничего среди этих пяти совокупностей цепляния как «я» или как принадлежащее «я», то в таком случае достопочтенный Кхемака — арахант, чьи влечения уничтожены““».

‘‘Evamāvuso’’ti kho āyasmā dāsako therānaṃ bhikkhūnaṃ paṭissutvā yenāyasmā khemako…pe… therā taṃ, āvuso khemaka, evamāhaṃsu – ‘‘pañcime, āvuso, upādānakkhandhā vuttā bhagavatā, seyyathidaṃ – rūpupādānakkhandho…pe… viññāṇupādānakkhandho; no ce kirāyasmā khemako imesu pañcasu upādānakkhandhesu kiñci attaṃ vā attaniyaṃ vā samanupassati, tenahāyasmā khemako arahaṃ khīṇāsavo’’ti. ‘‘Pañcime, āvuso, upādānakkhandhā vuttā bhagavatā, seyyathidaṃ – rūpupādānakkhandho…pe… viññāṇupādānakkhandho. Imesu khvāhaṃ, āvuso, pañcasu upādānakkhandhesu na kiñci attaṃ vā attaniyaṃ vā samanupassāmi, na camhi arahaṃ khīṇāsavo; api ca me, āvuso, pañcasu upādānakkhandhesu ‘asmī’ti adhigataṃ, ‘ayamahamasmī’ti na ca samanupassāmī’’ti.

«„Да, друг“, — ответил достопочтенный Дасака старейшим бхиккху и подошёл к достопочтенному Кхемаке... [и т. д.]... „Друг Кхемака, старейшины говорят тебе так: „Друг, Благословенный провозгласил эти пять совокупностей цепляния, а именно: совокупность цепляния за форму... [и т. д.]... совокупность цепляния за сознание. Если достопочтенный Кхемака не рассматривает ничего среди этих пяти совокупностей цепляния как «я» или как принадлежащее «я», то в таком случае достопочтенный Кхемака — арахант, чьи влечения уничтожены““. — „Друг, Благословенный провозгласил эти пять совокупностей цепляния, а именно: совокупность цепляния за форму... [и т. д.]... совокупность цепляния за сознание. Среди этих пяти совокупностей цепляния я не рассматриваю ничего как «я» или как принадлежащее «я», но я не являюсь арахантом, чьи влечения уничтожены. Однако, друзья, в отношении этих пяти совокупностей цепляния у меня всё ещё остаётся [представление] „я есмь“, но я не рассматриваю [ничего среди них] как „это я““».

Atha kho āyasmā dāsako yena therā bhikkhū…pe… there bhikkhū etadavoca – ‘‘khemako, āvuso, bhikkhu evamāha – pañcime, āvuso, upādānakkhandhā vuttā bhagavatā, seyyathidaṃ – rūpupādānakkhandho…pe… viññāṇupādānakkhandho. Imesu khvāhaṃ, āvuso, pañcasu upādānakkhandhesu na kiñci attaṃ vā attaniyaṃ vā samanupassāmi, na camhi arahaṃ khīṇāsavo; api ca me, āvuso, pañcasu upādānakkhandhesu ‘asmī’ti adhigataṃ, ‘ayamahamasmī’ti na ca samanupassāmī’’ti.

Тогда достопочтенный Дасака подошёл к старейшим бхиккху... [и т. д.]... и сказал им: «Друзья, бхиккху Кхемака говорит так: „Друг, Благословенный провозгласил эти пять совокупностей цепляния, а именно: совокупность цепляния за форму... [и т. д.]... совокупность цепляния за сознание. Среди этих пяти совокупностей цепляния я не рассматриваю ничего как «я» или как принадлежащее «я», но я не являюсь арахантом, чьи влечения уничтожены. Однако, друзья, в отношении этих пяти совокупностей цепляния у меня всё ещё остаётся [представление] „я есмь“, но я не рассматриваю [ничего среди них] как „это я““».

‘‘Ehi tvaṃ, āvuso dāsaka, yena khemako bhikkhu tenupasaṅkama; upasaṅkamitvā khemakaṃ bhikkhuṃ evaṃ vadehi – ‘therā taṃ, āvuso khemaka, evamāhaṃsu – yametaṃ, āvuso khemaka, asmīti vadesi, kimetaṃ asmīti vadesi? Rūpaṃ asmīti vadesi, aññatra rūpā asmīti vadesi, vedanaṃ… saññaṃ… saṅkhāre… viññāṇaṃ asmīti vadesi, aññatra viññāṇā asmīti vadesi. Yametaṃ, āvuso khemaka, asmīti vadesi. Kimetaṃ asmīti vadesī’’’ti?

«Иди, друг Дасака, подойди к бхиккху Кхемаке и, подойдя, скажи ему: „Друг Кхемака, старейшины говорят тебе так: „Друг Кхемака, когда ты говоришь об этом „я есмь“ — что именно ты называешь „я есмь“? Говоришь ли ты о форме как о „я есмь“, или ты говоришь о „я есмь“ отдельно от формы? Говоришь ли ты о чувстве... о восприятии... о волевых формациях... о сознании как о „я есмь“, или ты говоришь о „я есмь“ отдельно от сознания? Когда ты говоришь об этом „я есмь“, друг Кхемака, что именно ты называешь „я есмь“?““»

‘‘Evamāvuso’’ti kho āyasmā dāsako therānaṃ bhikkhūnaṃ paṭissutvā yenāyasmā khemako tenupasaṅkami; upasaṅkamitvā āyasmantaṃ khemakaṃ etadavoca – therā taṃ, āvuso khemaka, evamāhaṃsu – ‘‘yametaṃ, āvuso [Pg.106] khemaka, ‘asmī’ti vadesi, kimetaṃ ‘asmī’ti vadesi? Rūpaṃ ‘asmī’ti vadesi aññatra rūpā ‘asmī’ti vadesi? Vedanaṃ… saññaṃ… saṅkhāre… viññāṇaṃ ‘asmī’ti vadesi aññatra viññāṇā ‘asmī’ti vadesi? Yametaṃ, āvuso khemaka, ‘asmī’ti vadesi, kimetaṃ ‘asmī’ti vadesi’’ti? ‘‘Alaṃ, āvuso dāsaka, kiṃ imāya sandhāvanikāya! Āharāvuso, daṇḍaṃ; ahameva yena therā bhikkhū tenupasaṅkamissāmī’’ti.

«„Да, друг“, — ответил достопочтенный Дасака старейшим бхиккху и подошёл к достопочтенному Кхемаке. Подойдя, он сказал достопочтенному Кхемаке: „Друг Кхемака, старейшины говорят тебе так: „Когда ты говоришь об этом „я есмь“, друг Кхемака, что именно ты называешь „я есмь“? Говоришь ли ты о форме как о „я есмь“, или ты говоришь о „я есмь“ отдельно от формы? Говоришь ли ты о чувстве... о восприятии... о волевых формациях... о сознании как о „я есмь“, или ты говоришь о „я есмь“ отдельно от сознания? Когда ты говоришь об этом „я есмь“, друг Кхемака, что именно ты называешь „я есмь“?““ — „Довольно, друг Дасака! К чему эта беготня туда-сюда? Принеси мне посох, друг. Я сам пойду к старейшим бхиккху“».

Atha kho āyasmā khemako daṇḍamolubbha yena therā bhikkhū tenupasaṅkami; upasaṅkamitvā therehi bhikkhūhi saddhiṃ sammodi. Sammodanīyaṃ kathaṃ sāraṇīyaṃ vītisāretvā ekamantaṃ nisīdi. Ekamantaṃ nisinnaṃ kho āyasmantaṃ khemakaṃ therā bhikkhū etadavocuṃ – ‘‘yametaṃ, āvuso khemaka, ‘asmī’ti vadesi, kimetaṃ ‘asmī’ti vadesi? Rūpaṃ ‘asmī’ti vadesi, aññatra rūpā ‘asmī’ti vadesi? Vedanaṃ… saññaṃ… saṅkhāre… viññāṇaṃ ‘asmī’ti vadesi, aññatra viññāṇā ‘asmī’ti vadesi? Yametaṃ, āvuso khemaka, ‘asmī’ti vadesi, kimetaṃ ‘asmī’ti vadesī’’ti? ‘‘Na khvāhaṃ, āvuso, rūpaṃ ‘asmī’ti vadāmi; napi aññatra rūpā ‘asmī’ti vadāmi. Na vedanaṃ… na saññaṃ… na saṅkhāre… na viññāṇaṃ ‘asmī’ti vadāmi; napi aññatra viññāṇā ‘asmī’ti vadāmi. Api ca me, āvuso, pañcasu upādānakkhandhesu ‘asmī’ti adhigataṃ ‘ayamahamasmī’ti na ca samanupassāmi’’.

Тогда достопочтенный Кхемака, опираясь на посох, подошёл к старейшим бхиккху. Подойдя, он обменялся со старейшими бхиккху приветствиями. Обменявшись вежливыми и дружескими словами, он сел сбоку. Когда достопочтенный Кхемака сел сбоку, старейшие бхиккху сказали ему: «Друг Кхемака, когда ты говоришь об этом „я есмь“ — что именно ты называешь „я есмь“? Говоришь ли ты о форме как о „я есмь“, или ты говоришь о „я есмь“ отдельно от формы? Говоришь ли ты о чувстве... о восприятии... о волевых формациях... о сознании как о „я есмь“, или ты говоришь о „я есмь“ отдельно от сознания? Когда ты говоришь об этом „я есмь“, друг Кхемака, что именно ты называешь „я есмь“?» — «Друзья, я не говорю о форме как о „я есмь“, но я и не говорю о „я есмь“ отдельно от формы. Я не говорю о чувстве... о восприятии... о волевых формациях... о сознании как о „я есмь“, но я и не говорю о „я есмь“ отдельно от сознания. Однако, друзья, в отношении этих пяти совокупностей цепляния у меня всё ещё остаётся [представление] „я есмь“, но я не рассматриваю [ничего среди них] как „это я“».

‘‘Seyyathāpi, āvuso, uppalassa vā padumassa vā puṇḍarīkassa vā gandho. Yo nu kho evaṃ vadeyya – ‘pattassa gandho’ti vā ‘vaṇṇassa gandho’ti vā ‘kiñjakkhassa gandho’ti vā sammā nu kho so vadamāno vadeyyā’’ti? ‘‘No hetaṃ, āvuso’’. ‘‘Yathā kathaṃ, panāvuso, sammā byākaramāno byākareyyā’’ti? ‘‘‘Pupphassa gandho’ti kho, āvuso, sammā byākaramāno byākareyyā’’ti. ‘‘Evameva khvāhaṃ, āvuso, na rūpaṃ ‘asmī’ti vadāmi, napi aññatra rūpā ‘asmī’ti vadāmi. Na vedanaṃ… na saññaṃ… na saṅkhāre… na viññāṇaṃ ‘asmī’ti vadāmi, napi aññatra viññāṇā ‘asmī’ti vadāmi. Api ca me, āvuso, pañcasu upādānakkhandhesu ‘asmī’ti adhigataṃ ‘ayamahamasmī’ti na ca samanupassāmi’’.

«„Представьте, друзья, аромат синего, красного или белого лотоса. Если бы кто-то сказал: „Это аромат лепестков“, или „Это аромат цвета“, или „Это аромат тычинок“ — правильно ли бы он сказал?“ — „Нет, друг“. — „А как же, друзья, следовало бы ответить, чтобы ответ был правильным?“ — „Отвечая правильно, друг, следовало бы сказать: „Это аромат цветка““. — „Точно так же, друзья, я не говорю о форме как о „я есмь“, но я и не говорю о „я есмь“ отдельно от формы. Я не говорю о чувстве... о восприятии... о волевых формациях... о сознании как о „я есмь“, но я и не говорю о „я есмь“ отдельно от сознания. Однако, друзья, в отношении этих пяти совокупностей цепляния у меня всё ещё остаётся [представление] „я есмь“, но я не рассматриваю [ничего среди них] как „это я“».

‘‘Kiñcāpi, āvuso, ariyasāvakassa pañcorambhāgiyāni saṃyojanāni pahīnāni bhavanti, atha khvassa hoti – ‘yo ca pañcasu upādānakkhandhesu anusahagato [Pg.107] asmīti māno, asmīti chando, asmīti anusayo asamūhato. So aparena samayena pañcasu upādānakkhandhesu udayabbayānupassī viharati – iti rūpaṃ, iti rūpassa samudayo, iti rūpassa atthaṅgamo; iti vedanā… iti saññā… iti saṅkhārā… iti viññāṇaṃ, iti viññāṇassa samudayo, iti viññāṇassa atthaṅgamo’ti. Tassimesu pañcasu upādānakkhandhesu udayabbayānupassino viharato yopissa hoti pañcasu upādānakkhandhesu anusahagato ‘asmī’ti, māno ‘asmī’ti, chando ‘asmī’ti anusayo asamūhato, sopi samugghātaṃ gacchati.

«Друзья, даже если благородный ученик уничтожил пять низших оков, у него всё же остаётся в отношении пяти совокупностей цепляния тонкое, сопутствующее самомнение „я есмь“, желание „я есмь“, скрытая склонность „я есмь“, которые ещё не искоренены. Спустя некоторое время он пребывает, созерцая возникновение и исчезновение в пяти совокупностях цепляния: „Такова форма, таково её возникновение, таково её исчезновение; таково чувство... таково восприятие... таковы волевые формации... таково сознание, таково его возникновение, таково его исчезновение“. Когда он пребывает, созерцая возникновение и исчезновение в пяти совокупностях цепляния, то тонкое, сопутствующее самомнение „я есмь“, желание „я есмь“, скрытая склонность „я есмь“, которые ещё не были искоренены, — также полностью искореняются.

‘‘Seyyathāpi, āvuso, vatthaṃ saṃkiliṭṭhaṃ malaggahitaṃ. Tamenaṃ sāmikā rajakassa anupadajjuṃ. Tamenaṃ rajako ūse vā khāre vā gomaye vā sammadditvā acche udake vikkhāleti. Kiñcāpi taṃ hoti vatthaṃ parisuddhaṃ pariyodātaṃ, atha khvassa hoti yeva anusahagato ūsagandho vā khāragandho vā gomayagandho vā asamūhato. Tamenaṃ rajako sāmikānaṃ deti. Tamenaṃ sāmikā gandhaparibhāvite karaṇḍake nikkhipanti. Yopissa hoti anusahagato ūsagandho vā khāragandho vā gomayagandho vā asamūhato, sopi samugghātaṃ gacchati. Evameva kho, āvuso, kiñcāpi ariyasāvakassa pañcorambhāgiyāni saṃyojanāni pahīnāni bhavanti, atha khvassa hoti yeva pañcasu upādānakkhandhesu anusahagato ‘asmī’ti, māno ‘asmī’ti, chando ‘asmī’ti anusayo asamūhato. So aparena samayena pañcasu upādānakkhandhesu udayabbayānupassī viharati. ‘Iti rūpaṃ, iti rūpassa samudayo, iti rūpassa atthaṅgamo; iti vedanā… iti saññā… iti saṅkhārā… iti viññāṇaṃ, iti viññāṇassa samudayo, iti viññāṇassa atthaṅgamo’ti. Tassa imesu pañcasu upādānakkhandhesu udayabbayānupassino viharato yopissa hoti pañcasu upādānakkhandhesu anusahagato ‘asmī’ti, māno ‘asmī’ti, chando ‘asmī’ti anusayo asamūhato, sopi samugghātaṃ gacchatī’’ti.

«„Представьте, друзья, грязную, покрытую пятнами одежду. Владельцы отдают её прачке. Прачка тщательно трёт её с очистительной солью, щёлочью или коровьим навозом, а затем полощет в чистой воде. И хотя эта одежда становится чистой и белоснежной, в ней всё же остаётся тонкий, сопутствующий запах очистительной соли, щёлочи или коровьего навоза, который ещё не исчез. Прачка возвращает её владельцам. Владельцы кладут её в пропитанный благовониями ларец, и тогда этот тонкий, сопутствующий запах очистительной соли, щёлочи или коровьего навоза, который ещё не исчез, полностью исчезает. Точно так же, друзья, даже если благородный ученик уничтожил пять низших оков, у него всё же остаётся в отношении пяти совокупностей цепляния тонкое, сопутствующее самомнение „я есмь“, желание „я есмь“, скрытая склонность „я есмь“, которые ещё не искоренены. Спустя некоторое время он пребывает, созерцая возникновение и исчезновение в пяти совокупностях цепляния: „Такова форма, таково её возникновение, таково её исчезновение; таково чувство... таково восприятие... таковы волевые формации... таково сознание, таково его возникновение, таково его исчезновение“. Когда он пребывает, созерцая возникновение и исчезновение в пяти совокупностях цепляния, то тонкое, сопутствующее самомнение „я есмь“, желание „я есмь“, скрытая склонность „я есмь“, которые ещё не были искоренены, — также полностью искореняются“».

Evaṃ vutte, therā bhikkhū āyasmantaṃ khemakaṃ etadavocuṃ – ‘‘na kho mayaṃ āyasmantaṃ khemakaṃ vihesāpekhā pucchimha, api cāyasmā khemako pahosi tassa bhagavato sāsanaṃ vitthārena ācikkhituṃ desetuṃ paññāpetuṃ [Pg.108] paṭṭhapetuṃ vivarituṃ vibhajituṃ uttānīkātuṃ. Tayidaṃ āyasmatā khemakena tassa bhagavato sāsanaṃ vitthārena ācikkhitaṃ desitaṃ paññāpitaṃ paṭṭhapitaṃ vivaritaṃ vibhajitaṃ uttānīkata’’nti.

Когда это было сказано, старейшие бхиккху сказали достопочтенному Кхемаке: «Мы спрашивали достопочтенного Кхемаку не ради того, чтобы досадить ему, но потому, что достопочтенный Кхемака способен подробно разъяснить, преподать, провозгласить, утвердить, раскрыть, разобрать и прояснить учение Благословенного. И достопочтенный Кхемака подробно разъяснил, преподал, провозгласил, утвердил, раскрыл, разобрал и прояснил это учение Благословенного».

Idamavoca āyasmā khemako. Attamanā therā bhikkhū āyasmato khemakassa bhāsitaṃ abhinanduṃ. Imasmiñca pana veyyākaraṇasmiṃ bhaññamāne saṭṭhimattānaṃ therānaṃ bhikkhūnaṃ anupādāya āsavehi cittāni vimucciṃsu, āyasmato khemakassa cāti. Sattamaṃ.

Так сказал достопочтенный Кхемака. Старейшие бхиккху, обрадованные, восхитились словами достопочтенного Кхемаки. И во время произнесения этого разъяснения умы около шестидесяти старейших бхиккху, а также достопочтенного Кхемаки, без какого-либо цепляния освободились от влечений. Седьмая [сутта].

8. Channasuttaṃ

8. Чанна-сутта

90. Ekaṃ samayaṃ sambahulā therā bhikkhū bārāṇasiyaṃ viharanti isipatane migadāye. Atha kho āyasmā channo sāyanhasamayaṃ paṭisallānā vuṭṭhito avāpuraṇaṃ ādāya vihārena vihāraṃ upasaṅkamitvā there bhikkhū etadavoca – ‘‘ovadantu maṃ āyasmanto therā, anusāsantu maṃ āyasmanto therā, karontu me āyasmanto therā dhammiṃ kathaṃ, yathāhaṃ dhammaṃ passeyya’’nti.

90. Однажды многие старейшие бхиккху пребывали в Баранаси, в Исипатане, в Оленьем парке. Тогда достопочтенный Чанна в вечернее время, поднявшись от уединения, взял ключ и, переходя от обители к обители, подошёл к старейшим бхиккху и сказал им: «Пусть достопочтенные старейшины наставят меня, пусть достопочтенные старейшины поучат меня, пусть достопочтенные старейшины обратятся ко мне с беседой о Дхамме, чтобы я смог узреть Дхамму».

Evaṃ vutte, therā bhikkhū āyasmantaṃ channaṃ etadavocuṃ – ‘‘rūpaṃ kho, āvuso channa, aniccaṃ; vedanā aniccā; saññā aniccā; saṅkhārā aniccā; viññāṇaṃ aniccaṃ. Rūpaṃ anattā; vedanā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ anattā. Sabbe saṅkhārā aniccā; sabbe dhammā anattā’’ti.

Когда это было сказано, старейшие бхиккху ответили достопочтенному Чанне: «Форма, друг Чанна, непостоянна; чувство непостоянно; восприятие непостоянно; волевые образования непостоянны; сознание непостоянно. Форма — не-я; чувство... восприятие... волевые образования... сознание — не-я. Все обусловленные образования непостоянны; все дхаммы — не-я».

Atha kho āyasmato channassa etadahosi – ‘‘mayhampi kho etaṃ evaṃ hoti – ‘rūpaṃ aniccaṃ, vedanā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ aniccaṃ; rūpaṃ anattā, vedanā … saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ anattā. Sabbe saṅkhārā aniccā, sabbe dhammā anattā’ti. Atha ca pana me sabbasaṅkhārasamathe sabbūpadhipaṭinissagge taṇhākkhaye virāge nirodhe nibbāne cittaṃ na pakkhandati nappasīdati na santiṭṭhati nādhimuccati. Paritassanā upādānaṃ uppajjati; paccudāvattati mānasaṃ – ‘atha ko carahi me attā’ti? Na kho panevaṃ dhammaṃ passato hoti. Ko nu kho me tathā dhammaṃ deseyya yathāhaṃ dhammaṃ passeyya’’nti.

Тогда достопочтенному Чанне пришла такая мысль: «У меня тоже есть такое понимание: „Форма непостоянна, чувство... восприятие... волевые образования... сознание непостоянно; форма — не-я, чувство... восприятие... волевые образования... сознание — не-я. Все обусловленные образования непостоянны, все дхаммы — не-я“. И всё же мой ум не устремляется к успокоению всех обусловленных образований, к отказу от всех привязанностей, к уничтожению жажды, к бесстрастию, к прекращению, к Ниббане; он не обретает уверенности, не успокаивается и не утверждается в этом. Вместо этого возникают тревога и цепляние, и разум отступает назад с мыслью: „Но кто же тогда моё „я“?“ Но у того, кто видит Дхамму, такого не происходит. Кто же может так проповедовать мне Дхамму, чтобы я смог узреть Дхамму?»

Atha kho āyasmato channassa etadahosi – ‘‘ayaṃ kho āyasmā ānando kosambiyaṃ viharati ghositārāme satthu ceva saṃvaṇṇito sambhāvito [Pg.109] ca viññūnaṃ sabrahmacārīnaṃ, pahoti ca me āyasmā ānando tathā dhammaṃ desetuṃ yathāhaṃ dhammaṃ passeyyaṃ; atthi ca me āyasmante ānande tāvatikā vissaṭṭhi. Yaṃnūnāhaṃ yenāyasmā ānando tenupasaṅkameyya’’nti. Atha kho āyasmā channo senāsanaṃ saṃsāmetvā pattacīvaramādāya yena kosambī ghositārāmo yenāyasmā ānando tenupasaṅkami; upasaṅkamitvā āyasmatā ānandena saddhiṃ sammodi…pe… ekamantaṃ nisinno kho āyasmā channo āyasmantaṃ ānandaṃ etadavoca –

Тогда достопочтенному Чанне пришла такая мысль: «Этот достопочтенный Ананда пребывает в Косамби, в роще Госиты. Он восхваляем Учителем и почитаем мудрыми собратьями по святой жизни. Достопочтенный Ананда способен так проповедовать мне Дхамму, чтобы я смог узреть Дхамму. К тому же у меня есть такое доверие к достопочтенному Ананде. Что если я отправлюсь туда, где находится достопочтенный Ананда?» Тогда достопочтенный Чанна прибрал своё жилище, взял чашу и кутало и отправился в Косамби, в рощу Госиты, туда, где находился достопочтенный Ананда. Придя, он обменялся приветствиями с достопочтенным Анандой... и, сев с одной стороны, достопочтенный Чанна сказал достопочтенному Ананде:

‘‘Ekamidāhaṃ, āvuso ānanda, samayaṃ bārāṇasiyaṃ viharāmi isipatane migadāye. Atha khvāhaṃ, āvuso, sāyanhasamayaṃ paṭisallānā vuṭṭhito avāpuraṇaṃ ādāya vihārena vihāraṃ upasaṅkamiṃ; upasaṅkamitvā there bhikkhū etadavocaṃ – ‘ovadantu maṃ āyasmanto therā, anusāsantu maṃ āyasmanto therā, karontu me āyasmanto therā dhammiṃ kathaṃ yathāhaṃ dhammaṃ passeyya’nti. Evaṃ vutte maṃ, āvuso, therā bhikkhū etadavocuṃ – ‘rūpaṃ kho, āvuso channa, aniccaṃ; vedanā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ aniccaṃ; rūpaṃ anattā…pe… viññāṇaṃ anattā. Sabbe saṅkhārā aniccā, sabbe dhammā anattā’’’ti.

«Однажды, друг Ананда, я пребывал в Баранаси, в Исипатане, в Оленьем парке. Тогда я, друг, в вечернее время, поднявшись от уединения, взял ключ и, переходя от обители к обители, подошёл к старейшим бхиккху и сказал им: „Пусть достопочтенные старейшины наставят меня, пусть достопочтенные старейшины поучат меня, пусть достопочтенные старейшины обратятся ко мне с беседой о Дхамме, чтобы я смог узреть Дхамму“. Когда это было сказано, друг, старейшие бхиккху ответили мне: „Форма, друг Чанна, непостоянна; чувство... восприятие... волевые образования... сознание непостоянно; форма — не-я... сознание — не-я. Все обусловленные образования непостоянны, все дхаммы — не-я“».

‘‘Tassa mayhaṃ, āvuso, etadahosi – ‘mayhampi kho etaṃ evaṃ hoti – rūpaṃ aniccaṃ…pe… viññāṇaṃ aniccaṃ, rūpaṃ anattā, vedanā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ anattā. Sabbe saṅkhārā aniccā, sabbe dhammā anattā’ti. Atha ca pana me sabbasaṅkhārasamathe sabbūpadhipaṭinissagge taṇhākkhaye virāge nirodhe nibbāne cittaṃ na pakkhandati nappasīdati na santiṭṭhati nādhimuccati. Paritassanā upādānaṃ uppajjati; paccudāvattati mānasaṃ – ‘atha ko carahi me attā’ti? Na kho panevaṃ dhammaṃ passato hoti. Ko nu kho me tathā dhammaṃ deseyya yathāhaṃ dhammaṃ passeyyanti!

«И тогда, друг, мне пришла такая мысль: „У меня тоже есть такое понимание: форма непостоянна... сознание непостоянно; форма — не-я, чувство... восприятие... волевые образования... сознание — не-я. Все обусловленные образования непостоянны, все дхаммы — не-я“. И всё же мой ум не устремляется к успокоению всех обусловленных образований, к отказу от всех привязанностей, к уничтожению жажды, к бесстрастию, к прекращению, к Ниббане; он не обретает уверенности, не успокаивается и не утверждается в этом. Вместо этого возникают тревога и цепляние, и разум отступает назад с мыслью: „Но кто же тогда моё „я“?“ Но у того, кто видит Дхамму, такого не происходит. Кто же может так проповедовать мне Дхамму, чтобы я смог узреть Дхамму?»

‘‘Tassa mayhaṃ, āvuso, etadahosi – ‘ayaṃ kho āyasmā ānando kosambiyaṃ viharati ghositarāme satthu ceva saṃvaṇṇito sambhāvito ca viññūnaṃ sabrahmacārīnaṃ, pahoti ca me āyasmā ānando tathā dhammaṃ desetuṃ yathāhaṃ dhammaṃ passeyyaṃ. Atthi ca me āyasmante ānande [Pg.110] tāvatikā vissaṭṭhi. Yaṃnūnāhaṃ yenāyasmā ānando tenupasaṅkameyya’nti. Ovadatu maṃ, āyasmā ānando; anusāsatu maṃ, āyasmā ānando; karotu me, āyasmā ānando dhammiṃ kathaṃ yathāhaṃ dhammaṃ passeyya’’nti.

«И тогда, друг, мне пришла такая мысль: „Этот достопочтенный Ананда пребывает в Косамби, в роще Госиты. Он восхваляем Учителем и почитаем мудрыми собратьями по святой жизни. Достопочтенный Ананда способен так проповедовать мне Дхамму, чтобы я смог узреть Дхамму. К тому же у меня есть такое доверие к достопочтенному Ананде. Что если я отправлюсь туда, где находится достопочтенный Ананда?“ Пусть достопочтенный Ананда наставит меня, пусть достопочтенный Ананда поучит меня, пусть достопочтенный Ананда обратится ко мне с беседой о Дхамме, чтобы я смог узреть Дхамму».

‘‘Ettakenapi mayaṃ āyasmato channassa attamanā api nāma taṃ āyasmā channo āvi akāsi khīlaṃ chindi. Odahāvuso, channa, sotaṃ; bhabbosi dhammaṃ viññātu’’nti. Atha kho āyasmato channassa tāvatakeneva uḷāraṃ pītipāmojjaṃ uppajji – ‘‘bhabbo kirasmi dhammaṃ viññātu’’nti.

«Уже одним этим мы довольны достопочтенным Чанной. Поистине, достопочтенный Чанна открылся и вырвал свой шип. Внемли же, друг Чанна, ты способен постичь Дхамму». И тогда у достопочтенного Чанны возникли великая радость и ликование от мысли: «Говорят, я способен постичь Дхамму!»

‘‘Sammukhā metaṃ, āvuso channa, bhagavato sutaṃ, sammukhā ca paṭiggahitaṃ kaccānagottaṃ bhikkhuṃ ovadantassa – dvayanissito khvāyaṃ, kaccāna, loko yebhuyyena atthitañceva natthitañca. Lokasamudayaṃ kho, kaccāna, yathābhūtaṃ sammappaññāya passato yā loke natthitā, sā na hoti. Lokanirodhaṃ kho, kaccāna, yathābhūtaṃ sammappaññāya passato yā loke atthitā, sā na hoti. Upayupādānābhinivesavinibandho khvāyaṃ, kaccāna, loko yebhuyyena taṃ cāyaṃ upayupādānaṃ cetaso adhiṭṭhānābhinivesānusayaṃ na upeti na upādiyati nādhiṭṭhāti ‘attā me’ti. Dukkhameva uppajjamānaṃ uppajjati, dukkhaṃ nirujjhamānaṃ nirujjhatīti na kaṅkhati na vicikicchati. Aparappaccayā ñāṇamevassa ettha hoti. Ettāvatā kho, kaccāna, sammādiṭṭhi hoti. Sabbamatthīti kho, kaccāna, ayameko anto. Sabbaṃ natthīti ayaṃ dutiyo anto. Ete te, kaccāna, ubho ante anupagamma majjhena tathāgato dhammaṃ deseti – avijjāpaccayā saṅkhārā; saṅkhārapaccayā viññāṇaṃ…pe… evametassa kevalassa dukkhakkhandhassa samudayo hoti. Avijjāya tveva asesavirāganirodhā saṅkhāranirodho…pe… evametassa kevalassa dukkhakkhandhassa nirodho hotī’’ti.

«Из уст Самого Благословенного, друг Чанна, я слышал это, из Его уст я принял это наставление, когда Он поучал бхиккху Каччанаготту: „Этот мир, Каччана, по большей части опирается на двойственность: на утверждение о существовании и на утверждение о несуществовании. Но у того, кто видит возникновение мира так, как оно есть на самом деле, с помощью правильной мувой мудрости, не возникает мысли о несуществовании мира. И у того, кто видит прекращение мира так, как оно есть на самом деле, с помощью правильной мудрости, не возникает мысли о существовании мира. Этот мир, Каччана, по большей части связан устремлениями, цеплянием и ложными убеждениями. Но благородный ученик не приближается к этим устремлениям и цепляниям, к этой ментальной привязанности, ложному убеждению и скрытой склонности, не цепляется за них и не утверждает: ‚Это моё я‘. Он не сомневается и не колеблется в том, что возникает лишь страдание, когда оно возникает, и прекращается лишь страдание, когда оно прекращается. Его знание об этом независимо от других. В этом, Каччана, заключается правильное воззрение. ‚Всё существует‘ — это одна крайность, Каччана. ‚Ничего не существует‘ — это вторая крайность. Не приближаясь ни к одной из этих крайностей, Татхагата проповедует Дхамму посредине: с невежеством как условием возникают волевые образования; с волевыми образованиями как условием возникает сознание... так происходит возникновение всей этой массы страдания. Но с полным угасанием и прекращением невежества прекращаются волевые образования... так происходит прекращение всей этой массы страдания“».

‘‘Evametaṃ, āvuso ānanda, hoti yesaṃ āyasmantānaṃ tādisā sabrahmacārayo anukampakā atthakāmā ovādakā anusāsakā. Idañca pana me āyasmato ānandassa dhammadesanaṃ sutvā dhammo abhisamito’’ti. Aṭṭhamaṃ.

«Так оно и есть, друг Ананда, для тех достопочтенных, у кого есть такие сострадательные, желающие блага, наставляющие и обучающие собратья по святой жизни. И теперь, услышав это учение Дхаммы от достопочтенного Ананды, я постиг Дхамму». Восьмая.

9. Rāhulasuttaṃ

9. Рахула-сутта

91. Sāvatthinidānaṃ[Pg.111]. Atha kho āyasmā rāhulo yena bhagavā tenupasaṅkami; upasaṅkamitvā…pe… ekamantaṃ nisinno kho āyasmā rāhulo bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘kathaṃ nu kho, bhante, jānato kathaṃ passato imasmiñca saviññāṇake kāye bahiddhā ca sabbanimittesu ahaṅkāramamaṅkāramānānusayā na hontī’’ti?

91. В Саваттхи. Тогда достопочтенный Рахула подошёл к Благословенному, поклонился Ему... и, сев с одной стороны, достопочтенный Рахула сказал Благословенному: «Уважаемый господин, как нужно знать, как нужно видеть, чтобы в отношении этого тела с сознанием и в отношении всех внешних признаков не возникало скрытых склонностей к представлению о „я“, представлению о „моём“ и к гордыне?»

‘‘Yaṃ kiñci, rāhula, rūpaṃ atītānāgatapaccuppannaṃ ajjhattaṃ vā bahiddhā vā oḷārikaṃ vā sukhumaṃ vā hīnaṃ vā paṇītaṃ vā yaṃ dūre santike vā, sabbaṃ rūpaṃ ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’ti evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya passati. Yā kāci vedanā … yā kāci saññā… ye keci saṅkhārā… yaṃ kiñci viññāṇaṃ atītānāgatapaccuppannaṃ ajjhattaṃ vā bahiddhā vā…pe… sabbaṃ viññāṇaṃ ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’ti evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya passati. Evaṃ kho, rāhula, jānato evaṃ passato imasmiñca saviññāṇake kāye bahiddhā ca sabbanimittesu ahaṅkāramamaṅkāramānānusayā na hontī’’ti. Navamaṃ.

«Какую бы форму, Рахула, ни взял — прошлую, будущую или настоящую, внутреннюю или внешнюю, грубую или тонкую, низшую или высшую, далёкую или близкую, — на всякую форму смотрят в соответствии с действительностью с помощью правильной мудрости так: „Это не моё, это не я, это не моё я“. Какое бы чувство... какое бы восприятие... какие бы волевые образования... какое бы сознание ни взял — прошлое, будущее или настоящее, внутреннее или внешнее... на всякое сознание смотрят в соответствии с действительностью с помощью правильной мудрости так: „Это не моё, это не я, это не моё я“. Когда знают и видят так, Рахула, тогда в отношении этого тела с сознанием и в отношении всех внешних признаков не возникает скрытых склонностей к представлению о „я“, представлению о „моём“ и к гордыне». Девятая.

10. Dutiyarāhulasuttaṃ

10. Вторая Рахула-сутта

92. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinno kho āyasmā rāhulo bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘kathaṃ nu kho, bhante, jānato kathaṃ passato imasmiñca saviññāṇake kāye bahiddhā ca sabbanimittesu ahaṅkāramamaṅkāramānāpagataṃ mānasaṃ hoti vidhāsamatikkantaṃ santaṃ suvimutta’’nti? ‘‘Yaṃ kiñci, rāhula, rūpaṃ atītānāgatapaccuppannaṃ ajjhattaṃ vā bahiddhā vā…pe… yaṃ dūre santike vā, sabbaṃ rūpaṃ ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’ti evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya disvā anupādā vimutto hoti. Yā kāci vedanā… yā kāci saññā… ye keci saṅkhārā… yaṃ kiñci viññāṇaṃ atītānāgatapaccuppannaṃ ajjhattaṃ vā bahiddhā vā oḷārikaṃ vā sukhumaṃ vā hīnaṃ vā paṇītaṃ vā yaṃ dūre santike vā, sabbaṃ viññāṇaṃ ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’ti evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya disvā anupādā vimutto hoti. Evaṃ kho, rāhula[Pg.112], jānato evaṃ passato imasmiñca saviññāṇake kāye bahiddhā ca sabbanimittesu ahaṅkāramamaṅkāramānāpagataṃ mānasaṃ hoti vidhā samatikkantaṃ santaṃ suvimutta’’nti. Dasamaṃ.

92. В Саваттхи. Сев с одной стороны, достопочтенный Рахула сказал Благословенному: «Уважаемый господин, как нужно знать, как нужно видеть, чтобы в отношении этого тела с сознанием и в отношении всех внешних признаков ум был свободен от представлений о „я“, представлений о „моём“ и от гордыни, превзошёл все виды сравнения, был умиротворён и полностью освобождён?» «Какую бы форму, Рахула, ни взял — прошлую, будущую или настоящую, внутреннюю или внешнюю... далёкую или близкую, — увидев всякую форму в соответствии с действительностью с помощью правильной мудрости так: „Это не моё, это не я, это не моё я“, человек освобождается благодаря нецеплянию. Какое бы чувство... какое бы восприятие... какие бы волевые образования... какое бы сознание ни взял — прошлое, будущее или настоящее, внутреннее или внешнее, грубую или тонкую, низшую или высшую, далёкую или близкую, — увидев всякое сознание в соответствии с действительностью с помощью правильной мудрости так: „Это не моё, это не я, это не моё я“, человек освобождается благодаря нецеплянию. Когда знают и видят так, Рахула, тогда в отношении этого тела с сознанием и в отношении всех внешних признаков ум свободен от представлений о „я“, представлений о „моём“ и от гордыни, превзошёл все виды сравнения, умиротворён и полностью освобождён». Десятая.

Theravaggo navamo.

Глава о старейшинах девятая.

Tassuddānaṃ –

Оглавление этой главы:

Ānando tisso yamako, anurādho ca vakkali;

Assaji khemako channo, rāhulā apare duve.

Ананда, Тиссо, Ямако, Анурадхо и Ваккали, Ассаджи, Кхемако, Чанна и две последующие о Рахуле.

10. Pupphavaggo

10. Глава о цветах

1. Nadīsuttaṃ

1. Нади-сутта

93. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Seyyathāpi, bhikkhave, nadī pabbateyyā ohārinī dūraṅgamā sīghasotā. Tassā ubhosu tīresu kāsā cepi jātā assu, te naṃ ajjholambeyyuṃ; kusā cepi jātā assu, te naṃ ajjholambeyyuṃ; pabbajā cepi jātā assu, te naṃ ajjholambeyyuṃ; bīraṇā cepi jātā assu, te naṃ ajjholambeyyuṃ; rukkhā cepi jātā assu, te naṃ ajjholambeyyuṃ. Tassā puriso sotena vuyhamāno kāse cepi gaṇheyya, te palujjeyyuṃ. So tatonidānaṃ anayabyasanaṃ āpajjeyya. Kuse cepi gaṇheyya, pabbaje cepi gaṇheyya, bīraṇe cepi gaṇheyya, rukkhe cepi gaṇheyya, te palujjeyyuṃ. So tatonidānaṃ anayabyasanaṃ āpajjeyya. Evameva kho, bhikkhave, assutavā puthujjano ariyānaṃ adassāvī ariyadhammassa akovido ariyadhamme avinīto, sappurisānaṃ adassāvī sappurisadhammassa akovido sappurisadhamme avinīto rūpaṃ attato samanupassati, rūpavantaṃ vā attānaṃ; attani vā rūpaṃ, rūpasmiṃ vā attānaṃ. Tassa taṃ rūpaṃ palujjati. So tatonidānaṃ anayabyasanaṃ āpajjati. Vedanaṃ… saññaṃ… saṅkhāre… viññāṇaṃ attato samanupassati, viññāṇavantaṃ vā attānaṃ[Pg.113]; attani vā viññāṇaṃ, viññāṇasmiṃ vā attānaṃ. Tassa taṃ viññāṇaṃ palujjati. So tatonidānaṃ anayabyasanaṃ āpajjati. Taṃ kiṃ maññatha, bhikkhave, rūpaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ bhante’’. ‘‘Vedanā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ bhante’’. ‘‘Tasmātiha…pe… evaṃ passaṃ…pe… nāparaṃ itthattāyāti pajānātī’’ti. Paṭhamaṃ.

93. В Саваттхи. «Монахи, представьте себе горную реку, текущую вниз, уносящую всё с собой, текущую далеко, с быстрым течением. Если бы на обоих берегах этой реки росла трава каса, она бы нависала над ней; если бы росла трава куса, она бы нависала над ней; если бы рос камыш, тростник или деревья, они бы нависали над ней. И если бы человека уносило этим течением, и он ухватился бы за траву каса, она бы оборвалась, и из-за этого он потерпел бы бедствие и гибель. Если бы он ухватился за траву куса, камыш, тростник или деревья, они бы оборвались, и из-за этого он потерпел бы бедствие и гибель. Точно так же, монахи, необученный обыватель, который не видит благородных, не сведущ в Дхамме благородных, не обучен Дхамме благородных, не видит истинных людей, не сведущ в Дхамме истинных людей, не обучен Дхамме истинных людей, рассматривает телесную форму как себя, или себя как обладающего формой, или форму в себе, или себя в форме. Эта его форма разрушается, и из-за этого он терпит бедствие и гибель. Он рассматривает чувство... восприятие... волевые формации... сознание как себя, или себя как обладающего сознанием, или сознание в себе, или себя в сознании. Это его сознание разрушается, и из-за этого он терпит бедствие и гибель. Как вы думаете, монахи, форма постоянна или непостоянна?» — «Непостоянна, Господин». — «Чувство... восприятие... волевые формации... сознание постоянны или непостоянны?» — «Непостоянны, Господин». — «Поэтому... видя так... он понимает: „...нет более ничего для этого состояния бытия“». Первая.

2. Pupphasuttaṃ

2. «Пуппха-сутта»

94. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Nāhaṃ, bhikkhave, lokena vivadāmi, lokova mayā vivadati. Na, bhikkhave, dhammavādī kenaci lokasmiṃ vivadati. Yaṃ, bhikkhave, natthisammataṃ loke paṇḍitānaṃ, ahampi taṃ ‘natthī’ti vadāmi. Yaṃ, bhikkhave, atthisammataṃ loke paṇḍitānaṃ, ahampi taṃ ‘atthī’ti vadāmi’’.

94. В Саваттхи. «Монахи, я не спорю с миром, это мир спорит со мной. Монахи, тот, кто говорит в соответствии с Дхаммой, ни с кем в мире не спорит. То, что мудрецы в мире признают несуществующим, то и я называю несуществующим. То, что мудрецы в мире признают существующим, то и я называю существующим».

‘‘Kiñca, bhikkhave, natthisammataṃ loke paṇḍitānaṃ, yamahaṃ ‘natthī’ti vadāmi? Rūpaṃ, bhikkhave, niccaṃ dhuvaṃ sassataṃ avipariṇāmadhammaṃ natthisammataṃ loke paṇḍitānaṃ; ahampi taṃ ‘natthī’ti vadāmi. Vedanā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ niccaṃ dhuvaṃ sassataṃ avipariṇāmadhammaṃ natthisammataṃ loke paṇḍitānaṃ; ahampi taṃ ‘natthī’ti vadāmi. Idaṃ kho, bhikkhave, natthisammataṃ loke paṇḍitānaṃ; ahampi taṃ ‘natthī’ti vadāmi’’.

«И что же, монахи, мудрецы в мире признают несуществующим, о чём и я говорю, что оно не существует? Форму, монахи, которая была бы постоянной, стабильной, вечной, не подверженной изменениям — вот что мудрецы в мире признают несуществующим, и я также говорю, что её не существует. Чувство... восприятие... волевые формации... сознание, которое было бы постоянным, стабильным, вечным, не подверженным изменениям — вот что мудрецы в мире признают несуществующим, и я также говорю, что его не существует. Именно это, монахи, мудрецы в мире признают несуществующим, о чём и я говорю, что оно не существует».

‘‘Kiñca, bhikkhave, atthisammataṃ loke paṇḍitānaṃ, yamahaṃ ‘atthī’ti vadāmi? Rūpaṃ, bhikkhave, aniccaṃ dukkhaṃ vipariṇāmadhammaṃ atthisammataṃ loke paṇḍitānaṃ; ahampi taṃ ‘atthī’ti vadāmi. Vedanā aniccā…pe… viññāṇaṃ aniccaṃ dukkhaṃ vipariṇāmadhammaṃ atthisammataṃ loke paṇḍitānaṃ; ahampi taṃ ‘atthī’ti vadāmi. Idaṃ kho, bhikkhave, atthisammataṃ loke paṇḍitānaṃ; ahampi taṃ ‘atthī’ti vadāmi’’.

«И что же, монахи, мудрецы в мире признают существующим, о чём и я говорю, что оно существует? Форму, монахи, которая непостоянна, подвержена страданию и изменениям — вот что мудрецы в мире признают существующим, и я также говорю, что она существует. Чувство непостоянно... сознание, которое непостоянно, подвержено страданию и изменениям — вот что мудрецы в мире признают существующим, и я также говорю, что оно существует. Именно это, монахи, мудрецы в мире признают существующим, о чём и я говорю, что оно существует».

‘‘Atthi, bhikkhave, loke lokadhammo, taṃ tathāgato abhisambujjhati abhisameti; abhisambujjhitvā abhisametvā taṃ ācikkhati deseti paññapeti paṭṭhapeti vivarati vibhajati uttānīkaroti.

«Есть, монахи, в мире мирской феномен, который Татхагата полностью постиг и в который проник. Полностью постигнув его и проникнув в него, он объясняет его, учит ему, провозглашает его, учреждает его, раскрывает его, анализирует его и разъясняет его».

‘‘Kiñca, bhikkhave, loke lokadhammo, taṃ tathāgato abhisambujjhati abhisameti, abhisambujjhitvā abhisametvā ācikkhati deseti paññapeti paṭṭhapeti vivarati vibhajati uttānīkaroti? Rūpaṃ, bhikkhave, loke lokadhammo taṃ tathāgato abhisambujjhati abhisameti. Abhisambujjhitvā [Pg.114] abhisametvā ācikkhati deseti paññapeti paṭṭhapeti vivarati vibhajati uttānīkaroti.

«И что же, монахи, является мирским феноменом в мире, который Татхагата полностью постиг и в который проник, и, полностью постигнув его и проникнув в него, объясняет его, учит ему, провозглашает его, учреждает его, раскрывает его, анализирует его и разъясняет его? Форма, монахи, — это мирской феномен в мире, который Татхагата полностью постиг и в который проник. Полностью постигнув её и проникнув в неё, он объясняет её, учит ей, провозглашает её, учреждает её, раскрывает её, анализирует её и разъясняет её».

‘‘Yo, bhikkhave, tathāgatena evaṃ ācikkhiyamāne desiyamāne paññapiyamāne paṭṭhapiyamāne vivariyamāne vibhajiyamāne uttānīkariyamāne na jānāti na passati tamahaṃ, bhikkhave, bālaṃ puthujjanaṃ andhaṃ acakkhukaṃ ajānantaṃ apassantaṃ kinti karomi! Vedanā, bhikkhave, loke lokadhammo…pe… saññā, bhikkhave… saṅkhārā, bhikkhave… viññāṇaṃ, bhikkhave, loke lokadhammo taṃ tathāgato abhisambujjhati abhisameti. Abhisambujjhitvā abhisametvā ācikkhati deseti paññapeti paṭṭhapeti vivarati vibhajati uttānīkaroti.

«Если же кто-то, монахи, когда Татхагата таким образом объясняет, учит, провозглашает, учреждает, раскрывает, анализирует и разъясняет, не знает и не видит, то что я могу поделать с этим глупым обывателем, слепым и незрячим, который не знает и не видит? Чувство, монахи, — это мирской феномен в мире... Восприятие, монахи... Волевые формации, монахи... Сознание, монахи, — это мирской феномен в мире, который Татхагата полностью постиг и в который проник. Полностью постигнув его и проникнув в него, он объясняет его, учит ему, провозглашает его, учреждает его, раскрывает его, анализирует его и разъясняет его».

‘‘Seyyathāpi, bhikkhave, uppalaṃ vā padumaṃ vā puṇḍarīkaṃ vā udake jātaṃ udake saṃvaḍḍhaṃ udakā accuggamma ṭhāti anupalittaṃ udakena; evameva kho, bhikkhave, tathāgato loke jāto loke saṃvaḍḍho lokaṃ abhibhuyya viharati anupalitto lokenā’’ti. Dutiyaṃ.

«Подобно тому, монахи, как синий, розовый или белый лотос рождается в воде, растёт в воде, но, поднявшись над водой, стоит не запятнанный водой, точно так же, монахи, Татхагата родился в мире, вырос в мире, но, преодолев мир, пребывает не запятнанным миром». Вторая.

3. Pheṇapiṇḍūpamasuttaṃ

3. «Фенапиндупама-сутта»

95. Ekaṃ samayaṃ bhagavā ayujjhāyaṃ viharati gaṅgāya nadiyā tīre. Tatra kho bhagavā bhikkhū āmantesi –

95. Одно время Благословенный пребывал в Аюдджхе на берегу реки Ганг. Там Благословенный обратился к монахам:

‘‘Seyyathāpi, bhikkhave, ayaṃ gaṅgā nadī mahantaṃ pheṇapiṇḍaṃ āvaheyya. Tamenaṃ cakkhumā puriso passeyya nijjhāyeyya yoniso upaparikkheyya. Tassa taṃ passato nijjhāyato yoniso upaparikkhato rittakaññeva khāyeyya, tucchakaññeva khāyeyya, asārakaññeva khāyeyya. Kiñhi siyā, bhikkhave, pheṇapiṇḍe sāro? Evameva kho, bhikkhave, yaṃ kiñci rūpaṃ atītānāgatapaccuppannaṃ…pe… yaṃ dūre santike vā taṃ bhikkhu passati nijjhāyati yoniso upaparikkhati. Tassa taṃ passato nijjhāyato yoniso upaparikkhato rittakaññeva khāyati[Pg.115], tucchakaññeva khāyati, asārakaññeva khāyati. Kiñhi siyā, bhikkhave, rūpe sāro?

«Представьте, монахи, что эта река Ганг несла бы большой комок пены. Человек с хорошим зрением стал бы всматриваться в него, размышлять о нём и тщательно его исследовать. И когда он всматривается в него, размышляет о нём и тщательно его исследует, тот кажется ему пустым, ничтожным, лишенным сути. Ибо какая суть может быть в комке пены? Точно так же, монахи, какую бы форму ни взял — прошлую, будущую или настоящую... вдали или вблизи — монах всматривается в неё, размышляет о ней и тщательно её исследует. И когда он всматривается в неё, размышляет о ней и тщательно её исследует, она кажется ему пустой, ничтожной, лишенной сути. Ибо какая суть может быть в форме?»

‘‘Seyyathāpi, bhikkhave, saradasamaye thullaphusitake deve vassante udake udakapubbuḷaṃ uppajjati ceva nirujjhati ca. Tamenaṃ cakkhumā puriso passeyya nijjhāyeyya yoniso upaparikkheyya. Tassa taṃ passato nijjhāyato yoniso upaparikkhato rittakaññeva khāyeyya, tucchakaññeva khāyeyya, asārakaññeva khāyeyya. Kiñhi siyā, bhikkhave, udakapubbuḷe sāro? Evameva kho, bhikkhave, yā kāci vedanā atītānāgatapaccuppannā…pe… yā dūre santike vā taṃ bhikkhu passati nijjhāyati yoniso upaparikkhati. Tassa taṃ passato nijjhāyato yoniso upaparikkhato rittakaññeva khāyati, tucchakaññeva khāyati, asārakaññeva khāyati. Kiñhi siyā, bhikkhave, vedanāya sāro?

«Представьте, монахи, что осенью, когда идёт сильный дождь с крупными каплями, на воде возникает и лопается водяной пузырь. Человек с хорошим зрением стал бы всматриваться в него, размышлять о нём и тщательно его исследовать. И когда он всматривается в него, размышляет о нём и тщательно его исследует, тот кажется ему пустым, ничтожным, лишенным сути. Ибо какая суть может быть в водяном пузыре? Точно так же, монахи, какое бы чувство ни взял — прошлое, будущее или настоящее... вдали или вблизи — монах всматривается в него, размышляет о нём и тщательно его исследует. И когда он всматривается в него, размышляет о нём и тщательно его исследует, оно кажется ему пустым, ничтожным, лишенным сути. Ибо какая суть может быть в чувстве?»

‘‘Seyyathāpi, bhikkhave, gimhānaṃ pacchime māse ṭhite majjhanhike kāle marīcikā phandati. Tamenaṃ cakkhumā puriso passeyya nijjhāyeyya yoniso upaparikkheyya. Tassa taṃ passato nijjhāyato yoniso upaparikkhato rittakaññeva khāyeyya, tucchakaññeva khāyeyya…pe… kiñhi siyā, bhikkhave, marīcikāya sāro? Evameva kho, bhikkhave, yā kāci saññā…pe….

«Представьте, монахи, что в последний месяц жаркого сезона, в самый полдень, дрожит марево миража. Человек с хорошим зрением стал бы всматриваться в него, размышлять о нём и тщательно его исследовать. И когда он всматривается в него, размышляет о нём и тщательно его исследует, оно кажется ему пустым, ничтожным... Ибо какая суть может быть в мираже? Точно так же, монахи, какое бы восприятие ни взял...»

‘‘Seyyathāpi, bhikkhave, puriso sāratthiko sāragavesī sārapariyesanaṃ caramāno tiṇhaṃ kuṭhāriṃ ādāya vanaṃ paviseyya. So tattha passeyya mahantaṃ kadalikkhandhaṃ ujuṃ navaṃ akukkukajātaṃ. Tamenaṃ mūle chindeyya; mūle chetvā agge chindeyya, agge chetvā pattavaṭṭiṃ vinibbhujeyya. So tassa pattavaṭṭiṃ vinibbhujanto pheggumpi nādhigaccheyya, kuto sāraṃ! Tamenaṃ cakkhumā puriso passeyya nijjhāyeyya yoniso upaparikkheyya. Tassa taṃ passato nijjhāyato yoniso upaparikkhato rittakaññeva khāyeyya, tucchakaññeva khāyeyya, asārakaññeva khāyeyya. Kiñhi siyā, bhikkhave, kadalikkhandhe sāro? Evameva kho, bhikkhave, ye keci saṅkhārā atītānāgatapaccuppannā…pe… ye [Pg.116] dūre santike vā taṃ bhikkhu passati nijjhāyati yoniso upaparikkhati. Tassa taṃ passato nijjhāyato yoniso upaparikkhato rittakaññeva khāyati, tucchakaññeva khāyati, asārakaññeva khāyati. Kiñhi siyā, bhikkhave, saṅkhāresu sāro?

«Представьте, монахи, что человек, нуждающийся в ядровой древесине, ищущий ядровую древесину, блуждающий в поисках ядровой древесины, взял бы острый топор и вошёл в лес. Там он увидел бы ствол большого бананового дерева, прямой, свежий, ещё не давший цветочной почки. Он срубил бы его под корень, отсёк бы верхушку и стал бы разворачивать слои ствола. Разворачивая слои, он не нашёл бы даже заболони, не говоря уже о ядровой древесине! Человек с хорошим зрением стал бы всматриваться в него, размышлять о нём и тщательно его исследовать. И когда он всматривается в него, размышляет о нём и тщательно его исследует, тот кажется ему пустым, ничтожным, лишенным сути. Ибо какая суть может быть в стволе бананового дерева? Точно так же, монахи, какие бы волевые формации ни взял — прошлые, будущие или настоящие... вдали или вблизи — монах всматривается в них, размышляет о них и тщательно их исследует. И когда он всматривается в них, размышляет о них и тщательно их исследует, они кажутся ему пустыми, ничтожными, лишенными сути. Ибо какая суть может быть в волевых формациях?»

‘‘Seyyathāpi, bhikkhave, māyākāro vā māyākārantevāsī vā catumahāpathe māyaṃ vidaṃseyya. Tamenaṃ cakkhumā puriso passeyya nijjhāyeyya yoniso upaparikkheyya. Tassa taṃ passato nijjhāyato yoniso upaparikkhato rittakaññeva khāyeyya, tucchakaññeva khāyeyya, asārakaññeva khāyeyya. Kiñhi siyā, bhikkhave, māyāya sāro? Evameva kho, bhikkhave, yaṃ kiñci viññāṇaṃ atītānāgatapaccuppannaṃ…pe… yaṃ dūre santike vā, taṃ bhikkhu passati nijjhāyati yoniso upaparikkhati. Tassa taṃ passato nijjhāyato yoniso upaparikkhato rittakaññeva khāyati, tucchakaññeva khāyati, asārakaññeva khāyati. Kiñhi siyā, bhikkhave, viññāṇe sāro?

«Представьте, монахи, что фокусник или ученик фокусника показывал бы иллюзию на перекрёстке четырёх дорог. Человек с хорошим зрением стал бы всматриваться в неё, размышлять о ней и тщательно её исследовать. И когда он всматривается в неё, размышляет о ней и тщательно её исследует, она кажется ему пустой, ничтожной, лишенной сути. Ибо какая суть может быть в иллюзии? Точно так же, монахи, какое бы сознание ни взял — прошлое, будущее или настоящее... вдали или вблизи — монах всматривается в него, размышляет о нём и тщательно его исследует. И когда он всматривается в него, размышляет о нём и тщательно его исследует, оно кажется ему пустым, ничтожным, лишенным сути. Ибо какая суть может быть в сознании?»

«Видя так, монахи, обученный благородный ученик испытывает разочарование в форме, разочарование в чувстве... разочарование в восприятии... разочарование в волевых формациях... разочарование в сознании. Испытывая разочарование, он становится бесстрастным. Благодаря бесстрастию его ум освобождается. Когда он освобождается, приходит знание: „Освобождён“. Он понимает: „Уничтожено рождение, святая жизнь прожита, сделано то, что должно было быть сделано, нет более ничего для этого состояния бытия“».

Idamavoca bhagavā. Idaṃ vatvāna sugato athāparaṃ etadavoca satthā –

Это сказал Благословенный. Сказав это, Сугата, Учитель, далее произнёс следующее:

‘‘Pheṇapiṇḍūpamaṃ rūpaṃ, vedanā bubbuḷūpamā ;

Marīcikūpamā saññā, saṅkhārā kadalūpamā;

Māyūpamañca viññāṇaṃ, desitādiccabandhunā.

«Форма подобна комку пены, чувство — водяному пузырю, восприятие подобно миражу, волевые формации — стволу бананового дерева, а сознание подобно иллюзии — так разъяснил Родственник Солнца.

‘‘Yathā yathā nijjhāyati, yoniso upaparikkhati;

Rittakaṃ tucchakaṃ hoti, yo naṃ passati yoniso.

Как бы ни всматривался в них человек, как бы тщательно ни исследовал, они предстают лишь пустыми и ничтожными, когда он взирает на них мудро.

‘‘Imañca kāyaṃ ārabbha, bhūripaññena desitaṃ;

Pahānaṃ tiṇṇaṃ dhammānaṃ, rūpaṃ passatha chaḍḍitaṃ.

Относительно этого тела Обладающий Обширной Мудростью поведал: узрите эту форму, отброшенную после оставления трёх вещей.

‘‘Āyu [Pg.117] usmā ca viññāṇaṃ, yadā kāyaṃ jahantimaṃ;

Apaviddho tadā seti, parabhattaṃ acetanaṃ.

Когда жизненная сила, тепло и сознание покидают это физическое тело, тогда оно лежит там, отброшенное, пища для других, лишенное воли.

‘‘Etādisāyaṃ santāno, māyāyaṃ bālalāpinī;

Vadhako esa akkhāto, sāro ettha na vijjati.

Таков этот поток, эта иллюзия, обманщица глупцов. О нём говорят как об убийце; никакой сути здесь не найти».

‘‘Evaṃ khandhe avekkheyya, bhikkhu āraddhavīriyo;

Divā vā yadi vā rattiṃ, sampajāno paṭissato.

«Так бхиккху, пробудивший усердие, должен созерцать совокупности — будь то днём или ночью, пребывая бдительным и осознанным».

‘‘Jaheyya sabbasaṃyogaṃ, kareyya saraṇattano;

Careyyādittasīsova, patthayaṃ accutaṃ pada’’nti. tatiyaṃ;

«Ему следует отбросить все оковы и сотворить для себя прибежище. Пусть он практикует так, словно у него горит голова, стремясь к неизменной обители». Третья.

4. Gomayapiṇḍasuttaṃ

4. Гомаяпинда-сутта (Сутта о комке коровьего навоза)

96. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinno kho so bhikkhu bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘atthi nu kho, bhante, kiñci rūpaṃ yaṃ rūpaṃ niccaṃ dhuvaṃ sassataṃ avipariṇāmadhammaṃ sassatisamaṃ tatheva ṭhassati? Atthi nu kho, bhante, kāci vedanā yā vedanā niccā dhuvā sassatā avipariṇāmadhammā sassatisamaṃ tatheva ṭhassati? Atthi nu kho, bhante, kāci saññā yā saññā…pe… atthi nu kho, bhante, keci saṅkhārā ye saṅkhārā niccā dhuvā sassatā avipariṇāmadhammā sassatisamaṃ tatheva ṭhassanti? Atthi nu kho, bhante, kiñci viññāṇaṃ, yaṃ viññāṇaṃ niccaṃ dhuvaṃ sassataṃ avipariṇāmadhammaṃ sassatisamaṃ tatheva ṭhassatī’’ti? ‘‘Natthi kho, bhikkhu, kiñci rūpaṃ, yaṃ rūpaṃ niccaṃ dhuvaṃ sassataṃ avipariṇāmadhammaṃ sassatisamaṃ tatheva ṭhassati. Natthi kho, bhikkhu, kāci vedanā… kāci saññā… keci saṅkhārā… kiñci viññāṇaṃ, yaṃ viññāṇaṃ niccaṃ dhuvaṃ sassataṃ avipariṇāmadhammaṃ sassatisamaṃ tatheva ṭhassatī’’ti.

96. В Саваттхи. Сидя с одной стороны, тот бхиккху обратился к Благословенному с такими словами: «Существует ли, достопочтенный господин, какая-либо форма, которая была бы постоянной, стабильной, вечной, не подверженной изменениям и оставалась бы неизменной вечно? Существует ли, достопочтенный господин, какое-либо чувство... какое-либо восприятие... какие-либо волевые формации, которые были бы постоянными, стабильными, вечными, не подверженными изменениям и оставались бы неизменными вечно? Существует ли, достопочтенный господин, какое-либо сознание, которое было бы постоянным, стабильным, вечным, не подверженным изменениям и оставалось бы неизменным вечно?» — «Бхиккху, нет такой формы, которая была бы постоянной, стабильной, вечной, не подверженной изменениям и оставалась бы неизменной вечно. Нет такого чувства... нет такого восприятия... нет таких волевых формаций... нет такого сознания, которое было бы постоянным, стабильным, вечным, не подверженным изменениям и оставалось бы неизменным вечно».

Atha kho bhagavā parittaṃ gomayapiṇḍaṃ pāṇinā gahetvā taṃ bhikkhuṃ etadavoca – ‘‘ettakopi kho, bhikkhu, attabhāvapaṭilābho natthi nicco dhuvo sassato avipariṇāmadhammo sassatisamaṃ tatheva ṭhassati. Ettako cepi, bhikkhu, attabhāvapaṭilābho abhavissa nicco dhuvo sassato [Pg.118] avipariṇāmadhammo, nayidaṃ brahmacariyavāso paññāyetha sammā dukkhakkhayāya. Yasmā ca kho, bhikkhu, ettakopi attabhāvapaṭilābho natthi nicco dhuvo sassato avipariṇāmadhammo, tasmā brahmacariyavāso paññāyati sammā dukkhakkhayāya.

Тогда Благословенный взял в руку маленький комок коровьего навоза и сказал тому бхиккху: «Бхиккху, нет даже столь малого обретения индивидуального существования, которое было бы постоянным, стабильным, вечным, не подверженным изменениям и оставалось бы неизменным вечно. Если бы, бхиккху, существовало хотя бы столь малое обретение индивидуального существования, которое было бы постоянным, стабильным, вечным, не подверженным изменениям, то ведение этой святой жизни ради полного прекращения страданий не могло бы обнаружиться. Но поскольку, бхиккху, нет даже столь малого обретения индивидуального существования, которое было бы постоянным, стабильным, вечным, не подверженным изменениям, то ведение этой святой жизни ради полного прекращения страданий обнаруживается».

‘‘Bhūtapubbāhaṃ, bhikkhu, rājā ahosiṃ khattiyo muddhāvasitto. Tassa mayhaṃ, bhikkhu, rañño sato khattiyassa muddhāvasittassa caturāsītinagarasahassāni ahesuṃ kusāvatī rājadhānippamukhāni. Tassa mayhaṃ, bhikkhu, rañño sato khattiyassa muddhāvasittassa caturāsītipāsādasahassāni ahesuṃ dhammapāsādappamukhāni. Tassa mayhaṃ, bhikkhu, rañño sato khattiyassa muddhāvasittassa caturāsītikūṭāgārasahassāni ahesuṃ mahābyūhakūṭāgārappamukhāni. Tassa mayhaṃ, bhikkhu, rañño sato khattiyassa muddhāvasittassa caturāsītipallaṅkasahassāni ahesuṃ dantamayāni sāramayāni sovaṇṇamayāni goṇakatthatāni paṭikatthatāni paṭalikatthatāni kadalimigapavarapaccattharaṇāni sauttaracchadāni ubhatolohitakūpadhānāni. Tassa mayhaṃ, bhikkhu, rañño sato khattiyassa muddhāvasittassa caturāsītināgasahassāni ahesuṃ sovaṇṇālaṅkārāni sovaṇṇaddhajāni hemajālapaṭicchannāni uposathanāgarājappamukhāni. Tassa mayhaṃ, bhikkhu, rañño sato khattiyassa muddhāvasittassa caturāsītiassasahassāni ahesuṃ sovaṇṇālaṅkārāni sovaṇṇaddhajāni hemajālapaṭicchannāni valāhakaassarājappamukhāni. Tassa mayhaṃ, bhikkhu, rañño sato khattiyassa muddhāvasittassa caturāsītirathasahassāni ahesuṃ sovaṇṇālaṅkārāni sovaṇṇaddhajāni hemajālapaṭicchannāni vejayantarathappamukhāni. Tassa mayhaṃ, bhikkhu, rañño sato khattiyassa muddhāvasittassa caturāsītimaṇisahassāni ahesuṃ maṇiratanappamukhāni. Tassa mayhaṃ, bhikkhu…pe… caturāsītiitthisahassāni ahesuṃ subhaddādevippamukhāni. Tassa mayhaṃ, bhikkhu…pe… caturāsītikhattiyasahassāni ahesuṃ anuyantāni pariṇāyakaratanappamukhāni. Tassa mayhaṃ, bhikkhu…pe… caturāsītidhenusahassāni ahesuṃ dukūlasandanāni kaṃsūpadhāraṇāni. Tassa mayhaṃ, bhikkhu…pe… caturāsītivatthakoṭisahassāni ahesuṃ khomasukhumāni koseyyasukhumāni kambalasukhumāni [Pg.119] kappāsikasukhumāni. Tassa mayhaṃ, bhikkhu…pe… caturāsītithālipākasahassāni ahesuṃ; sāyaṃ pātaṃ bhattābhihāro abhihariyittha.

«В прошлом, бхиккху, я был царем-кшатрием, помазанным на царство. У меня, бхиккху, как у помазанного на царство царя-кшатрия, было 84 000 городов, главным из которых была столица Кусавати. У меня, бхиккху, как у помазанного на царство царя-кшатрия, было 84 000 дворцов, главным из которых был дворец Дхамма. У меня, бхиккху, как у помазанного на царство царя-кшатрия, было 84 000 залов с островерхими крышами, главным из которых был зал Махабьюха. У меня, бхиккху, как у помазанного на царство царя-кшатрия, было 84 000 лож из слоновой кости, из ценных пород дерева, из золота и серебра, покрытых длинношерстными коврами, расшитых цветами, с изысканными покрывалами из шкур антилопы, с красными балдахинами сверху и красными подушками с обоих концов. У меня, бхиккху, как у помазанного на царство царя-кшатрия, было 84 000 слонов в золотом убранстве, с золотыми знаменами, покрытых сетями из золотых нитей, главным из которых был царский слон Упосатха. У меня, бхиккху, как у помазанного на царство царя-кшатрия, было 84 000 коней в золотом убранстве, с золотыми знаменами, покрытых сетями из золотых нитей, главным из которых был царский конь Валахака. У меня, бхиккху, как у помазанного на царство царя-кшатрия, было 84 000 колесниц в золотом убранстве, с золотыми знаменами, покрытых сетями из золотых нитей, главным из которых была колесница Веджаянта. У меня, бхиккху, как у помазанного на царство царя-кшатрия, было 84 000 драгоценных камней, главным из которых был самоцвет Мани. У меня, бхиккху... было 84 000 жен, главной из которых была царица Субхадда. У меня, бхиккху... было 84 000 вассалов из касты кшатриев, главным из которых был советник-драгоценность. У меня, бхиккху... было 84 000 коров с привязями из тонкого джута и бронзовыми ведрами для молока. У меня, бхиккху... было 84 000 коти одеяний из тонкого льна, тонкого шелка, тонкой шерсти и тонкого хлопка. У меня, бхиккху... было 84 000 чаш, в которых мне подавали еду утром и вечером».

‘‘Tesaṃ kho pana, bhikkhu, caturāsītiyā nagarasahassānaṃ ekaññeva taṃ nagaraṃ hoti yamahaṃ tena samayena ajjhāvasāmi – kusāvatī rājadhānī. Tesaṃ kho pana, bhikkhu, caturāsītiyā pāsādasahassānaṃ ekoyeva so pāsādo hoti yamahaṃ tena samayena ajjhāvasāmi – dhammo pāsādo. Tesaṃ kho pana, bhikkhu, caturāsītiyā kūṭāgārasahassānaṃ ekaññeva taṃ kūṭāgāraṃ hoti yamahaṃ tena samayena ajjhāvasāmi – mahābyūhaṃ kūṭāgāraṃ. Tesaṃ kho pana, bhikkhu, caturāsītiyā pallaṅkasahassānaṃ ekoyeva so pallaṅko hoti yamahaṃ tena samayena paribhuñjāmi – dantamayo vā sāramayo vā sovaṇṇamayo vā rūpiyamayo vā. Tesaṃ kho pana, bhikkhu, caturāsītiyā nāgasahassānaṃ ekoyeva so nāgo hoti yamahaṃ tena samayena abhiruhāmi – uposatho nāgarājā. Tesaṃ kho pana, bhikkhu, caturāsītiyā assasahassānaṃ ekoyeva so asso hoti yamahaṃ tena samayena abhiruhāmi – valāhako assarājā. Tesaṃ kho pana, bhikkhu, caturāsītiyā rathasahassānaṃ ekoyeva so ratho hoti yamahaṃ tena samayena abhiruhāmi – vejayanto ratho. Tesaṃ kho pana, bhikkhu, caturāsītiyā itthisahassānaṃ ekāyeva sā itthī hoti yā maṃ tena samayena paccupaṭṭhāti – khattiyānī vā velāmikā vā. Tesaṃ kho pana, bhikkhu, caturāsītiyā vatthakoṭisahassānaṃ ekaññeva taṃ vatthayugaṃ hoti yamahaṃ tena samayena paridahāmi – khomasukhumaṃ vā koseyyasukhumaṃ vā kambalasukhumaṃ vā kappāsikasukhumaṃ vā. Tesaṃ kho pana, bhikkhu, caturāsītiyā thālipākasahassānaṃ ekoyeva so thālipāko hoti yato nāḷikodanaparamaṃ bhuñjāmi tadupiyañca sūpeyyaṃ. Iti kho, bhikkhu, sabbe te saṅkhārā atītā niruddhā vipariṇatā. Evaṃ aniccā kho, bhikkhu, saṅkhārā. Evaṃ addhuvā kho, bhikkhu, saṅkhārā. Evaṃ anassāsikā kho, bhikkhu, saṅkhārā. Yāvañcidaṃ, bhikkhu, alameva sabbasaṅkhāresu nibbindituṃ, alaṃ virajjituṃ, alaṃ vimuccitu’’nti. Catutthaṃ.

«Из тех 84 000 городов, бхиккху, был лишь один город, в котором я жил в то время — столица Кусавати. Из тех 84 000 дворцов был лишь один дворец, в котором я жил в то время — дворец Дхамма. Из тех 84 000 залов с островерхими крышами был лишь один зал, в котором я жил в то время — зал Махабьюха. Из тех 84 000 лож было лишь одно ложе, которым я пользовался в то время — сделанное либо из слоновой кости, либо из ценных пород дерева, либо из золота, либо из серебра. Из тех 84 000 слонов был лишь один слон, на котором я ездил в то время — царский слон Упосатха. Из тех 84 000 коней был лишь один конь, на котором я ездил в то время — царский конь Валахака. Из тех 84 000 колесниц была лишь одна колесница, на которой я ездил в то время — колесница Веджаянта. Из тех 84 000 женщин была лишь одна женщина, которая прислуживала мне в то время — либо девушка-кшатрийка, либо девушка-веламика. Из тех 84 000 коти одеяний была лишь одна пара одежд, которую я носил в то время — сделанная либо из тонкого льна, либо из тонкого шелка, либо из тонкой шерсти, либо из тонкого хлопка. Из тех 84 000 чаш была лишь одна чаша, из которой я ел максимум одну меру риса с подходящим к нему карри. Вот так, бхиккху, все те обусловленные образования (санкхары) прошли, прекратились, изменились. Настолько непостоянны, бхиккху, обусловленные образования! Настолько они нестабильны, настолько ненадежны! Этого достаточно, бхиккху, чтобы почувствовать разочарование во всех обусловленных образованиях, достаточно, чтобы угасла страсть к ним, достаточно, чтобы освободиться от них». Четвёртая.

5. Nakhasikhāsuttaṃ

5. Накхасикха-сутта (Сутта о ногте)

97. Sāvatthinidānaṃ[Pg.120]. Ekamantaṃ nisinno kho so bhikkhu bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘atthi nu kho, bhante, kiñci rūpaṃ yaṃ rūpaṃ niccaṃ dhuvaṃ sassataṃ avipariṇāmadhammaṃ sassatisamaṃ tatheva ṭhassati? Atthi nu kho, bhante, kāci vedanā yā vedanā niccā dhuvā sassatā avipariṇāmadhammā sassatisamaṃ tatheva ṭhassati? Atthi nu kho, bhante, kāci saññā…pe… keci saṅkhārā, ye saṅkhārā niccā dhuvā sassatā avipariṇāmadhammā sassatisamaṃ tatheva ṭhassanti? Atthi nu kho, bhante, kiñci viññāṇaṃ, yaṃ viññāṇaṃ niccaṃ dhuvaṃ sassataṃ avipariṇāmadhammaṃ sassatisamaṃ tatheva ṭhassatī’’ti? ‘‘Natthi kho, bhikkhu, kiñci rūpaṃ, yaṃ rūpaṃ niccaṃ dhuvaṃ sassataṃ avipariṇāmadhammaṃ sassatisamaṃ tatheva ṭhassati. Natthi kho, bhikkhu, kāci vedanā… kāci saññā… keci saṅkhārā…pe… kiñci viññāṇaṃ, yaṃ viññāṇaṃ niccaṃ dhuvaṃ sassataṃ avipariṇāmadhammaṃ sassatisamaṃ tatheva ṭhassatī’’ti.

97. В Саваттхи. Сидя с одной стороны, тот бхиккху обратился к Благословенному с такими словами: «Существует ли, достопочтенный господин, какая-либо форма, которая была бы постоянной, стабильной, вечной, не подверженной изменениям и оставалась бы неизменной вечно? Существует ли какое-либо чувство... какое-либо восприятие... какие-либо волевые формации, которые были бы постоянными, стабильными, вечными, не подверженными изменениям и оставались бы неизменными вечно? Существует ли, достопочтенный господин, какое-либо сознание, которое было бы постоянным, стабильным, вечным, не подверженным изменениям и оставалось бы неизменным вечно?» — «Бхиккху, нет такой формы, которая была бы постоянной, стабильной, вечной, не подверженной изменениям и оставалась бы неизменной вечно. Нет такого чувства... нет такого восприятия... нет таких волевых формаций... нет такого сознания, которое было бы постоянным, стабильным, вечным, не подверженным изменениям и оставалось бы неизменным вечно».

Atha kho bhagavā parittaṃ nakhasikhāyaṃ paṃsuṃ āropetvā taṃ bhikkhuṃ etadavoca – ‘‘ettakampi kho, bhikkhu, rūpaṃ natthi niccaṃ dhuvaṃ sassataṃ avipariṇāmadhammaṃ sassatisamaṃ tatheva ṭhassati. Ettakaṃ cepi, bhikkhu, rūpaṃ abhavissa niccaṃ dhuvaṃ sassataṃ avipariṇāmadhammaṃ, nayidaṃ brahmacariyavāso paññāyetha sammā dukkhakkhayāya. Yasmā ca kho, bhikkhu, ettakampi rūpaṃ natthi niccaṃ dhuvaṃ sassataṃ avipariṇāmadhammaṃ, tasmā brahmacariyavāso paññāyati sammā dukkhakkhayāya’’.

Тогда Благословенный поместил немного пыли на кончик своего ногтя и сказал тому бхиккху: «Бхиккху, нет даже столь малого количества формы, которое было бы постоянным, стабильным, вечным, не подверженным изменениям и оставалось бы неизменным вечно. Если бы, бхиккху, существовало хотя бы столь малое количество формы, которое было бы постоянным, стабильным, вечным, не подверженным изменениям, то ведение этой святой жизни ради полного прекращения страданий не могло бы обнаружиться. Но поскольку, бхиккху, нет даже столь малого количества формы, которое было бы постоянным, стабильным, вечным, не подверженным изменениям, то ведение этой святой жизни ради полного прекращения страданий обнаруживается».

‘‘Ettakāpi kho, bhikkhu, vedanā natthi niccā dhuvā sassatā avipariṇāmadhammā sassatisamaṃ tatheva ṭhassati. Ettakā cepi, bhikkhu, vedanā abhavissa niccā dhuvā sassatā avipariṇāmadhammā, na yidaṃ brahmacariyavāso paññāyetha sammā dukkhakkhayāya. Yasmā ca kho, bhikkhu, ettakāpi vedanā natthi niccā dhuvā sassatā avipariṇāmadhammā, tasmā brahmacariyavāso paññāyati sammā dukkhakkhayāya.

«Бхиккху, нет даже столь малого количества чувства, которое было бы постоянным, стабильным, вечным, не подверженным изменениям и оставалось бы неизменным вечно. Если бы, бхиккху, существовало хотя бы столь малое количество чувства, которое было бы постоянным, стабильным, вечным, не подверженным изменениям, то ведение этой святой жизни ради полного прекращения страданий не могло бы обнаружиться. Но поскольку, бхиккху, нет даже столь малого количества чувства, которое было бы постоянным, стабильным, вечным, не подверженным изменениям, то ведение этой святой жизни ради полного прекращения страданий обнаруживается».

‘‘Ettakāpi kho, bhikkhu, saññā natthi…pe… ettakāpi kho, bhikkhu, saṅkhārā natthi niccā dhuvā sassatā avipariṇāmadhammā sassatisamaṃ tatheva ṭhassanti. Ettakā cepi, bhikkhu, saṅkhārā abhavissaṃsu niccā dhuvā sassatā [Pg.121] avipariṇāmadhammā, na yidaṃ brahmacariyavāso paññāyetha sammā dukkhakkhayāya. Yasmā ca kho, bhikkhu, ettakāpi saṅkhārā natthi niccā dhuvā sassatā avipariṇāmadhammā, tasmā brahmacariyavāso paññāyati sammā dukkhakkhayāya.

«Бхиккху, нет даже столь малого количества восприятия... нет даже столь малого количества волевых формаций, которые были бы постоянными, стабильными, вечными, не подверженными изменениям и оставались бы неизменными вечно. Если бы, бхиккху, существовало хотя бы столь малое количество волевых формаций, которые были бы постоянными, стабильными, вечными, не подверженными изменениям, то ведение этой святой жизни ради полного прекращения страданий не могло бы обнаружиться. Но поскольку, бхиккху, нет даже столь малого количества волевых формаций, которые были бы постоянными, стабильными, вечными, не подверженными изменениям, то ведение этой святой жизни ради полного прекращения страданий обнаруживается».

‘‘Ettakampi kho, bhikkhu, viññāṇaṃ natthi niccaṃ dhuvaṃ sassataṃ avipariṇāmadhammaṃ sassatisamaṃ tatheva ṭhassati. Ettakampi kho, bhikkhu, viññāṇaṃ abhavissa niccaṃ dhuvaṃ sassataṃ avipariṇāmadhammaṃ, na yidaṃ brahmacariyavāso paññāyetha sammā dukkhakkhayāya. Yasmā ca kho, bhikkhu, ettakampi viññāṇaṃ natthi niccaṃ dhuvaṃ sassataṃ avipariṇāmadhammaṃ, tasmā brahmacariyavāso paññāyati sammā dukkhakkhayāya.

«Бхиккху, нет even столь малого количества сознания, которое было бы постоянным, стабильным, вечным, не подверженным изменениям и оставалось бы неизменным вечно. Если бы, бхиккху, существовало хотя бы столь малое количество сознания, которое было бы постоянным, стабильным, вечным, не подверженным изменениям, то ведение этой святой жизни ради полного прекращения страданий не могло бы обнаружиться. Но поскольку, бхиккху, нет даже столь малого количества сознания, которое было бы постоянным, стабильным, вечным, не подверженным изменениям, то ведение этой святой жизни ради полного прекращения страданий обнаруживается».

‘‘Taṃ kiṃ maññasi, bhikkhu, rūpaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’. ‘‘Vedanā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ bhante’’…pe… ‘‘tasmātiha…pe… evaṃ passaṃ…pe… nāparaṃ itthattāyāti pajānātī’’ti. Pañcamaṃ.

«Как ты думаешь, бхиккху, форма постоянна или непостоянна?» — «Непостоянна, достопочтенный господин». — «Чувство... восприятие... волевые формации... сознание постоянны или непостоянны?» — «Непостоянны, достопочтенный господин»... «Поэтому... видя так... он понимает: „...нет более ничего для этого состояния бытия“». Пятая.

6. Suddhikasuttaṃ

6. Суддхика-сутта (Простая сутта)

98. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinno kho so bhikkhu bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘atthi nu kho, bhante, kiñci rūpaṃ, yaṃ rūpaṃ niccaṃ dhuvaṃ sassataṃ avipariṇāmadhammaṃ sassatisamaṃ tatheva ṭhassati? Atthi nu kho, bhante, kāci vedanā…pe… kāci saññā… keci saṅkhārā… kiñci viññāṇaṃ, yaṃ viññāṇaṃ niccaṃ dhuvaṃ sassataṃ avipariṇāmadhammaṃ sassatisamaṃ tatheva ṭhassatī’’ti? ‘‘Natthi kho, bhikkhu, kiñci rūpaṃ yaṃ rūpaṃ niccaṃ dhuvaṃ sassataṃ avipariṇāmadhammaṃ sassatisamaṃ tatheva ṭhassati. Natthi kho, bhikkhu, kāci vedanā… kāci saññā… keci saṅkhārā… kiñci viññāṇaṃ, yaṃ viññāṇaṃ niccaṃ dhuvaṃ sassataṃ avipariṇāmadhammaṃ sassatisamaṃ tatheva ṭhassatī’’ti. Chaṭṭhaṃ.

98. В Саваттхи. Сидя с одной стороны, тот бхиккху обратился к Благословенному: «Существует ли, достопочтенный, какая-либо форма, которая была бы постоянной, стабильной, вечной, не подверженной изменениям и пребывающей вечно такой же самой? Существует ли, достопочтенный, какое-либо чувство... какое-либо восприятие... какие-либо волевые формации... какое-либо сознание, которое было бы постоянным, стабильным, вечным, не подверженным изменениям и пребывающим вечно таким же самым?» — «Бхиккху, нет такой формы, которая была бы постоянной, стабильной, вечной, не подверженной изменениям и пребывающей вечно такой же самой. Нет такого чувства... нет такого восприятия... нет таких волевых формаций... нет такого сознания, которое было бы постоянным, стабильным, вечным, не подверженным изменениям и пребывающим вечно таким же самым». Шестая сутта.

7. Gaddulabaddhasuttaṃ

7. Гаддулабаддха-сутта (Поводок — первая)

99. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Anamataggoyaṃ, bhikkhave, saṃsāro. Pubbā koṭi na paññāyati avijjānīvaraṇānaṃ sattānaṃ taṇhāsaṃyojanānaṃ sandhāvataṃ saṃsarataṃ. Hoti so, bhikkhave, samayo yaṃ mahāsamuddo ussussati visussati na [Pg.122] bhavati; na tvevāhaṃ, bhikkhave, avijjānīvaraṇānaṃ sattānaṃ taṇhāsaṃyojanānaṃ sandhāvataṃ saṃsarataṃ dukkhassa antakiriyaṃ vadāmi. Hoti so, bhikkhave, samayo yaṃ sineru pabbatarājā ḍayhati vinassati na bhavati; na tvevāhaṃ, bhikkhave, avijjānīvaraṇānaṃ sattānaṃ taṇhāsaṃyojanānaṃ sandhāvataṃ saṃsarataṃ dukkhassa antakiriyaṃ vadāmi. Hoti so, bhikkhave, samayo yaṃ mahāpathavī ḍayhati vinassati na bhavati; na tvevāhaṃ, bhikkhave, avijjānīvaraṇānaṃ sattānaṃ taṇhāsaṃyojanānaṃ sandhāvataṃ saṃsarataṃ dukkhassa antakiriyaṃ vadāmi’’.

99. В Саваттхи. «Бхиккху, эта сансара не имеет постижимого начала. Не обнаруживается первый предел существ, блуждающих и скитающихся, преграждённых невежеством и скованных стремлением. Наступает время, бхиккху, когда великий океан высыхает, испаряется и больше не существует, но всё же, бхиккху, я говорю, что для существ, блуждающих и скитающихся, преграждённых невежеством и скованных стремлением, нет прекращения страданий. Наступает время, бхиккху, когда Синеру, царь гор, сгорает, гибнет и больше не существует, но всё же, бхиккху, я говорю, что для существ, блуждающих и скитающихся, преграждённых невежеством и скованных стремлением, нет прекращения страданий. Наступает время, бхиккху, когда великая земля сгорает, гибнет и больше не существует, но всё же, бхиккху, я говорю, что для существ, блуждающих и скитающихся, преграждённых невежеством и скованных стремлением, нет прекращения страданий».

‘‘Seyyathāpi, bhikkhave, sā gaddulabaddho daḷhe khīle vā thambhe vā upanibaddho tameva khīlaṃ vā thambhaṃ vā anuparidhāvati anuparivattati; evameva kho, bhikkhave, assutavā puthujjano ariyānaṃ adassāvī…pe… sappurisadhamme avinīto rūpaṃ attato samanupassati…pe… vedanaṃ attato samanupassati… saññaṃ attato samanupassati… saṅkhāre attato samanupassati… viññāṇaṃ attato samanupassati, viññāṇavantaṃ vā attānaṃ; attani vā viññāṇaṃ, viññāṇasmiṃ vā attānaṃ. So rūpaññeva anuparidhāvati anuparivattati, vedanaññeva…pe… saññaññeva… saṅkhāreyeva… viññāṇaññeva anuparidhāvati anuparivattati. So rūpaṃ anuparidhāvaṃ anuparivattaṃ, vedanaṃ…pe… saññaṃ… saṅkhāre… viññāṇaṃ anuparidhāvaṃ anuparivattaṃ, na parimuccati rūpamhā, na parimuccati vedanāya, na parimuccati saññāya, na parimuccati saṅkhārehi, na parimuccati viññāṇamhā, na parimuccati jātiyā jarāmaraṇena sokehi paridevehi dukkhehi domanassehi upāyāsehi. ‘Na parimuccati dukkhasmā’ti vadāmi’’.

«Представьте, бхиккху, собаку, привязанную на поводок к прочному колышку или столбу: она будет просто бегать и крутиться вокруг этого самого колышка или столба. Точно так же, бхиккху, необученный обыватель, не видящий благородных... не наставленный в Учении истинных людей, рассматривает форму как себя... рассматривает чувство как себя... рассматривает восприятие как себя... рассматривает волевые формации как себя... рассматривает сознание как себя, или себя как обладающего сознанием, или сознание в себе, или себя в сознании. Он просто бегает и крутится вокруг формы, вокруг чувства... вокруг восприятия... вокруг волевых формаций... вокруг сознания. Бегая и крутясь вокруг формы, вокруг чувства... вокруг восприятия... вокруг волевых формаций... вокруг сознания, он не освобождается от формы, не освобождается от чувства, не освобождается от восприятия, не освобождается от волевых формаций, не освобождается от сознания. Он не освобождается от рождения, старения и смерти; не освобождается от печали, плача, боли, скорби и отчаяния. „Он не освобождается от страданий“, — говорю я».

‘‘Sutavā ca kho, bhikkhave, ariyasāvako ariyānaṃ dassāvī…pe… sappurisadhamme suvinīto, na rūpaṃ attato samanupassati…pe… na vedanaṃ… na saññaṃ… na saṅkhāre… na viññāṇaṃ attato samanupassati, na viññāṇavantaṃ vā attānaṃ; na attani vā viññāṇaṃ, na viññāṇasmiṃ vā attānaṃ. So rūpaṃ nānuparidhāvati nānuparivattati, vedanaṃ… saññaṃ… saṅkhāre… viññāṇaṃ nānuparidhāvati nānuparivattati. So rūpaṃ ananuparidhāvaṃ ananuparivattaṃ, vedanaṃ… saññaṃ… saṅkhāre… viññāṇaṃ ananuparidhāvaṃ ananuparivattaṃ; parimuccati rūpamhā, parimuccati vedanāya, parimuccati saññāya, parimuccati saṅkhārehi, parimuccati viññāṇamhā, parimuccati jātiyā jarāmaraṇena sokehi paridevehi dukkhehi domanassehi upāyāsehi. ‘Parimuccati dukkhasmā’ti vadāmī’’ti. Sattamaṃ.

«Но обученный благородный ученик, бхиккху, видящий благородных... наставленный в Учении истинных людей, не рассматривает форму как себя... не рассматривает чувство... не рассматривает восприятие... не рассматривает волевые формации... не рассматривает сознание как себя, ни себя как обладающего сознанием, ни сознание в себе, ни себя в сознании. Он больше не бегает и не крутится вокруг формы, вокруг чувства... вокруг восприятия... вокруг волевых формаций... вокруг сознания. Не бегая и не крутясь вокруг формы, вокруг чувства... вокруг восприятия... вокруг волевых формаций... вокруг сознания, он освобождается от формы, освобождается от чувства, освобождается от восприятия, освобождается от волевых формаций, освобождается от сознания. Он освобождается от рождения, старения и смерти; освобождается от печали, плача, боли, скорби и отчаяния. „Он освобождается от страданий“, — говорю я». Седьмая сутта.

8. Dutiyagaddulabaddhasuttaṃ

8. Дутиягаддулабаддха-сутта (Поводок — вторая)

100. Sāvatthinidānaṃ[Pg.123]. ‘‘Anamataggoyaṃ, bhikkhave, saṃsāro. Pubbā koṭi na paññāyati avijjānīvaraṇānaṃ sattānaṃ taṇhāsaṃyojanānaṃ sandhāvataṃ saṃsarataṃ. Seyyathāpi, bhikkhave, sā gaddulabaddho daḷhe khīle vā thambhe vā upanibaddho. So gacchati cepi tameva khīlaṃ vā thambhaṃ vā upagacchati; tiṭṭhati cepi tameva khīlaṃ vā thambhaṃ vā upatiṭṭhati; nisīdati cepi tameva khīlaṃ vā thambhaṃ vā upanisīdati; nipajjati cepi tameva khīlaṃ vā thambhaṃ vā upanipajjati. Evameva kho, bhikkhave, assutavā puthujjano rūpaṃ ‘etaṃ mama, esohamasmi, eso me attā’ti samanupassati. Vedanaṃ… saññaṃ… saṅkhāre… viññāṇaṃ ‘etaṃ mama, esohamasmi, eso me attā’ti samanupassati. So gacchati cepi ime pañcupādānakkhandhe upagacchati; tiṭṭhati cepi ime pañcupādānakkhandhe upatiṭṭhati; nisīdati cepi ime pañcupādānakkhandhe upanisīdati; nipajjati cepi ime pañcupādānakkhandhe upanipajjati. Tasmātiha, bhikkhave, abhikkhaṇaṃ sakaṃ cittaṃ paccavekkhitabbaṃ – ‘dīgharattamidaṃ cittaṃ saṃkiliṭṭhaṃ rāgena dosena mohenā’ti. Cittasaṃkilesā, bhikkhave, sattā saṃkilissanti; cittavodānā sattā visujjhanti.

100. В Саваттхи. «Бхиккху, эта сансара не имеет постижимого начала. Не обнаруживается первый предел существ, блуждающих и скитающихся, преграждённых невежеством и скованных стремлением... Представьте, бхиккху, собаку, привязанную на поводок к прочному колышку или столбу. Если она идёт, то идёт близко к этому колышку или столбу. Если она стоит, то стоит близко к этому колышку или столбу. Если она сидит, то сидит близко к этому колышку или столбу. Если она лежит, то лежит близко к этому колышку или столбу. Точно так же, бхиккху, необученный обыватель рассматривает форму так: „Это моё, это я, это моя самость“. Он рассматривает чувство... восприятие... волевые формации... сознание так: „Это моё, это я, это моя самость“. Если он идёт, то идёт близко к этим пяти совокупностям привязанности. Если он стоит, то стоит близко к этим пяти совокупностям привязанности. Если он сидит, то сидит близко к этим пяти совокупностям привязанности. Если он лежит, то лежит близко к этим пяти совокупностям привязанности. Поэтому, бхиккху, следует часто размышлять о своём собственном уме так: „Долгое время этот ум был осквернён страстью, злобой и заблуждением“. Из-за осквернения ума оскверняются существа; благодаря очищению ума очищаются существа».

‘‘Diṭṭhaṃ vo, bhikkhave, caraṇaṃ nāma citta’’nti? ‘‘Evaṃ, bhante’’. ‘‘Tampi kho, bhikkhave, caraṇaṃ nāma cittaṃ citteneva cittitaṃ. Tenapi kho, bhikkhave, caraṇena cittena cittaññeva cittataraṃ. Tasmātiha, bhikkhave, abhikkhaṇaṃ sakaṃ cittaṃ paccavekkhitabbaṃ – ‘dīgharattamidaṃ cittaṃ saṃkiliṭṭhaṃ rāgena dosena mohenā’ti. Cittasaṃkilesā, bhikkhave, sattā saṃkilissanti; cittavodānā sattā visujjhanti.

«Видели ли вы, бхиккху, картину под названием „Странствие“?» — «Да, достопочтенный». — «Даже эта картина под названием „Странствие“ была создана в её многообразии умом, но ум ещё более многообразен, чем эта картина под названием „Странствие“. Поэтому, бхиккху, следует часто размышлять о своём собственном уме так: „Долгое время этот ум был осквернён страстью, злобой и заблуждением“. Из-за осквернения ума оскверняются существа; благодаря очищению ума очищаются существа».

‘‘Nāhaṃ, bhikkhave, aññaṃ ekanikāyampi samanupassāmi evaṃ cittaṃ. Yathayidaṃ, bhikkhave, tiracchānagatā pāṇā, tepi kho, bhikkhave, tiracchānagatā pāṇā citteneva cittitā, tehipi kho, bhikkhave, tiracchānagatehi pāṇehi cittaññeva cittataraṃ. Tasmātiha, bhikkhave, abhikkhaṇaṃ sakaṃ cittaṃ paccavekkhitabbaṃ – ‘dīgharattamidaṃ cittaṃ saṃkiliṭṭhaṃ rāgena dosena mohenā’ti. Cittasaṃkilesā, bhikkhave, sattā saṃkilissanti; cittavodānā sattā visujjhanti.

«Бхиккху, я не вижу ни одного другого класса живых существ, столь разнообразного, как животный мир. Даже эти существа в животном мире были сделаны разнообразными умом, но ум ещё более многообразен, чем эти существа в животном мире. Поэтому, бхиккху, следует часто размышлять о своём собственном уме так: „Долгое время этот ум был осквернён страстью, злобой и заблуждением“. Из-за осквернения ума оскверняются существа; благодаря очищению ума очищаются существа».

‘‘Seyyathāpi[Pg.124], bhikkhave, rajako vā cittakārako vā rajanāya vā lākhāya vā haliddiyā vā nīliyā vā mañjiṭṭhāya vā suparimaṭṭhe phalake vā bhittiyā vā dussapaṭṭe vā itthirūpaṃ vā purisarūpaṃ vā abhinimmineyya sabbaṅgapaccaṅgiṃ; evameva kho, bhikkhave, assutavā puthujjano rūpaññeva abhinibbattento abhinibbatteti, vedanaññeva…pe… saññaññeva… saṅkhāre yeva… viññāṇaññeva abhinibbattento abhinibbatteti. Taṃ kiṃ maññatha, bhikkhave, rūpaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’. ‘‘Vedanā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ…pe… ‘‘tasmātiha, bhikkhave, evaṃ passaṃ…pe… nāparaṃ itthattāyāti pajānātī’’ti. Aṭṭhamaṃ.

«Представьте, бхиккху, красильщика или художника, который, используя краску, лак, куркуму, индиго или марену, создал бы на хорошо отполированной доске, стене или холсте изображение женщины или мужчины со всеми деталями и частями тела. Точно так же, бхиккху, когда необученный обыватель порождает что-либо, он порождает только форму; порождает только чувство... порождает только восприятие... порождает только волевые формации... порождает только сознание. Как вы думаете, бхиккху, форма постоянна или непостоянна?» — «Непостоянна, достопочтенный». — «Чувство... восприятие... волевые формации... сознание... Поэтому, бхиккху, видя так... он понимает: „...нет ничего более для этого состояния бытия“». Восьмая сутта.

9. Vāsijaṭasuttaṃ

9. Васиджата-сутта (Рукоять топора)

101. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Jānato ahaṃ, bhikkhave, passato āsavānaṃ khayaṃ vadāmi, no ajānato no apassato. Kiñca, bhikkhave, jānato kiṃ passato āsavānaṃ khayo hoti? ‘Iti rūpaṃ, iti rūpassa samudayo, iti rūpassa atthaṅgamo; iti vedanā… iti saññā… iti saṅkhārā… iti viññāṇaṃ, iti viññāṇassa samudayo, iti viññāṇassa atthaṅgamo’ti – evaṃ kho, bhikkhave, jānato evaṃ passato āsavānaṃ khayo hoti’’.

101. В Саваттхи. «Бхиккху, я говорю, что уничтожение асав происходит для того, кто знает и видит, а не для того, кто не знает и не видит. Для того, кто знает что, кто видит что, происходит уничтожение асав? „Такова форма, таково её происхождение, таково её исчезновение; таково чувство... таково восприятие... таковы волевые формации... таково сознание, таково его происхождение, таково его исчезновение“ — именно для того, кто так знает, для того, кто так видит, бхиккху, происходит уничтожение асав».

‘‘Bhāvanānuyogaṃ ananuyuttassa, bhikkhave, bhikkhuno viharato kiñcāpi evaṃ icchā uppajjeyya – ‘aho vata me anupādāya āsavehi cittaṃ vimucceyyā’ti, atha khvassa neva anupādāya āsavehi cittaṃ vimuccati. Taṃ kissa hetu? ‘Abhāvitattā’ tissa vacanīyaṃ. Kissa abhāvitattā? Abhāvitattā catunnaṃ satipaṭṭhānānaṃ, abhāvitattā catunnaṃ sammappadhānānaṃ, abhāvitattā catunnaṃ iddhipādānaṃ, abhāvitattā pañcannaṃ indriyānaṃ, abhāvitattā pañcannaṃ balānaṃ, abhāvitattā sattannaṃ bojjhaṅgānaṃ, abhāvitattā ariyassa aṭṭhaṅgikassa maggassa.

«Бхиккху, когда бхиккху живёт, не посвящая себя практике развития ума, то даже если у него возникнет такое желание: „О, пусть бы мой ум освободился от асав через непривязанность!“, всё же его ум не освобождается от асав через непривязанность. По какой причине? Следует сказать: по причине неразвития. Из-за неразвития чего? Из-за неразвития четырёх основ осознанности, из-за неразвития четырёх правильных усилий, из-за неразвития четырёх основ сверхнормативных сил, из-за неразвития пяти способностей, из-за неразвития пяти сил, из-за неразвития семи факторов просветления, из-за неразвития Благородного Восьмеричного Пути».

‘‘Seyyathāpi, bhikkhave, kukkuṭiyā aṇḍāni aṭṭha vā dasa vā dvādasa vā. Tānassu kukkuṭiyā na sammā adhisayitāni, na sammā pariseditāni, na sammā paribhāvitāni. Kiñcāpi tassā kukkuṭiyā evaṃ icchā uppajjeyya – ‘aho, vata me [Pg.125] kukkuṭapotakā pādanakhasikhāya vā mukhatuṇḍakena vā aṇḍakosaṃ padāletvā sotthinā abhinibbhijjeyyu’nti, atha kho abhabbāva te kukkuṭapotakā pādanakhasikhāya vā mukhatuṇḍakena vā aṇḍakosaṃ padāletvā sotthinā abhinibbhijjituṃ. Taṃ kissa hetu? Tathā hi pana, bhikkhave, kukkuṭiyā aṇḍāni aṭṭha vā dasa vā dvādasa vā; tāni kukkuṭiyā na sammā adhisayitāni, na sammā pariseditāni, na sammā paribhāvitāni. Evameva kho, bhikkhave, bhāvanānuyogaṃ ananuyuttassa bhikkhuno viharato kiñcāpi evaṃ icchā uppajjeyya – ‘aho, vata me anupādāya āsavehi cittaṃ vimucceyyā’ti, atha khvassa neva anupādāya āsavehi cittaṃ vimuccati. Taṃ kissa hetu? ‘Abhāvitattā’tissa vacanīyaṃ. Kissa abhāvitattā? Abhāvitattā catunnaṃ satipaṭṭhānānaṃ…pe… aṭṭhaṅgikassa maggassa.

«Представьте, бхиккху, курицу с восемью, десятью или двенадцатью яйцами, которые она не высиживала должным образом, не согревала должным образом, не выдерживала должным образом. Даже если у этой курицы возникнет такое желание: „О, пусть бы мои цыплята пробили скорлупу кончиками своих когтей и клювов и благополучно вылупились!“, всё же эти цыплята не способны пробить скорлупу кончиками своих когтей и клювов и благополучно вылупиться. По какой причине? Потому что эта курица не высиживала, не согревала и не выдерживала должным образом эти восемь, десять или двенадцать яиц. Точно так же, бхиккху, когда бхиккху живёт, не посвящая себя практике развития ума, то даже если у него возникнет такое желание: „О, пусть бы мой ум освободился от асав через непривязанность!“, всё же его ум не освобождается от асав через непривязанность. По какой причине? Следует сказать: по причине неразвития. Из-за неразвития чего? Из-за неразвития четырёх основ осознанности... Благородного Восьмеричного Пути».

‘‘Bhāvanānuyogaṃ anuyuttassa, bhikkhave, bhikkhuno viharato kiñcāpi na evaṃ icchā uppajjeyya – ‘aho vata me anupādāya āsavehi cittaṃ vimucceyyā’ti, atha khvassa anupādāya āsavehi cittaṃ vimuccati. Taṃ kissa hetu? ‘Bhāvitattā’tissa vacanīyaṃ. Kissa bhāvitattā? Bhāvitattā catunnaṃ satipaṭṭhānānaṃ, bhāvitattā catunnaṃ sammappadhānānaṃ, bhāvitattā catunnaṃ iddhipādānaṃ, bhāvitattā pañcannaṃ indriyānaṃ, bhāvitattā pañcannaṃ balānaṃ, bhāvitattā sattannaṃ bojjhaṅgānaṃ, bhāvitattā ariyassa aṭṭhaṅgikassa maggassa.

«Бхиккху, когда бхиккху живёт, посвящая себя практике развития ума, то даже если у него не возникает такого желания: „О, пусть бы мой ум освободился от асав через непривязанность!“, всё же его ум освобождается от асав через непривязанность. По какой причине? Следует сказать: по причине развития. Из-за развития чего? Из-за развития четырёх основ осознанности, из-за развития четырёх правильных усилий, из-за развития четырёх основ сверхнормативных сил, из-за развития пяти способностей, из-за развития пяти сил, из-за развития семи факторов просветления, из-за развития Благородного Восьмеричного Пути».

‘‘Seyyathāpi, bhikkhave, kukkuṭiyā aṇḍāni aṭṭha vā dasa vā dvādasa vā. Tānassu kukkuṭiyā sammā adhisayitāni, sammā pariseditāni, sammā paribhāvitāni. Kiñcāpi tassā kukkuṭiyā na evaṃ icchā uppajjeyya – ‘aho vata me kukkuṭapotakā pādanakhasikhāya vā mukhatuṇḍakena vā aṇḍakosaṃ padāletvā sotthinā abhinibbhijjeyyu’nti, atha kho bhabbāva te kukkuṭapotakā pādanakhasikhāya vā mukhatuṇḍakena vā aṇḍakosaṃ padāletvā sotthinā abhinibbhijjituṃ. Taṃ kissa hetu? Tathā hi pana, bhikkhave, kukkuṭiyā aṇḍāni aṭṭha vā dasa vā dvādasa vā; tānassu kukkuṭiyā sammā adhisayitāni, sammā pariseditāni, sammā paribhāvitāni. Evameva kho, bhikkhave, bhāvanānuyogaṃ anuyuttassa bhikkhuno viharato kiñcāpi na evaṃ icchā uppajjeyya – ‘aho vata me anupādāya āsavehi cittaṃ vimucceyyā’ti, atha khvassa anupādāya āsavehi cittaṃ vimuccati. Taṃ kissa hetu? ‘Bhāvitattā’tissa vacanīyaṃ. Kissa [Pg.126] bhāvitattā? Bhāvitattā catunnaṃ satipaṭṭhānānaṃ…pe… bhāvitattā ariyassa aṭṭhaṅgikassa maggassa.

«Представьте, монахи, курицу, у которой восемь, десять или двенадцать яиц, которые она должным образом высиживала, согревала и выхаживала. Даже если у этой курицы не возникнет такого желания: „О, пусть бы мои цыплята кончиками когтей или клювами пробили скорлупу и благополучно вылупились!“, всё же цыплята способны пробить скорлупу кончиками когтей или клювами и благополучно вылупиться. По какой причине? Потому что эта курица должным образом высиживала, согревала и выхаживала эти восемь, десять или двенадцать яиц. Точно так же, монахи, когда монах пребывает преданным развитию [ума], даже если у него не возникнет такого желания: „О, пусть бы мой ум освободился от пагубных влечений (асав) благодаря отсутствию привязанности!“, всё же его ум освобождается от пагубных влечений благодаря отсутствию привязанности. По какой причине? Следует сказать: „Благодаря развитию“. Благодаря развитию чего? Благодаря развитию четырёх основ осознанности (сатипаттхан)... [и так далее]... благодаря развитию благородного восьмеричного пути».

‘‘Seyyathāpi, bhikkhave, palagaṇḍassa vā palagaṇḍantevāsissa vā vāsijaṭe dissanteva aṅgulipadāni dissati aṅguṭṭhapadaṃ. No ca khvassa evaṃ ñāṇaṃ hoti – ‘ettakaṃ vata me ajja vāsijaṭassa khīṇaṃ, ettakaṃ hiyyo, ettakaṃ pare’ti. Atha khvassa khīṇe khīṇantveva ñāṇaṃ hoti. Evameva kho, bhikkhave, bhāvanānuyogaṃ anuyuttassa bhikkhuno viharato kiñcāpi na evaṃ ñāṇaṃ hoti – ‘ettakaṃ vata me ajja āsavānaṃ khīṇaṃ, ettakaṃ hiyyo, ettakaṃ pare’ti, atha khvassa khīṇe khīṇantveva ñāṇaṃ hoti. Seyyathāpi, bhikkhave, sāmuddikāya nāvāya vettabandhanabaddhāya vassamāsāni udake pariyādāya hemantikena thalaṃ ukkhittāya vātātapaparetāni vettabandhanāni. Tāni pāvusakena meghena abhippavuṭṭhāni appakasireneva paṭippassambhanti pūtikāni bhavanti; evameva kho, bhikkhave, bhāvanānuyogaṃ anuyuttassa bhikkhuno viharato appakasireneva saṃyojanāni paṭippassambhanti pūtikāni bhavantī’’ti. Navamaṃ.

«Представьте, монахи, плотника или ученика плотника, который смотрит на рукоятку своего тесла и видит на ней следы своих пальцев и большого пальца. Но при этом он не знает: „Вот столько рукоятки тесла стёрлось сегодня, столько вчера, столько позавчера“. Однако, когда она стирается, к нему приходит знание о том, что она стёрлась. Точно так же, монахи, когда монах пребывает преданным развитию [ума], даже если к нему не приходит такое знание: „Вот столько моих пагубных влечений (асав) уничтожилось сегодня, столько вчера, столько позавчера“, однако, когда они уничтожаются, к нему приходит знание о том, что они уничтожились. Представьте, монахи, морское судно, скреплённое верёвками из тростника, которое шесть месяцев находилось в воде, а в холодное время года было вытащено на сушу, где его верёвки подверглись воздействию ветра и солнца. Омытые дождевым облаком в сезон дождей, эти верёвки легко ослабевают и сгнивают. Точно так же, монахи, когда монах пребывает преданным развитию [ума], его оковы (саньёджаны) легко ослабевают и разрушаются». (Девятое).

10. Aniccasaññāsuttaṃ

10. Аниччасання-сутта (Сутта о восприятии непостоянства)

102. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Aniccasaññā, bhikkhave, bhāvitā bahulīkatā sabbaṃ kāmarāgaṃ pariyādiyati, sabbaṃ rūparāgaṃ pariyādiyati, sabbaṃ bhavarāgaṃ pariyādiyati, sabbaṃ avijjaṃ pariyādiyati, sabbaṃ asmimānaṃ samūhanati’’.

102. В Саваттхи. «Монахи, когда восприятие непостоянства развито и взращено, оно устраняет всякую чувственную страсть, устраняет всякую страсть к форме, устраняет всякую страсть к существованию, устраняет всякое невежество, искореняет всякое самомнение „я есмь“».

‘‘Seyyathāpi, bhikkhave, saradasamaye kassako mahānaṅgalena kasanto sabbāni mūlasantānakāni sampadālento kasati; evameva kho, bhikkhave, aniccasaññā bhāvitā bahulīkatā sabbaṃ kāmarāgaṃ pariyādiyati, sabbaṃ rūparāgaṃ pariyādiyati, sabbaṃ bhavarāgaṃ pariyādiyati, sabbaṃ avijjaṃ pariyādiyati, sabbaṃ asmimānaṃ samūhanati.

«Представьте, монахи, как осенью пахарь, вспахивая землю большим плугом, подрезает при вспашке все мелкие корешки. Точно так же, монахи, когда восприятие непостоянства развито и взращено, оно устраняет всякую чувственную страсть, устраняет всякую страсть к форме, устраняет всякую страсть к существованию, устраняет всякое невежество, искореняет всякое самомнение „я есмь“».

‘‘Seyyathāpi, bhikkhave, pabbajalāyako pabbajaṃ lāyitvā agge gahetvā odhunāti niddhunāti nicchoṭeti; evameva kho, bhikkhave, aniccasaññā bhāvitā bahulīkatā sabbaṃ kāmarāgaṃ pariyādiyati…pe… sabbaṃ asmimānaṃ samūhanati.

«Представьте, монахи, как косарь камыша срезает камыш, берёт его за верхушку, трясёт его сверху вниз, вытряхивает и обивает его. Точно так же, монахи, когда восприятие непостоянства развито и взращено, оно устраняет всякую чувственную страсть... [и так далее]... искореняет всякое самомнение „я есмь“».

‘‘Seyyathāpi[Pg.127], bhikkhave, ambapiṇḍiyā vaṇṭacchinnāya yāni tattha ambāni vaṇṭapaṭibandhāni sabbāni tāni tadanvayāni bhavanti; evameva kho, bhikkhave, aniccasaññā bhāvitā…pe… sabbaṃ asmimānaṃ samūhanati.

«Представьте, монахи, когда срезана плодоножка у грозди манго, все манго, прикреплённые к этой плодоножке, падают вслед за ней. Точно так же, монахи, когда восприятие непостоянства развито... [и так далее]... искореняет всякое самомнение „я есмь“».

‘‘Seyyathāpi, bhikkhave, kūṭāgārassa yā kāci gopānasiyo sabbā tā kūṭaṅgamā kūṭaninnā kūṭasamosaraṇā, kūṭaṃ tāsaṃ aggamakkhāyati; evameva kho, bhikkhave, aniccasaññā bhāvitā…pe… sabbaṃ asmimānaṃ samūhanati.

«Представьте, монахи, что все стропила дома с остроконечной крышей сходятся к коньку крыши, наклонены к коньку крыши и соединяются на коньке крыши, и конёк крыши считается главным среди них. Точно так же, монахи, когда восприятие непостоянства развито... [и так далее]... искореняет всякое самомнение „я есмь“».

‘‘Seyyathāpi, bhikkhave, ye keci mūlagandhā kāḷānusārigandho tesaṃ aggamakkhāyati; evameva kho, bhikkhave, aniccasaññā…pe… sabbaṃ asmimānaṃ samūhanati.

«Представьте, монахи, что среди всех благовонных корней чёрный касатик считается лучшим из них. Точно так же, монахи, когда восприятие непостоянства... [и так далее]... искореняет всякое самомнение „я есмь“».

‘‘Seyyathāpi, bhikkhave, ye keci sāragandhā, lohitacandanaṃ tesaṃ aggamakkhāyati; evameva kho, bhikkhave, aniccasaññā…pe… sabbaṃ asmimānaṃ samūhanati.

«Представьте, монахи, что среди всех благовонных сердцевин деревьев красное сандаловое дерево считается лучшим из них. Точно так же, монахи, когда восприятие непостоянства... [и так далее]... искореняет всякое самомнение „я есмь“».

‘‘Seyyathāpi, bhikkhave, ye keci pupphagandhā, vassikaṃ tesaṃ aggamakkhāyati; evameva kho, bhikkhave, aniccasaññā…pe… sabbaṃ asmimānaṃ samūhanati.

«Представьте, монахи, что среди всех благовонных цветов жасмин считается лучшим из них. Точно так же, монахи, когда восприятие непостоянства... [и так далее]... искореняет всякое самомнение „я есмь“».

‘‘Seyyathāpi, bhikkhave, ye keci kuṭṭarājāno, sabbete rañño cakkavattissa anuyantā bhavanti, rājā tesaṃ cakkavatti aggamakkhāyati; evameva kho, bhikkhave, aniccasaññā…pe… sabbaṃ asmimānaṃ samūhanati.

«Представьте, монахи, что все мелкие правители являются вассалами царя-колесодержца (чаккаватти), и царь-колесодержец считается величайшим среди них. Точно так же, монахи, когда восприятие непостоянства... [и так далее]... искореняет всякое самомнение „я есмь“».

‘‘Seyyathāpi, bhikkhave, yā kāci tārakarūpānaṃ pabhā, sabbā tā candimappabhāya kalaṃ nāgghanti soḷasiṃ, candappabhā tāsaṃ aggamakkhāyati; evameva kho, bhikkhave, aniccasaññā…pe… sabbaṃ asmimānaṃ samūhanati.

«Представьте, монахи, что сияние всех звёзд не стоит и шестнадцатой доли сияния луны, и сияние луны считается превосходящим их все. Точно так же, монахи, когда восприятие непостоянства... [и так далее]... искореняет всякое самомнение „я есмь“».

‘‘Seyyathāpi, bhikkhave, saradasamaye viddhe vigatavalāhake deve ādicco nataṃ abbhussakkamāno, sabbaṃ ākāsagataṃ tamagataṃ abhivihacca bhāsate ca tapate ca virocate ca; evameva kho, bhikkhave, aniccasaññā bhāvitā bahulīkatā sabbaṃ kāmarāgaṃ pariyādiyati, sabbaṃ rūparāgaṃ pariyādiyati, sabbaṃ bhavarāgaṃ pariyādiyati, sabbaṃ avijjaṃ pariyādiyati, sabbaṃ asmimānaṃ samūhanati.

«Представьте, монахи, как осенью, когда небо чистое и безоблачное, солнце, поднимаясь на небосвод, разгоняет всю тьму в пространстве, сияя, согревая и излучая свет. Точно так же, монахи, когда восприятие непостоянства развито и взращено, оно устраняет всякую чувственную страсть, устраняет всякую страсть к форме, устраняет всякую страсть к существованию, устраняет всякое невежество, искореняет всякое самомнение „я есмь“».

‘‘Kathaṃ bhāvitā ca, bhikkhave, aniccasaññā kathaṃ bahulīkatā sabbaṃ kāmarāgaṃ pariyādiyati…pe… sabbaṃ asmimānaṃ samūhanati? ‘Iti rūpaṃ, iti rūpassa [Pg.128] samudayo, iti rūpassa atthaṅgamo; iti vedanā… iti saññā… iti saṅkhārā… iti viññāṇaṃ, iti viññāṇassa samudayo, iti viññāṇassa atthaṅgamo’ti – evaṃ bhāvitā kho, bhikkhave, aniccasaññā evaṃ bahulīkatā sabbaṃ kāmarāgaṃ pariyādiyati, sabbaṃ rūparāgaṃ pariyādiyati, sabbaṃ bhavarāgaṃ pariyādiyati, sabbaṃ avijjaṃ pariyādiyati, sabbaṃ asmimānaṃ samūhanatī’’ti. Dasamaṃ.

«И как, монахи, восприятие непостоянства развивается и взращивается так, что оно устраняет всякую чувственную страсть... [и так далее]... искореняет всякое самомнение „я есмь“? „Такова форма, таково её возникновение, таково её исчезновение; такова ведана (чувство)... такова сання (восприятие)... таковы санкхары (волевые формации)... таково винняна (сознание), таково его возникновение, таково его исчезновение“ — вот как, монахи, восприятие непостоянства развивается и взращивается так, что оно устраняет всякую чувственную страсть, устраняет всякую страсть к форме, устраняет всякую страсть к существованию, устраняет всякое невежество, искореняет всякое самомнение „я есмь“». (Десятое).

Pupphavaggo dasamo.

Пуппха-вагга (Глава о цветах), десятая.

Tassuddānaṃ –

Оглавление этой главы:

Nadī pupphañca pheṇañca, gomayañca nakhāsikhaṃ;

Suddhikaṃ dve ca gaddulā, vāsījaṭaṃ aniccatāti.

«Река», «Цветок» и «Пена», «Коровий навоз» и «Кончик ногтя», «Чистая», две сутты «О поводке», «Рукоятка тесла» и «Непостоянство».

Majjhimapaṇṇāsako samatto.

Средняя часть из пятидесяти сутт (Маджхима-паннасака) завершена.

Tassa majjhimapaṇṇāsakassa vagguddānaṃ –

Оглавление глав этой Средней части:

Upayo arahanto ca, khajjanī therasavhayaṃ;

Pupphavaggena paṇṇāsa, dutiyo tena vuccatīti.

«Привязанность», «Араханты», «Пожирание», «Старейшины» и, вместе с «Главой о цветах», эти пятьдесят сутт составляют вторую часть, называемую так.

11. Antavaggo

11. Анта-вагга (Глава о пределах)

1. Antasuttaṃ

1. Анта-сутта (Сутта о пределах)

103. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Cattārome, bhikkhave, antā. Katame cattāro? Sakkāyanto, sakkāyasamudayanto, sakkāyanirodhanto, sakkāyanirodhagāminippaṭipadanto. Katamo ca, bhikkhave, sakkāyanto? Pañcupādānakkhandhātissa vacanīyaṃ. Katame pañca? Seyyathidaṃ – rūpupādānakkhandho, vedanupādānakkhandho, saññupādānakkhandho, saṅkhārupādānakkhandho, viññāṇupādānakkhandho – ayaṃ vuccati, bhikkhave, sakkāyanto’’.

103. В Саваттхи. «Монахи, есть эти четыре предела. Какие четыре? Предел самоотождествления (саккая), предел возникновения самоотождествления, предел прекращения самоотождествления, предел пути, ведущего к прекращению самоотождествления. И что такое, монахи, предел самоотождествления? Следует сказать: пять совокупностей (кхандх) цепляния. Какие пять? А именно: совокупность цепляния к форме, совокупность цепляния к чувству, совокупность цепляния к восприятию, совокупность цепляния к волевым формациям, совокупность цепляния к сознанию. Это, монахи, называется пределом самоотождествления».

‘‘Katamo ca, bhikkhave, sakkāyasamudayanto? Yāyaṃ taṇhā ponobhavikā nandirāgasahagatā tatratatrābhinandinī, seyyathidaṃ – kāmataṇhā, bhavataṇhā, vibhavataṇhā. Ayaṃ [Pg.129] vuccati, bhikkhave, sakkāyasamudayanto.

«И что такое, монахи, предел возникновения самоотождествления? Это жажда (танха), ведущая к новому существованию, сопровождаемая наслаждением и страстью, находящая удовольствие то здесь, то там; а именно: жажда чувственных удовольствий (кама-танха), жажда существования (бхава-танха), жажда несуществования (вибхава-танха). Это, монахи, называется пределом возникновения самоотождествления».

‘‘Katamo ca, bhikkhave, sakkāyanirodhanto? Yo tassāyeva taṇhāya asesavirāganirodho cāgo paṭinissaggo mutti anālayo – ayaṃ vuccati, bhikkhave, sakkāyanirodhanto.

«И что такое, монахи, предел прекращения самоотождествления? Это полное угасание и прекращение той самой жажды без остатка, отказ от неё, отречение, освобождение от неё, отсутствие привязанности к ней. Это, монахи, называется пределом прекращения самоотождествления».

‘‘Katamo ca, bhikkhave, sakkāyanirodhagāminippaṭipadanto? Ayameva ariyo aṭṭhaṅgiko maggo. Seyyathidaṃ – sammādiṭṭhi, sammāsaṅkappo, sammāvācā, sammākammanto, sammāājīvo, sammāvāyāmo, sammāsati, sammāsamādhi. Ayaṃ vuccati, bhikkhave, sakkāyanirodhagāminippaṭipadanto. Ime kho, bhikkhave, cattāro antā’’ti. Paṭhamaṃ.

«И что такое, монахи, предел пути, ведущего к прекращению самоотождествления? Это сам благородный восьмеричный путь, а именно: правильное воззрение, правильное намерение, правильная речь, правильные действия, правильный образ жизни, правильное усилие, правильное памятование, правильное сосредоточение. Это, монахи, называется пределом пути, ведущего к прекращению самоотождествления. Таковы, монахи, четыре предела». (Первое).

2. Dukkhasuttaṃ

2. Дуккха-сутта (Сутта о страдании)

104. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Dukkhañca vo, bhikkhave, desessāmi dukkhasamudayañca dukkhanirodhañca dukkhanirodhagāminiñca paṭipadaṃ. Taṃ suṇātha. Katamañca, bhikkhave, dukkhaṃ? Pañcupādānakkhandhātissa vacanīyaṃ. Katame pañca? Seyyathidaṃ – rūpupādānakkhandho…pe… viññāṇupādānakkhandho. Idaṃ vuccati, bhikkhave, dukkhaṃ. Katamo ca, bhikkhave, dukkhasamudayo? Yāyaṃ taṇhā ponobhavikā…pe… kāmataṇhā, bhavataṇhā, vibhavataṇhā – ayaṃ vuccati, bhikkhave, dukkhasamudayo. Katamo ca, bhikkhave, dukkhanirodho? Yo tassāyeva taṇhāya asesavirāganirodho cāgo paṭinissaggo mutti anālayo – ayaṃ vuccati, bhikkhave, dukkhanirodho. Katamā ca, bhikkhave, dukkhanirodhagāminī paṭipadā? Ayameva ariyo aṭṭhaṅgiko maggo. Seyyathidaṃ – sammādiṭṭhi…pe… sammāsamādhi. Ayaṃ vuccati, bhikkhave, dukkhanirodhagāminī paṭipadā’’ti. Dutiyaṃ.

104. В Саваттхи. «Монахи, я преподам вам страдание, возникновение страдания, прекращение страдания и путь, ведущий к прекращению страдания. Слушайте это. И что такое, монахи, страдание? Следует сказать: пять совокупностей цепляния. Какие пять? А именно: совокупность цепляния к форме... [и так далее]... совокупность цепляния к сознанию. Это, монахи, называется страданием. И что такое, монахи, возникновение страдания? Это жажда, ведущая к новому существованию... [и так далее]... жажда чувственных удовольствий, жажда существования, жажда несуществования. Это, монахи, называется возникновением страдания. И что такое, монахи, прекращение страдания? Это полное угасание и прекращение той самой жажды без остатка, отказ от неё, отречение, освобождение от неё, отсутствие привязанности к ней. Это, монахи, называется прекращением страдания. И что такое, монахи, путь, ведущий к прекращению страдания? Это сам благородный восьмеричный путь, а именно: правильное воззрение... [и так далее]... правильное сосредоточение. Это, монахи, называется путем, ведущим к прекращению страдания». (Второе).

3. Sakkāyasuttaṃ

3. Саккая-сутта (Сутта о самоотождествлении)

105. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Sakkāyañca vo, bhikkhave, desessāmi sakkāyasamudayañca sakkāyanirodhañca sakkāyanirodhagāminiñca paṭipadaṃ. Taṃ suṇātha. Katamo ca, bhikkhave, sakkāyo? Pañcupādānakkhandhātissa vacanīyaṃ. Katame pañca? Seyyathidaṃ – rūpupādānakkhandho, vedanupādānakkhandho, saññupādānakkhandho, saṅkhārupādānakkhandho, viññāṇupādānakkhandho. Ayaṃ vuccati, bhikkhave, sakkāyo. Katamo ca, bhikkhave, sakkāyasamudayo? Yāyaṃ taṇhā ponobhavikā…pe… kāmataṇhā, bhavataṇhā, vibhavataṇhā – ayaṃ vuccati, bhikkhave, sakkāyasamudayo. Katamo ca, bhikkhave, sakkāyanirodho? Yo tassāyeva taṇhāya…pe… ayaṃ vuccati[Pg.130], bhikkhave, sakkāyanirodho. Katamā ca, bhikkhave, sakkāyanirodhagāminī paṭipadā? Ayameva ariyo aṭṭhaṅgiko maggo. Seyyathidaṃ – sammādiṭṭhi…pe… sammāsamādhi. Ayaṃ vuccati, bhikkhave, sakkāyanirodhagāminī paṭipadā’’ti. Tatiyaṃ.

105. В Саваттхи. «Монахи, я преподам вам самоотождествление (саккая), возникновение самоотождествления, прекращение самоотождествления и путь, ведущий к прекращению самоотождествления. Слушайте это. И что такое, монахи, самоотождествление? Следует сказать: пять совокупностей цепляния. Какие пять? А именно: совокупность цепляния к форме, совокупность цепляния к чувству, совокупность цепляния к восприятию, совокупность цепляния к волевым формациям, совокупность цепляния к сознанию. Это, монахи, называется самоотождествлением. И что такое, монахи, возникновение самоотождествления? Это жажда, ведущая к новому существованию... [и так далее]... жажда чувственных удовольствий, жажда существования, жажда несуществования. Это, монахи, называется возникновением самоотождествления. И что такое, монахи, прекращение самоотождествления? Это полное угасание той самой жажды... [и так далее]... Это, монахи, называется прекращением самоотождествления. И что такое, монахи, путь, ведущий к прекращению самоотождествления? Это сам благородный восьмеричный путь, а именно: правильное воззрение... [и так далее]... правильное сосредоточение. Это, монахи, называется путем, ведущим к прекращению самоотождествления». (Третье).

4. Pariññeyyasuttaṃ

4. Париньейя-сутта (Сутта о том, что должно быть полностью познано)

106. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Pariññeyye ca, bhikkhave, dhamme desessāmi pariññañca pariññātāviñca puggalaṃ. Taṃ suṇātha. Katame ca, bhikkhave, pariññeyyā dhammā? Rūpaṃ, bhikkhave, pariññeyyo dhammo. Vedanā…pe… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ pariññeyyo dhammo. Ime vuccanti, bhikkhave, pariññeyyā dhammā. Katamā ca, bhikkhave, pariññā? Rāgakkhayo, dosakkhayo, mohakkhayo – ayaṃ vuccati, bhikkhave, pariññā. Katamo ca, bhikkhave, pariññātāvī puggalo? Arahātissa vacanīyaṃ. Yvāyaṃ āyasmā evaṃnāmo evaṃgotto – ayaṃ vuccati, bhikkhave, pariññātāvī puggalo’’ti. Catutthaṃ.

106. В Саваттхи. «Монахи, я преподам вам вещи, подлежащие полному познанию, само полное познание и человека, полностью познавшего их. Слушайте же это... И какие, монахи, вещи подлежат полному познанию? Форма, монахи, — это вещь, подлежащая полному познанию. Чувство... восприятие... волевые формирования... сознание — это вещь, подлежащая полному познанию. Это, монахи, называется вещами, подлежащими полному познанию. И что, монахи, есть полное познание? Уничтожение страсти, уничтожение ненависти, уничтожение заблуждения — это, монахи, называется полным познанием. И кто, монахи, есть человек, полностью познавший их? Следует ответить: арахант — тот почтенный такого-то имени и такого-то рода. Это, монахи, называется человеком, полностью познавшим их». Четвёртая.

5. Samaṇasuttaṃ

5. Сутта о саманах

107. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Pañcime, bhikkhave, upādānakkhandhā. Katame pañca? Seyyathidaṃ – rūpupādānakkhandho…pe… viññāṇupādānakkhandho. Ye hi keci, bhikkhave, samaṇā vā brāhmaṇā vā imesaṃ pañcannaṃ upādānakkhandhānaṃ assādañca ādīnavañca nissaraṇañca yathābhūtaṃ nappajānanti…pe… pajānanti, sayaṃ abhiññā sacchikatvā upasampajja viharantī’’ti. Pañcamaṃ.

107. В Саваттхи. «Монахи, есть эти пять совокупностей цепляния. Какие пять? А именно: совокупность цепляния к форме... совокупность цепляния к сознанию. Монахи, те саманы или брахманы, которые не понимают, как они есть на самом деле, удовлетворение, опасность и освобождение в отношении этих пяти совокупностей цепляния... [и те, кто] понимают, сами благодаря прямому знанию постигнув это, в этой самой жизни входят и пребывают в этом». Пятая.

6. Dutiyasamaṇasuttaṃ

6. Вторая сутта о саманах

108. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Pañcime, bhikkhave, upādānakkhandhā. Katame pañca? Seyyathidaṃ – rūpupādānakkhandho, vedanupādānakkhandho, saññupādānakkhandho, saṅkhārupādānakkhandho, viññāṇupādānakkhandho. Ye hi keci, bhikkhave, samaṇā vā brāhmaṇā vā imesaṃ pañcannaṃ upādānakkhandhānaṃ samudayañca atthaṅgamañca assādañca ādīnavañca nissaraṇañca yathābhūtaṃ nappajānanti…pe… pajānanti, sayaṃ abhiññā sacchikatvā upasampajja viharantī’’ti. Chaṭṭhaṃ.

108. В Саваттхи. «Монахи, есть эти пять совокупностей цепляния. Какие пять? А именно: совокупность цепляния к форме, совокупность цепляния к чувству, совокупность цепляния к восприятию, совокупность цепляния к волевым формированиям, совокупность цепляния к сознанию. Монахи, те саманы или брахманы, которые не понимают, как они есть на самом деле, возникновение, исчезновение, удовлетворение, опасность и освобождение в отношении этих пяти совокупностей цепляния... [и те, кто] понимают, сами благодаря прямому знанию постигнув это, в этой самой жизни входят и пребывают в этом». Шестая.

7. Sotāpannasuttaṃ

7. Сутта о вошедшем в поток

109. Sāvatthinidānaṃ[Pg.131]. ‘‘Pañcime, bhikkhave, upādānakkhandhā. Katame pañca? Seyyathidaṃ – rūpupādānakkhandho…pe… viññāṇupādānakkhandho. Yato kho, bhikkhave, ariyasāvako imesaṃ pañcannaṃ upādānakkhandhānaṃ samudayañca atthaṅgamañca assādañca ādīnavañca nissaraṇañca yathābhūtaṃ pajānāti. Ayaṃ vuccati, bhikkhave, ariyasāvako sotāpanno avinipātadhammo niyato sambodhiparāyano’’ti. Sattamaṃ.

109. В Саваттхи. «Монахи, есть эти пять совокупностей цепляния. Какие пять? А именно: совокупность цепляния к форме... совокупность цепляния к сознанию. Когда, монахи, благородный ученик понимает, как они есть на самом деле, возникновение, исчезновение, удовлетворение, опасность и освобождение в отношении этих пяти совокупностей цепляния, тогда, монахи, этот благородный ученик называется вошедшим в поток (сотапанной), не подверженным падению в низшие миры, утвердившимся в своей судьбе, устремлённым к пробуждению». Седьмая.

8. Arahantasuttaṃ

8. Сутта об араханте

110. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Pañcime, bhikkhave, upādānakkhandhā. Katame pañca? Seyyathidaṃ – rūpupādānakkhandho…pe… viññāṇupādānakkhandho. Yato kho, bhikkhave, bhikkhu imesaṃ pañcannaṃ upādānakkhandhānaṃ samudayañca atthaṅgamañca assādañca ādīnavañca nissaraṇañca yathābhūtaṃ viditvā anupādāvimutto hoti. Ayaṃ vuccati, bhikkhave, bhikkhu arahaṃ khīṇāsavo vusitavā katakaraṇīyo ohitabhāro anuppattasadattho parikkhīṇabhavasaṃyojano sammadaññāvimutto’’ti. Aṭṭhamaṃ.

110. В Саваттхи. «Монахи, есть эти пять совокупностей цепляния. Какие пять? А именно: совокупность цепляния к форме... совокупность цепляния к сознанию. Когда, монахи, познав, как они есть на самом деле, возникновение, исчезновение, удовлетворение, опасность и освобождение в отношении этих пяти совокупностей цепляния, монах освобождается благодаря отсутствию цепляния, тогда, монахи, этот монах называется арахантом, тем, чьи влечения уничтожены, кто прожил святую жизнь, сделал то, что должно было быть сделано, сбросил бремя, достиг своей цели, полностью уничтожил оковы существования, полностью освободился благодаря высшему знанию». Восьмая.

9. Chandappahānasuttaṃ

9. Сутта об оставлении желания

111. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Rūpe, bhikkhave, yo chando yo rāgo yā nandī yā taṇhā, taṃ pajahatha. Evaṃ taṃ rūpaṃ pahīnaṃ bhavissati ucchinnamūlaṃ tālāvatthukataṃ anabhāvaṃkataṃ āyatiṃ anuppādadhammaṃ. Vedanāya…pe… saññāya… saṅkhāresu… viññāṇe yo chando yo rāgo yā nandī yā taṇhā, taṃ pajahatha. Evaṃ taṃ viññāṇaṃ pahīnaṃ bhavissati ucchinnamūlaṃ tālāvatthukataṃ anabhāvaṃkataṃ āyatiṃ anuppādadhamma’’nti. Navamaṃ.

111. В Саваттхи. «Монахи, какое бы ни было желание к форме, какая бы ни была страсть, восторг, жажда — оставьте это. Так эта форма будет оставлена, вырвана с корнем, уподоблена обрубку пальмы, уничтожена так, что больше не возникнет в будущем. К чувству... к восприятию... к волевым формированиям... к сознанию: какое бы ни было желание, какая бы ни была страсть, восторг, жажда — оставьте это. Так это сознание будет оставлено, вырвано с корнем, уподоблено обрубку пальмы, уничтожено так, что больше не возникнет в будущем». Девятая.

10. Dutiyachandappahānasuttaṃ

10. Вторая сутта об оставлении желания

112. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Rūpe, bhikkhave, yo chando yo rāgo yā nandī yā taṇhā ye upayupādānā cetaso adhiṭṭhānābhinivesānusayā, te pajahatha. Evaṃ taṃ rūpaṃ pahīnaṃ bhavissati ucchinnamūlaṃ…pe… vedanāya… saññāya… saṅkhāresu yo chando…pe… evaṃ te saṅkhārā pahīnā bhavissanti ucchinnamūlā tālāvatthukatā anabhāvaṃkatā āyatiṃ [Pg.132] anuppādadhammā. Viññāṇe yo chando yo rāgo yā nandī yā taṇhā ye upayupādānā cetaso adhiṭṭhānābhinivesānusayā, te pajahatha. Evaṃ taṃ viññāṇaṃ pahīnaṃ bhavissati ucchinnamūlaṃ tālāvatthukataṃ anabhāvaṃkataṃ āyatiṃ anuppādadhamma’’nti. Dasamaṃ.

112. В Саваттхи. «Монахи, какое бы ни было желание к форме, какая бы ни была страсть, восторг, жажда, какие бы ни были привязанности и цепляния, ментальные установки, убеждения и скрытые склонности — оставьте их. Так эта форма будет оставлена, вырвана с корнем... к чувству... к восприятию... к волевым формированиям: какое бы ни было желание... так эти волевые формирования будут оставлены, вырваны с корнем, уподоблены обрубку пальмы, уничтожены так, что больше не возникнут в будущем. К сознанию: какое бы ни было желание, какая бы ни была страсть, восторг, жажда, какие бы ни были привязанности и цепляния, ментальные установки, убеждения и скрытые склонности — оставьте их. Так это сознание будет оставлено, вырвано с корнем, уподоблено обрубку пальмы, уничтожено так, что больше не возникнет в будущем». Десятая.

Antavaggo ekādasamo.

Глава о пределе — одиннадцатая.

Tassuddānaṃ –

Содержание этой главы:

Anto dukkhañca sakkāyo, pariññeyyā samaṇā duve;

Sotāpanno arahā ca, duve ca chandappahānāti.

«Предел», «Страдание» и «Личность», «Подлежащие полному познанию», две сутты «О саманах»; «Вошедший в поток» и «Арахант», и две сутты «Об оставлении желания».

12. Dhammakathikavaggo

12. Глава о проповеднике Дхаммы

1. Avijjāsuttaṃ

1. Сутта о невежестве

113. Sāvatthinidānaṃ. Atha kho aññataro bhikkhu yena bhagavā tenupasaṅkami…pe… ekamantaṃ nisinno kho so bhikkhu bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘‘avijjā avijjā’ti, bhante, vuccati. Katamā nu kho, bhante, avijjā, kittāvatā ca avijjāgato hotī’’ti? ‘‘Idha, bhikkhu, assutavā puthujjano rūpaṃ nappajānāti, rūpasamudayaṃ nappajānāti, rūpanirodhaṃ nappajānāti, rūpanirodhagāminiṃ paṭipadaṃ nappajānāti; vedanaṃ nappajānāti… saññaṃ… saṅkhāre nappajānāti…pe… viññāṇanirodhagāminiṃ paṭipadaṃ nappajānāti. Ayaṃ vuccati, bhikkhu, avijjā. Ettāvatā ca avijjāgato hotī’’ti. Paṭhamaṃ.

113. В Саваттхи. Тогда некий монах подошёл к Благословенному... сев рядом, этот монах обратился к Благословенному с такими словами: «Почтенный господин, говорят: „невежество, невежество“. Что же такое, почтенный господин, невежество, и в какой мере человек пребывает в невежестве?» «Здесь, монах, необразованный обыватель не понимает форму, её возникновение, её прекращение и путь, ведущий к её прекращению. Он не понимает чувство... восприятие... волевые формирования... [и так далее]... путь, ведущий к прекращению сознания. Это, монах, называется невежеством, и в такой мере человек пребывает в невежестве». Первая.

2. Vijjāsuttaṃ

2. Сутта об истинном знании

114. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinno kho so bhikkhu bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘‘vijjā vijjā’ti, bhante, vuccati. Katamā nu kho, bhante, vijjā, kittāvatā ca vijjāgato hotī’’ti? ‘‘Idha, bhikkhu, sutavā ariyasāvako rūpaṃ pajānāti, rūpasamudayaṃ pajānāti, rūpanirodhaṃ pajānāti, rūpanirodhagāminiṃ paṭipadaṃ pajānāti. Vedanaṃ… saññaṃ… saṅkhāre pajānāti…pe… viññāṇanirodhagāminiṃ paṭipadaṃ pajānāti. Ayaṃ vuccati, bhikkhu, vijjā. Ettāvatā ca vijjāgato hotī’’ti. Dutiyaṃ.

114. В Саваттхи. Сев рядом, этот монах обратился к Благословенному с такими словами: «Почтенный господин, говорят: „истинное знание, истинное знание“. Что же такое, почтенный господин, истинное знание, и в какой мере человек обладает истинным знанием?» «Здесь, монах, образованный благородный ученик понимает форму, её возникновение, её прекращение и путь, ведущий к её прекращению. Он понимает чувство... восприятие... волевые формирования... [и так далее]... путь, ведущий к прекращению сознания. Это, монах, называется истинным знанием, и в такой мере человек обладает истинным знанием». Вторая.

3. Dhammakathikasuttaṃ

3. Сутта о проповеднике Дхаммы

115. Sāvatthinidānaṃ[Pg.133]. Ekamantaṃ nisinno kho so bhikkhu bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘‘dhammakathiko dhammakathiko’ti, bhante, vuccati. Kittāvatā nu kho, bhante, dhammakathiko hotī’’ti? ‘‘Rūpassa ce, bhikkhu, nibbidāya virāgāya nirodhāya dhammaṃ deseti ‘dhammakathiko bhikkhū’ti alaṃ vacanāya. Rūpassa ce, bhikkhu, nibbidāya virāgāya nirodhāya paṭipanno hoti, ‘dhammānudhammappaṭipanno bhikkhū’ti alaṃ vacanāya. Rūpassa ce, bhikkhu, nibbidā virāgā nirodhā anupādāvimutto hoti, ‘diṭṭhadhammanibbānappatto bhikkhū’ti alaṃ vacanāya. Vedanāya ce, bhikkhu…pe… saññāya ce, bhikkhu… saṅkhārānaṃ ce, bhikkhu… viññāṇassa ce, bhikkhu, nibbidāya virāgāya nirodhāya dhammaṃ deseti, ‘dhammakathiko bhikkhū’ti alaṃ vacanāya. Viññāṇassa ce, bhikkhu, nibbidāya virāgāya nirodhāya paṭipanno hoti, ‘dhammānudhammappaṭipanno bhikkhū’ti alaṃ vacanāya. Viññāṇassa ce, bhikkhu, nibbidā virāgā nirodhā anupādāvimutto hoti, ‘diṭṭhadhammanibbānappatto bhikkhū’ti alaṃ vacanāyā’’ti. Tatiyaṃ.

115. В Саваттхи. Сев рядом, этот монах обратился к Благословенному с такими словами: «Почтенный господин, говорят: „проповедник Дхаммы, проповедник Дхаммы“. В какой мере, почтенный господин, человек является проповедником Дхаммы?» «Монах, если кто-то проповедует Дхамму ради разочарования в форме, ради угасания страсти к ней и её прекращения, то его по праву можно назвать „монахом, проповедующим Дхамму“. Если кто-то практикует ради разочарования в форме, ради угасания страсти к ней и её прекращения, то его по праву можно назвать „монахом, практикующим в согласии с Дхаммой“. Если благодаря разочарованию в форме, угасанию страсти к ней и её прекращению кто-то освобождается без цепляния, то его по праву можно назвать „монахом, достигшим Ниббаны в этой самой жизни“. Монах, если кто-то проповедует Дхамму ради разочарования в чувстве... восприятии... волевых формированиях... сознании, ради угасания страсти к нему и его прекращения, то его по праву можно назвать „монахом, проповедующим Дхамму“. Если кто-то практикует ради разочарования в сознании, ради угасания страсти к нему и его прекращения, то его по праву можно назвать „монахом, практикующим в согласии с Дхаммой“. Если благодаря разочарованию в сознании, угасанию страсти к нему и его прекращению кто-то освобождается без цепляния, то его по праву можно назвать „монахом, достигшим Ниббаны в этой самой жизни“». Третья.

4. Dutiyadhammakathikasuttaṃ

4. Вторая сутта о проповеднике Дхаммы

116. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinno kho so bhikkhu bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘‘dhammakathiko dhammakathiko’ti, bhante, vuccati. Kittāvatā nu kho, bhante, dhammakathiko hoti, kittāvatā dhammānudhammappaṭipanno hoti, kittāvatā diṭṭhadhammanibbānappatto hotī’’ti? ‘‘Rūpassa ce, bhikkhu, nibbidāya virāgāya nirodhāya dhammaṃ deseti, ‘dhammakathiko bhikkhū’ti alaṃ vacanāya. Rūpassa ce, bhikkhu, nibbidāya virāgāya nirodhāya paṭipanno hoti, ‘dhammānudhammappaṭipanno bhikkhū’ti alaṃ vacanāya. Rūpassa ce, bhikkhu, nibbidā virāgā nirodhā anupādāvimutto hoti, ‘diṭṭhadhammanibbānappatto bhikkhū’ti alaṃ vacanāya. Vedanāya ce, bhikkhu…pe… saññāya ce, bhikkhu… saṅkhārānaṃ ce, bhikkhu… viññāṇassa ce, bhikkhu, nibbidāya virāgāya nirodhāya dhammaṃ deseti, ‘dhammakathiko bhikkhū’ti alaṃ vacanāya. Viññāṇassa ce, bhikkhu, nibbidāya virāgāya nirodhāya paṭipanno hoti, ‘dhammānudhammappaṭipanno bhikkhū’ti alaṃ vacanāya. Viññāṇassa ce, bhikkhu, nibbidā virāgā [Pg.134] nirodhā anupādāvimutto hoti, ‘diṭṭhadhammanibbānappatto bhikkhū’ti alaṃ vacanāyā’’ti. Catutthaṃ.

116. В Саваттхи. Сев рядом, этот монах обратился к Благословенному с такими словами: «Почтенный господин, говорят: „проповедник Дхаммы, проповедник Дхаммы“. В какой мере, почтенный господин, человек является проповедником Дхаммы? В какой мере он практикует в согласии с Дхаммой? В какой мере он достигает Ниббаны в этой самой жизни?» «Монах, если кто-то проповедует Дхамму ради разочарования в форме, ради угасания страсти к ней и её прекращения, то его по праву можно назвать „монахом, проповедующим Дхамму“. Если кто-то практикует ради разочарования в форме, ради угасания страсти к ней и её прекращения, то его по праву можно назвать „монахом, практикующим в согласии с Дхаммой“. Если благодаря разочарованию в форме, угасанию страсти к ней и её прекращению кто-то освобождается без цепляния, то его по праву можно назвать „монахом, достигшим Ниббаны в этой самой жизни“. Монах, если кто-то проповедует Дхамму ради разочарования в чувстве... восприятии... волевых формированиях... сознании, ради угасания страсти к нему и его прекращения, то его по праву можно назвать „монахом, проповедующим Дхамму“. Если кто-то практикует ради разочарования в сознании, ради угасания страсти к нему и его прекращения, то его по праву можно назвать „монахом, практикующим в согласии с Дхаммой“. Если благодаря разочарованию в сознании, угасанию страсти к нему и его прекращению кто-то освобождается без цепляния, то его по праву можно назвать „монахом, достигшим Ниббаны в этой самой жизни“». Четвёртая.

5. Bandhanasuttaṃ

5. Сутта об оковах

117. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Idha bhikkhave assutavā puthujjano ariyānaṃ adassāvī…pe… sappurisadhamme avinīto rūpaṃ attato samanupassati, rūpavantaṃ vā attānaṃ; attani vā rūpaṃ, rūpasmiṃ vā attānaṃ. Ayaṃ vuccati, bhikkhave, assutavā puthujjano rūpabandhanabaddho santarabāhirabandhanabaddho atīradassī apāradassī, baddho jīyati baddho mīyati baddho asmā lokā paraṃ lokaṃ gacchati. Vedanaṃ attato samanupassati…pe… vedanāya vā attānaṃ. Ayaṃ vuccati, bhikkhave, assutavā puthujjano vedanābandhanabaddho santarabāhirabandhanabaddho atīradassī apāradassī, baddho jīyati baddho mīyati baddho asmā lokā paraṃ lokaṃ gacchati. Saññaṃ… saṅkhāre… viññāṇaṃ attato samanupassati…pe… ayaṃ vuccati, bhikkhave, assutavā puthujjano viññāṇabandhanabaddho santarabāhirabandhanabaddho atīradassī apāradassī, baddho jīyati baddho mīyati baddho asmā lokā paraṃ lokaṃ gacchati’’.

117. В Саваттхи. «Здесь, монахи, необразованный обыватель, не видящий благородных... не обученный учению достойных мужей, рассматривает форму как себя, или себя как обладающего формой, или форму в себе, или себя в форме. Это, монахи, называется необразованным обывателем, который связан оковами формы, связан внутренними и внешними оковами, не видит ближнего берега и дальнего берега, стареет в оковах, умирает в оковах, в оковах переходит из этого мира в иной мир. Он рассматривает чувство как себя... или себя в чувстве. Это, монахи, называется необразованным обывателем, который связан оковами чувства, связан внутренними и внешними оковами, не видит ближнего берега и дальнего берега, стареет в оковах, умирает в оковах, в оковах переходит из этого мира в иной мир. Он рассматривает восприятие... волевые формирования... сознание как себя... Это, монахи, называется необразованным обывателем, который связан оковами сознания, связан внутренними и внешними оковами, не видит ближнего берега и дальнего берега, стареет в оковах, умирает в оковах, в оковах переходит из этого мира в иной мир».

‘‘Sutavā ca kho, bhikkhave, ariyasāvako ariyānaṃ dassāvī…pe… sappurisadhamme suvinīto na rūpaṃ attato samanupassati, na rūpavantaṃ vā attānaṃ; na attani vā rūpaṃ, na rūpasmiṃ vā attānaṃ. Ayaṃ vuccati, bhikkhave, sutavā ariyasāvako na rūpabandhanabaddho, na santarabāhirabandhanabaddho, tīradassī, pāradassī; ‘parimutto so dukkhasmā’ti vadāmi. Na vedanaṃ attato…pe… na saññaṃ attato…pe… na saṅkhāre attato…pe… na viññāṇaṃ attato samanupassati…pe… ayaṃ vuccati, bhikkhave, sutavā ariyasāvako na viññāṇabandhanabaddho, na santarabāhirabandhanabaddho, tīradassī, pāradassī, ‘parimutto so dukkhasmā’ti vadāmī’’ti. Pañcamaṃ.

«Но, монахи, образованный благородный ученик, видящий благородных... хорошо обученный учению достойных мужей, не рассматривает форму как себя, или себя как обладающего формой, или форму в себе, или себя в форме. Это, монахи, называется образованным благородным учеником, который не связан оковами формы, не связан внутренними и внешними оковами, видит ближний берег и дальний берег. Я говорю: „Он освободился от страдания“. Он не рассматривает чувство как себя... восприятие как себя... волевые формирования как себя... сознание как себя... Это, монахи, называется образованным благородным учеником, который не связан оковами сознания, не связан внутренними и внешними оковами, видит ближний берег и дальний берег. Я говорю: „Он освободился от страдания“». Пятая.

6. Paripucchitasuttaṃ

6. Сутта о расспрашивании

118. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Taṃ kiṃ maññatha, bhikkhave, rūpaṃ ‘etaṃ mama, esohamasmi, eso me attā’ti samanupassathā’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Sādhu, bhikkhave! Rūpaṃ, bhikkhave, ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’ti evametaṃ [Pg.135] yathābhūtaṃ sammappaññāya daṭṭhabbaṃ. ‘‘Vedanaṃ… saññaṃ… saṅkhāre… viññāṇaṃ ‘etaṃ mama, esohamasmi, eso me attā’ti samanupassathā’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Sādhu, bhikkhave! Viññāṇaṃ, bhikkhave, ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’ti evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya daṭṭhabbaṃ…pe… evaṃ passaṃ…pe… kataṃ karaṇīyaṃ, nāparaṃ itthattāyāti pajānātīti. Chaṭṭhaṃ.

118. В Саваттхи. «Как вы думаете, монахи, рассматриваете ли вы форму так: „Это моё, это я, это моё «я»“?» — «Нет, господин». — «Хорошо, монахи! Форму, монахи, следует видеть в соответствии с действительностью с помощью правильной мудрости так: „Это не моё, это не я, это не моё «я»“. — «Рассматриваете ли вы чувство… восприятие… волевые формации… сознание так: „Это моё, это я, это моё «я»“?» — «Нет, господин». — «Хорошо, монахи! Сознание, монахи, следует видеть в соответствии с действительностью с помощью правильной мудрости так: „Это не моё, это не я, это не моё «я»“… [и т. д.]… Видя так… он понимает: „…нет ничего более для этого состояния бытия“». Шестая.

7. Dutiyaparipucchitasuttaṃ

7. Вторая сутта о расспрашивании

119. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Taṃ kiṃ maññatha, bhikkhave, rūpaṃ ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’ti samanupassathā’’ti? ‘‘Evaṃ, bhante’’. ‘‘Sādhu bhikkhave! Rūpaṃ, bhikkhave, ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’ti evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya daṭṭhabbaṃ. Vedanaṃ… saññaṃ… saṅkhāre… viññāṇaṃ ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’ti samanupassathā’’ti? ‘‘Evaṃ, bhante’’. ‘‘Sādhu bhikkhave! Viññāṇaṃ, bhikkhave, ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’ti evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya daṭṭhabbaṃ…pe… evaṃ…pe… nāparaṃ itthattāyāti pajānātī’’ti. Sattamaṃ.

119. В Саваттхи. «Как вы думаете, монахи, рассматриваете ли вы форму так: „Это не моё, это не я, это не моё «я»“?» — «Да, господин». — «Хорошо, монахи! Форму, монахи, следует видеть в соответствии с действительностью с помощью правильной мудрости так: „Это не моё, это не я, это не моё «я»“. — «Рассматриваете ли вы чувство… восприятие… волевые формации… сознание так: „Это не моё, это не я, это не моё «я»“?» — «Да, господин». — «Хорошо, монахи! Сознание, монахи, следует видеть в соответствии с действительностью с помощью правильной мудрости так: „Это не моё, это не я, это не моё «я»“… [и т. д.]… Видя так… он понимает: „…нет ничего более для этого состояния бытия“». Седьмая.

8. Saṃyojaniyasuttaṃ

8. Сутта об оковах

120. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Saṃyojaniye ca, bhikkhave, dhamme desessāmī saṃyojanañca. Taṃ suṇātha. Katame ca, bhikkhave, saṃyojaniyā dhammā, katamaṃ saṃyojanaṃ? Rūpaṃ, bhikkhave, saṃyojaniyo dhammo; yo tattha chandarāgo, taṃ tattha saṃyojanaṃ. Vedanā…pe… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ saṃyojaniyo dhammo; yo tattha chandarāgo, taṃ tattha saṃyojanaṃ. Ime vuccanti, bhikkhave, saṃyojaniyā dhammā, idaṃ saṃyojana’’nti. Aṭṭhamaṃ.

120. В Саваттхи. «Монахи, я преподам вам вещи, ведущие к оковам, и сами оковы. Слушайте это… И какие, монахи, вещи ведут к оковам, и что такое оковы? Форма, монахи, — это вещь, ведущая к оковам; желание и страсть к ней — это оковы в отношении неё. Чувство… восприятие… волевые формации… сознание — это вещь, ведущая к оковам; желание и страсть к нему — это оковы в отношении него. Это, монахи, называется вещами, ведущими к оковам, а это — оковами». Восьмая.

9. Upādāniyasuttaṃ

9. Сутта об объектах цепляния

121. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Upādāniye ca, bhikkhave, dhamme desessāmi upādānañca. Taṃ suṇātha. Katame ca, bhikkhave, upādāniyā dhammā, katamaṃ upādānaṃ? Rūpaṃ, bhikkhave, upādāniyo dhammo, yo tattha chandarāgo, taṃ tattha upādānaṃ. Vedanā…pe… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ upādāniyo dhammo; yo tattha chandarāgo, taṃ tattha upādānaṃ. Ime vuccanti, bhikkhave, upādāniyā dhammā, idaṃ upādāna’’nti. Navamaṃ.

121. В Саваттхи. «Монахи, я преподам вам вещи, ведущие к цеплянию, и само цепляние. Слушайте это… И какие, монахи, вещи ведут к цеплянию, и что такое цепляние? Форма, монахи, — это вещь, ведущая к цеплянию; желание и страсть к ней — это цепляние в отношении неё. Чувство… восприятие… волевые формации… сознание — это вещь, ведущая к цеплянию; желание и страсть к нему — это цепляние в отношении него. Это, монахи, называется вещами, ведущими к цеплянию, а это — цеплянием». Девятая.

10. Sīlavantasuttaṃ

10. Сутта о добродетельном

122. Ekaṃ [Pg.136] samayaṃ āyasmā ca sāriputto āyasmā ca mahākoṭṭhiko bārāṇasiyaṃ viharanti isipatane migadāye. Atha kho āyasmā mahākoṭṭhiko sāyanhasamayaṃ paṭisallānā vuṭṭhito yenāyasmā sāriputto tenupasaṅkami…pe… etadavoca – ‘‘sīlavatāvuso, sāriputta, bhikkhunā katame dhammā yoniso manasikātabbā’’ti? ‘‘Sīlavatāvuso, koṭṭhika, bhikkhunā pañcupādānakkhandhā aniccato dukkhato rogato gaṇḍato sallato aghato ābādhato parato palokato suññato anattato yoniso manasi kātabbā. Katame pañca? Seyyathidaṃ – rūpupādānakkhandho, vedanupādānakkhandho, saññupādānakkhandho, saṅkhārupādānakkhandho, viññāṇupādānakkhandho. Sīlavatāvuso, koṭṭhika, bhikkhunā ime pañcupādānakkhandhā aniccato dukkhato rogato gaṇḍato sallato aghato ābādhato parato palokato suññato anattato yoniso manasi kātabbā. Ṭhānaṃ kho panetaṃ, āvuso, vijjati yaṃ sīlavā bhikkhu ime pañcupādānakkhandhe aniccato…pe… anattato yoniso manasi karonto sotāpattiphalaṃ sacchikareyyā’’ti.

122. «Однажды достопочтенный Сарипутта и достопочтенный Махакоттхита пребывали в Баранаси, в Оленьем парке в Исипатане. Тогда вечером достопочтенный Махакоттхита, выйдя из уединения, подошёл к достопочтенному Сарипутте… [и т. д.]… и сказал ему: „Друг Сарипутта, на какие вещи должен добродетельный монах надлежащим образом направлять внимание?“ — „Друг Коттхита, добродетельный монах должен надлежащим образом направлять внимание на пять совокупностей цепляния как на непостоянные, как на страдательные, как на болезнь, как на нарыв, как на стрелу, как на бедствие, как на недуг, как на чуждое, как на разрушающееся, как на пустое, как на не-я. Какие пять? А именно: совокупность цепляния формы, совокупность цепляния чувства, совокупность цепляния восприятия, совокупность цепляния волевых формаций, совокупность цепляния сознания. Друг Коттхита, добродетельный монах должен надлежащим образом направлять внимание на эти пять совокупностей цепляния как на непостоянные, как на страдательные, как на болезнь, как на нарыв, как на стрелу, как на бедствие, как на недуг, как на чуждое, как на разрушающееся, как на пустое, как на не-я. Вполне возможно, друг, что добродетельный монах, надлежащим образом направляя внимание на эти пять совокупностей цепляния как на непостоянные… [и т. д.]… как на не-я, может реализовать плод вхождения в поток“».

‘‘Sotāpannena panāvuso sāriputta, bhikkhunā katame dhammā yoniso manasi kātabbā’’ti? ‘‘Sotāpannenapi kho, āvuso koṭṭhika, bhikkhunā ime pañcupādānakkhandhā aniccato…pe… anattato yoniso manasi kātabbā. Ṭhānaṃ kho panetaṃ, āvuso, vijjati yaṃ sotāpanno bhikkhu ime pañcupādānakkhandhe aniccato…pe… anattato yoniso manasi karonto sakadāgāmiphalaṃ sacchikareyyā’’ti.

«„Но, друг Сарипутта, на какие вещи должен надлежащим образом направлять внимание монах, вошедший в поток?“ — „Друг Коттхита, монах, вошедший в поток, также должен надлежащим образом направлять внимание на эти пять совокупностей цепляния как на непостоянные… [и т. д.]… как на не-я. Вполне возможно, друг, что монах, вошедший в поток, надлежащим образом направляя внимание на эти пять совокупностей цепляния как на непостоянные… [и т. д.]… как на не-я, может реализовать плод единожды-возвращения“».

‘‘Sakadāgāminā panāvuso sāriputta, bhikkhunā katame dhammā yoniso manasi kātabbā’’ti? ‘‘Sakadāgāmināpi kho, āvuso koṭṭhika, bhikkhunā ime pañcupādānakkhandhā aniccato…pe… anattato yoniso manasi kātabbā. Ṭhānaṃ kho panetaṃ, āvuso, vijjati yaṃ sakadāgāmī bhikkhu ime pañcupādānakkhandhe aniccato…pe… anattato yoniso manasi karonto anāgāmiphalaṃ sacchikareyyā’’ti.

«„Но, друг Сарипутта, на какие вещи должен надлежащим образом направлять внимание монах, единожды-возвращающийся?“ — „Друг Коттхита, монах, единожды-возвращающийся, также должен надлежащим образом направлять внимание на эти пять совокупностей цепляния как на непостоянные… [и т. д.]… как на не-я. Вполне возможно, друг, что монах, единожды-возвращающийся, надлежащим образом направляя внимание на эти пять совокупностей цепляния как на непостоянные… [и т. д.]… как на не-я, может реализовать плод невозвращения“».

‘‘Anāgāminā [Pg.137] panāvuso sāriputta, bhikkhunā katame dhammā yoniso manasi kātabbā’’ti? ‘‘Anāgāmināpi kho, āvuso koṭṭhika, bhikkhunā ime pañcupādānakkhandhā aniccato…pe… anattato yoniso manasi kātabbā. Ṭhānaṃ kho panetaṃ, āvuso, vijjati yaṃ anāgāmī bhikkhu ime pañcupādānakkhandhe aniccato…pe… anattato yoniso manasi karonto arahattaṃ sacchikareyyā’’ti.

«„Но, друг Сарипутта, на какие вещи должен надлежащим образом направлять внимание монах, невозвращающийся?“ — „Друг Коттхита, монах, невозвращающийся, также должен надлежащим образом направлять внимание на эти пять совокупностей цепляния как на непостоянные… [и т. д.]… как на не-я. Вполне возможно, друг, что монах, невозвращающийся, надлежащим образом направляя внимание на эти пять совокупностей цепляния как на непостоянные… [и т. д.]… как на не-я, может реализовать плод арахантства“».

‘‘Arahatā panāvuso sāriputta, katame dhammā yoniso manasi kātabbā’’ti? ‘‘Arahatāpi kho, āvuso koṭṭhika, ime pañcupādānakkhandhe aniccato dukkhato rogato gaṇḍato sallato aghato ābādhato parato palokato suññato anattato yoniso manasi kātabbā. Natthi, khvāvuso, arahato uttari karaṇīyaṃ katassa vā paticayo; api ca ime dhammā bhāvitā bahulīkatā diṭṭhadhammasukhavihārā ceva saṃvattanti satisampajaññā cā’’ti. Dasamaṃ.

«„Но, друг Сарипутта, на какие вещи должен надлежащим образом направлять внимание монах-арахант?“ — „Друг Коттхита, арахант также должен надлежащим образом направлять внимание на эти пять совокупностей цепляния как на непостоянные, как на страдательные, как на болезнь, как на нарыв, как на стрелу, как на бедствие, как на недуг, как на чуждое, как на разрушающееся, как на пустое, как на не-я. Для араханта, друг, нет ничего большего, что следовало бы сделать, и нет необходимости повторять то, что уже сделано. Однако, когда эти вещи развивают и взращивают, они ведут к приятному пребыванию в этой самой жизни, а также к осознанности и ясному пониманию“». Десятая.

11. Sutavantasuttaṃ

11. Сутта об обученном

123. Ekaṃ samayaṃ āyasmā ca sāriputto āyasmā ca mahākoṭṭhiko bārāṇasiyaṃ viharanti isipatane migadāye. Atha kho āyasmā mahākoṭṭhiko sāyanhasamayaṃ paṭisallānā vuṭṭhito yenāyasmā sāriputto tenupasaṅkami; upasaṅkamitvā…pe… etadavoca –

123. «Однажды достопочтенный Сарипутта и достопочтенный Махакоттхита пребывали в Баранаси, в Оленьем парке в Исипатане. Тогда вечером достопочтенный Махакоттхита, выйдя из уединения, подошёл к достопочтенному Сарипутте; подойдя… [и т. д.]… сказал ему следующее:»

‘‘Sutavatāvuso sāriputta, bhikkhunā katame dhammā yoniso manasi kātabbā’’ti? ‘‘Sutavatāvuso koṭṭhika, bhikkhunā pañcupādānakkhandhā aniccato…pe… anattato yoniso manasi kātabbā. Katame pañca? Seyyathidaṃ – rūpupādānakkhandho…pe… viññāṇupādānakkhandho. Sutavatāvuso koṭṭhika, bhikkhunā ime pañcupādānakkhandhā aniccato…pe… anattato yoniso manasi kātabbā. Ṭhānaṃ kho panetaṃ, āvuso, vijjati – yaṃ sutavā bhikkhu ime pañcupādānakkhandhe aniccato…pe… anattato yoniso manasi karonto sotāpattiphalaṃ sacchikareyyā’’ti.

«„Друг Сарипутта, на какие вещи должен обученный монах надлежащим образом направлять внимание?“ — „Друг Коттхита, обученный монах должен надлежащим образом направлять внимание на пять совокупностей цепляния как на непостоянные… [и т. д.]… как на не-я. Какие пять? А именно: совокупность цепляния формы… [и т. д.]… совокупность цепляния сознания. Друг Коттхита, обученный монах должен надлежащим образом направлять внимание на эти пять совокупностей цепляния как на непостоянные… [и т. д.]… как на не-я. Вполне возможно, друг, что обученный монах, надлежащим образом направляя внимание на эти пять совокупностей цепляния как на непостоянные… [и т. д.]… как на не-я, может реализовать плод вхождения в поток“».

‘‘Sotāpannena panāvuso sāriputta, bhikkhunā katame dhammā yoniso manasi kātabbā’’ti? ‘‘Sotāpannenapi kho āvuso koṭṭhika[Pg.138], bhikkhunā ime pañcupādānakkhandhā aniccato…pe… anattato yoniso manasi kātabbā. Ṭhānaṃ kho panetaṃ, āvuso, vijjati – yaṃ sotāpanno bhikkhu ime pañcupādānakkhandhe aniccato…pe… anattato yoniso manasi karonto sakadāgāmiphalaṃ…pe… anāgāmiphalaṃ…pe… arahattaphalaṃ sacchikareyyā’’ti.

‘‘Arahatā panāvuso sāriputta, katame dhammā yoniso manasi kātabbā’’ti? ‘‘Arahatāpi khvāvuso, koṭṭhika, ime pañcupādānakkhandhā aniccato dukkhato rogato gaṇḍato sallato aghato ābādhato parato palokato suññato anattato yoniso manasi kātabbā. Natthi, khvāvuso, arahato uttari karaṇīyaṃ, katassa vā paticayo; api ca kho ime dhammā bhāvitā bahulīkatā diṭṭhadhammasukhavihārāya ceva saṃvattanti satisampajaññā cā’’ti. Ekādasamaṃ.

12. Kappasuttaṃ

12. Сутта о Каппе

124. Sāvatthinidānaṃ. Atha kho āyasmā kappo yena bhagavā tenupasaṅkami…pe… ekamantaṃ nisinno kho āyasmā kappo bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘kathaṃ nu kho, bhante, jānato kathaṃ passato imasmiñca saviññāṇake kāye bahiddhā ca sabbanimittesu ahaṅkāramamaṅkāramānānusayā na hontī’’ti?

124. В Саваттхи. Тогда достопочтенный Каппа подошёл к Благословенному… [и т. д.]… Сел рядом и сказал Благословенному: «Господин, как нужно знать, как нужно видеть, чтобы в отношении этого наделённого сознанием тела и в отношении всех внешних признаков не возникало представлений о „я“, представлений о „моём“ и склонности к самомнению?»

‘‘Yaṃ kiñci, kappa, rūpaṃ atītānāgatapaccuppannaṃ ajjhattaṃ vā bahiddhā vā oḷārikaṃ vā sukhumaṃ vā hīnaṃ vā paṇītaṃ vā yaṃ dūre santike vā, sabbaṃ rūpaṃ ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’ti evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya passati. Yā kāci vedanā…pe… yā kāci saññā… ye keci saṅkhārā… yaṃ kiñci viññāṇaṃ atītānāgatapaccuppannaṃ ajjhattaṃ vā bahiddhā vā oḷārikaṃ vā sukhumaṃ vā hīnaṃ vā paṇītaṃ vā yaṃ dūre santike vā, sabbaṃ viññāṇaṃ ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’ti evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya passati. Evaṃ kho, kappa, jānato evaṃ passato imasmiñca saviññāṇake kāye bahiddhā ca sabbanimittesu ahaṅkāramamaṅkāramānānusayā na hontī’’ti. Dvādasamaṃ.

«„Какую бы форму, Каппа, — прошлую, будущую или настоящую, внутреннюю или внешнюю, грубую или тонкую, низкую или превосходную, далёкую или близкую, — ни созерцал человек, он видит всю форму в соответствии с действительностью с помощью правильной мудрости так: „Это не моё, это не я, это не моё «я»“. Какое бы чувство… какое бы восприятие… какие бы волевые формации… какое бы сознание — прошлое, будущее или настоящее, внутреннее или внешнее, грубое или тонкое, низкое или превосходное, далёкое или близкое, — ни созерцал человек, он видит всё сознание в соответствии с действительностью с помощью правильной мудрости так: „Это не моё, это не я, это не моё «я»“. Именно у того, Каппа, кто так знает и так видит, в отношении этого наделённого сознанием тела и в отношении всех внешних признаков не возникает представлений о „я“, представлений о „моём“ и склонности к самомнению“». Двенадцатая.

13. Dutiyakappasuttaṃ

13. Вторая сутта о Каппе

125. Sāvatthinidānaṃ[Pg.139]. Ekamantaṃ nisinno kho āyasmā kappo bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘kathaṃ nu kho, bhante, jānato kathaṃ passato imasmiñca saviññāṇake kāye bahiddhā ca sabbanimittesu ahaṅkāramamaṅkāramānāpagataṃ mānasaṃ hoti vidhā samatikkantaṃ santaṃ suvimutta’’nti?

125. В Саваттхи. Сел рядом достопочтенный Каппа и сказал Благословенному: «Господин, как нужно знать, как нужно видеть, чтобы в отношении этого наделённого сознанием тела и в отношении всех внешних признаков ум был свободен от представлений о „я“, представлений о „моём“ и от самомнения, превзошёл все виды самомнения, стал мирным и полностью освобождённым?»

‘‘Yaṃ kiñci, kappa, rūpaṃ atītānāgatapaccuppannaṃ…pe… sabbaṃ rūpaṃ ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’ti evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya disvā anupādāvimutto hoti. Yā kāci vedanā… yā kāci saññā… ye keci saṅkhārā… yaṃ kiñci viññāṇaṃ atītānāgatapaccuppannaṃ ajjhattaṃ vā bahiddhā vā oḷārikaṃ vā sukhumaṃ vā hīnaṃ vā paṇītaṃ vā yaṃ dūre santike vā, sabbaṃ viññāṇaṃ ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’ti evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya disvā anupādāvimutto hoti. Evaṃ kho, kappa, jānato evaṃ passato imasmiñca saviññāṇake kāye bahiddhā ca sabbanimittesu ahaṅkāramamaṅkāramānāpagataṃ mānasaṃ hoti vidhā samatikkantaṃ santaṃ suvimutta’’nti. Terasamaṃ.

«„Какую бы форму, Каппа, — прошлую, будущую или настоящую… [и т. д.]… ни созерцал человек, он видит всю форму в соответствии с действительностью с помощью правильной мудрости так: „Это не моё, это не я, это не моё «я»“, и благодаря отсутствию цепляния освобождается. Какое бы чувство… какое бы восприятие… какие бы волевые формации… какое бы сознание — прошлое, будущее или настоящее, внутреннее или внешнее, грубое или тонкое, низкое или превосходное, далёкое или близкое, — ни созерцал человек, он видит всё сознание в соответствии с действительностью с помощью правильной мудрости так: „Это не моё, это не я, это не моё «я»“, и благодаря отсутствию цепляния освобождается. Именно у того, Каппа, кто так знает и так видит, в отношении этого наделённого сознанием тела и в отношении всех внешних признаков ум становится свободным от представлений о „я“, представлений о „моём“ и от самомнения, превосходит все виды самомнения, становится мирным и полностью освобождённым“». Тринадцатая.

Dhammakathikavaggo dvādasamo.

Двенадцатая глава: О проповедниках Дхаммы.

Tassuddānaṃ –

Оглавление:

Avijjā vijjā dve kathikā, bandhanā paripucchitā duve;

Saṃyojanaṃ upādānaṃ, sīlaṃ sutavā dve ca kappenāti.

«Неведение, знание, две о проповедниках, оковы, две с расспросами, оковы, цепляние, добродетельный, обученный и две с Каппой».

13. Avijjāvaggo

13. Глава о неведении

1. Samudayadhammasuttaṃ

1. Самудаядхамма сутта

126. Sāvatthinidānaṃ. Atha kho aññataro bhikkhu yena bhagavā tenupasaṅkami; upasaṅkamitvā…pe… ekamantaṃ nisinno kho so bhikkhu bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘‘avijjā avijjā’ti, bhante, vuccati. Katamā nu kho, bhante, avijjā, kittāvatā ca avijjāgato hotī’’ti?

126. В Саваттхи. Тогда некий бхиккху подошёл к Благословенному, поклонился и сел рядом. Сидя рядом, этот бхиккху обратился к Благословенному: «Достопочтенный господин, говорят: „невежество, невежество“. Что же такое, достопочтенный господин, невежество, и в какой мере человек погружён в невежество?»

‘‘Idha[Pg.140], bhikkhu, assutavā puthujjano samudayadhammaṃ rūpaṃ ‘samudayadhammaṃ rūpa’nti yathābhūtaṃ nappajānāti; vayadhammaṃ rūpaṃ ‘vayadhammaṃ rūpa’nti yathābhūtaṃ nappajānāti; samudayavayadhammaṃ rūpaṃ ‘samudayavayadhammaṃ rūpa’nti yathābhūtaṃ nappajānāti. Samudayadhammaṃ vedanaṃ ‘samudayadhammā vedanā’ti yathābhūtaṃ nappajānāti; vayadhammaṃ vedanaṃ ‘vayadhammā vedanā’ti yathābhūtaṃ nappajānāti; samudayavayadhammaṃ vedanaṃ ‘samudayavayadhammā vedanā’ti yathābhūtaṃ nappajānāti. Samudayadhammaṃ saññaṃ…pe… samudayadhamme saṅkhāre ‘samudayadhammā saṅkhārā’ti yathābhūtaṃ nappajānāti; vayadhamme saṅkhāre ‘vayadhammā saṅkhārā’ti yathābhūtaṃ nappajānāti; samudayavayadhamme saṅkhāre ‘samudayavayadhammā saṅkhārā’ti yathābhūtaṃ nappajānāti. Samudayadhammaṃ viññāṇaṃ ‘samudayadhammaṃ viññāṇa’nti yathābhūtaṃ nappajānāti; vayadhammaṃ viññāṇaṃ ‘vayadhammaṃ viññāṇa’nti yathābhūtaṃ nappajānāti; samudayavayadhammaṃ viññāṇaṃ ‘samudayavayadhammaṃ viññāṇa’nti yathābhūtaṃ nappajānāti. Ayaṃ vuccati, bhikkhu, avijjā; ettāvatā ca avijjāgato hotī’’ti.

«Здесь, бхиккху, необученный обыватель не понимает так, как есть на самом деле, форму, подверженную возникновению: „Форма подвержена возникновению“. Он не понимает так, как есть на самом деле, форму, подверженную исчезновению: „Форма подвержена исчезновению“. Он не понимает так, как есть на самом деле, форму, подверженную возникновению и исчезновению: „Форма подвержена возникновению и исчезновению“. Он не понимает так, как есть на самом деле, чувство, подверженное возникновению: „Чувство подвержено возникновению“. Он не понимает так, как есть на самом деле, чувство, подверженное исчезновению: „Чувство подвержено исчезновению“. Он не понимает так, как есть на самом деле, чувство, подверженное возникновению и исчезновению: „Чувство подвержено возникновению и исчезновению“. Он не понимает так, как есть на самом деле, восприятие, подверженное возникновению… [и так далее]… Он не понимает так, как есть на самом деле, волевые формации, подверженные возникновению: „Волевые формации подвержены возникновению“. Он не понимает так, как есть на самом деле, волевые формации, подверженные исчезновению: „Волевые формации подвержены исчезновению“. Он не понимает так, как есть на самом деле, волевые формации, подверженные возникновению и исчезновению: „Волевые формации подвержены возникновению и исчезновению“. Он не понимает так, как есть на самом деле, сознание, подверженное возникновению: „Сознание подвержено возникновению“. Он не понимает так, как есть на самом деле, сознание, подверженное исчезновению: „Сознание подвержено исчезновению“. Он не понимает так, как есть на самом деле, сознание, подверженное возникновению и исчезновению: „Сознание подвержено возникновению и исчезновению“. Это, бхиккху, называется невежеством, и в такой мере человек погружён в невежество».

Evaṃ vutte, so bhikkhu bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘‘vijjā vijjā’ti, bhante, vuccati. Katamā nu kho, bhante, vijjā, kittāvatā ca vijjāgato hotī’’ti?

Когда это было сказано, тот бхиккху обратился к Благословенному: «Достопочтенный господин, говорят: „истинное знание, истинное знание“. Что же такое, достопочтенный господин, истинное знание, и в какой мере человек обладает истинным знанием?»

‘‘Idha, bhikkhu, sutavā ariyasāvako samudayadhammaṃ rūpaṃ ‘samudayadhammaṃ rūpa’nti yathābhūtaṃ pajānāti; vayadhammaṃ rūpaṃ ‘vayadhammaṃ rūpa’nti yathābhūtaṃ pajānāti; samudayavayadhammaṃ rūpaṃ ‘samudayavayadhammaṃ rūpa’nti yathābhūtaṃ pajānāti. Samudayadhammaṃ vedanaṃ ‘samudayadhammā vedanā’ti yathābhūtaṃ pajānāti; vayadhammaṃ vedanaṃ ‘vayadhammā vedanā’ti yathābhūtaṃ pajānāti; samudayavayadhammaṃ vedanaṃ ‘samudayavayadhammā vedanā’ti yathābhūtaṃ pajānāti. Samudayadhammaṃ saññaṃ… samudayadhamme saṅkhāre ‘samudayadhammā saṅkhārā’ti yathābhūtaṃ pajānāti; vayadhamme saṅkhāre ‘vayadhammā saṅkhārā’ti yathābhūtaṃ pajānāti; samudayavayadhamme saṅkhāre ‘samudayavayadhammā saṅkhārā’ti yathābhūtaṃ pajānāti. Samudayadhammaṃ viññāṇaṃ ‘samudayadhammaṃ viññāṇa’nti yathābhūtaṃ pajānāti; vayadhammaṃ viññāṇaṃ ‘vayadhammaṃ viññāṇa’nti yathābhūtaṃ pajānāti; samudayavayadhammaṃ viññāṇaṃ ‘samudayavayadhammaṃ viññāṇa’nti yathābhūtaṃ pajānāti. Ayaṃ vuccati, bhikkhu, vijjā; ettāvatā ca vijjāgato hotī’’ti. Paṭhamaṃ.

«Здесь, бхиккху, обученный благородный ученик понимает так, как есть на самом деле, форму, подверженную возникновению: „Форма подвержена возникновению“. Он понимает так, как есть на самом деле, форму, подверженную исчезновению: „Форма подвержена исчезновению“. Он понимает так, как есть на самом деле, форму, подверженную возникновению и исчезновению: „Форма подвержена возникновению и исчезновению“. Он понимает так, как есть на самом деле, чувство, подверженное возникновению: „Чувство подвержено возникновению“. Он понимает так, как есть на самом деле, чувство, подверженное исчезновению: „Чувство подвержено исчезновению“. Он понимает так, как есть на самом деле, чувство, подверженное возникновению и исчезновению: „Чувство подвержено возникновению и исчезновению“. Он понимает так, как есть на самом деле, восприятие, подверженное возникновению… Он понимает так, как есть на самом деле, волевые формации, подверженные возникновению: „Волевые формации подвержены возникновению“. Он понимает так, как есть на самом деле, волевые формации, подверженные исчезновению: „Волевые формации подвержены исчезновению“. Он понимает так, как есть на самом деле, волевые формации, подверженные возникновению и исчезновению: „Волевые формации подвержены возникновению и исчезновению“. Он понимает так, как есть на самом деле, сознание, подверженное возникновению: „Сознание подвержено возникновению“. Он понимает так, как есть на самом деле, сознание, подверженное исчезновению: „Сознание подвержено исчезновению“. Он понимает так, как есть на самом деле, сознание, подверженное возникновению и исчезновению: „Сознание подвержено возникновению и исчезновению“. Это, бхиккху, называется истинным знанием, и в такой мере человек обладает истинным знанием». Первая.

2. Dutiyasamudayadhammasuttaṃ

2. Дутиясамудаядхамма сутта

127. Ekaṃ [Pg.141] samayaṃ āyasmā ca sāriputto āyasmā ca mahākoṭṭhiko bārāṇasiyaṃ viharanti isipatane migadāye. Atha kho āyasmā mahākoṭṭhiko sāyanhasamayaṃ paṭisallānā vuṭṭhito…pe… ekamantaṃ nisinno kho āyasmā mahākoṭṭhiko āyasmantaṃ sāriputtaṃ etadavoca – ‘‘‘avijjā, avijjā’ti, āvuso sāriputta, vuccati. Katamā nu kho, āvuso, avijjā, kittāvatā ca avijjāgato hotī’’ti?

127. Одно время почтенный Сарипутта и почтенный Махакоттхита пребывали в Баранаси, в Исипатане, в Оленьем парке. Тогда почтенный Махакоттхита вечером вышел из уединения… и, сев рядом, обратился к почтенному Сарипутте: «Друг Сарипутта, говорят: „невежество, невежество“. Что же такое, друг, невежество, и в какой мере человек погружён в невежество?»

‘‘Idhāvuso assutavā puthujjano samudayadhammaṃ rūpaṃ ‘samudayadhammaṃ rūpa’nti yathābhūtaṃ nappajānāti; vayadhammaṃ rūpaṃ…pe… ‘samudayavayadhammaṃ rūpa’nti yathābhūtaṃ nappajānāti. Samudayadhammaṃ vedanaṃ…pe… vayadhammaṃ vedanaṃ…pe… ‘samudayavayadhammā vedanā’ti yathābhūtaṃ nappajānāti. Samudayadhammaṃ saññaṃ…pe… samudayadhamme saṅkhāre…pe… vayadhamme saṅkhāre…pe… samudayavayadhamme saṅkhāre ‘samudayavayadhammā saṅkhārā’ti yathābhūtaṃ nappajānāti. Samudayadhammaṃ viññāṇaṃ…pe… samudayavayadhammaṃ viññāṇaṃ ‘samudayavayadhammaṃ viññāṇa’nti yathābhūtaṃ nappajānāti. Ayaṃ vuccati, āvuso, avijjā; ettāvatā ca avijjāgato hotī’’ti. Dutiyaṃ.

«Здесь, друг, необученный обыватель не понимает так, как есть на самом деле, форму, подверженную возникновению: „Форма подвержена возникновению“; форму, подверженную исчезновению… [и так далее]… форму, подверженную возникновению и исчезновению: „Форма подвержена возникновению и исчезновению“. Он не понимает так, как есть на самом деле, чувство, подверженное возникновению… [и так далее]… чувство, подверженное исчезновению… [и так далее]… чувство, подверженное возникновению и исчезновению: „Чувство подвержено возникновению и исчезновению“. Он не понимает так, как есть на самом деле, восприятие, подверженное возникновению… [и так далее]… волевые формации, подверженные возникновению… [и так далее]… волевые формации, подверженные исчезновению… [и так далее]… волевые формации, подверженные возникновению и исчезновению: „Волевые формации подвержены возникновению и исчезновению“. Он не понимает так, как есть на самом деле, сознание, подверженное возникновению… [и так далее]… сознание, подверженное возникновению и исчезновению: „Сознание подвержено возникновению и исчезновению“. Это, друг, называется невежеством, и в такой мере человек погружён в невежество». Вторая.

3. Tatiyasamudayadhammasuttaṃ

3. Татиясамудаядхамма сутта

128. Ekaṃ samayaṃ āyasmā ca sāriputto āyasmā ca mahākoṭṭhiko bārāṇasiyaṃ viharanti isipatane migadāye…pe… ekamantaṃ nisinno kho āyasmā mahākoṭṭhiko āyasmantaṃ sāriputtaṃ etadavoca – ‘‘‘vijjā, vijjā’ti, āvuso sāriputta, vuccati. Katamā nu kho, āvuso, vijjā, kittāvatā ca vijjāgato hotī’’ti?

128. Одно время почтенный Сарипутта и почтенный Махакоттхита пребывали в Баранаси, в Исипатане, в Оленьем парке… Сидя рядом, почтенный Махакоттхита обратился к почтенному Сарипутте: «Друг Сарипутта, говорят: „истинное знание, истинное знание“. Что же такое, друг, истинное знание, и в какой мере человек обладает истинным знанием?»

‘‘Idhāvuso, sutavā ariyasāvako samudayadhammaṃ rūpaṃ ‘samudayadhammaṃ rūpa’nti yathābhūtaṃ pajānāti; vayadhammaṃ rūpaṃ…pe… samudayavayadhammaṃ rūpaṃ ‘samudayavayadhammaṃ rūpa’nti yathābhūtaṃ pajānāti; samudayadhammaṃ vedanaṃ…pe… samudayavayadhammā vedanā … samudayadhammaṃ saññaṃ…pe… samudayadhamme saṅkhāre… vayadhamme saṅkhāre… samudayavayadhamme saṅkhāre ‘samudayavayadhammā saṅkhārā’ti yathābhūtaṃ pajānāti. Samudayadhammaṃ viññāṇaṃ… vayadhammaṃ viññāṇaṃ… samudayavayadhammaṃ viññāṇaṃ ‘samudayavayadhammaṃ viññāṇa’nti yathābhūtaṃ pajānāti. Ayaṃ vuccatāvuso, vijjā; ettāvatā ca vijjāgato hotī’’ti. Tatiyaṃ.

«Здесь, друг, обученный благородный ученик понимает так, как есть на самом деле, форму, подверженную возникновению: „Форма подвержена возникновению“; форму, подверженную исчезновению… [и так далее]… форму, подверженную возникновению и исчезновению: „Форма подвержена возникновению и исчезновению“. Он понимает так, как есть на самом деле, чувство, подверженное возникновению… [и так далее]… чувство, подверженное возникновению и исчезновению: „Чувство подвержено возникновению и исчезновению“; восприятие, подверженное возникновению… [и так далее]… волевые формации, подверженные возникновению… волевые формации, подверженные исчезновению… волевые формации, подверженные возникновению и исчезновению: „Волевые формации подвержены возникновению и исчезновению“. Он понимает так, как есть на самом деле, сознание, подверженное возникновению… сознание, подверженное исчезновению… сознание, подверженное возникновению и исчезновению: „Сознание подвержено возникновению и исчезновению“. Это, друг, называется истинным знанием, и в такой мере человек обладает истинным знанием». Третья.

4. Assādasuttaṃ

4. Ассада сутта

129. Bārāṇasiyaṃ [Pg.142] viharanti isipatane migadāye…pe… ekamantaṃ nisinno kho āyasmā mahākoṭṭhiko āyasmantaṃ sāriputtaṃ etadavoca – ‘‘‘avijjā, avijjā’ti, āvuso sāriputta, vuccati. Katamā nu kho, āvuso, avijjā, kittāvatā ca avijjāgato hotī’’ti?

129. В Баранаси, в Исипатане, в Оленьем парке… Сидя рядом, почтенный Махакоттхита обратился к почтенному Сарипутте: «Друг Сарипутта, говорят: „невежество, невежество“. Что же такое, друг, невежество, и в какой мере человек погружён в невежество?»

‘‘Idhāvuso assutavā puthujjano rūpassa assādañca ādīnavañca nissaraṇañca yathābhūtaṃ nappajānāti. Vedanāya…pe… saññāya… saṅkhārānaṃ… viññāṇassa assādañca ādīnavañca nissaraṇañca yathābhūtaṃ nappajānāti. Ayaṃ vuccatāvuso, avijjā; ettāvatā ca avijjāgato hotī’’ti. Catutthaṃ.

«Здесь, друг, необученный обыватель не понимает так, как есть на самом деле, наслаждение, опасность и освобождение в отношении формы. Он не понимает так, как есть на самом деле, наслаждение, опасность и освобождение в отношении чувства… [и так далее]… восприятия… волевых формаций… сознания. Это, друг, называется невежеством, и в такой мере человек погружён в невежество». Четвёртая.

5. Dutiyaassādasuttaṃ

5. Дутияассада сутта

130. Bārāṇasiyaṃ viharanti isipatane migadāye…pe… ‘‘‘vijjā, vijjā’ti, āvuso sāriputta, vuccati. Katamā nu kho, āvuso, vijjā, kittāvatā ca vijjāgato hotī’’ti?

130. В Баранаси, в Исипатане, в Оленьем парке… «Друг Сарипутта, говорят: „истинное знание, истинное знание“. Что же такое, друг, истинное знание, и в какой мере человек обладает истинным знанием?»

‘‘Idhāvuso, sutavā ariyasāvako rūpassa assādañca ādīnavañca nissaraṇañca yathābhūtaṃ pajānāti. Vedanāya…pe… saññāya… saṅkhārānaṃ… viññāṇassa assādañca ādīnavañca nissaraṇañca yathābhūtaṃ pajānāti. Ayaṃ vuccatāvuso, vijjā; ettāvatā ca vijjāgato hotī’’ti. Pañcamaṃ.

«Здесь, друг, обученный благородный ученик понимает так, как есть на самом деле, наслаждение, опасность и освобождение в отношении формы. Он понимает так, как есть на самом деле, наслаждение, опасность и освобождение в отношении чувства… [и так далее]… восприятия… волевых формаций… сознания. Это, друг, называется истинным знанием, и в такой мере человек обладает истинным знанием». Пятая.

6. Samudayasuttaṃ

6. Самудая сутта

131. Bārāṇasiyaṃ viharanti isipatane migadāye…pe… ‘‘‘avijjā, avijjā’ti, āvuso sāriputta, vuccati. Katamā nu kho, āvuso, avijjā, kittāvatā ca avijjāgato hotī’’ti?

131. В Баранаси, в Исипатане, в Оленьем парке… «Друг Сарипутта, говорят: „невежество, невежество“. Что же такое, друг, невежество, и в какой мере человек погружён в невежество?»

‘‘Idhāvuso, assutavā puthujjano rūpassa samudayañca atthaṅgamañca assādañca ādīnavañca nissaraṇañca yathābhūtaṃ nappajānāti. Vedanāya…pe… saññāya… saṅkhārānaṃ… viññāṇassa samudayañca atthaṅgamañca assādañca ādīnavañca nissaraṇañca yathābhūtaṃ nappajānāti. Ayaṃ vuccatāvuso, avijjā; ettāvatā ca avijjāgato hotī’’ti. Chaṭṭhaṃ.

«Здесь, друг, необученный обыватель не понимает так, как есть на самом деле, возникновение, исчезновение, наслаждение, опасность и освобождение в отношении формы. Он не понимает так, как есть на самом деле, возникновение, исчезновение, наслаждение, опасность и освобождение в отношении чувства… [и так далее]… восприятия… волевых формаций… сознания. Это, друг, называется невежеством, и в такой мере человек погружён в невежество». Шестая.

7. Dutiyasamudayasuttaṃ

7. Дутиясамудая сутта

132. Bārāṇasiyaṃ [Pg.143] viharanti isipatane migadāye…pe… ekamantaṃ nisinno kho āyasmā mahākoṭṭhiko āyasmantaṃ sāriputtaṃ etadavoca – ‘‘‘vijjā, vijjā’ti, āvuso sāriputta, vuccati. Katamā nu kho, āvuso, vijjā, kittāvatā ca vijjāgato hotī’’ti?

132. В Баранаси, в Исипатане, в Оленьем парке… Сидя рядом, почтенный Махакоттхита обратился к почтенному Сарипутте: «Друг Сарипутта, говорят: „истинное знание, истинное знание“. Что же такое, друг, истинное знание, и в какой мере человек обладает истинным знанием?»

‘‘Idhāvuso, sutavā ariyasāvako rūpassa samudayañca atthaṅgamañca assādañca ādīnavañca nissaraṇañca yathābhūtaṃ pajānāti. Vedanāya…pe… saññāya… saṅkhārānaṃ… viññāṇassa samudayañca atthaṅgamañca assādañca ādīnavañca nissaraṇañca yathābhūtaṃ pajānāti. Ayaṃ vuccatāvuso, vijjā; ettāvatā ca vijjāgato hotī’’ti. Sattamaṃ.

«Здесь, друг, обученный благородный ученик понимает так, как есть на самом деле, возникновение, исчезновение, наслаждение, опасность и освобождение в отношении формы. Он понимает так, как есть на самом деле, возникновение, исчезновение, наслаждение, опасность и освобождение в отношении чувства… [и так далее]… восприятия… волевых формаций… сознания. Это, друг, называется истинным знанием, и в такой мере человек обладает истинным знанием». Седьмая.

8. Koṭṭhikasuttaṃ

8. Коттхита сутта

133. Bārāṇasiyaṃ viharanti isipatane migadāye. Atha kho āyasmā sāriputto sāyanhasamayaṃ…pe… ekamantaṃ nisinno kho āyasmā sāriputto āyasmantaṃ mahākoṭṭhikaṃ etadavoca – ‘‘‘avijjā, avijjā’ti, āvuso koṭṭhika, vuccati. Katamā nu kho, āvuso, avijjā, kittāvatā ca avijjāgato hotī’’ti?

133. В Баранаси, в Исипатане, в Оленьем парке. Тогда почтенный Сарипутта вечером [вышел из уединения]… и, сев рядом, обратился к почтенному Махакоттхите: «Друг Коттхита, говорят: „невежество, невежество“. Что же такое, друг, невежество, и в какой мере человек погружён в невежество?»

‘‘Idhāvuso, assutavā puthujjano rūpassa assādañca ādīnavañca nissaraṇañca yathābhūtaṃ nappajānāti. Vedanāya…pe… saññāya… saṅkhārānaṃ… viññāṇassa assādañca ādīnavañca nissaraṇañca yathābhūtaṃ nappajānāti. Ayaṃ vuccatāvuso, avijjā; ettāvatā ca avijjāgato hotī’’ti.

«Здесь, друг, необученный обыватель не понимает так, как есть на самом деле, наслаждение, опасность и освобождение в отношении формы. Он не понимает так, как есть на самом деле, наслаждение, опасность и освобождение в отношении чувства… [и так далее]… восприятия… волевых формаций… сознания. Это, друг, называется невежеством, и в какой мере человек погружён в невежество».

Evaṃ vutte, āyasmā sāriputto āyasmantaṃ mahākoṭṭhikaṃ etadavoca – ‘‘‘vijjā, vijjā’ti, āvuso koṭṭhika, vuccati. Katamā nu kho, āvuso, vijjā, kittāvatā ca vijjāgato hotī’’ti?

Когда это было сказано, почтенный Сарипутта обратился к почтенному Махакоттхите: «Друг Коттхита, говорят: „истинное знание, истинное знание“. Что же такое, друг, истинное знание, и в какой мере человек обладает истинным знанием?»

‘‘Idhāvuso sutavā ariyasāvako rūpassa assādañca ādīnavañca nissaraṇañca yathābhūtaṃ pajānāti. Vedanāya…pe… saññāya… saṅkhārānaṃ… viññāṇassa assādañca ādīnavañca nissaraṇañca yathābhūtaṃ pajānāti. Ayaṃ vuccatāvuso, vijjā; ettāvatā ca vijjāgato hotī’’ti. Aṭṭhamaṃ.

9. Dutiyakoṭṭhikasuttaṃ

9. Дутиякоттхита сутта

134. Bārāṇasiyaṃ [Pg.144] viharanti isipatane migadāye…pe… ‘‘‘avijjā, avijjā’ti, āvuso koṭṭhika, vuccati. Katamā nu kho, āvuso, avijjā, kittāvatā ca avijjāgato hotī’’ti?

134. В Баранаси, в Исипатане, в Оленьем парке… «Друг Коттхита, говорят: „невежество, невежество“. Что же такое, друг, невежество, и в какой мере человек погружён в невежество?»

«Здесь, друг, необученный обыватель не понимает так, как есть на самом деле, возникновение, исчезновение, наслаждение, опасность и освобождение в отношении формы. Он не понимает так, как есть на самом деле, возникновение, исчезновение, наслаждение, опасность и освобождение в отношении чувства… [и так далее]… восприятия… волевых формаций… сознания. Это, друг, называется невежеством, и в какой мере человек погружён в невежество».

Когда это было сказано, достопочтенный Сарипутта сказал достопочтенному Махакоттхите: «Друг Коттхита, говорят: „знание, знание“ (vijjā). Что же такое, друг, знание, и в какой мере человек обладает знанием?»

«Здесь, друг, образованный благородный ученик отчетливо понимает, как оно есть на самом деле, возникновение формы, её исчезновение, её удовлетворение, её опасность и освобождение от неё. Он отчетливо понимает, как оно есть на самом деле, возникновение чувства… восприятия… волевых формирований… сознания, его исчезновение, его удовлетворение, его опасность и освобождение от него. Это, друг, называется знанием, и в такой мере человек обладает знанием».

10. Tatiyakoṭṭhikasuttaṃ

10. Третья сутта о Коттхите

135. Taññeva nidānaṃ. Ekamantaṃ nisinno kho āyasmā sāriputto āyasmantaṃ mahākoṭṭhikaṃ etadavoca – ‘‘‘avijjā, avijjā’ti, āvuso koṭṭhika, vuccati. Katamā nu kho, āvuso, avijjā, kittāvatā ca avijjāgato hotī’’ti?

135. Место пребывания то же самое. Сидя в стороне, достопочтенный Сарипутта сказал достопочтенному Махакоттхите: «Друг Коттхита, говорят: „неведение, неведение“ (avijjā). Что же такое, друг, неведение, и в какой мере человек пребывает в неведении?»

‘‘Idhāvuso, assutavā puthujjano rūpaṃ nappajānāti, rūpasamudayaṃ nappajānāti, rūpanirodhaṃ nappajānāti, rūpanirodhagāminiṃ paṭipadaṃ nappajānāti. Vedanaṃ nappajānāti…pe… saññaṃ… saṅkhāre… viññāṇaṃ nappajānāti, viññāṇasamudayaṃ nappajānāti, viññāṇanirodhaṃ nappajānāti, viññāṇanirodhagāminiṃ paṭipadaṃ nappajānāti. Ayaṃ vuccatāvuso, avijjā; ettāvatā ca avijjāgato hotī’’ti.

«Здесь, друг, необразованный обыватель не понимает форму, не понимает возникновение формы, не понимает прекращение формы, не понимает путь, ведущий к прекращению формы. Он не понимает чувство… восприятие… волевые формирования… сознание, не понимает возникновение сознания, не понимает прекращение сознания, не понимает путь, ведущий к прекращению сознания. Это, друг, называется неведением, и в такой мере человек пребывает в неведении».

Evaṃ [Pg.145] vutte, āyasmā sāriputto āyasmantaṃ mahākoṭṭhikaṃ etadavoca – ‘‘‘vijjā, vijjā’ti, āvuso koṭṭhika, vuccati. Katamā nu kho, āvuso, vijjā, kittāvatā ca vijjāgato hotī’’ti? ‘‘Idhāvuso, sutavā ariyasāvako rūpaṃ pajānāti, rūpasamudayaṃ pajānāti, rūpanirodhaṃ pajānāti, rūpanirodhagāminiṃ paṭipadaṃ pajānāti. Vedanaṃ… saññaṃ… saṅkhāre… viññāṇaṃ pajānāti, viññāṇasamudayaṃ pajānāti, viññāṇanirodhaṃ pajānāti, viññāṇanirodhagāminiṃ paṭipadaṃ pajānāti. Ayaṃ vuccatāvuso, vijjā; ettāvatā ca vijjāgato hotī’’ti. Dasamaṃ.

Когда это было сказано, достопочтенный Сарипутта сказал достопочтенному Махакоттхите: «Друг Коттхита, говорят: „знание, знание“. Что же такое, друг, знание, и в какой мере человек обладает знанием?» «Здесь, друг, образованный благородный ученик понимает форму, понимает возникновение формы, понимает прекращение формы, понимает путь, ведущий к прекращению формы. Он понимает чувство… восприятие… волевые формирования… сознание, понимает возникновение сознания, понимает прекращение сознания, понимает путь, ведущий к прекращению сознания. Это, друг, называется знанием, и в такой мере человек обладает знанием».

Avijjāvaggo terasamo.

Тринадцатая глава о неведении.

Tassuddānaṃ –

Оглавление этой главы:

Samudayadhamme tīṇi, assādo apare duve;

Samudaye ca dve vuttā, koṭṭhike apare tayoti.

Три сутты о подверженном возникновению, другие две об удовлетворении; две сутты о возникновении, и еще три о Коттхите.

14. Kukkuḷavaggo

14. Глава о горячих углях

1. Kukkuḷasuttaṃ

1. Сутта о горячих углях

136. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Rūpaṃ, bhikkhave, kukkuḷaṃ, vedanā kukkuḷā, saññā kukkuḷā, saṅkhārā kukkuḷā, viññāṇaṃ kukkuḷaṃ. Evaṃ passaṃ, bhikkhave, sutavā ariyasāvako rūpasmimpi nibbindati, vedanāyapi nibbindati, saññāyapi nibbindati, saṅkhāresupi nibbindati, viññāṇasmimpi nibbindati. Nibbindaṃ virajjati; virāgā vimuccati. Vimuttasmiṃ vimuttamiti ñāṇaṃ hoti. ‘Khīṇā jāti, vusitaṃ brahmacariyaṃ, kataṃ karaṇīyaṃ, nāparaṃ itthattāyā’ti pajānātī’’ti. Paṭhamaṃ.

136. В Саваттхи. «Монахи, форма — это горячие угли, чувство — это горячие угли, восприятие — это горячие угли, волевые формирования — это горячие угли, сознание — это горячие угли. Видя так, монахи, образованный благородный ученик испытывает разочарование в форме, испытывает разочарование в чувстве, испытывает разочарование в восприятии, испытывает разочарование в волевых формированиях, испытывает разочарование в сознании. Испытывая разочарование, он бесстрастнеет; благодаря бесстрастию он освобождается. В освобожденном уме возникает знание: „Освобожден“. Он постигает: „Рождение исчерпано, святая жизнь прожита, сделано то, что должно было быть сделано, не будет больше возвращения в это состояние существования“».

2. Aniccasuttaṃ

2. Сутта о непостоянстве

137. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Yaṃ, bhikkhave, aniccaṃ; tatra vo chando pahātabbo. Kiñca, bhikkhave, aniccaṃ? Rūpaṃ, bhikkhave, aniccaṃ; tatra vo chando pahātabbo. Vedanā aniccā…pe… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ aniccaṃ; tatra vo chando pahātabbo. Yaṃ, bhikkhave, aniccaṃ; tatra vo chando pahātabbo’’ti. Dutiyaṃ.

137. В Саваттхи. «Монахи, к тому, что непостоянно, вы должны отбросить желание. И что же, монахи, непостоянно? Форма, монахи, непостоянна; к ней вы должны отбросить желание. Чувство непостоянно… восприятие… волевые формирования… сознание непостоянно; к нему вы должны отбросить желание. К тому, что непостоянно, монахи, вы должны отбросить желание».

3. Dutiyaaniccasuttaṃ

3. Вторая сутта о непостоянстве

138. Sāvatthinidānaṃ[Pg.146]. ‘‘Yaṃ, bhikkhave, aniccaṃ; tatra vo rāgo pahātabbo. Kiñca, bhikkhave, aniccaṃ? Rūpaṃ, bhikkhave, aniccaṃ; tatra vo rāgo pahātabbo. Vedanā aniccā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ aniccaṃ; tatra vo rāgo pahātabbo. Yaṃ, bhikkhave, aniccaṃ; tatra vo rāgo pahātabbo’’ti. Tatiyaṃ.

138. В Саваттхи. «Монахи, к тому, что непостоянно, вы должны отбросить страсть. И что же, монахи, непостоянно? Форма, монахи, непостоянна; к ней вы должны отбросить страсть. Чувство непостоянно… восприятие… волевые формирования… сознание непостоянно; к нему вы должны отбросить страсть. К тому, что непостоянно, монахи, вы должны отбросить страсть».

4. Tatiyaaniccasuttaṃ

4. Третья сутта о непостоянстве

139. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Yaṃ, bhikkhave, aniccaṃ; tatra vo chandarāgo pahātabbo. Kiñca, bhikkhave, aniccaṃ? Rūpaṃ, bhikkhave, aniccaṃ, tatra vo chandarāgo pahātabbo. Vedanā aniccā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ aniccaṃ; tatra vo chandarāgo pahātabbo. Yaṃ, bhikkhave, aniccaṃ; tatra vo chandarāgo pahātabbo’’ti. Catutthaṃ.

139. В Саваттхи. «Монахи, к тому, что непостоянно, вы должны отбросить желание и страсть. И что же, монахи, непостоянно? Форма, монахи, непостоянна; к ней вы должны отбросить желание и страсть. Чувство непостоянно… восприятие… волевые формирования… сознание непостоянно; к нему вы должны отбросить желание и страсть. К тому, что непостоянно, монахи, вы должны отбросить желание и страсть».

5. Dukkhasuttaṃ

5. Сутта о страдании

140. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Yaṃ, bhikkhave, dukkhaṃ; tatra vo chando pahātabbo…pe… yaṃ, bhikkhave, dukkhaṃ; tatra vo chando pahātabbo’’ti. Pañcamaṃ.

140. В Саваттхи. «Монахи, к тому, что является страданием, вы должны отбросить желание… к тому, что является страданием, монахи, вы должны отбросить желание».

6. Dutiyadukkhasuttaṃ

6. Вторая сутта о страдании

141. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Yaṃ, bhikkhave, dukkhaṃ; tatra vo rāgo pahātabbo…pe… yaṃ, bhikkhave, dukkhaṃ; tatra vo rāgo pahātabbo’’ti. Chaṭṭhaṃ.

141. В Саваттхи. «Монахи, к тому, что является страданием, вы должны отбросить страсть… к тому, что является страданием, монахи, вы должны отбросить страсть».

7. Tatiyadukkhasuttaṃ

7. Третья сутта о страдании

142. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Yaṃ, bhikkhave, dukkhaṃ; tatra vo chandarāgo pahātabbo…pe… yaṃ, bhikkhave, dukkhaṃ; tatra vo chandarāgo pahātabbo’’ti. Sattamaṃ.

142. В Саваттхи. «Монахи, к тому, что является страданием, вы должны отбросить желание и страсть… к тому, что является страданием, монахи, вы должны отбросить желание и страсть».

8. Anattasuttaṃ

8. Сутта о безличности

143. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Yo, bhikkhave, anattā; tatra vo chando pahātabbo. Ko ca, bhikkhave, anattā? Rūpaṃ, bhikkhave, anattā; tatra vo chando pahātabbo. Vedanā anattā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ anattā; tatra vo chando pahātabbo. Yo, bhikkhave, anattā; tatra vo chando pahātabbo’’ti. Aṭṭhamaṃ.

143. В Саваттхи. «Монахи, к тому, что не является собой, вы должны отбросить желание. И что же, монахи, не является собой? Форма, монахи, не является собой; к ней вы должны отбросить желание. Чувство не является собой… восприятие… волевые формирования… сознание не является собой; к нему вы должны отбросить желание. К тому, что не является собой, монахи, вы должны отбросить желание».

9. Dutiyaanattasuttaṃ

9. Вторая сутта о безличности

144. Sāvatthinidānaṃ[Pg.147]. ‘‘Yo, bhikkhave, anattā; tatra vo rāgo pahātabbo. Ko ca, bhikkhave, anattā? Rūpaṃ, bhikkhave, anattā; tatra vo rāgo pahātabbo. Vedanā anattā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ anattā; tatra vo rāgo pahātabbo. Yo, bhikkhave, anattā; tatra vo rāgo pahātabbo’’ti. Navamaṃ.

144. В Саваттхи. «Монахи, к тому, что не является собой, вы должны отбросить страсть. И что же, монахи, не является собой? Форма, монахи, не является собой; к ней вы должны отбросить страсть. Чувство не является собой… восприятие… волевые формирования… сознание не является собой; к нему вы должны отбросить страсть. К тому, что не является собой, монахи, вы должны отбросить страсть».

10. Tatiyaanattasuttaṃ

10. Третья сутта о безличности

145. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Yo, bhikkhave, anattā; tatra vo chandarāgo pahātabbo. Ko ca, bhikkhave, anattā? Rūpaṃ, bhikkhave, anattā; tatra vo chandarāgo pahātabbo. Vedanā anattā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ anattā; tatra vo chandarāgo pahātabbo. Yo, bhikkhave, anattā; tatra vo chandarāgo pahātabbo’’ti. Dasamaṃ.

145. В Саваттхи. «Монахи, к тому, что не является собой, вы должны отбросить желание и страсть. И что же, монахи, не является собой? Форма, монахи, не является собой; к ней вы должны отбросить желание и страсть. Чувство не является собой… восприятие… волевые формирования… сознание не является собой; к нему вы должны отбросить желание и страсть. К тому, что не является собой, монахи, вы должны отбросить желание и страсть».

11. Nibbidābahulasuttaṃ

11. Сутта о пребывании в разочаровании

146. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Saddhāpabbajitassa, bhikkhave, kulaputtassa ayamanudhammo hoti – yaṃ rūpe nibbidābahulo vihareyya. Vedanāya…pe… saññāya… saṅkhāresu… viññāṇe nibbidābahulo vihareyya. Yo rūpe nibbidābahulo viharanto, vedanāya… saññāya… saṅkhāresu… viññāṇe nibbidābahulo viharanto rūpaṃ parijānāti, vedanaṃ… saññaṃ… saṅkhāre… viññāṇaṃ parijānāti; so rūpaṃ parijānaṃ vedanaṃ parijānaṃ saññaṃ parijānaṃ saṅkhāre parijānaṃ viññāṇaṃ parijānaṃ parimuccati rūpamhā, parimuccati vedanāya, parimuccati saññāya, parimuccati saṅkhārehi, parimuccati viññāṇamhā, parimuccati jātiyā jarāya maraṇena sokehi paridevehi dukkhehi domanassehi upāyāsehi; ‘parimuccati dukkhasmā’ti vadāmī’’ti. Ekādasamaṃ.

146. В Саваттхи. «Монахи, для благородного сына, ушедшего в бездомность из веры, это соответствует Дхамме: ему следует пребывать, будучи преисполненным разочарования в форме, в чувстве… восприятии… волевых формированиях… сознании. Тот, кто пребывает, будучи преисполненным разочарования в форме… в сознании, полностью постигает форму, чувство… восприятие… волевые формирования… сознание. Полностью постигая форму… сознание, он освобождается от формы, освобождается от чувства, освобождается от восприятия, освобождается от волевых формирований, освобождается от сознания. Он освобождается от рождения, старения и смерти; освобождается от скорби, плача, боли, печали и отчаяния. „Он освобождается от страдания“, — говорю я».

12. Aniccānupassīsuttaṃ

12. Сутта о созерцании непостоянства

147. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Saddhāpabbajitassa, bhikkhave, kulaputtassa ayamanudhammo hoti – yaṃ rūpe aniccānupassī vihareyya. Vedanāya… saññāya… saṅkhāresu… viññāṇe aniccānupassī vihareyya…pe… ‘parimuccati dukkhasmā’ti vadāmī’’ti. Dvādasamaṃ.

147. В Саваттхи. «Монахи, для благородного сына, ушедшего в бездомность из веры, это соответствует Дхамме: ему следует пребывать, созерцая непостоянство в форме, в чувстве… восприятии… волевых формированиях… сознании… „Он освобождается от страдания“, — говорю я».

13. Dukkhānupassīsuttaṃ

13. Сутта о созерцании страдания

148. Sāvatthinidānaṃ[Pg.148]. ‘‘Saddhāpabbajitassa, bhikkhave, kulaputtassa ayamanudhammo hoti – yaṃ rūpe dukkhānupassī vihareyya. Vedanāya… saññāya… saṅkhāresu… viññāṇe dukkhānupassī vihareyya…pe… ‘parimuccati dukkhasmā’ti vadāmī’’ti. Terasamaṃ.

148. В Саваттхи. «Монахи, для благородного сына, ушедшего в бездомность из веры, это соответствует Дхамме: ему следует пребывать, созерцая страдание в форме, в чувстве… восприятии… волевых формированиях… сознании… „Он освобождается от страдания“, — говорю я».

14. Anattānupassīsuttaṃ

14. Сутта о созерцании безличности

149. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Saddhāpabbajitassa, bhikkhave, kulaputtassa ayamanudhammo hoti – yaṃ rūpe anattānupassī vihareyya. Vedanāya… saññāya… saṅkhāresu… viññāṇe anattānupassī vihareyya. (So rūpe) anattānupassī viharanto, vedanāya… saññāya… saṅkhāresu… viññāṇe anattānupassī viharanto rūpaṃ parijānāti, vedanaṃ…pe… saññaṃ… saṅkhāre… viññāṇaṃ parijānāti. So rūpaṃ parijānaṃ vedanaṃ parijānaṃ saññaṃ parijānaṃ saṅkhāre parijānaṃ viññāṇaṃ parijānaṃ parimuccati rūpamhā, parimuccati vedanāya, parimuccati saññāya, parimuccati saṅkhārehi, parimuccati viññāṇamhā, parimuccati jātiyā jarāya maraṇena sokehi paridevehi dukkhehi domanassehi upāyāsehi; ‘parimuccati dukkhasmā’ti vadāmī’’ti. Cuddasamaṃ.

149. В Саваттхи. «Монахи, для благородного сына, ушедшего в бездомность из веры, это соответствует Дхамме: ему следует пребывать, созерцая безличность в форме, в чувстве… восприятии… волевых формированиях… сознании. Пребывая в созерцании безличности в форме… в сознании, он полностью постигает форму, чувство… восприятие… волевые формирования… сознание. Полностью постигая форму… сознание, он освобождается от формы, освобождается от чувства, освобождается от восприятия, освобождается от волевых формирований, освобождается от сознания. Он освобождается от рождения, старения и смерти; освобождается от скорби, плача, боли, печали и отчаяния. „Он освобождается от страдания“, — говорю я».

Kukkuḷavaggo cuddasamo.

Четырнадцатая глава о горячих углях.

Tassuddānaṃ –

Оглавление этой главы:

Kukkuḷā tayo aniccena, dukkhena apare tayo;

Anattena tayo vuttā, kulaputtena dve dukāti.

О горячих углях, три о непостоянстве, другие три о страдании; три сказаны о безличности, и две пары о благородном сыне.

15. Diṭṭhivaggo

15. Глава о воззрениях

1. Ajjhattasuttaṃ

1. Сутта о внутреннем

150. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Kismiṃ nu kho, bhikkhave, sati, kiṃ upādāya uppajjati ajjhattaṃ sukhadukkha’’nti? Bhagavaṃmūlakā no, bhante, dhammā…pe… ‘‘rūpe kho, bhikkhave, sati rūpaṃ upādāya uppajjati ajjhattaṃ sukhadukkhaṃ. Vedanāya sati…pe… saññāya [Pg.149] sati… saṅkhāresu sati… viññāṇe sati viññāṇaṃ upādāya uppajjati ajjhattaṃ sukhadukkhaṃ. Taṃ kiṃ maññatha, bhikkhave, rūpaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ dukkhaṃ vā taṃ sukhaṃ vā’’ti? ‘‘Dukkhaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ dukkhaṃ vipariṇāmadhammaṃ, api nu taṃ anupādāya uppajjeyya ajjhattaṃ sukhadukkha’’nti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Vedanā…pe… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ, dukkhaṃ vā taṃ sukhaṃ vā’’ti? ‘‘Dukkhaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ dukkhaṃ vipariṇāmadhammaṃ, api nu taṃ anupādāya uppajjeyya ajjhattaṃ sukhadukkha’’nti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Evaṃ passaṃ…pe… nāparaṃ itthattāyāti pajānātī’’ti. Paṭhamaṃ.

150. В Саваттхи. «Монахи, при наличии чего, цепляясь за что, возникает внутри счастье и страдание?» «Уважаемый господин, наши учения укоренены в Благословенном…» «При наличии формы, монахи, цепляясь за форму, возникает внутри счастье и страдание. При наличии чувства… восприятия… волевых формирований… сознания, цепляясь за сознание, возникает внутри счастье и страдание. Как вы думаете, монахи, форма постоянна или непостоянна?» «Непостоянна, уважаемый господин». «А то, что непостоянно — является ли оно страданием или счастьем?» «Страданием, уважаемый господин». «Но без цепляния за то, что непостоянно, изменчиво и подвержено страданию, могло бы возникнуть внутри счастье и страдание?» «Нет, уважаемый господин». «Чувство… восприятие… волевые формирования… сознание постоянны или непостоянны?» «Непостоянны, уважаемый господин». «А то, что непостоянно — является ли оно страданием или счастьем?» «Страданием, уважаемый господин». «Но без цепляния за то, что непостоянно, изменчиво и подвержено страданию, могло бы возникнуть внутри счастье и страдание?» «Нет, уважаемый господин». «Видя так… он постигает: „...не будет больше возвращения в это состояние существования“».

2. Etaṃmamasuttaṃ

2. Сутта «Это моё»

151. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Kismiṃ nu kho, bhikkhave, sati, kiṃ upādāya, kiṃ abhinivissa – ‘etaṃ mama, esohamasmi, eso me attā’ti samanupassatī’’ti? Bhagavaṃmūlakā no, bhante, dhammā…pe… ‘‘rūpe kho, bhikkhave, sati, rūpaṃ upādāya, rūpaṃ abhinivissa …pe… viññāṇe sati, viññāṇaṃ upādāya, viññāṇaṃ abhinivissa – ‘etaṃ mama, esohamasmi, eso me attā’ti samanupassati. Taṃ kiṃ maññatha, bhikkhave, rūpaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’…pe… vipariṇāmadhammaṃ, api nu taṃ anupādāya etaṃ mama, esohamasmi, eso me attāti samanupasseyyāti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Vedanā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ bhante’’…pe… vipariṇāmadhammaṃ, api nu taṃ anupādāya etaṃ mama, esohamasmi, eso me attāti samanupasseyyāti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Evaṃ passaṃ..pe… nāparaṃ itthattāyāti pajānātī’’ti. Dutiyaṃ.

151. В Саваттхи. «Монахи, при наличии чего, цепляясь за что, привязываясь к чему, человек рассматривает это так: „Это моё, это я, это моя сущность“?» — «Уважаемый господин, наши учения укоренены в Благословенном...» — «При наличии формы, монахи, цепляясь за форму, привязываясь к форме... при наличии сознания, цепляясь за сознание, привязываясь к сознанию, человек рассматривает это так: „Это моё, это я, это моя сущность“. Как вы думаете, монахи, форма постоянна или непостоянна?» — «Непостоянна, уважаемый господин»... «подвержена изменению. Но без цепляния за то, что непостоянно, сопряжено со страданием и подвержено изменению, мог бы человек рассматривать это так: „Это моё, это я, это моя сущность“?» — «Нет, уважаемый господин». «Чувство... восприятие... волевые формации... сознание постоянно или непостоянно?» — «Непостоянно, уважаемый господин»... «подвержено изменению. Но без цепляния за то, что непостоянно, сопряжено со страданием и подвержено изменению, мог бы человек рассматривать это так: „Это моё, это я, это моя сущность“?» — «Нет, уважаемый господин». «Видя так... он понимает: „...нет ничего более для этого состояния бытия“». Вторая [сутта].

3. Soattāsuttaṃ

3. Сутта «Это моя сущность» (Соатта-сутта)

152. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Kismiṃ nu kho, bhikkhave, sati, kiṃ upādāya, kiṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘so attā, so loko, so pecca bhavissāmi nicco dhuvo sassato avipariṇāmadhammo’’’ti? Bhagavaṃmūlakā no, bhante, dhammā…pe…. ‘‘Rūpe kho, bhikkhave, sati, rūpaṃ upādāya, rūpaṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘so attā, so loko, so pecca bhavissāmi nicco dhuvo sassato avipariṇāmadhammo’ti. Vedanāya…pe… saññāya… saṅkhāresu [Pg.150] …pe… viññāṇe sati, viññāṇaṃ upādāya, viññāṇaṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘so attā, so loko, so pecca bhavissāmi nicco dhuvo sassato avipariṇāmadhammo’’’ti.

152. В Саваттхи. «Монахи, при наличии чего, цепляясь за что, привязываясь к чему, возникает такое воззрение: „То, что является сущностью, есть мир; умерев, я буду постоянным, стабильным, вечным, не подверженным изменениям“?» — «Уважаемый господин, наши учения укоренены в Благословенном...» — «При наличии формы, монахи, цепляясь за форму, привязываясь к форме, возникает такое воззрение: „То, что является сущностью, есть мир; умерев, я буду постоянным, стабильным, вечным, не подверженным изменениям“. При наличии чувства... восприятия... волевых формаций... сознания, цепляясь за сознание, привязываясь к сознанию, возникает такое воззрение: „То, что является сущностью, есть мир; умерев, я буду постоянным, стабильным, вечным, не подверженным изменениям“».

‘‘Taṃ kiṃ maññatha, bhikkhave, rūpaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ, dukkhaṃ vā taṃ sukhaṃ vā’’ti? ‘‘Dukkhaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ dukkhaṃ vipariṇāmadhammaṃ, api nu taṃ anupādāya evaṃ diṭṭhi uppajjeyya – ‘so attā, so loko, so pecca bhavissāmi nicco dhuvo sassato avipariṇāmadhammo’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Vedanā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ dukkhaṃ vā taṃ sukhaṃ vā’’ti? ‘‘Dukkhaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ dukkhaṃ vipariṇāmadhammaṃ, api nu taṃ anupādāya evaṃ diṭṭhi uppajjeyya – ‘so attā so loko, so pecca bhavissāmi nicco dhuvo sassato avipariṇāmadhammo’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. Evaṃ passaṃ…pe… nāparaṃ itthattāyāti pajānātīti. Tatiyaṃ.

«Как вы думаете, монахи, форма постоянна или непостоянна?» — «Непостоянна, уважаемый господин». — «А то, что непостоянно, является страданием или счастьем?» — «Страданием, уважаемый господин». — «Но без цепляния за то, что непостоянно, сопряжено со страданием и подвержено изменению, могло бы возникнуть такое воззрение: „То, что является сущностью, есть мир; умерев, я буду постоянным, стабильным, вечным, не подверженным изменениям“?» — «Нет, уважаемый господин». — «Чувство... восприятие... волевые формации... сознание постоянно или непостоянно?» — «Непостоянно, уважаемый господин». — «А то, что непостоянно, является страданием или счастьем?» — «Страданием, уважаемый господин». — «Но без цепляния за то, что непостоянно, сопряжено со страданием и подвержено изменению, могло бы возникнуть такое воззрение: „То, что является сущностью, есть мир; умерев, я буду постоянным, стабильным, вечным, не подверженным изменениям“?» — «Нет, уважаемый господин». «Видя так... он понимает: „...нет ничего более для этого состояния бытия“». Третья [сутта].

4. Nocamesiyāsuttaṃ

4. Сутта «Если бы меня не было» (Но-че-ме-сия-сутта)

153. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Kismiṃ nu kho, bhikkhave, sati, kiṃ upādāya, kiṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘no cassaṃ, no ca me siyā, nābhavissa, na me bhavissatī’’’ti? Bhagavaṃmūlakā no, bhante, dhammā…pe… ‘‘rūpe kho, bhikkhave, sati, rūpaṃ upādāya, rūpaṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘no cassaṃ, no ca me siyā, nābhavissa, na me bhavissatī’ti. Vedanāya sati… saññāya sati… saṅkhāresu sati… viññāṇe sati, viññāṇaṃ upādāya, viññāṇaṃ abhinivissa, evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘no cassaṃ, no ca me siyā, nābhavissa, na me bhavissatī’ti. Taṃ kiṃ maññatha, bhikkhave, rūpaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ, dukkhaṃ vā taṃ sukhaṃ vā’’ti? ‘‘Dukkhaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ dukkhaṃ vipariṇāmadhammaṃ, api nu taṃ anupādāya evaṃ diṭṭhi uppajjeyya – ‘no cassaṃ, no ca me siyā, nābhavissa, na me bhavissatī’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Vedanā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ, dukkhaṃ vā taṃ sukhaṃ vā’’ti? ‘‘Dukkhaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ dukkhaṃ vipariṇāmadhammaṃ, api nu taṃ anupādāya evaṃ diṭṭhi uppajjeyya – ‘no cassaṃ, no ca me siyā, nābhavissa, na me bhavissatī’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Evaṃ passaṃ…pe… nāparaṃ itthattāyāti pajānātī’’ti. Catutthaṃ.

153. В Саваттхи. «Монахи, при наличии чего, цепляясь за что, привязываясь к чему, возникает такое воззрение: „Меня могло бы не быть, и у меня могло бы ничего не быть; меня не будет, и у меня ничего не будет“?» — «Уважаемый господин, наши учения укоренены в Благословенном...» — «При наличии формы, монахи, цепляясь за форму, привязываясь к форме, возникает такое воззрение: „Меня могло бы не быть, и у меня могло бы ничего не быть; меня не будет, и у меня ничего не будет“. При наличии чувства... восприятия... волевых формаций... сознания, цепляясь за сознание, привязываясь к сознанию, возникает такое воззрение: „Меня могло бы не быть, и у меня могло бы ничего не быть; меня не будет, и у меня ничего не будет“. Как вы думаете, монахи, форма постоянна или непостоянна?» — «Непостоянна, уважаемый господин». — «А то, что непостоянно, является страданием или счастьем?» — «Страданием, уважаемый господин». — «Но без цепляния за то, что непостоянно, сопряжено со страданием и подвержено изменению, могло бы возникнуть такое воззрение: „Меня могло бы не быть, и у меня могло бы ничего не быть; меня не будет, и у меня ничего не будет“?» — «Нет, уважаемый господин». — «Чувство... восприятие... волевые формации... сознание постоянно или непостоянно?» — «Непостоянно, уважаемый господин». — «А то, что непостоянно, является страданием или счастьем?» — «Страданием, уважаемый господин». — «Но без цепляния за то, что непостоянно, сопряжено со страданием и подвержено изменению, могло бы возникнуть такое воззрение: „Меня могло бы не быть, и у меня могло бы ничего не быть; меня не будет, и у меня ничего не будет“?» — «Нет, уважаемый господин». «Видя так... он понимает: „...нет ничего более для этого состояния бытия“». Четвёртая [сутта].

5. Micchādiṭṭhisuttaṃ

5. Сутта о ложном воззрении (Миччхадиттхи-сутта)

154. Sāvatthinidānaṃ[Pg.151]. ‘‘Kismiṃ nu kho, bhikkhave, sati, kiṃ upādāya, kiṃ abhinivissa micchādiṭṭhi uppajjatī’’ti? Bhagavaṃmūlakā no, bhante, dhammā…pe… ‘‘rūpe kho, bhikkhave, sati, rūpaṃ upādāya, rūpaṃ abhinivissa micchādiṭṭhi uppajjati. Vedanāya sati… micchādiṭṭhi uppajjati. Saññāya sati… saṅkhāresu sati… viññāṇe sati, viññāṇaṃ upādāya, viññāṇaṃ abhinivissa micchādiṭṭhi uppajjati. Taṃ kiṃ maññatha, bhikkhave, rūpaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ…pe… api nu taṃ anupādāya micchādiṭṭhi uppajjeyyā’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Vedanā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ, dukkhaṃ vā taṃ sukhaṃ vā’’ti? ‘‘Dukkhaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ dukkhaṃ vipariṇāmadhammaṃ, api nu taṃ anupādāya micchādiṭṭhi uppajjeyyā’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Evaṃ passaṃ…pe… nāparaṃ itthattāyāti pajānātī’’ti.‘Pañcamaṃ.

154. В Саваттхи. «Монахи, при наличии чего, цепляясь за что, привязываясь к чему, возникает ложное воззрение?» — «Уважаемый господин, наши учения укоренены в Благословенном...» — «При наличии формы, монахи, цепляясь за форму, привязываясь к форме, возникает ложное воззрение. При наличии чувства... возникает ложное воззрение. При наличии восприятия... при наличии волевых формаций... при наличии сознания, цепляясь за сознание, привязываясь к сознанию, возникает ложное воззрение. Как вы думаете, монахи, форма постоянна или непостоянна?» — «Непостоянна, уважаемый господин». — «А то, что непостоянно... но без цепляния за то, что непостоянно, сопряжено со страданием и подвержено изменению, могло бы возникнуть ложное воззрение?» — «Нет, уважаемый господин». — «Чувство... восприятие... волевые формации... сознание постоянно или непостоянно?» — «Непостоянно, уважаемый господин». — «А то, что непостоянно, является страданием или счастьем?» — «Страданием, уважаемый господин». — «Но без цепляния за то, что непостоянно, сопряжено со страданием и подвержено изменению, могло бы возникнуть ложное воззрение?» — «Нет, уважаемый господин». «Видя так... он понимает: „...нет ничего более для этого состояния бытия“». Пятая [сутта].

6. Sakkāyadiṭṭhisuttaṃ

6. Сутта о воззрении на индивидуальность (Саккаядиттхи-сутта)

155. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Kismiṃ nu kho, bhikkhave, sati, kiṃ upādāya, kiṃ abhinivissa sakkāyadiṭṭhi uppajjatī’’ti? Bhagavaṃmūlakā no, bhante, dhammā…pe… ‘‘rūpe kho, bhikkhave, sati, rūpaṃ upādāya, rūpaṃ abhinivissa sakkāyadiṭṭhi uppajjati. Vedanāya sati… saññāya sati… saṅkhāresu sati… viññāṇe sati, viññāṇaṃ upādāya, viññāṇaṃ abhinivissa sakkāyadiṭṭhi uppajjati. Taṃ kiṃ maññatha, bhikkhave, rūpaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ…pe… api nu taṃ anupādāya sakkāyadiṭṭhi uppajjeyyā’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Vedanā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ…pe… api nu taṃ anupādāya sakkāyadiṭṭhi uppajjeyyā’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Evaṃ passaṃ…pe… nāparaṃ itthattāyāti pajānātī’’ti. Chaṭṭhaṃ.

155. В Саваттхи. «Монахи, при наличии чего, цепляясь за что, привязываясь к чему, возникает воззрение на индивидуальность?» — «Уважаемый господин, наши учения укоренены в Благословенном...» — «При наличии формы, монахи, цепляясь за форму, привязываясь к форме, возникает воззрение на индивидуальность. При наличии чувства... при наличии восприятия... при наличии волевых формаций... при наличии сознания, цепляясь за сознание, привязываясь к сознанию, возникает воззрение на индивидуальность. Как вы думаете, монахи, форма постоянна или непостоянна?» — «Непостоянна, уважаемый господин». — «А то, что непостоянно... но без цепляния за то, что непостоянно, сопряжено со страданием и подвержено изменению, могло бы возникнуть воззрение на индивидуальность?» — «Нет, уважаемый господин». — «Чувство... восприятие... волевые формации... сознание постоянно или непостоянно?» — «Непостоянно, уважаемый господин». — «А то, что непостоянно... но без цепляния за то, что непостоянно, сопряжено со страданием и подвержено изменению, могло бы возникнуть воззрение на индивидуальность?» — «Нет, уважаемый господин». «Видя так... он понимает: „...нет ничего более для этого состояния бытия“». Шестая [сутта].

7. Attānudiṭṭhisuttaṃ

7. Сутта о воззрении на сущность (Аттанудиттхи-сутта)

156. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Kismiṃ nu kho, bhikkhave, sati, kiṃ upādāya, kiṃ abhinivissa attānudiṭṭhi uppajjatī’’ti? Bhagavaṃmūlakā no, bhante, dhammā…pe… ‘‘rūpe kho, bhikkhave, sati, rūpaṃ upādāya, rūpaṃ abhinivissa attānudiṭṭhi uppajjati. Vedanāya sati… saññāya sati… saṅkhāresu sati… viññāṇe sati, viññāṇaṃ upādāya, viññāṇaṃ abhinivissa attānudiṭṭhi uppajjati[Pg.152]. Taṃ kiṃ maññatha, bhikkhave, rūpaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ…pe… api nu taṃ anupādāya attānudiṭṭhi uppajjeyyā’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Vedanā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ…pe… api nu taṃ anupādāya attānudiṭṭhi uppajjeyyā’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Evaṃ passaṃ…pe… nāparaṃ itthattāyāti pajānātī’’ti. Sattamaṃ.

156. В Саваттхи. «Монахи, при наличии чего, цепляясь за что, привязываясь к чему, возникает воззрение на сущность?» — «Уважаемый господин, наши учения укоренены в Благословенном...» — «При наличии формы, монахи, цепляясь за форму, привязываясь к форме, возникает воззрение на сущность. При наличии чувства... при наличии восприятия... при наличии волевых формаций... при наличии сознания, цепляясь за сознание, привязываясь к сознанию, возникает воззрение на сущность. Как вы думаете, монахи, форма постоянна или непостоянна?» — «Непостоянна, уважаемый господин». — «А то, что непостоянно... но без цепляния за то, что непостоянно, сопряжено со страданием и подвержено изменению, могло бы возникнуть воззрение на сущность?» — «Нет, уважаемый господин». — «Чувство... восприятие... волевые формации... сознание постоянно или непостоянно?» — «Непостоянно, уважаемый господин». — «А то, что непостоянно... но без цепляния за то, что непостоянно, сопряжено со страданием и подвержено изменению, могло бы возникнуть воззрение на сущность?» — «Нет, уважаемый господин». «Видя так... он понимает: „...нет ничего более для этого состояния бытия“». Седьмая [сутта].

8. Abhinivesasuttaṃ

8. Сутта о привязанности (Абхинивеса-сутта)

157. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Kismiṃ nu kho, bhikkhave, sati, kiṃ upādāya, kiṃ abhinivissa uppajjanti saṃyojanābhinivesavinibandhā’’ti? Bhagavaṃmūlakā no, bhante, dhammā…pe… ‘‘rūpe kho, bhikkhave, sati, rūpaṃ upādāya, rūpaṃ abhinivissa uppajjanti saṃyojanābhinivesavinibandhā. Vedanāya sati… saññāya sati… saṅkhāresu sati… viññāṇe sati, viññāṇaṃ upādāya, viññāṇaṃ abhinivissa uppajjanti saṃyojanābhinivesavinibandhā. Taṃ kiṃ maññatha, bhikkhave, rūpaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ…pe… api nu taṃ anupādāya uppajjeyyuṃ saṃyojanābhinivesavinibandhā’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’…pe… ‘‘evaṃ passaṃ…pe… nāparaṃ itthattāyāti pajānātī’’ti. Aṭṭhamaṃ.

157. В Саваттхи. «Монахи, при наличии чего, цепляясь за что, привязываясь к чему, возникают оковы, привязанности и путы?» — «Уважаемый господин, наши учения укоренены в Благословенном...» — «При наличии формы, монахи, цепляясь за форму, привязываясь к форме, возникают оковы, привязанности и путы. При наличии чувства... при наличии восприятия... при наличии волевых формаций... при наличии сознания, цепляясь за сознание, привязываясь к сознанию, возникают оковы, привязанности и путы. Как вы думаете, монахи, форма постоянна или непостоянна?» — «Непостоянна, уважаемый господин». — «А то, что непостоянно... но без цепляния за то, что непостоянно, сопряжено со страданием и подвержено изменению, могли бы возникнуть оковы, привязанности и путы?» — «Нет, уважаемый господин»... «Видя так... он понимает: „...нет ничего более для этого состояния бытия“». Восьмая [сутта].

9. Dutiyaabhinivesasuttaṃ

9. Вторая сутта о привязанности (Дутия-абхинивеса-сутта)

158. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Kismiṃ nu kho, bhikkhave, sati, kiṃ upādāya, kiṃ abhinivissa uppajjanti saṃyojanābhinivesavinibandhājjhosānā’’ti? Bhagavaṃmūlakā no, bhante, dhammā…pe… ‘‘rūpe kho, bhikkhave, sati, rūpaṃ upādāya, rūpaṃ abhinivissa uppajjanti saṃyojanābhinivesavinibandhājjhosānā. Vedanāya sati … saññāya sati… saṅkhāresu sati… viññāṇe sati, viññāṇaṃ upādāya, viññāṇaṃ abhinivissa uppajjanti saṃyojanābhinivesavinibandhājjhosānā. Taṃ kiṃ maññatha, bhikkhave, rūpaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ…pe… api nu taṃ anupādāya uppajjeyyuṃ saṃyojanābhinivesavinibandhājjhosānā’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’…pe… ‘‘evaṃ passaṃ…pe… nāparaṃ itthattāyāti pajānātī’’ti. Navamaṃ.

158. В Саваттхи. «Монахи, при наличии чего, цепляясь за что, привязываясь к чему, возникают оковы, привязанности, путы и увязания?» — «Уважаемый господин, наши учения укоренены в Благословенном...» — «При наличии формы, монахи, цепляясь за форму, привязываясь к форме, возникают оковы, привязанности, путы и увязания. При наличии чувства... при наличии восприятия... при наличии волевых формаций... при наличии сознания, цепляясь за сознание, привязываясь к сознанию, возникают оковы, привязанности, путы и увязания. Как вы думаете, монахи, форма постоянна или непостоянна?» — «Непостоянна, уважаемый господин». — «А то, что непостоянно... но без цепляния за то, что непостоянно, сопряжено со страданием и подвержено изменению, могли бы возникнуть оковы, привязанности, путы и увязания?» — «Нет, уважаемый господин»... «Видя так... он понимает: „...нет ничего более для этого состояния бытия“». Девятая [сутта].

10. Ānandasuttaṃ

10. Сутта об Ананде (Ананда-сутта)

159. Sāvatthinidānaṃ[Pg.153]. Atha kho āyasmā ānando yena bhagavā tenupasaṅkami; upasaṅkamitvā…pe… bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘sādhu me, bhante, bhagavā saṃkhittena dhammaṃ desetu, yamahaṃ bhagavato dhammaṃ sutvā eko vūpakaṭṭho appamatto ātāpī pahitatto vihareyya’’nti.

159. В Саваттхи. Тогда достопочтенный Ананда подошёл к Благословенному, поклонился ему и, сев рядом, сказал: «Уважаемый господин, было бы хорошо, если бы Благословенный кратко преподал мне Дхамму, чтобы, услышав Дхамму от Благословенного, я мог пребывать в уединении, обособленный, прилежный, ревностный и решительный».

‘‘Taṃ kiṃ maññasi, ānanda, rūpaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ, dukkhaṃ vā taṃ sukhaṃ vā’’ti? ‘‘Dukkhaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ dukkhaṃ vipariṇāmadhammaṃ, kallaṃ nu taṃ samanupassituṃ – ‘etaṃ mama, esohamasmi, eso me attā’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Vedanā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ, dukkhaṃ vā taṃ sukhaṃ vā’’ti? ‘‘Dukkhaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ dukkhaṃ vipariṇāmadhammaṃ, kallaṃ nu taṃ samanupassituṃ – ‘etaṃ mama, esohamasmi, eso me attā’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Evaṃ passaṃ…pe… nāparaṃ itthattāyāti pajānātī’’ti. Dasamaṃ.

«Как ты думаешь, Ананда, телесная форма постоянна или непостоянна?» — «Непостоянна, уважаемый». — «А то, что непостоянно, является страданием или счастьем?» — «Страданием, уважаемый». — «Но приличествует ли рассматривать то, что непостоянно, подвержено страданию и изменению, таким образом: „Это моё, это я, это моя сущность“?» — «Нет, уважаемый». — «Чувство… восприятие… волевые формации… сознание постоянны или непостоянны?» — «Непостоянны, уважаемый». — «А то, что непостоянно, является страданием или счастьем?» — «Страданием, уважаемый». — «Но приличествует ли рассматривать то, что непостоянно, подвержено страданию и изменению, таким образом: „Это моё, это я, это моя сущность“?» — «Нет, уважаемый». — «Видя так… [сокращение]… он понимает: „...нет ничего более для этого состояния бытия“». Десятая.

Diṭṭhivaggo pañcadasamo.

Пятнадцатая глава о взглядах.

Tassuddānaṃ –

Оглавление этой главы:

Ajjhattikaṃ etaṃmama, soattā nocamesiyā;

Micchāsakkāyattānu dve, abhinivesā ānandenāti.

«Внутреннее», «Это моё», «Это душа», «Если бы не было меня», две сутты о ложных взглядах, самоотождествлении и взглядах о душе, две об «Убеждениях» и «С Анандой».

Uparipaṇṇāsako samatto.

Третья часть (Упарипаннасака) завершена.

Tassa uparipaṇṇāsakassa vagguddānaṃ –

Оглавление глав этой третьей части:

Anto dhammakathikā vijjā, kukkuḷaṃ diṭṭhipañcamaṃ;

Tatiyo paṇṇāsako vutto, nipātoti pavuccatīti.

«Конец», «Проповедник Дхаммы», «Неведение», «Горящие угли» и пятая — «Взгляды». Так называется третья часть, именуемая разделом.

Khandhasaṃyuttaṃ samattaṃ.

Кхандха-саньютта завершена.

2. Rādhasaṃyuttaṃ

2. Радха-саньютта

1. Paṭhamavaggo

1. Первая глава

1. Mārasuttaṃ

1. Мара-сутта

160. Sāvatthinidānaṃ[Pg.154]. Atha kho āyasmā rādho yena bhagavā tenupasaṅkami; upasaṅkamitvā bhagavantaṃ abhivādetvā ekamantaṃ nisīdi. Ekamantaṃ nisinno kho āyasmā rādho bhagavantaṃ etadavoca –

160. В Саваттхи. Тогда почтенный Радха подошёл к Благословенному, поклонился ему и сел с одной стороны. Сидя с одной стороны, почтенный Радха обратился к Благословенному с такими словами:

‘‘‘Māro, māro’ti, bhante, vuccati. Kittāvatā nu kho, bhante, māro’’ti? ‘‘Rūpe kho, rādha, sati māro vā assa māretā vā yo vā pana mīyati. Tasmātiha tvaṃ, rādha, rūpaṃ māroti passa, māretāti passa, mīyatīti passa, rogoti passa, gaṇḍoti passa, sallanti passa, aghanti passa, aghabhūtanti passa. Ye naṃ evaṃ passanti te sammā passanti. Vedanāya sati… saññāya sati… saṅkhāresu sati… viññāṇe sati māro vā assa māretā vā yo vā pana mīyati. Tasmātiha tvaṃ, rādha, viññāṇaṃ māroti passa, māretāti passa, mīyatīti passa, rogoti passa, gaṇḍoti passa, sallanti passa, aghanti passa, aghabhūtanti passa. Ye naṃ evaṃ passanti, te sammā passantī’’ti.

«Уважаемый, говорят: „Мара, Мара“. В каком же смысле, уважаемый, существует Мара?» — «Когда есть телесная форма, Радха, тогда может быть Мара, или убийца, или тот, кто погибает. Поэтому, Радха, зри телесную форму как Мару, зри её как убийцу, зри её как того, кто погибает. Зри её как болезнь, как нарыв, как стрелу, как несчастье, как само несчастье. Те, кто видят её так, видят правильно. Когда есть чувство… когда есть восприятие… когда есть волевые формации… когда есть сознание, Радха, тогда может быть Мара, или убийца, или тот, кто погибает. Поэтому, Радха, зри сознание как Мару, зри его как убийцу, зри его как того, кто погибает. Зри его как болезнь, как нарыв, как стрелу, как несчастье, как само несчастье. Те, кто видят его так, видят правильно».

‘‘Sammādassanaṃ pana, bhante, kimatthiya’’nti? ‘‘Sammādassanaṃ kho, rādha, nibbidatthaṃ’’. ‘‘Nibbidā pana, bhante, kimatthiyā’’ti? ‘‘Nibbidā kho, rādha, virāgatthā’’. ‘‘Virāgo pana, bhante, kimatthiyo’’ti? ‘‘Virāgo kho, rādha, vimuttattho’’. ‘‘Vimutti pana, bhante, kimatthiyā’’ti? ‘‘Vimutti kho, rādha, nibbānatthā’’. ‘‘Nibbānaṃ pana, bhante, kimatthiya’’nti? ‘‘Accayāsi, rādha, pañhaṃ, nāsakkhi pañhassa pariyantaṃ gahetuṃ. Nibbānogadhañhi, rādha, brahmacariyaṃ vussati, nibbānaparāyanaṃ nibbānapariyosāna’’nti. Paṭhamaṃ.

«Но какова, уважаемый, цель правильного видения?» — «Цель правильного видения, Радха, — это разочарование». — «А какова, уважаемый, цель разочарования?» — «Цель разочарования, Радха, — это бесстрастие». — «А какова, уважаемый, цель бесстрастия?» — «Цель бесстрастия, Радха, — это освобождение». — «А какова, уважаемый, цель освобождения?» — «Цель освобождения, Радха, — это Ниббана». — «А какова, уважаемый, цель Ниббаны?» — «Ты вышел за пределы вопросов, Радха, ты не смог постичь предел вопросов. Ведь святая жизнь, Радха, ведётся с Ниббаной в качестве её основания, Ниббаной в качестве её прибежища, Ниббаной в качестве её конечной цели». Первая.

2. Sattasuttaṃ

2. Сатта-сутта

161. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinno kho āyasmā rādho bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘‘satto, satto’ti, bhante, vuccati. Kittāvatā nu kho, bhante[Pg.155], sattoti vuccatī’’ti? ‘‘Rūpe kho, rādha, yo chando yo rāgo yā nandī yā taṇhā, tatra satto, tatra visatto, tasmā sattoti vuccati. Vedanāya… saññāya… saṅkhāresu… viññāṇe yo chando yo rāgo yā nandī yā taṇhā, tatra satto, tatra visatto, tasmā sattoti vuccati’’.

161. В Саваттхи. Сидя с одной стороны, почтенный Радха обратился к Благословенному с такими словами: «Уважаемый, говорят: „существо, существо“. В каком же смысле, уважаемый, кого-то называют существом?» — «Когда есть желание, страсть, восторг и жажда к телесной форме, Радха, и человек привязан к ней, крепко привязан к ней, тогда его называют существом. Когда есть желание, страсть, восторг и жажда к чувству… к восприятию… к волевым формациям… к сознанию, Радха, и человек привязан к нему, крепко привязан к нему, тогда его называют существом».

‘‘Seyyathāpi, rādha, kumārakā vā kumārikāyo vā paṃsvāgārakehi kīḷanti. Yāvakīvañca tesu paṃsvāgārakesu avigatarāgā honti avigatacchandā avigatapemā avigatapipāsā avigatapariḷāhā avigatataṇhā, tāva tāni paṃsvāgārakāni allīyanti keḷāyanti dhanāyanti mamāyanti. Yato ca kho, rādha, kumārakā vā kumārikāyo vā tesu paṃsvāgārakesu vigatarāgā honti vigatacchandā vigatapemā vigatapipāsā vigatapariḷāhā vigatataṇhā, atha kho tāni paṃsvāgārakāni hatthehi ca pādehi ca vikiranti vidhamanti viddhaṃsenti vikīḷaniyaṃ karonti. Evameva kho, rādha, tumhepi rūpaṃ vikiratha vidhamatha viddhaṃsetha vikīḷaniyaṃ karotha taṇhākkhayāya paṭipajjatha. Vedanaṃ vikiratha vidhamatha viddhaṃsetha vikīḷaniyaṃ karotha taṇhākkhayāya paṭipajjatha. Saññaṃ… saṅkhāre vikiratha vidhamatha viddhaṃsetha vikīḷaniyaṃ karotha taṇhākkhayāya paṭipajjatha. Viññāṇaṃ vikiratha vidhamatha viddhaṃsetha vikīḷaniyaṃ karotha taṇhākkhayāya paṭipajjatha. Taṇhākkhayo hi, rādha, nibbāna’’nti. Dutiyaṃ.

«Представь, Радха, маленькие мальчики или девочки играют с песчаными домиками. До тех пор, пока они не избавились от страсти, желания, привязанности, жажды, томления и вожделения к этим песчаным домикам, они привязываются к ним, играют с ними, ценят их как сокровище и считают их своими. Но когда эти мальчики или девочки избавляются от страсти, желания, привязанности, жажды, томления и вожделения к этим песчаным домикам, тогда они ломают их руками и ногами, развеивают, разрушают и прекращают игру с ними. Точно так же, Радха, и вы: развейте телесную форму, разрушьте её, сокрушите её, прекратите игру с ней, практикуйте ради уничтожения жажды. Развейте чувство… Развейте восприятие… Развейте волевые формации… Развейте сознание, разрушьте его, сокрушите его, прекратите игру с ним, практикуйте ради уничтожения жажды. Ибо уничтожение жажды, Радха, — это Ниббана». Вторая.

3. Bhavanettisuttaṃ

3. Бхаванетти-сутта

162. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinno kho āyasmā rādho bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘‘bhavanettinirodho, bhavanettinirodho’ti, bhante, vuccati. Katamā nu kho, bhante, bhavanetti, katamo bhavanettinirodho’’ti? ‘‘Rūpe kho, rādha, yo chando yo rāgo yā nandī yā taṇhā ye upayupādānā cetaso adhiṭṭhānābhinivesānusayā – ayaṃ vuccati bhavanetti. Tesaṃ nirodho bhavanettinirodho. Vedanāya… saññāya… saṅkhāresu [Pg.156]… viññāṇe yo chando…pe… adhiṭṭhānābhinivesānusayā – ayaṃ vuccati bhavanetti. Tesaṃ nirodho bhavanettinirodho’’ti. Tatiyaṃ.

162. В Саваттхи. Сидя с одной стороны, почтенный Радха обратился к Благословенному с такими словами: «Уважаемый, говорят: „проводник к существованию, проводник к существованию“. Что же такое, уважаемый, проводник к существованию, и что такое прекращение проводника к существованию?» — «Радха, желание, страсть, восторг, жажда, вовлечённость и цепляние, ментальные установки, привязанности и скрытые склонности по отношению к телесной форме — это называется проводником к существованию. Их прекращение — это прекращение проводника к существованию. Желание, страсть, восторг, жажда, вовлечённость и цепляние, ментальные установки, привязанности и скрытые склонности по отношению к чувству… восприятию… волевым формациям… сознанию — это называется проводником к существованию. Их прекращение — это прекращение проводника к существованию». Третья.

4. Pariññeyyasuttaṃ

4. Париньейя-сутта

163. Sāvatthinidānaṃ. Āyasmā rādho yena bhagavā tenupasaṅkami; upasaṅkamitvā bhagavantaṃ abhivādetvā ekamantaṃ nisīdi. Ekamantaṃ nisinnaṃ kho āyasmantaṃ rādhaṃ bhagavā etadavoca –

163. В Саваттхи. Почтенный Радха подошёл к Благословенному, поклонился ему и сел с одной стороны. К сидящему с одной стороны почтенному Радхе Благословенный обратился с такими словами:

‘‘Pariññeyye ca, rādha, dhamme desessāmi pariññañca pariññātāviṃ puggalañca. Taṃ suṇāhi, sādhukaṃ manasi karohi; bhāsissāmī’’ti. ‘‘Evaṃ, bhante’’ti kho āyasmā rādho bhagavato paccassosi. Bhagavā etadavoca – ‘‘katame ca, rādha, pariññeyyā dhammā? Rūpaṃ kho, rādha, pariññeyyo dhammo, vedanā pariññeyyo dhammo, saññā pariññeyyo dhammo, saṅkhārā pariññeyyo dhammo, viññāṇaṃ pariññeyyo dhammo. Ime vuccanti, rādha, pariññeyyā dhammā. Katamā ca, rādha, pariññā? Yo kho, rādha, rāgakkhayo dosakkhayo mohakkhayo – ayaṃ vuccati, rādha, pariññā. Katamo ca, rādha, pariññātāvī puggalo? ‘Arahā’tissa vacanīyaṃ. Yvāyaṃ āyasmā evaṃnāmo evaṃgotto – ayaṃ vuccati, rādha, pariññātāvī puggalo’’ti. Catutthaṃ.

«Радха, я преподам тебе вещи, которые должны быть полностью познаны, а также полное познание и человека, который полностью познал их. Слушай это внимательно, размышляй над этим, я буду говорить». — «Да, уважаемый», — ответил почтенный Радха Благословенному. Благословенный сказал так: «И какие же, Радха, вещи должны быть полностью познаны? Телесная форма, Радха, — это вещь, которая должна быть полностью познана. Чувство — это вещь, которая должна быть полностью познана. Восприятие — это вещь, которая должна быть полностью познана. Волевые формации — это вещь, которая должна быть полностью познана. Сознание — это вещь, которая должна быть полностью познана. Эти вещи, Радха, называются вещами, которые должны быть полностью познаны. И что же такое, Радха, полное познание? То, что является уничтожением страсти, уничтожением злобы, уничтожением заблуждения, Радха, — это называется полным познанием. И кто же такой, Радха, человек, полностью познавший их? О нём следует сказать: „Арахант“. Этот почтенный с таким-то именем и из такого-то рода — вот кто, Радха, называется человеком, полностью познавшим их». Четвёртая.

5. Samaṇasuttaṃ

5. Самана-сутта

164. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinnaṃ kho āyasmantaṃ rādhaṃ bhagavā etadavoca – ‘‘pañcime, rādha, upādānakkhandhā. Katame pañca? Rūpupādānakkhandho, vedanupādānakkhandho, saññupādānakkhandho, saṅkhārupādānakkhandho, viññāṇupādānakkhandho. Ye hi keci, rādha, samaṇā vā brāhmaṇā vā imesaṃ pañcannaṃ upādānakkhandhānaṃ assādañca ādīnavañca nissaraṇañca yathābhūtaṃ nappajānanti; na me te, rādha, samaṇā vā brāhmaṇā vā samaṇesu vā samaṇasammatā brāhmaṇesu vā brāhmaṇasammatā, na ca pana te āyasmanto sāmaññatthaṃ vā brahmaññatthaṃ vā diṭṭheva dhamme sayaṃ abhiññā sacchikatvā upasampajja viharanti. Ye ca kho keci, rādha, samaṇā vā brāhmaṇā vā imesaṃ pañcannaṃ upādānakkhandhānaṃ assādañca ādīnavañca nissaraṇañca yathābhūtaṃ pajānanti; te kho me, rādha, samaṇā vā brāhmaṇā vā samaṇesu ceva samaṇasammatā brāhmaṇesu ca brāhmaṇasammatā[Pg.157], te ca panāyasmanto sāmaññatthañca brahmaññatthañca diṭṭheva dhamme sayaṃ abhiññā sacchikatvā upasampajja viharantī’’ti. Pañcamaṃ.

164. В Саваттхи. К сидящему с одной стороны почтенному Радхе Благословенный обратился с такими словами: «Радха, есть эти пять совокупностей цепляния. Какие пять? Совокупность цепляния к телесной форме, совокупность цепляния к чувству, совокупность цепляния к восприятию, совокупность цепляния к волевым формациям, совокупность цепляния к сознанию. Те отшельники или брахманы, Радха, которые не знают в соответствии с действительностью удовольствия, опасности и освобождения в отношении этих пяти совокупностей цепляния, не считаются мною, Радха, ни отшельниками среди отшельников, ни брахманами среди брахманов, и эти почтенные не пребывают в этой самой жизни, самостоятельно познав высшим знанием, воочию узрев и достигнув плода отшельничества или плода брахманства. Но те отшельники или брахманы, Радха, которые знают в соответствии с действительностью удовольствие, опасность и освобождение в отношении этих пяти совокупностей цепляния, считаются мною, Радха, и отшельниками среди отшельников, и брахманами среди брахманов, и эти почтенные пребывают в этой самой жизни, самостоятельно познав высшим знанием, воочию узрев и достигнув плода отшельничества и плода брахманства». Пятая.

6. Dutiyasamaṇasuttaṃ

6. Вторая самана-сутта

165. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinnaṃ kho āyasmantaṃ rādhaṃ bhagavā etadavoca – ‘‘pañcime, rādha, upādānakkhandhā. Katame pañca? Rūpupādānakkhandho…pe… viññāṇupādānakkhandho. Ye hi keci, rādha, samaṇā vā brāhmaṇā vā imesaṃ pañcannaṃ upādānakkhandhānaṃ samudayañca atthaṅgamañca assādañca ādīnavañca nissaraṇañca yathābhūtaṃ nappajānanti…pe… sayaṃ abhiññā sacchikatvā upasampajja viharantī’’ti. Chaṭṭhaṃ.

165. В Саваттхи. К сидящему с одной стороны почтенному Радхе Благословенный обратился с такими словами: «Радха, есть эти пять совокупностей цепляния. Какие пять? Совокупность цепляния к телесной форме… [сокращение]… совокупность цепляния к сознанию. Те отшельники или брахманы, Радха, которые не знают в соответствии с действительностью возникновения, исчезновения, удовольствия, опасности и освобождения в отношении этих пяти совокупностей цепляния… [сокращение]… пребывают, самостоятельно познав высшим знанием, воочию узрев и достигнув этого». Шестая.

7. Sotāpannasuttaṃ

7. Сотапанна-сутта

166. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinnaṃ kho āyasmantaṃ rādhaṃ bhagavā etadavoca – ‘‘pañcime, rādha, upādānakkhandhā. Katame pañca? Rūpupādānakkhandho…pe… viññāṇupādānakkhandho. Yato kho, rādha, ariyasāvako imesaṃ pañcannaṃ upādānakkhandhānaṃ samudayañca atthaṅgamañca assādañca ādīnavañca nissaraṇañca yathābhūtaṃ pajānāti – ayaṃ vuccati, rādha, ariyasāvako sotāpanno avinipātadhammo niyato sambodhiparāyano’’ti. Sattamaṃ.

166. В Саваттхи. К сидящему с одной стороны почтенному Радхе Благословенный обратился с такими словами: «Радха, есть эти пять совокупностей цепляния. Какие пять? Совокупность цепляния к телесной форме… [сокращение]… совокупность цепляния к сознанию. Когда, Радха, благородный ученик знает в соответствии с действительностью возникновение, исчезновение, удовольствие, опасность и освобождение в отношении этих пяти совокупностей цепляния, тогда, Радха, этот благородный ученик называется вошедшим в поток (сотапанной), не подверженным падению в низшие миры, утвердившимся на верном пути, устремлённым к пробуждению». Седьмая.

8. Arahantasuttaṃ

8. Араханта-сутта

167. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinnaṃ kho āyasmantaṃ rādhaṃ bhagavā etadavoca – ‘‘pañcime, rādha, upādānakkhandhā. Katame pañca? Rūpupādānakkhandho…pe… viññāṇupādānakkhandho. Yato kho, rādha, bhikkhu imesaṃ pañcannaṃ upādānakkhandhānaṃ samudayañca atthaṅgamañca assādañca ādīnavañca nissaraṇañca yathābhūtaṃ viditvā anupādāvimutto hoti – ayaṃ vuccati, rādha, arahaṃ khīṇāsavo vusitavā katakaraṇīyo ohitabhāro anuppattasadattho parikkhīṇabhavasaṃyojano sammadaññāvimutto’’ti. Aṭṭhamaṃ.

167. В Саваттхи. К сидящему с одной стороны почтенному Радхе Благословенный обратился с такими словами: «Радха, есть эти пять совокупностей цепляния. Какие пять? Совокупность цепляния к телесной форме… [сокращение]… совокупность цепляния к сознанию. Когда, Радха, монах, познав в соответствии с действительностью возникновение, исчезновение, удовольствие, опасность и освобождение в отношении этих пяти совокупностей цепляния, освобождается без цепляния, тогда, Радха, этот монах называется арахантом, чьи влечения уничтожены, кто прожил святую жизнь, сделал то, что надлежало сделать, сбросил бремя, достиг своей цели, полностью уничтожил оковы существования и освободился благодаря совершенному знанию». Восьмая.

9. Chandarāgasuttaṃ

9. Чандарага-сутта

168. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinnaṃ kho āyasmantaṃ rādhaṃ bhagavā etadavoca – ‘‘rūpe kho, rādha, yo chando yo rāgo yā nandī yā taṇhā, taṃ pajahatha. Evaṃ taṃ rūpaṃ pahīnaṃ bhavissati ucchinnamūlaṃ tālāvatthukataṃ anabhāvaṃkataṃ āyatiṃ anuppādadhammaṃ. Vedanāya yo [Pg.158] chando yo rāgo yā nandī yā taṇhā, taṃ pajahatha. Evaṃ sā vedanā pahīnā bhavissati ucchinnamūlā tālāvatthukatā anabhāvaṃkatā āyatiṃ anuppādadhammā. Saññāya… saṅkhāresu yo chando yo rāgo yā nandī yā taṇhā, taṃ pajahatha. Evaṃ te saṅkhārā pahīnā bhavissanti ucchinnamūlā tālāvatthukatā anabhāvaṃkatā āyatiṃ anuppādadhammā. Viññāṇe yo chando yo rāgo yā nandī yā taṇhā, taṃ pajahatha. Evaṃ taṃ viññāṇaṃ pahīnaṃ bhavissati…pe… anuppādadhamma’’nti. Navamaṃ.

168. В Саваттхи. Когда почтенный Радха сел рядом, Благословенный обратился к нему с такими словами: «Радха, отбросьте то желание, ту страсть, тот восторг, ту жажду, что есть к форме. Когда они будут отброшены, эта форма будет устранена, с подрезанными корнями, подобно пальме, выкорчеванной из почвы, лишена возможности существования, не подвержена возникновению в будущем. Отбросьте то желание, ту страсть, тот восторг, ту жажду, что есть к чувству. Когда они будут отброшены, это чувство будет устранено, с подрезанными корнями, подобно пальме, выкорчеванной из почвы, лишено возможности существования, не подвержено возникновению в будущем. К восприятию... Отбросьте то желание, ту страсть, тот восторг, ту жажду, что есть к волевым формированиям. Когда они будут отброшены, эти волевые формирования будут устранены, с подрезанными корнями, подобно пальме, выкорчеванной из почвы, лишены возможности существования, не подвержены возникновению в будущем. Отбросьте то желание, ту страсть, тот восторг, ту жажду, что есть к сознанию. Когда они будут отброшены, это сознание будет устранено... [и так далее]... не подвержено возникновению в будущем». Девятое.

10. Dutiyachandarāgasuttaṃ

10. Вторая сутта о желании и страсти

169. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinnaṃ kho āyasmantaṃ rādhaṃ bhagavā etadavoca – ‘‘rūpe kho, rādha, yo chando yo rāgo yā nandī yā taṇhā ye upayupādānā cetaso adhiṭṭhānābhinivesānusayā, te pajahatha. Evaṃ taṃ rūpaṃ pahīnaṃ bhavissati ucchinnamūlaṃ tālāvatthukataṃ anabhāvaṃkataṃ āyatiṃ anuppādadhammaṃ. Vedanāya yo chando yo rāgo yā nandī yā taṇhā ye upayupādānā cetaso adhiṭṭhānābhinivesānusayā, te pajahatha. Evaṃ sā vedanā pahīnā bhavissati ucchinnamūlā tālāvatthukatā anabhāvaṃkatā āyatiṃ anuppādadhammā. Saññāya… saṅkhāresu yo chando yo rāgo yā nandī yā taṇhā ye upayupādānā cetaso adhiṭṭhānābhinivesānusayā, te pajahatha. Evaṃ te saṅkhārā pahīnā bhavissanti ucchinnamūlā tālāvatthukatā anabhāvaṃkatā āyatiṃ anuppādadhammā. Viññāṇe yo chando yo rāgo yā nandī yā taṇhā ye upayupādānā cetaso adhiṭṭhānābhinivesānusayā, te pajahatha. Evaṃ taṃ viññāṇaṃ pahīnaṃ bhavissati ucchinnamūlaṃ tālāvatthukataṃ anabhāvaṃkataṃ āyatiṃ anuppādadhamma’’nti. Dasamaṃ.

169. В Саваттхи. Когда почтенный Радха сел рядом, Благословенный обратился к нему с такими словами: «Радха, отбросьте то желание, ту страсть, тот восторг, ту жажду, те устремления и цепляния, те ментальные установки, привязанности и скрытые склонности ума, что есть к форме. Когда они будут отброшены, эта форма будет устранена, с подрезанными корнями, подобно пальме, выкорчеванной из почвы, лишена возможности существования, не подвержена возникновению в будущем. Отбросьте то желание, ту страсть, тот восторг, ту жажду, те устремления и цепляния, те ментальные установки, привязанности и скрытые склонности ума, что есть к чувству. Когда они будут отброшены, это чувство будет устранено, с подрезанными корнями, подобно пальме, выкорчеванной из почвы, лишено возможности существования, не подвержено возникновению в будущем. К восприятию... Отбросьте то желание, ту страсть, тот восторг, ту жажду, те устремления и цепляния, те ментальные установки, привязанности и скрытые склонности ума, что есть к волевым формированиям. Когда они будут отброшены, эти волевые формирования будут устранены, с подрезанными корнями, подобно пальме, выкорчеванной из почвы, лишены возможности существования, не подвержены возникновению в будущем. Отбросьте то желание, ту страсть, тот восторг, ту жажду, те устремления и цепляния, те ментальные установки, привязанности и скрытые склонности ума, что есть к сознанию. Когда они будут отброшены, это сознание будет устранено, с подрезанными корнями, подобно пальме, выкорчеванной из почвы, лишено возможности существования, не подвержено возникновению в будущем». Десятое.

Rādhasaṃyuttassa paṭhamo vaggo.

Первая глава Радха-саньютты.

Tassuddānaṃ –

Оглавление:

Māro satto bhavanetti, pariññeyyā samaṇā duve;

Sotāpanno arahā ca, chandarāgāpare duveti.

Мара, существо, проводник к существованию, то, что должно быть полностью познано, две о саманах; вступивший в поток, арахант и ещё две о желании и страсти.

2. Dutiyavaggo

2. Вторая глава

1. Mārasuttaṃ

1. Сутта о Маре

170. Sāvatthinidānaṃ[Pg.159]. Ekamantaṃ nisinno kho āyasmā rādho bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘‘māro, māro’ti, bhante, vuccati. Katamo nu kho, bhante, māro’’ti? ‘‘Rūpaṃ kho, rādha, māro, vedanā māro, saññā māro, saṅkhārā māro, viññāṇaṃ māro. Evaṃ passaṃ, rādha, sutavā ariyasāvako rūpasmimpi nibbindati, vedanāyapi nibbindati, saññāyapi nibbindati, saṅkhāresupi nibbindati, viññāṇasmimpi nibbindati. Nibbindaṃ virajjati; virāgā vimuccati. Vimuttasmiṃ vimuttamiti ñāṇaṃ hoti. ‘Khīṇā jāti, vusitaṃ brahmacariyaṃ, kataṃ karaṇīyaṃ, nāparaṃ itthattāyā’ti pajānātī’’ti. Paṭhamaṃ.

170. В Саваттхи. Почтенный Радха, сев рядом, обратился к Благословенному: «Достопочтенный, говорят: „Мара, Мара“. Что же такое, Достопочтенный, этот Мара?» «Радха, форма — это Мара, чувство — это Мара, восприятие — это Мара, волевые формирования — это Мара, сознание — это Мара. Видя так, Радха, обученный благородный ученик испытывает разочарование в форме, испытывает разочарование в чувстве, испытывает разочарование в восприятии, испытывает разочарование в волевых формированиях, испытывает разочарование в сознании. Испытывая разочарование, он становится бесстрастным. Благодаря бесстрастию он освобождается. Когда он освобождён, возникает знание: „Освобождён“. Он постигает: „Рождение прекращено, святая жизнь прожита, сделано то, что должно быть сделано, не осталось ничего более для этого состояния бытия“». Первая.

2. Māradhammasuttaṃ

2. Сутта о том, что подвержено Маре

171. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinno kho āyasmā rādho bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘‘māradhammo, māradhammo’ti, bhante, vuccati. Katamo nu kho, bhante, māradhammo’’ti? ‘‘Rūpaṃ kho, rādha, māradhammo, vedanā māradhammo, saññā māradhammo, saṅkhārā māradhammo, viññāṇaṃ māradhammo. Evaṃ passaṃ…pe… nāparaṃ itthattāyāti pajānātī’’ti. Dutiyaṃ.

171. В Саваттхи. Почтенный Радха, сев рядом, обратился к Благословенному: «Достопочтенный, говорят: „подверженное Маре, подверженное Маре“. Что же такое, Достопочтенный, подверженное Маре?» «Радха, форма подвержена Маре, чувство подвержено Маре, восприятие подвержено Маре, волевые формирования подвержены Маре, сознание подвержено Маре. Видя так... [и так далее]... он постигает: „...нет ничего более для этого состояния бытия“». Вторая.

3. Aniccasuttaṃ

3. Сутта о непостоянстве

172. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinno kho āyasmā rādho bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘‘aniccaṃ, anicca’nti, bhante, vuccati. Katamaṃ nu kho, bhante, anicca’’nti? ‘‘Rūpaṃ kho, rādha, aniccaṃ, vedanā aniccā, saññā aniccā, saṅkhārā aniccā, viññāṇaṃ aniccaṃ. Evaṃ passaṃ…pe… nāparaṃ itthattāyāti pajānātī’’ti. Tatiyaṃ.

172. В Саваттхи. Почтенный Радха, сев рядом, обратился к Благословенному: «Достопочтенный, говорят: „непостоянное, непостоянное“. Что же такое, Достопочтенный, непостоянное?» «Радха, форма непостоянна, чувство непостоянно, восприятие непостоянно, волевые формирования непостоянны, сознание непостоянно. Видя так... [и так далее]... он постигает: „...нет ничего более для этого состояния бытия“». Третья.

4. Aniccadhammasuttaṃ

4. Сутта о том, что подвержено непостоянству

173. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinno kho āyasmā rādho bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘‘aniccadhammo, aniccadhammo’ti, bhante, vuccati. Katamo nu kho, bhante, aniccadhammo’’ti? ‘‘Rūpaṃ kho, rādha, aniccadhammo, vedanā aniccadhammo, saññā aniccadhammo, saṅkhārā aniccadhammo, viññāṇaṃ aniccadhammo. Evaṃ passaṃ…pe… nāparaṃ itthattāyāti pajānātī’’ti. Catutthaṃ.

173. В Саваттхи. Почтенный Радха, сев рядом, обратился к Благословенному: «Достопочтенный, говорят: „подверженное непостоянству, подверженное непостоянству“. Что же такое, Достопочтенный, подверженное непостоянству?» «Радха, форма подвержена непостоянству, чувство подвержено непостоянству, восприятие подвержено непостоянству, волевые формирования подвержены непостоянству, сознание подвержено непостоянству. Видя так... [и так далее]... он постигает: „...нет ничего более для этого состояния бытия“». Четвёртая.

5. Dukkhasuttaṃ

5. Сутта о страдании

174. Sāvatthinidānaṃ[Pg.160]. Ekamantaṃ nisinno kho āyasmā rādho bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘‘dukkhaṃ, dukkha’nti, bhante, vuccati. Katamaṃ nu kho, bhante, dukkha’’nti? ‘‘Rūpaṃ kho, rādha, dukkhaṃ, vedanā dukkhā, saññā dukkhā, saṅkhārā dukkhā, viññāṇaṃ dukkhaṃ. Evaṃ passaṃ…pe… nāparaṃ itthattāyāti pajānātī’’ti. Pañcamaṃ.

174. В Саваттхи. Почтенный Радха, сев рядом, обратился к Благословенному: «Достопочтенный, говорят: „страдание, страдание“. Что же такое, Достопочтенный, страдание?» «Радха, форма — это страдание, чувство — это страдание, восприятие — это страдание, волевые формирования — это страдание, сознание — это страдание. Видя так... [и так далее]... он постигает: „...нет ничего более для этого состояния бытия“». Пятая.

6. Dukkhadhammasuttaṃ

6. Сутта о том, что подвержено страданию

175. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinno kho āyasmā rādho bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘‘dukkhadhammo, dukkhadhammo’ti, bhante, vuccati. Katamo nu kho, bhante, dukkhadhammo’’ti? ‘‘Rūpaṃ kho, rādha, dukkhadhammo, vedanā dukkhadhammo, saññā dukkhadhammo, saṅkhārā dukkhadhammo, viññāṇaṃ dukkhadhammo. Evaṃ passaṃ…pe… nāparaṃ itthattāyāti pajānātī’’ti. Chaṭṭhaṃ.

175. В Саваттхи. Почтенный Радха, сев рядом, обратился к Благословенному: «Достопочтенный, говорят: „подверженное страданию, подверженное страданию“. Что же такое, Достопочтенный, подверженное страданию?» «Радха, форма подвержена страданию, чувство подвержено страданию, восприятие подвержено страданию, волевые формирования подвержены страданию, сознание подвержено страданию. Видя так... [и так далее]... он постигает: „...нет ничего более для этого состояния бытия“». Шестая.

7. Anattasuttaṃ

7. Сутта о безличности

176. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinno kho āyasmā rādho bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘‘anattā, anattā’ti, bhante, vuccati. Katamo nu kho, bhante, anattā’’ti? ‘‘Rūpaṃ kho, rādha, anattā, vedanā anattā, saññā anattā, saṅkhārā anattā, viññāṇaṃ anattā. Evaṃ passaṃ…pe… nāparaṃ itthattāyāti pajānātī’’ti. Sattamaṃ.

176. В Саваттхи. Почтенный Радха, сев рядом, обратился к Благословенному: «Достопочтенный, говорят: „безличное, безличное“. Что же такое, Достопочтенный, безличное?» «Радха, форма безлична, чувство безлично, восприятие безлично, волевые формирования безличны, сознание безлично. Видя так... [и так далее]... он постигает: „...нет ничего более для этого состояния бытия“». Седьмая.

8. Anattadhammasuttaṃ

8. Сутта о том, что подвержено безличности

177. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinno kho āyasmā rādho bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘‘anattadhammo, anattadhammo’ti, bhante, vuccati. Katamo nu kho, bhante, anattadhammo’’ti? ‘‘Rūpaṃ kho, rādha, anattadhammo, vedanā anattadhammo, saññā anattadhammo, saṅkhārā anattadhammo, viññāṇaṃ anattadhammo. Evaṃ passaṃ…pe… nāparaṃ itthattāyāti pajānātī’’ti. Aṭṭhamaṃ.

177. В Саваттхи. Почтенный Радха, сев рядом, обратился к Благословенному: «Достопочтенный, говорят: „подверженное безличности, подверженное безличности“. Что же такое, Достопочтенный, подверженное безличности?» «Радха, форма подвержена безличности, чувство подвержено безличности, восприятие подвержено безличности, волевые формирования подвержены безличности, сознание подвержено безличности. Видя так... [и так далее]... он постигает: „...нет ничего более для этого состояния бытия“». Восьмая.

9.Khayadhammasuttaṃ

9. Сутта о том, что подвержено разрушению

178. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinno kho āyasmā rādho bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘‘khayadhammo, khayadhammo’ti, bhante, vuccati. Katamo nu kho, bhante, khayadhammo’’ti? ‘‘Rūpaṃ kho, rādha, khayadhammo, vedanā khayadhammo, saññā [Pg.161] khayadhammo, saṅkhārā khayadhammo, viññāṇaṃ khayadhammo. Evaṃ passaṃ…pe… nāparaṃ itthattāyāti pajānātī’’ti. Navamaṃ.

178. В Саваттхи. Почтенный Радха, сев рядом, обратился к Благословенному: «Достопочтенный, говорят: „подверженное разрушению, подверженное разрушению“. Что же такое, Достопочтенный, подверженное разрушению?» «Радха, форма подвержена разрушению, чувство подвержено разрушению, восприятие подвержено разрушению, волевые формирования подвержены разрушению, сознание подвержено разрушению. Видя так... [и так далее]... он постигает: „...нет ничего более для этого состояния бытия“». Девятая.

10. Vayadhammasuttaṃ

10. Сутта о том, что подвержено исчезновению

179. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinno kho āyasmā rādho bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘‘vayadhammo, vayadhammo’ti, bhante, vuccati. Katamo nu kho, bhante, vayadhammo’’ti? ‘‘Rūpaṃ kho, rādha, vayadhammo, vedanā vayadhammo, saññā vayadhammo, saṅkhārā vayadhammo, viññāṇaṃ vayadhammo. Evaṃ passaṃ…pe… nāparaṃ itthattāyāti pajānātī’’ti. Dasamaṃ.

179. В Саваттхи. Почтенный Радха, сев рядом, обратился к Благословенному: «Достопочтенный, говорят: „подверженное исчезновению, подверженное исчезновению“. Что же такое, Достопочтенный, подверженное исчезновению?» «Радха, форма подвержена исчезновению, чувство подвержено исчезновению, восприятие подвержено исчезновению, волевые формирования подвержены исчезновению, сознание подвержено исчезновению. Видя так... [и так далее]... он постигает: „...нет ничего более для этого состояния бытия“». Десятая.

11. Samudayadhammasuttaṃ

11. Сутта о том, что подвержено возникновению

180. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinno kho āyasmā rādho bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘‘samudayadhammo, samudayadhammo’ti, bhante, vuccati. Katamo nu kho, bhante, samudayadhammo’’ti? ‘‘Rūpaṃ kho, rādha, samudayadhammo, vedanā samudayadhammo, saññā samudayadhammo, saṅkhārā samudayadhammo, viññāṇaṃ samudayadhammo. Evaṃ passaṃ…pe… nāparaṃ itthattāyāti pajānātī’’ti. Ekādasamaṃ.

180. В Саваттхи. Почтенный Радха, сев рядом, обратился к Благословенному: «Достопочтенный, говорят: „подверженное возникновению, подверженное возникновению“. Что же такое, Достопочтенный, подверженное возникновению?» «Радха, форма подвержена возникновению, чувство подвержено возникновению, восприятие подвержено возникновению, волевые формирования подвержены возникновению, сознание подвержено возникновению. Видя так... [и так далее]... он постигает: „...нет ничего более для этого состояния бытия“». Одиннадцатая.

12. Nirodhadhammasuttaṃ

12. Сутта о том, что подвержено прекращению

181. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinno kho āyasmā rādho bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘‘nirodhadhammo, nirodhadhammo’ti, bhante, vuccati. Katamo nu kho, bhante, nirodhadhammo’’ti? ‘‘Rūpaṃ kho, rādha, nirodhadhammo, vedanā nirodhadhammo, saññā nirodhadhammo, saṅkhārā nirodhadhammo, viññāṇaṃ nirodhadhammo. Evaṃ passaṃ…pe… nāparaṃ itthattāyāti pajānātī’’ti. Dvādasamaṃ.

181. В Саваттхи. Почтенный Радха, сев рядом, обратился к Благословенному: «Достопочтенный, говорят: „подверженное прекращению, подверженное прекращению“. Что же такое, Достопочтенный, подверженное прекращению?» «Радха, форма подвержена прекращению, чувство подвержено прекращению, восприятие подвержено прекращению, волевые формирования подвержены прекращению, сознание подвержено прекращению. Видя так... [и так далее]... он постигает: „...нет ничего более для этого состояния бытия“». Двенадцатая.

Rādhasaṃyuttassa dutiyo vaggo.

Вторая глава Радха-саньютты.

Tassuddānaṃ –

Оглавление:

Māro ca māradhammo ca, aniccena apare duve;

Dukkhena ca duve vuttā, anattena tatheva ca;

Khayavayasamudayaṃ, nirodhadhammena dvādasāti.

Мара и то, что подвержено Маре, ещё две о непостоянстве; две сказаны о страдании, и точно так же две о безличности; подверженное разрушению, исчезновению, возникновению и прекращению — всего двенадцать.

3. Āyācanavaggo

3. Глава о просьбе

1-11. Mārādisuttaekādasakaṃ

1-11. Одиннадцать сутт, начиная с сутты о Маре

182. Sāvatthinidānaṃ[Pg.162]. Ekamantaṃ nisinno kho āyasmā rādho bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘sādhu me, bhante, bhagavā saṃkhittena dhammaṃ desetu, yamahaṃ bhagavato dhammaṃ sutvā eko vūpakaṭṭho appamatto ātāpī pahitatto vihareyya’’nti.

182. В Саваттхи. Почтенный Радха, сев рядом, обратился к Благословенному: «Было бы хорошо, Достопочтенный, если бы Благословенный кратко преподал мне Дхамму, чтобы, услышав Дхамму от Благословенного, я мог пребывать в уединении, обособленным, прилежным, ревностным и решительным».

‘‘Yo kho, rādha, māro; tatra te chando pahātabbo, rāgo pahātabbo, chandarāgo pahātabbo. Ko ca, rādha, māro? Rūpaṃ kho, rādha, māro; tatra te chando pahātabbo, rāgo pahātabbo, chandarāgo pahātabbo. Vedanā māro; tatra te chando pahātabbo…pe… saññā māro; tatra te chando pahātabbo…pe… saṅkhārā māro; tatra te chando pahātabbo…pe… viññāṇaṃ māro; tatra te chando pahātabbo…pe… yo kho, rādha, māro; tatra te chando pahātabbo, rāgo pahātabbo, chandarāgo pahātabbo’’ti.

«Радха, к тому, что является Марой, ты должен отбросить желание, отбросить страсть, отбросить желание и страсть. И что же, Радха, является Марой? Форма, Радха, — это Мара; к ней ты должен отбросить желание, отбросить страсть, отбросить желание и страсть. Чувство — это Мара; к нему ты должен отбросить желание... [и так далее]... Восприятие — это Мара; к нему ты должен отбросить желание... [и так далее]... Волевые формирования — это Мара; к ним ты должен отбросить желание... [и так далее]... Сознание — это Мара; к нему ты должен отбросить желание... [и так далее]... Радха, к тому, что является Марой, ты должен отбросить желание, отбросить страсть, отбросить желание и страсть».

183. Yo kho, rādha, māradhammo; tatra te chando pahātabbo, rāgo pahātabbo, chandarāgo pahātabbo…pe….

183. «Радха, к тому, что подвержено Маре, ты должен отбросить желание, отбросить страсть, отбросить желание и страсть... [и так далее]...»

184. Yaṃ kho, rādha, aniccaṃ…pe….

184. «Радха, к тому, что непостоянно... [и так далее]...»

185. Yo kho, rādha, aniccadhammo…pe….

185. «Радха, к тому, что подвержено непостоянству... [и так далее]...»

186. Yaṃ kho, rādha, dukkhaṃ…pe….

186. «Радха, к тому, что является страданием... [и так далее]...»

187. Yo kho, rādha, dukkhadhammo…pe….

187. «Радха, к тому, что подвержено страданию... [и так далее]...»

188. Yo kho, rādha, anattā…pe….

188. «Радха, к тому, что безлично... [и так далее]...»

189. Yo [Pg.163] kho, rādha, anattadhammo…pe….

189. «Радха, к тому, что подвержено безличности... [и так далее]...»

190. Yo kho, rādha, khayadhammo…pe….

190. «Радха, к тому, что подвержено разрушению... [и так далее]...»

191. Yo kho, rādha, vayadhammo…pe….

191. «Радха, к тому, что подвержено исчезновению... [и так далее]...»

192. Yo kho, rādha, samudayadhammo; tatra te chando pahātabbo, rāgo pahātabbo, chandarāgo pahātabbo…pe….

192. «Радха, к тому, что подвержено возникновению, ты должен отбросить желание, отбросить страсть, отбросить желание и страсть... [и так далее]...»

12. Nirodhadhammasuttaṃ

12. Сутта о том, что подвержено прекращению

193. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinno kho āyasmā rādho bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘sādhu me, bhante, bhagavā saṃkhittena dhammaṃ desetu, yamahaṃ bhagavato dhammaṃ sutvā eko vūpakaṭṭho appamatto ātāpī pahitatto vihareyya’’nti.

193. В Саваттхи. Почтенный Радха, сев рядом, обратился к Благословенному: «Было бы хорошо, Достопочтенный, если бы Благословенный кратко преподал мне Дхамму, чтобы, услышав Дхамму от Благословенного, я мог пребывать в уединении, обособленным, прилежным, ревностным и решительным».

‘‘Yo kho, rādha, nirodhadhammo; tatra te chando pahātabbo, rāgo pahātabbo, chandarāgo pahātabbo. Ko ca, rādha, nirodhadhammo? Rūpaṃ kho, rādha, nirodhadhammo; tatra te chando pahātabbo…pe… vedanā nirodhadhammo; tatra te chando pahātabbo…pe… saññā nirodhadhammo; tatra te chando pahātabbo…pe… saṅkhārā nirodhadhammo; tatra te chando pahātabbo…pe… viññāṇaṃ nirodhadhammo; tatra te chando pahātabbo…pe… yo kho, rādha, nirodhadhammo; tatra te chando pahātabbo, rāgo pahātabbo, chandarāgo pahātabbo’’ti.

«Радха, то, что подвержено прекращению — в отношении этого тебе следует оставить желание, тебе следует оставить страсть, тебе следует оставить желание и страсть. И что же, Радха, подвержено прекращению? Форма, Радха, подвержена прекращению; в отношении неё тебе следует оставить желание… [и т. д.]… чувство подвержено прекращению; в отношении него тебе следует оставить желание… [и т. д.]… восприятие подвержено прекращению; в отношении него тебе следует оставить желание… [и т. д.]… волевые формирователи подвержены прекращению; в отношении них тебе следует оставить желание… [и т. д.]… сознание подвержено прекращению; в отношении него тебе следует оставить желание… [и т. д.]… Радха, то, что подвержено прекращению — в отношении этого тебе следует оставить желание, тебе следует оставить страсть, тебе следует оставить желание и страсть».

Āyācanavaggo tatiyo.

Третья глава, [называемая] Аячана.

Tassuddānaṃ –

Её оглавление:

Māro ca māradhammo ca, aniccena apare duve;

Dukkhena ca duve vuttā, anattena tatheva ca;

Khayavayasamudayaṃ, nirodhadhammena dvādasāti.

«Мара» и «Подверженное Маре», ещё две с «непостоянным», две изречены с «страданием», и точно так же с «безличностным»; «исчезновение», «угасание», «возникновение» и вместе с «подверженным прекращению» — [всего] двенадцать.

4. Upanisinnavaggo

4. Глава Упанисинна

1-11. Mārādisuttaekādasakaṃ

1-11. Одиннадцать сутт, начиная с «Мары»

194. Sāvatthinidānaṃ[Pg.164]. Ekamantaṃ nisinnaṃ kho āyasmantaṃ rādhaṃ bhagavā etadavoca – ‘‘yo kho, rādha, māro; tatra te chando pahātabbo, rāgo pahātabbo, chandarāgo pahātabbo. Ko ca, rādha, māro? Rūpaṃ kho, rādha, māro; tatra te chando pahātabbo…pe… viññāṇaṃ māro; tatra te chando pahātabbo…pe… yo kho, rādha, māro; tatra te chando pahātabbo, rāgo pahātabbo, chandarāgo pahātabbo’’ti.

194. В Саваттхи. Благословенный обратился к почтенному Радхе, когда тот сидел рядом: «Радха, то, что является Марой — в отношении этого тебе следует оставить желание, тебе следует оставить страсть, тебе следует оставить желание и страсть. И что же, Радха, является Марой? Форма, Радха, — это Мара; в отношении неё тебе следует оставить желание… [и т. д.]… сознание — это Мара; в отношении него тебе следует оставить желание… [и т. д.]… Радха, то, что является Марой — в отношении этого тебе следует оставить желание, тебе следует оставить страсть, тебе следует оставить желание и страсть».

195. Yo kho, rādha, māradhammo; tatra te chando pahātabbo, rāgo pahātabbo, chandarāgo pahātabbo…pe….

195. «Радха, то, что подвержено Маре — в отношении этого тебе следует оставить желание, тебе следует оставить страсть, тебе следует оставить желание и страсть… [и т. д.]…»

196. Yaṃ kho, rādha, aniccaṃ…pe….

196. «Радха, то, что непостоянно… [и т. д.]…»

197. Yo kho, rādha, aniccadhammo…pe….

197. «Радха, то, что подвержено непостоянству… [и т. д.]…»

198. Yaṃ kho, rādha, dukkhaṃ…pe….

198. «Радха, то, что является страданием… [и т. д.]…»

199. Yo kho, rādha, dukkhadhammo…pe….

199. «Радха, то, что подвержено страданию… [и т. д.]…»

200. Yo kho, rādha, anattā…pe….

200. «Радха, то, что является безличностным… [и т. д.]…»

201. Yo kho, rādha, anattadhammo…pe….

201. «Радха, то, что подвержено безличностности… [и т. д.]…»

202. Yo kho, rādha, khayadhammo…pe….

202. «Радха, то, что подвержено исчезновению… [и т. д.]…»

203. Yo kho, rādha, vayadhammo…pe….

203. «Радха, то, что подвержено угасанию… [и т. д.]…»

204. Yo kho, rādha, samudayadhammo; tatra te chando pahātabbo, rāgo pahātabbo, chandarāgo pahātabbo…pe….

204. «Радха, то, что подвержено возникновению — в отношении этого тебе следует оставить желание, тебе следует оставить страсть, тебе следует оставить желание и страсть… [и т. д.]…»

12. Nirodhadhammasuttaṃ

12. Ниродхадхамма сутта

205. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinnaṃ kho āyasmantaṃ rādhaṃ bhagavā etadavoca – ‘‘yo kho, rādha, nirodhadhammo; tatra te chando pahātabbo, rāgo pahātabbo, chandarāgo pahātabbo. Ko ca, rādha, nirodhadhammo? Rūpaṃ [Pg.165] kho, rādha, nirodhadhammo; tatra te chando pahātabbo, rāgo pahātabbo, chandarāgo pahātabbo. Vedanā…pe… saññā…pe… saṅkhārā…pe… viññāṇaṃ nirodhadhammo; tatra te chando pahātabbo, rāgo pahātabbo, chandarāgo pahātabbo. Yo kho, rādha, nirodhadhammo; tatra te chando pahātabbo, rāgo pahātabbo, chandarāgo pahātabbo’’ti.

205. В Саваттхи. Благословенный обратился к почтенному Радхе, когда тот сидел рядом: «Радха, то, что подвержено прекращению — в отношении этого тебе следует оставить желание, тебе следует оставить страсть, тебе следует оставить желание и страсть. И что же, Радха, подвержено прекращению? Форма, Радха, подвержена прекращению; в отношении неё тебе следует оставить желание, тебе следует оставить страсть, тебе следует оставить желание и страсть. Чувство… восприятие… волевые формирователи… сознание подвержено прекращению; в отношении него тебе следует оставить желание, тебе следует оставить страсть, тебе следует оставить желание и страсть. Радха, то, что подвержено прекращению — в отношении этого тебе следует оставить желание, тебе следует оставить страсть, тебе следует оставить желание и страсть».

Upanisinnavaggo catuttho.

Четвёртая глава, [называемая] Упанисинна.

Tassuddānaṃ –

Её оглавление:

Māro ca māradhammo ca, aniccena apare duve;

Dukkhena ca duve vuttā, anattena tatheva ca;

Khayavayasamudayaṃ, nirodhadhammena dvādasāti.

Rādhasaṃyuttaṃ samattaṃ.

Радха-самьютта завершена.

3. Diṭṭhisaṃyuttaṃ

3. Диттхи-самьютта

1. Sotāpattivaggo

1. Глава Сотапатти

1. Vātasuttaṃ

1. Вата сутта

206. Ekaṃ [Pg.166] samayaṃ bhagavā sāvatthiyaṃ viharati jetavane. Bhagavā etadavoca – ‘‘kismiṃ nu kho, bhikkhave, sati, kiṃ upādāya, kiṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘na vātā vāyanti, na najjo sandanti, na gabbhiniyo vijāyanti, na candimasūriyā udenti vā apenti vā esikaṭṭhāyiṭṭhitā’’’ti?

206. Однажды Благословенный пребывал в Саваттхи, в роще Джеты. Там Благословенный обратился к бхиккху: «Бхиккху, при наличии чего, цепляясь за что, укореняясь в чём, возникает такое воззрение: „Ветры не дуют, реки не текут, беременные женщины не рожают, луна и солнце не восходят и не заходят, но стоят неподвижно, подобно столбам“?»

‘‘Bhagavaṃmūlakā no, bhante, dhammā bhagavaṃnettikā bhagavaṃpaṭisaraṇā. Sādhu vata, bhante, bhagavantaññeva paṭibhātu etassa bhāsitassa attho. Bhagavato sutvā bhikkhū dhāressantī’’ti. ‘‘Tena hi, bhikkhave, suṇātha, sādhukaṃ manasi karotha; bhāsissāmī’’ti. ‘‘Evaṃ, bhante’’ti kho te bhikkhū bhagavato paccassosuṃ. Bhagavā etadavoca –

«Учитель, наши учения укоренены в Благословенном, ведомы Благословенным, находят прибежище в Благословенном. Было бы хорошо, если бы Благословенный сам разъяснил значение этих слов. Услышав это от Благословенного, бхиккху запомнят это». — «В таком случае, бхиккху, слушайте внимательно и размышляйте; я буду говорить». — «Да, Учитель», — ответили те бхиккху Благословенному. Благословенный сказал следующее:

‘‘Rūpe kho, bhikkhave, sati, rūpaṃ upādāya, rūpaṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘na vātā vāyanti, na najjo sandanti, na gabbhiniyo vijāyanti, na candimasūriyā udenti vā apenti vā esikaṭṭhāyiṭṭhitā’ti. Vedanāya sati…pe… saññāya sati… saṅkhāresu sati… viññāṇe sati, viññāṇaṃ upādāya, viññāṇaṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘na vātā vāyanti, na najjo sandanti, na gabbhiniyo vijāyanti, na candimasūriyā udenti vā apenti vā esikaṭṭhāyiṭṭhitā’ti. Taṃ kiṃ maññatha, bhikkhave, rūpaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ, dukkhaṃ vā taṃ sukhaṃ vā’’ti? ‘‘Dukkhaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ, dukkhaṃ vipariṇāmadhammaṃ, api nu taṃ anupādāya evaṃ diṭṭhi uppajjeyya – ‘na vātā vāyanti, na najjo sandanti, na gabbhiniyo vijāyanti, na candimasūriyā udenti vā apenti vā esikaṭṭhāyiṭṭhitā’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’.

«Бхиккху, при наличии формы, цепляясь за форму, укореняясь в форме, возникает такое воззрение: „Ветры не дуют, реки не текут, беременные женщины не рожают, луна и солнце не восходят и не заходят, но стоят неподвижно, подобно столбам“. При наличии чувства… при наличии восприятия… при наличии волевых формирователей… при наличии сознания, цепляясь за сознание, укореняясь в сознании, возникает такое воззрение: „Ветры не дуют, реки не текут, беременные женщины не рожают, луна и солнце не восходят и не заходят, но стоят неподвижно, подобно столбам“. Как вы думаете, бхиккху, форма постоянна или непостоянна?» — «Непостоянна, Учитель». — «А то, что непостоянно — приносит ли оно страдание или счастье?» — «Страдание, Учитель». — «Но без цепляния за то, что непостоянно, подвержено страданию и изменению, могло бы возникнуть такое воззрение: „Ветры не дуют, реки не текут, беременные женщины не рожают, луна и солнце не восходят и не заходят, но стоят неподвижно, подобно столбам“?» — «Нет, Учитель».

‘‘Vedanā niccā vā aniccā vā’’ti… ‘‘saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ dukkhaṃ vā taṃ sukhaṃ vā’’ti? ‘‘Dukkhaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ dukkhaṃ vipariṇāmadhammaṃ, api nu taṃ anupādāya evaṃ diṭṭhi uppajjeyya – ‘na vātā vāyanti, na najjo sandanti, na gabbhiniyo vijāyanti, na candimasūriyā udenti [Pg.167] vā apenti vā esikaṭṭhāyiṭṭhitā’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Yampidaṃ diṭṭhaṃ sutaṃ mutaṃ viññātaṃ pattaṃ pariyesitaṃ anuvicaritaṃ manasā tampi niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ dukkhaṃ vā taṃ sukhaṃ vā’’ti? ‘‘Dukkhaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ dukkhaṃ vipariṇāmadhammaṃ, api nu taṃ anupādāya evaṃ diṭṭhi uppajjeyya – ‘na vātā vāyanti, na najjo sandanti, na gabbhiniyo vijāyanti, na candimasūriyā udenti vā apenti vā esikaṭṭhāyiṭṭhitā’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’.

«Чувство постоянно или непостоянно?… Восприятие… Волевые формирователи… Сознание постоянно или непостоянно?» — «Непостоянно, Учитель». — «А то, что непостоянно — приносит ли оно страдание или счастье?» — «Страдание, Учитель». — «Но без цепляния за то, что непостоянно, подвержено страданию и изменению, могло бы возникнуть такое воззрение: „Ветры не дуют, реки не текут, беременные женщины не рожают, луна и солнце не восходят и не заходят, но стоят неподвижно, подобно столбам“?» — «Нет, Учитель». — «И то, что видимо, слышимо, ощущаемо, познаваемо, достигнуто, разыскиваемо, исследовано умом — постоянно оно или непостоянно?» — «Непостоянно, Учитель». — «А то, что непостоянно — приносит ли оно страдание или счастье?» — «Страдание, Учитель». — «Но без цепляния за то, что непостоянно, подвержено страданию и изменению, могло бы возникнуть такое воззрение: „Ветры не дуют, реки не текут, беременные женщины не рожают, луна и солнце не восходят и не заходят, но стоят неподвижно, подобно столбам“?» — «Нет, Учитель».

‘‘Yato kho, bhikkhave, ariyasāvakassa imesu ca ṭhānesu kaṅkhā pahīnā hoti, dukkhepissa kaṅkhā pahīnā hoti, dukkhasamudayepissa kaṅkhā pahīnā hoti, dukkhanirodhepissa kaṅkhā pahīnā hoti, dukkhanirodhagāminiyā paṭipadāyapissa kaṅkhā pahīnā hoti – ayaṃ vuccati, bhikkhave, ariyasāvako sotāpanno avinipātadhammo niyato sambodhiparāyano’’ti. Paṭhamaṃ.

«Когда же, бхиккху, у благородного ученика устранено сомнение в этих шести случаях, и когда у него также устранено сомнение относительно страдания, устранено сомнение относительно происхождения страдания, устранено сомнение относительно прекращения страдания, устранено сомнение относительно пути, ведущего к прекращению страдания — тогда, бхиккху, этот благородный ученик называется вошедшим в поток (сотапанна), не подверженным падению [в низшие миры], утвердившимся в своей судьбе, устремлённым к пробуждению». Первая [сутта].

2. Etaṃmamasuttaṃ

2. Этаммама сутта

207. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Kismiṃ nu kho, bhikkhave, sati, kiṃ upādāya, kiṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘etaṃ mama, esohamasmi, eso me attā’’’ti? Bhagavaṃmūlakā no, bhante, dhammā…pe… ‘‘rūpe kho, bhikkhave, sati, rūpaṃ upādāya, rūpaṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘etaṃ mama, esohamasmi, eso me attā’ti. Vedanāya sati…pe… saññāya sati … saṅkhāresu sati… viññāṇe sati, viññāṇaṃ upādāya, viññāṇaṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘etaṃ mama, esohamasmi, eso me attā’’’ti.

207. В Саваттхи. «Бхиккху, при наличии чего, цепляясь за что, укореняясь в чём, возникает такое воззрение: „Это моё, это я, это моё я (атта)“?» — «Учитель, наши учения укоренены в Благословенном… [и т. д.]…» — «Бхиккху, при наличии формы, цепляясь за форму, укореняясь в форме, возникает такое воззрение: „Это моё, это я, это моё я“. При наличии чувства… при наличии восприятия… при наличии волевых формирователей… при наличии сознания, цепляясь за сознание, укореняясь в сознании, возникает такое воззрение: „Это моё, это я, это моё я“».

‘‘Taṃ kiṃ maññatha, bhikkhave, rūpaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’…pe… ‘‘vedanā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’…pe… api nu taṃ anupādāya evaṃ diṭṭhi uppajjeyya – ‘etaṃ mama, esohamasmi, eso me attā’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Yampidaṃ diṭṭhaṃ sutaṃ mutaṃ viññātaṃ pattaṃ pariyesitaṃ anuvicaritaṃ manasā tampi niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ dukkhaṃ vā taṃ sukhaṃ vā’’ti? ‘‘Dukkhaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ dukkhaṃ vipariṇāmadhammaṃ, api nu taṃ anupādāya evaṃ diṭṭhi uppajjeyya – ‘etaṃ mama, esohamasmi, eso me attā’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’.

«Как вы думаете, бхиккху, форма постоянна или непостоянна?» — «Непостоянна, Учитель»… [и т. д.]… «Чувство… восприятие… волевые формирователи… сознание постоянно или непостоянно?» — «Непостоянно, Учитель»… [и т. д.]… «Но без цепляния за то, что непостоянно, подвержено страданию и изменению, могло бы возникнуть такое воззрение: „Это моё, это я, это моё я“?» — «Нет, Учитель». — «И то, что видимо, слышимо, ощущаемо, познаваемо, достигнуто, разыскиваемо, исследовано умом — постоянно оно или непостоянно?» — «Непостоянно, Учитель». — «А то, что непостоянно — приносит ли оно страдание или счастье?» — «Страдание, Учитель». — «Но без цепляния за то, что непостоянно, подвержено страданию и изменению, могло бы возникнуть такое воззрение: „Это моё, это я, это моё я“?» — «Нет, Учитель».

‘‘Yato [Pg.168] kho, bhikkhave, ariyasāvakassa imesu ca ṭhānesu kaṅkhā pahīnā hoti, dukkhepissa kaṅkhā pahīnā hoti…pe… dukkhanirodhagāminiyā paṭipadāyapissa kaṅkhā pahīnā hoti – ayaṃ vuccati, bhikkhave, ariyasāvako sotāpanno avinipātadhammo niyato sambodhiparāyano’’ti. Dutiyaṃ.

«Когда же, бхиккху, у благородного ученика устранено сомнение в этих шести случаях, и когда у него также устранено сомнение относительно страдания… [и т. д.]… устранено сомнение относительно пути, ведущего к прекращению страдания — тогда, бхиккху, этот благородный ученик называется вошедшим в поток (сотапанна), не подверженным падению [в низшие миры], утвердившимся в своей судьбе, устремлённым к пробуждению». Вторая [сутта].

3. Soattāsuttaṃ

3. Соатта сутта

208. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Kismiṃ nu kho, bhikkhave, sati, kiṃ upādāya, kiṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘so attā, so loko, so pecca bhavissāmi nicco dhuvo sassato avipariṇāmadhammo’’’ti? Bhagavaṃmūlakā no, bhante, dhammā…pe….

208. В Саваттхи. «Бхиккху, при наличии чего, цепляясь за что, укореняясь в чём, возникает такое воззрение: „То, что является моим я, есть мир; после смерти я буду постоянным, стабильным, вечным, не подверженным изменению“?» — «Учитель, наши учения укоренены в Благословенном… [и т. д.]…»

‘‘Rūpe kho, bhikkhave, sati, rūpaṃ upādāya, rūpaṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘so attā, so loko, so pecca bhavissāmi nicco dhuvo sassato avipariṇāmadhammo’ti. Vedanāya sati…pe… saññāya sati… saṅkhāresu sati… viññāṇe sati, viññāṇaṃ upādāya, viññāṇaṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘so attā, so loko, so pecca bhavissāmi nicco dhuvo sassato avipariṇāmadhammo’’’ti.

«Бхиккху, при наличии формы, цепляясь за форму, укореняясь в форме, возникает такое воззрение: „То, что является моим я, есть мир; после смерти я буду постоянным, стабильным, вечным, не подверженным изменению“. При наличии чувства… при наличии восприятия… при наличии волевых формирователей… при наличии сознания, цепляясь за сознание, укореняясь в сознании, возникает такое воззрение: „То, что является моим я, есть мир; после смерти я буду постоянным, стабильным, вечным, не подверженным изменению“».

‘‘Taṃ kiṃ maññatha, bhikkhave, rūpaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ bhante’’…pe… api nu taṃ anupādāya evaṃ diṭṭhi uppajjeyya – ‘so attā…pe… avipariṇāmadhammo’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Vedanā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ bhante…pe… api nu taṃ anupādāya evaṃ diṭṭhi uppajjeyya – ‘so attā…pe… avipariṇāmadhammo’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Yampidaṃ diṭṭhaṃ sutaṃ mutaṃ viññātaṃ pattaṃ pariyesitaṃ anuvicaritaṃ manasā tampi niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante…pe… api nu taṃ anupādāya evaṃ diṭṭhi uppajjeyya – ‘so attā, so loko, so pecca bhavissāmi nicco dhuvo sassato avipariṇāmadhammo’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’.

«Как вы думаете, бхиккху, форма постоянна или непостоянна?» — «Непостоянна, Учитель»… [и т. д.]… «Но без цепляния за то, что непостоянно, подвержено страданию и изменению, могло бы возникнуть такое воззрение: „То, что является моим я… [и т. д.]… не подверженным изменению“?» — «Нет, Учитель». — «Чувство… восприятие… волевые формирователи… сознание постоянно или непостоянно?» — «Непостоянно, Учитель»… [и т. д.]… «Но без цепляния за то, что непостоянно, подвержено страданию и изменению, могло бы возникнуть такое воззрение: „То, что является моим я… [и т. д.]… не подверженным изменению“?» — «Нет, Учитель». — «И то, что видимо, слышимо, ощущаемо, познаваемо, достигнуто, разыскиваемо, исследовано умом — постоянно оно или непостоянно?» — «Непостоянно, Учитель»… [и т. д.]… «Но без цепляния за то, что непостоянно, подвержено страданию и изменению, могло бы возникнуть такое воззрение: „То, что является моим я, есть мир; после смерти я буду постоянным, стабильным, вечным, не подверженным изменению“?» — «Нет, Учитель».

‘‘Yato kho, bhikkhave, ariyasāvakassa imesu ca ṭhānesu kaṅkhā pahīnā hoti, dukkhepissa kaṅkhā pahīnā hoti…pe… dukkhanirodhagāminiyā paṭipadāyapissa kaṅkhā pahīnā hoti – ayaṃ vuccati, bhikkhave, ariyasāvako sotāpanno avinipātadhammo niyato sambodhiparāyano’’ti. Tatiyaṃ.

4. Nocamesiyāsuttaṃ

4. Ночамесия сутта

209. Sāvatthinidānaṃ[Pg.169]. ‘‘Kismiṃ nu kho, bhikkhave, sati, kiṃ upādāya, kiṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘no cassaṃ, no ca me siyā, nābhavissa, na me bhavissatī’’’ti? Bhagavaṃmūlakā no, bhante, dhammā…pe….

209. В Саваттхи. «Бхиккху, при наличии чего, цепляясь за что, укореняясь в чём, возникает такое воззрение: „Меня могло бы не быть, и у меня могло бы не быть [этого]; меня не будет, и у меня не будет [этого]“?» — «Учитель, наши учения укоренены в Благословенном… [и т. д.]…»

‘‘Rūpe kho, bhikkhave, sati, rūpaṃ upādāya, rūpaṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘no cassaṃ, no ca me siyā, nābhavissa, na me bhavissatī’ti. Vedanāya sati… saññāya sati… saṅkhāresu sati… viññāṇe sati, viññāṇaṃ upādāya, viññāṇaṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘no cassaṃ, no ca me siyā, nābhavissa, na me bhavissatī’’’ti.

«При наличии формы, бхиккху, цепляясь за форму, укореняясь в форме, возникает такое воззрение: „Если бы меня не было, то и моего бы не было; меня не будет, и моего не будет“. При наличии чувства… при наличии восприятия… при наличии волевых формирований… при наличии сознания, цепляясь за сознание, укореняясь в сознании, возникает такое воззрение: „Если бы меня не было, то и моего бы не было; меня не будет, и моего не будет“».

‘‘Taṃ kiṃ maññatha, bhikkhave, rūpaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’…pe… api nu taṃ anupādāya evaṃ diṭṭhi uppajjeyya – ‘no cassaṃ, no ca me siyā, nābhavissa, na me bhavissatī’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Vedanā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante…pe… api nu taṃ anupādāya evaṃ diṭṭhi uppajjeyya – ‘no cassaṃ, no ca me siyā, nābhavissa, na me bhavissatī’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Yampidaṃ diṭṭhaṃ sutaṃ mutaṃ viññātaṃ pattaṃ pariyesitaṃ anuvicaritaṃ manasā tampi niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante…pe… api nu taṃ anupādāya evaṃ diṭṭhi uppajjeyya – ‘no cassaṃ, no ca me siyā, nābhavissa, na me bhavissatī’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’.

«Как вы думаете, бхиккху, форма постоянна или непостоянна?» — «Непостоянна, почтенный». — «... Но если не цепляться за неё, могло бы возникнуть такое воззрение: „Если бы меня не было, то и моего бы не было; меня не будет, и моего не будет“?» — «Нет, почтенный». — «Чувство… восприятие… волевые формирования… сознание постоянны или непостоянны?» — «Непостоянны, почтенный... Но если не цепляться за них, могло бы возникнуть такое воззрение: „Если бы меня не было, то и моего бы не было; меня не будет, и моего не будет“?» — «Нет, почтенный». — «И то, что увидено, услышано, ощущено, познано, достигнуто, разыскано, обдумано умом — постоянно оно или непостоянно?» — «Непостоянно, почтенный... Но если не цепляться за это, могло бы возникнуть такое воззрение: „Если бы меня не было, то и моего бы не было; меня не будет, и моего не будет“?» — «Нет, почтенный».

«Когда же, бхиккху, у благородного ученика отброшены сомнения в этих шести случаях, когда у него отброшены сомнения относительно страдания… относительно пути, ведущего к прекращению страдания — тогда, бхиккху, этот благородный ученик называется вступившим в поток (сотапанна), не подверженным падению, утвердившимся на верном пути, устремлённым к пробуждению». Четвёртое.

5. Natthidinnasuttaṃ

5. «Наттхидинна-сутта (Сутта об отсутствии даяния)»

210. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Kismiṃ nu kho, bhikkhave, sati kiṃ upādāya, kiṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘natthi dinnaṃ, natthi yiṭṭhaṃ, natthi hutaṃ, natthi sukatadukkaṭānaṃ kammānaṃ phalaṃ vipāko; natthi ayaṃ loko, natthi paro loko, natthi mātā, natthi pitā, natthi sattā opapātikā; natthi loke [Pg.170] samaṇabrāhmaṇā sammaggatā sammāpaṭipannā ye imañca lokaṃ parañca lokaṃ sayaṃ abhiññā sacchikatvā pavedenti. Cātumahābhūtiko ayaṃ puriso yadā kālaṅkaroti pathavī pathavīkāyaṃ anupeti anupagacchati, āpo āpokāyaṃ anupeti anupagacchati, tejo tejokāyaṃ anupeti anupagacchati, vāyo vāyokāyaṃ anupeti anupagacchati. Ākāsaṃ indriyāni saṅkamanti. Āsandipañcamā purisā mataṃ ādāya gacchanti. Yāva āḷāhanā padāni paññāyanti. Kāpotakāni aṭṭhīni bhavanti. Bhassantā āhutiyo. Dattupaññattaṃ yadidaṃ dānaṃ. Tesaṃ tucchaṃ musā vilāpo ye keci atthikavādaṃ vadanti. Bāle ca paṇḍite ca kāyassa bhedā ucchijjanti vinassanti na honti paraṃ maraṇā’’’ti? Bhagavaṃmūlakā no, bhante, dhammā…pe… ‘‘rūpe kho, bhikkhave, sati, rūpaṃ upādāya, rūpaṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘natthi dinnaṃ, natthi yiṭṭhaṃ…pe… kāyassa bhedā ucchijjanti vinassanti na honti paraṃ maraṇā’ti. Vedanāya sati…pe… saññāya sati… saṅkhāresu sati… viññāṇe sati, viññāṇaṃ upādāya, viññāṇaṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘natthi dinnaṃ, natthi yiṭṭhaṃ…pe… kāyassa bhedā ucchijjanti vinassanti na honti paraṃ maraṇā’’’ti.

210. В Саваттхи. «При наличии чего, бхиккху, цепляясь за что, укореняясь в чём, возникает такое воззрение: „Нет ни даяния, ни жертвоприношения, ни подношения; нет плода или созревания благих и пагубных поступков; нет ни этого мира, ни иного мира; нет ни матери, ни отца; нет существ, рождающихся самопроизвольно; нет в мире праведных и добродетельных отшельников и брахманов, которые сами, благодаря прямому знанию, постигли этот мир и иной мир и провозглашают их другим. Этот человек состоит из четырёх великих первоэлементов. Когда он умирает, земля возвращается и сливается с телом земли; вода возвращается и сливается с телом воды; огонь возвращается и сливается с телом огня; воздух возвращается и сливается с телом воздуха; способности переходят в пространство. Четверо мужчин с носилками в качестве пятого уносят труп. Поминальные речи слышны до самого кладбища; кости становятся серыми, подобно голубям; подношения заканчиваются пеплом. Даяние — это учение глупцов. Те, кто утверждает, что существует [даяние и тому подобное], говорят пустые, ложные и бессмысленные слова. И глупцы, и мудрецы с распадом тела искореняются и погибают; после смерти они больше не существуют“?» «Наши учения, почтенный, укоренены в Благословенном…» «При наличии формы, бхиккху, цепляясь за форму, укореняясь в форме, возникает такое воззрение: „Нет ни даяния, ни жертвоприношения… после смерти они больше не существуют“. При наличии чувства… при наличии восприятия… при наличии волевых формирований… при наличии сознания, цепляясь за сознание, укореняясь в сознании, возникает такое воззрение: „Нет ни даяния, ни жертвоприношения… после смерти они больше не существуют“».

‘‘Taṃ kiṃ maññatha, bhikkhave, rūpaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante…pe… api nu taṃ anupādāya evaṃ diṭṭhi uppajjeyya – ‘natthi dinnaṃ, natthi yiṭṭhaṃ…pe… kāyassa bhedā ucchijjanti vinassanti na honti paraṃ maraṇā’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Vedanā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante…pe… api nu taṃ anupādāya evaṃ diṭṭhi uppajjeyya – ‘natthi dinnaṃ, natthi yiṭṭhaṃ…pe… kāyassa bhedā ucchijjanti vinassanti na honti paraṃ maraṇā’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Yampidaṃ diṭṭhaṃ sutaṃ mutaṃ viññātaṃ pattaṃ pariyesitaṃ anuvicaritaṃ manasā tampi niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante…pe… api nu taṃ anupādāya evaṃ diṭṭhi uppajjeyya – ‘natthi dinnaṃ, natthi yiṭṭhaṃ…pe… ye keci atthikavādaṃ vadanti; bāle ca paṇḍite ca kāyassa bhedā ucchijjanti vinassanti na honti paraṃ maraṇā’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’.

«Как вы думаете, бхиккху, форма постоянна или непостоянна?» — «Непостоянна, почтенный... Но если не цепляться за неё, могло бы возникнуть такое воззрение: „Нет ни даяния, ни жертвоприношения… после смерти они больше не существуют“?» — «Нет, почтенный». — «Чувство… восприятие… волевые формирования… сознание постоянны или непостоянны?» — «Непостоянны, почтенный... Но если не цепляться за них, могло бы возникнуть такое воззрение: „Нет ни даяния, ни жертвоприношения… после смерти они больше не существуют“?» — «Нет, почтенный». — «И то, что увидено, услышано, ощущено, познано, достигнуто, разыскано, обдумано умом — постоянно оно или непостоянно?» — «Непостоянно, почтенный... Но если не цепляться за это, могло бы возникнуть такое воззрение: „Нет ни даяния, ни жертвоприношения… те, кто утверждает, что существует [даяние и тому подобное], говорят пустые слова; и глупцы, и мудрецы с распадом тела искореняются и погибают; после смерти они больше не существуют“?» — «Нет, почтенный».

‘‘Yato kho, bhikkhave, ariyasāvakassa imesu ca ṭhānesu kaṅkhā pahīnā hoti, dukkhepissa kaṅkhā pahīnā hoti…pe… dukkhanirodhagāminiyā paṭipadāyapissa [Pg.171] kaṅkhā pahīnā hoti – ayaṃ vuccati, bhikkhave, ariyasāvako sotāpanno avinipātadhammo niyato sambodhiparāyano’’ti. Pañcamaṃ.

6. Karotosuttaṃ

6. «Карото-сутта (Сутта о совершающем действие)»

211. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Kismiṃ nu kho, bhikkhave, sati, kiṃ upādāya, kiṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘karoto kārayato chindato chedāpayato pacato pācāpayato socato socāpayato kilamato kilamāpayato phandato phandāpayato pāṇamatipātayato adinnaṃ ādiyato sandhiṃ chindato nillopaṃ harato ekāgārikaṃ karoto paripanthe tiṭṭhato paradāraṃ gacchato musā bhaṇato karoto na karīyati pāpaṃ. Khurapariyantena cepi cakkena yo imissā pathaviyā pāṇe ekamaṃsakhalaṃ ekamaṃsapuñjaṃ kareyya, natthi tatonidānaṃ pāpaṃ, natthi pāpassa āgamo. Dakkhiṇaṃ cepi gaṅgāya tīraṃ gaccheyya; hananto ghātento chindanto chedāpento pacanto pācento, natthi tatonidānaṃ pāpaṃ, natthi pāpassa āgamo. Uttaraṃ cepi gaṅgāya tīraṃ gaccheyya; dadanto dāpento yajanto yajāpento, natthi tatonidānaṃ puññaṃ, natthi puññassa āgamo. Dānena damena saṃyamena saccavajjena natthi puññaṃ natthi puññassa āgamo’’’ti. Bhagavaṃmūlakā no, bhante, dhammā…pe… ‘‘rūpe kho, bhikkhave, sati, rūpaṃ upādāya, rūpaṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘karoto kārayato…pe… natthi puññaṃ natthi puññassa āgamo’ti. Vedanāya sati…pe… saññāya sati… saṅkhāresu sati… viññāṇe sati, viññāṇaṃ upādāya, viññāṇaṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘karoto kārayato…pe… natthi puññaṃ natthi puññassa āgamo’’’ti.

211. В Саваттхи. «При наличии чего, бхиккху, цепляясь за что, укореняясь в чём, возникает такое воззрение: „Когда кто-то действует или заставляет других действовать, когда калечит или заставляет калечить, когда пытается или заставляет пытать, когда причиняет скорбь или заставляет причинять скорбь, когда угнетает или заставляет угнетать, когда запугивает или заставляет запугивать, когда лишает жизни, берёт то, что не дано, вламывается в дома, грабит имущество, совершает кражи со взломом, устраивает засады на дорогах, прелюбодействует с чужой женой, лжёт — совершающий это не делает зла. Если бы диском с острыми как бритва краями кто-то превратил живых существ этой земли в одну массу плоти, в одну груду плоти, из-за этого не было бы зла и не было бы последствий зла. Если бы кто-то пошёл вдоль южного берега Ганга, убивая и истребляя, калечая и заставляя калечить, пытая и заставляя пытать, из-за этого не было бы зла и не было бы последствий зла. Если бы кто-то пошёл вдоль северного берега Ганга, раздавая дары и побуждая других давать дары, совершая подношения и побуждая совершать подношения, из-за этого не было бы заслуги и не было бы последствий заслуги. Через даяние, самообуздание, самоконтроль, правдивую речь не обретается заслуга и не бывает последствий заслуги“?» «Наши учения, почтенный, укоренены в Благословенном…» «При наличии формы, бхиккху, цепляясь за форму, укореняясь в форме, возникает такое воззрение: „Когда кто-то действует или заставляет других действовать… не обретается заслуга и не бывает последствий заслуги“. При наличии чувства… при наличии восприятия… при наличии волевых формирований… при наличии сознания, цепляясь за сознание, укореняясь в сознании, возникает такое воззрение: „Когда кто-то действует или заставляет других действовать… не обретается заслуга и не бывает последствий заслуги“».

‘‘Taṃ kiṃ maññatha, bhikkhave, rūpaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’…pe… api nu taṃ anupādāya evaṃ diṭṭhi uppajjeyya – ‘karoto…pe… natthi puññaṃ natthi puññassa āgamo’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Vedanā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante…pe… api nu taṃ anupādāya evaṃ diṭṭhi uppajjeyya – ‘karoto kārayato [Pg.172] …pe… natthi puññaṃ natthi puññassa āgamo’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Yampidaṃ diṭṭhaṃ sutaṃ mutaṃ viññātaṃ pattaṃ pariyesitaṃ anuvicaritaṃ manasā tampi niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante…pe… api nu taṃ anupādāya evaṃ diṭṭhi uppajjeyya – ‘karoto kārayato…pe… natthi puññaṃ natthi puññassa āgamo’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’.

«Как вы думаете, бхиккху, форма постоянна или непостоянна?» — «Непостоянна, почтенный... Но если не цепляться за неё, могло бы возникнуть такое воззрение: „Когда кто-то действует… не обретается заслуга и не бывает последствий заслуги“?» — «Нет, почтенный». — «Чувство… восприятие… волевые формирования… сознание постоянны или непостоянны?» — «Непостоянны, почтенный... Но если не цепляться за них, могло бы возникнуть такое воззрение: „Когда кто-то действует или заставляет других действовать… не обретается заслуга и не бывает последствий заслуги“?» — «Нет, почтенный». — «И то, что увидено, услышано, ощущено, познано, достигнуто, разыскано, обдумано умом — постоянно оно или непостоянно?» — «Непостоянно, почтенный... Но если не цепляться за это, могло бы возникнуть такое воззрение: „Когда кто-то действует или заставляет других действовать… не обретается заслуга и не бывает последствий заслуги“?» — «Нет, почтенный».

7. Hetusuttaṃ

7. «Хету-сутта (Сутта о причине)»

212. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Kismiṃ nu kho, bhikkhave, sati, kiṃ upādāya, kiṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘natthi hetu, natthi paccayo sattānaṃ saṃkilesāya. Ahetū appaccayā sattā saṃkilissanti. Natthi hetu, natthi paccayo sattānaṃ visuddhiyā. Ahetū appaccayā sattā visujjhanti. Natthi balaṃ natthi vīriyaṃ natthi purisathāmo natthi purisaparakkamo. Sabbe sattā sabbe pāṇā sabbe bhūtā sabbe jīvā avasā abalā avīriyā niyatisaṅgatibhāvapariṇatā chasvevābhijātīsu sukhadukkhaṃ paṭisaṃvedentī’’’ti? Bhagavaṃmūlakā no, bhante, dhammā…pe… ‘‘rūpe kho, bhikkhave, sati, rūpaṃ upādāya, rūpaṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘natthi hetu, natthi paccayo…pe… sukhadukkhaṃ paṭisaṃvedentī’ti. Vedanāya sati…pe… saññāya sati… saṅkhāresu sati… viññāṇe sati, viññāṇaṃ upādāya, viññāṇaṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘natthi hetu, natthi paccayo…pe… sukhadukkhaṃ paṭisaṃvedentī’’’ti.

212. В Саваттхи. «При наличии чего, бхиккху, цепляясь за что, укореняясь в чём, возникает такое воззрение: „Нет ни причины, ни условия для загрязнения существ; существа загрязняются без причины и условия. Нет ни причины, ни условия для очищения существ; существа очищаются без причины и условия. Нет ни силы, ни энергии, ни человеческой мощи, ни человеческого усердия. Все существа, все дышащие, все рождённые, все живые души лишены власти, силы и энергии; ведомые судьбой, обстоятельствами и природой, они испытывают счастье и несчастье в шести классах рождения“?» «Наши учения, почтенный, укоренены в Благословенном…» «При наличии формы, бхиккху, цепляясь за форму, укореняясь в форме, возникает такое воззрение: „Нет ни причины, ни условия… они испытывают счастье и несчастье в шести классах рождения“. При наличии чувства… при наличии восприятия… при наличии волевых формирований… при наличии сознания, цепляясь за сознание, укореняясь в сознании, возникает такое воззрение: „Нет ни причины, ни условия… они испытывают счастье и несчастье в шести классах рождения“».

‘‘Taṃ kiṃ maññatha, bhikkhave, rūpaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante…pe… vipariṇāmadhammaṃ, api nu taṃ anupādāya evaṃ diṭṭhi uppajjeyya – ‘natthi hetu, natthi paccayo…pe… sukhadukkhaṃ paṭisaṃvedentī’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Vedanā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante…pe… api nu taṃ anupādāya evaṃ diṭṭhi uppajjeyya – ‘natthi hetu, natthi paccayo…pe… sukhadukkhaṃ paṭisaṃvedentī’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Yampidaṃ diṭṭhaṃ sutaṃ mutaṃ viññātaṃ pattaṃ pariyesitaṃ anuvicaritaṃ manasā tampi niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante…pe… api nu taṃ anupādāya evaṃ diṭṭhi uppajjeyya – ‘natthi hetu natthi paccayo…pe… sukhadukkhaṃ paṭisaṃvedentī’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’.

«Как вы думаете, бхиккху, форма постоянна или непостоянна?» — «Непостоянна, почтенный... подвержена изменениям. Но если не цепляться за неё, могло бы возникнуть такое воззрение: „Нет ни причины, ни условия… они испытывают счастье и несчастье в шести классах рождения“?» — «Нет, почтенный». — «Чувство… восприятие… волевые формирования… сознание постоянны или непостоянны?» — «Непостоянны, почтенный... Но если не цепляться за них, могло бы возникнуть такое воззрение: „Нет ни причины, ни условия… они испытывают счастье и несчастье в шести классах рождения“?» — «Нет, почтенный». — «И то, что увидено, услышано, ощущено, познано, достигнуто, разыскано, обдумано умом — постоянно оно или непостоянно?» — «Непостоянно, почтенный... Но если не цепляться за это, могло бы возникнуть такое воззрение: „Нет ни причины, ни условия… они испытывают счастье и несчастье в шести классах рождения“?» — «Нет, почтенный».

‘‘Yato [Pg.173] kho, bhikkhave, ariyasāvakassa imesu ca ṭhānesu kaṅkhā pahīnā hoti, dukkhepissa kaṅkhā pahīnā hoti …pe… dukkhanirodhagāminiyā paṭipadāyapissa kaṅkhā pahīnā hoti – ayaṃ vuccati, bhikkhave, ariyasāvako sotāpanno avinipātadhammo niyato sambodhiparāyano’’ti. Sattamaṃ.

8. Mahādiṭṭhisuttaṃ

8. «Махадиттхи-сутта (Великая сутта о воззрениях)»

213. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Kismiṃ nu kho, bhikkhave, sati, kiṃ upādāya, kiṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘sattime kāyā akaṭā, akaṭavidhā, animmitā, animmātā, vañjhā, kūṭaṭṭhā, esikaṭṭhāyiṭṭhitā; te na iñjanti, na vipariṇamanti, na aññamaññaṃ byābādhenti; nālaṃ aññamaññassa sukhāya vā dukkhāya vā sukhadukkhāya vā. Katame satta? Pathavīkāyo, āpokāyo, tejokāyo, vāyokāyo, sukhe, dukkhe, jīve sattame. Ime satta kāyā akaṭā, akaṭavidhā, animmitā, animmātā, vañjhā, kūṭaṭṭhā esikaṭṭhāyiṭṭhitā; te na iñjanti, na vipariṇamanti, na aññamaññaṃ byābādhenti; nālaṃ aññamaññassa sukhāya vā dukkhāya vā sukhadukkhāya vā. Yopi tiṇhena satthena sīsaṃ chindati, na sopi kañci jīvitā voropeti; sattannaṃtveva kāyānamantarena satthaṃ vivaramanupavisati. Cuddasa kho panimāni yonipamukhasatasahassāni saṭṭhi ca satāni cha ca satāni pañca ca kammuno satāni pañca ca kammāni, tīṇi ca kammāni, kamme ca aḍḍhakamme ca dvaṭṭhipaṭipadā, dvaṭṭhantarakappā, chaḷābhijātiyo, aṭṭhapurisabhūmiyo, ekūnapaññāsa ājīvakasate, ekūnapaññāsa paribbājakasate, ekūnapaññāsa nāgavāsasate, vīse indriyasate, tiṃse nirayasate, chattiṃsarajodhātuyo, satta saññīgabbhā, satta asaññīgabbhā, satta nigaṇṭhigabbhā, satta devā, satta mānusā, satta pesācā, satta sarā, satta pavuṭā, satta papātā, satta ca papātasatāni, satta supinā, satta supinasatāni, cullāsīti mahākappino satasahassāni, yāni bāle ca paṇḍite ca sandhāvitvā [Pg.174] saṃsaritvā dukkhassantaṃ karissanti. Tattha natthi imināhaṃ sīlena vā vatena vā tapena vā brahmacariyena vā aparipakkaṃ vā kammaṃ paripācessāmi; paripakkaṃ vā kammaṃ phussa phussa byantīkarissāmīti hevaṃ natthi doṇamite sukhadukkhe pariyantakate saṃsāre, natthi hāyanavaḍḍhane, natthi ukkaṃsāvakaṃse. Seyyathāpi nāma suttaguḷe khitte nibbeṭhiyamānameva paleti; evameva bāle ca paṇḍite ca nibbeṭhiyamānā sukhadukkhaṃ palentī’’’ti?

213. В Саваттхи. «Монахи, при наличии чего, цепляясь за что, привязываясь к чему, возникает такое воззрение: „Существуют эти семь тел, которые не сотворены, не вызваны к существованию, не созданы, не имеют создателя, бесплодны, устойчивы, как горные вершины, неподвижны, как столпы. Они не колеблются, не изменяются, не препятствуют друг другу и не способны причинить друг другу ни удовольствия, ни боли, ни удовольствия и боли вместе. Какие семь? Тело земли, тело воды, тело огня, тело воздуха, удовольствие, боль и душа как седьмое. Эти семь тел не сотворены... [Здесь нет ни убийцы, ни того, кто заставляет убивать, ни слушателя, ни того, кто заставляет слушать, ни познающего, ни того, кто заставляет познавать.] Даже если кто-то отсечёт другому голову острым мечом, он никого не лишит жизни; меч просто пройдёт сквозь промежуток между семью телами. Существует миллион четыреста тысяч главных видов рождения, а также шесть тысяч и шестьсот; существует пятьсот видов каммы, пять видов каммы и три вида каммы, полная камма и половина каммы; шестьдесят два пути, шестьдесят два промежуточных цикла (антаракаппы), шесть классов существ (абхиджати), восемь стадий жизни человека, сорок девять сотен видов адживаков, сорок девять сотен видов странников, сорок девять сотен обителей нагов, двадцать сотен способностей (индрий), тридцать сотен адов, тридцать шесть сфер пыли, семь сфер воспринимающих существ, семь сфер невоспринимающих существ, семь сфер безузловых существ, семь видов дэвов, семь видов людей, семь видов демонов (писачей), семь великих озёр, семь видов узлов, семьсот малых узлов, семь великих пропастей, семьсот малых пропастей, семь великих сновидений, семьсот малых сновидений, восемь миллионов четыреста тысяч великих циклов (махакапп), через которые глупцы и мудрецы будут скитаться и блуждать в сансаре, после чего положат конец страданию. Среди них нет такого: 'Благодаря этой добродетели, обету, аскезе или святой жизни я заставлю созреть несозревшую камму или уничтожу созревшую камму, переживая её вновь и вновь' — этого нет! Удовольствие и боль отмерены мерой; пределы сансары фиксированы; нет ни её сокращения, ни продления, ни увеличения, ни уменьшения. Подобно тому как брошенный клубок ниток катится, разматываясь, точно так же глупцы и мудрецы, разматывая [свою нить существования], положат конец удовольствию и боли“?»

Bhagavaṃmūlakā no, bhante, dhammā…pe… ‘‘rūpe kho, bhikkhave, sati, rūpaṃ upādāya, rūpaṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘sattime kāyā akaṭā, akaṭavidhā…pe… sukhadukkhaṃ palentī’ti. Vedanāya sati…pe… saññāya sati… saṅkhāresu sati… viññāṇe sati, viññāṇaṃ upādāya, viññāṇaṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘sattime kāyā akaṭā, akaṭavidhā…pe… sukhadukkhaṃ palentī’’’ti. ‘‘Taṃ kiṃ maññatha, bhikkhave, rūpaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’…pe… ‘‘yaṃ panāniccaṃ dukkhaṃ vipariṇāmadhammaṃ, api nu taṃ anupādāya evaṃ diṭṭhi uppajjeyya – ‘sattime kāyā akaṭā akaṭavidhā…pe… sukhadukkhaṃ palentī’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Yampidaṃ diṭṭhaṃ sutaṃ mutaṃ viññātaṃ pattaṃ pariyesitaṃ anuvicaritaṃ manasā tampi niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante…pe… api nu taṃ anupādāya evaṃ diṭṭhi uppajjeyya – ‘sattime kāyā akaṭā akaṭavidhā…pe… nibbeṭhiyamānā sukhadukkhaṃ palentī’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’.

«Учения наши, Благословенный, берут начало в Благословенном...» — «При наличии формы, монахи, цепляясь за форму, привязываясь к форме, возникает такое воззрение: „Существуют эти семь тел, которые не сотворены, не вызваны к существованию... [и так далее, до слов] ...положат конец удовольствию и боли“. При наличии чувства... восприятия... волевых формирований... сознания, цепляясь за сознание, привязываясь к сознанию, возникает такое воззрение: „Существуют эти семь тел, которые не сотворены, не вызваны к существованию... положат конец удовольствию и боли“». — «Как вы думаете, монахи, форма постоянна или непостоянна?» — «Непостоянна, Учитель». — «Но без цепляния за то, что непостоянно, сопряжено со страданием и подвержено изменениям, могло бы возникнуть такое воззрение: „Существуют эти семь тел, которые не сотворены, не вызваны к существованию... положат конец удовольствию и боли“?» — «Нет, Учитель». — «И то, что увидено, услышано, ощущено, познано, достигнуто, разыскиваемо, исследовано умом — постоянно оно или непостоянно?» — «Непостоянно, Учитель...» — «Но без цепляния за это, могло бы возникнуть такое воззрение: „Существуют эти семь тел, которые не сотворены, не вызваны к существованию... разматывая [свою нить существования], положат конец удовольствию и боли“?» — «Нет, Учитель».

«Когда же, монахи, у благородного ученика отброшены сомнения в этих шести случаях, отброшены сомнения относительно страдания... относительно пути, ведущего к прекращению страдания — тогда, монахи, этот благородный ученик зовётся вошедшим в поток (сотапанной), не подверженным падению в низшие миры, утвердившимся на верном пути, устремлённым к пробуждению». Восьмая [сутта].

9. Sassatadiṭṭhisuttaṃ

9. Сассатадиттхи сутта (Воззрение о вечности)

214. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Kismiṃ nu kho, bhikkhave, sati, kiṃ upādāya, kiṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘sassato loko’’’ti? Bhagavaṃmūlakā no, bhante, dhammā…pe… ‘‘rūpe kho, bhikkhave, sati, rūpaṃ upādāya, rūpaṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘sassato loko’ti. Vedanāya sati…pe… saññāya sati… saṅkhāresu sati… viññāṇe [Pg.175] sati, viññāṇaṃ upādāya, viññāṇaṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘sassato loko’’’ti.

214. В Саваттхи. «Монахи, при наличии чего, цепляясь за что, привязываясь к чему, возникает такое воззрение: „Мир вечен“?» — «Учения наши, Благословенный, берут начало в Благословенном...» — «При наличии формы, монахи, цепляясь за форму, привязываясь к форме, возникает такое воззрение: „Мир вечен“. При наличии чувства... восприятия... волевых формирований... сознания, цепляясь за сознание, привязываясь к сознанию, возникает такое воззрение: „Мир вечен“».

‘‘Taṃ kiṃ maññatha, bhikkhave, rūpaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’…pe… vipariṇāmadhammaṃ, api nu taṃ anupādāya evaṃ diṭṭhi uppajjeyya – ‘sassato loko’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Vedanā … saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante…pe… api nu taṃ anupādāya evaṃ diṭṭhi uppajjeyya – ‘sassato loko’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Yampidaṃ diṭṭhaṃ sutaṃ mutaṃ viññātaṃ pattaṃ pariyesitaṃ anuvicaritaṃ manasā tampi niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ dukkhaṃ vā taṃ sukhaṃ vā’’ti? ‘‘Dukkhaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ dukkhaṃ vipariṇāmadhammaṃ, api nu taṃ anupādāya evaṃ diṭṭhi uppajjeyya – ‘sassato loko’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’.

«Как вы думаете, монахи, форма постоянна или непостоянна?» — «Непостоянна, Учитель»... — «Но без цепляния за то, что непостоянно, сопряжено со страданием и подвержено изменениям, могло бы возникнуть такое воззрение: „Мир вечен“?» — «Нет, Учитель». — «Чувство... восприятие... волевые формирования... сознание постоянны или непостоянны?» — «Непостоянны, Учитель...» — «Но без цепляния за сознание, могло бы возникнуть такое воззрение: „Мир вечен“?» — «Нет, Учитель». — «И то, что увидено, услышано, ощущено, познано, достигнуто, разыскиваемо, исследовано умом — постоянно оно или непостоянно?» — «Непостоянно, Учитель». — «А то, что непостоянно — сопряжено со страданием или с удовольствием?» — «Со страданием, Учитель». — «Но без цепляния за то, что непостоянно, сопряжено со страданием и подвержено изменениям, могло бы возникнуть такое воззрение: „Мир вечен“?» — «Нет, Учитель».

10. Asassatadiṭṭhisuttaṃ

10. Асассатадиттхи сутта (Воззрение о невечности)

215. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Kismiṃ nu kho, bhikkhave, sati, kiṃ upādāya, kiṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘asassato loko’’’ti? Bhagavaṃmūlakā no, bhante, dhammā…pe… ‘‘rūpe kho, bhikkhave, sati…pe… viññāṇaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’…pe… api nu taṃ anupādāya evaṃ diṭṭhi uppajjeyya – asassato lokoti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Yampidaṃ diṭṭhaṃ sutaṃ mutaṃ viññātaṃ pattaṃ pariyesitaṃ anuvicaritaṃ manasā tampi niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante…pe… api nu taṃ anupādāya evaṃ diṭṭhi uppajjeyya – ‘asassato loko’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’.

215. В Саваттхи. «Монахи, при наличии чего, цепляясь за что, привязываясь к чему, возникает такое воззрение: „Мир невечен“?» — «Учения наши, Благословенный, берут начало в Благословенном...» — «При наличии формы, монахи... сознание постоянно или непостоянно?» — «Непостоянно, Учитель»... — «Но без цепляния за сознание, могло бы возникнуть такое воззрение: „Мир невечен“?» — «Нет, Учитель». — «И то, что увидено, услышано, ощущено, познано, достигнуто, разыскиваемо, исследовано умом — постоянно оно или непостоянно?» — «Непостоянно, Учитель...» — «Но без цепляния за это, могло бы возникнуть такое воззрение: „Мир невечен“?» — «Нет, Учитель».

11. Antavāsuttaṃ

11. Антава сутта (Конечен ли мир)

216. Sāvatthinidānaṃ[Pg.176]. ‘‘Kismiṃ nu kho, bhikkhave, sati, kiṃ upādāya, kiṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘antavā loko’’’ti? Bhagavaṃmūlakā no, bhante, dhammā…pe… niyato sambodhiparāyano’’ti. Ekādasamaṃ.

216. В Саваттхи. «Монахи, при наличии чего, цепляясь за что, привязываясь к чему, возникает такое воззрение: „Мир конечен“?» — «Учения наши, Благословенный, берут начало в Благословенном...» [и так далее, до слов] «...этот благородный ученик зовётся вошедшим в поток (сотапанной), не подверженным падению в низшие миры, утвердившимся на верном пути, устремлённым к пробуждению». Одиннадцатая [сутта].

12. Anantavāsuttaṃ

12. Анантава сутта (Бесконечен ли мир)

217. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Kismiṃ nu kho, bhikkhave, sati, kiṃ upādāya, kiṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘anantavā loko’’’ti? Bhagavaṃmūlakā no, bhante, dhammā…pe… niyato sambodhiparāyano’’ti. Dvādasamaṃ.

217. В Саваттхи. «Монахи, при наличии чего, цепляясь за что, привязываясь к чему, возникает такое воззрение: „Мир бесконечен“?» — «Учения наши, Благословенный, берут начало в Благословенном...» [и так далее, до слов] «...этот благородный ученик зовётся вошедшим в поток (сотапанной), не подверженным падению в низшие миры, утвердившимся на верном пути, устремлённым к пробуждению». Двенадцатая [сутта].

13. Taṃjīvaṃtaṃsarīraṃsuttaṃ

13. Тамдживам-тамсарирам сутта (Душа и тело — одно и то же)

218. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Kismiṃ nu kho, bhikkhave, sati, kiṃ upādāya, kiṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘taṃ jīvaṃ taṃ sarīra’’’nti? Bhagavaṃmūlakā no, bhante, dhammā…pe… niyato sambodhiparāyano’’ti. Terasamaṃ.

218. В Саваттхи. «Монахи, при наличии чего, цепляясь за что, привязываясь к чему, возникает такое воззрение: „Душа и тело — это одно и то же“?» — «Учения наши, Благословенный, берут начало в Благословенном...» [и так далее, до слов] «...этот благородный ученик зовётся вошедшим в поток (сотапанной), не подверженным падению в низшие миры, утвердившимся на верном пути, устремлённым к пробуждению». Тринадцатая [сутта].

14. Aññaṃjīvaṃaññaṃsarīraṃsuttaṃ

14. Анняндживам-аннямсарирам сутта (Душа — одно, тело — другое)

219. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Kismiṃ nu kho, bhikkhave, sati, kiṃ upādāya, kiṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘aññaṃ jīvaṃ aññaṃ sarīra’’’nti? Bhagavaṃmūlakā no, bhante, dhammā…pe… niyato sambodhiparāyano’’ti. Cuddasamaṃ.

219. В Саваттхи. «Монахи, при наличии чего, цепляясь за что, привязываясь к чему, возникает такое воззрение: „Душа — это одно, а тело — другое“?» — «Учения наши, Благословенный, берут начало в Благословенном...» [и так далее, до слов] «...этот благородный ученик зовётся вошедшим в поток (сотапанной), не подверженным падению в низшие миры, утвердившимся на верном пути, устремлённым к пробуждению». Четырнадцатая [сутта].

15. Hotitathāgatosuttaṃ

15. Хоти татхагато сутта (Существует ли Татхагата)

220. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Kismiṃ nu kho bhikkhave, sati, kiṃ upādāya, kiṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘hoti tathāgato paraṃ maraṇā’’’ti? Bhagavaṃmūlakā no, bhante, dhammā…pe… niyato sambodhiparāyano’’ti. Pannarasamaṃ.

220. В Саваттхи. «Монахи, при наличии чего, цепляясь за что, привязываясь к чему, возникает такое воззрение: „Татхагата существует после смерти“?» — «Учения наши, Благословенный, берут начало в Благословенном...» [и так далее, до слов] «...этот благородный ученик зовётся вошедшим в поток (сотапанной), не подверженным падению в низшие миры, утвердившимся на верном пути, устремлённым к пробуждению». Пятнадцатая [сутта].

16. Nahotitathāgatosuttaṃ

16. На хоти татхагато сутта (Не существует ли Татхагата)

221. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Kismiṃ nu kho, bhikkhave, sati, kiṃ upādāya, kiṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘na hoti tathāgato paraṃ maraṇā’’’ti? Bhagavaṃmūlakā no, bhante, dhammā…pe… niyato sambodhiparāyano’’ti. Soḷasamaṃ.

221. В Саваттхи. «Монахи, при наличии чего, цепляясь за что, привязываясь к чему, возникает такое воззрение: „Татхагата не существует после смерти“?» — «Учения наши, Благословенный, берут начало в Благословенном...» [и так далее, до слов] «...этот благородный ученик зовётся вошедшим в поток (сотапанной), не подверженным падению в низшие миры, утвердившимся на верном пути, устремлённым к пробуждению». Шестнадцатая [сутта].

17. Hoticanacahotitathāgatosuttaṃ

17. Хоти ча на ча хоти татхагато сутта (И существует, и не существует ли Татхагата)

222. Sāvatthinidānaṃ[Pg.177]. ‘‘Kismiṃ nu kho, bhikkhave, sati, kiṃ upādāya, kiṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘hoti ca na ca hoti tathāgato paraṃ maraṇā’’’ti? Bhagavaṃmūlakā no, bhante, dhammā…pe… niyato sambodhiparāyano’’ti. Sattarasamaṃ.

222. В Саваттхи. «Монахи, при наличии чего, цепляясь за что, привязываясь к чему, возникает такое воззрение: „Татхагата и существует, и не существует после смерти“?» — «Учения наши, Благословенный, берут начало в Благословенном...» [и так далее, до слов] «...этот благородный ученик зовётся вошедшим в поток (сотапанной), не подверженным падению в низшие миры, утвердившимся на верном пути, устремлённым к пробуждению». Семнадцатая [сутта].

18. Nevahotinanahotitathāgatosuttaṃ

18. Нева хоти на на хоти татхагато сутта (Ни существует, ни не существует ли Татхагата)

223. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Kismiṃ nu kho, bhikkhave, sati, kiṃ upādāya, kiṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘neva hoti, na na hoti tathāgato paraṃ maraṇā’’’ti? Bhagavaṃmūlakā no, bhante, dhammā…pe… ‘‘rūpe kho, bhikkhave, sati, rūpaṃ upādāya, rūpaṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘neva hoti, na na hoti tathāgato paraṃ maraṇā’ti…pe….

223. В Саваттхи. «Монахи, при наличии чего, цепляясь за что, привязываясь к чему, возникает такое воззрение: „Татхагата ни существует, ни не существует после смерти“?» — «Учения наши, Благословенный, берут начало в Благословенном...» — «При наличии формы, монахи, цепляясь за форму, привязываясь к форме, возникает такое воззрение: „Татхагата ни существует, ни не существует после смерти“... [и так далее]».

‘‘Taṃ kiṃ maññatha, bhikkhave, rūpaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’…pe… vipariṇāmadhammaṃ, api nu taṃ anupādāya evaṃ diṭṭhi uppajjeyya – ‘neva hoti, na na hoti tathāgato paraṃ maraṇā’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Yampidaṃ diṭṭhaṃ sutaṃ mutaṃ viññātaṃ pattaṃ pariyesitaṃ anuvicaritaṃ manasā tampi niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ dukkhaṃ vā taṃ sukhaṃ vā’’ti? ‘‘Dukkhaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ dukkhaṃ vipariṇāmadhammaṃ, api nu taṃ anupādāya evaṃ diṭṭhi uppajjeyya – ‘neva hoti, na na hoti tathāgato paraṃ maraṇā’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’.

«Как вы думаете, монахи, форма постоянна или непостоянна?» — «Непостоянна, Учитель»... — «Но без цепляния за то, что непостоянно, сопряжено со страданием и подвержено изменениям, могло бы возникнуть такое воззрение: „Татхагата ни существует, ни не существует после смерти“?» — «Нет, Учитель». — «И то, что увидено, услышано, ощущено, познано, достигнуто, разыскиваемо, исследовано умом — постоянно оно или непостоянно?» — «Непостоянно, Учитель». — «А то, что непостоянно — сопряжено со страданием или с удовольствием?» — «Со страданием, Учитель». — «Но без цепляния за то, что непостоянно, сопряжено со страданием и подвержено изменениям, могло бы возникнуть такое воззрение: „Татхагата ни существует, ни не существует после смерти“?» — «Нет, Учитель».

«Когда, о бхиккху, у благородного ученика устранено сомнение в этих шести случаях, а также устранено сомнение относительно страдания, устранено сомнение относительно источника страдания, устранено сомнение относительно прекращения страдания, устранено сомнение относительно пути, ведущего к прекращению страдания — тогда, о бхиккху, этот благородный ученик зовётся вошедшим в поток (сотапанной), не подверженным падению в низшие миры, утвердившимся в своей судьбе, устремлённым к пробуждению». Восемнадцатая.

Sotāpattivaggo.

Глава о вхождении в поток.

Aṭṭhārasaveyyākaraṇaṃ niṭṭhitaṃ.

Завершено изложение восемнадцати ответов.

Tassuddānaṃ –

Оглавление этой главы:

Vātaṃ [Pg.178] etaṃ mama, so attā no ca me siyā;

Natthi karoto hetu ca, mahādiṭṭhena aṭṭhamaṃ.

«Ветер», «Это моё», «Он — душа», «Если бы не было меня», «Нет [даяния]», «Совершающий», «Причина», и восьмая — «Великое воззрение».

Sassato loko ca, asassato ca antavā ca;

Anantavā ca taṃ jīvaṃ taṃ sarīranti;

Aññaṃ jīvaṃ aññaṃ sarīranti ca.

«Вечный мир», «Невечный мир», «Конечный мир», «Бесконечный мир», «Душа и тело — одно и то же», а также «Душа и тело — разное».

Hoti tathāgato paraṃ maraṇāti;

Na hoti tathāgato paraṃ maraṇāti;

Neva hoti na na hoti tathāgato paraṃ maraṇāti.

«Татхагата существует после смерти», «Татхагата не существует после смерти», «Татхагата ни существует, ни не существует после смерти».

2. Dutiyagamanavaggo

2. Вторая глава повторений.

1. Vātasuttaṃ

1. Сутта о ветре.

224. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Kismiṃ nu kho, bhikkhave, sati, kiṃ upādāya, kiṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘na vātā vāyanti, na najjo sandanti, na gabbhiniyo vijāyanti, na candimasūriyā udenti vā apenti vā, esikaṭṭhāyiṭṭhitā’’’ti? Bhagavaṃmūlakā no, bhante, dhammā…pe… ‘‘rūpe kho, bhikkhave, sati, rūpaṃ upādāya, rūpaṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘na vātā vāyanti…pe… esikaṭṭhāyiṭṭhitā’ti. Vedanāya sati…pe… saññāya sati…pe… saṅkhāresu sati… viññāṇe sati, viññāṇaṃ upādāya, viññāṇaṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘na vātā vāyanti…pe… esikaṭṭhāyiṭṭhitā’’’ti.

224. В Саваттхи. «При наличии чего, о бхиккху, цепляясь за что, привязываясь к чему, возникает такое воззрение: „Ветры не дуют, реки не текут, беременные женщины не рожают, луна и солнце не восходят и не заходят, но стоят неподвижно, подобно столпу“?» — «Господин, наши учения укоренены в Благословенном...» — «При наличии формы, о бхиккху, цепляясь за форму, привязываясь к форме, возникает такое воззрение: „Ветры не дуют... но стоят неподвижно, подобно столпу“. При наличии чувства... при наличии восприятия... при наличии волевых формирований... при наличии сознания, цепляясь за сознание, привязываясь к сознанию, возникает такое воззрение: „Ветры не дуют... но стоят неподвижно, подобно столпу“».

‘‘Taṃ kiṃ maññatha, bhikkhave, rūpaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’…pe… vipariṇāmadhammaṃ, api nu taṃ anupādāya evaṃ diṭṭhi uppajjeyya – na vātā vāyanti…pe… esikaṭṭhāyiṭṭhitā’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Iti kho, bhikkhave, dukkhe sati, dukkhaṃ upādāya, dukkhaṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘na vātā vāyanti…pe… esikaṭṭhāyiṭṭhitā’’’ti. ‘‘Vedanā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’…pe… vipariṇāmadhammaṃ, api nu taṃ anupādāya evaṃ diṭṭhi uppajjeyya ‘na vātā vāyanti…pe… esikaṭṭhāyiṭṭhitā’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Iti kho, bhikkhave, dukkhe sati, dukkhaṃ upādāya, dukkhaṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjeyya – ‘na vātā vāyanti, na najjo sandanti, na gabbhiniyo vijāyanti, na candimasūriyā udenti vā apenti vā, esikaṭṭhāyiṭṭhitā’’’ti. Paṭhamaṃ.

«Как вы думаете, о бхиккху, форма постоянна или непостоянна?» — «Непостоянна, Господин»... «подвержена изменению. Но без цепляния за это, могло бы возникнуть такое воззрение: „Ветры не дуют... но стоят неподвижно, подобно столпу“?» — «Нет, Господин». — «Таким образом, о бхиккху, при наличии страдания, именно цепляясь за страдание, привязываясь к страданию, возникает такое воззрение: „Ветры не дуют... но стоят неподвижно, подобно столпу“». — «Чувство... восприятие... волевые формирования... сознание постоянны или непостоянны?» — «Непостоянны, Господин»... «подвержено изменению. Но без цепляния за это, могло бы возникнуть такое воззрение: „Ветры не дуют... но стоят неподвижно, подобно столпу“?» — «Нет, Господин». — «Таким образом, о бхиккху, при наличии страдания, именно цепляясь за страдание, привязываясь к страданию, возникает такое воззрение: „Ветры не дуют, реки не текут, беременные женщины не рожают, луна и солнце не восходят и не заходят, но стоят неподвижно, подобно столпу“». Первая.

225-240. (Purimavagge viya aṭṭhārasa veyyākaraṇāni vitthāretabbānīti[Pg.179].) Sattarasamaṃ.

225-240. «(Восемнадцать изложений должны быть подробно изложены так же, как и в предыдущей главе.) Семнадцатая.»

18. Nevahotinanahotisuttaṃ

18. Сутта о том, что «ни существует, ни не существует».

241. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Kismiṃ nu kho, bhikkhave, sati, kiṃ upādāya, kiṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘neva hoti na na hoti tathāgato paraṃ maraṇā’’’ti? Bhagavaṃmūlakā no, bhante, dhammā…pe… ‘‘rūpe kho, bhikkhave, sati, rūpaṃ upādāya, rūpaṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘neva hoti, na na hoti tathāgato paraṃ maraṇā’ti. Vedanāya sati… saññāya sati… saṅkhāresu sati… viññāṇe sati, viññāṇaṃ upādāya, viññāṇaṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘neva hoti, na na hoti tathāgato paraṃ maraṇā’’’ti.

241. В Саваттхи. «При наличии чего, о бхиккху, цепляясь за что, привязываясь к чему, возникает такое воззрение: „Татхагата ни существует, ни не существует после смерти“?» — «Господин, наши учения укоренены в Благословенном...» — «При наличии формы, о бхиккху, цепляясь за форму, привязываясь к форме, возникает такое воззрение: „Татхагата ни существует, ни не существует после смерти“. При наличии чувства... при наличии восприятия... при наличии волевых формирований... при наличии сознания, цепляясь за сознание, привязываясь к сознанию, возникает такое воззрение: „Татхагата ни существует, ни не существует после смерти“».

‘‘Taṃ kiṃ maññatha, bhikkhave, rūpaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’…pe… vipariṇāmadhammaṃ, api nu taṃ anupādāya evaṃ diṭṭhi uppajjeyya – ‘neva hoti, na na hoti tathāgato paraṃ maraṇā’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Iti kho, bhikkhave, dukkhe sati, dukkhaṃ upādāya, dukkhaṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘neva hoti, na na hoti tathāgato paraṃ maraṇā’’’ti. ‘‘Vedanā… saññā … saṅkhārā… viññāṇaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’…pe… vipariṇāmadhammaṃ, api nu taṃ anupādāya evaṃ diṭṭhi uppajjeyya – ‘neva hoti, na na hoti tathāgato paraṃ maraṇā’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Iti kho, bhikkhave, dukkhe sati, dukkhaṃ upādāya dukkhaṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘neva hoti, na na hoti tathāgato paraṃ maraṇā’’’ti. Aṭṭhārasamaṃ.

«Как вы думаете, о бхиккху, форма постоянна или непостоянна?» — «Непостоянна, Господин»... «подвержена изменению. Но без цепляния за это, могло бы возникнуть такое воззрение: „Татхагата ни существует, ни не существует после смерти“?» — «Нет, Господин». — «Таким образом, о бхиккху, при наличии страдания, именно цепляясь за страдание, привязываясь к страданию, возникает такое воззрение: „Татхагата ни существует, ни не существует после смерти“». — «Чувство... восприятие... волевые формирования... сознание постоянны или непостоянны?» — «Непостоянны, Господин»... «подвержено изменению. Но без цепляния за это, могло бы возникнуть такое воззрение: „Татхагата ни существует, ни не существует после смерти“?» — «Нет, Господин». — «Таким образом, о бхиккху, при наличии страдания, именно цепляясь за страдание, привязываясь к страданию, возникает такое воззрение: „Татхагата ни существует, ни не существует после смерти“». Восемнадцатая.

19. Rūpīattāsuttaṃ

19. Сутта о душе, обладающей формой.

242. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Kismiṃ nu kho, bhikkhave, sati, kiṃ upādāya, kiṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘rūpī attā hoti, arogo paraṃ maraṇā’’’ti? Bhagavaṃmūlakā no, bhante, dhammā…pe… ‘‘rūpe kho, bhikkhave, sati, rūpaṃ upādāya, rūpaṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘rūpī attā hoti, arogo paraṃ maraṇā’ti. Vedanāya sati…pe… saññāya sati… saṅkhāresu sati… viññāṇe sati, viññāṇaṃ upādāya, viññāṇaṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘rūpī attā hoti, arogo paraṃ maraṇā’’’ti.

242. В Саваттхи. «При наличии чего, о бхиккху, цепляясь за что, привязываясь к чему, возникает такое воззрение: „Душа обладает формой и невредима после смерти“?» — «Господин, наши учения укоренены в Благословенном...» — «При наличии формы, о бхиккху, цепляясь за форму, привязываясь к форме, возникает такое воззрение: „Душа обладает формой и невредима после смерти“. При наличии чувства... при наличии восприятия... при наличии волевых формирований... при наличии сознания, цепляясь за сознание, привязываясь к сознанию, возникает такое воззрение: „Душа обладает формой и невредима после смерти“».

‘‘Taṃ [Pg.180] kiṃ maññatha, bhikkhave, rūpaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’…pe… vipariṇāmadhammaṃ, api nu taṃ anupādāya evaṃ diṭṭhi uppajjeyya – ‘rūpī attā hoti, arogo paraṃ maraṇā’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Iti kho, bhikkhave, dukkhe sati, dukkhaṃ upādāya, dukkhaṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘rūpī attā hoti, arogo paraṃ maraṇā’’’ti? ‘‘Vedanā…pe… ‘‘no hetaṃ, bhante’’. ‘‘Iti kho, bhikkhave, dukkhe sati, dukkhaṃ upādāya, dukkhaṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘rūpī attā hoti, arogo paraṃ maraṇā’’’ti. Ekūnavīsatimaṃ.

20. Arūpīattāsuttaṃ

20. Сутта о бесформенной душе.

243. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Kismiṃ nu kho, bhikkhave, sati, kiṃ upādāya, kiṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘arūpī attā hoti arogo paraṃ maraṇā’’’ti? (Peyyālo) vīsatimaṃ.

243. В Саваттхи. «При наличии чего, о бхиккху, цепляясь за что, привязываясь к чему, возникает такое воззрение: „Душа бесформенна и невредима после смерти“?»... (Сокращение) Двадцатая.

21. Rūpīcaarūpīcaattāsuttaṃ

21. Сутта о душе, обладающей формой и бесформенной.

244. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Rūpī ca arūpī ca attā hoti arogo paraṃ maraṇā’’ti…pe…. Ekavīsatimaṃ.

244. В Саваттхи. «Душа и обладает формой, и бесформенна, и невредима после смерти»... и так далее... Двадцать первая.

22. Nevarūpīnārūpīattāsuttaṃ

22. Сутта о душе, ни обладающей формой, ни бесформенной.

245. ‘‘Neva rūpī nārūpī attā hoti arogo paraṃ maraṇā’’ti…pe…. Bāvīsatimaṃ.

245. «Душа ни обладает формой, ни бесформенна, и невредима после смерти»... и так далее... Двадцать вторая.

23. Ekantasukhīsuttaṃ

23. Сутта об исключительно счастливой душе.

246. ‘‘Ekantasukhī attā hoti arogo paraṃ maraṇā’’ti…pe…. Tevīsatimaṃ.

246. «Душа исключительно счастлива и невредима после смерти»... и так далее... Двадцать третья.

24. Ekantadukkhīsuttaṃ

24. Сутта об исключительно несчастной душе.

247. ‘‘Ekantadukkhī attā hoti arogo paraṃ maraṇā’’ti…pe…. Catuvīsatimaṃ.

247. «Душа исключительно несчастна и невредима после смерти»... и так далее... Двадцать четвёртая.

25. Sukhadukkhīsuttaṃ

25. Сутта о счастливой и несчастной душе.

248. ‘‘Sukhadukkhī attā hoti arogo paraṃ maraṇā’’ti…pe…. Pañcavīsatimaṃ.

248. «Душа и счастлива, и несчастна, и невредима после смерти»... и так далее... Двадцать пятая.

26. Adukkhamasukhīsuttaṃ

26. Сутта о душе, ни счастливой, ни несчастной.

249. ‘‘Adukkhamasukhī [Pg.181] attā hoti arogo paraṃ maraṇā’’ti? Bhagavaṃmūlakā no, bhante, dhammā…pe… ‘‘rūpe kho, bhikkhave, sati, rūpaṃ upādāya, rūpaṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘adukkhamasukhī attā hoti arogo paraṃ maraṇā’ti. Vedanāya sati… saññāya sati… saṅkhāresu sati… viññāṇe sati, viññāṇaṃ upādāya, viññāṇaṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘adukkhamasukhī attā hoti arogo paraṃ maraṇā’’’ti.

249. «„Душа ни счастлива, ни несчастна, и невредима после смерти“?» — «Господин, наши учения укоренены в Благословенном...» — «При наличии формы, о бхиккху, цепляясь за форму, привязываясь к форме, возникает такое воззрение: „Душа ни счастлива, ни несчастна, и невредима после смерти“. При наличии чувства... при наличии восприятия... при наличии волевых формирований... при наличии сознания, цепляясь за сознание, привязываясь к сознанию, возникает такое воззрение: „Душа ни счастлива, ни несчастна, и невредима после смерти“».

‘‘Taṃ kiṃ maññatha, bhikkhave, rūpaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’…pe… vipariṇāmadhammaṃ, api nu taṃ anupādāya evaṃ diṭṭhi uppajjeyya – ‘adukkhamasukhī attā hoti arogo paraṃ maraṇā’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Iti kho, bhikkhave, dukkhe sati, dukkhaṃ upādāya, dukkhaṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘adukkhamasukhī attā hoti arogo paraṃ maraṇā’’’ti. ‘‘Vedanā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’…pe… vipariṇāmadhammaṃ, api nu taṃ anupādāya evaṃ diṭṭhi uppajjeyya – ‘adukkhamasukhī attā hoti arogo paraṃ maraṇā’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Iti kho, bhikkhave, dukkhe sati, dukkhaṃ upādāya, dukkhaṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘adukkhamasukhī attā hoti arogo paraṃ maraṇā’’’ti. Chabbīsatimaṃ.

«Как вы думаете, о бхиккху, форма постоянна или непостоянна?» — «Непостоянна, Господин»... «подвержена изменению. Но без цепляния за это, могло бы возникнуть такое воззрение: „Душа ни счастлива, ни несчастна, и невредима после смерти“?» — «Нет, Господин». — «Таким образом, о бхиккху, при наличии страдания, именно цепляясь за страдание, привязываясь к страданию, возникает такое воззрение: „Душа ни счастлива, ни несчастна, и невредима после смерти“». — «Чувство... восприятие... волевые формирования... сознание постоянны или непостоянны?» — «Непостоянны, Господин»... «подвержено изменению. Но без цепляния за это, могло бы возникнуть такое воззрение: „Душа ни счастлива, ни несчастна, и невредима после смерти“?» — «Нет, Господин». — «Таким образом, о бхиккху, при наличии страдания, именно цепляясь за страдание, привязываясь к страданию, возникает такое воззрение: „Душа ни счастлива, ни несчастна, и невредима после смерти“». Двадцать шестая.

Dutiyapeyyālo.

Вторая серия сокращений.

Tassuddānaṃ –

Оглавление этой серии:

Vātaṃ etaṃ mama so, attā no ca me siyā;

Natthi karoto hetu ca, mahādiṭṭhena aṭṭhamaṃ.

Sassato asassato ceva, antānantavā ca vuccati;

Taṃ jīvaṃ aññaṃ jīvañca, tathāgatena cattāro.

«Вечный», «Невечный», «Конечный и бесконечный», «Душа и тело — одно», «Душа и тело — разное», и четыре о Татхагате.

Rūpī attā hoti, arūpī ca attā hoti;

Rūpī ca arūpī ca attā hoti;

Neva rūpī nārūpī attā hoti, ekantasukhī attā hoti.

«Душа обладает формой», «Душа бесформенна», «Душа обладает формой и бесформенна», «Душа ни обладает формой, ни бесформенна», «Душа исключительно счастлива».

Ekantadukkhī attā hoti, sukhadukkhī attā hoti;

Adukkhamasukhī attā hoti, arogo paraṃ maraṇāti;

Ime chabbīsati suttā, dutiyavārena desitā.

«Душа исключительно несчастна», «Душа и счастлива, и несчастна», «Душа ни счастлива, ни несчастна, невредима после смерти» — эти двадцать шесть сутт были проповеданы во втором круге.

3. Tatiyagamanavaggo

3. Третья глава повторений.

1. Navātasuttaṃ

1. Сутта о ветре.

250. Sāvatthinidānaṃ[Pg.182]. ‘‘Kismiṃ nu kho, bhikkhave, sati, kiṃ upādāya, kiṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘na vātā vāyanti, na najjo sandanti, na gabbhiniyo vijāyanti, na candimasūriyā udenti vā apenti vā esikaṭṭhāyiṭṭhitā’’’ti? Bhagavaṃmūlakā no, bhante, dhammā…pe….

250. В Саваттхи. «При наличии чего, о бхиккху, цепляясь за что, привязываясь к чему, возникает такое воззрение: „Ветры не дуют, реки не текут, беременные женщины не рожают, луна и солнце не восходят и не заходят, но стоят неподвижно, подобно столпу“?» — «Господин, наши учения укоренены в Благословенном...»

‘‘Rūpe kho, bhikkhave, sati, rūpaṃ upādāya, rūpaṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – na vātā vāyanti…pe… vedanāya sati… saññāya sati… saṅkhāresu sati… viññāṇe sati, viññāṇaṃ upādāya, viññāṇaṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘na vātā vāyanti…pe… esikaṭṭhāyiṭṭhitā’’’ti.

«При наличии формы, о бхиккху, цепляясь за форму, привязываясь к форме, возникает такое воззрение: „Ветры не дуют...“ При наличии чувства... при наличии восприятия... при наличии волевых формирований... при наличии сознания, цепляясь за сознание, привязываясь к сознанию, возникает такое воззрение: „Ветры не дуют... но стоят неподвижно, подобно столпу“».

‘‘Taṃ kiṃ maññatha, bhikkhave, rūpaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’…pe… vipariṇāmadhammaṃ, api nu taṃ anupādāya evaṃ diṭṭhi uppajjeyya – ‘na vātā vāyanti…pe… esikaṭṭhāyiṭṭhitā’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Iti kho, bhikkhave, yadaniccaṃ taṃ dukkhaṃ. Tasmiṃ sati, tadupādāya, evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘na vātā vāyanti, na najjo sandanti, na gabbhiniyo vijāyanti, na candimasūriyā udenti vā apenti vā esikaṭṭhāyiṭṭhitā’’’ti. ‘‘Vedanā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’…pe… vipariṇāmadhammaṃ, api nu taṃ anupādāya evaṃ diṭṭhi uppajjeyya – ‘na vātā vāyanti…pe… esikaṭṭhāyiṭṭhitā’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Iti kho, bhikkhave, yadaniccaṃ taṃ dukkhaṃ. Tasmiṃ sati, tadupādāya evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘na vātā vāyanti…pe… esikaṭṭhāyiṭṭhitā’’’ti. Paṭhamaṃ.

«Как вы думаете, бхиккху, форма постоянна или непостоянна?» — «Непостоянна, уважаемый господин»… «Но без цепляния за то, что непостоянно, подвержено страданию и изменению, могло бы возникнуть такое воззрение: „Ветры не дуют… стоят неподвижно, как столбы“?» — «Нет, уважаемый господин». — «Таким образом, бхиккху, то, что непостоянно — есть страдание. Когда оно присутствует, то из-за цепляния за него возникает такое воззрение: „Ветры не дуют, реки не текут, беременные женщины не рожают, луна и солнце не восходят и не заходят, но стоят неподвижно, как столбы“». «Чувство… восприятие… волевые формации… сознание постоянно или непостоянно?» — «Непостоянно, уважаемый господин»… «Но без цепляния за то, что непостоянно, подвержено страданию и изменению, могло бы возникнуть такое воззрение: „Ветры не дуют… стоят неподвижно, как столбы“?» — «Нет, уважаемый господин». — «Таким образом, бхиккху, то, что непостоянно — есть страдание. Когда оно присутствует, то из-за цепляния за него возникает такое воззрение: „Ветры не дуют… стоят неподвижно, как столбы“». Первая.

251-274. (Dutiyavagge viya catuvīsati suttāni pūretabbāni.) Pañcavīsatimaṃ.

251-274. (Как и во второй главе, следует дополнить двадцать четыре сутты.) Двадцать пятая.

26. Adukkhamasukhīsuttaṃ

26. Адуккхамасукхи сутта

275. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Kismiṃ nu kho, bhikkhave, sati, kiṃ upādāya, kiṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘adukkhamasukhī attā hoti arogo paraṃ maraṇā’’’ti? Bhagavaṃmūlakā no, bhante, dhammā…pe….

275. В Саваттхи. «Бхиккху, при наличии чего, цепляясь за что, привязываясь к чему, возникает такое воззрение: „После смерти „я“ не испытывает ни страдания, ни удовольствия и пребывает в здравии“?» — «Уважаемый господин, наши учения укоренены в Благословенном…»

‘‘Rūpe kho, bhikkhave, sati, rūpaṃ upādāya, rūpaṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘adukkhamasukhī attā hoti arogo paraṃ maraṇā’ti. Vedanāya sati [Pg.183] …pe… saññāya sati… saṅkhāresu sati… viññāṇe sati, viññāṇaṃ upādāya, viññāṇaṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘adukkhamasukhī attā hoti, arogo paraṃ maraṇā’’’ti.

«При наличии формы, бхиккху, цепляясь за форму, привязываясь к форме, возникает такое воззрение: „После смерти „я“ не испытывает ни страдания, ни удовольствия и пребывает в здравии“. При наличии чувства… при наличии восприятия… при наличии волевых формаций… при наличии сознания, цепляясь за сознание, привязываясь к сознанию, возникает такое воззрение: „После смерти „я“ не испытывает ни страдания, ни удовольствия и пребывает в здравии“».

‘‘Taṃ kiṃ maññatha, bhikkhave, rūpaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’…pe… vipariṇāmadhammaṃ, api nu taṃ anupādāya evaṃ diṭṭhi uppajjeyya – ‘adukkhamasukhī attā hoti arogo paraṃ maraṇā’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Iti kho, bhikkhave, yadaniccaṃ taṃ dukkhaṃ. Tasmiṃ sati, tadupādāya evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘adukkhamasukhī attā hoti arogo paraṃ maraṇā’’’ti. ‘‘Vedanā…pe… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’…pe… vipariṇāmadhammaṃ, api nu taṃ anupādāya evaṃ diṭṭhi uppajjeyya – ‘adukkhamasukhī attā hoti, arogo paraṃ maraṇā’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Iti kho, bhikkhave, yadaniccaṃ taṃ dukkhaṃ. Tasmiṃ sati, tadupādāya evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘adukkhamasukhī attā hoti arogo paraṃ maraṇā’’’ti. Chabbīsatimaṃ.

«Как вы думаете, бхиккху, форма постоянна или непостоянна?» — «Непостоянна, уважаемый господин»… «Но без цепляния за то, что непостоянно, подвержено страданию и изменению, могло бы возникнуть такое воззрение: „После смерти „я“ не испытывает ни страдания, ни удовольствия и пребывает в здравии“?» — «Нет, уважаемый господин». — «Таким образом, бхиккху, то, что непостоянно — есть страдание. Когда оно присутствует, то из-за цепляния за него возникает такое воззрение: „После смерти „я“ не испытывает ни страдания, ни удовольствия и пребывает в здравии“». «Чувство… восприятие… волевые формации… сознание постоянно или непостоянно?» — «Непостоянно, уважаемый господин»… «Но без цепляния за то, что непостоянно, подвержено страданию и изменению, могло бы возникнуть такое воззрение: „После смерти „я“ не испытывает ни страдания, ни удовольствия и пребывает в здравии“?» — «Нет, уважаемый господин». — «Таким образом, бхиккху, то, что непостоянно — есть страдание. Когда оно присутствует, то из-за цепляния за него возникает такое воззрение: „После смерти „я“ не испытывает ни страдания, ни удовольствия и пребывает в здравии“». Двадцать шестая.

Tatiyapeyyālo.

Третья сокращённая серия.

4. Catutthagamanavaggo

4. Четвёртая глава о движении.

1. Navātasuttaṃ

1. Навата сутта

276. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Kismiṃ nu kho, bhikkhave, sati kiṃ upādāya, kiṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘na vātā vāyanti, na najjo sandanti, na gabbhiniyo vijāyanti, na candimasūriyā udenti vā apenti vā esikaṭṭhāyiṭṭhitā’’’ti? Bhagavaṃmūlakā no, bhante, dhammā…pe….

276. В Саваттхи. «Бхиккху, при наличии чего, цепляясь за что, привязываясь к чему, возникает такое воззрение: „Ветры не дуют, реки не текут, беременные женщины не рожают, луна и солнце не восходят и не заходят, но стоят неподвижно, как столбы“?» — «Уважаемый господин, наши учения укоренены в Благословенном…»

‘‘Rūpe kho, bhikkhave, sati, rūpaṃ upādāya, rūpaṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘na vātā vāyanti…pe… esikaṭṭhāyiṭṭhitā’ti. Vedanāya sati…pe… saññāya sati… saṅkhāresu sati… viññāṇe sati, viññāṇaṃ upādāya, viññāṇaṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘na vātā vāyanti…pe… esikaṭṭhāyiṭṭhitā’’’ti. ‘‘Taṃ kiṃ maññatha, bhikkhave, rūpaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ, dukkhaṃ vā taṃ sukhaṃ vā’’ti? ‘‘Dukkhaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ dukkhaṃ vipariṇāmadhammaṃ, kallaṃ nu taṃ samanupassituṃ – ‘etaṃ mama, esohamasmi, eso me attā’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Vedanā [Pg.184]… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ, dukkhaṃ vā taṃ sukhaṃ vā’’ti? ‘‘Dukkhaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ dukkhaṃ vipariṇāmadhammaṃ, kallaṃ nu taṃ samanupassituṃ – ‘etaṃ mama, esohamasmi, eso me attā’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’.

«При наличии формы, бхиккху, цепляясь за форму, привязываясь к форме, возникает такое воззрение: „Ветры не дуют… стоят неподвижно, как столбы“. При наличии чувства… при наличии восприятия… при наличии волевых формаций… при наличии сознания, цепляясь за сознание, привязываясь к сознанию, возникает такое воззрение: „Ветры не дуют… стоят неподвижно, как столбы“». «Как вы думаете, бхиккху, форма постоянна или непостоянна?» — «Непостоянна, уважаемый господин». — «А то, что непостоянно — приносит страдание или счастье?» — «Страдание, уважаемый господин». — «Но то, что непостоянно, подвержено страданию и изменению, правильно ли рассматривать так: „Это — моё, это — я, это — моё „я““?» — «Нет, уважаемый господин». «Чувство… восприятие… волевые формации… сознание постоянно или непостоянно?» — «Непостоянно, уважаемый господин». — «А то, что непостоянно — приносит страдание или счастье?» — «Страдание, уважаемый господин». — «Но то, что непостоянно, подвержено страданию и изменению, правильно ли рассматривать так: „Это — моё, это — я, это — моё „я““?» — «Нет, уважаемый господин».

‘‘Tasmātiha, bhikkhave, yaṃ kiñci rūpaṃ atītānāgatapaccuppannaṃ ajjhattaṃ vā bahiddhā vā, oḷārikaṃ vā sukhumaṃ vā hīnaṃ vā paṇītaṃ vā yaṃ dūre santike vā, sabbaṃ rūpaṃ – ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’ti evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya daṭṭhabbaṃ. Yā kāci vedanā… yā kāci saññā… ye keci saṅkhārā… yaṃ kiñci viññāṇaṃ atītānāgatapaccuppannaṃ ajjhattaṃ vā bahiddhā vā oḷārikaṃ vā sukhumaṃ vā hīnaṃ vā paṇītaṃ vā yaṃ dūre santike vā, sabbaṃ viññāṇaṃ – ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’ti evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya daṭṭhabbaṃ.

«Поэтому, бхиккху, любая форма — будь то прошлая, будущая или настоящая, внутренняя или внешняя, грубая или утончённая, низшая или высшая, далёкая или близкая — всякая форма должна рассматриваться в соответствии с действительностью и с правильной мудростью так: „Это не моё, это не я, это не моё „я““. Любое чувство… любое восприятие… любые волевые формации… любое сознание — будь то прошлое, будущее или настоящее, внутреннее или внешнее, грубое или утончённое, низшее или высшее, далёкое или близкое — всякое сознание должно рассматриваться в соответствии с действительностью и с правильной мудростью так: „Это не моё, это не я, это не моё „я““».

‘‘Evaṃ passaṃ…pe… nāparaṃ itthattāyāti pajānātī’’ti. Paṭhamaṃ.

«Видя так… он понимает: „…нет ничего более для этого состояния бытия“». Первая.

277-300. (Dutiyavagge viya catuvīsati suttāni pūretabbāni.) Pañcavīsatimaṃ.

277-300. (Как и во второй главе, следует дополнить двадцать четыре сутты.) Двадцать пятая.

26. Adukkhamasukhīsuttaṃ

26. Адуккхамасукхи сутта

301. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Kismiṃ nu kho, bhikkhave, sati, kiṃ upādāya, kiṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘adukkhamasukhī attā hoti, arogo paraṃ maraṇā’’’ti? Bhagavaṃmūlakā no, bhante, dhammā…pe….

301. В Саваттхи. «Бхиккху, при наличии чего, цепляясь за что, привязываясь к чему, возникает такое воззрение: „После смерти „я“ не испытывает ни страдания, ни удовольствия и пребывает в здравии“?» — «Уважаемый господин, наши учения укоренены в Благословенном…»

‘‘Rūpe kho, bhikkhave, sati, rūpaṃ upādāya, rūpaṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘adukkhamasukhī attā hoti, arogo paraṃ maraṇā’ti. Vedanāya sati… saññāya sati… saṅkhāresu sati… viññāṇe sati, viññāṇaṃ upādāya, viññāṇaṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘adukkhamasukhī attā hoti, arogo paraṃ maraṇā’’’ti.

‘‘Taṃ kiṃ maññatha, bhikkhave, rūpaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ, dukkhaṃ vā taṃ sukhaṃ vā’’ti? ‘‘Dukkhaṃ, bhante ’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ dukkhaṃ vipariṇāmadhammaṃ, kallaṃ nu taṃ samanupassituṃ – ‘etaṃ mama, esohamasmi, eso me attā’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Vedanā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ dukkhaṃ vā taṃ sukhaṃ vā’’ti? ‘‘Dukkhaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ dukkhaṃ [Pg.185] vipariṇāmadhammaṃ, kallaṃ nu taṃ samanupassituṃ – ‘etaṃ mama, esohamasmi, eso me attā’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’.

«Как вы думаете, бхиккху, форма постоянна или непостоянна?» — «Непостоянна, уважаемый господин». — «А то, что непостоянно — приносит страдание или счастье?» — «Страдание, уважаемый господин». — «Но то, что непостоянно, подвержено страданию и изменению, правильно ли рассматривать так: „Это — моё, это — я, это — моё „я““?» — «Нет, уважаемый господин». «Чувство… восприятие… волевые формации… сознание постоянно или непостоянно?» — «Непостоянно, уважаемый господин». — «А то, что непостоянно — приносит страдание или счастье?» — «Страдание, уважаемый господин». — «Но то, что непостоянно, подвержено страданию и изменению, правильно ли рассматривать так: „Это — моё, это — я, это — моё „я““?» — «Нет, уважаемый господин».

‘‘Tasmātiha, bhikkhave, yaṃ kiñci rūpaṃ atītānāgatapaccuppannaṃ ajjhattaṃ vā bahiddhā vā oḷārikaṃ vā sukhumaṃ vā hīnaṃ vā paṇītaṃ vā yaṃ dūre santike vā, sabbaṃ rūpaṃ – ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’ti evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya daṭṭhabbaṃ. Yā kāci vedanā… yā kāci saññā… ye keci saṅkhārā… yaṃ kiñci viññāṇaṃ atītānāgatapaccuppannaṃ ajjhattaṃ vā bahiddhā vā, oḷārikaṃ vā sukhumaṃ vā hīnaṃ vā paṇītaṃ vā yaṃ dūre santike vā, sabbaṃ viññāṇaṃ – ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’’’ti evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya daṭṭhabbaṃ.

«Видя так, бхиккху, образованный благородный ученик испытывает разочарование в форме, разочарование в чувстве, разочарование в восприятии, разочарование в волевых формациях, разочарование в сознании. Испытывая разочарование, он становится бесстрастным. Благодаря бесстрастию [его ум] освобождается. Когда он освобождён, приходит знание: „Освобождён“. Он понимает: „Уничтожено рождение, святая жизнь прожита, сделано то, что должно было быть сделано, нет ничего более для этого состояния бытия“». Двадцать шестая.

Tassuddānaṃ –

Оглавление этой главы:

Purimagamane aṭṭhārasa veyyākaraṇā;

Dutiyagamane chabbīsaṃ vitthāretabbāni.

В первой серии о движении — восемнадцать разъяснений; во второй серии о движении — двадцать шесть сутт, подлежащих подробному изложению.

Tatiyagamane chabbīsaṃ vitthāretabbāni;

Catutthagamane chabbīsaṃ vitthāretabbāni.

В третьей серии о движении — двадцать шесть сутт, подлежащих подробному изложению; в четвёртой серии о движении — двадцать шесть сутт, подлежащих подробному изложению.

Diṭṭhisaṃyuttaṃ samattaṃ.

Диттхи саньютта завершена.

4. Okkantasaṃyuttaṃ

4. Окканта саньютта

1. Cakkhusuttaṃ

1. Чаккху сутта

302. Sāvatthinidānaṃ[Pg.186]. ‘‘Cakkhuṃ, bhikkhave, aniccaṃ vipariṇāmi aññathābhāvi; sotaṃ aniccaṃ vipariṇāmi aññathābhāvi; ghānaṃ aniccaṃ vipariṇāmi aññathābhāvi; jivhā aniccā vipariṇāmī aññathābhāvī ; kāyo anicco vipariṇāmī aññathābhāvī; mano anicco vipariṇāmī aññathābhāvī. Yo, bhikkhave, ime dhamme evaṃ saddahati adhimuccati – ayaṃ vuccati saddhānusārī, okkanto sammattaniyāmaṃ, sappurisabhūmiṃ okkanto, vītivatto puthujjanabhūmiṃ; abhabbo taṃ kammaṃ kātuṃ, yaṃ kammaṃ katvā nirayaṃ vā tiracchānayoniṃ vā pettivisayaṃ vā upapajjeyya; abhabbo ca tāva kālaṃ kātuṃ yāva na sotāpattiphalaṃ sacchikaroti’’.

302. В Саваттхи. «Бхиккху, глаз непостоянен, подвержен изменению и становлению иным. Ухо непостоянно, подвержено изменению и становлению иным. Нос непостоянен, подвержен изменению и становлению иным. Язык непостоянен, подвержен изменению и становлению иным. Тело непостоянно, подвержено изменению и становлению иным. Ум непостоянен, подвержен изменению и становлению иным. Тот, бхиккху, кто верит в эти учения и устремляется к ним таким образом, зовётся ведомым верой (саддханусари), вступившим на путь истинности, вошедшим в обитель благородных людей, превзошедшим обитель обычных людей. Он неспособен совершить такое деяние, из-за которого мог бы переродиться в аду, в мире животных или в царстве голодных духов; он неспособен умереть, не реализовав плод вхождения в поток».

‘‘Yassa kho, bhikkhave, ime dhammā evaṃ paññāya mattaso nijjhānaṃ khamanti, ayaṃ vuccati – ‘dhammānusārī, okkanto sammattaniyāmaṃ, sappurisabhūmiṃ okkanto, vītivatto puthujjanabhūmiṃ; abhabbo taṃ kammaṃ kātuṃ, yaṃ kammaṃ katvā nirayaṃ vā tiracchānayoniṃ vā pettivisayaṃ vā upapajjeyya; abhabbo ca tāva kālaṃ kātuṃ yāva na sotāpattiphalaṃ sacchikaroti’. Yo, bhikkhave, ime dhamme evaṃ pajānāti evaṃ passati, ayaṃ vuccati – ‘sotāpanno avinipātadhammo niyato sambodhiparāyano’’’ti. Paṭhamaṃ.

«Тот, бхиккху, для кого эти учения после достаточного размышления над ними с мудростью принимаются таким образом, зовётся ведомым Дхаммой (дхамманусари), вступившим на путь истинности, вошедшим в обитель благородных людей, превзошедшим обитель обычных людей. Он неспособен совершить такое деяние, из-за которого мог бы переродиться в аду, в мире животных или в царстве голодных духов; он неспособен умереть, не реализовав плод вхождения в поток. Тот, бхиккху, кто знает и видит эти учения таким образом, зовётся вошедшим в поток (сотапанна), не подверженным падению в миры страданий, утвердившимся в своей судьбе, устремлённым к пробуждению». Первая.

2. Rūpasuttaṃ

2. Рупа сутта

303. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Rūpā, bhikkhave, aniccā vipariṇāmino aññathābhāvino; saddā aniccā vipariṇāmino aññathābhāvino; gandhā aniccā vipariṇāmino aññathābhāvino; rasā aniccā vipariṇāmino aññathābhāvino; phoṭṭhabbā aniccā vipariṇāmino aññathābhāvino; dhammā aniccā vipariṇāmino aññathābhāvino. Yo, bhikkhave, ime dhamme evaṃ saddahati adhimuccati, ayaṃ vuccati saddhānusārī, okkanto sammattaniyāmaṃ, sappurisabhūmiṃ okkanto, vītivatto puthujjanabhūmiṃ; abhabbo taṃ kammaṃ kātuṃ, yaṃ kammaṃ katvā nirayaṃ vā tiracchānayoniṃ vā pettivisayaṃ [Pg.187] vā upapajjeyya; abhabbo ca tāva kālaṃ kātuṃ yāva na sotāpattiphalaṃ sacchikaroti’’.

303. В Саваттхи. «Бхиккху, формы непостоянны, подвержены изменению и становлению иным. Звуки непостоянны, подвержены изменению и становлению иным. Запахи непостоянны, подвержены изменению и становлению иным. Вкусы непостоянны, подвержены изменению и становлению иным. Тактильные объекты непостоянны, подвержены изменению и становлению иным. Ментальные феномены непостоянны, подвержены изменению и становлению иным. Тот, бхиккху, кто верит в эти учения и устремляется к ним таким образом, зовётся ведомым верой (саддханусари), вступившим на путь истинности, вошедшим в обитель благородных людей, превзошедшим обитель обычных людей. Он неспособен совершить такое деяние, из-за которого мог бы переродиться в аду, в мире животных или в царстве голодных духов; он неспособен умереть, не реализовав плод вхождения в поток».

«Монахи, тот, для кого эти учения после достаточного размышления над ними с мудростью принимаются таким образом, называется последователем Дхаммы, вступившим на верный путь правильности, вступившим в обитель благородных людей, преодолевшим обитель обычных людей. Он неспособен совершить такое деяние, из-за которого мог бы переродиться в аду, в мире животных или в мире голодных духов; он неспособен умереть, не реализовав плод вхождения в поток. Монахи, тот, кто так знает и так видит эти учения, называется вошедшим в поток, не подверженным падению в низшие миры, утвердившимся в своей судьбе, устремленным к пробуждению». Вторая.

3. Viññāṇasuttaṃ

3. Винняна-сутта (Сутта о сознании)

304. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Cakkhuviññāṇaṃ, bhikkhave, aniccaṃ vipariṇāmi aññathābhāvi; sotaviññāṇaṃ… ghānaviññāṇaṃ… jivhāviññāṇaṃ… kāyaviññāṇaṃ… manoviññāṇaṃ aniccaṃ vipariṇāmi aññathābhāvi. Yo bhikkhave…pe… sambodhiparāyano’’ti. Tatiyaṃ.

304. В Саваттхи. «Монахи, сознание глаза непостоянно, изменчиво, подвержено инаковости. Сознание уха… сознание носа… сознание языка… сознание тела… сознание ума непостоянно, изменчиво, подвержено инаковости. Монахи, тот, кто… устремленным к пробуждению». Третья.

4. Samphassasuttaṃ

4. Сампхасса-сутта (Сутта о контакте)

305. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Cakkhusamphasso, bhikkhave, anicco vipariṇāmī aññathābhāvī; sotasamphasso… ghānasamphasso… jivhāsamphasso… kāyasamphasso… manosamphasso anicco vipariṇāmī aññathābhāvī. Yo, bhikkhave, ime dhamme evaṃ saddahati adhimuccati, ayaṃ vuccati ‘saddhānusārī…pe… sambodhiparāyano’’’ti. Catutthaṃ.

305. В Саваттхи. «Монахи, контакт глаза непостоянен, изменчив, подвержен инаковости. Контакт уха… контакт носа… контакт языка… контакт тела… контакт ума непостоянен, изменчив, подвержен инаковости. Монахи, тот, кто так верит в эти учения и устремляется к ним, называется последователем веры… устремленным к пробуждению». Четвертая.

5. Samphassajāsuttaṃ

5. Сампхассаджа-сутта (Сутта о чувстве, рожденном контактом)

306. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Cakkhusamphassajā, bhikkhave, vedanā aniccā vipariṇāmī aññathābhāvī; sotasamphassajā vedanā…pe… ghānasamphassajā vedanā…pe… jivhāsamphassajā vedanā…pe… kāyasamphassajā vedanā…pe… manosamphassajā vedanā aniccā vipariṇāmī aññathābhāvī. Yo, bhikkhave, ime dhamme evaṃ saddahati adhimuccati, ayaṃ vuccati ‘saddhānusārī…pe… sambodhiparāyano’’’ti. Pañcamaṃ.

306. В Саваттхи. «Монахи, чувство, рожденное контактом глаза, непостоянно, изменчиво, подвержено инаковости. Чувство, рожденное контактом уха… чувство, рожденное контактом носа… чувство, рожденное контактом языка… чувство, рожденное контактом тела… чувство, рожденное контактом ума непостоянно, изменчиво, подвержено инаковости. Монахи, тот, кто так верит в эти учения и устремляется к ним, называется последователем веры… устремленным к пробуждению». Пятая.

6. Rūpasaññāsuttaṃ

6. Рупасання-сутта (Сутта о восприятии форм)

307. Sāvatthinidānaṃ[Pg.188]. ‘‘Rūpasaññā, bhikkhave, aniccā vipariṇāmī aññathābhāvī; saddasaññā… gandhasaññā… rasasaññā… phoṭṭhabbasaññā… dhammasaññā aniccā vipariṇāmī aññathābhāvī. Yo, bhikkhave, ime dhamme evaṃ saddahati adhimuccati, ayaṃ vuccati ‘saddhānusārī…pe… sambodhiparāyano’’’ti. Chaṭṭhaṃ.

307. В Саваттхи. «Монахи, восприятие форм непостоянно, изменчиво, подвержено инаковости. Восприятие звуков… восприятие запахов… восприятие вкусов… восприятие тактильных ощущений… восприятие ментальных феноменов непостоянно, изменчиво, подвержено инаковости. Монахи, тот, кто так верит в эти учения и устремляется к ним, называется последователем веры… устремленным к пробуждению». Шестая.

7. Rūpasañcetanāsuttaṃ

7. Рупасанчетана-сутта (Сутта о волевом намерении в отношении форм)

308. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Rūpasañcetanā, bhikkhave, aniccā vipariṇāmī aññathābhāvī; saddasañcetanā… gandhasañcetanā… rasasañcetanā… phoṭṭhabbasañcetanā… dhammasañcetanā aniccā vipariṇāmī aññathābhāvī. Yo, bhikkhave, ime dhamme evaṃ saddahati adhimuccati, ayaṃ vuccati ‘saddhānusārī…pe… sambodhiparāyano’’’ti. Sattamaṃ.

308. В Саваттхи. «Монахи, волевое намерение в отношении форм непостоянно, изменчиво, подвержено инаковости. Волевое намерение в отношении звуков… волевое намерение в отношении запахов… волевое намерение в отношении вкусов… волевое намерение в отношении тактильных ощущений… волевое намерение в отношении ментальных феноменов непостоянно, изменчиво, подвержено инаковости. Монахи, тот, кто так верит в эти учения и устремляется к ним, называется последователем веры… устремленным к пробуждению». Седьмая.

8. Rūpataṇhāsuttaṃ

8. Рупатанха-сутта (Сутта о жажде к формам)

309. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Rūpataṇhā, bhikkhave, aniccā vipariṇāmī aññathābhāvī; saddataṇhā… gandhataṇhā… rasataṇhā… phoṭṭhabbataṇhā… dhammataṇhā aniccā vipariṇāmī aññathābhāvī. Yo, bhikkhave, ime dhamme evaṃ saddahati adhimuccati, ayaṃ vuccati ‘saddhānusārī…pe… sambodhiparāyano’’’ti. Aṭṭhamaṃ.

309. В Саваттхи. «Монахи, жажда к формам непостоянна, изменчива, подвержена инаковости. Жажда к звукам… жажда к запахам… жажда к вкусам… жажда к тактильным ощущениям… жажда к ментальным феноменам непостоянна, изменчива, подвержена инаковости. Монахи, тот, кто так верит в эти учения и устремляется к ним, называется последователем веры… устремленным к пробуждению». Восьмая.

9. Pathavīdhātusuttaṃ

9. Патхавидхату-сутта (Сутта об элементе земли)

310. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Pathavīdhātu, bhikkhave, aniccā vipariṇāmī aññathābhāvī; āpodhātu… tejodhātu… vāyodhātu… ākāsadhātu… viññāṇadhātu aniccā vipariṇāmī aññathābhāvī. Yo, bhikkhave, ime dhamme evaṃ saddahati adhimuccati, ayaṃ vuccati ‘saddhānusārī…pe… sambodhiparāyano’’’ti. Navamaṃ.

310. В Саваттхи. «Монахи, элемент земли непостоянен, изменчив, подвержен инаковости. Элемент воды… элемент огня… элемент воздуха… элемент пространства… элемент сознания непостоянен, изменчив, подвержен инаковости. Монахи, тот, кто так верит в эти учения и устремляется к ним, называется последователем веры… устремленным к пробуждению». Девятая.

10. Khandhasuttaṃ

10. Кхандха-сутта (Сутта о совокупностях)

311. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Rūpaṃ, bhikkhave, aniccaṃ vipariṇāmi aññathābhāvi; vedanā aniccā vipariṇāmī aññathābhāvī; saññā… saṅkhārā aniccā vipariṇāmino aññathābhāvino; viññāṇaṃ aniccaṃ vipariṇāmi aññathābhāvi[Pg.189]. Yo, bhikkhave, ime dhamme evaṃ saddahati adhimuccati, ayaṃ vuccati saddhānusārī, okkanto sammattaniyāmaṃ, sappurisabhūmiṃ okkanto, vītivatto puthujjanabhūmiṃ; abhabbo taṃ kammaṃ kātuṃ, yaṃ kammaṃ katvā nirayaṃ vā tiracchānayoniṃ vā pettivisayaṃ vā upapajjeyya; abhabbo ca tāva kālaṃ kātuṃ yāva na sotāpattiphalaṃ sacchikaroti’’.

311. В Саваттхи. «Монахи, форма непостоянна, изменчива, подвержена инаковости. Чувство непостоянно, изменчиво, подвержено инаковости. Восприятие… волевые формации непостоянны, изменчивы, подвержены инаковости. Сознание непостоянно, изменчиво, подвержено инаковости. Монахи, тот, кто так верит в эти учения и устремляется к ним, называется последователем веры, вступившим на верный путь правильности, вступившим в обитель благородных людей, преодолевшим обитель обычных людей. Он неспособен совершить такое деяние, из-за которого мог бы переродиться в аду, в мире животных или в мире голодных духов; он неспособен умереть, не реализовав плод вхождения в поток».

Okkantasaṃyuttaṃ samattaṃ.

Окканта-саньютта завершена.

Tassuddānaṃ –

Оглавление этой саньютты:

Cakkhu rūpañca viññāṇaṃ, phasso ca vedanāya ca;

Saññā ca cetanā taṇhā, dhātu khandhena te dasāti.

Глаз, форма, сознание, контакт, а также чувство; восприятие, волевое намерение, жажда, элемент и совокупность — таковы эти десять сутт.

5. Uppādasaṃyuttaṃ

5. Уппада-саньютта (Связанные диссипации о возникновении)

1. Cakkhusuttaṃ

1. Чаккху-сутта (Сутта о глазе)

312. Sāvatthinidānaṃ[Pg.190]. ‘‘Yo kho, bhikkhave, cakkhussa uppādo ṭhiti abhinibbatti pātubhāvo, dukkhasseso uppādo, rogānaṃ ṭhiti, jarāmaraṇassa pātubhāvo. Yo sotassa uppādo ṭhiti…pe… yo ghānassa uppādo ṭhiti… yo jivhāya uppādo ṭhiti… yo kāyassa uppādo ṭhiti… yo manassa uppādo ṭhiti abhinibbatti pātubhāvo, dukkhasseso uppādo, rogānaṃ ṭhiti, jarāmaraṇassa pātubhāvo. Yo ca, bhikkhave, cakkhussa nirodho vūpasamo atthaṅgamo, dukkhasseso nirodho, rogānaṃ vūpasamo, jarāmaraṇassa atthaṅgamo. Yo sotassa nirodho…pe… yo ghānassa nirodho… yo jivhāya nirodho… yo kāyassa nirodho… yo manassa nirodho vūpasamo atthaṅgamo, dukkhasseso nirodho, rogānaṃ vūpasamo, jarāmaraṇassa atthaṅgamo’’ti. Paṭhamaṃ.

312. В Саваттхи. «Монахи, возникновение, пребывание, порождение и проявление глаза — это возникновение страдания, пребывание болезней, проявление старости и смерти. Возникновение, пребывание… уха… носа… языка… тела… возникновение, пребывание, порождение и проявление ума — это возникновение страдания, пребывание болезней, проявление старости и смерти. Монахи, прекращение, угасание и исчезновение глаза — это прекращение страдания, угасание болезней, исчезновение старости и смерти. Прекращение… уха… носа… языка… тела… прекращение, угасание и исчезновение ума — это прекращение страдания, угасание болезней, исчезновение старости и смерти». Первая.

2. Rūpasuttaṃ

2. Рупа-сутта (Сутта о формах)

313. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Yo kho, bhikkhave, rūpānaṃ uppādo ṭhiti abhinibbatti pātubhāvo, dukkhasseso uppādo, rogānaṃ ṭhiti, jarāmaraṇassa pātubhāvo. Yo saddānaṃ… yo gandhānaṃ… yo rasānaṃ… yo phoṭṭhabbānaṃ… yo dhammānaṃ uppādo ṭhiti abhinibbatti pātubhāvo, dukkhasseso uppādo, rogānaṃ ṭhiti, jarāmaraṇassa pātubhāvo. Yo ca kho, bhikkhave, rūpānaṃ nirodho vūpasamo atthaṅgamo, dukkhasseso nirodho, rogānaṃ vūpasamo, jarāmaraṇassa atthaṅgamo. Yo saddānaṃ… yo gandhānaṃ… yo rasānaṃ… yo phoṭṭhabbānaṃ… yo dhammānaṃ nirodho vūpasamo atthaṅgamo, dukkhasseso nirodho, rogānaṃ vūpasamo, jarāmaraṇassa atthaṅgamo’’ti. Dutiyaṃ.

313. В Саваттхи. «Монахи, возникновение, пребывание, порождение и проявление форм — это возникновение страдания, пребывание болезней, проявление старости и смерти. Возникновение, пребывание… звуков… запахов… вкусов… тактильных ощущений… возникновение, пребывание, порождение и проявление ментальных феноменов — это возникновение страдания, пребывание болезней, проявление старости и смерти. Монахи, прекращение, угасание и исчезновение форм — это прекращение страдания, угасание болезней, исчезновение старости и смерти. Прекращение… звуков… запахов… вкусов… тактильных ощущений… прекращение, угасание и исчезновение ментальных феноменов — это прекращение страдания, угасание болезней, исчезновение старости и смерти». Вторая.

3. Viññāṇasuttaṃ

3. Винняна-сутта (Сутта о сознании)

314. Sāvatthinidānaṃ[Pg.191]. ‘‘Yo kho, bhikkhave, cakkhuviññāṇassa uppādo ṭhiti…pe… jarāmaraṇassa pātubhāvo…pe… yo manoviññāṇassa uppādo ṭhiti…pe… jarāmaraṇassa pātubhāvo. Yo ca kho, bhikkhave, cakkhuviññāṇassa nirodho…pe… jarāmaraṇassa atthaṅgamo…pe… yo manoviññāṇassa nirodho…pe… jarāmaraṇassa atthaṅgamo’’ti. Tatiyaṃ.

314. В Саваттхи. «Монахи, возникновение, пребывание… сознания глаза… проявление старости и смерти… возникновение, пребывание… сознания ума… проявление старости и смерти. Монахи, прекращение… сознания глаза… исчезновение старости и смерти… прекращение… сознания ума… исчезновение старости и смерти». Третья.

4. Samphassasuttaṃ

4. Сампхасса-сутта (Сутта о контакте)

315. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Yo kho, bhikkhave, cakkhusamphassassa uppādo ṭhiti…pe… jarāmaraṇassa pātubhāvo…pe… yo manosamphassassa uppādo ṭhiti…pe… jarāmaraṇassa pātubhāvo. Yo ca kho, bhikkhave, cakkhusamphassassa nirodho…pe… jarāmaraṇassa atthaṅgamo…pe… yo manosamphassassa nirodho…pe… jarāmaraṇassa atthaṅgamo’’ti. Catutthaṃ.

315. В Саваттхи. «Монахи, возникновение, пребывание… контакта глаза… проявление старости и смерти… возникновение, пребывание… контакта ума… проявление старости и смерти. Монахи, прекращение… контакта глаза… исчезновение старости и смерти… прекращение… контакта ума… исчезновение старости и смерти». Четвертая.

5. Samphassajasuttaṃ

5. Сампхассаджа-сутта (Сутта о чувстве, рожденном контактом)

316. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Yo kho, bhikkhave, cakkhusamphassajāya vedanāya uppādo ṭhiti…pe… jarāmaraṇassa pātubhāvo…pe….

316. В Саваттхи. «Монахи, возникновение, пребывание… чувства, рожденного контактом глаза… проявление старости и смерти…

Yo manosamphassajāya vedanāya uppādo ṭhiti…pe… jarāmaraṇassa pātubhāvo. Yo ca kho, bhikkhave, cakkhusamphassajāya vedanāya nirodho vūpasamo…pe… jarāmaraṇassa atthaṅgamo…pe… yo manosamphassajāya vedanāya nirodho vūpasamo atthaṅgamo, dukkhasseso nirodho, rogānaṃ vūpasamo, jarāmaraṇassa atthaṅgamo’’ti. Pañcamaṃ.

возникновение, пребывание… чувства, рожденного контактом ума… проявление старости и смерти. Монахи, прекращение, угасание… чувства, рожденного контактом глаза… исчезновение старости и смерти… прекращение, угасание и исчезновение чувства, рожденного контактом ума — это прекращение страдания, угасание болезней, исчезновение старости и смерти». Пятая.

6. Saññāsuttaṃ

6. Сання-сутта (Сутта о восприятии)

317. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Yo kho, bhikkhave, rūpasaññāya uppādo ṭhiti…pe… jarāmaraṇassa pātubhāvo…pe… yo dhammasaññāya uppādo ṭhiti abhinibbatti pātubhāvo, dukkhasseso uppādo, rogānaṃ ṭhiti, jarāmaraṇassa pātubhāvo. Yo ca kho, bhikkhave, rūpasaññāya nirodho…pe… jarāmaraṇassa atthaṅgamo…pe… yo dhammasaññāya nirodho vūpasamo atthaṅgamo, dukkhasseso nirodho, rogānaṃ vūpasamo, jarāmaraṇassa atthaṅgamo’’ti. Chaṭṭhaṃ.

317. В Саваттхи. «Монахи, возникновение, пребывание… восприятия форм… проявление старости и смерти… возникновение, пребывание, порождение и проявление восприятия ментальных феноменов — это возникновение страдания, пребывание болезней, проявление старости и смерти. Монахи, прекращение… восприятия форм… исчезновение старости и смерти… прекращение, угасание и исчезновение восприятия ментальных феноменов — это прекращение страдания, угасание болезней, исчезновение старости и смерти». Шестая.

7. Sañcetanāsuttaṃ

7. Санчетана-сутта (Сутта о волевом намерении)

318. Sāvatthinidānaṃ[Pg.192]. ‘‘Yo kho, bhikkhave, rūpasañcetanāya uppādo ṭhiti…pe… jarāmaraṇassa pātubhāvo…pe… yo dhammasañcetanāya uppādo ṭhiti abhinibbatti pātubhāvo, dukkhasseso uppādo, rogānaṃ ṭhiti, jarāmaraṇassa pātubhāvo. Yo ca kho, bhikkhave, rūpasañcetanāya nirodho…pe… jarāmaraṇassa atthaṅgamo…pe… yo dhammasañcetanāya nirodho vūpasamo atthaṅgamo, dukkhasseso nirodho, rogānaṃ vūpasamo, jarāmaraṇassa atthaṅgamo’’ti. Sattamaṃ.

318. В Саваттхи. «Монахи, возникновение, пребывание… волевого намерения в отношении форм… проявление старости и смерти… возникновение, пребывание, порождение и проявление волевого намерения в отношении ментальных феноменов — это возникновение страдания, пребывание болезней, проявление старости и смерти. Монахи, прекращение… волевого намерения в отношении форм… исчезновение старости и смерти… прекращение, угасание и исчезновение волевого намерения в отношении ментальных феноменов — это прекращение страдания, угасание болезней, исчезновение старости и смерти». Седьмая.

8. Taṇhāsuttaṃ

8. Танха-сутта (Сутта о жажде)

319. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Yo kho, bhikkhave, rūpataṇhāya uppādo ṭhiti…pe… jarāmaraṇassa pātubhāvo…pe… yo dhammataṇhāya uppādo ṭhiti abhinibbatti pātubhāvo, dukkhasseso uppādo, rogānaṃ ṭhiti, jarāmaraṇassa pātubhāvo. Yo ca kho, bhikkhave, rūpataṇhāya nirodho…pe… jarāmaraṇassa atthaṅgamo…pe… yo dhammataṇhāya nirodho vūpasamo atthaṅgamo, dukkhasseso nirodho, rogānaṃ vūpasamo, jarāmaraṇassa atthaṅgamo’’ti. Aṭṭhamaṃ.

319. В Саваттхи. «Монахи, возникновение, пребывание… жажды к формам… проявление старости и смерти… возникновение, пребывание, порождение и проявление жажды к ментальным феноменам — это возникновение страдания, пребывание болезней, проявление старости и смерти. Монахи, прекращение… жажды к формам… исчезновение старости и смерти… прекращение, угасание и исчезновение жажды к ментальным феноменам — это прекращение страдания, угасание болезней, исчезновение старости и смерти». Восьмая.

9. Dhātusuttaṃ

9. Дхату-сутта (Сутта об элементах)

320. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Yo kho, bhikkhave, pathavīdhātuyā uppādo ṭhiti abhinibbatti pātubhāvo…pe… jarāmaraṇassa pātubhāvo; yo āpodhātuyā… yo tejodhātuyā… yo vāyodhātuyā… yo ākāsadhātuyā… yo viññāṇadhātuyā uppādo ṭhiti abhinibbatti pātubhāvo, dukkhasseso uppādo, rogānaṃ ṭhiti, jarāmaraṇassa pātubhāvo. Yo ca kho, bhikkhave, pathavīdhātuyā nirodho…pe… jarāmaraṇassa atthaṅgamo; yo āpodhātuyā nirodho… yo tejodhātuyā nirodho… yo vāyodhātuyā nirodho… yo ākāsadhātuyā nirodho… yo viññāṇadhātuyā nirodho vūpasamo atthaṅgamo, dukkhasseso nirodho, rogānaṃ vūpasamo, jarāmaraṇassa atthaṅgamo’’ti. Navamaṃ.

320. В Саваттхи. «Монахи, возникновение, пребывание, порождение и проявление элемента земли… [и т. д.] …проявление старости и смерти; возникновение, пребывание, порождение и проявление элемента воды… элемента огня… элемента воздуха… элемента пространства… элемента сознания — это возникновение страдания, пребывание болезней, проявление старости и смерти. Но, монахи, прекращение, затихание и исчезновение элемента земли… прекращение, затихание и исчезновение элемента воды… элемента огня… элемента воздуха… элемента пространства… элемента сознания — это прекращение страдания, затихание болезней, исчезновение старости и смерти». Девятая [сутта].

10. Khandhasuttaṃ

10. Кхандха сутта (Сутта о совокупностях)

321. Sāvatthinidānaṃ[Pg.193]. ‘‘Yo kho, bhikkhave, rūpassa uppādo ṭhiti abhinibbatti pātubhāvo, dukkhasseso uppādo, rogānaṃ ṭhiti, jarāmaraṇassa pātubhāvo. Yo vedanāya… yo saññāya… yo saṅkhārānaṃ… yo viññāṇassa uppādo ṭhiti abhinibbatti pātubhāvo, dukkhasseso uppādo, rogānaṃ ṭhiti, jarāmaraṇassa pātubhāvo. Yo ca kho, bhikkhave, rūpassa nirodho vūpasamo atthaṅgamo, dukkhasseso nirodho, rogānaṃ vūpasamo, jarāmaraṇassa atthaṅgamo. Yo vedanāya… yo saññāya… yo saṅkhārānaṃ… yo viññāṇassa nirodho vūpasamo atthaṅgamo, dukkhasseso nirodho, rogānaṃ vūpasamo, jarāmaraṇassa atthaṅgamo’’ti. Dasamaṃ.

321. В Саваттхи. «Монахи, возникновение, пребывание, порождение и проявление формы — это возникновение страдания, пребывание болезней, проявление старости и смерти. Возникновение, пребывание, порождение и проявление чувства… восприятия… волевых формирований… сознания — это возникновение страдания, пребывание болезней, проявление старости и смерти. Но, монахи, прекращение, затихание и исчезновение формы — это прекращение страдания, затихание болезней, исчезновение старости и смерти. Прекращение, затихание и исчезновение чувства… восприятия… волевых формирований… сознания — это прекращение страдания, затихание болезней, исчезновение старости и смерти». Десятая [сутта].

Uppādasaṃyuttaṃ samattaṃ.

Уппада саньютта завершена.

Tassuddānaṃ –

Оглавление:

Cakkhu rūpañca viññāṇaṃ, phasso ca vedanāya ca;

Saññā ca cetanā taṇhā, dhātu khandhena te dasāti.

Глаз, форма и сознание, контакт и чувство, восприятие, воля, жажда, элемент и совокупность — таковы эти десять.

6. Kilesasaṃyuttaṃ

6. Килеса саньютта (Связанные наставления об осквернениях ума)

1. Cakkhusuttaṃ

1. Чаккху сутта (Сутта о глазе)

322. Sāvatthinidānaṃ[Pg.194]. ‘‘Yo, bhikkhave, cakkhusmiṃ chandarāgo, cittasseso upakkileso. Yo sotasmiṃ chandarāgo, cittasseso upakkileso. Yo ghānasmiṃ chandarāgo, cittasseso upakkileso. Yo jivhāya chandarāgo, cittasseso upakkileso. Yo kāyasmiṃ chandarāgo, cittasseso upakkileso. Yo manasmiṃ chandarāgo, cittasseso upakkileso. Yato kho, bhikkhave, bhikkhuno imesu chasu ṭhānesu cetaso upakkileso pahīno hoti, nekkhammaninnañcassa cittaṃ hoti. Nekkhammaparibhāvitaṃ cittaṃ kammaniyaṃ khāyati, abhiññā sacchikaraṇīyesu dhammesū’’ti. Paṭhamaṃ.

322. В Саваттхи. «Монахи, желание и страсть к глазу — это осквернение ума. Желание и страсть к уху… к носу… к языку… к телу… к уму — это осквернение ума. Когда же, монахи, у монаха осквернение ума в этих шести случаях устранено, его ум устремляется к отречению. Ум, укреплённый отречением, становится податливым для познания тех вещей, которые должны быть постигнуты прямым знанием». Первая [сутта].

2. Rūpasuttaṃ

2. Рупа сутта (Сутта о формах)

323. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Yo, bhikkhave, rūpesu chandarāgo, cittasseso upakkileso. Yo saddesu… yo gandhesu… yo rasesu… yo phoṭṭhabbesu… yo dhammesu chandarāgo, cittasseso upakkileso. Yato kho, bhikkhave, bhikkhuno imesu chasu ṭhānesu cetaso upakkileso pahīno hoti, nekkhammaninnañcassa cittaṃ hoti. Nekkhammaparibhāvitaṃ cittaṃ kammaniyaṃ khāyati, abhiññā sacchikaraṇīyesu dhammesū’’ti. Dutiyaṃ.

323. В Саваттхи. «Монахи, желание и страсть к формам — это осквернение ума. Желание и страсть к звукам… к запахам… к вкусам… к тактильным ощущениям… к ментальным объектам — это осквернение ума. Когда же, монахи, у монаха осквернение ума в этих шести случаях устранено, его ум устремляется к отречению. Ум, укреплённый отречением, становится податливым для познания тех вещей, которые должны быть постигнуты прямым знанием». Вторая [сутта].

3. Viññāṇasuttaṃ

3. Винняна сутта (Сутта о сознании)

324. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Yo, bhikkhave, cakkhuviññāṇasmiṃ chandarāgo, cittasseso upakkileso. Yo sotaviññāṇasmiṃ… yo ghānaviññāṇasmiṃ… yo jivhāviññāṇasmiṃ… yo kāyaviññāṇasmiṃ… yo manoviññāṇasmiṃ chandarāgo, cittasseso upakkileso. Yato kho, bhikkhave, bhikkhuno imesu chasu ṭhānesu cetaso upakkileso pahīno hoti, nekkhammaninnañcassa cittaṃ hoti. Nekkhammaparibhāvitaṃ cittaṃ kammaniyaṃ khāyati, abhiññā sacchikaraṇīyesu dhammesū’’ti. Tatiyaṃ.

324. В Саваттхи. «Монахи, желание и страсть к зрительному сознанию — это осквернение ума. Желание и страсть к слуховому сознанию… к обонятельному сознанию… к вкусовому сознанию… к телесному сознанию… к умственному сознанию — это осквернение ума. Когда же, монахи, у монаха осквернение ума в этих шести случаях устранено, его ум устремляется к отречению. Ум, укреплённый отречением, становится податливым для познания тех вещей, которые должны быть постигнуты прямым знанием». Третья [сутта].

4. Samphassasuttaṃ

4. Сампхасса сутта (Сутта о контакте)

325. Sāvatthinidānaṃ[Pg.195]. ‘‘Yo, bhikkhave, cakkhusamphassasmiṃ chandarāgo, cittasseso upakkileso. Yo sotasamphassasmiṃ… yo ghānasamphassasmiṃ… yo jivhāsamphassasmiṃ… yo kāyasamphassasmiṃ… yo manosamphassasmiṃ chandarāgo, cittasseso upakkileso. Yato kho, bhikkhave, bhikkhuno…pe… abhiññā sacchikaraṇīyesu dhammesū’’ti. Catutthaṃ.

325. В Саваттхи. «Монахи, желание и страсть к зрительному контакту — это осквернение ума. Желание и страсть к слуховому контакту… к обонятельному контакту… к вкусовому контакту… к телесному контакту… к умственному контакту — это осквернение ума. Когда же, монахи, у монаха… [и т. д.] …становится податливым для познания тех вещей, которые должны быть постигнуты прямым знанием». Четвёртая [сутта].

5. Samphassajasuttaṃ

5. Сампхассаджа сутта (Сутта о чувстве, рождённом контактом)

326. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Yo, bhikkhave, cakkhusamphassajāya vedanāya chandarāgo, cittasseso upakkileso. Yo sotasamphassajāya vedanāya… yo ghānasamphassajāya vedanāya… yo jivhāsamphassajāya vedanāya… yo kāyasamphassajāya vedanāya… yo manosamphassajāya vedanāya chandarāgo, cittasseso upakkileso. Yato kho, bhikkhave, bhikkhuno…pe… abhiññā sacchikaraṇīyesu dhammesū’’ti. Pañcamaṃ.

326. В Саваттхи. «Монахи, желание и страсть к чувству, рождённому зрительным контактом — это осквернение ума. Желание и страсть к чувству, рождённому слуховым контактом… обонятельным контактом… вкусовым контактом… телесным контактом… умственным контактом — это осквернение ума. Когда же, монахи, у монаха… [и т. д.] …становится податливым для познания тех вещей, которые должны быть постигнуты прямым знанием». Пятая [сутта].

6. Saññāsuttaṃ

6. Сання сутта (Сутта о восприятии)

327. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Yo, bhikkhave, rūpasaññāya chandarāgo, cittasseso upakkileso. Yo saddasaññāya… yo gandhasaññāya… yo rasasaññāya… yo phoṭṭhabbasaññāya… yo dhammasaññāya chandarāgo, cittasseso upakkileso. Yato kho, bhikkhave, bhikkhuno…pe… abhiññā sacchikaraṇīyesu dhammesū’’ti. Chaṭṭhaṃ.

327. В Саваттхи. «Монахи, желание и страсть к восприятию форм — это осквернение ума. Желание и страсть к восприятию звуков… запахов… вкусов… тактильных ощущений… ментальных объектов — это осквернение ума. Когда же, монахи, у монаха… [и т. д.] …становится податливым для познания тех вещей, которые должны быть постигнуты прямым знанием». Шестая [сутта].

7. Sañcetanāsuttaṃ

7. Санчетана сутта (Сутта о волевом намерении)

328. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Yo, bhikkhave, rūpasañcetanāya chandarāgo, cittasseso upakkileso. Yo saddasañcetanāya… yo gandhasañcetanāya… yo rasasañcetanāya… yo phoṭṭhabbasañcetanāya… yo dhammasañcetanāya chandarāgo, cittasseso upakkileso. Yato kho, bhikkhave, bhikkhuno…pe… abhiññā sacchikaraṇīyesu dhammesū’’ti. Sattamaṃ.

328. В Саваттхи. «Монахи, желание и страсть к волевому намерению в отношении форм — это осквернение ума. Желание и страсть к волевому намерению в отношении звуков… запахов… вкусов… тактильных ощущений… ментальных объектов — это осквернение ума. Когда же, монахи, у монаха… [и т. д.] …становится податливым для познания тех вещей, которые должны быть постигнуты прямым знанием». Седьмая [сутта].

8. Taṇhāsuttaṃ

8. Танха сутта (Сутта о жажде)

329. Sāvatthinidānaṃ[Pg.196]. ‘‘Yo, bhikkhave, rūpataṇhāya chandarāgo, cittasseso upakkileso. Yo saddataṇhāya… yo gandhataṇhāya… yo rasataṇhāya… yo phoṭṭhabbataṇhāya… yo dhammataṇhāya chandarāgo, cittasseso upakkileso. Yato kho, bhikkhave, bhikkhuno…pe… abhiññā sacchikaraṇīyesu dhammesū’’ti. Aṭṭhamaṃ.

329. В Саваттхи. «Монахи, желание и страсть к жажде форм — это осквернение ума. Желание и страсть к жажде звуков… запахов… вкусов… тактильных ощущений… ментальных объектов — это осквернение ума. Когда же, монахи, у монаха… [и т. д.] …становится податливым для познания тех вещей, которые должны быть постигнуты прямым знанием». Восьмая [сутта].

9. Dhātusuttaṃ

9. Дхату сутта (Сутта об элементах)

330. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Yo, bhikkhave, pathavīdhātuyā chandarāgo, cittasseso upakkileso. Yo āpodhātuyā… yo tejodhātuyā… yo vāyodhātuyā… yo ākāsadhātuyā… yo viññāṇadhātuyā chandarāgo, cittasseso upakkileso. Yato kho, bhikkhave, bhikkhuno imesu chasu ṭhānesu cetaso upakkileso pahīno hoti, nekkhammaninnañcassa cittaṃ hoti. Nekkhammaparibhāvitaṃ cittaṃ kammaniyaṃ khāyati, abhiññā sacchikaraṇīyesu dhammesū’’ti. Navamaṃ.

330. В Саваттхи. «Монахи, желание и страсть к элементу земли — это осквернение ума. Желание и страсть к элементу воды… к элементу огня… к элементу воздуха… к элементу пространства… к элементу сознания — это осквернение ума. Когда же, монахи, у монаха осквернение ума в этих шести случаях устранено, его ум устремляется к отречению. Ум, укреплённый отречением, становится податливым для познания тех вещей, которые должны быть постигнуты прямым знанием». Девятая [сутта].

10. Khandhasuttaṃ

10. Кхандха сутта (Сутта о совокупностях)

331. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Yo, bhikkhave, rūpasmiṃ chandarāgo, cittasseso upakkileso…pe… yo viññāṇasmiṃ chandarāgo, cittasseso upakkileso. Yato kho, bhikkhave, bhikkhuno imesu pañcasu ṭhānesu cetaso upakkileso pahīno hoti, nekkhammaninnañcassa cittaṃ hoti. Nekkhammaparibhāvitaṃ cittaṃ kammaniyaṃ khāyati, abhiññā sacchikaraṇīyesu dhammesū’’ti. Dasamaṃ.

331. В Саваттхи. «Монахи, желание и страсть к форме — это осквернение ума… [и т. д.] …желание и страсть к сознанию — это осквернение ума. Когда же, монахи, у монаха осквернение ума в этих пяти случаях устранено, его ум устремляется к отречению. Ум, укреплённый отречением, становится податливым для познания тех вещей, которые должны быть постигнуты прямым знанием». Десятая [сутта].

Kilesasaṃyuttaṃ samattaṃ.

Килеса саньютта завершена.

Tassuddānaṃ –

Оглавление:

Cakkhu rūpañca viññāṇaṃ, phasso ca vedanāya ca;

Saññā ca cetanā taṇhā, dhātu khandhena te dasāti.

7. Sāriputtasaṃyuttaṃ

7. Сарипутта саньютта (Связанные наставления с Сарипуттой)

1. Vivekajasuttaṃ

1. Вивекаджа сутта (Сутта о рождённом уединением)

332. Ekaṃ [Pg.197] samayaṃ āyasmā sāriputto sāvatthiyaṃ viharati jetavane anāthapiṇḍikassa ārāme. Atha kho āyasmā sāriputto pubbaṇhasamayaṃ nivāsetvā pattacīvaramādāya sāvatthiṃ piṇḍāya pāvisi. Sāvatthiyaṃ piṇḍāya caritvā pacchābhattaṃ piṇḍapātapaṭikkanto yena andhavanaṃ tenupasaṅkami divāvihārāya. Andhavanaṃ ajjhogāhetvā aññatarasmiṃ rukkhamūle divāvihāraṃ nisīdi.

332. Однажды достопочтенный Сарипутта пребывал в Саваттхи, в роще Джеты, в монастыре Анатхапиндики. И вот достопочтенный Сарипутта, одевшись утром и взяв чашу и верхнюю одежду, вошёл в Саваттхи за подаянием. Обойдя Саваттхи в поисках подаяния и вернувшись обратно, после принятия пищи он отправился в Слепой лес для дневного пребывания. Войдя в Слепой лес, он сел под деревом для дневного пребывания.

Atha kho āyasmā sāriputto sāyanhasamayaṃ paṭisallānā vuṭṭhito yena jetavanaṃ anāthapiṇḍikassa ārāmo tenupasaṅkami. Addasā kho āyasmā ānando āyasmantaṃ sāriputtaṃ dūratova āgacchantaṃ. Disvāna āyasmantaṃ sāriputtaṃ etadavoca – ‘‘vippasannāni kho te, āvuso sāriputta, indriyāni; parisuddho mukhavaṇṇo pariyodāto. Katamenāyasmā sāriputto ajja vihārena vihāsī’’ti?

Затем вечером достопочтенный Сарипутта, поднявшись после уединения, направился в рощу Джеты, в монастырь Анатхапиндики. Достопочтенный Ананда увидел достопочтенного Сарипутту, идущего издалека, и, увидев его, сказал ему: «Друг Сарипутта, твои органы чувств безмятежны, цвет лица чист и сияет. В каком пребывании достопочтенный Сарипутта провёл сегодняшний день?»

‘‘Idhāhaṃ, āvuso, vivicceva kāmehi vivicca akusalehi dhammehi savitakkaṃ savicāraṃ vivekajaṃ pītisukhaṃ paṭhamaṃ jhānaṃ upasampajja viharāmi. Tassa mayhaṃ, āvuso, na evaṃ hoti – ‘ahaṃ paṭhamaṃ jhānaṃ samāpajjāmī’ti vā ‘ahaṃ paṭhamaṃ jhānaṃ samāpanno’ti vā ‘ahaṃ paṭhamā jhānā vuṭṭhito’ti vā’’ti. ‘‘Tathā hi panāyasmato sāriputtassa dīgharattaṃ ahaṅkāramamaṅkāramānānusayā susamūhatā. Tasmā āyasmato sāriputtassa na evaṃ hoti – ‘ahaṃ paṭhamaṃ jhānaṃ samāpajjāmī’ti vā ‘ahaṃ paṭhamaṃ jhānaṃ samāpanno’ti vā ‘ahaṃ paṭhamā jhānā vuṭṭhito’ti vā’’ti. Paṭhamaṃ.

«Здесь, друг, отстранившись от чувственных удовольствий, отстранившись от неблагих состояний ума, я вошёл и пребывал в первой джхане, которая сопровождается направлением и удержанием мысли, с восторгом и счастьем, рождёнными уединением. И всё же, друг, у меня не возникало мысли: „Я вхожу в первую джхану“, или „Я вошёл в первую джхану“, или „Я вышел из первой джханы“». — «Должно быть, это потому, что у достопочтенного Сарипутты уже давно полностью искоренены представления о „я“, „моё“ и скрытая склонность к гордости. Вот почему у достопочтенного Сарипутты не возникает мысли: „Я вхожу в первую джхану“, или „Я вошёл в первую джхану“, или „Я вышел из первой джханы“». Первая [сутта].

2. Avitakkasuttaṃ

2. Авитакка сутта (Сутта о безмыслии)

333. Sāvatthinidānaṃ. Addasā kho āyasmā ānando…pe… āyasmantaṃ sāriputtaṃ etadavoca – ‘‘vippasannāni kho te, āvuso sāriputta, indriyāni; parisuddho mukhavaṇṇo pariyodāto. Katamenāyasmā sāriputto ajja vihārena vihāsī’’ti?

333. В Саваттхи. Достопочтенный Ананда увидел… [и т. д.] …и сказал достопочтенному Сарипутте: «Друг Сарипутта, твои органы чувств безмятежны, цвет лица чист и сияет. В каком пребывании достопочтенный Сарипутта провёл сегодняшний день?»

‘‘Idhāhaṃ[Pg.198], āvuso, vitakkavicārānaṃ vūpasamā ajjhattaṃ sampasādanaṃ cetaso ekodibhāvaṃ avitakkaṃ avicāraṃ samādhijaṃ pītisukhaṃ dutiyaṃ jhānaṃ upasampajja viharāmi. Tassa mayhaṃ, āvuso, na evaṃ hoti – ‘ahaṃ dutiyaṃ jhānaṃ samāpajjāmī’ti vā ‘ahaṃ dutiyaṃ jhānaṃ samāpanno’ti vā ‘ahaṃ dutiyā jhānā vuṭṭhito’ti vā’’ti. ‘‘Tathā hi panāyasmato sāriputtassa dīgharattaṃ ahaṅkāramamaṅkāramānānusayā susamūhatā. Tasmā āyasmato sāriputtassa na evaṃ hoti – ‘ahaṃ dutiyaṃ jhānaṃ samāpajjāmī’ti vā ‘ahaṃ dutiyaṃ jhānaṃ samāpanno’ti vā ‘ahaṃ dutiyā jhānā vuṭṭhito’ti vā’’ti. Dutiyaṃ.

«Здесь, друг, с утиханием направления и удержания мысли, обретя внутреннюю уверенность и единение ума, без направления и удержания мысли, с восторгом и счастьем, рождёнными сосредоточением, я вошёл и пребывал во второй джхане. И всё же, друг, у меня не возникало мысли: „Я вхожу во вторую джхану“, или „Я вошёл во вторую джхану“, или „Я вышел из второй джханы“». — «Должно быть, это потому, что у достопочтенного Сарипутты уже давно полностью искоренены представления о „я“, „моё“ и скрытая склонность к гордости. Вот почему у достопочтенного Сарипутты не возникает мысли: „Я вхожу во вторую джхану“, или „Я вошёл во вторую джхану“, или „Я вышел из второй джханы“». Вторая [сутта].

3. Pītisuttaṃ

3. Пити сутта (Сутта о восторге)

334. Sāvatthinidānaṃ. Addasā kho āyasmā ānando…pe… ‘‘vippasannāni kho te, āvuso sāriputta, indriyāni; parisuddho mukhavaṇṇo pariyodāto. Katamenāyasmā sāriputto ajja vihārena vihāsī’’ti?

334. В Саваттхи. Достопочтенный Ананда увидел… [и т. д.] …«Друг Сарипутта, твои органы чувств безмятежны, цвет лица чист и сияет. В каком пребывании достопочтенный Сарипутта провёл сегодняшний день?»

‘‘Idhāhaṃ, āvuso, pītiyā ca virāgā upekkhako ca vihāsiṃ sato ca sampajāno sukhañca kāyena paṭisaṃvedemi; yaṃ taṃ ariyā ācikkhanti ‘upekkhako satimā sukhavihārī’ti tatiyaṃ jhānaṃ upasampajja viharāmi. Tassa mayhaṃ, āvuso, na evaṃ hoti – ‘ahaṃ tatiyaṃ jhānaṃ samāpajjāmī’ti vā ‘ahaṃ tatiyaṃ jhānaṃ samāpanno’ti vā ‘ahaṃ tatiyā jhānā vuṭṭhito’ti vā’’ti. ‘‘Tathā hi panāyasmato sāriputtassa dīgharattaṃ ahaṅkāramamaṅkāramānānusayā susamūhatā. Tasmā āyasmato sāriputtassa na evaṃ hoti – ‘ahaṃ tatiyaṃ jhānaṃ samāpajjāmī’ti vā ‘ahaṃ tatiyaṃ jhānaṃ samāpanno’ti vā ‘ahaṃ tatiyā jhānā vuṭṭhito’ti vā’’ti. Tatiyaṃ.

«Здесь, друг, с угасанием восторга я пребываю в равновесии, памятующий и бдительный, и ощущаю телом счастье; я вхожу и пребываю в третьей джхане, о которой благородные возвещают: „Он пребывает в равновесии, памятующий, в счастливой обители“. И у меня, друг, не возникает мысли: „Я вхожу в третью джхану“, или „Я вошёл в третью джхану“, или „Я вышел из третьей джханы“». «Это потому, что у почтенного Сарипутты уже давно полностью искоренены представления о „я“, „моё“ и склонность к гордости. Поэтому у почтенного Сарипутты не возникает мысли: „Я вхожу в третью джхану“, или „Я вошёл в третью джхану“, или „Я вышел из третьей джханы“». Третья.

4. Upekkhāsuttaṃ

4. Упеккха-сутта (Сутта о равновесии)

335. Sāvatthinidānaṃ. Addasā kho āyasmā ānando…pe… ‘‘vippasannāni kho te, āvuso sāriputta, indriyāni; parisuddho mukhavaṇṇo pariyodāto. Katamenāyasmā sāriputto ajja vihārena vihāsī’’ti?

335. В Саваттхи. Почтенный Ананда увидел… [как и прежде]… «Друг Сарипутта, твои органы чувств чрезвычайно ясны, цвет лица чист и сияет. В каком пребывании почтенный Сарипутта провёл сегодняшний день?»

‘‘Idhāhaṃ, āvuso, sukhassa ca pahānā dukkhassa ca pahānā pubbeva somanassadomanassānaṃ atthaṅgamā adukkhamasukhaṃ upekkhāsatipārisuddhiṃ catutthaṃ [Pg.199] jhānaṃ upasampajja viharāmi. Tassa mayhaṃ, āvuso, na evaṃ hoti – ‘ahaṃ catutthaṃ jhānaṃ samāpajjāmī’ti vā ‘ahaṃ catutthaṃ jhānaṃ samāpanno’ti vā ‘ahaṃ catutthā jhānā vuṭṭhito’ti vā’’ti. ‘‘Tathā hi panāyasmato sāriputtassa dīgharattaṃ ahaṅkāramamaṅkāramānānusayā susamūhatā. Tasmā āyasmato sāriputtassa na evaṃ hoti – ‘ahaṃ catutthaṃ jhānaṃ samāpajjāmī’ti vā ‘ahaṃ catutthaṃ jhānaṃ samāpanno’ti vā ‘ahaṃ catutthā jhānā vuṭṭhito’ti vā’’ti. Catutthaṃ.

«Здесь, друг, с оставлением удовольствия и боли, а также с предварительным исчезновением радости и печали, я вхожу и пребываю в четвёртой джхане, которая не приносит ни боли, ни удовольствия и содержит очищение памятования равновесием. И у меня, друг, не возникает мысли: „Я вхожу в четвёртую джхану“, или „Я вошёл в четвёртую джхану“, или „Я вышел из четвёртой джханы“». «Это потому, что у почтенного Сарипутты уже давно полностью искоренены представления о „я“, „моё“ и склонность к гордости. Поэтому у почтенного Сарипутты не возникает мысли: „Я вхожу в четвёртую джхану“, или „Я вошёл в четвёртую джхану“, или „Я вышел из четвёртой джханы“». Четвёртая.

5. Ākāsānañcāyatanasuttaṃ

5. Акасананчаятана-сутта (Сутта о сфере бесконечного пространства)

336. Sāvatthinidānaṃ. Addasā kho āyasmā ānando…pe… ‘‘idhāhaṃ, āvuso, sabbaso rūpasaññānaṃ samatikkamā paṭighasaññānaṃ atthaṅgamā nānattasaññānaṃ amanasikārā ananto ākāsoti ākāsānañcāyatanaṃ upasampajja viharāmi…pe… vuṭṭhitoti vā’’ti. Pañcamaṃ.

336. В Саваттхи. Почтенный Ананда увидел… [как и прежде]… «Здесь, друг, полностью преодолев восприятие форм, с прекращением восприятия чувственного соприкосновения, не уделяя внимания восприятию многообразия, осознавая, что „пространство бесконечно“, я вошёл и пребываю в сфере бесконечного пространства… [как и прежде]… или „Я вышел [из неё]“». Пятая.

6. Viññāṇañcāyatanasuttaṃ

6. Виннянанчаятана-сутта (Сутта о сфере бесконечного сознания)

337. Sāvatthinidānaṃ. Addasā kho āyasmā ānando…pe… ‘‘idhāhaṃ, āvuso, sabbaso ākāsānañcāyatanaṃ samatikkamma anantaṃ viññāṇanti viññāṇañcāyatanaṃ upasampajja viharāmi…pe… vuṭṭhitoti vā’’ti. Chaṭṭhaṃ.

337. В Саваттхи. Почтенный Ананда увидел… [как и прежде]… «Здесь, друг, полностью преодолев сферу бесконечного пространства, осознавая, что „сознание бесконечно“, я вошёл и пребываю в сфере бесконечного сознания… [как и прежде]… или „Я вышел [из неё]“». Шестая.

7. Ākiñcaññāyatanasuttaṃ

7. Акинчанняятана-сутта (Сутта о сфере ничто)

338. Sāvatthinidānaṃ. Atha kho āyasmā sāriputto…pe… ‘‘idhāhaṃ, āvuso, sabbaso viññāṇañcāyatanaṃ samatikkamma, natthi kiñcīti ākiñcaññāyatanaṃ upasampajja viharāmi…pe… vuṭṭhitoti vā’’ti. Sattamaṃ.

338. В Саваттхи. Затем почтенный Сарипутта… [как и прежде]… «Здесь, друг, полностью преодолев сферу бесконечного сознания, осознавая, что „нет ничего“, я вошёл и пребываю в сфере ничто… [как и прежде]… или „Я вышел [из неё]“». Седьмая.

8. Nevasaññānāsaññāyatanasuttaṃ

8. Невасаннянасанняятана-сутта (Сутта о сфере ни восприятия, ни не-восприятия)

339. Sāvatthinidānaṃ. Atha kho āyasmā sāriputto…pe… ‘‘idhāhaṃ, āvuso, ākiñcaññāyatanaṃ samatikkamma nevasaññānāsaññāyatanaṃ upasampajja viharāmi…pe… vuṭṭhitoti vā’’ti. Aṭṭhamaṃ.

339. В Саваттхи. Затем почтенный Сарипутта… [как и прежде]… «Здесь, друг, полностью преодолев сферу ничто, я вошёл и пребываю в сфере ни восприятия, ни не-восприятия… [как и прежде]… или „Я вышел [из неё]“». Восьмая.

9. Nirodhasamāpattisuttaṃ

9. Ниrodhasamāpattisuttaṃ

340. Sāvatthinidānaṃ. Atha kho āyasmā sāriputto…pe…. ‘‘Idhāhaṃ, āvuso, sabbaso nevasaññānāsaññāyatanaṃ samatikkamma saññāvedayitanirodhaṃ [Pg.200] upasampajja viharāmi. Tassa mayhaṃ, āvuso, na evaṃ hoti – ‘ahaṃ saññāvedayitanirodhaṃ samāpajjāmī’ti vā ‘ahaṃ saññāvedayitanirodhaṃ samāpanno’ti vā ‘ahaṃ saññāvedayitanirodhā vuṭṭhito’ti vā’’ti. ‘‘Tathā hi panāyasmato sāriputtassa dīgharattaṃ ahaṅkāramamaṅkāramānānusayā susamūhatā. Tasmā āyasmato sāriputtassa na evaṃ hoti – ‘ahaṃ saññāvedayitanirodhaṃ samāpajjāmī’ti vā ‘ahaṃ saññāvedayitanirodhaṃ samāpanno’ti vā ‘ahaṃ saññāvedayitanirodhā vuṭṭhito’ti vā’’ti. Navamaṃ.

340. В Саваттхи. Затем почтенный Сарипутта… [как и прежде]… «Здесь, друг, полностью преодолев сферу ни восприятия, ни не-восприятия, я вошёл и пребываю в прекращении восприятия и чувствования. И у меня, друг, не возникает мысли: „Я вхожу в прекращение восприятия и чувствования“, или „Я вошёл в прекращение восприятия и чувствования“, или „Я вышел из прекращения восприятия и чувствования“». «Это потому, что у почтенного Сарипутты уже давно полностью искоренены представления о „я“, „моё“ и склонность к гордости. Поэтому у почтенного Сарипутты не возникает мысли: „Я вхожу в прекращение восприятия и чувствования“, или „Я вошёл в прекращение восприятия и чувствования“, или „Я вышел из прекращения восприятия и чувствования“». Девятая.

10. Sūcimukhīsuttaṃ

10. Сучимукхи-сутта (Сутта о Сучимукхи)

341. Ekaṃ samayaṃ āyasmā sāriputto rājagahe viharati veḷuvane kalandakanivāpe. Atha kho āyasmā sāriputto pubbaṇhasamayaṃ nivāsetvā pattacīvaramādāya rājagahe piṇḍāya pāvisi. Rājagahe sapadānaṃ piṇḍāya caritvā taṃ piṇḍapātaṃ aññataraṃ kuṭṭamūlaṃ nissāya paribhuñjati. Atha kho sūcimukhī paribbājikā yenāyasmā sāriputto tenupasaṅkami; upasaṅkamitvā āyasmantaṃ sāriputtaṃ etadavoca –

341. Однажды почтенный Сарипутта пребывал в Раджагахе, в Бамбуковой роще, в Питомнике для белок. Утром почтенный Сарипутта, одевшись и взяв чашу и верхнее одеяние, отправился в Раджагаху за подаянием. Обойдя в Раджагахе дома по порядку за подаянием, он ел эту пищу, прислонившись к одной из стен. Тогда странствующая аскетиха Сучимукхи подошла к почтенному Сарипутте и сказала ему:

‘‘Kiṃ nu kho, samaṇa, adhomukho bhuñjasī’’ti? ‘‘Na khvāhaṃ, bhagini, adhomukho bhuñjāmī’’ti. ‘‘Tena hi, samaṇa, ubbhamukho bhuñjasī’’ti? ‘‘Na khvāhaṃ, bhagini, ubbhamukho bhuñjāmī’’ti. ‘‘Tena hi, samaṇa, disāmukho bhuñjasī’’ti? ‘‘Na khvāhaṃ, bhagini, disāmukho bhuñjāmī’’ti. ‘‘Tena hi, samaṇa, vidisāmukho bhuñjasī’’ti? ‘‘Na khvāhaṃ, bhagini, vidisāmukho bhuñjāmī’’ti.

«Отречённый, неужели ты ешь, опустив лицо вниз?» — «Я не ем, опустив лицо вниз, сестра». — «Тогда, отречённый, неужели ты ешь, подняв лицо вверх?» — «Я не ем, подняв лицо вверх, сестра». — «Тогда, отречённый, неужели ты ешь, обратив лицо к сторонам света?» — «Я не ем, обратив лицо к сторонам света, сестра». — «Тогда, отречённый, неужели ты ешь, обратив лицо к промежуточным направлениям?» — «Я не ем, обратив лицо к промежуточным направлениям, сестра».

‘‘‘Kiṃ nu, samaṇa, adhomukho bhuñjasī’ti iti puṭṭho samāno ‘na khvāhaṃ, bhagini, adhomukho bhuñjāmī’ti vadesi. ‘Tena hi, samaṇa, ubbhamukho bhuñjasī’ti iti puṭṭho samāno ‘na khvāhaṃ, bhagini, ubbhamukho bhuñjāmī’ti vadesi. ‘Tena hi, samaṇa, disāmukho bhuñjasī’ti iti puṭṭho samāno ‘na khvāhaṃ, bhagini, disāmukho bhuñjāmī’ti vadesi. ‘Tena hi, samaṇa, vidisāmukho bhuñjasī’ti iti puṭṭho samāno ‘na khvāhaṃ, bhagini, vidisāmukho bhuñjāmī’ti vadesi’’.

«Когда тебя спрашивают: „Отречённый, неужели ты ешь, опустив лицо вниз?“, ты отвечаешь: „Я не ем так, сестра“. Когда тебя спрашивают: „Тогда, отречённый, неужели ты ешь, подняв лицо вверх?“, ты отвечаешь: „Я не ем так, сестра“. Когда тебя спрашивают: „Тогда, отречённый, неужели ты ешь, обратив лицо к сторонам света?“, ты отвечаешь: „Я не ем так, сестра“. Когда тебя спрашивают: „Тогда, отречённый, неужели ты ешь, обратив лицо к промежуточным направлениям?“, ты отвечаешь: „Я не ем так, сестра“».

‘‘Kathañcarahi[Pg.201], samaṇa, bhuñjasī’’ti? ‘‘Ye hi keci, bhagini, samaṇabrāhmaṇā vatthuvijjātiracchānavijjāya micchājīvena jīvikaṃ kappenti, ime vuccanti, bhagini, samaṇabrāhmaṇā ‘adhomukhā bhuñjantī’ti. Ye hi keci, bhagini, samaṇabrāhmaṇā nakkhattavijjātiracchānavijjāya micchājīvena jīvikaṃ kappenti, ime vuccanti, bhagini, samaṇabrāhmaṇā ‘ubbhamukhā bhuñjantī’ti. Ye hi keci, bhagini, samaṇabrāhmaṇā dūteyyapahiṇagamanānuyogāya micchājīvena jīvikaṃ kappenti, ime vuccanti, bhagini, samaṇabrāhmaṇā ‘disāmukhā bhuñjantī’ti. Ye hi keci, bhagini, samaṇabrāhmaṇā aṅgavijjātiracchānavijjāya micchājīvena jīvikaṃ kappenti, ime vuccanti, bhagini, samaṇabrāhmaṇā ‘vidisāmukhā bhuñjantī’’’ti.

«Как же тогда ты ешь, отречённый?» — «Сестра, те отшельники и брахманы, которые зарабатывают на жизнь низким искусством гадания по земле — ложным способом добывания средств к существованию, — о таких отшельниках и брахманах говорят, сестра, что они „едят, опустив лицо вниз“. Те отшельники и брахманы, которые зарабатывают на жизнь низким искусством астрологии — ложным способом добывания средств к существованию, — о таких отшельниках и брахманах говорят, сестра, что они „едят, подняв лицо вверх“. Те отшельники и брахманы, которые зарабатывают на жизнь тем, что нанимаются в качестве гонцов и посыльных — ложным способом добывания средств к существованию, — о таких отшельниках и брахманах говорят, сестра, что они „едят, обратив лицо к сторонам света“. Те отшельники и брахманы, которые зарабатывают на жизнь низким искусством чтения знаков на теле — ложным способом добывания средств к существованию, — о таких отшельниках и брахманах говорят, сестра, что они „едят, обратив лицо к промежуточным направлениям“».

‘‘So khvāhaṃ, bhagini, na vatthuvijjātiracchānavijjāya micchājīvena jīvikaṃ kappemi, na nakkhattavijjātiracchānavijjāya micchājīvena jīvikaṃ kappemi, na dūteyyapahiṇagamanānuyogāya micchājīvena jīvikaṃ kappemi, na aṅgavijjātiracchānavijjāya micchājīvena jīvikaṃ kappemi. Dhammena bhikkhaṃ pariyesāmi; dhammena bhikkhaṃ pariyesitvā bhuñjāmī’’ti.

«Что касается меня, сестра, то я не зарабатываю на жизнь такими ложными способами, как низкое искусство гадания по земле, или низкое искусство астрологии, или нанимаясь в качестве гонца и посыльного, или низкое искусство чтения знаков на теле. Я ищу подаяние праведным путём и, найдя его праведным путём, ем свою пищу».

Atha kho sūcimukhī paribbājikā rājagahe rathiyāya rathiyaṃ, siṅghāṭakena siṅghāṭakaṃ upasaṅkamitvā evamārocesi – ‘‘dhammikaṃ samaṇā sakyaputtiyā āhāraṃ āhārenti; anavajjaṃ samaṇā sakyaputtiyā āhāraṃ āhārenti. Detha samaṇānaṃ sakyaputtiyānaṃ piṇḍa’’nti. Dasamaṃ.

Тогда странствующая аскетиха Сучимукхи ходила в Раджагахе с улицы на улицу, с перекрёстка на перекрёсток, провозглашая: «Отречённые, последователи сына Сакьев, едят праведную пищу; отречённые, последователи сына Сакьев, едят безупречную пищу. Подавайте милостыню отречённым, последователям сына Сакьев!» Десятая.

Sāriputtasaṃyuttaṃ samattaṃ.

Сарипутта-самьютта завершена.

Tassuddānaṃ –

Оглавление этой [самьютты]:

Vivekajaṃ avitakkaṃ, pīti upekkhā catutthakaṃ;

Ākāsañceva viññāṇaṃ, ākiñcaṃ nevasaññinā;

Nirodho navamo vutto, dasamaṃ sūcimukhī cāti.

Рождённая в уединении, Без прикладывания мысли, Восторг, Равновесие — четвёртая; Пространство, а также Сознание, Ничто, Ни восприятие; Прекращение названо девятой, а десятая — Сучимукхи.

8. Nāgasaṃyuttaṃ

8. Нага-самьютта (Связанные наставления о нагах)

1. Suddhikasuttaṃ

1. Суддхика-сутта (Простая сутта)

342. Sāvatthinidānaṃ[Pg.202]. ‘‘Catasso imā, bhikkhave, nāgayoniyo. Katamā catasso? Aṇḍajā nāgā, jalābujā nāgā, saṃsedajā nāgā, opapātikā nāgā – imā kho, bhikkhave, catasso nāgayoniyo’’ti. Paṭhamaṃ.

342. В Саваттхи. «Монахи, существуют четыре способа рождения нагов. Какие четыре? Наги, рождённые из яйца; наги, рождённые из чрева; наги, рождённые из влаги; наги, рождённые самопроизвольно. Таковы, монахи, четыре способа рождения нагов». Первая.

2. Paṇītatarasuttaṃ

2. Панитатара-сутта (Сутта о превосходящих)

343. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Catasso imā, bhikkhave, nāgayoniyo. Katamā catasso? Aṇḍajā nāgā, jalābujā nāgā, saṃsedajā nāgā, opapātikā nāgā. Tatra, bhikkhave, aṇḍajehi nāgehi jalābujā ca saṃsedajā ca opapātikā ca nāgā paṇītatarā. Tatra, bhikkhave, aṇḍajehi ca jalābujehi ca nāgehi saṃsedajā ca opapātikā ca nāgā paṇītatarā. Tatra, bhikkhave, aṇḍajehi ca jalābujehi ca saṃsedajehi ca nāgehi opapātikā nāgā paṇītatarā. Imā kho, bhikkhave, catasso nāgayoniyo’’ti. Dutiyaṃ.

343. В Саваттхи. «Монахи, существуют четыре способа рождения нагов. Какие четыре? Наги, рождённые из яйца; наги, рождённые из чрева; наги, рождённые из влаги; наги, рождённые самопроизвольно. Из них, монахи, наги, рождённые из чрева, из влаги и самопроизвольно, превосходят нагов, рождённых из яйца. Наги, рождённые из влаги и самопроизвольно, превосходят нагов, рождённых из яйца и из чрева. Наги, рождённые самопроизвольно, превосходят нагов, рождённых из яйца, из чрева и из влаги. Таковы, монахи, четыре способа рождения нагов». Вторая.

3. Uposathasuttaṃ

3. Упосатха-сутта (Сутта об Упосатхе)

344. Ekaṃ samayaṃ bhagavā sāvatthiyaṃ viharati jetavane anāthapiṇḍikassa ārāme. Atha kho aññataro bhikkhu yena bhagavā tenupasaṅkami; upasaṅkamitvā bhagavantaṃ abhivādetvā ekamantaṃ nisīdi. Ekamantaṃ nisinno kho so bhikkhu bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘ko nu kho, bhante, hetu, ko paccayo, yena midhekacce aṇḍajā nāgā uposathaṃ upavasanti vossaṭṭhakāyā ca bhavantī’’ti?

344. Однажды Благословенный пребывал в Саваттхи, в роще Джеты, в обители Анатхапиндики. Тогда некий монах подошёл к Благословенному, поклонился ему и сел рядом. Сидя рядом, этот монах обратился к Благословенному с такими словами: «В чём, уважаемый господин, причина и условие того, что некоторые рождённые из яйца наги соблюдают здесь Упосатху и оставляют заботу о своих телах?»

‘‘Idha, bhikkhu, ekaccānaṃ aṇḍajānaṃ nāgānaṃ evaṃ hoti – ‘mayaṃ kho pubbe kāyena dvayakārino ahumha, vācāya dvayakārino, manasā dvayakārino. Te mayaṃ kāyena dvayakārino, vācāya dvayakārino, manasā dvayakārino, kāyassa bhedā paraṃ maraṇā aṇḍajānaṃ nāgānaṃ sahabyataṃ upapannā. Sacajja mayaṃ kāyena sucaritaṃ careyyāma, vācāya sucaritaṃ careyyāma, manasā sucaritaṃ careyyāma, evaṃ mayaṃ [Pg.203] kāyassa bhedā paraṃ maraṇā sugatiṃ saggaṃ lokaṃ upapajjeyyāma. Handa, mayaṃ etarahi kāyena sucaritaṃ carāma, vācāya sucaritaṃ carāma, manasā sucaritaṃ carāmā’ti. Ayaṃ kho, bhikkhu, hetu, ayaṃ paccayo, yena midhekacce aṇḍajā nāgā uposathaṃ upavasanti vossaṭṭhakāyā ca bhavantī’’ti. Tatiyaṃ.

«Здесь, монах, у некоторых рождённых из яйца нагов возникает такая мысль: „В прошлом мы совершали двойственные поступки телом, речью и умом. Совершая их, после распада тела, после смерти, мы возродились в сообществе рождённых из яйца нагов. Если сегодня мы будем вести себя благочестиво телом, речью и умом, то после распада тела, после смерти, мы возродимся в благой участи, в небесном мире. Что ж, давайте теперь вести себя благочестиво телом, речью и умом“. В этом, монах, причина и условие того, что некоторые рождённые из яйца наги соблюдают здесь Упосатху и оставляют заботу о своих телах». Третья.

4. Dutiyauposathasuttaṃ

4. Дутия-упосатха-сутта (Вторая сутта об Упосатхе)

345. Sāvatthinidānaṃ. Atha kho aññataro bhikkhu yena bhagavā…pe… ekamantaṃ nisinno kho so bhikkhu bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘ko nu kho, bhante, hetu, ko paccayo, yena midhekacce jalābujā nāgā uposathaṃ upavasanti vossaṭṭhakāyā ca bhavantī’’ti? ‘‘Idha, bhikkhu…pe… ayaṃ kho, bhikkhu, hetu, ayaṃ paccayo, yena midhekacce jalābujā nāgā uposathaṃ upavasanti vossaṭṭhakāyā ca bhavantī’’ti. Catutthaṃ.

345. В Саваттхи. Тогда некий монах подошёл к Благословенному… [как и прежде]… Сидя рядом, этот монах обратился к Благословенному с такими словами: «В чём, уважаемый господин, причина и условие того, что некоторые рождённые из чрева наги соблюдают здесь Упосатху и оставляют заботу о своих телах?» — «Здесь, монах… [как и прежде]… В этом, монах, причина и условие того, что некоторые рождённые из чрева наги соблюдают здесь Упосатху и оставляют заботу о своих телах». Четвёртая.

5. Tatiyauposathasuttaṃ

5. Татия-упосатха-сутта (Третья сутта об Упосатхе)

346. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinno kho so bhikkhu bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘ko nu kho, bhante, hetu, ko paccayo, yena midhekacce saṃsedajā nāgā uposathaṃ upavasanti vossaṭṭhakāyā ca bhavantī’’ti? ‘‘Idha, bhikkhu…pe… ayaṃ kho, bhikkhu, hetu, ayaṃ paccayo, yena midhekacce saṃsedajā nāgā uposathaṃ upavasanti vossaṭṭhakāyā ca bhavantī’’ti. Pañcamaṃ.

346. В Саваттхи. Сидя рядом, тот бхиккху обратился к Благословенному с такими словами: «В чём, достопочтенный, причина, в чём условие, по которым некоторые рождённые во влаге наги соблюдают упосатху и отказываются от своих тел?» — «Здесь, бхиккху... [и т.д.]... В этом, бхиккху, причина, в этом условие, по которым некоторые рождённые во влаге наги соблюдают упосатху и отказываются от своих тел». Пятая.

6. Catutthauposathasuttaṃ

6. Четвёртая сутта об упосатхе

347. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinno kho so bhikkhu bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘ko nu kho, bhante, hetu, ko paccayo, yena midhekacce opapātikā nāgā uposathaṃ upavasanti vossaṭṭhakāyā ca bhavantī’’ti?

347. В Саваттхи. Сидя рядом, тот бхиккху обратился к Благословенному с такими словами: «В чём, достопочтенный, причина, в чём условие, по которым некоторые самовозникающие наги соблюдают упосатху и отказываются от своих тел?»

‘‘Idha, bhikkhu, ekaccānaṃ opapātikānaṃ nāgānaṃ evaṃ hoti – ‘mayaṃ kho pubbe kāyena dvayakārino ahumha, vācāya dvayakārino, manasā dvayakārino. Te mayaṃ kāyena dvayakārino, vācāya dvayakārino, manasā dvayakārino, kāyassa bhedā paraṃ maraṇā opapātikānaṃ nāgānaṃ sahabyataṃ upapannā. Sacajja mayaṃ kāyena sucaritaṃ careyyāma[Pg.204], vācāya… manasā sucaritaṃ careyyāma, evaṃ mayaṃ kāyassa bhedā paraṃ maraṇā sugatiṃ saggaṃ lokaṃ upapajjeyyāma. Handa, mayaṃ etarahi kāyena sucaritaṃ carāma, vācāya… manasā sucaritaṃ carāmā’ti. Ayaṃ kho, bhikkhu, hetu, ayaṃ paccayo, yena midhekacce opapātikā nāgā uposathaṃ upavasanti vossaṭṭhakāyā ca bhavantī’’ti. Chaṭṭhaṃ.

«Здесь, бхиккху, у некоторых самовозникающих нагов возникает такая мысль: „В прошлом мы совершали двойственные поступки телом, совершали двойственные поступки речью, совершали двойственные поступки умом. Из-за того, что мы совершали двойственные поступки телом, речью и умом, с распадом тела, после смерти, мы возродились в сообществе самовозникающих нагов. Если бы сегодня мы совершали благие поступки телом, совершали благие поступки речью, совершали благие поступки умом, то с распадом тела, после смерти, мы возродились бы в благой обители, в небесном мире. Так давайте же теперь совершать благие поступки телом, совершать благие поступки речью, совершать благие поступки умом!“ В этом, бхиккху, причина, в этом условие, по которым некоторые самовозникающие наги соблюдают упосатху и отказываются от своих тел». Шестая.

7. Sutasuttaṃ

7. Сутта об услышанном

348. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinno kho so bhikkhu bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘ko nu kho, bhante, hetu, ko paccayo, yena midhekacco kāyassa bhedā paraṃ maraṇā aṇḍajānaṃ nāgānaṃ sahabyataṃ upapajjatī’’ti?

348. В Саваттхи. Сидя рядом, тот бхиккху обратился к Благословенному с такими словами: «В чём, достопочтенный, причина, в чём условие, по которым кто-то здесь с распадом тела, после смерти, возрождается в сообществе рождённых из яйца нагов?»

‘‘Idha, bhikkhu, ekacco kāyena dvayakārī hoti, vācāya dvayakārī hoti, manasā dvayakārī hoti. Tassa sutaṃ hoti – ‘aṇḍajā nāgā dīghāyukā vaṇṇavanto sukhabahulā’ti. Tassa evaṃ hoti – ‘aho vatāhaṃ kāyassa bhedā paraṃ maraṇā aṇḍajānaṃ nāgānaṃ sahabyataṃ upapajjeyya’nti. So kāyassa bhedā paraṃ maraṇā aṇḍajānaṃ nāgānaṃ sahabyataṃ upapajjati. Ayaṃ kho, bhikkhu, hetu, ayaṃ paccayo, yena midhekacco kāyassa bhedā paraṃ maraṇā aṇḍajānaṃ nāgānaṃ sahabyataṃ upapajjatī’’ti. Sattamaṃ.

8. Dutiyasutasuttaṃ

8. Вторая сутта об услышанном

349. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinno kho so bhikkhu bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘ko nu kho, bhante, hetu, ko paccayo, yena midhekacco kāyassa bhedā paraṃ maraṇā jalābujānaṃ nāgānaṃ sahabyataṃ upapajjatī’’ti?…Pe… ayaṃ kho, bhikkhu, hetu, ayaṃ paccayo, yena midhekacco kāyassa bhedā paraṃ maraṇā jalābujānaṃ nāgānaṃ sahabyataṃ upapajjatīti. Aṭṭhamaṃ.

349. В Саваттхи. Сидя рядом, тот бхиккху обратился к Благословенному с такими словами: «В чём, достопочтенный, причина, в чём условие, по которым кто-то здесь с распадом тела, после смерти, возрождается в сообществе рождённых из чрева нагов?»... [и т.д.]... «В этом, бхиккху, причина, в этом условие, по которым кто-то здесь с распадом тела, после смерти, возрождается в сообществе рождённых из чрева нагов». Восьмая.

9. Tatiyasutasuttaṃ

9. Третья сутта об услышанном

350. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinno kho so bhikkhu bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘ko nu kho, bhante, hetu, ko paccayo, yena midhekacco kāyassa [Pg.205] bhedā paraṃ maraṇā saṃsedajānaṃ nāgānaṃ sahabyataṃ upapajjatī’’ti?…Pe… ayaṃ kho, bhikkhu, hetu, ayaṃ paccayo, yena midhekacco kāyassa bhedā paraṃ maraṇā saṃsedajānaṃ nāgānaṃ sahabyataṃ upapajjatīti. Navamaṃ.

350. В Саваттхи. Сидя рядом, тот бхиккху обратился к Благословенному с такими словами: «В чём, достопочтенный, причина, в чём условие, по которым кто-то здесь с распадом тела, после смерти, возрождается в сообществе рождённых во влаге нагов?»... [и т.д.]... «В этом, бхиккху, причина, в этом условие, по которым кто-то здесь с распадом тела, после смерти, возрождается в сообществе рождённых во влаге нагов». Девятая.

10. Catutthasutasuttaṃ

10. Четвёртая сутта об услышанном

351. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinno kho so bhikkhu bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘ko nu kho, bhante, hetu, ko paccayo, yena midhekacco kāyassa bhedā paraṃ maraṇā opapātikānaṃ nāgānaṃ sahabyataṃ upapajjatī’’ti?

351. В Саваттхи. Сидя рядом, тот бхиккху обратился к Благословенному с такими словами: «В чём, достопочтенный, причина, в чём условие, по которым кто-то здесь с распадом тела, после смерти, возрождается в сообществе самовозникающих нагов?»

‘‘Idha, bhikkhu, ekacco kāyena dvayakārī hoti, vācāya dvayakārī, manasā dvayakārī. Tassa sutaṃ hoti – ‘opapātikā nāgā dīghāyukā vaṇṇavanto sukhabahulā’ti. Tassa evaṃ hoti – ‘aho vatāhaṃ kāyassa bhedā paraṃ maraṇā opapātikānaṃ nāgānaṃ sahabyataṃ upapajjeyya’nti. So kāyassa bhedā paraṃ maraṇā opapātikānaṃ nāgānaṃ sahabyataṃ upapajjati. Ayaṃ kho, bhikkhu, hetu, ayaṃ paccayo, yena midhekacco kāyassa bhedā paraṃ maraṇā opapātikānaṃ nāgānaṃ sahabyataṃ upapajjatī’’ti. Dasamaṃ.

«Здесь, бхиккху, кто-то совершает двойственные поступки телом, совершает двойственные поступки речью, совершает двойственные поступки умом. Он слышал: „Самовозникающие наги долговечны, красивы и пребывают в изобилии счастья“. У него возникает такая мысль: „О, если бы с распадом тела, после смерти, я возродился в сообществе самовозникающих нагов!“ И с распадом тела, после смерти, он возрождается в сообществе самовозникающих нагов. В этом, бхиккху, причина, в этом условие, по которым кто-то здесь с распадом тела, после смерти, возрождается в сообществе самовозникающих нагов». Десятая.

11-20. Aṇḍajadānūpakārasuttadasakaṃ

11-20. Десять сутт о содействии даянием для рождённых из яйца

352-361. Ekamantaṃ nisinno kho so bhikkhu bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘ko nu kho, bhante, hetu, ko paccayo, yena midhekacco kāyassa bhedā paraṃ maraṇā aṇḍajānaṃ nāgānaṃ sahabyataṃ upapajjatī’’ti?

352-361. Сидя рядом, тот бхиккху обратился к Благословенному с такими словами: «В чём, достопочтенный, причина, в чём условие, по которым кто-то здесь с распадом тела, после смерти, возрождается в сообществе рождённых из яйца нагов?»

‘‘Idha, bhikkhu, ekacco kāyena dvayakārī hoti, vācāya dvayakārī, manasā dvayakārī. Tassa sutaṃ hoti – ‘aṇḍajā nāgā dīghāyukā vaṇṇavanto sukhabahulā’ti. Tassa evaṃ hoti – ‘aho vatāhaṃ kāyassa bhedā paraṃ maraṇā aṇḍajānaṃ nāgānaṃ sahabyataṃ upapajjeyya’nti. So annaṃ deti. So kāyassa bhedā paraṃ maraṇā aṇḍajānaṃ nāgānaṃ sahabyataṃ upapajjati. Ayaṃ kho, bhikkhu, hetu…pe… upapajjatīti…pe… so pānaṃ deti…pe… vatthaṃ deti…pe… yānaṃ deti…pe… mālaṃ deti…pe… gandhaṃ deti…pe… vilepanaṃ deti…pe… seyyaṃ deti…pe… āvasathaṃ deti…pe… padīpeyyaṃ [Pg.206] deti. So kāyassa bhedā paraṃ maraṇā aṇḍajānaṃ nāgānaṃ sahabyataṃ upapajjati. Ayaṃ kho, bhikkhu, hetu, ayaṃ paccayo, yena midhekacco kāyassa bhedā paraṃ maraṇā aṇḍajānaṃ nāgānaṃ sahabyataṃ upapajjatī’’ti. Vīsatimaṃ.

«Здесь, бхиккху, кто-то совершает двойственные поступки телом, совершает двойственные поступки речью, совершает двойственные поступки умом. Он слышал: „Рождённые из яйца наги долговечны, красивы и пребывают в изобилии счастья“. У него возникает такая мысль: „О, если бы с распадом тела, после смерти, я возродился в сообществе рождённых из яйца нагов!“ Он дарует пищу. С распадом тела, после смерти, он возрождается в сообществе рождённых из яйца нагов. В этом, бхиккху, причина... [и т.д.]... возрождается... [и т.д.]... Он дарует питьё... дарует одежду... дарует повозку... дарует гирлянду... дарует благовоние... дарует мазь... дарует постель... дарует жилище... дарует светильник. С распадом тела, после смерти, он возрождается в сообществе рождённых из яйца нагов. В этом, бхиккху, причина, в этом условие, по которым кто-то здесь с распадом тела, после смерти, возрождается в сообществе рождённых из яйца нагов». Двадцатая.

21-50. Jalābujādidānūpakārasuttattiṃsakaṃ

21-50. Тридцать сутт о содействии даянием для рождённых из чрева и прочих

362-391. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinno kho so bhikkhu bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘ko nu kho, bhante, hetu, ko paccayo, yena midhekacco kāyassa bhedā paraṃ maraṇā jalābujānaṃ nāgānaṃ…pe… saṃsedajānaṃ nāgānaṃ…pe… opapātikānaṃ nāgānaṃ sahabyataṃ upapajjatī’’ti?

362-391. В Саваттхи. Сидя рядом, тот бхиккху обратился к Благословенному с такими словами: «В чём, достопочтенный, причина, в чём условие, по которым кто-то здесь с распадом тела, после смерти, возрождается в сообществе рождённых из чрева нагов... [и т.д.]... рождённых во влаге нагов... [и т.д.]... самовозникающих нагов?»

‘‘Idha, bhikkhu, ekacco kāyena dvayakārī hoti, vācāya dvayakārī, manasā dvayakārī. Tassa sutaṃ hoti – ‘opapātikā nāgā dīghāyukā vaṇṇavanto sukhabahulā’ti. Tassa evaṃ hoti – ‘aho vatāhaṃ kāyassa bhedā paraṃ maraṇā opapātikānaṃ nāgānaṃ sahabyataṃ upapajjeyya’nti. So annaṃ deti…pe… pānaṃ deti…pe… padīpeyyaṃ deti. So kāyassa bhedā paraṃ maraṇā opapātikānaṃ nāgānaṃ sahabyataṃ upapajjati. Ayaṃ kho, bhikkhu, hetu, ayaṃ paccayo, yena midhekacco kāyassa bhedā paraṃ maraṇā opapātikānaṃ nāgānaṃ sahabyataṃ upapajjatī’’ti.

«Здесь, бхиккху, кто-то совершает двойственные поступки телом, совершает двойственные поступки речью, совершает двойственные поступки умом. Он слышал: „Самовозникающие наги долговечны, красивы и пребывают в изобилии счастья“. У него возникает такая мысль: „О, если бы с распадом тела, после смерти, я возродился в сообществе самовозникающих нагов!“ Он дарует пищу... [и т.д.]... дарует питьё... [и т.д.]... дарует светильник. С распадом тела, после смерти, он возрождается в сообществе самовозникающих нагов. В этом, бхиккху, причина, в этом условие, по которым кто-то здесь с распадом тела, после смерти, возрождается в сообществе самовозникающих нагов».

(Iminā peyyālena dasa dasa suttantā kātabbā. Evaṃ catūsu yonīsu cattālīsaṃ veyyākaraṇā honti. Purimehi pana dasahi suttantehi saha honti paṇṇāsasuttantāti.)

(Посредством этого сокращения следует составить по десять сутт для каждого случая. Таким образом, получается сорок ответов для четырёх видов рождения. Вместе с первыми десятью суттами всего получается пятьдесят сутт.)

Nāgasaṃyuttaṃ samattaṃ.

Нага-самьютта завершена.

Tassuddānaṃ –

Оглавление:

Suddhikaṃ paṇītataraṃ, caturo ca uposathā;

Tassa sutaṃ caturo ca, dānūpakārā ca tālīsaṃ;

Paṇṇāsa piṇḍato suttā, nāgamhi suppakāsitāti.

Простая сутта, сутта о превосходстве, четыре сутты об упосатхе, четыре сутты об услышанном и сорок сутт о содействии даянием — всего в Нага-самьютте прекрасно изложено пятьдесят сутт.

9. Supaṇṇasaṃyuttaṃ

9. Супанна-самьютта

1. Suddhikasuttaṃ

1. Простая сутта

392. Sāvatthinidānaṃ[Pg.207]. ‘‘Catasso imā, bhikkhave, supaṇṇayoniyo. Katamā catasso? Aṇḍajā supaṇṇā, jalābujā supaṇṇā, saṃsedajā supaṇṇā, opapātikā supaṇṇā – imā kho, bhikkhave, catasso supaṇṇayoniyo’’ti. Paṭhamaṃ.

392. В Саваттхи. «Монахи, есть эти четыре вида рождения супанн. Какие четыре? Рождённые из яйца супанны, рождённые из чрева супанны, рождённые во влаге супанны, самовозникающие супанны. Таковы, монахи, четыре вида рождения супанн». Первая.

2. Harantisuttaṃ

2. Сутта об унесении

393. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Catasso imā, bhikkhave, supaṇṇayoniyo. Katamā catasso? Aṇḍajā…pe… imā kho, bhikkhave, catasso supaṇṇayoniyo. Tatra, bhikkhave, aṇḍajā supaṇṇā aṇḍajeva nāge haranti, na jalābuje, na saṃsedaje, na opapātike. Tatra, bhikkhave, jalābujā supaṇṇā aṇḍaje ca jalābuje ca nāge haranti, na saṃsedaje, na opapātike. Tatra, bhikkhave, saṃsedajā supaṇṇā aṇḍaje ca jalābuje ca saṃsedaje ca nāge haranti, na opapātike. Tatra, bhikkhave, opapātikā supaṇṇā aṇḍaje ca jalābuje ca saṃsedaje ca opapātike ca nāge haranti. Imā kho, bhikkhave, catasso supaṇṇayoniyo’’ti. Dutiyaṃ.

393. В Саваттхи. «Монахи, есть эти четыре вида рождения супанн. Какие четыре? Рождённые из яйца... [и т.д.]... Таковы, монахи, четыре вида рождения супанн. Из них, монахи, рождённые из яйца супанны уносят только рождённых из яйца нагов, но не рождённых из чрева, не рождённых во влаге, не самовозникающих. Из них, монахи, рождённые из чрева супанны уносят рождённых из яйца и рождённых из чрева нагов, но не рождённых во влаге, не самовозникающих. Из них, монахи, рождённые во влаге супанны уносят рождённых из яйца, рождённых из чрева и рождённых во влаге нагов, но не самовозникающих. Из них, монахи, самовозникающие супанны уносят рождённых из яйца, рождённых из чрева, рождённых во влаге и самовозникающих нагов. Таковы, монахи, четыре вида рождения супанн». Вторая.

3. Dvayakārīsuttaṃ

3. Сутта о совершающем двойственные поступки

394. Sāvatthinidānaṃ. Aññataro bhikkhu yena bhagavā tenupasaṅkami; upasaṅkamitvā bhagavantaṃ abhivādetvā ekamantaṃ nisīdi. Ekamantaṃ nisinno kho so bhikkhu bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘ko nu kho, bhante, hetu, ko paccayo, yena midhekacco kāyassa bhedā paraṃ maraṇā aṇḍajānaṃ supaṇṇānaṃ sahabyataṃ upapajjatī’’ti? ‘‘Idha, bhikkhu, ekacco kāyena dvayakārī hoti, vācāya dvayakārī, manasā dvayakārī. Tassa sutaṃ hoti – ‘aṇḍajā supaṇṇā dīghāyukā vaṇṇavanto sukhabahulā’ti. Tassa evaṃ hoti – ‘aho vatāhaṃ kāyassa bhedā paraṃ maraṇā aṇḍajānaṃ supaṇṇānaṃ sahabyataṃ upapajjeyya’nti. So kāyassa bhedā paraṃ maraṇā aṇḍajānaṃ supaṇṇānaṃ sahabyataṃ upapajjati. Ayaṃ kho, bhikkhu, hetu, ayaṃ paccayo[Pg.208], yena midhekacco kāyassa bhedā paraṃ maraṇā aṇḍajānaṃ supaṇṇānaṃ sahabyataṃ upapajjatī’’ti. Tatiyaṃ.

394. В Саваттхи. Один бхиккху подошёл к Благословенному, поклонился ему и сел рядом. Сидя рядом, этот бхиккху обратился к Благословенному с такими словами: «В чём, достопочтенный, причина, в чём условие, по которым кто-то здесь с распадом тела, после смерти, возрождается в сообществе рождённых из яйца супанн?» — «Здесь, бхиккху, кто-то совершает двойственные поступки телом, совершает двойственные поступки речью, совершает двойственные поступки умом. Он слышал: „Рождённые из яйца супанны долговечны, красивы и пребывают в изобилии счастья“. У него возникает такая мысль: „О, если бы с распадом тела, после смерти, я возродился в сообществе рождённых из яйца супанн!“ И с распадом тела, после смерти, он возрождается в сообществе рождённых из яйца супанн. В этом, бхиккху, причина, в этом условие, по которым кто-то здесь с распадом тела, после смерти, возрождается в сообществе рождённых из яйца супанн». Третья.

4-6. Dutiyādidvayakārīsuttattikaṃ

4-6. Три сутты, начиная со второй, о совершающем двойственные поступки

395-397. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinno kho so bhikkhu bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘ko nu kho, bhante, hetu, ko paccayo, yena midhekacco kāyassa bhedā paraṃ maraṇā jalābujānaṃ supaṇṇānaṃ…pe… saṃsedajānaṃ supaṇṇānaṃ…pe… opapātikānaṃ supaṇṇānaṃ sahabyataṃ upapajjatī’’ti? ‘‘Idha, bhikkhu, ekacco kāyena dvayakārī hoti, vācāya dvayakārī, manasā dvayakārī. Tassa sutaṃ hoti – ‘opapātikā supaṇṇā dīghāyukā vaṇṇavanto sukhabahulā’ti. Tassa evaṃ hoti – ‘aho vatāhaṃ kāyassa bhedā paraṃ maraṇā opapātikānaṃ supaṇṇānaṃ sahabyataṃ upapajjeyya’nti. So kāyassa bhedā paraṃ maraṇā opapātikānaṃ supaṇṇānaṃ sahabyataṃ upapajjati. Ayaṃ kho, bhikkhu, hetu, ayaṃ paccayo, yena midhekacco kāyassa bhedā paraṃ maraṇā opapātikānaṃ supaṇṇānaṃ sahabyataṃ upapajjatī’’ti. Chaṭṭhaṃ.

395-397. В Саваттхи. Сидя рядом, тот бхиккху обратился к Благословенному с такими словами: «В чём, достопочтенный, причина, в чём условие, по которым кто-то здесь с распадом тела, после смерти, возрождается в сообществе рождённых из чрева супанн... [и т.д.]... рождённых во влаге супанн... [и т.д.]... самовозникающих супанн?» — «Здесь, бхиккху, кто-то совершает двойственные поступки телом, совершает двойственные поступки речью, совершает двойственные поступки умом. Он слышал: „Самовозникающие супанны долговечны, красивы и пребывают в изобилии счастья“. У него возникает такая мысль: „О, если бы с распадом тела, после смерти, я возродился в сообществе самовозникающих супанн!“ И с распадом тела, после смерти, он возрождается в сообществе самовозникающих супанн. В этом, бхиккху, причина, в этом условие, по которым кто-то здесь с распадом тела, после смерти, возрождается в сообществе самовозникающих супанн». Шестая.

7-16. Aṇḍajadānūpakārasuttadasakaṃ

7-16. Десять сутт о содействии даянием для рождённых из яйца

398-407. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinno kho so bhikkhu bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘ko nu kho, bhante, hetu, ko paccayo, yena midhekacco kāyassa bhedā paraṃ maraṇā aṇḍajānaṃ supaṇṇānaṃ sahabyataṃ upapajjatī’’ti? ‘‘Idha, bhikkhu, ekacco kāyena dvayakārī hoti, vācāya dvayakārī, manasā dvayakārī. Tassa sutaṃ hoti – ‘aṇḍajā supaṇṇā dīghāyukā vaṇṇavanto sukhabahulā’ti. Tassa evaṃ hoti – ‘aho vatāhaṃ kāyassa bhedā paraṃ maraṇā aṇḍajānaṃ supaṇṇānaṃ sahabyataṃ upapajjeyya’nti. So annaṃ deti…pe… pānaṃ deti… vatthaṃ deti… yānaṃ deti… mālaṃ deti… gandhaṃ deti… vilepanaṃ deti… seyyaṃ deti… āvasathaṃ deti… padīpeyyaṃ deti. So kāyassa bhedā paraṃ maraṇā aṇḍajānaṃ supaṇṇānaṃ sahabyataṃ upapajjati. Ayaṃ kho, bhikkhu, hetu, ayaṃ paccayo, yena midhekacco kāyassa bhedā paraṃ maraṇā aṇḍajānaṃ supaṇṇānaṃ sahabyataṃ upapajjatī’’ti. Soḷasamaṃ.

398-407. В Саваттхи. Сидя рядом, тот бхиккху обратился к Благословенному с такими словами: «В чём, досточтимый, причина, в чём условие того, что некий человек здесь после распада тела, после смерти, перерождается в сообществе рождённых из яйца супанн?» — «Здесь, бхиккху, некий человек совершает двойственные действия телом, двойственные действия речью, двойственные действия умом. Он слышал: „Рождённые из яйца супанны долговечны, красивы и пребывают в великом счастье“. И он думает: „О, пусть бы мне после распада тела, после смерти, переродиться в сообществе рождённых из яйца супанн!“ Он дарует пищу… [и т. д.]… дарует питьё… дарует одежду… дарует повозку… дарует гирлянду… дарует благовоние… дарует мазь… дарует постель… дарует жилище… дарует светильник. После распада тела, после смерти, он перерождается в сообществе рождённых из яйца супанн. В этом, бхиккху, причина, в этом условие того, что некий человек здесь после распада тела, после смерти, перерождается в сообществе рождённых из яйца супанн». Шестнадцатая.

17-46. Jalābujādidānūpakārasuttatiṃsakaṃ

17-46. Тридцать сутт о поддержке даянием для рождённых из чрева и прочих

408-437. Sāvatthinidānaṃ[Pg.209]. Ekamantaṃ nisinno kho so bhikkhu bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘ko nu kho, bhante, hetu, ko paccayo, yena midhekacco kāyassa bhedā paraṃ maraṇā jalābujānaṃ supaṇṇānaṃ…pe… saṃsedajānaṃ supaṇṇānaṃ…pe… opapātikānaṃ supaṇṇānaṃ sahabyataṃ upapajjatī’’ti? ‘‘Idha, bhikkhu, ekacco kāyena dvayakārī hoti, vācāya dvayakārī, manasā dvayakārī. Tassa sutaṃ hoti – ‘opapātikā supaṇṇā dīghāyukā vaṇṇavanto sukhabahulā’ti. Tassa evaṃ hoti – ‘aho vatāhaṃ kāyassa bhedā paraṃ maraṇā opapātikānaṃ supaṇṇānaṃ sahabyataṃ upapajjeyya’nti. So annaṃ deti…pe… pānaṃ deti…pe… padīpeyyaṃ deti. So kāyassa bhedā paraṃ maraṇā opapātikānaṃ supaṇṇānaṃ sahabyataṃ upapajjati. Ayaṃ kho, bhikkhu, hetu, ayaṃ paccayo, yena midhekacco kāyassa bhedā paraṃ maraṇā opapātikānaṃ supaṇṇānaṃ sahabyataṃ upapajjatī’’ti. Chacattālīsamaṃ.

408-437. В Саваттхи. Сидя рядом, тот бхиккху обратился к Благословенному с такими словами: «В чём, досточтимый, причина, в чём условие того, что некий человек здесь после распада тела, после смерти, перерождается в сообществе рождённых из чрева супанн… [и т. д.]… рождённых из влаги супанн… [и т. д.]… самовозникающих супанн?» — «Здесь, бхиккху, некий человек совершает двойственные действия телом, двойственные действия речью, двойственные действия умом. Он слышал: „Самовозникающие супанны долговечны, красивы и пребывают в великом счастье“. И он думает: „О, пусть бы мне после распада тела, после смерти, переродиться в сообществе самовозникающих супанн!“ Он дарует пищу… [и т. д.]… дарует питьё… [и т. д.]… дарует светильник. После распада тела, после смерти, он перерождается в сообществе самовозникающих супанн. В этом, бхиккху, причина, в этом условие того, что некий человек здесь после распада тела, после смерти, перерождается в сообществе самовозникающих супанн». Сорок шестая.

(Evaṃ piṇḍakena chacattālīsaṃ suttantā honti.)

(Таким образом, в общей сложности получается сорок шесть сутт.)

Supaṇṇasaṃyuttaṃ samattaṃ.

Супанна-самьютта завершена.

Tassuddānaṃ –

Оглавление к ней:

Suddhikaṃ haranti ceva, dvayakārī ca caturo;

Dānūpakārā tālīsaṃ, supaṇṇe suppakāsitāti.

Простая версия, «уносят», и четыре о совершающих двойственные действия; сорок о поддержке даянием — так в Супанне всё прекрасно разъяснено.

10. Gandhabbakāyasaṃyuttaṃ

10. Гандхаббакая-самьютта

1. Suddhikasuttaṃ

1. Суддхика-сутта

438. Ekaṃ [Pg.210] samayaṃ bhagavā sāvatthiyaṃ viharati jetavane anāthapiṇḍikassa ārāme …pe… bhagavā etadavoca – ‘‘gandhabbakāyike vo, bhikkhave, deve desessāmi. Taṃ suṇātha. Katamā ca, bhikkhave, gandhabbakāyikā devā? Santi, bhikkhave, mūlagandhe adhivatthā devā. Santi, bhikkhave, sāragandhe adhivatthā devā. Santi, bhikkhave, pheggugandhe adhivatthā devā. Santi, bhikkhave, tacagandhe adhivatthā devā. Santi, bhikkhave, papaṭikagandhe adhivatthā devā. Santi, bhikkhave, pattagandhe adhivatthā devā. Santi, bhikkhave, pupphagandhe adhivatthā devā. Santi, bhikkhave, phalagandhe adhivatthā devā. Santi, bhikkhave, rasagandhe adhivatthā devā. Santi, bhikkhave, gandhagandhe adhivatthā devā. Ime vuccanti, bhikkhave, gandhabbakāyikā devā’’ti. Paṭhamaṃ.

438. Одно время Благословенный пребывал в Саваттхи, в роще Джеты, в обители Анатхапиндики… [и т. д.]… Благословенный сказал следующее: «Бхиккху, я поведаю вам о девах из воинства гандхабб. Слушайте это… И кто же такие, бхиккху, девы из воинства гандхабб? Есть, бхиккху, девы, обитающие в ароматных корнях. Есть, бхиккху, девы, обитающие в ароматной сердцевине дерева. Есть, бхиккху, девы, обитающие в ароматной заболони. Есть, бхиккху, девы, обитающие в ароматной коре. Есть, бхиккху, девы, обитающие в ароматной отслаивающейся коре. Есть, бхиккху, девы, обитающие в ароматных листьях. Есть, бхиккху, девы, обитающие в ароматных цветах. Есть, бхиккху, девы, обитающие в ароматных плодах. Есть, бхиккху, девы, обитающие в ароматном соке. Есть, бхиккху, девы, обитающие в ароматных запахах. Именно они, бхиккху, зовутся девами из воинства гандхабб». Первая.

2. Sucaritasuttaṃ

2. Сучарита-сутта

439. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinno kho so bhikkhu bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘ko nu kho, bhante, hetu, ko paccayo, yena midhekacco kāyassa bhedā paraṃ maraṇā gandhabbakāyikānaṃ devānaṃ sahabyataṃ upapajjatī’’ti? ‘‘Idha, bhikkhu, ekacco kāyena sucaritaṃ carati, vācāya sucaritaṃ carati, manasā sucaritaṃ carati. Tassa sutaṃ hoti – ‘gandhabbakāyikā devā dīghāyukā vaṇṇavanto sukhabahulā’ti. Tassa evaṃ hoti – ‘aho vatāhaṃ kāyassa bhedā paraṃ maraṇā gandhabbakāyikānaṃ devānaṃ sahabyataṃ upapajjeyya’nti. So kāyassa bhedā paraṃ maraṇā gandhabbakāyikānaṃ devānaṃ sahabyataṃ upapajjati. Ayaṃ kho, bhikkhu, hetu, ayaṃ paccayo, yena midhekacco kāyassa bhedā paraṃ maraṇā gandhabbakāyikānaṃ devānaṃ sahabyataṃ upapajjatī’’ti. Dutiyaṃ.

439. В Саваттхи. Сидя рядом, тот бхиккху обратился к Благословенному с такими словами: «В чём, досточтимый, причина, в чём условие того, что некий человек здесь после распада тела, после смерти, перерождается в сообществе дев из воинства гандхабб?» — «Здесь, бхиккху, некий человек практикует благое поведение телом, практикует благое поведение речью, практикует благое поведение умом. Он слышал: „Девы из воинства гандхабб долговечны, красивы и пребывают в великом счастье“. И он думает: „О, пусть бы мне после распада тела, после смерти, переродиться в сообществе дев из воинства гандхабб!“ После распада тела, после смерти, он перерождается в сообществе дев из воинства гандхабб. В этом, бхиккху, причина, в этом условие того, что некий человек здесь после распада тела, после смерти, перерождается в сообществе дев из воинства гандхабб». Вторая.

3. Mūlagandhadātāsuttaṃ

3. Мулагандхадата-сутта

440. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinno kho so bhikkhu bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘ko nu kho, bhante, hetu, ko paccayo, yena midhekacco kāyassa bhedā paraṃ maraṇā mūlagandhe adhivatthānaṃ devānaṃ sahabyataṃ upapajjatī’’ti[Pg.211]? ‘‘Idha, bhikkhu, ekacco kāyena sucaritaṃ carati, vācāya sucaritaṃ carati, manasā sucaritaṃ carati. Tassa sutaṃ hoti – ‘mūlagandhe adhivatthā devā dīghāyukā vaṇṇavanto sukhabahulā’ti. Tassa evaṃ hoti – ‘aho vatāhaṃ kāyassa bhedā paraṃ maraṇā mūlagandhe adhivatthānaṃ devānaṃ sahabyataṃ upapajjeyya’nti. So dātā hoti mūlagandhānaṃ. So kāyassa bhedā paraṃ maraṇā mūlagandhe adhivatthānaṃ devānaṃ sahabyataṃ upapajjati. Ayaṃ kho, bhikkhu, hetu…pe… yena midhekacco kāyassa bhedā paraṃ maraṇā mūlagandhe adhivatthānaṃ devānaṃ sahabyataṃ upapajjatī’’ti. Tatiyaṃ.

440. В Саваттхи. Сидя рядом, тот бхиккху обратился к Благословенному с такими словами: «В чём, досточтимый, причина, в чём условие того, что некий человек здесь после распада тела, после смерти, перерождается в сообществе дев, обитающих в ароматных корнях?» — «Здесь, бхиккху, некий человек практикует благое поведение телом, практикует благое поведение речью, практикует благое поведение умом. Он слышал: „Девы, обитающие в ароматных корнях, долговечны, красивы и пребывают в великом счастье“. И он думает: „О, пусть бы мне после распада тела, после смерти, переродиться в сообществе дев, обитающих в ароматных корнях!“ Он становится дарителем ароматных корней. После распада тела, после смерти, он перерождается в сообществе дев, обитающих в ароматных корнях. В этом, бхиккху, причина… [и т. д.]… почему некий человек здесь после распада тела, после смерти, перерождается в сообществе дев, обитающих в ароматных корнях». Третья.

4-12. Sāragandhādidātāsuttanavakaṃ

4-12. Девять сутт о дарителях ароматной сердцевины и прочего

441-449. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinno kho so bhikkhu bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘ko nu kho, bhante, hetu, ko paccayo, yena midhekacco kāyassa bhedā paraṃ maraṇā sāragandhe adhivatthānaṃ devānaṃ…pe… pheggugandhe adhivatthānaṃ devānaṃ… tacagandhe adhivatthānaṃ devānaṃ… papaṭikagandhe adhivatthānaṃ devānaṃ… pattagandhe adhivatthānaṃ devānaṃ… pupphagandhe adhivatthānaṃ devānaṃ… phalagandhe adhivatthānaṃ devānaṃ… rasagandhe adhivatthānaṃ devānaṃ… gandhagandhe adhivatthānaṃ devānaṃ sahabyataṃ upapajjatī’’ti? ‘‘Idha, bhikkhu, ekacco kāyena sucaritaṃ carati, vācāya sucaritaṃ carati, manasā sucaritaṃ carati. Tassa sutaṃ hoti – ‘sāragandhe adhivatthā devā dīghāyukā vaṇṇavanto sukhabahulā’ti. Tassa evaṃ hoti – ‘aho vatāhaṃ kāyassa bhedā paraṃ maraṇā sāragandhe adhivatthānaṃ devānaṃ…pe… pheggugandhe adhivatthānaṃ devānaṃ… tacagandhe adhivatthānaṃ devānaṃ… papaṭikagandhe adhivatthānaṃ devānaṃ… pattagandhe adhivatthānaṃ devānaṃ… pupphagandhe adhivatthānaṃ devānaṃ… phalagandhe adhivatthānaṃ devānaṃ… rasagandhe adhivatthānaṃ devānaṃ… gandhagandhe adhivatthānaṃ devānaṃ sahabyataṃ upapajjeyya’nti. So dātā hoti sāragandhānaṃ…pe… so dātā hoti pheggugandhānaṃ… so dātā hoti tacagandhānaṃ… so dātā hoti papaṭikagandhānaṃ… so dātā hoti pattagandhānaṃ… so dātā hoti pupphagandhānaṃ… so dātā hoti phalagandhānaṃ… so dātā hoti rasagandhānaṃ… so dātā hoti gandhagandhānaṃ. So kāyassa bhedā paraṃ maraṇā gandhagandhe adhivatthānaṃ devānaṃ sahabyataṃ upapajjati. Ayaṃ kho, bhikkhu, hetu, ayaṃ [Pg.212] paccayo, yena midhekacco kāyassa bhedā paraṃ maraṇā gandhagandhe adhivatthānaṃ devānaṃ sahabyataṃ upapajjatī’’ti. Dvādasamaṃ.

441-449. В Саваттхи. Сидя рядом, тот бхиккху обратился к Благословенному с такими словами: «В чём, досточтимый, причина, в чём условие того, что некий человек здесь после распада тела, после смерти, перерождается в сообществе дев, обитающих в ароматной сердцевине дерева… [и т. д.]… дев, обитающих в ароматной заболони… дев, обитающих в ароматной коре… дев, обитающих в ароматной отслаивающейся коре… дев, обитающих в ароматных листьях… дев, обитающих в ароматных цветах… дев, обитающих в ароматных плодах… дев, обитающих в ароматном соке… дев, обитающих в ароматных запахах?» — «Здесь, бхиккху, некий человек практикует благое поведение телом, практикует благое поведение речью, практикует благое поведение умом. Он слышал: „Девы, обитающие в ароматной сердцевине дерева, долговечны, красивы и пребывают в великом счастье“. И он думает: „О, пусть бы мне после распада тела, после смерти, переродиться в сообществе дев, обитающих в ароматной сердцевине дерева… [и т. д.]… дев, обитающих в ароматной заболони… дев, обитающих в ароматной коре… дев, обитающих в ароматной отслаивающейся коре… дев, обитающих в ароматных листьях… дев, обитающих в ароматных цветах… дев, обитающих в ароматных плодах… дев, обитающих в ароматном соке… дев, обитающих в ароматных запахах!“ Он становится дарителем ароматной сердцевины дерева… [и т. д.]… он становится дарителем ароматной заболони… он становится дарителем ароматной коры… он становится дарителем ароматной отслаивающейся коры… он становится дарителем ароматных листьев… он становится дарителем ароматных цветов… он становится дарителем ароматных плодов… он становится дарителем ароматного сока… он становится дарителем ароматных запахов. После распада тела, после смерти, он перерождается в сообществе дев, обитающих в ароматных запахах. В этом, бхиккху, причина, в этом условие того, что некий человек здесь после распада тела, после смерти, перерождается в сообществе дев, обитающих в ароматных запахах». Двенадцатая.

13-22. Mūlagandhadānūpakārasuttadasakaṃ

13-22. Десять сутт о поддержке даянием для дев, обитающих в ароматных корнях

450-459. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinno kho so bhikkhu bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘ko nu kho, bhante, hetu, ko paccayo, yena midhekacco kāyassa bhedā paraṃ maraṇā mūlagandhe adhivatthānaṃ devānaṃ sahabyataṃ upapajjatī’’ti? ‘‘Idha, bhikkhu, ekacco kāyena sucaritaṃ carati, vācāya sucaritaṃ carati, manasā sucaritaṃ carati. Tassa sutaṃ hoti – ‘mūlagandhe adhivatthā devā dīghāyukā vaṇṇavanto sukhabahulā’ti. Tassa evaṃ hoti – ‘aho vatāhaṃ kāyassa bhedā paraṃ maraṇā mūlagandhe adhivatthānaṃ devānaṃ sahabyataṃ upapajjeyya’nti. So annaṃ deti…pe… pānaṃ deti… vatthaṃ deti… yānaṃ deti… mālaṃ deti… gandhaṃ deti… vilepanaṃ deti… seyyaṃ deti… āvasathaṃ deti… padīpeyyaṃ deti. So kāyassa bhedā paraṃ maraṇā mūlagandhe adhivatthānaṃ devānaṃ sahabyataṃ upapajjati. Ayaṃ kho, bhikkhu, hetu, ayaṃ paccayo, yena midhekacco kāyassa bhedā paraṃ maraṇā mūlagandhe adhivatthānaṃ devānaṃ sahabyataṃ upapajjatī’’ti. Bāvīsatimaṃ.

450-459. В Саваттхи. Сидя рядом, тот бхиккху обратился к Благословенному с такими словами: «В чём, досточтимый, причина, в чём условие того, что некий человек здесь после распада тела, после смерти, перерождается в сообществе дев, обитающих в ароматных корнях?» — «Здесь, бхиккху, некий человек практикует благое поведение телом, практикует благое поведение речью, практикует благое поведение умом. Он слышал: „Девы, обитающие в ароматных корнях, долговечны, красивы и пребывают в великом счастье“. И он думает: „О, пусть бы мне после распада тела, после смерти, переродиться в сообществе дев, обитающих в ароматных корнях!“ Он дарует пищу… [и т. д.]… дарует питьё… дарует одежду… дарует повозку… дарует гирлянду… дарует благовоние… дарует мазь… дарует постель… дарует жилище… дарует светильник. После распада тела, после смерти, он перерождается в сообществе дев, обитающих в ароматных корнях. В этом, бхиккху, причина, в этом условие того, что некий человек здесь после распада тела, после смерти, перерождается в сообществе дев, обитающих в ароматных корнях». Двадцать вторая.

23-112. Sāragandhādidānūpakārasuttanavutikaṃ

23-112. Девяносто сутт о поддержке даянием для дев, обитающих в ароматной сердцевине и прочем

460-549. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinno kho so bhikkhu bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘ko nu kho, bhante, hetu, ko paccayo, yena midhekacco kāyassa bhedā paraṃ maraṇā sāragandhe adhivatthānaṃ devānaṃ…pe… pheggugandhe adhivatthānaṃ devānaṃ… tacagandhe adhivatthānaṃ devānaṃ … papaṭikagandhe adhivatthānaṃ devānaṃ… pattagandhe adhivatthānaṃ devānaṃ… pupphagandhe adhivatthānaṃ devānaṃ… phalagandhe adhivatthānaṃ devānaṃ… rasagandhe adhivatthānaṃ devānaṃ… gandhagandhe adhivatthānaṃ devānaṃ sahabyataṃ upapajjatī’’ti? ‘‘Idha, bhikkhu, ekacco kāyena sucaritaṃ carati, vācāya sucaritaṃ carati, manasā sucaritaṃ carati. Tassa sutaṃ hoti – ‘gandhagandhe adhivatthā devā dīghāyukā vaṇṇavanto sukhabahulā’ti. Tassa evaṃ hoti – ‘aho vatāhaṃ kāyassa bhedā paraṃ maraṇā gandhagandhe adhivatthānaṃ devānaṃ sahabyataṃ upapajjeyya’nti. So annaṃ deti…pe… pānaṃ deti… vatthaṃ deti… yānaṃ deti… mālaṃ deti… gandhaṃ deti… vilepanaṃ [Pg.213] deti… seyyaṃ deti… āvasathaṃ deti… padīpeyyaṃ deti. So kāyassa bhedā paraṃ maraṇā gandhagandhe adhivatthānaṃ devānaṃ sahabyataṃ upapajjati. Ayaṃ kho, bhikkhu, hetu, ayaṃ paccayo, yena midhekacco kāyassa bhedā paraṃ maraṇā gandhagandhe adhivatthānaṃ devānaṃ sahabyataṃ upapajjatī’’ti. Dvādasasatimaṃ.

460-549. В Саваттхи. Сидя рядом, тот бхиккху обратился к Благословенному с такими словами: «В чём, досточтимый, причина, в чём условие того, что некий человек здесь после распада тела, после смерти, перерождается в сообществе дев, обитающих в ароматной сердцевине дерева… [и т. д.]… дев, обитающих в ароматной заболони… дев, обитающих в ароматной коре… дев, обитающих в ароматной отслаивающейся коре… дев, обитающих в ароматных листьях… дев, обитающих в ароматных цветах… дев, обитающих в ароматных плодах… дев, обитающих в ароматном соке… дев, обитающих в ароматных запахах?» — «Здесь, бхиккху, некий человек практикует благое поведение телом, практикует благое поведение речью, практикует благое поведение умом. Он слышал: „Девы, обитающие в ароматных запахах, долговечны, красивы и пребывают в великом счастье“. И он думает: „О, пусть бы мне после распада тела, после смерти, переродиться в сообществе дев, обитающих в ароматных запахах!“ Он дарует пищу… [и т. д.]… дарует питьё… дарует одежду… дарует повозку… дарует гирлянду… дарует благовоние… дарует мазь… дарует постель… дарует жилище… дарует светильник. После распада тела, после смерти, он перерождается в сообществе дев, обитающих в ароматных запахах. В этом, бхиккху, причина, в этом условие того, что некий человек здесь после распада тела, после смерти, перерождается в сообществе дев, обитающих в ароматных запахах». Сто двенадцатая.

(Evaṃ piṇḍakena ekasatañca dvādasa ca suttantā honti.)

(Таким образом, в общей сложности получается сто двенадцать сутт.)

Gandhabbakāyasaṃyuttaṃ samattaṃ.

Гандхаббакая-самьютта завершена.

Tassuddānaṃ –

Оглавление этой [саньютты]:

Suddhikañca sucaritaṃ, dātā hi apare dasa;

Dānūpakārā satadhā, gandhabbe suppakāsitāti.

Чистая [версия], благое поведение, десять других [сутт] о даятелях, и сто [сутт] о поддержке даянием — [все они] прекрасно разъяснены в Гандхабба [саньютте].

11. Valāhakasaṃyuttaṃ

11. Валахакасаньютта

1. Suddhikasuttaṃ

1. Суддхика сутта

550. Sāvatthinidānaṃ[Pg.214]. ‘‘Valāhakakāyike vo, bhikkhave, deve desessāmi. Taṃ suṇātha. Katame ca, bhikkhave, valāhakakāyikā devā? Santi, bhikkhave, sītavalāhakā devā; santi uṇhavalāhakā devā; santi abbhavalāhakā devā; santi vātavalāhakā devā; santi vassavalāhakā devā – ime vuccanti, bhikkhave, ‘valāhakakāyikā devā’’’ti. Paṭhamaṃ.

550. В Саваттхи. «Монахи, я обучу вас о девах из сонма облачных [божеств]. Слушайте это... И кто же, монахи, девы из сонма облачных [божеств]? Есть, монахи, девы прохладных облаков; есть девы тёплых облаков; есть девы грозовых облаков; есть девы ветряных облаков; есть девы дождевых облаков. Эти, монахи, зовутся девами из сонма облачных [божеств]». Первая.

2. Sucaritasuttaṃ

2. Сучарита сутта

551. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinno kho so bhikkhu bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘ko nu kho, bhante, hetu, ko paccayo, yena midhekacco kāyassa bhedā paraṃ maraṇā valāhakakāyikānaṃ devānaṃ sahabyataṃ upapajjatī’’ti? ‘‘Idha, bhikkhu, ekacco kāyena sucaritaṃ carati, vācāya sucaritaṃ carati, manasā sucaritaṃ carati. Tassa sutaṃ hoti – ‘valāhakakāyikā devā dīghāyukā vaṇṇavanto sukhabahulā’ti. Tassa evaṃ hoti – ‘aho vatāhaṃ kāyassa bhedā paraṃ maraṇā valāhakakāyikānaṃ devānaṃ sahabyataṃ upapajjeyya’nti. So kāyassa bhedā paraṃ maraṇā valāhakakāyikānaṃ devānaṃ sahabyataṃ upapajjati. Ayaṃ kho, bhikkhu, hetu, ayaṃ paccayo, yena midhekacco kāyassa bhedā paraṃ maraṇā valāhakakāyikānaṃ devānaṃ sahabyataṃ upapajjatī’’ti. Dutiyaṃ.

551. В Саваттхи. Сидя в стороне, тот монах обратился к Благословенному с такими словами: «В чём, досточтимый, причина, в чём условие, по которому некий человек здесь, с распадом тела, после смерти, возрождается в сообществе дев из сонма облачных [божеств]?» «Здесь, монах, некий человек совершает благое действие телом, благое действие речью, благое действие умом. Он слышал: „Девы из сонма облачных [божеств] долговечны, прекрасны обличьем и пребывают в великом счастье“. И у него возникает мысль: „О, если бы мне с распадом тела, после смерти, возродиться в сообществе дев из сонма облачных [божеств]!“ И он с распадом тела, после смерти, возрождается в сообществе дев из сонма облачных [божеств]. В этом, монах, причина, в этом условие, по которому некий человек здесь, с распадом тела, после смерти, возрождается в сообществе дев из сонма облачных [божеств]». Вторая.

3-12. Sītavalāhakadānūpakārasuttadasakaṃ

3-12. Десять сутт о поддержке даянием для [возрождения среди] дев прохладных облаков

552-561. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinno kho so bhikkhu bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘ko nu kho, bhante, hetu, ko paccayo, yena midhekacco kāyassa bhedā paraṃ maraṇā sītavalāhakānaṃ devānaṃ sahabyataṃ upapajjatī’’ti? ‘‘Idha bhikkhu, ekacco kāyena sucaritaṃ carati, vācāya sucaritaṃ carati, manasā sucaritaṃ carati. Tassa sutaṃ hoti – ‘sītavalāhakā devā dīghāyukā vaṇṇavanto sukhabahulā’ti. Tassa evaṃ [Pg.215] hoti – ‘aho vatāhaṃ kāyassa bhedā paraṃ maraṇā sītavalāhakānaṃ devānaṃ sahabyataṃ upapajjeyya’nti. So annaṃ deti…pe… padīpeyyaṃ deti. So kāyassa bhedā paraṃ maraṇā sītavalāhakānaṃ devānaṃ sahabyataṃ upapajjati. Ayaṃ kho, bhikkhu, hetu, ayaṃ paccayo, yena midhekacco kāyassa bhedā paraṃ maraṇā sītavalāhakānaṃ devānaṃ sahabyataṃ upapajjatī’’ti. Dvādasamaṃ.

552-561. В Саваттхи. Сидя в стороне, тот монах обратился к Благословенному с такими словами: «В чём, досточтимый, причина, в чём условие, по которому некий человек здесь, с распадом тела, после смерти, возрождается в сообществе дев прохладных облаков?» «Здесь, монах, некий человек совершает благое действие телом, благое действие речью, благое действие умом. Он слышал: „Девы прохладных облаков долговечны, прекрасны обличьем и пребывают в великом счастье“. И у него возникает мысль: „О, если бы мне с распадом тела, после смерти, возродиться в сообществе дев прохладных облаков!“ Он дарует пищу... [и так далее]... дарует светильники. И он с распадом тела, после смерти, возрождается в сообществе дев прохладных облаков. В этом, монах, причина, в этом условие, по которому некий человек здесь, с распадом тела, после смерти, возрождается в сообществе дев прохладных облаков». Двенадцатая.

13-52. Uṇhavalāhakadānūpakārasuttacālīsakaṃ

13-52. Сорок сутт о поддержке даянием для [возрождения среди] дев тёплых облаков [и других]

562-601. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinno kho so bhikkhu bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘ko nu kho, bhante, hetu, ko paccayo, yena midhekacco kāyassa bhedā paraṃ maraṇā uṇhavalāhakānaṃ devānaṃ…pe… abbhavalāhakānaṃ devānaṃ…pe… vātavalāhakānaṃ devānaṃ…pe… vassavalāhakānaṃ devānaṃ sahabyataṃ upapajjatī’’ti? ‘‘Idha, bhikkhu, ekacco kāyena sucaritaṃ carati, vācāya sucaritaṃ carati, manasā sucaritaṃ carati. Tassa sutaṃ hoti – ‘vassavalāhakā devā dīghāyukā vaṇṇavanto sukhabahulā’ti. Tassa evaṃ hoti – ‘aho vatāhaṃ kāyassa bhedā paraṃ maraṇā vassavalāhakānaṃ devānaṃ sahabyataṃ upapajjeyya’nti. So annaṃ deti…pe… padīpeyyaṃ deti. So kāyassa bhedā paraṃ maraṇā vassavalāhakānaṃ devānaṃ sahabyataṃ upapajjati. Ayaṃ kho, bhikkhu, hetu, ayaṃ paccayo, yena midhekacco kāyassa bhedā paraṃ maraṇā vassavalāhakānaṃ devānaṃ sahabyataṃ upapajjatī’’ti. Dvepaññāsamaṃ.

562-601. В Саваттхи. Сидя в стороне, тот монах обратился к Благословенному с такими словами: «В чём, досточтимый, причина, в чём условие, по которому некий человек здесь, с распадом тела, после смерти, возрождается в сообществе дев тёплых облаков... [и так далее]... дев грозовых облаков... дев ветряных облаков... дев дождевых облаков?» «Здесь, монах, некий человек совершает благое действие телом, благое действие речью, благое действие умом. Он слышал: „Девы дождевых облаков долговечны, прекрасны обличьем и пребывают в великом счастье“. И у него возникает мысль: „О, если бы мне с распадом тела, после смерти, возродиться в сообществе дев дождевых облаков!“ Он дарует пищу... [и так далее]... дарует светильники. И он с распадом тела, после смерти, возрождается в сообществе дев дождевых облаков. В этом, монах, причина, в этом условие, по которому некий человек здесь, с распадом тела, после смерти, возрождается в сообществе дев дождевых облаков». Пятьдесят вторая.

53. Sītavalāhakasuttaṃ

53. Ситавалахака сутта

602. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinno kho so bhikkhu bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘ko nu kho, bhante, hetu, ko paccayo, yenekadā sītaṃ hotī’’ti? ‘‘Santi, bhikkhu, sītavalāhakā nāma devā. Tesaṃ yadā evaṃ hoti – ‘yaṃnūna mayaṃ sakāya ratiyā vaseyyāmā’ti, tesaṃ taṃ cetopaṇidhimanvāya sītaṃ hoti. Ayaṃ kho, bhikkhu, hetu, ayaṃ paccayo, yenekadā sītaṃ hotī’’ti. Tepaññāsamaṃ.

602. В Саваттхи. Сидя в стороне, тот монах обратился к Благословенному с такими словами: «В чём, досточтимый, причина, в чём условие, по которому иногда становится прохладно?» «Есть, монах, девы, называемые девами прохладных облаков. Когда у них возникает мысль: „Что если нам предаться собственным удовольствиям?“, то в соответствии с устремлением их ума становится прохладно. В этом, монах, причина, в этом условие, по которому иногда становится прохладно». Пятьдесят третья.

54. Uṇhavalāhakasuttaṃ

54. Унхавалахака сутта

603. Sāvatthinidānaṃ[Pg.216]. Ekamantaṃ nisinno kho so bhikkhu bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘ko nu kho, bhante, hetu, ko paccayo, yenekadā uṇhaṃ hotī’’ti? ‘‘Santi, bhikkhu, uṇhavalāhakā nāma devā. Tesaṃ yadā evaṃ hoti – ‘yaṃnūna mayaṃ sakāya ratiyā vaseyyāmā’ti, tesaṃ taṃ cetopaṇidhimanvāya uṇhaṃ hoti. Ayaṃ kho, bhikkhu, hetu, ayaṃ paccayo, yenekadā uṇhaṃ hotī’’ti. Catupaññāsamaṃ.

603. В Саваттхи. Сидя в стороне, тот монах обратился к Благословенному с такими словами: «В чём, досточтимый, причина, в чём условие, по которому иногда становится жарко?» «Есть, монах, девы, называемые девами тёплых облаков. Когда у них возникает мысль: „Что если нам предаться собственным удовольствиям?“, то в соответствии с устремлением их ума становится жарко. В этом, монах, причина, в этом условие, по которому иногда становится жарко». Пятьдесят четвёртая.

55. Abbhavalāhakasuttaṃ

55. Аббхавалахака сутта

604. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinno kho so bhikkhu bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘ko nu kho, bhante, hetu, ko paccayo, yenekadā abbhaṃ hotī’’ti? ‘‘Santi, bhikkhu, abbhavalāhakā nāma devā. Tesaṃ yadā evaṃ hoti – ‘yaṃnūna mayaṃ sakāya ratiyā vaseyyāmā’ti, tesaṃ taṃ cetopaṇidhimanvāya abbhaṃ hoti. Ayaṃ kho, bhikkhu, hetu, ayaṃ paccayo, yenekadā abbhaṃ hotī’’ti. Pañcapaññāsamaṃ.

604. В Саваттхи. Сидя в стороне, тот монах обратился к Благословенному с такими словами: «В чём, досточтимый, причина, в чём условие, по которому иногда небо затягивается тучами?» «Есть, монах, девы, называемые девами грозовых облаков. Когда у них возникает мысль: „Что если нам предаться собственным удовольствиям?“, то в соответствии с устремлением их ума небо затягивается тучами. В этом, монах, причина, в этом условие, по которому иногда небо затягивается тучами». Пятьдесят пятая.

56. Vātavalāhakasuttaṃ

56. Ватавалахака сутта

605. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinno kho so bhikkhu bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘ko nu kho, bhante, hetu, ko paccayo, yenekadā vāto hotī’’ti? ‘‘Santi, bhikkhu, vātavalāhakā nāma devā. Tesaṃ yadā evaṃ hoti – ‘yaṃnūna mayaṃ sakāya ratiyā vaseyyāmā’ti, tesaṃ taṃ cetopaṇidhimanvāya vāto hoti. Ayaṃ kho, bhikkhu, hetu, ayaṃ paccayo, yenekadā vāto hotī’’ti. Chappaññāsamaṃ.

605. В Саваттхи. Сидя в стороне, тот монах обратился к Благословенному с такими словами: «В чём, досточтимый, причина, в чём условие, по которому иногда поднимается ветер?» «Есть, монах, девы, называемые девами ветряных облаков. Когда у них возникает мысль: „Что если нам предаться собственным удовольствиям?“, то в соответствии с устремлением их ума поднимается ветер. В этом, монах, причина, в этом условие, по которому иногда поднимается ветер». Пятьдесят шестая.

57. Vassavalāhakasuttaṃ

57. Вассавалахака сутта

606. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinno kho so bhikkhu bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘ko nu kho, bhante, hetu, ko paccayo, yenekadā devo vassatī’’ti? ‘‘Santi, bhikkhu, vassavalāhakā nāma devā. Tesaṃ yadā [Pg.217] evaṃ hoti – ‘yaṃnūna mayaṃ sakāya ratiyā vaseyyāmā’ti, tesaṃ taṃ cetopaṇidhimanvāya devo vassati. Ayaṃ kho, bhikkhu, hetu, ayaṃ paccayo, yenekadā devo vassatī’’ti. Sattapaññāsamaṃ.

606. В Саваттхи. Сидя в стороне, тот монах обратился к Благословенному с такими словами: «В чём, досточтимый, причина, в чём условие, по которому иногда идёт дождь?» «Есть, монах, девы, называемые девами дождевых облаков. Когда у них возникает мысль: „Что если нам предаться собственным удовольствиям?“, то в соответствии с устремлением их ума идёт дождь. В этом, монах, причина, в этом условие, по которому иногда идёт дождь». Пятьдесят седьмая.

Sattapaññāsasuttantaṃ niṭṭhitaṃ.

Пятьдесят семь сутт завершены.

Valāhakasaṃyuttaṃ samattaṃ.

Валахакасаньютта завершена.

Tassuddānaṃ –

Оглавление этой [саньютты]:

Suddhikaṃ sucaritañca dānūpakārapaññāsaṃ;

Sītaṃ uṇhañca abbhañca vātavassavalāhakāti.

Чистая [версия], благое поведение, пятьдесят [сутт] о поддержке даянием; прохладные, тёплые, грозовые, ветряные и дождевые облака.

12. Vacchagottasaṃyuttaṃ

12. Ваччхаготтасаньютта

1. Rūpaaññāṇasuttaṃ

1. Рупаанньяна сутта

607. Ekaṃ [Pg.218] samayaṃ bhagavā sāvatthiyaṃ viharati jetavane anāthapiṇḍikassa ārāme. Atha kho vacchagotto paribbājako yena bhagavā tenupasaṅkami; upasaṅkamitvā bhagavatā saddhiṃ sammodi. Sammodanīyaṃ kathaṃ sāraṇīyaṃ vītisāretvā ekamantaṃ nisīdi. Ekamantaṃ nisinno kho vacchagotto paribbājako bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘ko nu kho, bho gotama, hetu, ko paccayo, yānimāni anekavihitāni diṭṭhigatāni loke uppajjanti – sassato lokoti vā, asassato lokoti vā, antavā lokoti vā, anantavā lokoti vā, taṃ jīvaṃ taṃ sarīranti vā, aññaṃ jīvaṃ aññaṃ sarīranti vā, hoti tathāgato paraṃ maraṇāti vā, na hoti tathāgato paraṃ maraṇāti vā, hoti ca na ca hoti tathāgato paraṃ maraṇāti vā, neva hoti na na hoti tathāgato paraṃ maraṇāti vā’’ti? ‘‘Rūpe kho, vaccha, aññāṇā, rūpasamudaye aññāṇā, rūpanirodhe aññāṇā, rūpanirodhagāminiyā paṭipadāya aññāṇā; evamimāni anekavihitāni diṭṭhigatāni loke uppajjanti – sassato lokoti vā…pe… neva hoti na na hoti tathāgato paraṃ maraṇāti vāti. Ayaṃ kho, vaccha, hetu, ayaṃ paccayo, yānimāni anekavihitāni diṭṭhigatāni loke uppajjanti – sassato lokoti vā, asassato lokoti vā…pe… neva hoti na na hoti tathāgato paraṃ maraṇāti vā’’ti. Paṭhamaṃ.

607. Однажды Благословенный пребывал в Саваттхи, в роще Джета, в обители Анатхапиндики. Тогда странник Ваччхаготта подошёл к Благословенному и обменялся с ним приветствиями. Когда они завершили дружескую и вежливую беседу, он сел в стороне. Сидя в стороне, странник Ваччхаготта обратился к Благословенному с такими словами: «В чём, почтенный Готама, причина, в чём условие, по которому в мире возникают эти многочисленные разнообразные воззрения: „Мир вечен“ или „Мир невечен“; „Мир конечен“ или „Мир бесконечен“; „Душа и тело — одно и то же“ или „Душа — это одно, а тело — другое“; „Татхагата существует после смерти“, „Татхагата не существует после смерти“, „Татхагата и существует, и не существует после смерти“, „Татхагата ни существует, ни не существует после смерти“?» «Именно из-за незнания формы, Ваччха, из-за незнания происхождения формы, из-за незнания прекращения формы, из-за незнания пути, ведущего к прекращению формы, в мире возникают эти многочисленные разнообразные воззрения: „Мир вечен“... [и так далее]... „Татхагата ни существует, ни не существует после смерти“. В этом, Ваччха, причина, в этом условие, по которому в мире возникают эти многочисленные разнообразные воззрения: „Мир вечен“, „Мир невечен“... [и так далее]... „Татхагата ни существует, ни не существует после смерти“». Первая.

2. Vedanāaññāṇasuttaṃ

2. Веданаанньяна сутта

608. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinno kho vacchagotto paribbājako bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘ko nu kho, bho gotama, hetu, ko paccayo, yānimāni anekavihitāni diṭṭhigatāni loke uppajjanti – sassato lokoti vā, asassato lokoti vā…pe… neva hoti na na hoti tathāgato paraṃ maraṇāti vā’’ti? ‘‘Vedanāya kho, vaccha, aññāṇā, vedanāsamudaye aññāṇā, vedanānirodhe aññāṇā, vedanānirodhagāminiyā [Pg.219] paṭipadāya aññāṇā; evamimāni anekavihitāni diṭṭhigatāni loke uppajjanti – sassato lokoti vā, asassato lokoti vā…pe… neva hoti na na hoti tathāgato paraṃ maraṇāti vāti. Ayaṃ kho, vaccha, hetu, ayaṃ paccayo, yānimāni anekavihitāni diṭṭhigatāni loke uppajjanti – sassato lokoti vā, asassato lokoti vā…pe… neva hoti na na hoti tathāgato paraṃ maraṇāti vā’’ti. Dutiyaṃ.

608. В Саваттхи. Сидя в стороне, странник Ваччхаготта обратился к Благословенному с такими словами: «В чём, почтенный Готама, причина, в чём условие, по которому в мире возникают эти многочисленные разнообразные воззрения: „Мир вечен“ или „Мир невечен“... [и так далее]... „Татхагата ни существует, ни не существует после смерти“?» «Именно из-за незнания чувства, Ваччха, из-за незнания происхождения чувства, из-за незнания прекращения чувства, из-за незнания пути, ведущего к прекращению чувства, в мире возникают эти многочисленные разнообразные воззрения: „Мир вечен“, „Мир невечен“... [и так далее]... „Татхагата ни существует, ни не существует после смерти“. В этом, Ваччха, причина, в этом условие, по которому в мире возникают эти многочисленные разнообразные воззрения: „Мир вечен“, „Мир невечен“... [и так далее]... „Татхагата ни существует, ни не существует после смерти“». Вторая.

3. Saññāaññāṇasuttaṃ

3. Санньяанньяна сутта

609. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinno kho vacchagotto paribbājako bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘ko nu kho, bho gotama, hetu, ko paccayo, yānimāni anekavihitāni diṭṭhigatāni loke uppajjanti – sassato lokoti vā, asassato lokoti vā…pe… neva hoti na na hoti tathāgato paraṃ maraṇāti vā’’ti? ‘‘Saññāya kho, vaccha, aññāṇā, saññāsamudaye aññāṇā, saññānirodhe aññāṇā, saññānirodhagāminiyā paṭipadāya aññāṇā; evamimāni anekavihitāni diṭṭhigatāni loke uppajjanti – sassato lokoti vā, asassato lokoti vā…pe… neva hoti na na hoti tathāgato paraṃ maraṇāti vāti. Ayaṃ kho, vaccha, hetu, ayaṃ paccayo, yānimāni anekavihitāni diṭṭhigatāni loke uppajjanti – sassato lokoti vā, asassato lokoti vā…pe… neva hoti na na hoti tathāgato paraṃ maraṇāti vā’’ti. Tatiyaṃ.

609. В Саваттхи. Сидя в стороне, странник Ваччхаготта обратился к Благословенному с такими словами: «В чём, почтенный Готама, причина, в чём условие, по которому в мире возникают эти многочисленные разнообразные воззрения: „Мир вечен“ или „Мир невечен“... [и так далее]... „Татхагата ни существует, ни не существует после смерти“?» «Именно из-за незнания восприятия, Ваччха, из-за незнания происхождения восприятия, из-за незнания прекращения восприятия, из-за незнания пути, ведущего к прекращению восприятия, в мире возникают эти многочисленные разнообразные воззрения: „Мир вечен“, „Мир невечен“... [и так далее]... „Татхагата ни существует, ни не существует после смерти“. В этом, Ваччха, причина, в этом условие, по которому в мире возникают эти многочисленные разнообразные воззрения: „Мир вечен“, „Мир невечен“... [и так далее]... „Татхагата ни существует, ни не существует после смерти“». Третья.

4. Saṅkhāraaññāṇasuttaṃ

4. Санкхараанньяна сутта

610. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinno kho vacchagotto paribbājako bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘ko nu kho, bho gotama, hetu, ko paccayo, yānimāni anekavihitāni diṭṭhigatāni loke uppajjanti – sassato lokoti vā, asassato lokoti vā…pe… neva hoti na na hoti tathāgato paraṃ maraṇāti vā’’ti? ‘‘Saṅkhāresu kho, vaccha, aññāṇā, saṅkhārasamudaye aññāṇā, saṅkhāranirodhe aññāṇā, saṅkhāranirodhagāminiyā paṭipadāya aññāṇā; evamimāni anekavihitāni diṭṭhigatāni loke uppajjanti – sassato lokoti vā, asassato lokoti vā…pe… neva hoti na na hoti tathāgato paraṃ maraṇāti vāti. Ayaṃ kho, vaccha, hetu, ayaṃ paccayo, yānimāni anekavihitāni diṭṭhigatāni loke [Pg.220] uppajjanti – sassato lokoti vā, asassato lokoti vā…pe… neva hoti na na hoti tathāgato paraṃ maraṇāti vā’’ti. Catutthaṃ.

610. В Саваттхи. Сидя в стороне, странник Ваччхаготта обратился к Благословенному с такими словами: «В чём причина, почтенный Готама, в чём условие того, что в мире возникают эти многочисленные разнообразные воззрения: „Мир вечен“ или „Мир невечен“… и т. д. … „После смерти Татхагата ни существует, ни не существует“?» «В неведении относительно волевых формирований, Ваччха, в неведении относительно происхождения волевых формирований, в неведении относительно прекращения волевых формирований, в неведении относительно пути, ведущего к прекращению волевых формирований — именно в этом причина того, что в мире возникают эти многочисленные разнообразные воззрения: „Мир вечен“ или „Мир невечен“… и т. д. … „После смерти Татхагата ни существует, ни не существует“. В этом, Ваччха, причина, в этом условие того, что в мире возникают эти многочисленные разнообразные воззрения: „Мир вечен“ или „Мир невечен“… и т. д. … „После смерти Татхагата ни существует, ни не существует“». Четвёртая.

5. Viññāṇaaññāṇasuttaṃ

5. Винняна-аньяна сутта (Сутта о неведении относительно сознания)

611. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinno kho vacchagotto paribbājako bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘ko nu kho, bho gotama, hetu, ko paccayo, yānimāni anekavihitāni diṭṭhigatāni loke uppajjanti – sassato lokoti vā, asassato lokoti vā …pe… neva hoti na na hoti tathāgato paraṃ maraṇāti vā’’ti? ‘‘Viññāṇe kho, vaccha, aññāṇā, viññāṇasamudaye aññāṇā, viññāṇanirodhe aññāṇā, viññāṇanirodhagāminiyā paṭipadāya aññāṇā; evamimāni anekavihitāni diṭṭhigatāni loke uppajjanti – sassato lokoti vā, asassato lokoti vā…pe… neva hoti na na hoti tathāgato paraṃ maraṇāti vāti. Ayaṃ kho, vaccha, hetu, ayaṃ paccayo, yānimāni anekavihitāni diṭṭhigatāni loke uppajjanti – sassato lokoti vā, asassato lokoti vā…pe… neva hoti na na hoti tathāgato paraṃ maraṇāti vā’’ti. Pañcamaṃ.

611. В Саваттхи. Сидя в стороне, странник Ваччхаготта обратился к Благословенному с такими словами: «В чём причина, почтенный Готама, в чём условие того, что в мире возникают эти многочисленные разнообразные воззрения: „Мир вечен“ или „Мир невечен“… и т. д. … „После смерти Татхагата ни существует, ни не существует“?» «В неведении относительно сознания, Ваччха, в неведении относительно происхождения сознания, в неведении относительно прекращения сознания, в неведении относительно пути, ведущего к прекращению сознания — именно в этом причина того, что в мире возникают эти многочисленные разнообразные воззрения: „Мир вечен“ или „Мир невечен“… и т. д. … „После смерти Татхагата ни существует, ни не существует“. В этом, Ваччха, причина, в этом условие того, что в мире возникают эти многочисленные разнообразные воззрения: „Мир вечен“ или „Мир невечен“… и т. д. … „После смерти Татхагата ни существует, ни не существует“». Пятая.

6-10. Rūpaadassanādisuttapañcakaṃ

6-10. Рупа-адассанади сутта панчака (Пять сутт, начиная с сутты о невидении формы)

612-616. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinno kho vacchagotto paribbājako bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘ko nu kho, bho gotama, hetu, ko paccayo, yānimāni anekavihitāni diṭṭhigatāni loke uppajjanti – sassato lokoti vā, asassato lokoti vā…pe… neva hoti na na hoti tathāgato paraṃ maraṇāti vā’’ti? Rūpe kho, vaccha, adassanā…pe… rūpanirodhagāminiyā paṭipadāya adassanā…pe… vedanāya … saññāya … saṅkhāresu kho, vaccha, adassanā…pe… viññāṇe kho, vaccha, adassanā…pe… viññāṇanirodhagāminiyā paṭipadāya adassanā…pe…. Dasamaṃ.

612-616. В Саваттхи. Сидя в стороне, странник Ваччхаготта обратился к Благословенному с такими словами: «В чём причина, почтенный Готама, в чём условие того, что в мире возникают эти многочисленные разнообразные воззрения: „Мир вечен“ или „Мир невечен“… и т. д. … „После смерти Татхагата ни существует, ни не существует“?» «В невидении формы, Ваччха… и т. д. … в невидении пути, ведущего к прекращению формы… и т. д. … в невидении чувства… восприятия… волевых формирований, Ваччха… и т. д. … в невидении сознания, Ваччха… и т. д. … в невидении пути, ведущего к прекращению сознания… и т. д.». Десятая.

11-15. Rūpaanabhisamayādisuttapañcakaṃ

11-15. Рупа-анабхисамаяди сутта панчака (Пять сутт, начиная с сутты о непостижении формы)

617-621. Sāvatthinidānaṃ[Pg.221]. Rūpe kho, vaccha, anabhisamayā…pe… rūpanirodhagāminiyā paṭipadāya anabhisamayā…pe….

617-621. В Саваттхи. «В непостижении формы, Ваччха… и т. д. … в непостижении пути, ведущего к прекращению формы… и т. д.».

Sāvatthinidānaṃ. Vedanāya kho, vaccha, anabhisamayā…pe….

В Саваттхи. «В непостижении чувства, Ваччха… и т. д.».

Sāvatthinidānaṃ. Saññāya kho, vaccha, anabhisamayā…pe….

В Саваттхи. «В непостижении восприятия, Ваччха… и т. д.».

Sāvatthinidānaṃ. Saṅkhāresu kho, vaccha, anabhisamayā…pe….

В Саваттхи. «В непостижении волевых формирований, Ваччха… и т. д.».

Sāvatthinidānaṃ. Viññāṇe kho, vaccha, anabhisamayā…pe…. Pannarasamaṃ.

В Саваттхи. «В непостижении сознания, Ваччха… и т. д.». Пятнадцатая.

16-20. Rūpaananubodhādisuttapañcakaṃ

16-20. Рупа-ананубодхади сутта панчака (Пять сутт, начиная с сутты о неосознании формы)

622-626. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinno kho vacchagotto paribbājako bhagavantaṃ etadavoca – ko nu kho, bho gotama, hetu, ko paccayo…pe… rūpe kho, vaccha, ananubodhā…pe… rūpanirodhagāminiyā paṭipadāya ananubodhā…pe….

622-626. В Саваттхи. Сидя в стороне, странник Ваччхаготта обратился к Благословенному с такими словами: «В чём причина, почтенный Готама, в чём условие… и т. д. …» «В неосознании формы, Ваччха… и т. д. … в неосознании пути, ведущего к прекращению формы… и т. д.».

Sāvatthinidānaṃ. Vedanāya kho, vaccha…pe….

В Саваттхи. «В неосознании чувства, Ваччха… и т. д.».

Sāvatthinidānaṃ. Saññāya kho, vaccha…pe….

В Саваттхи. «В неосознании восприятия, Ваччха… и т. д.».

Sāvatthinidānaṃ. Saṅkhāresu kho, vaccha…pe….

В Саваттхи. «В неосознании волевых формирований, Ваччха… и т. д.».

Sāvatthinidānaṃ. Viññāṇe kho, vaccha ananubodhā…pe… viññāṇanirodhagāminiyā paṭipadāya ananubodhā. Vīsatimaṃ.

В Саваттхи. «В неосознании сознания, Ваччха… и т. д. … в неосознании пути, ведущего к прекращению сознания». Двадцатая.

21-25. Rūpaappaṭivedhādisuttapañcakaṃ

21-25. Рупа-аппативедхади сутта панчака (Пять сутт, начиная с сутты о непроникновении в форму)

627-631. Sāvatthinidānaṃ. Ko nu kho, bho gotama, hetu, ko paccayo…pe…. Rūpe kho, vaccha, appaṭivedhā…pe… viññāṇe kho, vaccha, appaṭivedhā…pe…. Pañcavīsatimaṃ.

627-631. В Саваттхи. «В чём причина, почтенный Готама, в чём условие… и т. д. …» «В непроникновении в форму, Ваччха… и т. д. … в непроникновении в сознание, Ваччха… и т. д.». Двадцать пятая.

26-30. Rūpaasallakkhaṇādisuttapañcakaṃ

26-30. Рупа-асаллаккханади сутта панчака (Пять сутт, начиная с сутты о неразличении формы)

632-636. Sāvatthinidānaṃ. Rūpe kho, vaccha, asallakkhaṇā…pe… viññāṇe kho, vaccha, asallakkhaṇā…pe…. Tiṃsatimaṃ.

632-636. В Саваттхи. «В неразличении формы, Ваччха… и т. д. … в неразличении сознания, Ваччха… и т. д.». Тридцатая.

31-35. Rūpaanupalakkhaṇādisuttapañcakaṃ

31-35. Рупа-анупалаккханади сутта панчака (Пять сутт, начиная с сутты о нераспознавании формы)

637-641. Sāvatthinidānaṃ[Pg.222]. Rūpe kho, vaccha, anupalakkhaṇā…pe… viññāṇe kho, vaccha, anupalakkhaṇā…pe…. Pañcatiṃsatimaṃ.

637-641. В Саваттхи. «В нераспознавании формы, Ваччха… и т. д. … в нераспознавании сознания, Ваччха… и т. д.». Тридцать пятая.

36-40. Rūpaappaccupalakkhaṇādisuttapañcakaṃ

36-40. Рупа-аппаччупалаккханади сутта панчака (Пять сутт, начиная с сутты о неотчётливом распознавании формы)

642-646. Sāvatthinidānaṃ. Rūpe kho, vaccha, appaccupalakkhaṇā…pe… viññāṇe kho, vaccha, appaccupalakkhaṇā…pe…. Cattālīsamaṃ.

642-646. В Саваттхи. «В неотчётливом распознавании формы, Ваччха… и т. д. … в неотчётливом распознавании сознания, Ваччха… и т. д.». Сороковая.

41-45. Rūpaasamapekkhaṇādisuttapañcakaṃ

41-45. Рупа-асамапеккханади сутта панчака (Пять сутт, начиная с сутты о нерассмотрении формы)

647-651. Sāvatthinidānaṃ. Rūpe kho, vaccha, asamapekkhaṇā…pe… viññāṇe kho, vaccha, asamapekkhaṇā…pe…. Pañcacattālīsamaṃ.

647-651. В Саваттхи. «В нерассмотрении формы, Ваччха… и т. д. … в нерассмотрении сознания, Ваччха… и т. д.». Сорок пятая.

46-50. Rūpaappaccupekkhaṇādisuttapañcakaṃ

46-50. Рупа-аппаччупеккханади сутта панчака (Пять сутт, начиная с сутты о невнимательном рассмотрении формы)

652-656. Sāvatthinidānaṃ. Rūpe kho, vaccha, appaccupekkhaṇā…pe… viññāṇe kho, vaccha, appaccupekkhaṇā…pe…. Paññāsamaṃ.

652-656. В Саваттхи. «В невнимательном рассмотрении формы, Ваччха… и т. д. … в невнимательном рассмотрении сознания, Ваччха… и т. д.». Пятидесятая.

51-54. Rūpaappaccakkhakammādisuttacatukkaṃ

51-54. Рупа-аппаччаккхакаммади сутта чатукка (Четыре сутты, начиная с сутты об отсутствии непосредственного познания формы)

657-660. Sāvatthinidānaṃ. Atha kho vacchagotto paribbājako yena bhagavā tenupasaṅkami; upasaṅkamitvā bhagavatā saddhiṃ sammodi. Sammodanīyaṃ kathaṃ sāraṇīyaṃ vītisāretvā ekamantaṃ nisīdi. Ekamantaṃ nisinno kho vacchagotto paribbājako bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘ko nu kho, bho gotama, hetu, ko paccayo, yānimāni anekavihitāni diṭṭhigatāni loke uppajjanti – sassato lokoti vā…pe… neva hoti na na hoti tathāgato paraṃ maraṇāti vā’’ti? Rūpe kho, vaccha, appaccakkhakammā, rūpasamudaye appaccakkhakammā, rūpanirodhe appaccakkhakammā, rūpanirodhagāminiyā paṭipadāya appaccakkhakammā…pe….

657-660. В Саваттхи. Тогда странник Ваччхаготта подошёл к Благословенному и поприветствовал его. Обменявшись с Благословенным вежливыми и дружескими приветствиями, он сел в стороне. Сидя в стороне, странник Ваччхаготта обратился к Благословенному с такими словами: «В чём причина, почтенный Готама, в чём условие того, что в мире возникают эти многочисленные разнообразные воззрения: „Мир вечен“… и т. д. … „После смерти Татхагата ни существует, ни не существует“?» «В отсутствии непосредственного познания формы, Ваччха, в отсутствии непосредственного познания происхождения формы, в отсутствии непосредственного познания прекращения формы, в отсутствии непосредственного познания пути, ведущего к прекращению формы… и т. д.».

Sāvatthinidānaṃ. Vedanāya kho, vaccha, appaccakkhakammā…pe… vedanānirodhagāminiyā paṭipadāya appaccakkhakammā…pe….

В Саваттхи. «В отсутствии непосредственного познания чувства, Ваччха… и т. д. … в отсутствии непосредственного познания пути, ведущего к прекращению чувства… и т. д.».

Sāvatthinidānaṃ. Saññāya kho, vaccha, appaccakkhakammā…pe… saññānirodhagāminiyā paṭipadāya appaccakkhakammā…pe….

В Саваттхи. «В отсутствии непосредственного познания возрастания восприятия, Ваччха… и т. д. … в отсутствии непосредственного познания пути, ведущего к прекращению восприятия… и т. д.».

Sāvatthinidānaṃ[Pg.223]. Saṅkhāresu kho, vaccha, appaccakkhakammā…pe… saṅkhāranirodhagāminiyā paṭipadāya appaccakkhakammā…pe…. Catupaññāsamaṃ.

В Саваттхи. «В отсутствии непосредственного познания волевых формирований, Ваччха… и т. д. … в отсутствии непосредственного познания пути, ведущего к прекращению волевых формирований… и т. д.». Пятьдесят четвёртая.

55. Viññāṇaappaccakkhakammasuttaṃ

55. Винняна-аппаччаккхакамма сутта (Сутта об отсутствии непосредственного познания сознания)

661. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Viññāṇe kho, vaccha, appaccakkhakammā, viññāṇasamudaye appaccakkhakammā, viññāṇanirodhe appaccakkhakammā, viññāṇanirodhagāminiyā paṭipadāya appaccakkhakammā; evamimāni anekavihitāni diṭṭhigatāni loke uppajjanti – sassato lokoti vā, asassato lokoti vā…pe… neva hoti na na hoti tathāgato paraṃ maraṇāti vāti. Ayaṃ kho, vaccha, hetu, ayaṃ paccayo, yānimāni anekavihitāni diṭṭhigatāni loke uppajjanti – sassato lokoti vā, asassato lokoti vā, antavā lokoti vā, anantavā lokoti vā, taṃ jīvaṃ taṃ sarīranti vā, aññaṃ jīvaṃ aññaṃ sarīranti vā, hoti tathāgato paraṃ maraṇāti vā, na hoti tathāgato paraṃ maraṇāti vā, hoti ca na ca hoti tathāgato paraṃ maraṇāti vā, neva hoti na na hoti tathāgato paraṃ maraṇāti vā’’ti. Pañcapaññāsamaṃ.

661. В Саваттхи. «В отсутствии непосредственного познания сознания, Ваччха, в отсутствии непосредственного познания происхождения сознания, в отсутствии непосредственного познания прекращения сознания, в отсутствии непосредственного познания пути, ведущего к прекращению сознания — именно в этом причина того, что в мире возникают эти многочисленные разнообразные воззрения: „Мир вечен“ или „Мир невечен“… и т. д. … „После смерти Татхагата ни существует, ни не существует“. В этом, Ваччха, причина, в этом условие того, что в мире возникают эти многочисленные разнообразные воззрения: „Мир вечен“ или „Мир невечен“, или „Мир конечен“, или „Мир бесконечен“, или „Душа и тело — это одно и то же“, или „Душа — это одно, а тело — другое“, или „После смерти Татхагата существует“, или „После смерти Татхагата не существует“, или „После смерти Татхагата и существует, и не существует“, или „После смерти Татхагата ни существует, ни не существует“». Пятьдесят пятая.

Vacchagottasaṃyuttaṃ samattaṃ.

Связанные наставления с Ваччхаготтой завершены.

Tassuddānaṃ –

Оглавление:

Aññāṇā adassanā ceva, anabhisamayā ananubodhā;

Appaṭivedhā asallakkhaṇā, anupalakkhaṇena appaccupalakkhaṇā;

Asamapekkhaṇā appaccupekkhaṇā, appaccakkhakammanti.

Неведение, невидение, непостижение, неосознание, непроникновение, неразличение, нераспознавание, неотчётливое распознавание, нерассмотрение, невнимательное рассмотрение, отсутствие непосредственного познания.

13. Jhānasaṃyuttaṃ

13. Джханасаньютта (Связанные наставления о медитации)

1. Samādhimūlakasamāpattisuttaṃ

1. Самадхимулака-самапатти сутта (Сутта о вхождении в медитацию на основе сосредоточения)

662. Sāvatthinidānaṃ[Pg.224]. ‘‘Cattārome, bhikkhave, jhāyī. Katame cattāro? Idha, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ samādhikusalo hoti, na samādhismiṃ samāpattikusalo. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ samāpattikusalo hoti, na samādhismiṃ samādhikusalo. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī neva samādhismiṃ samādhikusalo hoti, na ca samādhismiṃ samāpattikusalo. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ samādhikusalo ca hoti, samādhismiṃ samāpattikusalo ca. Tatra, bhikkhave, yvāyaṃ jhāyī samādhismiṃ samādhikusalo ca hoti samādhismiṃ samāpattikusalo ca ayaṃ imesaṃ catunnaṃ jhāyīnaṃ aggo ca seṭṭho ca mokkho ca uttamo ca pavaro ca. Seyyathāpi, bhikkhave, gavā khīraṃ, khīramhā dadhi, dadhimhā navanītaṃ, navanītamhā sappi, sappimhā sappimaṇḍo tatra aggamakkhāyati; evameva kho, bhikkhave, yvāyaṃ jhāyī samādhismiṃ samādhikusalo ca hoti samādhismiṃ samāpattikusalo ca ayaṃ imesaṃ catunnaṃ jhāyīnaṃ aggo ca seṭṭho ca mokkho ca uttamo ca pavaro cā’’ti. Paṭhamaṃ.

662. В Саваттхи. «Монахи, есть четыре типа практикующих джхану. Какие четыре? Здесь, монахи, один практикующий джхану искусен в сосредоточении касательно сосредоточения, но не искусен во вхождении в сосредоточение. Другой же практикующий джхану искусен во вхождении в сосредоточение касательно сосредоточения, но не искусен в сосредоточении касательно сосредоточения. Ещё один практикующий джхану не искусен ни в сосредоточении касательно сосредоточения, ни во вхождении в сосредоточение касательно сосредоточения. И ещё один практикующий джхану искусен как в сосредоточении касательно сосредоточения, так и во вхождении в сосредоточение касательно сосредоточения. Из этих четырёх практикующих джхану тот, кто искусен как в сосредоточении касательно сосредоточения, так и во вхождении в сосредоточение касательно сосредоточения, является главой, лучшим, первейшим, наивысшим и превосходнейшим. Подобно тому, монахи, как от коровы получают молоко, из молока — простоквашу, из простокваши — свежее масло, из свежего масла — топлёное масло, а из топлёного масла — пенку топлёного масла, которая считается лучшей из всего этого, точно так же, монахи, тот практикующий джхану, который искусен как в сосредоточении касательно сосредоточения, так и во вхождении в сосредоточение касательно сосредоточения, является главой, лучшим, первейшим, наивысшим и превосходнейшим среди этих четырёх». Первая.

2. Samādhimūlakaṭhitisuttaṃ

2. Самадхимулака-тхити сутта (Сутта о пребывании в медитацию на основе сосредоточения)

663. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Cattārome, bhikkhave, jhāyī. Katame cattāro? Idha, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ samādhikusalo hoti, na samādhismiṃ ṭhitikusalo. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ ṭhitikusalo hoti, na samādhismiṃ samādhikusalo. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī neva samādhismiṃ samādhikusalo hoti, na ca samādhismiṃ ṭhitikusalo. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ samādhikusalo ca hoti, samādhismiṃ ṭhitikusalo ca. Tatra, bhikkhave, yvāyaṃ jhāyī samādhismiṃ samādhikusalo ca hoti samādhismiṃ ṭhitikusalo ca ayaṃ imesaṃ catunnaṃ jhāyīnaṃ aggo ca seṭṭho ca mokkho ca uttamo ca pavaro ca. Seyyathāpi, bhikkhave, gavā khīraṃ, khīramhā dadhi, dadhimhā navanītaṃ, navanītamhā [Pg.225] sappi, sappimhā sappimaṇḍo tatra aggamakkhāyati; evameva kho, bhikkhave, yvāyaṃ jhāyī samādhismiṃ samādhikusalo ca hoti samādhismiṃ ṭhitikusalo ca ayaṃ imesaṃ catunnaṃ jhāyīnaṃ aggo ca seṭṭho ca mokkho ca uttamo ca pavaro cā’’ti. Dutiyaṃ.

663. В Саваттхи. «Монахи, есть четыре типа практикующих джхану. Какие четыре? Здесь, монахи, один практикующий джхану искусен в сосредоточении касательно сосредоточения, но не искусен в пребывании в сосредоточении. Другой же практикующий джхану искусен в пребывании в сосредоточении касательно сосредоточения, но не искусен в сосредоточении касательно сосредоточения. Ещё один практикующий джхану не искусен ни в сосредоточении касательно сосредоточения, ни в пребывании в сосредоточении касательно сосредоточения. И ещё один практикующий джхану искусен как в сосредоточении касательно сосредоточения, так и в пребывании в сосредоточении касательно сосредоточения. Из этих четырёх практикующих джхану тот, кто искусен как в сосредоточении касательно сосредоточения, так и в пребывании в сосредоточении касательно сосредоточения, является главой, лучшим, первейшим, наивысшим и превосходнейшим. Подобно тому, монахи, как от коровы получают молоко, из молока — простоквашу, из простокваши — свежее масло, из свежего масла — топлёное масло, а из топлёного масла — пенку топлёного масла, которая считается лучшей из всего этого, точно так же, монахи, тот практикующий джхану, который искусен как в сосредоточении касательно сосредоточения, так и в пребывании в сосредоточении касательно сосредоточения, является главой, лучшим, первейшим, наивысшим и превосходнейшим среди этих четырёх». Вторая.

3. Samādhimūlakavuṭṭhānasuttaṃ

3. Самадхимулака-вуттхана сутта (Сутта о выходе из медитации на основе сосредоточения)

664. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Cattārome, bhikkhave, jhāyī. Katame cattāro? Idha, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ samādhikusalo hoti, na samādhismiṃ vuṭṭhānakusalo. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ vuṭṭhānakusalo hoti, na samādhismiṃ samādhikusalo. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī neva samādhismiṃ samādhikusalo hoti, na ca samādhismiṃ vuṭṭhānakusalo. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ samādhikusalo ca hoti, samādhismiṃ vuṭṭhānakusalo ca. Tatra, bhikkhave, yvāyaṃ jhāyī samādhismiṃ samādhikusalo ca hoti samādhismiṃ vuṭṭhānakusalo ca ayaṃ imesaṃ catunnaṃ jhāyīnaṃ aggo ca seṭṭho ca mokkho ca uttamo ca pavaro ca. Seyyathāpi, bhikkhave, gavā khīraṃ…pe… pavaro cā’’ti. Tatiyaṃ.

664. В Саваттхи. «Монахи, есть эти четыре типа практикующих джхану. Какие четыре? Здесь, монахи, один практикующий джхану искусен в сосредоточении в отношении сосредоточения, но не искусен в выходе в отношении сосредоточения. Другой же практикующий джхану, монахи, искусен в выходе в отношении сосредоточения, но не искусен в сосредоточении в отношении сосредоточения. Еще один практикующий джхану, монахи, не искусен ни в сосредоточении в отношении сосредоточения, ни в выходе в отношении сосредоточения. И еще один практикующий джхану, монахи, искусен и в сосредоточении в отношении сосредоточения, и в выходе в отношении сосредоточения. Из этих четырех практикующих джхану тот, кто искусен и в сосредоточении в отношении сосредоточения, и в выходе в отношении сосредоточения, является главенствующим, лучшим, ведущим, наивысшим и превосходнейшим. Подобно тому, монахи, как из коровьего молока [получается простокваша... и так далее до]... превосходнейшее»». Третья.

4. Samādhimūlakakallitasuttaṃ

4. Сутра о податливости на основе сосредоточения

665. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Cattārome, bhikkhave, jhāyī. Katame cattāro? Idha, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ samādhikusalo hoti, na samādhismiṃ kallitakusalo. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ kallitakusalo hoti, na samādhismiṃ samādhikusalo. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī neva samādhismiṃ samādhikusalo hoti, na ca samādhismiṃ kallitakusalo. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ samādhikusalo ca hoti, samādhismiṃ kallitakusalo ca. Tatra, bhikkhave, yvāyaṃ jhāyī samādhismiṃ samādhikusalo ca hoti samādhismiṃ kallitakusalo ca ayaṃ imesaṃ catunnaṃ jhāyīnaṃ aggo ca seṭṭho ca mokkho ca uttamo ca pavaro ca. Seyyathāpi, bhikkhave, gavā khīraṃ…pe… pavaro cā’’ti. Catutthaṃ.

665. В Саваттхи. «Монахи, есть эти четыре типа практикующих джхану. Какие четыре? Здесь, монахи, один практикующий джхану искусен в сосредоточении в отношении сосредоточения, но не искусен в податливости в отношении сосредоточения. Другой же практикующий джхану, монахи, искусен в податливости в отношении сосредоточения, но не искусен в сосредоточении в отношении сосредоточения. Еще один практикующий джхану, монахи, не искусен ни в сосредоточении в отношении сосредоточения, ни в податливости в отношении сосредоточения. И еще один практикующий джхану, монахи, искусен и в сосредоточении в отношении сосредоточения, и в податливости в отношении сосредоточения. Из этих четырех практикующих джхану тот, кто искусен и в сосредоточении в отношении сосредоточения, и в податливости в отношении сосредоточения, является главенствующим, лучшим, ведущим, наивысшим и превосходнейшим. Подобно тому, монахи, как из коровьего молока [получается простокваша... и так далее до]... превосходнейшее»». Четвёртая.

5. Samādhimūlakaārammaṇasuttaṃ

5. Сутра об объекте на основе сосредоточения

666. Sāvatthinidānaṃ[Pg.226]. ‘‘Cattārome, bhikkhave, jhāyī. Katame cattāro? Idha, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ samādhikusalo hoti, na samādhismiṃ ārammaṇakusalo. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ ārammaṇakusalo hoti, na samādhismiṃ samādhikusalo. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī neva samādhismiṃ samādhikusalo hoti, na ca samādhismiṃ ārammaṇakusalo. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ samādhikusalo ca hoti, samādhismiṃ ārammaṇakusalo ca. Tatra, bhikkhave, yvāyaṃ jhāyī samādhismiṃ samādhikusalo ca hoti samādhismiṃ ārammaṇakusalo ca ayaṃ imesaṃ catunnaṃ jhāyīnaṃ aggo ca seṭṭho ca mokkho ca uttamo ca pavaro ca. Seyyathāpi, bhikkhave, gavā khīraṃ…pe… pavaro cā’’ti. Pañcamaṃ.

666. В Саваттхи. «Монахи, есть эти четыре типа практикующих джхану. Какие четыре? Здесь, монахи, один практикующий джхану искусен в сосредоточении в отношении сосредоточения, но не искусен в объекте в отношении сосредоточения. Другой же практикующий джхану, монахи, искусен в объекте в отношении сосредоточения, но не искусен в сосредоточении в отношении сосредоточения. Еще один практикующий джхану, монахи, не искусен ни в сосредоточении в отношении сосредоточения, ни в объекте в отношении сосредоточения. И еще один практикующий джхану, монахи, искусен и в сосредоточении в отношении сосредоточения, и в объекте в отношении сосредоточения. Из этих четырех практикующих джхану тот, кто искусен и в сосредоточении в отношении сосредоточения, и в объекте в отношении сосредоточения, является главенствующим, лучшим, ведущим, наивысшим и превосходнейшим. Подобно тому, монахи, как из коровьего молока [получается простокваша... и так далее до]... превосходнейшее»». Пятая.

6. Samādhimūlakagocarasuttaṃ

6. Сутра о сфере действия на основе сосредоточения

667. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Cattārome, bhikkhave, jhāyī. Katame cattāro? Idha, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ samādhikusalo hoti, na samādhismiṃ gocarakusalo. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ gocarakusalo hoti, na samādhismiṃ samādhikusalo. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī neva samādhismiṃ samādhikusalo hoti, na ca samādhismiṃ gocarakusalo. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ samādhikusalo ca hoti, samādhismiṃ gocarakusalo ca. Tatra, bhikkhave, yvāyaṃ jhāyī samādhismiṃ samādhikusalo ca hoti samādhismiṃ gocarakusalo ca ayaṃ imesaṃ catunnaṃ jhāyīnaṃ aggo ca seṭṭho ca mokkho ca uttamo ca pavaro ca. Seyyathāpi, bhikkhave, gavā khīraṃ…pe… pavaro cā’’ti. Chaṭṭhaṃ.

667. В Саваттхи. «Монахи, есть эти четыре типа практикующих джхану. Какие четыре? Здесь, монахи, один практикующий джхану искусен в сосредоточении в отношении сосредоточения, но не искусен в сфере действия в отношении сосредоточения. Другой же практикующий джхану, монахи, искусен в сфере действия в отношении сосредоточения, но не искусен в сосредоточении в отношении сосредоточения. Еще один практикующий джхану, монахи, не искусен ни в сосредоточении в отношении сосредоточения, ни в сфере действия в отношении сосредоточения. И еще один практикующий джхану, монахи, искусен и в сосредоточении в отношении сосредоточения, и в сфере действия в отношении сосредоточения. Из этих четырех практикующих джхану тот, кто искусен и в сосредоточении в отношении сосредоточения, и в сфере действия в отношении сосредоточения, является главенствующим, лучшим, ведущим, наивысшим и превосходнейшим. Подобно тому, монахи, как из коровьего молока [получается простокваша... и так далее до]... превосходнейшее»». Шестая.

7. Samādhimūlakaabhinīhārasuttaṃ

7. Сутра о направлении ума на основе сосредоточения

668. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Cattārome, bhikkhave, jhāyī. Katame cattāro? Idha, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ samādhikusalo hoti, na samādhismiṃ abhinīhārakusalo. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ abhinīhārakusalo hoti, na samādhismiṃ samādhikusalo. Idha [Pg.227] pana, bhikkhave, ekacco jhāyī neva samādhismiṃ samādhikusalo hoti, na ca samādhismiṃ abhinīhārakusalo. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ samādhikusalo ca hoti, samādhismiṃ abhinīhārakusalo ca. Tatra, bhikkhave, yvāyaṃ jhāyī samādhismiṃ samādhikusalo ca hoti samādhismiṃ abhinīhārakusalo ca ayaṃ imesaṃ catunnaṃ jhāyīnaṃ aggo ca seṭṭho ca mokkho ca uttamo ca pavaro ca. Seyyathāpi, bhikkhave, gavā khīraṃ…pe… pavaro cā’’ti. Sattamaṃ.

668. В Саваттхи. «Монахи, есть эти четыре типа практикующих джхану. Какие четыре? Здесь, монахи, один практикующий джхану искусен в сосредоточении в отношении сосредоточения, но не искусен в направлении ума в отношении сосредоточения. Другой же практикующий джхану, монахи, искусен в направлении ума в отношении сосредоточения, но не искусен в сосредоточении в отношении сосредоточения. Еще один практикующий джхану, монахи, не искусен ни в сосредоточении в отношении сосредоточения, ни в направлении ума в отношении сосредоточения. И еще один практикующий джхану, монахи, искусен и в сосредоточении в отношении сосредоточения, и в направлении ума в отношении сосредоточения. Из этих четырех практикующих джхану тот, кто искусен и в сосредоточении в отношении сосредоточения, и в направлении ума в отношении сосредоточения, является главенствующим, лучшим, ведущим, наивысшим и превосходнейшим. Подобно тому, монахи, как из коровьего молока [получается простокваша... и так далее до]... превосходнейшее»». Седьмая.

8. Samādhimūlakasakkaccakārīsuttaṃ

8. Сутра о тщательности на основе сосредоточения

669. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Cattārome, bhikkhave, jhāyī. Katame cattāro? Idha, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ samādhikusalo hoti, na samādhismiṃ sakkaccakārī. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ sakkaccakārī hoti, na samādhismiṃ samādhikusalo. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī neva samādhismiṃ samādhikusalo hoti, na ca samādhismiṃ sakkaccakārī. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ samādhikusalo ca hoti, samādhismiṃ sakkaccakārī ca. Tatra, bhikkhave, yvāyaṃ jhāyī samādhismiṃ samādhikusalo ca hoti samādhismiṃ sakkaccakārī ca ayaṃ imesaṃ catunnaṃ jhāyīnaṃ aggo ca seṭṭho ca mokkho ca uttamo ca pavaro ca. Seyyathāpi, bhikkhave, gavā khīraṃ…pe… pavaro cā’’ti. Aṭṭhamaṃ.

669. В Саваттхи. «Монахи, есть эти четыре типа практикующих джхану. Какие четыре? Здесь, монахи, один практикующий джхану искусен в сосредоточении в отношении сосредоточения, но не действует тщательно в отношении сосредоточения. Другой же практикующий джхану, монахи, действует тщательно в отношении сосредоточения, но не искусен в сосредоточении в отношении сосредоточения. Еще один практикующий джхану, монахи, не искусен в сосредоточении в отношении сосредоточения и не действует тщательно в отношении сосредоточения. И еще один практикующий джхану, монахи, искусен в сосредоточении в отношении сосредоточения и действует тщательно в отношении сосредоточения. Из этих четырех практикующих джхану тот, кто искусен в сосредоточении в отношении сосредоточения и действует тщательно в отношении сосредоточения, является главенствующим, лучшим, ведущим, наивысшим и превосходнейшим. Подобно тому, монахи, как из коровьего молока [получается простокваша... и так далее до]... превосходнейшее»». Восьмая.

9. Samādhimūlakasātaccakārīsuttaṃ

9. Сутра о настойчивости на основе сосредоточения

670. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Cattārome, bhikkhave, jhāyī. Katame cattāro? Idha, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ samādhikusalo hoti, na samādhismiṃ sātaccakārī. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ sātaccakārī hoti, na samādhismiṃ samādhikusalo. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī neva samādhismiṃ samādhikusalo hoti, na ca samādhismiṃ sātaccakārī. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ samādhikusalo ca hoti, samādhismiṃ sātaccakārī ca. Tatra, bhikkhave, yvāyaṃ jhāyī samādhismiṃ samādhikusalo ca hoti, samādhismiṃ sātaccakārī ca ayaṃ imesaṃ catunnaṃ jhāyīnaṃ aggo ca seṭṭho ca mokkho ca uttamo ca pavaro ca. Seyyathāpi, bhikkhave, gavā khīraṃ…pe… pavaro cā’’ti. Navamaṃ.

670. В Саваттхи. «Монахи, есть эти четыре типа практикующих джхану. Какие четыре? Здесь, монахи, один практикующий джхану искусен в сосредоточении в отношении сосредоточения, но не действует настойчиво в отношении сосредоточения. Другой же практикующий джхану, монахи, действует настойчиво в отношении сосредоточения, но не искусен в сосредоточении в отношении сосредоточения. Еще один практикующий джхану, монахи, не искусен в сосредоточении в отношении сосредоточения и не действует настойчиво в отношении сосредоточения. И еще один практикующий джхану, монахи, искусен в сосредоточении в отношении сосредоточения и действует настойчиво в отношении сосредоточения. Из этих четырех практикующих джхану тот, кто искусен в сосредоточении в отношении сосредоточения и действует настойчиво в отношении сосредоточения, является главенствующим, лучшим, ведущим, наивысшим и превосходнейшим. Подобно тому, монахи, как из коровьего молока [получается простокваша... и так далее до]... превосходнейшее»». Девятая.

10. Samādhimūlakasappāyakārīsuttaṃ

10. Сутра о делании подходящего на основе сосредоточения

671. Sāvatthinidānaṃ[Pg.228]. ‘‘Cattārome, bhikkhave, jhāyī. Katame cattāro? Idha, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ samādhikusalo hoti, na samādhismiṃ sappāyakārī. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ sappāyakārī hoti, na samādhismiṃ samādhikusalo. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī neva samādhismiṃ samādhikusalo hoti, na ca samādhismiṃ sappāyakārī. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ samādhikusalo ca hoti, samādhismiṃ sappāyakārī ca. Tatra, bhikkhave, yvāyaṃ jhāyī samādhismiṃ samādhikusalo ca hoti samādhismiṃ sappāyakārī ca ayaṃ imesaṃ catunnaṃ jhāyīnaṃ aggo ca seṭṭho ca mokkho ca uttamo ca pavaro ca. Seyyathāpi, bhikkhave, gavā khīraṃ…pe… pavaro cā’’ti. Dasamaṃ. (Samādhimūlakaṃ.)

671. В Саваттхи. «Монахи, есть эти четыре типа практикующих джхану. Какие четыре? Здесь, монахи, один практикующий джхану искусен в сосредоточении в отношении сосредоточения, но не делает того, что подходит в отношении сосредоточения. Другой же практикующий джхану, монахи, делает то, что подходит в отношении сосредоточения, но не искусен в сосредоточении в отношении сосредоточения. Еще один практикующий джхану, монахи, не искусен в сосредоточении в отношении сосредоточения и не делает того, что подходит в отношении сосредоточения. И еще один практикующий джхану, монахи, искусен в сосредоточении в отношении сосредоточения и делает то, что подходит в отношении сосредоточения. Из этих четырех практикующих джхану тот, кто искусен в сосредоточении в отношении сосредоточения и делает то, что подходит в отношении сосредоточения, является главенствующим, лучшим, ведущим, наивысшим и превосходнейшим. Подобно тому, монахи, как из коровьего молока [получается простокваша... и так далее до]... превосходнейшее»». Десятая. (Раздел о сосредоточении как основе.)

11. Samāpattimūlakaṭhitisuttaṃ

11. Сутра об устойчивости на основе достижения

672. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Cattārome, bhikkhave, jhāyī. Katame cattāro? Idha, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ samāpattikusalo hoti, na samādhismiṃ ṭhitikusalo. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ ṭhitikusalo hoti, na samādhismiṃ samāpattikusalo. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī neva samādhismiṃ samāpattikusalo hoti, na ca samādhismiṃ ṭhitikusalo. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ samāpattikusalo ca hoti, samādhismiṃ ṭhitikusalo ca. Tatra, bhikkhave, yvāyaṃ jhāyī samādhismiṃ samāpattikusalo ca hoti, samādhismiṃ ṭhitikusalo ca ayaṃ imesaṃ catunnaṃ jhāyīnaṃ aggo ca seṭṭho ca mokkho ca uttamo ca pavaro ca. Seyyathāpi, bhikkhave, gavā khīraṃ…pe… pavaro cā’’ti. Ekādasamaṃ.

672. В Саваттхи. «Монахи, есть эти четыре типа практикующих джхану. Какие четыре? Здесь, монахи, один практикующий джхану искусен в достижении в отношении сосредоточения, но не искусен в устойчивости в отношении сосредоточения. Другой же практикующий джхану, монахи, искусен в устойчивости в отношении сосредоточения, но не искусен в достижении в отношении сосредоточения. Еще один практикующий джхану, монахи, не искусен ни в достижении в отношении сосредоточения, ни в устойчивости в отношении сосредоточения. И еще один практикующий джхану, монахи, искусен и в достижении в отношении сосредоточения, и в устойчивости в отношении сосредоточения. Из этих четырех практикующих джхану тот, кто искусен и в достижении в отношении сосредоточения, и в устойчивости в отношении сосредоточения, является главенствующим, лучшим, ведущим, наивысшим и превосходнейшим. Подобно тому, монахи, как из коровьего молока [получается простокваша... и так далее до]... превосходнейшее»». Одиннадцатая.

12. Samāpattimūlakavuṭṭhānasuttaṃ

12. Сутра о выходе на основе достижения

673. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Cattārome, bhikkhave, jhāyī. Katame cattāro? Idha, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ samāpattikusalo hoti, na samādhismiṃ vuṭṭhānakusalo. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ vuṭṭhānakusalo hoti, na samādhismiṃ samāpattikusalo. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī neva samādhismiṃ samāpattikusalo hoti, na ca [Pg.229] samādhismiṃ vuṭṭhānakusalo. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ samāpattikusalo ca hoti, samādhismiṃ vuṭṭhānakusalo ca. Tatra, bhikkhave, yvāyaṃ jhāyī …pe… pavaro cā’’ti. Dvādasamaṃ.

673. В Саваттхи. «Монахи, есть эти четыре типа практикующих джхану. Какие четыре? Здесь, монахи, один практикующий джхану искусен в достижении в отношении сосредоточения, но не искусен в выходе в отношении сосредоточения. Другой же практикующий джхану, монахи, искусен в выходе в отношении сосредоточения, но не искусен в достижении в отношении сосредоточения. Еще один практикующий джхану, монахи, не искусен ни в достижении в отношении сосредоточения, ни в выходе в отношении сосредоточения. И еще один практикующий джхану, монахи, искусен и в достижении в отношении сосредоточения, и в выходе в отношении сосредоточения. Из них, монахи, тот практикующий джхану... [и так далее]... превосходнейшее»». Двенадцатая.

13. Samāpattimūlakakallitasuttaṃ

13. Сутра о податливости на основе достижения

674. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Cattārome, bhikkhave, jhāyī. Katame cattāro? Idha, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ samāpattikusalo hoti, na samādhismiṃ kallitakusalo. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ kallitakusalo hoti, na samādhismiṃ samāpattikusalo. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī neva samādhismiṃ samāpattikusalo hoti, na ca samādhismiṃ kallitakusalo. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ samāpattikusalo ca hoti, samādhismiṃ kallitakusalo ca. Tatra…pe… pavaro cā’’ti. Terasamaṃ.

674. В Саваттхи. «Монахи, есть эти четыре типа практикующих джхану. Какие четыре? Здесь, монахи, один практикующий джхану искусен в достижении в отношении сосредоточения, но не искусен в податливости в отношении сосредоточения. Другой же практикующий джхану, монахи, искусен в податливости в отношении сосредоточения, но не искусен в достижении в отношении сосредоточения. Еще один практикующий джхану, монахи, не искусен ни в достижении в отношении сосредоточения, ни в податливости в отношении сосредоточения. И еще один практикующий джхану, монахи, искусен и в достижении в отношении сосредоточения, и в податливости в отношении сосредоточения. Из них... [и так далее]... превосходнейшее»». Тринадцатая.

14. Samāpattimūlakaārammaṇasuttaṃ

14. Сутра об объекте на основе достижения

675. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Cattārome, bhikkhave, jhāyī. Katame cattāro? Idha, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ samāpattikusalo hoti, na samādhismiṃ ārammaṇakusalo. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ ārammaṇakusalo hoti, na samādhismiṃ samāpattikusalo. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī neva samādhismiṃ samāpattikusalo hoti, na ca samādhismiṃ ārammaṇakusalo. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ samāpattikusalo ca hoti, samādhismiṃ ārammaṇakusalo ca. Tatra…pe… pavaro cā’’ti. Cuddasamaṃ.

675. В Саваттхи. «Монахи, есть эти четыре типа практикующих джхану. Какие четыре? Здесь, монахи, некий практикующий джхану искусен в достижении сосредоточения, но не искусен в объекте сосредоточения. Другой же, монахи, практикующий джхану искусен в объекте сосредоточения, но не искусен в достижении сосредоточения. Другой же, монахи, практикующий джхану не искусен ни в достижении сосредоточения, ни в объекте сосредоточения. Другой же, монахи, практикующий джхану искусен и в достижении сосредоточения, и в объекте сосредоточения. Из них... является самым выдающимся». Четырнадцатая.

15. Samāpattimūlakagocarasuttaṃ

15. Сутта об области сосредоточения на основе достижения

676. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Cattārome, bhikkhave, jhāyī. Katame cattāro? Idha, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ samāpattikusalo hoti, na samādhismiṃ gocarakusalo. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ gocarakusalo hoti, na samādhismiṃ samāpattikusalo. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī neva samādhismiṃ samāpattikusalo hoti, na ca samādhismiṃ gocarakusalo. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ samāpattikusalo [Pg.230] ca hoti, samādhismiṃ gocarakusalo ca. Tatra…pe… pavaro cā’’ti. Pannarasamaṃ.

676. В Саваттхи. «Монахи, есть эти четыре типа практикующих джхану. Какие четыре? Здесь, монахи, некий практикующий джхану искусен в достижении сосредоточения, но не искусен в области сосредоточения. Другой же, монахи, практикующий джхану искусен в области сосредоточения, но не искусен в достижении сосредоточения. Другой же, монахи, практикующий джхану не искусен ни в достижении сосредоточения, ни в области сосредоточения. Другой же, монахи, практикующий джхану искусен и в достижении сосредоточения, и в области сосредоточения. Из них... является самым выдающимся». Пятнадцатая.

16. Samāpattimūlakaabhinīhārasuttaṃ

16. Сутта о направлении сосредоточения на основе достижения

677. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Cattārome, bhikkhave, jhāyī. Katame cattāro? Idha, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ samāpattikusalo hoti, na samādhismiṃ abhinīhārakusalo. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ abhinīhārakusalo hoti, na samādhismiṃ samāpattikusalo. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī neva samādhismiṃ samāpattikusalo hoti, na ca samādhismiṃ abhinīhārakusalo. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ samāpattikusalo ca hoti, samādhismiṃ abhinīhārakusalo ca. Tatra…pe… pavaro cā’’ti. Soḷasamaṃ.

677. В Саваттхи. «Монахи, есть эти четыре типа практикующих джхану. Какие четыре? Здесь, монахи, некий практикующий джхану искусен в достижении сосредоточения, но не искусен в направлении сосредоточения. Другой же, монахи, практикующий джхану искусен в направлении сосредоточения, но не искусен в достижении сосредоточения. Другой же, монахи, практикующий джхану не искусен ни в достижении сосредоточения, ни в направлении сосредоточения. Другой же, монахи, практикующий джхану искусен и в достижении сосредоточения, и в направлении сосредоточения. Из них... является самым выдающимся». Шестнадцатая.

17. Samāpattimūlakasakkaccasuttaṃ

17. Сутта о тщательности на основе достижения

678. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Cattārome, bhikkhave, jhāyī. Katame cattāro? Idha, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ samāpattikusalo hoti, na samādhismiṃ sakkaccakārī. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ sakkaccakārī hoti, na samādhismiṃ samāpattikusalo. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī neva samādhismiṃ samāpattikusalo hoti, na ca samādhismiṃ sakkaccakārī. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ samāpattikusalo ca hoti, samādhismiṃ sakkaccakārī ca. Tatra…pe… pavaro cā’’ti. Sattarasamaṃ.

678. В Саваттхи. «Монахи, есть эти четыре типа практикующих джхану. Какие четыре? Здесь, монахи, некий практикующий джхану искусен в достижении сосредоточения, но не действует с тщательностью в сосредоточении. Другой же, монахи, практикующий джхану действует с тщательностью в сосредоточении, но не искусен в достижении сосредоточения. Другой же, монахи, практикующий джхану не искусен в достижении сосредоточения и не действует с тщательностью в сосредоточении. Другой же, монахи, практикующий джхану искусен в достижении сосредоточения и действует с тщательностью в сосредоточении. Из них... является самым выдающимся». Семнадцатая.

18. Samāpattimūlakasātaccasuttaṃ

18. Сутта о постоянстве на основе достижения

679. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Cattārome, bhikkhave, jhāyī. Katame cattāro? Idha, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ samāpattikusalo hoti, na samādhismiṃ sātaccakārī. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ sātaccakārī hoti, na samādhismiṃ samāpattikusalo. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī neva samādhismiṃ samāpattikusalo hoti, na ca samādhismiṃ sātaccakārī. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ samāpattikusalo ca hoti, samādhismiṃ sātaccakārī ca. Tatra…pe… pavaro cā’’ti. Aṭṭhārasamaṃ.

679. В Саваттхи. «Монахи, есть эти четыре типа практикующих джхану. Какие четыре? Здесь, монахи, некий практикующий джхану искусен в достижении сосредоточения, но не действует с постоянством в сосредоточении. Другой же, монахи, практикующий джхану действует с постоянством в сосредоточении, но не искусен в достижении сосредоточения. Другой же, монахи, практикующий джхану не искусен в достижении сосредоточения и не действует с постоянством в сосредоточении. Другой же, монахи, практикующий джхану искусен в достижении сосредоточения и действует с постоянством в сосредоточении. Из них... является самым выдающимся». Восемнадцатая.

19. Samāpattimūlakasappāyakārīsuttaṃ

19. Сутта о делании подходящего на основе достижения

680. Sāvatthinidānaṃ[Pg.231]. ‘‘Cattārome, bhikkhave, jhāyī. Katame cattāro? Idha, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ samāpattikusalo hoti, na samādhismiṃ sappāyakārī. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ sappāyakārī hoti, na samādhismiṃ samāpattikusalo. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī neva samādhismiṃ samāpattikusalo hoti, na ca samādhismiṃ sappāyakārī. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ samāpattikusalo ca hoti, samādhismiṃ sappāyakārī ca. Tatra, bhikkhave, yvāyaṃ jhāyī samādhismiṃ samāpattikusalo ca hoti samādhismiṃ sappāyakārī ca ayaṃ imesaṃ catunnaṃ jhāyīnaṃ aggo ca seṭṭho ca mokkho ca uttamo ca pavaro ca. Seyyathāpi, bhikkhave, gavā khīraṃ, khīramhā dadhi, dadhimhā navanītaṃ, navanītamhā sappi, sappimhā sappimaṇḍo tatra aggamakkhāyati; evameva kho, bhikkhave, yvāyaṃ jhāyī samādhismiṃ samāpattikusalo ca hoti samādhismiṃ sappāyakārī ca ayaṃ imesaṃ catunnaṃ jhāyīnaṃ aggo ca seṭṭho ca mokkho ca uttamo ca pavaro cā’’ti. Ekūnavīsatimaṃ. (Samāpattimūlakaṃ.)

680. В Саваттхи. «Монахи, есть эти четыре типа практикующих джхану. Какие четыре? Здесь, монахи, некий практикующий джхану искусен в достижении сосредоточения, но не делает того, что подходит для сосредоточения. Другой же, монахи, практикующий джхану делает то, что подходит для сосредоточения, но не искусен в достижении сосредоточения. Другой же, монахи, практикующий джхану не искусен в достижении сосредоточения и не делает того, что подходит для сосредоточения. Другой же, монахи, практикующий джхану искусен в достижении сосредоточения и делает то, что подходит для сосредоточения. Из них, монахи, тот практикующий джхану, который и искусен в достижении сосредоточения, и делает то, что подходит для сосредоточения, является наилучшим, превосходнейшим, главным, наивысшим и самым выдающимся среди этих четырёх типов практикующих джхану. Подобно тому, монахи, как от коровы получают молоко, из молока — простоквашу, из простокваши — свежее масло, из свежего масла — топлёное масло, из топлёного масла — очищенное топлёное масло, которое считается наилучшим из них; точно так же, монахи, тот практикующий джхану, который и искусен в достижении сосредоточения, и делает то, что подходит для сосредоточения, является наилучшим, превосходнейшим, главным, наивысшим и самым выдающимся среди этих четырёх типов практикующих джхану». Девятнадцатая. (Раздел о достижении как основе.)

20-27. Ṭhitimūlakavuṭṭhānasuttādiaṭṭhakaṃ

20-27. Восьмёрка сутт, начиная с сутты о выходе на основе пребывания

681-688. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Cattārome, bhikkhave, jhāyī. Katame cattāro? Idha, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ ṭhitikusalo hoti, na samādhismiṃ vuṭṭhānakusalo. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ vuṭṭhānakusalo hoti, na samādhismiṃ ṭhitikusalo. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī neva samādhismiṃ ṭhitikusalo hoti, na ca samādhismiṃ vuṭṭhānakusalo. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ ṭhitikusalo ca hoti, samādhismiṃ vuṭṭhānakusalo ca. Tatra, bhikkhave, yvāyaṃ jhāyī…pe… uttamo ca pavaro cā’’ti. Vīsatimaṃ. (Purimamūlakāni viya yāva sattavīsatimā ṭhitimūlakasappāyakārīsuttā aṭṭha suttāni pūretabbāni. Ṭhitimūlakaṃ.)

681-688. В Саваттхи. «Монахи, есть эти четыре типа практикующих джхану. Какие четыре? Здесь, монахи, некий практикующий джхану искусен в пребывании в сосредоточении, но не искусен в выходе из сосредоточения. Другой же, монахи, практикующий джхану искусен в выходе из сосредоточения, но не искусен в пребывании в сосредоточении. Другой же, монахи, практикующий джхану не искусен ни в пребывании в сосредоточении, ни в выходе из сосредоточения. Другой же, монахи, практикующий джхану искусен и в пребывании в сосредоточении, и в выходе из сосредоточения. Из них, монахи, тот практикующий джхану... является наивысшим и самым выдающимся». Двадцатая. (Подобно предыдущим базовым суттам, следует дополнить восемь сутт вплоть до двадцать седьмой сутты о делании подходящего на основе пребывания. Раздел о пребывании как основе.)

28-34. Vuṭṭhānamūlakakallitasuttādisattakaṃ

28-34. Семёрка сутт, начиная с сутты о подготовленности на основе выхода

689-695. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Cattārome, bhikkhave, jhāyī. Katame cattāro? Idha, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ vuṭṭhānakusalo hoti, na [Pg.232] samādhismiṃ kallitakusalo… samādhismiṃ kallitakusalo hoti, na samādhismiṃ vuṭṭhānakusalo… neva samādhismiṃ vuṭṭhānakusalo hoti, na ca samādhismiṃ kallitakusalo… samādhismiṃ vuṭṭhānakusalo ca hoti samādhismiṃ kallitakusalo ca. Tatra, bhikkhave, yvāyaṃ jhāyī…pe… uttamo ca pavaro cā’’ti. Aṭṭhavīsatimaṃ. (Purimamūlakāni viya yāva catuttiṃsatimā vuṭṭhānamūlakasappāyakārīsuttā satta suttāni pūretabbāni. Vuṭṭhānamūlakaṃ.)

689-695. В Саваттхи. «Монахи, есть эти четыре типа практикующих джхану. Какие четыре? Здесь, монахи, некий практикующий джхану искусен в выходе из сосредоточения, но не искусен в подготовленности к сосредоточению... искусен в подготовленности к сосредоточению, но не искусен в выходе из сосредоточения... не искусен ни в выходе из сосредоточения, ни в подготовленности к сосредоточению... искусен и в выходе из сосредоточения, и в подготовленности к сосредоточению. Из них, монахи, тот практикующий джхану... является наивысшим и самым выдающимся». Двадцать восьмая. (Подобно предыдущим базовым суттам, следует дополнить семь сутт вплоть до тридцать четвёртой сутты о делании подходящего на основе выхода. Раздел о выходе как основе.)

35-40. Kallitamūlakaārammaṇasuttādichakkaṃ

35-40. Шестёрка сутт, начиная с сутты об объекте на основе подготовленности

696-701. Sāvatthinidānaṃ … ‘‘samādhismiṃ kallitakusalo hoti, na samādhismiṃ ārammaṇakusalo… samādhismiṃ ārammaṇakusalo hoti, na samādhismiṃ kallitakusalo… neva samādhismiṃ kallitakusalo hoti, na ca samādhismiṃ ārammaṇakusalo… samādhismiṃ kallitakusalo ca hoti, samādhismiṃ ārammaṇakusalo ca. Tatra, bhikkhave, yvāyaṃ jhāyī…pe… uttamo ca pavaro cā’’ti. Pañcatiṃsatimaṃ. (Purimamūlakāni viya yāva cattālīsamā kallitamūlakasappāyakārīsuttā cha suttāni pūretabbāni. Kallitamūlakaṃ.)

696-701. В Саваттхи... «...искусен в подготовленности к сосредоточению, но не искусен в объекте сосредоточения... искусен в объекте сосредоточения, но не искусен в подготовленности к сосредоточению... не искусен ни в подготовленности к сосредоточению, ни в объекте сосредоточения... искусен и в подготовленности к сосредоточению, и в объекте сосредоточения. Из них, монахи, тот практикующий джхану... является наивысшим и самым выдающимся». Тридцать пятая. (Подобно предыдущим базовым суттам, следует дополнить шесть сутт вплоть до сороковой сутты о делании подходящего на основе подготовленности. Раздел о подготовленности как основе.)

41-45. Ārammaṇamūlakagocarasuttādipañcakaṃ

41-45. Пятёрка сутт, начиная с сутты об области на основе объекта

702-706. Sāvatthinidānaṃ … ‘‘samādhismiṃ ārammaṇakusalo hoti, na samādhismiṃ gocarakusalo… samādhismiṃ gocarakusalo hoti, na samādhismiṃ ārammaṇakusalo… neva samādhismiṃ ārammaṇakusalo hoti, na ca samādhismiṃ gocarakusalo… samādhismiṃ ārammaṇakusalo ca hoti, samādhismiṃ gocarakusalo ca. Tatra, bhikkhave, yvāyaṃ jhāyī…pe… uttamo ca pavaro cā’’ti. Ekacattālīsamaṃ. (Purimamūlakāni viya yāva pañcacattālīsamā ārammaṇamūlakasappāyakārīsuttā pañca suttāni pūretabbāni. Ārammaṇamūlakaṃ.)

702-706. В Саваттхи... «...искусен в объекте сосредоточения, но не искусен в области сосредоточения... искусен в области сосредоточения, но не искусен в объекте сосредоточения... не искусен ни в объекте сосредоточения, ни в области сосредоточения... искусен и в объекте сосредоточения, и в области сосредоточения. Из них, монахи, тот практикующий джхану... является наивысшим и самым выдающимся». Сорок первая. (Подобно предыдущим базовым суттам, следует дополнить пять сутт вплоть до сорок пятой сутты о делании подходящего на основе объекта. Раздел об объекте как основе.)

46-49. Gocaramūlakaabhinīhārasuttādicatukkaṃ

46-49. Четвёрка сутт, начиная с сутты о направлении на основе области

707. Sāvatthinidānaṃ… ‘‘samādhismiṃ gocarakusalo hoti, na samādhismiṃ abhinīhārakusalo… samādhismiṃ abhinīhārakusalo hoti[Pg.233], na samādhismiṃ gocarakusalo… neva samādhismiṃ gocarakusalo hoti, na ca samādhismiṃ abhinīhārakusalo… samādhismiṃ gocarakusalo ca hoti, samādhismiṃ abhinīhārakusalo ca… seyyathāpi, bhikkhave, gavā khīraṃ, khīramhā dadhi, dadhimhā navanītaṃ, navanītamhā sappi, sappimhā sappimaṇḍo tatra aggamakkhāyati; evameva kho, bhikkhave, yvāyaṃ jhāyī samādhismiṃ gocarakusalo ca hoti samādhismiṃ abhinīhārakusalo ca ayaṃ imesaṃ catunnaṃ jhāyīnaṃ…pe… uttamo ca pavaro cā’’ti. Chacattālīsamaṃ.

707. В Саваттхи... «...искусен в области сосредоточения, но не искусен в направлении сосредоточения... искусен в направлении сосредоточения, но не искусен в области сосредоточения... не искусен ни в области сосредоточения, ни в направлении сосредоточения... искусен и в области сосредоточения, и в направлении сосредоточения... Подобно тому, монахи, как от коровы получают молоко, из молока — простоквашу, из простокваши — свежее масло, из свежего масла — топлёное масло, из топлёного масла — очищенное топлёное масло, которое считается наилучшим из них; точно так же, монахи, тот практикующий джхану, который и искусен в области сосредоточения, и искусен в направлении сосредоточения, является среди этих четырёх типов практикующих джхану... наивысшим и самым выдающимся». Сорок шестая.

708. Samādhismiṃ gocarakusalo hoti, na samādhismiṃ sakkaccakārī…pe…. Vitthāretabbaṃ. Sattacattālīsamaṃ.

708. «...искусен в области сосредоточения, но не действует с тщательностью в сосредоточении...» [и так далее, следует изложить подробно]. Сорок седьмая.

709. Samādhismiṃ gocarakusalo hoti, na samādhismiṃ sātaccakārī…pe…. Aṭṭhacattālīsamaṃ.

709. «...искусен в области сосредоточения, но не действует с постоянством в сосредоточении...» [и так далее]. Сорок восьмая.

710. Samādhismiṃ gocarakusalo hoti, na samādhismiṃ sappāyakārī…pe…. Ekūnapaññāsamaṃ. (Gocaramūlakaṃ.)

710. «...искусен в области сосредоточения, но не делает того, что подходит для сосредоточения...» [и так далее]. Сорок девятая. (Раздел об области как основе.)

50-52. Abhinīhāramūlakasakkaccasuttāditikaṃ

50-52. Тройка сутт, начиная с сутты о тщательности на основе направления

711. Sāvatthinidānaṃ … ‘‘samādhismiṃ abhinīhārakusalo hoti, na samādhismiṃ sakkaccakārī… samādhismiṃ sakkaccakārī hoti, na samādhismiṃ abhinīhārakusalo… neva samādhismiṃ abhinīhārakusalo hoti, na ca samādhismiṃ sakkaccakārī… samādhismiṃ abhinīhārakusalo ca hoti, samādhismiṃ sakkaccakārī ca. Tatra, bhikkhave, yvāyaṃ jhāyī…pe… uttamo ca pavaro cā’’ti. Paññāsamaṃ.

711. В Саваттхи... «...искусен в направлении сосредоточения, но не действует с тщательностью в сосредоточении... действует с тщательностью в сосредоточении, но не искусен в направлении сосредоточения... не искусен в направлении сосредоточения и не действует с тщательностью в сосредоточении... искусен в направлении сосредоточения и действует с тщательностью в сосредоточении. Из них, монахи, тот практикующий джхану... является наивысшим и самым выдающимся». Пятидесятая.

712. Samādhismiṃ abhinīhārakusalo hoti, na samādhismiṃ sātaccakārī…pe…. Ekapaññāsamaṃ.

712. «...искусен в направлении сосредоточения, но не действует с постоянством в сосредоточении...» [и так далее]. Пятьдесят первая.

713. Samādhismiṃ abhinīhārakusalo hoti, na samādhismiṃ sappāyakārī…pe…. Dvepaññāsamaṃ. (Abhinīhāramūlakaṃ.)

713. «...искусен в направлении сосредоточения, но не делает того, что подходит для сосредоточения...» [и так далее]. Пятьдесят вторая. (Раздел о направлении как основе.)

53-54. Sakkaccamūlakasātaccakārīsuttādidukaṃ

53-54. Двойка сутт, начиная с сутты о постоянстве на основе тщательности

714. Sāvatthinidānaṃ [Pg.234]… ‘‘samādhismiṃ sakkaccakārī hoti, na samādhismiṃ sātaccakārī… samādhismiṃ sātaccakārī hoti, na samādhismiṃ sakkaccakārī … neva samādhismiṃ sakkaccakārī hoti, na ca samādhismiṃ sātaccakārī… samādhismiṃ sakkaccakārī ca hoti, samādhismiṃ sātaccakārī ca. Tatra, bhikkhave, yvāyaṃ…pe… uttamo ca pavaro cā’’ti. Tepaññāsamaṃ.

714. В Саваттхи... «...действует с тщательностью в сосредоточении, но не действует с постоянством в сосредоточении... действует с постоянством в сосредоточении, но не действует с тщательностью в сосредоточении... не действует ни с тщательностью в сосредоточении, ни с постоянством в сосредоточении... действует и с тщательностью в сосредоточении, и с постоянством в сосредоточении. Из них, монахи, тот... является наивысшим и самым выдающимся». Пятьдесят третья.

715. Samādhismiṃ sakkaccakārī hoti, na samādhismiṃ sappāyakārī…pe…. Catupaññāsamaṃ.

715. «...действует с тщательностью в сосредоточении, но не делает того, что подходит для сосредоточения...» [и так далее]. Пятьдесят четвёртая.

55. Sātaccamūlakasappāyakārīsuttaṃ

55. Сутта о делании подходящего на основе постоянства

716. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Catārome, bhikkhave, jhāyī. Katame cattāro? Idha, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ sātaccakārī hoti, na samādhismiṃ sappāyakārī. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ sappāyakārī hoti, na samādhismiṃ sātaccakārī. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī neva samādhismiṃ sātaccakārī hoti, na ca samādhismiṃ sappāyakārī. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ sātaccakārī ca hoti, samādhismiṃ sappāyakārī ca. Tatra, bhikkhave, yvāyaṃ jhāyī samādhismiṃ sātaccakārī ca hoti samādhismiṃ sappāyakārī ca ayaṃ imesaṃ catunnaṃ jhāyīnaṃ aggo ca seṭṭho ca mokkho ca uttamo ca pavaro ca. Seyyathāpi, bhikkhave, gavā khīraṃ, khīramhā dadhi, dadhimhā navanītaṃ, navanītamhā sappi, sappimhā sappimaṇḍo tatra aggamakkhāyati; evameva kho, bhikkhave, yvāyaṃ jhāyī samādhismiṃ sātaccakārī ca hoti, samādhismiṃ sappāyakārī ayaṃ imesaṃ catunnaṃ jhāyīnaṃ aggo ca seṭṭho ca mokkho ca uttamo ca pavaro cā’’ti. Idamavoca bhagavā. Attamanā te bhikkhū bhagavato bhāsitaṃ abhinandunti. Pañcapaññāsamaṃ. (Yathā pañcapaññāsaṃ veyyākaraṇāni honti tathā vitthāretabbāni.)

716. В Саваттхи. «Монахи, есть эти четыре типа практикующих джхану. Какие четыре? Здесь, монахи, некоторый практикующий джхану усердствует в сосредоточении, но не делает того, что благоприятно для сосредоточения. Здесь же, монахи, некоторый практикующий джхану делает то, что благоприятно для сосредоточения, но не усердствует в сосредоточении. Здесь же, монахи, некоторый практикующий джхану и не усердствует в сосредоточении, и не делает того, что благоприятно для сосредоточения. Здесь же, монахи, некоторый практикующий джхану и усердствует в сосредоточении, и делает то, что благоприятно для сосредоточения. Из этих четырёх, монахи, тот практикующий джхану, который и усердствует в сосредоточении, и делает то, что благоприятно для сосредоточения, является лучшим, выдающимся, главным, наивысшим и превосходнейшим. Подобно тому, монахи, как от коровы получают молоко, из молока — простоквашу, из простокваши — свежее масло, из свежего масла — топлёное масло, из топлёного масла — очищенное топлёное масло, которое считается наилучшим из всего этого; точно так же, монахи, тот практикующий джхану, который и усердствует в сосредоточении, и делает то, что благоприятно для сосредоточения, является лучшим, выдающимся, главным, наивысшим и превосходнейшим среди этих четырёх типов практикующих джхану». Это сказал Благословенный. Монахи обрадовались и восхитились словами Благословенного. Пятьдесят пятая [сутта]. (Как есть пятьдесят пять разъяснений, так их и следует подробно излагать.)

Jhānasaṃyuttaṃ samattaṃ.

Джхана-самьютта завершена.

Tassuddānaṃ –

Оглавление к ней:

Samādhi [Pg.235] samāpatti ṭhiti ca, vuṭṭhānaṃ kallitārammaṇena ca;

Gocarā abhinīhāro sakkacca, sātacca athopi sappāyanti.

Сосредоточение, вхождение и пребывание, выход, подготовка вместе с объектом; область, направление ума, тщательность, усердие, а также то, что благоприятно.

Khandhavaggo tatiyo.

Третья книга — Книга о группах существования.

Tassuddānaṃ –

Оглавление к ней:

Khandha rādhasaṃyuttañca, diṭṭhiokkanta uppādā;

Kilesa sāriputtā ca, nāgā supaṇṇa gandhabbā;

Valāha vacchajhānanti, khandhavaggamhi terasāti.

Самьютты о группах существования и о Радхе, о взглядах, о вхождении, о возникновении; о сквернах и о Сарипутте, о нагах, супаннах и гандхаббах; о дождевых тучах, о Ваччхе и о джханах — таковы тринадцать [самьютт] в Книге о группах существования.

Khandhavaggasaṃyuttapāḷi niṭṭhitā.

Книга связанных наставлений о группах существования завершена.

বাংলা
পালি	অট্ঠকথা	টীকা	অন্ন
1101 পারাজিক পালি 1102 পাচিত্তিয় পালি 1103 মহাবগ্গ পালি (বিনয়) 1104 চূলবগ্গ পালি 1105 পরিবার পালি	1201 পারাজিককণ্ড অট্ঠকথা-১ 1202 পারাজিককণ্ড অট্ঠকথা-২ 1203 পাচিত্তিয় অট্ঠকথা 1204 মহাবগ্গ অট্ঠকথা (বিনয়) 1205 চূলবগ্গ অট্ঠকথা 1206 পরিবার অট্ঠকথা	1301 সারত্থদীপনী টীকা-১ 1302 সারত্থদীপনী টীকা-২ 1303 সারত্থদীপনী টীকা-৩	1401 দ্বেমাতিকাপালি 1402 বিনয়সংগহ অট্ঠকথা 1403 বজিরবুদ্ধি টীকা 1404 বিমতিবিনোদনী টীকা-১ 1405 বিমতিবিনোদনী টীকা-২ 1406 বিনয়ালংকার টীকা-১ 1407 বিনয়ালংকার টীকা-২ 1408 কঙ্খাবিতরণীপুরাণ টীকা 1409 বিনয়বিনিচ্ছয়-উত্তরবিনিচ্ছয় 1410 বিনয়বিনিচ্ছয় টীকা-১ 1411 বিনয়বিনিচ্ছয় টীকা-২ 1412 পাচিত্যাদিযোজনাপালি 1413 খুদ্ধসিক্খা-মূলসিক্খা 8401 বিসুদ্ধিমগ্গ-১ 8402 বিসুদ্ধিমগ্গ-২ 8403 বিসুদ্ধিমগ্গ-মহাটীকা-১ 8404 বিসুদ্ধিমগ্গ-মহাটীকা-২ 8405 বিসুদ্ধিমগ্গ নিদানকথা 8406 দীঘনিকায় (পু-বি) 8407 মজ্ঝিমনিকায় (পু-বি) 8408 সংযুত্তনিকায় (পু-বি) 8409 অঙ্গুত্তরনিকায় (পু-বি) 8410 বিনয়পিটক (পু-বি) 8411 অভিধম্মপিটক (পু-বি) 8412 অট্ঠকথা (পু-বি) 8413 নিরুত্তিদীপনী 8414 পরমত্থদীপনী সংগহমহাটীকাপাঠ 8415 অনুদীপনীপাঠ 8416 পট্ঠানুদ্দেস দীপনীপাঠ 8417 নমক্কারটীকা 8418 মহাপণামপাঠ 8419 লক্খণাতো বুদ্ধথোমনাগাথা 8420 সুতবন্দনা 8421 কমলাঞ্জলি 8422 জিনালংকার 8423 পজ্জমধু 8424 বুদ্ধগুণগাথাবলী 8425 চূলগন্থবংস 8426 মহাবংস 8427 সাসনবংস 8428 কচ্চায়নব্যাকরণং 8429 মোগ্গল্লানব্যাকরণং 8430 সদ্দনীতিপ্পকরণং (পদমালা) 8431 সদ্দনীতিপ্পকরণং (ধাতুমালা) 8432 পদরূপসিদ্ধি 8433 মোগ্গল্লানপঞ্চিকা 8434 পযোগসিদ্ধিপাঠ 8435 বুত্তোদয়পাঠ 8436 অভিধানপ্পদীপিকাপাঠ 8437 অভিধানপ্পদীপিকাটীকা 8438 সুবোধালংকারপাঠ 8439 সুবোধালংকারটীকা 8440 বালাবতার গণ্ঠিপদত্থবিনিচ্ছয়সার 8441 লোকনীতি 8442 সুত্তন্তনীতি 8443 সূরস্সতীনীতি 8444 মহারহনীতি 8445 ধম্মনীতি 8446 কবিদপ্পণনীতি 8447 নীতিমঞ্জরী 8448 নরদক্খদীপনী 8449 চতুরারক্খদীপনী 8450 চাণক্যনীতি 8451 রসবাহিনী 8452 সীমাবিসোধনীপাঠ 8453 বেস্সন্তরগীতি 8454 মোগ্গল্লান বুত্তিবিবরণপঞ্চিকা 8455 থূপবংস 8456 দাঠাবংস 8457 ধাতুপাঠবিলাসিনিয়া 8458 ধাতুবংস 8459 হত্থবনগল্লবিহারবংস 8460 জিনচরিতয় 8461 জিনবংসদীপং 8462 তেলকটাহগাথা 8463 মিলিদটীকা 8464 পদমঞ্জরী 8465 পদসাধনং 8466 সদ্দবিন্দুপকরণং 8467 কচ্চায়নধাতুমঞ্জুসা 8468 সামন্তকূটবণ্ণনা
2101 সীলক্খন্ধবগ্গ পালি 2102 মহাবগ্গ পালি (দীঘ) 2103 পাথিকবগ্গ পালি	2201 সীলক্খন্ধবগ্গ অট্ঠকথা 2202 মহাবগ্গ অট্ঠকথা (দীঘ) 2203 পাথিকবগ্গ অট্ঠকথা	2301 সীলক্খন্ধবগ্গ টীকা 2302 মহাবগ্গ টীকা (দীঘ) 2303 পাথিকবগ্গ টীকা 2304 সীলক্খন্ধবগ্গ-অভিনবটীকা-১ 2305 সীলক্খন্ধবগ্গ-অভিনবটীকা-২
3101 মূলপণ্ণাস পালি 3102 মজ্ঝিমপণ্ণাস পালি 3103 উপরিপণ্ণাস পালি	3201 মূলপণ্ণাস অট্ঠকথা-১ 3202 মূলপণ্ণাস অট্ঠকথা-২ 3203 মজ্ঝিমপণ্ণাস অট্ঠকথা 3204 উপরিপণ্ণাস অট্ঠকথা	3301 মূলপণ্ণাস টীকা 3302 মজ্ঝিমপণ্ণাস টীকা 3303 উপরিপণ্ণাস টীকা
4101 সগাথাবগ্গ পালি 4102 নিদানবগ্গ পালি 4103 খন্ধবগ্গ পালি 4104 সলায়তনবগ্গ পালি 4105 মহাবগ্গ পালি (সংযুত্ত)	4201 সগাথাবগ্গ অট্ঠকথা 4202 নিদানবগ্গ অট্ঠকথা 4203 খন্ধবগ্গ অট্ঠকথা 4204 সলায়তনবগ্গ অট্ঠকথা 4205 মহাবগ্গ অট্ঠকথা (সংযুত্ত)	4301 সগাথাবগ্গ টীকা 4302 নিদানবগ্গ টীকা 4303 খন্ধবগ্গ টীকা 4304 সলায়তনবগ্গ টীকা 4305 মহাবগ্গ টীকা (সংযুত্ত)
5101 এককনিপাত পালি 5102 দুকনিপাত পালি 5103 তিকনিপাত পালি 5104 চতুক্কনিপাত পালি 5105 পঞ্চকনিপাত পালি 5106 ছক্কনিপাত পালি 5107 সত্তকনিপাত পালি 5108 অট্ঠকাদিনিপাত পালি 5109 নবকনিপাত পালি 5110 দশকনিপাত পালি 5111 একাদশকনিপাত পালি	5201 এককনিপাত অট্ঠকথা 5202 দুক-তিক-চতুক্কনিপাত অট্ঠকথা 5203 পঞ্চক-ছক্ক-সত্তকনিপাত অট্ঠকথা 5204 অট্ঠকাদিনিপাত অট্ঠকথা	5301 এককনিপাত টীকা 5302 দুক-তিক-চতুক্কনিপাত টীকা 5303 পঞ্চক-ছক্ক-সত্তকনিপাত টীকা 5304 অট্ঠকাদিনিপাত টীকা
6101 খুদ্ধকপাঠ পালি 6102 ধম্মপদ পালি 6103 উদান পালি 6104 ইতিবুত্তক পালি 6105 সুত্তনিপাত পালি 6106 বিমানবত্থু পালি 6107 পেতবত্থু পালি 6108 থেরগাথা পালি 6109 থেরীগাথা পালি 6110 অপদান পালি-১ 6111 অপদান পালি-২ 6112 বুদ্ধবংস পালি 6113 চরিয়াপিটক পালি 6114 জাতক পালি-১ 6115 জাতক পালি-২ 6116 মহানিদ্দেস পালি 6117 চূলনিদ্দেস পালি 6118 পটিসম্ভিদামগ্গ পালি 6119 নেত্তিপ্পকরণ পালি 6120 মিলিন্দপঞ্হ পালি 6121 পেটকোপদেস পালি	6201 খুদ্ধকপাঠ অট্ঠকথা 6202 ধম্মপদ অট্ঠকথা-১ 6203 ধম্মপদ অট্ঠকথা-২ 6204 উদান অট্ঠকথা 6205 ইতিবুত্তক অট্ঠকথা 6206 সুত্তনিপাত অট্ঠকথা-১ 6207 সুত্তনিপাত অট্ঠকথা-২ 6208 বিমানবত্থু অট্ঠকথা 6209 পেতবত্থু অট্ঠকথা 6210 থেরগাথা অট্ঠকথা-১ 6211 থেরগাথা অট্ঠকথা-২ 6212 থেরীগাথা অট্ঠকথা 6213 অপদান অট্ঠকথা-১ 6214 অপদান অট্ঠকথা-২ 6215 বুদ্ধবংস অট্ঠকথা 6216 চরিয়াপিটক অট্ঠকথা 6217 জাতক অট্ঠকথা-১ 6218 জাতক অট্ঠকথা-২ 6219 জাতক অট্ঠকথা-৩ 6220 জাতক অট্ঠকথা-৪ 6221 জাতক অট্ঠকথা-৫ 6222 জাতক অট্ঠকথা-৬ 6223 জাতক অট্ঠকথা-৭ 6224 মহানিদ্দেস অট্ঠকথা 6225 চূলনিদ্দেস অট্ঠকথা 6226 পটিসম্ভিদামগ্গ অট্ঠকথা-১ 6227 পটিসম্ভিদামগ্গ অট্ঠকথা-২ 6228 নেত্তিপ্পকরণ অট্ঠকথা	6301 নেত্তিপ্পকরণ টীকা 6302 নেত্তিবিভাবিনী
7101 ধম্মসংগণী পালি 7102 বিভঙ্গ পালি 7103 ধাতুকথা পালি 7104 পুগ্গলপঞ্ঞাত্তি পালি 7105 কথাবত্থু পালি 7106 যমক পালি-১ 7107 যমক পালি-২ 7108 যমক পালি-৩ 7109 পট্ঠান পালি-১ 7110 পট্ঠান পালি-২ 7111 পট্ঠান পালি-৩ 7112 পট্ঠান পালি-৪ 7113 পট্ঠান পালি-৫	7201 ধম্মসংগণি অট্ঠকথা 7202 সম্মোহবিনোদনী অট্ঠকথা 7203 পঞ্চপকরণ অট্ঠকথা	7301 ধম্মসংগণী-মূলটীকা 7302 বিভঙ্গ-মূলটীকা 7303 পঞ্চপকরণ-মূলটীকা 7304 ধম্মসংগণী-অনুটীকা 7305 পঞ্চপকরণ-অনুটীকা 7306 অভিধম্মাবতারো-নামরূপপরিচ্ছেদো 7307 অভিধম্মত্থসংগহো 7308 অভিধম্মাবতার-পুরাণটীকা 7309 অভিধম্মমাতিকাপালি

中文
巴利	義註	複註	藏外典籍
1101 巴拉基咖（波羅夷） 1102 巴吉帝亞（波逸提） 1103 大品（律藏） 1104 小品 1105 附隨	1201 巴拉基咖（波羅夷）義註-1 1202 巴拉基咖（波羅夷）義註-2 1203 巴吉帝亞（波逸提）義註 1204 大品義註（律藏） 1205 小品義註 1206 附隨義註	1301 心義燈-1 1302 心義燈-2 1303 心義燈-3	1401 疑惑度脫 1402 律攝註釋 1403 金剛智疏 1404 疑難解除疏-1 1405 疑難解除疏-2 1406 律莊嚴疏-1 1407 律莊嚴疏-2 1408 古老解惑疏 1409 律抉擇-上抉擇 1410 律抉擇疏-1 1411 律抉擇疏-2 1412 巴吉帝亞等啟請經 1413 小戒學-根本戒學 8401 清淨道論-1 8402 清淨道論-2 8403 清淨道大複註-1 8404 清淨道大複註-2 8405 清淨道論導論 8406 長部問答 8407 中部問答 8408 相應部問答 8409 增支部問答 8410 律藏問答 8411 論藏問答 8412 義注問答 8413 語言學詮釋手冊 8414 勝義顯揚 8415 隨燈論誦 8416 發趣論燈論 8417 禮敬文 8418 大禮敬文 8419 依相讚佛偈 8420 經讚 8421 蓮花供 8422 勝者莊嚴 8423 語蜜 8424 佛德偈集 8425 小史 8427 佛教史 8426 大史 8429 目犍連文法 8428 迦旃延文法 8430 文法寶鑑（詞幹篇） 8431 文法寶鑑（詞根篇） 8432 詞形成論 8433 目犍連五章 8434 應用成就讀本 8435 音韻論讀本 8436 阿毗曇燈讀本 8437 阿毗曇燈疏 8438 妙莊嚴論讀本 8439 妙莊嚴論疏 8440 初學入門義抉擇精要 8446 詩王智論 8447 智論花鬘 8445 法智論 8444 大羅漢智論 8441 世間智論 8442 經典智論 8443 勇士百智論 8450 考底利耶智論 8448 人眼燈 8449 四護衛燈 8451 妙味之流 8452 界清淨 8453 韋桑達拉頌 8454 目犍連語釋五章 8455 塔史 8456 佛牙史 8457 詞根讀本注釋 8458 舍利史 8459 象頭山寺史 8460 勝者行傳 8461 勝者宗燈 8462 油鍋偈 8463 彌蘭王問疏 8464 詞花鬘 8465 詞成就論 8466 正理滴論 8467 迦旃延詞根注 8468 邊境山注釋
2101 戒蘊品 2102 大品（長部） 2103 波梨品	2201 戒蘊品註義註 2202 大品義註（長部） 2203 波梨品義註	2301 戒蘊品疏 2302 大品複註（長部） 2303 波梨品複註 2304 戒蘊品新複註-1 2305 戒蘊品新複註-2
3101 根本五十經 3102 中五十經 3103 後五十經	3201 根本五十義註-1 3202 根本五十義註-2 3203 中五十義註 3204 後五十義註	3301 根本五十經複註 3302 中五十經複註 3303 後五十經複註
4101 有偈品 4102 因緣品 4103 蘊品 4104 六處品 4105 大品（相應部）	4201 有偈品義注 4202 因緣品義注 4203 蘊品義注 4204 六處品義注 4205 大品義注（相應部）	4301 有偈品複註 4302 因緣品註 4303 蘊品複註 4304 六處品複註 4305 大品複註（相應部）
5101 一集經 5102 二集經 5103 三集經 5104 四集經 5105 五集經 5106 六集經 5107 七集經 5108 八集等經 5109 九集經 5110 十集經 5111 十一集經	5201 一集義註 5202 二、三、四集義註 5203 五、六、七集義註 5204 八、九、十、十一集義註	5301 一集複註 5302 二、三、四集複註 5303 五、六、七集複註 5304 八集等複註
6101 小誦 6102 法句經 6103 自說 6104 如是語 6105 經集 6106 天宮事 6107 餓鬼事 6108 長老偈 6109 長老尼偈 6110 譬喻-1 6111 譬喻-2 6112 諸佛史 6113 所行藏 6114 本生-1 6115 本生-2 6116 大義釋 6117 小義釋 6118 無礙解道 6119 導論 6120 彌蘭王問 6121 藏釋	6201 小誦義注 6202 法句義注-1 6203 法句義注-2 6204 自說義注 6205 如是語義註 6206 經集義注-1 6207 經集義注-2 6208 天宮事義注 6209 餓鬼事義注 6210 長老偈義注-1 6211 長老偈義注-2 6212 長老尼義注 6213 譬喻義注-1 6214 譬喻義注-2 6215 諸佛史義注 6216 所行藏義注 6217 本生義注-1 6218 本生義注-2 6219 本生義注-3 6220 本生義注-4 6221 本生義注-5 6222 本生義注-6 6223 本生義注-7 6224 大義釋義注 6225 小義釋義注 6226 無礙解道義注-1 6227 無礙解道義注-2 6228 導論義注	6301 導論複註 6302 導論明解
7101 法集論 7102 分別論 7103 界論 7104 人施設論 7105 論事 7106 雙論-1 7107 雙論-2 7108 雙論-3 7109 發趣論-1 7110 發趣論-2 7111 發趣論-3 7112 發趣論-4 7113 發趣論-5	7201 法集論義註 7202 分別論義註（迷惑冰消） 7203 五部論義註	7301 法集論根本複註 7302 分別論根本複註 7303 五論根本複註 7304 法集論複註 7305 五論複註 7306 阿毘達摩入門 7307 攝阿毘達磨義論 7308 阿毘達摩入門古複註 7309 阿毘達摩論母

English
Pali Canon	Commentaries	Sub-commentaries	Other
1101 Pārājika Pāḷi 1102 Pācittiya Pāḷi 1103 Mahāvagga Pāḷi (Vinaya) 1104 Cūḷavagga Pāḷi 1105 Parivāra Pāḷi	1201 Pārājikakaṇḍa Aṭṭhakathā-1 1202 Pārājikakaṇḍa Aṭṭhakathā-2 1203 Pācittiya Aṭṭhakathā 1204 Mahāvagga Aṭṭhakathā (Vinaya) 1205 Cūḷavagga Aṭṭhakathā 1206 Parivāra Aṭṭhakathā	1301 Sāratthadīpanī Ṭīkā-1 1302 Sāratthadīpanī Ṭīkā-2 1303 Sāratthadīpanī Ṭīkā-3	1401 Dvemātikāpāḷi 1402 Vinayasaṅgaha Aṭṭhakathā 1403 Vajirabuddhi Ṭīkā 1404 Vimativinodanī Ṭīkā-1 1405 Vimativinodanī Ṭīkā-2 1406 Vinayālaṅkāra Ṭīkā-1 1407 Vinayālaṅkāra Ṭīkā-2 1408 Kaṅkhāvitaraṇīpurāṇa Ṭīkā 1409 Vinayavinicchaya-uttaravinicchaya 1410 Vinayavinicchaya Ṭīkā-1 1411 Vinayavinicchaya Ṭīkā-2 1412 Pācityādiyojanāpāḷi 1413 Khuddasikkhā-mūlasikkhā 8401 Visuddhimagga-1 8402 Visuddhimagga-2 8403 Visuddhimagga-mahāṭīkā-1 8404 Visuddhimagga-mahāṭīkā-2 8405 Visuddhimagga nidānakathā 8406 Dīghanikāya (pu-vi) 8407 Majjhimanikāya (pu-vi) 8408 Saṃyuttanikāya (pu-vi) 8409 Aṅguttaranikāya (pu-vi) 8410 Vinayapiṭaka (pu-vi) 8411 Abhidhammapiṭaka (pu-vi) 8412 Aṭṭhakathā (pu-vi) 8413 Niruttidīpanī 8414 Paramatthadīpanī Saṅgahamahāṭīkāpāṭha 8415 Anudīpanīpāṭha 8416 Paṭṭhānuddesa dīpanīpāṭha 8417 Namakkāraṭīkā 8418 Mahāpaṇāmapāṭha 8419 Lakkhaṇāto buddhathomanāgāthā 8420 Sutavandanā 8421 Kamalāñjali 8422 Jinālaṅkāra 8423 Pajjamadhu 8424 Buddhaguṇagāthāvalī 8425 Cūḷaganthavaṃsa 8427 Sāsanavaṃsa 8426 Mahāvaṃsa 8429 Moggallānabyākaraṇaṃ 8428 Kaccāyanabyākaraṇaṃ 8430 Saddanītippakaraṇaṃ (padamālā) 8431 Saddanītippakaraṇaṃ (dhātumālā) 8432 Padarūpasiddhi 8433 Mogallānapañcikā 8434 Payogasiddhipāṭha 8435 Vuttodayapāṭha 8436 Abhidhānappadīpikāpāṭha 8437 Abhidhānappadīpikāṭīkā 8438 Subodhālaṅkārapāṭha 8439 Subodhālaṅkāraṭīkā 8440 Bālāvatāra gaṇṭhipadatthavinicchayasāra 8446 Kavidappaṇanīti 8447 Nītimañjarī 8445 Dhammanīti 8444 Mahārahanīti 8441 Lokanīti 8442 Suttantanīti 8443 Sūrassatinīti 8450 Cāṇakyanīti 8448 Naradakkhadīpanī 8449 Caturārakkhadīpanī 8451 Rasavāhinī 8452 Sīmavisodhanīpāṭha 8453 Vessantaragīti 8454 Moggallāna vuttivivaraṇapañcikā 8455 Thūpavaṃsa 8456 Dāṭhāvaṃsa 8457 Dhātupāṭhavilāsiniyā 8458 Dhātuvaṃsa 8459 Hatthavanagallavihāravaṃsa 8460 Jinacaritaya 8461 Jinavaṃsadīpaṃ 8462 Telakaṭāhagāthā 8463 Milidaṭīkā 8464 Padamañjarī 8465 Padasādhanaṃ 8466 Saddabindupakaraṇaṃ 8467 Kaccāyanadhātumañjusā 8468 Sāmantakūṭavaṇṇanā
2101 Sīlakkhandhavagga Pāḷi 2102 Mahāvagga Pāḷi (Dīgha) 2103 Pāthikavagga Pāḷi	2201 Sīlakkhandhavagga Aṭṭhakathā 2202 Mahāvagga Aṭṭhakathā (Dīgha) 2203 Pāthikavagga Aṭṭhakathā	2301 Sīlakkhandhavagga Ṭīkā 2302 Mahāvagga Ṭīkā (Dīgha) 2303 Pāthikavagga Ṭīkā 2304 Sīlakkhandhavagga-abhinavaṭīkā-1 2305 Sīlakkhandhavagga-abhinavaṭīkā-2
3101 Mūlapaṇṇāsa Pāḷi 3102 Majjhimapaṇṇāsa Pāḷi 3103 Uparipaṇṇāsa Pāḷi	3201 Mūlapaṇṇāsa Aṭṭhakathā-1 3202 Mūlapaṇṇāsa Aṭṭhakathā-2 3203 Majjhimapaṇṇāsa Aṭṭhakathā 3204 Uparipaṇṇāsa Aṭṭhakathā	3301 Mūlapaṇṇāsa Ṭīkā 3302 Majjhimapaṇṇāsa Ṭīkā 3303 Uparipaṇṇāsa Ṭīkā
4101 Sagāthāvagga Pāḷi 4102 Nidānavagga Pāḷi 4103 Khandhavagga Pāḷi 4104 Saḷāyatanavagga Pāḷi 4105 Mahāvagga Pāḷi (Saṃyutta)	4201 Sagāthāvagga Aṭṭhakathā 4202 Nidānavagga Aṭṭhakathā 4203 Khandhavagga Aṭṭhakathā 4204 Saḷāyatanavagga Aṭṭhakathā 4205 Mahāvagga Aṭṭhakathā (Saṃyutta)	4301 Sagāthāvagga Ṭīkā 4302 Nidānavagga Ṭīkā 4303 Khandhavagga Ṭīkā 4304 Saḷāyatanavagga Ṭīkā 4305 Mahāvagga Ṭīkā (Saṃyutta)
5101 Ekakanipāta Pāḷi 5102 Dukanipāta Pāḷi 5103 Tikanipāta Pāḷi 5104 Catukkanipāta Pāḷi 5105 Pañcakanipāta Pāḷi 5106 Chakkanipāta Pāḷi 5107 Sattakanipāta Pāḷi 5108 Aṭṭhakādinipāta Pāḷi 5109 Navakanipāta Pāḷi 5110 Dasakanipāta Pāḷi 5111 Ekādasakanipāta Pāḷi	5201 Ekakanipāta Aṭṭhakathā 5202 Duka-tika-catukkanipāta Aṭṭhakathā 5203 Pañcaka-chakka-sattakanipāta Aṭṭhakathā 5204 Aṭṭhakādinipāta Aṭṭhakathā	5301 Ekakanipāta Ṭīkā 5302 Duka-tika-catukkanipāta Ṭīkā 5303 Pañcaka-chakka-sattakanipāta Ṭīkā 5304 Aṭṭhakādinipāta Ṭīkā
6101 Khuddakapāṭha Pāḷi 6102 Dhammapada Pāḷi 6103 Udāna Pāḷi 6104 Itivuttaka Pāḷi 6105 Suttanipāta Pāḷi 6106 Vimānavatthu Pāḷi 6107 Petavatthu Pāḷi 6108 Theragāthā Pāḷi 6109 Therīgāthā Pāḷi 6110 Apadāna Pāḷi-1 6111 Apadāna Pāḷi-2 6112 Buddhavaṃsa Pāḷi 6113 Cariyāpiṭaka Pāḷi 6114 Jātaka Pāḷi-1 6115 Jātaka Pāḷi-2 6116 Mahāniddesa Pāḷi 6117 Cūḷaniddesa Pāḷi 6118 Paṭisambhidāmagga Pāḷi 6119 Nettippakaraṇa Pāḷi 6120 Milindapañha Pāḷi 6121 Peṭakopadesa Pāḷi	6201 Khuddakapāṭha Aṭṭhakathā 6202 Dhammapada Aṭṭhakathā-1 6203 Dhammapada Aṭṭhakathā-2 6204 Udāna Aṭṭhakathā 6205 Itivuttaka Aṭṭhakathā 6206 Suttanipāta Aṭṭhakathā-1 6207 Suttanipāta Aṭṭhakathā-2 6208 Vimānavatthu Aṭṭhakathā 6209 Petavatthu Aṭṭhakathā 6210 Theragāthā Aṭṭhakathā-1 6211 Theragāthā Aṭṭhakathā-2 6212 Therīgāthā Aṭṭhakathā 6213 Apadāna Aṭṭhakathā-1 6214 Apadāna Aṭṭhakathā-2 6215 Buddhavaṃsa Aṭṭhakathā 6216 Cariyāpiṭaka Aṭṭhakathā 6217 Jātaka Aṭṭhakathā-1 6218 Jātaka Aṭṭhakathā-2 6219 Jātaka Aṭṭhakathā-3 6220 Jātaka Aṭṭhakathā-4 6221 Jātaka Aṭṭhakathā-5 6222 Jātaka Aṭṭhakathā-6 6223 Jātaka Aṭṭhakathā-7 6224 Mahāniddesa Aṭṭhakathā 6225 Cūḷaniddesa Aṭṭhakathā 6226 Paṭisambhidāmagga Aṭṭhakathā-1 6227 Paṭisambhidāmagga Aṭṭhakathā-2 6228 Nettippakaraṇa Aṭṭhakathā	6301 Nettippakaraṇa Ṭīkā 6302 Nettivibhāvinī
7101 Dhammasaṅgaṇī Pāḷi 7102 Vibhaṅga Pāḷi 7103 Dhātukathā Pāḷi 7104 Puggalapaññatti Pāḷi 7105 Kathāvatthu Pāḷi 7106 Yamaka Pāḷi-1 7107 Yamaka Pāḷi-2 7108 Yamaka Pāḷi-3 7109 Paṭṭhāna Pāḷi-1 7110 Paṭṭhāna Pāḷi-2 7111 Paṭṭhāna Pāḷi-3 7112 Paṭṭhāna Pāḷi-4 7113 Paṭṭhāna Pāḷi-5	7201 Dhammasaṅgaṇi Aṭṭhakathā 7202 Sammohavinodanī Aṭṭhakathā 7203 Pañcapakaraṇa Aṭṭhakathā	7301 Dhammasaṅgaṇī-mūlaṭīkā 7302 Vibhaṅga-mūlaṭīkā 7303 Pañcapakaraṇa-mūlaṭīkā 7304 Dhammasaṅgaṇī-anuṭīkā 7305 Pañcapakaraṇa-anuṭīkā 7306 Abhidhammāvatāro-nāmarūpaparicchedo 7307 Abhidhammatthasaṅgaho 7308 Abhidhammāvatāra-purāṇaṭīkā 7309 Abhidhammamātikāpāḷi

Français
Canon Pali	Commentaires	Sous-commentaires	Autres
1101 Pārājika Pāḷi 1102 Pācittiya Pāḷi 1103 Mahāvagga Pāḷi (Vinaya) 1104 Cūḷavagga Pāḷi 1105 Parivāra Pāḷi	1201 Pārājikakaṇḍa Aṭṭhakathā-1 1202 Pārājikakaṇḍa Aṭṭhakathā-2 1203 Pācittiya Aṭṭhakathā 1204 Mahāvagga Aṭṭhakathā (Vinaya) 1205 Cūḷavagga Aṭṭhakathā 1206 Parivāra Aṭṭhakathā	1301 Sāratthadīpanī Ṭīkā-1 1302 Sāratthadīpanī Ṭīkā-2 1303 Sāratthadīpanī Ṭīkā-3	1401 Dvemātikāpāḷi 1402 Vinayasaṅgaha Aṭṭhakathā 1403 Vajirabuddhi Ṭīkā 1404 Vimativinodanī Ṭīkā-1 1405 Vimativinodanī Ṭīkā-2 1406 Vinayālaṅkāra Ṭīkā-1 1407 Vinayālaṅkāra Ṭīkā-2 1408 Kaṅkhāvitaraṇīpurāṇa Ṭīkā 1409 Vinayavinicchaya-uttaravinicchaya 1410 Vinayavinicchaya Ṭīkā-1 1411 Vinayavinicchaya Ṭīkā-2 1412 Pācityādiyojanāpāḷi 1413 Khuddasikkhā-mūlasikkhā 8401 Visuddhimagga-1 8402 Visuddhimagga-2 8403 Visuddhimagga-mahāṭīkā-1 8404 Visuddhimagga-mahāṭīkā-2 8405 Visuddhimagga nidānakathā 8406 Dīghanikāya (pu-vi) 8407 Majjhimanikāya (pu-vi) 8408 Saṃyuttanikāya (pu-vi) 8409 Aṅguttaranikāya (pu-vi) 8410 Vinayapiṭaka (pu-vi) 8411 Abhidhammapiṭaka (pu-vi) 8412 Aṭṭhakathā (pu-vi) 8413 Niruttidīpanī 8414 Paramatthadīpanī Saṅgahamahāṭīkāpāṭha 8415 Anudīpanīpāṭha 8416 Paṭṭhānuddesa dīpanīpāṭha 8417 Namakkāraṭīkā 8418 Mahāpaṇāmapāṭha 8419 Lakkhaṇāto buddhathomanāgāthā 8420 Sutavandanā 8421 Kamalāñjali 8422 Jinālaṅkāra 8423 Pajjamadhu 8424 Buddhaguṇagāthāvalī 8425 Cūḷaganthavaṃsa 8427 Sāsanavaṃsa 8426 Mahāvaṃsa 8429 Moggallānabyākaraṇaṃ 8428 Kaccāyanabyākaraṇaṃ 8430 Saddanītippakaraṇaṃ (padamālā) 8431 Saddanītippakaraṇaṃ (dhātumālā) 8432 Padarūpasiddhi 8433 Mogallānapañcikā 8434 Payogasiddhipāṭha 8435 Vuttodayapāṭha 8436 Abhidhānappadīpikāpāṭha 8437 Abhidhānappadīpikāṭīkā 8438 Subodhālaṅkārapāṭha 8439 Subodhālaṅkāraṭīkā 8440 Bālāvatāra gaṇṭhipadatthavinicchayasāra 8446 Kavidappaṇanīti 8447 Nītimañjarī 8445 Dhammanīti 8444 Mahārahanīti 8441 Lokanīti 8442 Suttantanīti 8443 Sūrassatinīti 8450 Cāṇakyanīti 8448 Naradakkhadīpanī 8449 Caturārakkhadīpanī 8451 Rasavāhinī 8452 Sīmavisodhanīpāṭha 8453 Vessantaragīti 8454 Moggallāna vuttivivaraṇapañcikā 8455 Thūpavaṃsa 8456 Dāṭhāvaṃsa 8457 Dhātupāṭhavilāsiniyā 8458 Dhātuvaṃsa 8459 Hatthavanagallavihāravaṃsa 8460 Jinacaritaya 8461 Jinavaṃsadīpaṃ 8462 Telakaṭāhagāthā 8463 Milidaṭīkā 8464 Padamañjarī 8465 Padasādhanaṃ 8466 Saddabindupakaraṇaṃ 8467 Kaccāyanadhātumañjusā 8468 Sāmantakūṭavaṇṇanā
2101 Sīlakkhandhavagga Pāḷi 2102 Mahāvagga Pāḷi (Dīgha) 2103 Pāthikavagga Pāḷi	2201 Sīlakkhandhavagga Aṭṭhakathā 2202 Mahāvagga Aṭṭhakathā (Dīgha) 2203 Pāthikavagga Aṭṭhakathā	2301 Sīlakkhandhavagga Ṭīkā 2302 Mahāvagga Ṭīkā (Dīgha) 2303 Pāthikavagga Ṭīkā 2304 Sīlakkhandhavagga-abhinavaṭīkā-1 2305 Sīlakkhandhavagga-abhinavaṭīkā-2
3101 Mūlapaṇṇāsa Pāḷi 3102 Majjhimapaṇṇāsa Pāḷi 3103 Uparipaṇṇāsa Pāḷi	3201 Mūlapaṇṇāsa Aṭṭhakathā-1 3202 Mūlapaṇṇāsa Aṭṭhakathā-2 3203 Majjhimapaṇṇāsa Aṭṭhakathā 3204 Uparipaṇṇāsa Aṭṭhakathā	3301 Mūlapaṇṇāsa Ṭīkā 3302 Majjhimapaṇṇāsa Ṭīkā 3303 Uparipaṇṇāsa Ṭīkā
4101 Sagāthāvagga Pāḷi 4102 Nidānavagga Pāḷi 4103 Khandhavagga Pāḷi 4104 Saḷāyatanavagga Pāḷi 4105 Mahāvagga Pāḷi (Saṃyutta)	4201 Sagāthāvagga Aṭṭhakathā 4202 Nidānavagga Aṭṭhakathā 4203 Khandhavagga Aṭṭhakathā 4204 Saḷāyatanavagga Aṭṭhakathā 4205 Mahāvagga Aṭṭhakathā (Saṃyutta)	4301 Sagāthāvagga Ṭīkā 4302 Nidānavagga Ṭīkā 4303 Khandhavagga Ṭīkā 4304 Saḷāyatanavagga Ṭīkā 4305 Mahāvagga Ṭīkā (Saṃyutta)
5101 Ekakanipāta Pāḷi 5102 Dukanipāta Pāḷi 5103 Tikanipāta Pāḷi 5104 Catukkanipāta Pāḷi 5105 Pañcakanipāta Pāḷi 5106 Chakkanipāta Pāḷi 5107 Sattakanipāta Pāḷi 5108 Aṭṭhakādinipāta Pāḷi 5109 Navakanipāta Pāḷi 5110 Dasakanipāta Pāḷi 5111 Ekādasakanipāta Pāḷi	5201 Ekakanipāta Aṭṭhakathā 5202 Duka-tika-catukkanipāta Aṭṭhakathā 5203 Pañcaka-chakka-sattakanipāta Aṭṭhakathā 5204 Aṭṭhakādinipāta Aṭṭhakathā	5301 Ekakanipāta Ṭīkā 5302 Duka-tika-catukkanipāta Ṭīkā 5303 Pañcaka-chakka-sattakanipāta Ṭīkā 5304 Aṭṭhakādinipāta Ṭīkā
6101 Khuddakapāṭha Pāḷi 6102 Dhammapada Pāḷi 6103 Udāna Pāḷi 6104 Itivuttaka Pāḷi 6105 Suttanipāta Pāḷi 6106 Vimānavatthu Pāḷi 6107 Petavatthu Pāḷi 6108 Theragāthā Pāḷi 6109 Therīgāthā Pāḷi 6110 Apadāna Pāḷi-1 6111 Apadāna Pāḷi-2 6112 Buddhavaṃsa Pāḷi 6113 Cariyāpiṭaka Pāḷi 6114 Jātaka Pāḷi-1 6115 Jātaka Pāḷi-2 6116 Mahāniddesa Pāḷi 6117 Cūḷaniddesa Pāḷi 6118 Paṭisambhidāmagga Pāḷi 6119 Nettippakaraṇa Pāḷi 6120 Milindapañha Pāḷi 6121 Peṭakopadesa Pāḷi	6201 Khuddakapāṭha Aṭṭhakathā 6202 Dhammapada Aṭṭhakathā-1 6203 Dhammapada Aṭṭhakathā-2 6204 Udāna Aṭṭhakathā 6205 Itivuttaka Aṭṭhakathā 6206 Suttanipāta Aṭṭhakathā-1 6207 Suttanipāta Aṭṭhakathā-2 6208 Vimānavatthu Aṭṭhakathā 6209 Petavatthu Aṭṭhakathā 6210 Theragāthā Aṭṭhakathā-1 6211 Theragāthā Aṭṭhakathā-2 6212 Therīgāthā Aṭṭhakathā 6213 Apadāna Aṭṭhakathā-1 6214 Apadāna Aṭṭhakathā-2 6215 Buddhavaṃsa Aṭṭhakathā 6216 Cariyāpiṭaka Aṭṭhakathā 6217 Jātaka Aṭṭhakathā-1 6218 Jātaka Aṭṭhakathā-2 6219 Jātaka Aṭṭhakathā-3 6220 Jātaka Aṭṭhakathā-4 6221 Jātaka Aṭṭhakathā-5 6222 Jātaka Aṭṭhakathā-6 6223 Jātaka Aṭṭhakathā-7 6224 Mahāniddesa Aṭṭhakathā 6225 Cūḷaniddesa Aṭṭhakathā 6226 Paṭisambhidāmagga Aṭṭhakathā-1 6227 Paṭisambhidāmagga Aṭṭhakathā-2 6228 Nettippakaraṇa Aṭṭhakathā	6301 Nettippakaraṇa Ṭīkā 6302 Nettivibhāvinī
7101 Dhammasaṅgaṇī Pāḷi 7102 Vibhaṅga Pāḷi 7103 Dhātukathā Pāḷi 7104 Puggalapaññatti Pāḷi 7105 Kathāvatthu Pāḷi 7106 Yamaka Pāḷi-1 7107 Yamaka Pāḷi-2 7108 Yamaka Pāḷi-3 7109 Paṭṭhāna Pāḷi-1 7110 Paṭṭhāna Pāḷi-2 7111 Paṭṭhāna Pāḷi-3 7112 Paṭṭhāna Pāḷi-4 7113 Paṭṭhāna Pāḷi-5	7201 Dhammasaṅgaṇi Aṭṭhakathā 7202 Sammohavinodanī Aṭṭhakathā 7203 Pañcapakaraṇa Aṭṭhakathā	7301 Dhammasaṅgaṇī-mūlaṭīkā 7302 Vibhaṅga-mūlaṭīkā 7303 Pañcapakaraṇa-mūlaṭīkā 7304 Dhammasaṅgaṇī-anuṭīkā 7305 Pañcapakaraṇa-anuṭīkā 7306 Abhidhammāvatāro-nāmarūpaparicchedo 7307 Abhidhammatthasaṅgaho 7308 Abhidhammāvatāra-purāṇaṭīkā 7309 Abhidhammamātikāpāḷi

Deutsch
Pali-Kanon	Kommentare	Subkommentare	Sonstige
1101 Pārājika Pāḷi 1102 Pācittiya Pāḷi 1103 Mahāvagga Pāḷi (Vinaya) 1104 Cūḷavagga Pāḷi 1105 Parivāra Pāḷi	1201 Pārājikakaṇḍa Aṭṭhakathā-1 1202 Pārājikakaṇḍa Aṭṭhakathā-2 1203 Pācittiya Aṭṭhakathā 1204 Mahāvagga Aṭṭhakathā (Vinaya) 1205 Cūḷavagga Aṭṭhakathā 1206 Parivāra Aṭṭhakathā	1301 Sāratthadīpanī Ṭīkā-1 1302 Sāratthadīpanī Ṭīkā-2 1303 Sāratthadīpanī Ṭīkā-3	1401 Dvemātikāpāḷi 1402 Vinayasaṅgaha Aṭṭhakathā 1403 Vajirabuddhi Ṭīkā 1404 Vimativinodanī Ṭīkā-1 1405 Vimativinodanī Ṭīkā-2 1406 Vinayālaṅkāra Ṭīkā-1 1407 Vinayālaṅkāra Ṭīkā-2 1408 Kaṅkhāvitaraṇīpurāṇa Ṭīkā 1409 Vinayavinicchaya-uttaravinicchaya 1410 Vinayavinicchaya Ṭīkā-1 1411 Vinayavinicchaya Ṭīkā-2 1412 Pācityādiyojanāpāḷi 1413 Khuddasikkhā-mūlasikkhā 8401 Visuddhimagga-1 8402 Visuddhimagga-2 8403 Visuddhimagga-mahāṭīkā-1 8404 Visuddhimagga-mahāṭīkā-2 8405 Visuddhimagga nidānakathā 8406 Dīghanikāya (pu-vi) 8407 Majjhimanikāya (pu-vi) 8408 Saṃyuttanikāya (pu-vi) 8409 Aṅguttaranikāya (pu-vi) 8410 Vinayapiṭaka (pu-vi) 8411 Abhidhammapiṭaka (pu-vi) 8412 Aṭṭhakathā (pu-vi) 8413 Niruttidīpanī 8414 Paramatthadīpanī Saṅgahamahāṭīkāpāṭha 8415 Anudīpanīpāṭha 8416 Paṭṭhānuddesa dīpanīpāṭha 8417 Namakkāraṭīkā 8418 Mahāpaṇāmapāṭha 8419 Lakkhaṇāto buddhathomanāgāthā 8420 Sutavandanā 8421 Kamalāñjali 8422 Jinālaṅkāra 8423 Pajjamadhu 8424 Buddhaguṇagāthāvalī 8425 Cūḷaganthavaṃsa 8427 Sāsanavaṃsa 8426 Mahāvaṃsa 8429 Moggallānabyākaraṇaṃ 8428 Kaccāyanabyākaraṇaṃ 8430 Saddanītippakaraṇaṃ (padamālā) 8431 Saddanītippakaraṇaṃ (dhātumālā) 8432 Padarūpasiddhi 8433 Mogallānapañcikā 8434 Payogasiddhipāṭha 8435 Vuttodayapāṭha 8436 Abhidhānappadīpikāpāṭha 8437 Abhidhānappadīpikāṭīkā 8438 Subodhālaṅkārapāṭha 8439 Subodhālaṅkāraṭīkā 8440 Bālāvatāra gaṇṭhipadatthavinicchayasāra 8446 Kavidappaṇanīti 8447 Nītimañjarī 8445 Dhammanīti 8444 Mahārahanīti 8441 Lokanīti 8442 Suttantanīti 8443 Sūrassatinīti 8450 Cāṇakyanīti 8448 Naradakkhadīpanī 8449 Caturārakkhadīpanī 8451 Rasavāhinī 8452 Sīmavisodhanīpāṭha 8453 Vessantaragīti 8454 Moggallāna vuttivivaraṇapañcikā 8455 Thūpavaṃsa 8456 Dāṭhāvaṃsa 8457 Dhātupāṭhavilāsiniyā 8458 Dhātuvaṃsa 8459 Hatthavanagallavihāravaṃsa 8460 Jinacaritaya 8461 Jinavaṃsadīpaṃ 8462 Telakaṭāhagāthā 8463 Milidaṭīkā 8464 Padamañjarī 8465 Padasādhanaṃ 8466 Saddabindupakaraṇaṃ 8467 Kaccāyanadhātumañjusā 8468 Sāmantakūṭavaṇṇanā
2101 Sīlakkhandhavagga Pāḷi 2102 Mahāvagga Pāḷi (Dīgha) 2103 Pāthikavagga Pāḷi	2201 Sīlakkhandhavagga Aṭṭhakathā 2202 Mahāvagga Aṭṭhakathā (Dīgha) 2203 Pāthikavagga Aṭṭhakathā	2301 Sīlakkhandhavagga Ṭīkā 2302 Mahāvagga Ṭīkā (Dīgha) 2303 Pāthikavagga Ṭīkā 2304 Sīlakkhandhavagga-abhinavaṭīkā-1 2305 Sīlakkhandhavagga-abhinavaṭīkā-2
3101 Mūlapaṇṇāsa Pāḷi 3102 Majjhimapaṇṇāsa Pāḷi 3103 Uparipaṇṇāsa Pāḷi	3201 Mūlapaṇṇāsa Aṭṭhakathā-1 3202 Mūlapaṇṇāsa Aṭṭhakathā-2 3203 Majjhimapaṇṇāsa Aṭṭhakathā 3204 Uparipaṇṇāsa Aṭṭhakathā	3301 Mūlapaṇṇāsa Ṭīkā 3302 Majjhimapaṇṇāsa Ṭīkā 3303 Uparipaṇṇāsa Ṭīkā
4101 Sagāthāvagga Pāḷi 4102 Nidānavagga Pāḷi 4103 Khandhavagga Pāḷi 4104 Saḷāyatanavagga Pāḷi 4105 Mahāvagga Pāḷi (Saṃyutta)	4201 Sagāthāvagga Aṭṭhakathā 4202 Nidānavagga Aṭṭhakathā 4203 Khandhavagga Aṭṭhakathā 4204 Saḷāyatanavagga Aṭṭhakathā 4205 Mahāvagga Aṭṭhakathā (Saṃyutta)	4301 Sagāthāvagga Ṭīkā 4302 Nidānavagga Ṭīkā 4303 Khandhavagga Ṭīkā 4304 Saḷāyatanavagga Ṭīkā 4305 Mahāvagga Ṭīkā (Saṃyutta)
5101 Ekakanipāta Pāḷi 5102 Dukanipāta Pāḷi 5103 Tikanipāta Pāḷi 5104 Catukkanipāta Pāḷi 5105 Pañcakanipāta Pāḷi 5106 Chakkanipāta Pāḷi 5107 Sattakanipāta Pāḷi 5108 Aṭṭhakādinipāta Pāḷi 5109 Navakanipāta Pāḷi 5110 Dasakanipāta Pāḷi 5111 Ekādasakanipāta Pāḷi	5201 Ekakanipāta Aṭṭhakathā 5202 Duka-tika-catukkanipāta Aṭṭhakathā 5203 Pañcaka-chakka-sattakanipāta Aṭṭhakathā 5204 Aṭṭhakādinipāta Aṭṭhakathā	5301 Ekakanipāta Ṭīkā 5302 Duka-tika-catukkanipāta Ṭīkā 5303 Pañcaka-chakka-sattakanipāta Ṭīkā 5304 Aṭṭhakādinipāta Ṭīkā
6101 Khuddakapāṭha Pāḷi 6102 Dhammapada Pāḷi 6103 Udāna Pāḷi 6104 Itivuttaka Pāḷi 6105 Suttanipāta Pāḷi 6106 Vimānavatthu Pāḷi 6107 Petavatthu Pāḷi 6108 Theragāthā Pāḷi 6109 Therīgāthā Pāḷi 6110 Apadāna Pāḷi-1 6111 Apadāna Pāḷi-2 6112 Buddhavaṃsa Pāḷi 6113 Cariyāpiṭaka Pāḷi 6114 Jātaka Pāḷi-1 6115 Jātaka Pāḷi-2 6116 Mahāniddesa Pāḷi 6117 Cūḷaniddesa Pāḷi 6118 Paṭisambhidāmagga Pāḷi 6119 Nettippakaraṇa Pāḷi 6120 Milindapañha Pāḷi 6121 Peṭakopadesa Pāḷi	6201 Khuddakapāṭha Aṭṭhakathā 6202 Dhammapada Aṭṭhakathā-1 6203 Dhammapada Aṭṭhakathā-2 6204 Udāna Aṭṭhakathā 6205 Itivuttaka Aṭṭhakathā 6206 Suttanipāta Aṭṭhakathā-1 6207 Suttanipāta Aṭṭhakathā-2 6208 Vimānavatthu Aṭṭhakathā 6209 Petavatthu Aṭṭhakathā 6210 Theragāthā Aṭṭhakathā-1 6211 Theragāthā Aṭṭhakathā-2 6212 Therīgāthā Aṭṭhakathā 6213 Apadāna Aṭṭhakathā-1 6214 Apadāna Aṭṭhakathā-2 6215 Buddhavaṃsa Aṭṭhakathā 6216 Cariyāpiṭaka Aṭṭhakathā 6217 Jātaka Aṭṭhakathā-1 6218 Jātaka Aṭṭhakathā-2 6219 Jātaka Aṭṭhakathā-3 6220 Jātaka Aṭṭhakathā-4 6221 Jātaka Aṭṭhakathā-5 6222 Jātaka Aṭṭhakathā-6 6223 Jātaka Aṭṭhakathā-7 6224 Mahāniddesa Aṭṭhakathā 6225 Cūḷaniddesa Aṭṭhakathā 6226 Paṭisambhidāmagga Aṭṭhakathā-1 6227 Paṭisambhidāmagga Aṭṭhakathā-2 6228 Nettippakaraṇa Aṭṭhakathā	6301 Nettippakaraṇa Ṭīkā 6302 Nettivibhāvinī
7101 Dhammasaṅgaṇī Pāḷi 7102 Vibhaṅga Pāḷi 7103 Dhātukathā Pāḷi 7104 Puggalapaññatti Pāḷi 7105 Kathāvatthu Pāḷi 7106 Yamaka Pāḷi-1 7107 Yamaka Pāḷi-2 7108 Yamaka Pāḷi-3 7109 Paṭṭhāna Pāḷi-1 7110 Paṭṭhāna Pāḷi-2 7111 Paṭṭhāna Pāḷi-3 7112 Paṭṭhāna Pāḷi-4 7113 Paṭṭhāna Pāḷi-5	7201 Dhammasaṅgaṇi Aṭṭhakathā 7202 Sammohavinodanī Aṭṭhakathā 7203 Pañcapakaraṇa Aṭṭhakathā	7301 Dhammasaṅgaṇī-mūlaṭīkā 7302 Vibhaṅga-mūlaṭīkā 7303 Pañcapakaraṇa-mūlaṭīkā 7304 Dhammasaṅgaṇī-anuṭīkā 7305 Pañcapakaraṇa-anuṭīkā 7306 Abhidhammāvatāro-nāmarūpaparicchedo 7307 Abhidhammatthasaṅgaho 7308 Abhidhammāvatāra-purāṇaṭīkā 7309 Abhidhammamātikāpāḷi

हिंदी
पाली कैनन	कमेंट्री	उप-टिप्पणियाँ	अन्य
1101 पाराजिक पाळि 1102 पाचित्तिय पाळि 1103 महावग्ग पाळि (विनय) 1104 चूळवग्ग पाळि 1105 परिवार पाळि	1201 पाराजिककण्ड अट्ठकथा-1 1202 पाराजिककण्ड अट्ठकथा-2 1203 पाचित्तिय अट्ठकथा 1204 महावग्ग अट्ठकथा (विनय) 1205 चूळवग्ग अट्ठकथा 1206 परिवार अट्ठकथा	1301 सारत्थदीपनी टीका-1 1302 सारत्थदीपनी टीका-2 1303 सारत्थदीपनी टीका-3	1401 द्वेमातिकापाळि 1402 विनयसंगह अट्ठकथा 1403 वजिरबुद्धि टीका 1404 विमतिविनोदनी टीका-1 1405 विमतिविनोदनी टीका-2 1406 विनयालंकार टीका-1 1407 विनयालंकार टीका-2 1408 कंखावितरणीपुराण टीका 1409 विनयविनिच्छय-उत्तरविनिच्छय 1410 विनयविनिच्छय टीका-1 1411 विनयविनिच्छय टीका-2 1412 पाचित्यादियोजनापाळि 1413 खुद्दसिक्खा-मूलसिक्खा 8401 विसुद्धिमग्ग-1 8402 विसुद्धिमग्ग-2 8403 विसुद्धिमग्ग-महाटीका-1 8404 विसुद्धिमग्ग-महाटीका-2 8405 विसुद्धिमग्ग निदानकथा 8406 दीघनिकाय (पु-वि) 8407 मज्झिमनिकाय (पु-वि) 8408 संयुत्तनिकाय (पु-वि) 8409 अङ्गुत्तरनिकाय (पु-वि) 8410 विनयपिटक (पु-वि) 8411 अभिधम्मपिटक (पु-वि) 8412 अट्ठकथा (पु-वि) 8413 निरुत्तिदीपनी 8414 परमत्थदीपनी सङ्गहमहाटीकापाठ 8415 अनुदीपनीपाठ 8416 पट्ठानुद्देस दीपनीपाठ 8417 नमक्कारटीका 8418 महापणामपाठ 8419 लक्खणातो बुद्धथोमनागाथा 8420 सुतवन्दना 8421 कमलाञ्जलि 8422 जिनालंकार 8423 पज्जमधु 8424 बुद्धगुणगाथावली 8425 चूळगन्थवंस 8427 सासनवंस 8426 महावंस 8429 मोग्गल्लानब्याकरणं 8428 कच्चायनब्याकरणं 8430 सद्दनीतिप्पकरणं (पदमाला) 8431 सद्दनीतिप्पकरणं (धातुमाला) 8432 पदरूपसिद्धि 8433 मोग्गल्लानपञ्चिका 8434 पयोगसिद्धिपाठ 8435 वुत्तोदयपाठ 8436 अभिधानप्पदीपिकापाठ 8437 अभिधानप्पदीपिकाटीका 8438 सुबोधालंकारपाठ 8439 सुबोधालंकारटीका 8440 बालावतार गण्ठिपदत्थविनिच्छयसार 8446 कविदप्पणनीति 8447 नीतिमञ्जरी 8445 धम्मनीति 8444 महारहनीति 8441 लोकनीति 8442 सुत्तन्तनीति 8443 सूरस्सतीनीति 8450 चाणक्यनीति 8448 नरदक्खदीपनी 8449 चतुरारक्खदीपनी 8451 रसवाहिनी 8452 सीमविसोधनीपाठ 8453 वेस्सन्तरगीति 8454 मोग्गल्लान वुत्तिविवरणपञ्चिका 8455 थूपवंस 8456 दाठावंस 8457 धातुपाठविलासिनिया 8458 धातुवंस 8459 हत्थवनगल्लविहारवंस 8460 जिनचरितय 8461 जिनवंसदीपं 8462 तेलकटाहगाथा 8463 मिलिदटीका 8464 पदमञ्जरी 8465 पदसाधनं 8466 सद्दबिन्दुपकरणं 8467 कच्चायनधातुमञ्जुसा 8468 सामन्तकूटवण्णना
2101 सीलक्खन्धवग्ग पाळि 2102 महावग्ग पाळि (दीघ) 2103 पाथिकवग्ग पाळि	2201 सीलक्खन्धवग्ग अट्ठकथा 2202 महावग्ग अट्ठकथा (दीघ) 2203 पाथिकवग्ग अट्ठकथा	2301 सीलक्खन्धवग्ग टीका 2302 महावग्ग टीका (दीघ) 2303 पाथिकवग्ग टीका 2304 सीलक्खन्धवग्ग-अभिनवटीका-1 2305 सीलक्खन्धवग्ग-अभिनवटीका-2
3101 मूलपण्णास पाळि 3102 मज्झिमपण्णास पाळि 3103 उपरिपण्णास पाळि	3201 मूलपण्णास अट्ठकथा-1 3202 मूलपण्णास अट्ठकथा-2 3203 मज्झिमपण्णास अट्ठकथा 3204 उपरिपण्णास अट्ठकथा	3301 मूलपण्णास टीका 3302 मज्झिमपण्णास टीका 3303 उपरिपण्णास टीका
4101 सगाथावग्ग पाळि 4102 निदानवग्ग पाळि 4103 खन्धवग्ग पाळि 4104 सळायतनवग्ग पाळि 4105 महावग्ग पाळि (संयुत्त)	4201 सगाथावग्ग अट्ठकथा 4202 निदानवग्ग अट्ठकथा 4203 खन्धवग्ग अट्ठकथा 4204 सळायतनवग्ग अट्ठकथा 4205 महावग्ग अट्ठकथा (संयुत्त)	4301 सगाथावग्ग टीका 4302 निदानवग्ग टीका 4303 खन्धवग्ग टीका 4304 सळायतनवग्ग टीका 4305 महावग्ग टीका (संयुत्त)
5101 एककनिपात पाळि 5102 दुकनिपात पाळि 5103 तिकनिपात पाळि 5104 चतुक्कनिपात पाळि 5105 पञ्चकनिपात पाळि 5106 छक्कनिपात पाळि 5107 सत्तकनिपात पाळि 5108 अट्ठकादिनिपात पाळि 5109 नवकनिपात पाळि 5110 दसकनिपात पाळि 5111 एकादसकनिपात पाळि	5201 एककनिपात अट्ठकथा 5202 दुक-तिक-चतुक्कनिपात अट्ठकथा 5203 पञ्चक-छक्क-सत्तकनिपात अट्ठकथा 5204 अट्ठकादिनिपात अट्ठकथा	5301 एककनिपात टीका 5302 दुक-तिक-चतुक्कनिपात टीका 5303 पञ्चक-छक्क-सत्तकनिपात टीका 5304 अट्ठकादिनिपात टीका
6101 खुद्दकपाठ पाळि 6102 धम्मपद पाळि 6103 उदान पाळि 6104 इतिवुत्तक पाळि 6105 सुत्तनिपात पाळि 6106 विमानवत्थु पाळि 6107 पेतवत्थु पाळि 6108 थेरगाथा पाळि 6109 थेरीगाथा पाळि 6110 अपदान पाळि-1 6111 अपदान पाळि-2 6112 बुद्धवंस पाळि 6113 चरियापिटक पाळि 6114 जातक पाळि-1 6115 जातक पाळि-2 6116 महानिद्देस पाळि 6117 चूळनिद्देस पाळि 6118 पटिसम्भिदामग्ग पाळि 6119 नेत्तिप्पकरण पाळि 6120 मिलिन्दपञ्ह पाळि 6121 पेटकोपदेस पाळि	6201 खुद्दकपाठ अट्ठकथा 6202 धम्मपद अट्ठकथा-1 6203 धम्मपद अट्ठकथा-2 6204 उदान अट्ठकथा 6205 इतिवुत्तक अट्ठकथा 6206 सुत्तनिपात अट्ठकथा-1 6207 सुत्तनिपात अट्ठकथा-2 6208 विमानवत्थु अट्ठकथा 6209 पेतवत्थु अट्ठकथा 6210 थेरगाथा अट्ठकथा-1 6211 थेरगाथा अट्ठकथा-2 6212 थेरीगाथा अट्ठकथा 6213 अपदान अट्ठकथा-1 6214 अपदान अट्ठकथा-2 6215 बुद्धवंस अट्ठकथा 6216 चरियापिटक अट्ठकथा 6217 जातक अट्ठकथा-1 6218 जातक अट्ठकथा-2 6219 जातक अट्ठकथा-3 6220 जातक अट्ठकथा-4 6221 जातक अट्ठकथा-5 6222 जातक अट्ठकथा-6 6223 जातक अट्ठकथा-7 6224 महानिद्देस अट्ठकथा 6225 चूळनिद्देस अट्ठकथा 6226 पटिसम्भिदामग्ग अट्ठकथा-1 6227 पटिसम्भिदामग्ग अट्ठकथा-2 6228 नेत्तिप्पकरण अट्ठकथा	6301 नेत्तिप्पकरण टीका 6302 नेत्तिविभाविनी
7101 धम्मसङ्गणी पाळि 7102 विभङ्ग पाळि 7103 धातुकथा पाळि 7104 पुग्गलपञ्ञत्ति पाळि 7105 कथावत्थु पाळि 7106 यमक पाळि-1 7107 यमक पाळि-2 7108 यमक पाळि-3 7109 पट्ठान पाळि-1 7110 पट्ठान पाळि-2 7111 पट्ठान पाळि-3 7112 पट्ठान पाळि-4 7113 पट्ठान पाळि-5	7201 धम्मसङ्गणि अट्ठकथा 7202 सम्मोहविनोदनी अट्ठकथा 7203 पञ्चपकरण अट्ठकथा	7301 धम्मसङ्गणी-मूलटीका 7302 विभङ्ग-मूलटीका 7303 पञ्चपकरण-मूलटीका 7304 धम्मसङ्गणी-अनुटीका 7305 पञ्चपकरण-अनुटीका 7306 अभिधम्मावतारो-नामरूपपरिच्छेदो 7307 अभिधम्मत्थसङ्गहो 7308 अभिधम्मावतार-पुराणटीका 7309 अभिधम्ममातिकापाळि

Indonesia
Kanon Pali	Komentar	Sub-komentar	Lainnya
1101 Pārājika Pāḷi 1102 Pācittiya Pāḷi 1103 Mahāvagga Pāḷi (Vinaya) 1104 Cūḷavagga Pāḷi 1105 Parivāra Pāḷi	1201 Pārājikakaṇḍa Aṭṭhakathā-1 1202 Pārājikakaṇḍa Aṭṭhakathā-2 1203 Pācittiya Aṭṭhakathā 1204 Mahāvagga Aṭṭhakathā (Vinaya) 1205 Cūḷavagga Aṭṭhakathā 1206 Parivāra Aṭṭhakathā	1301 Sāratthadīpanī Ṭīkā-1 1302 Sāratthadīpanī Ṭīkā-2 1303 Sāratthadīpanī Ṭīkā-3	1401 Dvemātikāpāḷi 1402 Vinayasaṅgaha Aṭṭhakathā 1403 Vajirabuddhi Ṭīkā 1404 Vimativinodanī Ṭīkā-1 1405 Vimativinodanī Ṭīkā-2 1406 Vinayālaṅkāra Ṭīkā-1 1407 Vinayālaṅkāra Ṭīkā-2 1408 Kaṅkhāvitaraṇīpurāṇa Ṭīkā 1409 Vinayavinicchaya-uttaravinicchaya 1410 Vinayavinicchaya Ṭīkā-1 1411 Vinayavinicchaya Ṭīkā-2 1412 Pācityādiyojanāpāḷi 1413 Khuddasikkhā-mūlasikkhā 8401 Visuddhimagga-1 8402 Visuddhimagga-2 8403 Visuddhimagga-mahāṭīkā-1 8404 Visuddhimagga-mahāṭīkā-2 8405 Visuddhimagga nidānakathā 8406 Dīghanikāya (pu-vi) 8407 Majjhimanikāya (pu-vi) 8408 Saṃyuttanikāya (pu-vi) 8409 Aṅguttaranikāya (pu-vi) 8410 Vinayapiṭaka (pu-vi) 8411 Abhidhammapiṭaka (pu-vi) 8412 Aṭṭhakathā (pu-vi) 8413 Niruttidīpanī 8414 Paramatthadīpanī Saṅgahamahāṭīkāpāṭha 8415 Anudīpanīpāṭha 8416 Paṭṭhānuddesa dīpanīpāṭha 8417 Namakkāraṭīkā 8418 Mahāpaṇāmapāṭha 8419 Lakkhaṇāto buddhathomanāgāthā 8420 Sutavandanā 8421 Kamalāñjali 8422 Jinālaṅkāra 8423 Pajjamadhu 8424 Buddhaguṇagāthāvalī 8425 Cūḷaganthavaṃsa 8427 Sāsanavaṃsa 8426 Mahāvaṃsa 8429 Moggallānabyākaraṇaṃ 8428 Kaccāyanabyākaraṇaṃ 8430 Saddanītippakaraṇaṃ (padamālā) 8431 Saddanītippakaraṇaṃ (dhātumālā) 8432 Padarūpasiddhi 8433 Mogallānapañcikā 8434 Payogasiddhipāṭha 8435 Vuttodayapāṭha 8436 Abhidhānappadīpikāpāṭha 8437 Abhidhānappadīpikāṭīkā 8438 Subodhālaṅkārapāṭha 8439 Subodhālaṅkāraṭīkā 8440 Bālāvatāra gaṇṭhipadatthavinicchayasāra 8446 Kavidappaṇanīti 8447 Nītimañjarī 8445 Dhammanīti 8444 Mahārahanīti 8441 Lokanīti 8442 Suttantanīti 8443 Sūrassatinīti 8450 Cāṇakyanīti 8448 Naradakkhadīpanī 8449 Caturārakkhadīpanī 8451 Rasavāhinī 8452 Sīmavisodhanīpāṭha 8453 Vessantaragīti 8454 Moggallāna vuttivivaraṇapañcikā 8455 Thūpavaṃsa 8456 Dāṭhāvaṃsa 8457 Dhātupāṭhavilāsiniyā 8458 Dhātuvaṃsa 8459 Hatthavanagallavihāravaṃsa 8460 Jinacaritaya 8461 Jinavaṃsadīpaṃ 8462 Telakaṭāhagāthā 8463 Milidaṭīkā 8464 Padamañjarī 8465 Padasādhanaṃ 8466 Saddabindupakaraṇaṃ 8467 Kaccāyanadhātumañjusā 8468 Sāmantakūṭavaṇṇanā
2101 Sīlakkhandhavagga Pāḷi 2102 Mahāvagga Pāḷi (Dīgha) 2103 Pāthikavagga Pāḷi	2201 Sīlakkhandhavagga Aṭṭhakathā 2202 Mahāvagga Aṭṭhakathā (Dīgha) 2203 Pāthikavagga Aṭṭhakathā	2301 Sīlakkhandhavagga Ṭīkā 2302 Mahāvagga Ṭīkā (Dīgha) 2303 Pāthikavagga Ṭīkā 2304 Sīlakkhandhavagga-abhinavaṭīkā-1 2305 Sīlakkhandhavagga-abhinavaṭīkā-2
3101 Mūlapaṇṇāsa Pāḷi 3102 Majjhimapaṇṇāsa Pāḷi 3103 Uparipaṇṇāsa Pāḷi	3201 Mūlapaṇṇāsa Aṭṭhakathā-1 3202 Mūlapaṇṇāsa Aṭṭhakathā-2 3203 Majjhimapaṇṇāsa Aṭṭhakathā 3204 Uparipaṇṇāsa Aṭṭhakathā	3301 Mūlapaṇṇāsa Ṭīkā 3302 Majjhimapaṇṇāsa Ṭīkā 3303 Uparipaṇṇāsa Ṭīkā
4101 Sagāthāvagga Pāḷi 4102 Nidānavagga Pāḷi 4103 Khandhavagga Pāḷi 4104 Saḷāyatanavagga Pāḷi 4105 Mahāvagga Pāḷi (Saṃyutta)	4201 Sagāthāvagga Aṭṭhakathā 4202 Nidānavagga Aṭṭhakathā 4203 Khandhavagga Aṭṭhakathā 4204 Saḷāyatanavagga Aṭṭhakathā 4205 Mahāvagga Aṭṭhakathā (Saṃyutta)	4301 Sagāthāvagga Ṭīkā 4302 Nidānavagga Ṭīkā 4303 Khandhavagga Ṭīkā 4304 Saḷāyatanavagga Ṭīkā 4305 Mahāvagga Ṭīkā (Saṃyutta)
5101 Ekakanipāta Pāḷi 5102 Dukanipāta Pāḷi 5103 Tikanipāta Pāḷi 5104 Catukkanipāta Pāḷi 5105 Pañcakanipāta Pāḷi 5106 Chakkanipāta Pāḷi 5107 Sattakanipāta Pāḷi 5108 Aṭṭhakādinipāta Pāḷi 5109 Navakanipāta Pāḷi 5110 Dasakanipāta Pāḷi 5111 Ekādasakanipāta Pāḷi	5201 Ekakanipāta Aṭṭhakathā 5202 Duka-tika-catukkanipāta Aṭṭhakathā 5203 Pañcaka-chakka-sattakanipāta Aṭṭhakathā 5204 Aṭṭhakādinipāta Aṭṭhakathā	5301 Ekakanipāta Ṭīkā 5302 Duka-tika-catukkanipāta Ṭīkā 5303 Pañcaka-chakka-sattakanipāta Ṭīkā 5304 Aṭṭhakādinipāta Ṭīkā
6101 Khuddakapāṭha Pāḷi 6102 Dhammapada Pāḷi 6103 Udāna Pāḷi 6104 Itivuttaka Pāḷi 6105 Suttanipāta Pāḷi 6106 Vimānavatthu Pāḷi 6107 Petavatthu Pāḷi 6108 Theragāthā Pāḷi 6109 Therīgāthā Pāḷi 6110 Apadāna Pāḷi-1 6111 Apadāna Pāḷi-2 6112 Buddhavaṃsa Pāḷi 6113 Cariyāpiṭaka Pāḷi 6114 Jātaka Pāḷi-1 6115 Jātaka Pāḷi-2 6116 Mahāniddesa Pāḷi 6117 Cūḷaniddesa Pāḷi 6118 Paṭisambhidāmagga Pāḷi 6119 Nettippakaraṇa Pāḷi 6120 Milindapañha Pāḷi 6121 Peṭakopadesa Pāḷi	6201 Khuddakapāṭha Aṭṭhakathā 6202 Dhammapada Aṭṭhakathā-1 6203 Dhammapada Aṭṭhakathā-2 6204 Udāna Aṭṭhakathā 6205 Itivuttaka Aṭṭhakathā 6206 Suttanipāta Aṭṭhakathā-1 6207 Suttanipāta Aṭṭhakathā-2 6208 Vimānavatthu Aṭṭhakathā 6209 Petavatthu Aṭṭhakathā 6210 Theragāthā Aṭṭhakathā-1 6211 Theragāthā Aṭṭhakathā-2 6212 Therīgāthā Aṭṭhakathā 6213 Apadāna Aṭṭhakathā-1 6214 Apadāna Aṭṭhakathā-2 6215 Buddhavaṃsa Aṭṭhakathā 6216 Cariyāpiṭaka Aṭṭhakathā 6217 Jātaka Aṭṭhakathā-1 6218 Jātaka Aṭṭhakathā-2 6219 Jātaka Aṭṭhakathā-3 6220 Jātaka Aṭṭhakathā-4 6221 Jātaka Aṭṭhakathā-5 6222 Jātaka Aṭṭhakathā-6 6223 Jātaka Aṭṭhakathā-7 6224 Mahāniddesa Aṭṭhakathā 6225 Cūḷaniddesa Aṭṭhakathā 6226 Paṭisambhidāmagga Aṭṭhakathā-1 6227 Paṭisambhidāmagga Aṭṭhakathā-2 6228 Nettippakaraṇa Aṭṭhakathā	6301 Nettippakaraṇa Ṭīkā 6302 Nettivibhāvinī
7101 Dhammasaṅgaṇī Pāḷi 7102 Vibhaṅga Pāḷi 7103 Dhātukathā Pāḷi 7104 Puggalapaññatti Pāḷi 7105 Kathāvatthu Pāḷi 7106 Yamaka Pāḷi-1 7107 Yamaka Pāḷi-2 7108 Yamaka Pāḷi-3 7109 Paṭṭhāna Pāḷi-1 7110 Paṭṭhāna Pāḷi-2 7111 Paṭṭhāna Pāḷi-3 7112 Paṭṭhāna Pāḷi-4 7113 Paṭṭhāna Pāḷi-5	7201 Dhammasaṅgaṇi Aṭṭhakathā 7202 Sammohavinodanī Aṭṭhakathā 7203 Pañcapakaraṇa Aṭṭhakathā	7301 Dhammasaṅgaṇī-mūlaṭīkā 7302 Vibhaṅga-mūlaṭīkā 7303 Pañcapakaraṇa-mūlaṭīkā 7304 Dhammasaṅgaṇī-anuṭīkā 7305 Pañcapakaraṇa-anuṭīkā 7306 Abhidhammāvatāro-nāmarūpaparicchedo 7307 Abhidhammatthasaṅgaho 7308 Abhidhammāvatāra-purāṇaṭīkā 7309 Abhidhammamātikāpāḷi

日文
パーリ仏典	註釈書	副註釈書	その他
1101 パーラージカ・パーリ 1102 パーチッティヤ・パーリ 1103 マハーヴァッガ・パーリ（ヴィナヤ） 1104 チューラヴァッガ・パーリ 1105 パリヴァーラ・パーリ	1201 パーラージカカンダ・アッタカター-1 1202 パーラージカカンダ・アッタカター-2 1203 パーチッティヤ・アッタカター 1204 マハーヴァッガ・アッタカター（ヴィナヤ） 1205 チューラヴァッガ・アッタカター 1206 パリヴァーラ・アッタカター	1301 サーラッタディーパニー・ティーカー-1 1302 サーラッタディーパニー・ティーカー-2 1303 サーラッタディーパニー・ティーカー-3	1401 ドヴェマーティカー・パーリ 1402 ヴィナヤサンガハ・アッタカター 1403 ヴァジラブッディ・ティーカー 1404 ヴィマティヴィノーダニー・ティーカー-1 1405 ヴィマティヴィノーダニー・ティーカー-2 1406 ヴィナヤーランカーラ・ティーカー-1 1407 ヴィナヤーランカーラ・ティーカー-2 1408 カンカーウィタラニープラーナ・ティーカー 1409 ヴィナヤヴィニッチャヤ-ウッタラヴィニッチャヤ 1410 ヴィナヤヴィニッチャヤ・ティーカー-1 1411 ヴィナヤヴィニッチャヤ・ティーカー-2 1412 パーチッティヤーディヨージャナー・パーリ 1413 クッダシッカー-ムーラシッカー 8401 ヴィスッディマッガ-1 8402 ヴィスッディマッガ-2 8403 ヴィスッディマッガ・マハーティーカー-1 8404 ヴィスッディマッガ・マハーティーカー-2 8405 ヴィスッディマッガ・ニダーナカター 8406 ディーガニカーヤ（プ・ヴィ） 8407 マッジマニカーヤ（プ・ヴィ） 8408 サンユッタニカーヤ（プ・ヴィ） 8409 アングッタラニカーヤ（プ・ヴィ） 8410 ヴィナヤピタカ（プ・ヴィ） 8411 アビダンマピタカ（プ・ヴィ） 8412 アッタカター（プ・ヴィ） 8413 ニルッティディーパニー 8414 パラマッタディーパニー・サンガハマハーティカーパータ 8415 アヌディーパニーパータ 8416 パッターヌッデーサ・ディーパニーパータ 8417 ナマッカラ・ティーカー 8418 マハーパナーマ・パータ 8419 ラッカナート・ブッダトーマナーガーター 8420 スタヴァンダナー 8421 カマラーニャジャリ 8422 ジナランカーラ 8423 パッジャマドゥ 8424 ブッダグナガーター・ヴァリー 8425 チューラガンタヴァンサ 8427 サーサナヴァンサ 8426 マハーヴァンサ 8429 モッガラーナ・ビャーカラナン 8428 カッチャーヤナ・ビャーカラナン 8430 サッダニーティッパカラナン（パダマーラー） 8431 サッダニーティッパカラナン（ダートゥマーラー） 8432 パダルーパシッディ 8433 モッガラーナ・パンチカー 8434 パヨーガシッディ・パータ 8435 ヴットーダヤ・パータ 8436 アビダーナッパディーピカー・パータ 8437 アビダーナッパディーピカー・ティーカー 8438 スボーダーランカーラ・パータ 8439 スボーダーランカーラ・ティーカー 8440 バーラーヴァターラ・ガンティパダッタヴィニッチャヤサーラ 8446 カヴィダッパナニーティ 8447 ニーティマンジャリー 8445 ダンマニーティ 8444 マハーラハニーティ 8441 ローカニーティ 8442 スタンタニーティ 8443 スーラッサティニーティ 8450 チャーナキャニーティ 8448 ナラダッカディーパニー 8449 チャトゥラーラッカディーパニー 8451 ラサヴァーヒニー 8452 シーマヴィソーダニー・パータ 8453 ヴェッサンタラ・ギーティ 8454 モッガラーナ・ヴッティヴィヴァラナパンチカー 8455 トゥーパヴァンサ 8456 ダーターヴァンサ 8457 ダートゥパータヴィラーヴィシニヤー 8458 ダートゥヴァンサ 8459 ハッタヴァナッガラヴィハーラヴァンサ 8460 ジナチャリタヤ 8461 ジナヴァンサディーパン 8462 テーラカターガーター 8463 ミリダ・ティーカー 8464 パダマンジャリー 8465 パダサーダナン 8466 サッダビンドゥパカラナン 8467 カッチャーヤナ・ダートゥマンジューサー 8468 サーマンタクータ・ヴァンナナー
2101 シーラッカンダワッガ・パーリ 2102 マハーワッガ・パーリ（ディーガ） 2103 パーティカワッガ・パーリ	2201 シーラッカンダワッガ・アッタカター 2202 マハーワッガ・アッタカター（ディーガ） 2203 パーティカワッガ・アッタカター	2301 シーラッカンダワッガ・ティーカー 2302 マハーワッガ・ティーカー（ディーガ） 2303 パーティカワッガ・ティーカー 2304 シーラッカンダワッガ・アビナワティーカー-1 2305 シーラッカンダワッガ・アビナワティーカー-2
3101 ムーラパンナーサ・パーリ 3102 マッジマパンナーサ・パーリ 3103 ウパリパンナーサ・パーリ	3201 ムーラパンナーサ・アッタカター-1 3202 ムーラパンナーサ・アッタカター-2 3203 マッジマパンナーサ・アッタカター 3204 ウパリパンナーサ・アッタカター	3301 ムーラパンナーサ・ティーカー 3302 マッジマパンナーサ・ティーカー 3303 ウパリパンナーサ・ティーカー
4101 サガーター・ワッガ・パーリ 4102 ニダーナ・ワッガ・パーリ 4103 カンダ・ワッガ・パーリ 4104 サラーヤタナ・ワッガ・パーリ 4105 マハーワッガ・パーリ（サンユッタ）	4201 サガーター・ワッガ・アッタカター 4202 ニダーナ・ワッガ・アッタカター 4203 カンダ・ワッガ・アッタカター 4204 サラーヤタナ・ワッガ・アッタカター 4205 マハーワッガ・アッタカター（サンユッタ）	4301 サガーター・ワッガ・ティーカー 4302 ニダーナ・ワッガ・ティーカー 4303 カンダ・ワッガ・ティーカー 4304 サラーヤタナ・ワッガ・ティーカー 4305 マハーワッガ・ティーカー（サンユッタ）
5101 エーカカニパータ・パーリ 5102 ドゥカニパータ・パーリ 5103 ティカニパータ・パーリ 5104 チャトゥッカニパータ・パーリ 5105 パンチャカニパータ・パーリ 5106 チャッカニパータ・パーリ 5107 サッタカニパータ・パーリ 5108 アッタカーディニパータ・パーリ 5109 ナヴァカニパータ・パーリ 5110 ダサカニパータ・パーリ 5111 エーカーダサカニパータ・パーリ	5201 エーカカニパータ・アッタカター 5202 ドゥカ・ティカ・チャトゥッカニパータ・アッタカター 5203 パンチャカ・チャッカ・サッタカニパータ・アッタカター 5204 アッタカーディニパータ・アッタカター	5301 エーカカニパータ・ティーカー 5302 ドゥカ・ティカ・チャトゥッカニパータ・ティーカー 5303 パンチャカ・チャッカ・サッタカニパータ・ティーカー 5304 アッタカーディニパータ・ティーカー
6101 クッダカパータ・パーリ 6102 ダンマパダ・パーリ 6103 ウダーナ・パーリ 6104 イティヴッタカ・パーリ 6105 スッタニパータ・パーリ 6106 ヴィマーナヴァットゥ・パーリ 6107 ペーヴァットゥ・パーリ 6108 テーラガーター・パーリ 6109 テーリーガーター・パーリ 6110 アパダーナ・パーリ-1 6111 アパダーナ・パーリ-2 6112 ブッダヴァンサ・パーリ 6113 チャリヤーピタカ・パーリ 6114 ジャータカ・パーリ-1 6115 ジャータカ・パーリ-2 6116 マハーニッデーサ・パーリ 6117 チューラニッデーサ・パーリ 6118 パティサンビダーマッガ・パーリ 6119 ネッティッパカラナ・パーリ 6120 ミリンダパンハ・パーリ 6121 ペータコーパデーサ・パーリ	6201 クッダカパータ・アッタカター 6202 ダンマパダ・アッタカター-1 6203 ダンマパダ・アッタカター-2 6204 ウダーナ・アッタカター 6205 イティヴッタカ・アッタカター 6206 スッタニパータ・アッタカター-1 6207 スッタニパータ・アッタカター-2 6208 ヴィマーナヴァットゥ・アッタカター 6209 ペータヴァットゥ・アッタカター 6210 テーラガーター・アッタカター-1 6211 テーラガーター・アッタカター-2 6212 テーリーガーター・アッタカター 6213 アパダーナ・アッタカター-1 6214 アパダーナ・アッタカター-2 6215 ブッダヴァンサ・アッタカター 6216 チャリヤーピタカ・アッタカター 6217 ジャータカ・アッタカター-1 6218 ジャータカ・アッタカター-2 6219 ジャータカ・アッタカター-3 6220 ジャータカ・アッタカター-4 6221 ジャータカ・アッタカター-5 6222 ジャータカ・アッタカター-6 6223 ジャータカ・アッタカター-7 6224 マハーニッデーサ・アッタカター 6225 チューラニッデーサ・アッタカター 6226 パティサンビダーマッガ・アッタカター-1 6227 パティサンビダーマッガ・アッタカター-2 6228 ネッティッパカラナ・アッタカター	6301 ネッティッパカラナ・ティーカー 6302 ネッティヴィバーヴィニー
7101 ダンマサンガニー・パーリ 7102 ヴィバンガ・パーリ 7103 ダートゥカター・パーリ 7104 プッガラパンニャッティ・パーリ 7105 カター・ヴァットゥ・パーリ 7106 ヤマカ・パーリ-1 7107 ヤマカ・パーリ-2 7108 ヤマカ・パーリ-3 7109 パッターナ・パーリ-1 7110 パッターナ・パーリ-2 7111 パッターナ・パーリ-3 7112 パッターナ・パーリ-4 7113 パッターナ・パーリ-5	7201 ダンマサンガニ・アッタカター 7202 サンモーハヴィノーダニー・アッタカター 7203 パンチャパカラナ・アッタカター	7301 ダンマサンガニー・ムーラティーカー 7302 ヴィバンガ・ムーラティーカー 7303 パンチャパカラナ・ムーラティーカー 7304 ダンマサンガニー・アヌティーカー 7305 パンチャパカラナ・アヌティーカー 7306 アビダンマーヴァターロ・ナーマルーパパリッチェード 7307 アビダンマッタ・サンガホ 7308 アビダンマーヴァターラ・プラーナティーカー 7309 アビダンマ・マーティカーパーリ

ខ្មែរ
ព្រះត្រៃបិដកបាលី	អដ្ឋកថា	ដីកា	ផ្សេងទៀត
1101 បារាជិកបាឡិ 1102 បាចិត្តិយបាឡិ 1103 មហាវគ្គបាឡិ (វិន័យ) 1104 ចូឡវគ្គបាឡិ 1105 បរិវារបាឡិ	1201 បារាជិកកណ្ឌអដ្ឋកថា-១ 1202 បារាជិកកណ្ឌអដ្ឋកថា-២ 1203 បាចិត្តិយអដ្ឋកថា 1204 មហាវគ្គអដ្ឋកថា (វិន័យ) 1205 ចូឡវគ្គអដ្ឋកថា 1206 បរិវារអដ្ឋកថា	1301 សារត្ថទីបនីដីកា-១ 1302 សារត្ថទីបនីដីកា-២ 1303 សារត្ថទីបនីដីកា-៣	1401 ទ្វេមាតិកាបាឡិ 1402 វិនយសង្គហអដ្ឋកថា 1403 វជិរពុទ្ធិដីកា 1404 វិមតិវិនោទនីដីកា-១ 1405 វិមតិវិនោទនីដីកា-២ 1406 វិនយាលង្ការដីកា-១ 1407 វិនយាលង្ការដីកា-២ 1408 កង្ខាវិតរណីបុរាណដីកា 1409 វិនយវិនិច្ឆយ-ឧត្តរវិនិច្ឆយ 1410 វិនយវិនិច្ឆយដីកា-១ 1411 វិនយវិនិច្ឆយដីកា-២ 1412 បាចិត្យាទិយោជនាបាឡិ 1413 ខុទ្ទសិក្ខា-មូលសិក្ខា 8401 វិសុទ្ធិមគ្គ-១ 8402 វិសុទ្ធិមគ្គ-២ 8403 វិសុទ្ធិមគ្គ-មហាដីកា-១ 8404 វិសុទ្ធិមគ្គ-មហាដីកា-២ 8405 វិសុទ្ធិមគ្គ និទានកថា 8406 ទីឃនិកាយ (បុ-វិ) 8407 មជ្ឈិមនិកាយ (បុ-វិ) 8408 សំយុត្តនិកាយ (បុ-វិ) 8409 អង្គុត្តរនិកាយ (បុ-វិ) 8410 វិនយបិដក (បុ-វិ) 8411 អភិធម្មបិដក (បុ-វិ) 8412 អដ្ឋកថា (បុ-វិ) 8413 និរុត្តិទីបនី 8414 បរមត្ថទីបនី សង្គហមហាដីកាបាឋ 8415 អនុទីបនីបាឋ 8416 បដ្ឋានុទ្ទេស ទីបនីបាឋ 8417 នមក្ការដីកា 8418 មហាបណាមបាឋ 8419 លក្ខណាតោ ពុទ្ធថោមនាគាថា 8420 សុតវន្ទនា 8421 កមលាញ្ជលិ 8422 ជិនាលង្ការ 8423 បជ្ជមធុ 8424 ពុទ្ធគុណគាថាវលី 8425 ចូឡគន្ថវង្ស 8427 សាសនវង្ស 8426 មហាវង្ស 8429 មោគ្គល្លានព្យាករណំ 8428 កច្ចាយនព្យាករណំ 8430 សទ្ទនីតិប្បករណំ (បទមាលា) 8431 សទ្ទនីតិប្បករណំ (ធាតុមាលា) 8432 បទរូបសិទ្ធិ 8433 មោគ្គល្លានបញ្ចិកា 8434 បយោគសិទ្ធិបាឋ 8435 វុត្តោទយបាឋ 8436 អភិធានប្បទីបិកាបាឋ 8437 អភិធានប្បទីបិកាដីកា 8438 សុពោធាលង្ការបាឋ 8439 សុពោធាលង្ការដីកា 8440 បាលាវតារ គណ្ឋិបទត្ថវិនិច្ឆយសារ 8446 កវិទប្បណនីតិ 8447 នីតិមញ្ជរី 8445 ធម្មនីតិ 8444 មហារហនីតិ 8441 លោកនីតិ 8442 សុត្តន្តនីតិ 8443 សូរស្សតិនីតិ 8450 ចាណក្យនីតិ 8448 នរទក្ខទីបនី 8449 ចតុរារក្ខទីបនី 8451 រសវាហិនី 8452 សីមវិសោធនីបាឋ 8453 វេស្សន្តរគីតិ 8454 មោគ្គល្លាន វុត្តិវិវរណបញ្ចិកា 8455 ថូបវង្ស 8456 ទាឋាវង្ស 8457 ធាតុបាឋវិលាសិនិយា 8458 ធាតុវង្ស 8459 ហត្ថវនគល្លវិហារវង្ស 8460 ជិនចរិតយ 8461 ជិនវង្សទីបំ 8462 តេលកដាហគាថា 8463 មិលិទដីកា 8464 បទមញ្ជរី 8465 បទសាធនំ 8466 សទ្ទពិន្ទុបករណំ 8467 កច្ចាយនធាតុមញ្ជុសា 8468 សាមន្តកូដវណ្ណនា
2101 សីលក្ខន្ធវគ្គបាឡិ 2102 មហាវគ្គបាឡិ (ទីឃ) 2103 បាថិកវគ្គបាឡិ	2201 សីលក្ខន្ធវគ្គអដ្ឋកថា 2202 មហាវគ្គអដ្ឋកថា (ទីឃ) 2203 បាថិកវគ្គអដ្ឋកថា	2301 សីលក្ខន្ធវគ្គដីកា 2302 មហាវគ្គដីកា (ទីឃ) 2303 បាថិកវគ្គដីកា 2304 សីលក្ខន្ធវគ្គ-អភិនវដីកា-១ 2305 សីលក្ខន្ធវគ្គ-អភិនវដីកា-២
3101 មូលបណ្ណាសបាឡិ 3102 មជ្ឈិមបណ្ណាសបាឡិ 3103 ឧបរិបណ្ណាសបាឡិ	3201 មូលបណ្ណាសអដ្ឋកថា-១ 3202 មូលបណ្ណាសអដ្ឋកថា-២ 3203 មជ្ឈិមបណ្ណាសអដ្ឋកថា 3204 ឧបរិបណ្ណាសអដ្ឋកថា	3301 មូលបណ្ណាសដីកា 3302 មជ្ឈិមបណ្ណាសដីកា 3303 ឧបរិបណ្ណាសដីកា
4101 សគាថាវគ្គបាឡិ 4102 និទានវគ្គបាឡិ 4103 ខន្ធវគ្គបាឡិ 4104 សឡាយតនវគ្គបាឡិ 4105 មហាវគ្គបាឡិ (សំយុត្ត)	4201 សគាថាវគ្គអដ្ឋកថា 4202 និទានវគ្គអដ្ឋកថា 4203 ខន្ធវគ្គអដ្ឋកថា 4204 សឡាយតនវគ្គអដ្ឋកថា 4205 មហាវគ្គអដ្ឋកថា (សំយុត្ត)	4301 សគាថាវគ្គដីកា 4302 និទានវគ្គដីកា 4303 ខន្ធវគ្គដីកា 4304 សឡាយតនវគ្គដីកា 4305 មហាវគ្គដីកា (សំយុត្ត)
5101 ឯកកនិបាតបាឡិ 5102 ទុកនិបាតបាឡិ 5103 តិកនិបាតបាឡិ 5104 ចតុក្កនិបាតបាឡិ 5105 បញ្ចកនិបាតបាឡិ 5106 ឆក្កនិបាតបាឡិ 5107 សត្តកនិបាតបាឡិ 5108 អដ្ឋកាទិនិបាតបាឡិ 5109 នវកនិបាតបាឡិ 5110 ទសកនិបាតបាឡិ 5111 ឯកាទសកនិបាតបាឡិ	5201 ឯកកនិបាតអដ្ឋកថា 5202 ទុក-តិក-ចតុក្កនិបាតអដ្ឋកថា 5203 បញ្ចក-ឆក្ក-សត្តកនិបាតអដ្ឋកថា 5204 អដ្ឋកាទិនិបាតអដ្ឋកថា	5301 ឯកកនិបាតដីកា 5302 ទុក-តិក-ចតុក្កនិបាតដីកា 5303 បញ្ចក-ឆក្ក-សត្តកនិបាតដីកា 5304 អដ្ឋកាទិនិបាតដីកា
6101 ខុទ្ទកបាឋបាឡិ 6102 ធម្មបទបាឡិ 6103 ឧទានបាឡិ 6104 ឥតិវុត្តកបាឡិ 6105 សុត្តនិបាតបាឡិ 6106 វិមានវត្ថុបាឡិ 6107 បេតវត្ថុបាឡិ 6108 ថេរគាថាបាឡិ 6109 ថេរីគាថាបាឡិ 6110 អបទានបាឡិ-១ 6111 អបទានបាឡិ-២ 6112 ពុទ្ធវង្សបាឡិ 6113 ចរិយាបិដកបាឡិ 6114 ជាតកបាឡិ-១ 6115 ជាតកបាឡិ-២ 6116 មហានិទ្ទេសបាឡិ 6117 ចូឡនិទ្ទេសបាឡិ 6118 បដិសម្ភិទាមគ្គបាឡិ 6119 នេត្តិប្បករណបាឡិ 6120 មិលិន្ទបញ្ហាបាឡិ 6121 បេដកោបទេសបាឡិ	6201 ខុទ្ទកបាឋអដ្ឋកថា 6202 ធម្មបទអដ្ឋកថា-១ 6203 ធម្មបទអដ្ឋកថា-២ 6204 ឧទានអដ្ឋកថា 6205 ឥតិវុត្តកអដ្ឋកថា 6206 សុត្តនិបាតអដ្ឋកថា-១ 6207 សុត្តនិបាតអដ្ឋកថា-២ 6208 វិមានវត្ថុអដ្ឋកថា 6209 បេតវត្ថុអដ្ឋកថា 6210 ថេរគាថាអដ្ឋកថា-១ 6211 ថេរគាថាអដ្ឋកថា-២ 6212 ថេរីគាថាអដ្ឋកថា 6213 អបទានអដ្ឋកថា-១ 6214 អបទានអដ្ឋកថា-២ 6215 ពុទ្ធវង្សអដ្ឋកថា 6216 ចរិយាបិដកអដ្ឋកថា 6217 ជាតកអដ្ឋកថា-១ 6218 ជាតកអដ្ឋកថា-២ 6219 ជាតកអដ្ឋកថា-៣ 6220 ជាតកអដ្ឋកថា-៤ 6221 ជាតកអដ្ឋកថា-៥ 6222 ជាតកអដ្ឋកថា-៦ 6223 ជាតកអដ្ឋកថា-៧ 6224 មហានិទ្ទេសអដ្ឋកថា 6225 ចូឡនិទ្ទេសអដ្ឋកថា 6226 បដិសម្ភិទាមគ្គអដ្ឋកថា-១ 6227 បដិសម្ភិទាមគ្គអដ្ឋកថា-២ 6228 នេត្តិប្បករណអដ្ឋកថា	6301 នេត្តិប្បករណដីកា 6302 នេត្តិវិភាវិនី
7101 ធម្មសង្គណីបាឡិ 7102 វិភង្គបាឡិ 7103 ធាតុកថាបាឡិ 7104 បុគ្គលបញ្ញត្តិបាឡិ 7105 កថាវត្ថុបាឡិ 7106 យមកបាឡិ-១ 7107 យមកបាឡិ-២ 7108 យមកបាឡិ-៣ 7109 បដ្ឋានបាឡិ-១ 7110 បដ្ឋានបាឡិ-២ 7111 បដ្ឋានបាឡិ-៣ 7112 បដ្ឋានបាឡិ-៤ 7113 បដ្ឋានបាឡិ-៥	7201 ធម្មសង្គណិអដ្ឋកថា 7202 សម្មោហវិនោទនីអដ្ឋកថា 7203 បញ្ចបករណអដ្ឋកថា	7301 ធម្មសង្គណី-មូលដីកា 7302 វិភង្គ-មូលដីកា 7303 បញ្ចបករណ-មូលដីកា 7304 ធម្មសង្គណី-អនុដីកា 7305 បញ្ចបករណ-អនុដីកា 7306 អភិធម្មាវតារោ-នាមរូបបរិច្ឆេទោ 7307 អភិធម្មត្ថសង្គហោ 7308 អភិធម្មាវតារ-បុរាណដីកា 7309 អភិធម្មមាតិកាបាឡិ

한국인
팔리 대장경	주석서	부주석서	기타
1101 빠라지카 빨리 1102 빠찟띠야 빨리 1103 마하왁가 빨리 (비나야) 1104 출라왁가 빨리 1105 빠리와라 빨리	1201 빠라지까깐다 앗타카타-1 1202 빠라지까깐다 앗타카타-2 1203 빠찟띠야 앗타카타 1204 마하왁가 앗타카타 (비나야) 1205 출라왁가 앗타카타 1206 빠리와라 앗타카타	1301 사랏타디빠니 띠까-1 1302 사랏타디빠니 띠까-2 1303 사랏타디빠니 띠까-3	1401 드베마띠까빨리 1402 위나야상가하 앗타카타 1403 와지라붓디 띠까 1404 위마띠위노다니 띠까-1 1405 위마띠위노다니 띠까-2 1406 위나야랑까라 띠까-1 1407 위나야랑까라 띠까-2 1408 깡카위따라니뿌라나 띠까 1409 위나야위닛차야-웃따라위닛차야 1410 위나야위닛차야 띠까-1 1411 위나야위닛차야 띠까-2 1412 빠찟땨디요자나빨리 1413 쿳닷시카-물라시카 8401 위숟디막가-1 8402 위숟디막가-2 8403 위숟디막가-마하띠까-1 8404 위숟디막가-마하띠까-2 8405 위숟디막가 니다나까타 8406 디가니까야 (뿌-위) 8407 맛지마니까야 (뿌-위) 8408 삼윳따니까야 (뿌-위) 8409 앙굳따라니까야 (뿌-위) 8410 위나야삐따까 (뿌-위) 8411 아비담마삐따까 (뿌-위) 8412 앗타카타 (뿌-위) 8413 니룻띠디빠니 8414 빠라맛타디빠니 상가하마하띠까빠타 8415 아누디빠니빠타 8416 빳타누ㄸ데사 디빠니빠타 8417 나막까라띠까 8418 마하빠나마빠타 8419 락카나또 붓다토마나가타 8420 수타완다나 8421 까말란자리 8422 지나랑까라 8423 빳자마두 8424 붓다구나가타왈리 8425 출라간타왕사 8427 사사나왕사 8426 마하왕사 8429 목갈라나뱌까라낭 8428 깟차야나뱌까라낭 8430 삿다니띠빠까라낭 (빠다말라) 8431 삿다니띠빠까라낭 (다두말라) 8432 빠다루빠싣디 8433 목갈라나빤찌까 8434 빠요가싣디빠타 8435 붇또다야빠타 8436 아비다나빠디피까빠타 8437 아비다나빠디피까띠까 8438 수보다랑까라빠타 8439 수보다랑까라띠까 8440 발라와따라 간티빠닷타위닛차야사라 8446 까위닷빠나니띠 8447 니띠만자리 8445 담마니띠 8444 마하라하니띠 8441 로까니띠 8442 숫딴따니띠 8443 수랏사띠니띠 8450 짜낙야니띠 8448 나라닥카디빠니 8449 짜뚜라락카디빠니 8451 라사와히니 8452 시마위소다니빠타 8453 웨산따라기띠 8454 목갈라나 붇띠위와라나빤찌까 8455 투빠왕사 8456 다타왕사 8457 다두빠타윌라시니야 8458 다두왕사 8459 핟타와나갈라위하라왕사 8460 지나짜리따야 8461 지나왕사디빵 8462 떼라까타하가타 8463 밀리다띠까 8464 빠다만자리 8465 빠다사다낭 8466 삿다빈두빠까라낭 8467 깟차야나다두만주사 8468 사만따꿋타완나나
2101 실락칸다왁가 빨리 2102 마하왁가 빨리 (디가) 2103 빠티까왁가 빨리	2201 실락칸다왁가 앗타카타 2202 마하왁가 앗타카타 (디가) 2203 빠티까왁가 앗타카타	2301 실락칸다왁가 띠까 2302 마하왁가 띠까 (디가) 2303 빠티까왁가 띠까 2304 실락칸다왁가-아비나와띠까-1 2305 실락칸다왁가-아비나와띠까-2
3101 물라빤나사 빨리 3102 맛지마빤나사 빨리 3103 우빠리빤나사 빨리	3201 물라빤나사 앗타카타-1 3202 물라빤나사 앗타카타-2 3203 맛지마빤나사 앗타카타 3204 우빠리빤나사 앗타카타	3301 물라빤나사 띠까 3302 맛지마빤나사 띠까 3303 우빠리빤나사 띠까
4101 사가타왁가 빨리 4102 니다나왁가 빨리 4103 칸다왁가 빨리 4104 살라야따나왁가 빨리 4105 마하왁가 빨리 (삼윳따)	4201 사가타왁가 앗타카타 4202 니다나왁가 앗타카타 4203 칸다왁가 앗타카타 4204 살라야따나왁가 앗타카타 4205 마하왁가 앗타카타 (삼윳따)	4301 사가타왁가 띠까 4302 니다나왁가 띠까 4303 칸다왁가 띠까 4304 살라야따나왁가 띠까 4305 마하왁가 띠까 (삼윳따)
5101 에까까니빠따 빨리 5102 두까니빠따 빨리 5103 띠까니빠따 빨리 5104 짜뚝까니빠따 빨리 5105 빤짜까니빠따 빨리 5106 착까니빠따 빨리 5107 삿따까니빠따 빨리 5108 앗타까디니빠따 빨리 5109 나와까니빠따 빨리 5110 다사까니빠따 빨리 5111 에까다사까니빠따 빨리	5201 에까까니빠따 앗타카타 5202 두까-띠까-짜뚝까니빠따 앗타카타 5203 빤짜까-착까-삿따까니빠따 앗타카타 5204 앗타까디니빠따 앗타카타	5301 에까까니빠따 띠까 5302 두까-띠까-짜뚝까니빠따 띠까 5303 빤짜까-착까-삿따까니빠따 띠까 5304 앗타까디니빠따 띠까
6101 쿳닥까빠타 빨리 6102 담마빠다 빨리 6103 우다나 빨리 6104 이띠웃따까 빨리 6105 숫따니빠따 빨리 6106 위마나왓투 빨리 6107 베따왓투 빨리 6108 테라가타 빨리 6109 테리가타 빨리 6110 아빠다나 빨리-1 6111 아빠다나 빨리-2 6112 붓다왕사 빨리 6113 짜리야삐따까 빨리 6114 자따까 빨리-1 6115 자따까 빨리-2 6116 마하닷데사 빨리 6117 출라닷데사 빨리 6118 빠티삼비다막가 빨리 6119 넷띠빠까라나 빨리 6120 밀린다빤하 빨리 6121 뻬따꼬빠데사 빨리	6201 쿳닥까빠타 앗타카타 6202 담마빠다 앗타카타-1 6203 담마빠다 앗타카타-2 6204 우다나 앗타카타 6205 이띠웃따까 앗타카타 6206 숫따니빠따 앗타카타-1 6207 숫따니빠따 앗타카타-2 6208 위마나왓투 앗타카타 6209 베따왓투 앗타카타 6210 테라가타 앗타카타-1 6211 테라가타 앗타카타-2 6212 테리가타 앗타카타 6213 아빠다나 앗타카타-1 6214 아빠다나 앗타카타-2 6215 붓다왕사 앗타카타 6216 짜리야삐따까 앗타카타 6217 자따까 앗타카타-1 6218 자따까 앗타카타-2 6219 자따까 앗타카타-3 6220 자따까 앗타카타-4 6221 자따까 앗타카타-5 6222 자따까 앗타카타-6 6223 자따까 앗타카타-7 6224 마하닷데사 앗타카타 6225 출라닷데사 앗타카타 6226 빠티삼비다막가 앗타카타-1 6227 빠티삼비다막가 앗타카타-2 6228 넷띠빠까라나 앗타카타	6301 넷띠빠까라나 띠까 6302 넷띠위바비니
7101 담마상가니 빨리 7102 위방가 빨리 7103 다뚜까타 빨리 7104 뿍갈라빤냣띠 빨리 7105 까타왓투 빨리 7106 야마까 빨리-1 7107 야마까 빨리-2 7108 야마까 빨리-3 7109 빳타나 빨리-1 7110 빳타나 빨리-2 7111 빳타나 빨리-3 7112 빳타나 빨리-4 7113 빳타나 빨리-5	7201 담마상가니 앗타카타 7202 삼모하위노다니 앗타카타 7203 빤짜빠까라나 앗타카타	7301 담마상가니-물라띠까 7302 위방가-물라띠까 7303 빤짜빠까라나-물라띠까 7304 담마상가니-아누띠까 7305 빤짜빠까라나-아누띠까 7306 아비담마와따로-나마루빠빠릳체도 7307 아비담맛타상가호 7308 아비담마와따라-뿌라나띠까 7309 아비담마마띠까빨리

ອັກສອນລາວ
ປາລີ	ອັດຖະກະຖາ	ຏີກາ	ອັນຍາ
1101 ປາຣາຊິກະ ປາລີ 1102 ປາຈິດຕິຍະ ປາລີ 1103 ມະຫາວັກຄະ ປາລີ (ວິໄນ) 1104 ຈູລະວັກຄະ ປາລີ 1105 ປະລິວາລະ ປາລີ	1201 ປາຣາຊິກະກັນທະ ອັດຖະກະຖາ-1 1202 ປາຣາຊິກະກັນທະ ອັດຖະກະຖາ-2 1203 ປາຈິດຕິຍະ ອັດຖະກະຖາ 1204 ມະຫາວັກຄະ ອັດຖະກະຖາ (ວິໄນ) 1205 ຈູລະວັກຄະ ອັດຖະກະຖາ 1206 ປະລິວາລະ ອັດຖະກະຖາ	1301 ສາຣັດຖະທີປະນີ ຏີກາ-1 1302 ສາຣັດຖະທີປະນີ ຏີກາ-2 1303 ສາຣັດຖະທີປະນີ ຏີກາ-3	1401 ທເວມາຕິກາປາລີ 1402 ວິນະຍະສັງຄະຫະ ອັດຖະກະຖາ 1403 ວະຊິລະພຸດທິ ຏີກາ 1404 ວິມະຕິວິໂນທະນີ ຏີກາ-1 1405 ວິມະຕິວິໂນທະນີ ຏີກາ-2 1406 ວິນະຍາລັງກາລະ ຏີກາ-1 1407 ວິນະຍາລັງກາລະ ຏີກາ-2 1408 ກັງຂາວິຕະຣະນີປຸຣານະ ຏີກາ 1409 ວິນະຍະວິນິດສະຍະ-ອຸຕຕະຣະວິນິດສະຍະ 1410 ວິນະຍະວິນິດສະຍະ ຏີກາ-1 1411 ວິນະຍະວິນິດສະຍະ ຏີກາ-2 1412 ປາຈິຕະຍາທິໂຍຊະນາປາລີ 1413 ຂຸທະທະສິກຂາ-ມູລະສິກຂາ 8401 ວິສຸດທິມັກຄະ-1 8402 ວິສຸດທິມັກຄະ-2 8403 ວິສຸດທິມັກຄະ-ມະຫາຏີກາ-1 8404 ວິສຸດທິມັກຄະ-ມະຫາຏີກາ-2 8405 ວິສຸດທິມັກຄະ ນິທານະກະຖາ 8406 ທີຆະນິກາຍະ (ປຸ-ວິ) 8407 ມັດຊິມະນິກາຍະ (ປຸ-ວິ) 8408 ສັງຍຸຕຕະນິກາຍະ (ປຸ-ວິ) 8409 ອັງຄຸຕຕະລະນິກາຍະ (ປຸ-ວິ) 8410 ວິນະຍະປິຕະກະ (ປຸ-ວິ) 8411 ອະພິທັມມະປິຕະກະ (ປຸ-ວິ) 8412 ອັດຖະກະຖາ (ປຸ-ວິ) 8413 ນິລຸຕຕິທີປະນີ 8414 ປະຣະມັດຖະທີປະນີ ສັງຄະຫະມະຫາຏີກາປາຖະ 8415 ອະນຸທີປະນີປາຖະ 8416 ປັດຖານຸທເທສະ ທີປະນີປາຖະ 8417 ນະມັກກາລະຏີກາ 8418 ມະຫາປະຖາມະປາຖະ 8419 ລັກຂະນາໂຕ ພຸດທະຖະມະນາຄາຖາ 8420 ສຸຕະວັນທະນາ 8421 ກະມະລາຍຈະລິ 8422 ຊິນາລັງກາລະ 8423 ປັດຊະມະທຸ 8424 ພຸດທະຄຸນະຄາຖາວະລີ 8425 ຈູລະຄັນຖະວັງສະ 8426 ມະຫາວັງສະ 8427 ສາສະນະວັງສະ 8428 ກັດຈາຍະນະພະຍາກະລະນັງ 8429 ມົກຄັນທານະພະຍາກະລະນັງ 8430 ສັດທະນີຕິປະກະລະນັງ (ປະທະມາລາ) 8431 ສັດທະນີຕິປະກະລະນັງ (ຘາຕຸມາລາ) 8432 ປະທະຣູປະສິດທິ 8433 ໂມຄັນທານະປັນຈິກາ 8434 ປະໂຍຄະສິດທິປາຖະ 8435 ວຸຕະໂທຍະປາຖະ 8436 ອະພິທານະປະປະທີປິກາປາຖະ 8437 ອະພິທານະປະປະທີປິກາຏີກາ 8438 ສຸໂພທາລັງກາລະປາຖະ 8439 ສຸໂພທາລັງກາລະຏີກາ 8440 ພາລາວະຕາລະ ຄັນຖິປະທັດຖະວິນິດສະຍະສາລະ 8441 ໂລກະນີຕິ 8442 ສຸດຕັນຕະນີຕິ 8443 ສູລັດສະຕິນີຕິ 8444 ມະຫາລະຫະນີຕິ 8445 ທັມມະນີຕິ 8446 ກະວິທັບປະຖານີຕິ 8447 ນີຕິມັນຊະລີ 8448 ນະລະທັກຂະທີປະນີ 8449 ຈະຕຸຣາລັກຂະທີປະນີ 8450 ຈານັກຍະນີຕິ 8451 ລະສະວາຫິນີ 8452 ສີມາວິໂສທະນີປາຖະ 8453 ເວສສັນຕະລະຄີຕິ 8454 ໂມຄັນທານະ ວຸຕຕິວິວະລະນະປັນຈິກາ 8455 ຖູປະວັງສະ 8456 ທາຐາວັງສະ 8457 ຘາຕຸປາຖະວິລາສິນີຍາ 8458 ຘາຕຸວັງສະ 8459 ຫັດຖະວະນະຄັນລະວິຫາລະວັງສະ 8460 ຊິນະຈະລິຕະຍະ 8461 ຊິນະວັງສະທີປັງ 8462 ເຕລະກະຕາຫາຄາຖາ 8463 ມິລິທະຏີກາ 8464 ປະທະມັນຊະລີ 8465 ປະທະສາຘະນັງ 8466 ສັດທະພິນທຸປະກະລະນັງ 8467 ກັດຈາຍະນະຘາຕຸມັນຊຸສາ 8468 ສາມັນຕະກູຏະວັນນະນາ
2101 ສີລັກຂັນທະວັກຄະ ປາລີ 2102 ມະຫາວັກຄະ ປາລີ (ທີຆະ) 2103 ປາຖິກະວັກຄະ ປາລີ	2201 ສີລັກຂັນທະວັກຄະ ອັດຖະກະຖາ 2202 ມະຫາວັກຄະ ອັດຖະກະຖາ (ທີຆະ) 2203 ປາຖິກະວັກຄະ ອັດຖະກະຖາ	2301 ສີລັກຂັນທະວັກຄະ ຏີກາ 2302 ມະຫາວັກຄະ ຏີກາ (ທີຆະ) 2303 ປາຖິກະວັກຄະ ຏີກາ 2304 ສີລັກຂັນທະວັກຄະ-ອະພິນະວະຏີກາ-1 2305 ສີລັກຂັນທະວັກຄະ-ອະພິນະວະຏີກາ-2
3101 ມູລະປັນຍາສະ ປາລີ 3102 ມັດຊິມະປັນຍາສະ ປາລີ 3103 ອຸປະລິປັນຍາສະ ປາລີ	3201 ມູລະປັນຍາສະ ອັດຖະກະຖາ-1 3202 ມູລະປັນຍາສະ ອັດຖະກະຖາ-2 3203 ມັດຊິມະປັນຍາສະ ອັດຖະກະຖາ 3204 ອຸປະລິປັນຍາສະ ອັດຖະກະຖາ	3301 ມູລະປັນຍາສະ ຏີກາ 3302 ມັດຊິມະປັນຍາສະ ຏີກາ 3303 ອຸປະລິປັນຍາສະ ຏີກາ
4101 ສະຄາຖາວັກຄະ ປາລີ 4102 ນິທານະວັກຄະ ປາລີ 4103 ຂັນທະວັກຄະ ປາລີ 4104 ສະຫຼາຍາຕະນະວັກຄະ ປາລີ 4105 ມະຫາວັກຄະ ປາລີ (ສັງຍຸຕຕະ)	4201 ສະຄາຖາວັກຄະ ອັດຖະກະຖາ 4202 ນິທານະວັກຄະ ອັດຖະກະຖາ 4203 ຂັນທະວັກຄະ ອັດຖະກະຖາ 4204 ສະຫຼາຍາຕະນະວັກຄະ ອັດຖະກະຖາ 4205 ມະຫາວັກຄະ ອັດຖະກະຖາ (ສັງຍຸຕຕະ)	4301 ສະຄາຖາວັກຄະ ຏີກາ 4302 ນິທານະວັກຄະ ຏີກາ 4303 ຂັນທະວັກຄະ ຏີກາ 4304 ສະຫຼາຍາຕະນະວັກຄະ ຏີກາ 4305 ມະຫາວັກຄະ ຏີກາ (ສັງຍຸຕຕະ)
5101 ເອກະກະນິປາຕະ ປາລີ 5102 ທຸກະນິປາຕະ ປາລີ 5103 ຕິກະນິປາຕະ ປາລີ 5104 ຈະຕຸກກະນິປາຕະ ປາລີ 5105 ປັຈຈະກະນິປາຕະ ປາລີ 5106 ຉັກກະນິປາຕະ ປາລີ 5107 ສັດຕະກະນິປາຕະ ປາລີ 5108 ອັດຖະກາທິນິປາຕະ ປາລີ 5109 ນະວະກະນິປາຕະ ປາລີ 5110 ທະສະກະນິປາຕະ ປາລີ 5111 ເອກາທະສະກະນິປາຕະ ປາລີ	5201 ເອກະກະນິປາຕະ ອັດຖະກະຖາ 5202 ທຸກະ-ຕິກະ-ຈະຕຸກກະນິປາຕະ ອັດຖະກະຖາ 5203 ປັຈຈະກະ-ຉັກກະ-ສັດຕະກະນິປາຕະ ອັດຖະກະຖາ 5204 ອັດຖະກາທິນິປາຕະ ອັດຖະກະຖາ	5301 ເອກະກະນິປາຕະ ຏີກາ 5302 ທຸກະ-ຕິກະ-ຈະຕຸກກະນິປາຕະ ຏີກາ 5303 ປັຈຈະກະ-ຉັກກະ-ສັດຕະກະນິປາຕະ ຏີກາ 5304 ອັດຖະກາທິນິປາຕະ ຏີກາ
6101 ຂຸທະທະກະປາຖະ ປາລີ 6102 ທຳມະປະທະ ປາລີ 6103 ອຸທານະ ປາລີ 6104 ອິຕິວຸຕຕະກະ ປາລີ 6105 ສຸດຕະນິປາຕະ ປາລີ 6106 ວິມານະວັດຖຸ ປາລີ 6107 ເປຕະວັດຖຸ ປາລີ 6108 ເຖລະຄາຖາ ປາລີ 6109 ເຖລີຄາຖາ ປາລີ 6110 ອະປະທານະ ປາລີ-1 6111 ອະປະທານະ ປາລີ-2 6112 ພຸດທະວັງສະ ປາລີ 6113 ຈະຣິຍາປິຕະກະ ປາລີ 6114 ຊາຕະກະ ປາລີ-1 6115 ຊາຕະກະ ປາລີ-2 6116 ມະຫານິທເທສະ ປາລີ 6117 ຈູລະນິທເທສະ ປາລີ 6118 ປະຕິສັມພິທາມັກຄະ ປາລີ 6119 ເນຕຕິປະກະລະນະ ປາລີ 6120 ມິລິນທະປັນຫາ ປາລີ 6121 ເປຏະກົປເທສະ ປາລີ	6201 ຂຸທະທະກະປາຖະ ອັດຖະກະຖາ 6202 ທຳມະປະທະ ອັດຖະກະຖາ-1 6203 ທຳມະປະທະ ອັດຖະກະຖາ-2 6204 ອຸທານະ ອັດຖະກະຖາ 6205 ອິຕິວຸຕຕະກະ ອັດຖະກະຖາ 6206 ສຸດຕະນິປາຕະ ອັດຖະກະຖາ-1 6207 ສຸດຕະນິປາຕະ ອັດຖະກະຖາ-2 6208 ວິມານະວັດຖຸ ອັດຖະກະຖາ 6209 ເປຕະວັດຖຸ ອັດຖະກະຖາ 6210 ເຖລະຄາຖາ ອັດຖະກະຖາ-1 6211 ເຖລະຄາຖາ ອັດຖະກະຖາ-2 6212 ເຖລີຄາຖາ ອັດຖະກະຖາ 6213 ອະປະທານະ ອັດຖະກະຖາ-1 6214 ອະປະທານະ ອັດຖະກະຖາ-2 6215 ພຸດທະວັງສະ ອັດຖະກະຖາ 6216 ຈະຣິຍາປິຕະກະ ອັດຖະກະຖາ 6217 ຊາຕະກະ ອັດຖະກະຖາ-1 6218 ຊາຕະກະ ອັດຖະກະຖາ-2 6219 ຊາຕະກະ ອັດຖະກະຖາ-3 6220 ຊາຕະກະ ອັດຖະກະຖາ-4 6221 ຊາຕະກະ ອັດຖະກະຖາ-5 6222 ຊາຕະກະ ອັດຖະກະຖາ-6 6223 ຊາຕະກະ ອັດຖະກະຖາ-7 6224 ມະຫານິທເທສະ ອັດຖະກະຖາ 6225 ຈູລະນິທເທສະ ອັດຖະກະຖາ 6226 ປະຕິສັມພິທາມັກຄະ ອັດຖະກະຖາ-1 6227 ປະຕິສັມພິທາມັກຄະ ອັດຖະກະຖາ-2 6228 ເນຕຕິປະກະລະນະ ອັດຖະກະຖາ	6301 ເນຕຕິປະກະລະນະ ຏີກາ 6302 ເນຕຕິວິພາວິນີ
7101 ທຳມະສັງຄະນີ ປາລີ 7102 ວິພັງຄະ ປາລີ 7103 ຘາຕຸກະຖາ ປາລີ 7104 ປຸກຄະລະປັນຍັດຕິ ປາລີ 7105 ກະຖາວັດຖຸ ປາລີ 7106 ຍະມະກະ ປາລີ-1 7107 ຍະມະກະ ປາລີ-2 7108 ຍະມະກະ ປາລີ-3 7109 ປັດຖານະ ປາລີ-1 7110 ປັດຖານະ ປາລີ-2 7111 ປັດຖານະ ປາລີ-3 7112 ປັດຖານະ ປາລີ-4 7113 ປັດຖານະ ປາລີ-5	7201 ທຳມະສັງຄະນິ ອັດຖະກະຖາ 7202 ສັມໂມຫະວິໂນທະນີ ອັດຖະກະຖາ 7203 ປັຈຈະປະກະລະນະ ອັດຖະກະຖາ	7301 ທຳມະສັງຄະນີ-ມູລະຏີກາ 7302 ວິພັງຄະ-ມູລະຏີກາ 7303 ປັຈຈະປະກະລະນະ-ມູລະຏີກາ 7304 ທຳມະສັງຄະນີ-ອະນຸຏີກາ 7305 ປັຈຈະປະກະລະນະ-ອະນຸຏີກາ 7306 ອະພິທັມມາວະຕາໂຣ-ນາມະຣູປະປະຣິຈເທໂທ 7307 ອະພິທັມມັດຖະສັງຄະໂຫ 7308 ອະພິທັມມາວະຕາລະ-ປຸຣານະຏີກາ 7309 ອະພິທັມມາມາຕິກາປາລີ

मराठी
पाळी	अट्ठकथा	टीका	अन्य
1101 पाराजिक पाळी 1102 पाचित्तिय पाळी 1103 महावग्ग पाळी (विनय) 1104 चूळवग्ग पाळी 1105 परिवार पाळी	1201 पाराजिककंड अट्ठकथा-१ 1202 पाराजिककंड अट्ठकथा-२ 1203 पाचित्तिय अट्ठकथा 1204 महावग्ग अट्ठकथा (विनय) 1205 चूळवग्ग अट्ठकथा 1206 परिवार अट्ठकथा	1301 सारत्थदीपनी टीका-१ 1302 सारत्थदीपनी टीका-२ 1303 सारत्थदीपनी टीका-३	1401 द्वेमातिकापाळी 1402 विनयसंगह अट्ठकथा 1403 वजिरबुद्धि टीका 1404 विमतिविनोदनी टीका-१ 1405 विमतिविनोदनी टीका-२ 1406 विनयालंकार टीका-१ 1407 विनयालंकार टीका-२ 1408 कंखावितरणीपुराण टीका 1409 विनयविनिच्छय-उत्तरविनिच्छय 1410 विनयविनिच्छय टीका-१ 1411 विनयविनिच्छय टीका-२ 1412 पाचित्यादियोजनापाळी 1413 खुद्दसिक्खा-मूलसिक्खा 8401 विसुद्धिमग्ग-१ 8402 विसुद्धिमग्ग-२ 8403 विसुद्धिमग्ग-महाटीका-१ 8404 विसुद्धिमग्ग-महाटीका-२ 8405 विसुद्धिमग्ग निदानकथा 8406 दीघनिकाय (पु-वि) 8407 मज्झिमनिकाय (पु-वि) 8408 संयुत्तनिकाय (पु-वि) 8409 अंगुत्तरनिकाय (पु-वि) 8410 विनयपिटक (पु-वि) 8411 अभिधम्मपिटक (पु-वि) 8412 अट्ठकथा (पु-वि) 8413 निरुत्तिदीपनी 8414 परमत्थदीपनी संगहमहाटीकापाठ 8415 अनुदीपनीपाठ 8416 पट्ठानुद्देस दीपनीपाठ 8417 नमक्कारटीका 8418 महापणामपाठ 8419 लक्खणातो बुद्धथोमनागाथा 8420 सुतवंदना 8421 कमलांजलि 8422 जिनालंकार 8423 पज्जमधु 8424 बुद्धगुणगाथावली 8425 चूळगंथवंस 8426 महावंस 8427 सासनवंस 8428 कच्चायनव्याकरणं 8429 मोग्गल्लानव्याकरणं 8430 सद्दनीतिप्पकरणं (पदमाला) 8431 सद्दनीतिप्पकरणं (धातुमाला) 8432 पदरूपसिद्धि 8433 मोग्गल्लानपंचिका 8434 पयोगसिद्धिपाठ 8435 वुत्तोदयपाठ 8436 अभिधानप्पदीपिकापाठ 8437 अभिधानप्पदीपिकाटीका 8438 सुबोधालंकारपाठ 8439 सुबोधालंकारटीका 8440 बालावतार गंठिपदत्थविनिच्छयसार 8441 लोकनीति 8442 सुत्तंतनीति 8443 सूरस्सतीनीति 8444 महारहनीति 8445 धम्मनीति 8446 कविदप्पणनीति 8447 नीतिमंजरी 8448 नरदक्खदीपनी 8449 चतुरारक्खदीपनी 8450 चाणक्यनीति 8451 रसवाहिनी 8452 सीमाविसोधनीपाठ 8453 वेस्संतरगीति 8454 मोग्गल्लान वुत्तिविवरणपंचिका 8455 थूपवंस 8456 दाठावंस 8457 धातुपाठविलासिनिया 8458 धातुवंस 8459 हत्थवनगल्लविहारवंस 8460 जिनचरितय 8461 जिनवंसदीपं 8462 तेलकटाहगाथा 8463 मिलिदटीका 8464 पदमंजरी 8465 पदसाधनं 8466 सद्दबिंदुपकरणं 8467 कच्चायनधातुमंजुसा 8468 सामंतकूटवण्णना
2101 सीलक्खंधवग्ग पाळी 2102 महावग्ग पाळी (दीघ) 2103 पाथिकवग्ग पाळी	2201 सीलक्खंधवग्ग अट्ठकथा 2202 महावग्ग अट्ठकथा (दीघ) 2203 पाथिकवग्ग अट्ठकथा	2301 सीलक्खंधवग्ग टीका 2302 महावग्ग टीका (दीघ) 2303 पाथिकवग्ग टीका 2304 सीलक्खंधवग्ग-अभिनवटीका-१ 2305 सीलक्खंधवग्ग-अभिनवटीका-२
3101 मूलपण्णास पाळी 3102 मज्झिमपण्णास पाळी 3103 उपरिपण्णास पाळी	3201 मूलपण्णास अट्ठकथा-१ 3202 मूलपण्णास अट्ठकथा-२ 3203 मज्झिमपण्णास अट्ठकथा 3204 उपरिपण्णास अट्ठकथा	3301 मूलपण्णास टीका 3302 मज्झिमपण्णास टीका 3303 उपरिपण्णास टीका
4101 सगाथावग्ग पाळी 4102 निदानवग्ग पाळी 4103 खंधवग्ग पाळी 4104 सळायतनवग्ग पाळी 4105 महावग्ग पाळी (संयुत्त)	4201 सगाथावग्ग अट्ठकथा 4202 निदानवग्ग अट्ठकथा 4203 खंधवग्ग अट्ठकथा 4204 सळायतनवग्ग अट्ठकथा 4205 महावग्ग अट्ठकथा (संयुत्त)	4301 सगाथावग्ग टीका 4302 निदानवग्ग टीका 4303 खंधवग्ग टीका 4304 सळायतनवग्ग टीका 4305 महावग्ग टीका (संयुत्त)
5101 एककनिपात पाळी 5102 दुकनिपात पाळी 5103 तिकनिपात पाळी 5104 चतुक्कनिपात पाळी 5105 पंचकनिपात पाळी 5106 छक्कनिपात पाळी 5107 सत्तकनिपात पाळी 5108 अट्ठकादिनिपात पाळी 5109 नवकनिपात पाळी 5110 दसकनिपात पाळी 5111 एकादसकनिपात पाळी	5201 एककनिपात अट्ठकथा 5202 दुक-तिक-चतुक्कनिपात अट्ठकथा 5203 पंचक-छक्क-सत्तकनिपात अट्ठकथा 5204 अट्ठकादिनिपात अट्ठकथा	5301 एककनिपात टीका 5302 दुक-तिक-चतुक्कनिपात टीका 5303 पंचक-छक्क-सत्तकनिपात टीका 5304 अट्ठकादिनिपात टीका
6101 खुद्दकपाठ पाळी 6102 धम्मपद पाळी 6103 उदान पाळी 6104 इतिवुत्तक पाळी 6105 सुत्तनिपात पाळी 6106 विमानवत्थु पाळी 6107 पेतवत्थु पाळी 6108 थेरगाथा पाळी 6109 थेरीगाथा पाळी 6110 अपदान पाळी-१ 6111 अपदान पाळी-२ 6112 बुद्धवंस पाळी 6113 चरियापिटक पाळी 6114 जातक पाळी-१ 6115 जातक पाळी-२ 6116 महानिद्देस पाळी 6117 चूळनिद्देस पाळी 6118 पटिसंभिदामग्ग पाळी 6119 नेत्तिप्पकरण पाळी 6120 मिलिंदपंह पाळी 6121 पेटकोपदेस पाळी	6201 खुद्दकपाठ अट्ठकथा 6202 धम्मपद अट्ठकथा-१ 6203 धम्मपद अट्ठकथा-२ 6204 उदान अट्ठकथा 6205 इतिवुत्तक अट्ठकथा 6206 सुत्तनिपात अट्ठकथा-१ 6207 सुत्तनिपात अट्ठकथा-२ 6208 विमानवत्थु अट्ठकथा 6209 पेतवत्थु अट्ठकथा 6210 थेरगाथा अट्ठकथा-१ 6211 थेरगाथा अट्ठकथा-२ 6212 थेरीगाथा अट्ठकथा 6213 अपदान अट्ठकथा-१ 6214 अपदान अट्ठकथा-२ 6215 बुद्धवंस अट्ठकथा 6216 चरियापिटक अट्ठकथा 6217 जातक अट्ठकथा-१ 6218 जातक अट्ठकथा-२ 6219 जातक अट्ठकथा-३ 6220 जातक अट्ठकथा-४ 6221 जातक अट्ठकथा-५ 6222 जातक अट्ठकथा-६ 6223 जातक अट्ठकथा-७ 6224 महानिद्देस अट्ठकथा 6225 चूळनिद्देस अट्ठकथा 6226 पटिसंभिदामग्ग अट्ठकथा-१ 6227 पटिसंभिदामग्ग अट्ठकथा-२ 6228 नेत्तिप्पकरण अट्ठकथा	6301 नेत्तिप्पकरण टीका 6302 नेत्तिविभाविनी
7101 धम्मसंगणी पाळी 7102 विभंग पाळी 7103 धातुकथा पाळी 7104 पुग्गलपंयत्ति पाळी 7105 कथावत्थु पाळी 7106 यमक पाळी-१ 7107 यमक पाळी-२ 7108 यमक पाळी-३ 7109 पट्ठान पाळी-१ 7110 पट्ठान पाळी-२ 7111 पट्ठान पाळी-३ 7112 पट्ठान पाळी-४ 7113 पट्ठान पाळी-५	7201 धम्मसंगणि अट्ठकथा 7202 सम्मोहविनोदनी अट्ठकथा 7203 पंचपकरण अट्ठकथा	7301 धम्मसंगणी-मूलटीका 7302 विभंग-मूलटीका 7303 पंचपकरण-मूलटीका 7304 धम्मसंगणी-अनुटीका 7305 पंचपकरण-अनुटीका 7306 अभिधम्मावतारो-नामरूपपरिच्छेदो 7307 अभिधम्मत्थसंगहो 7308 अभिधम्मावतार-पुराणटीका 7309 अभिधम्ममातिकापाळी

မြန်မာ
ပါဠိတော်	အဋ္ဌကထာ	ဋီကာ	အခြား
1101 ပါရာဇိက ပါဠိ 1102 ပါစိတ္တိယ ပါဠိ 1103 မဟာဝဂ္ဂ ပါဠိ (ဝိနယ) 1104 စူဠဝဂ္ဂ ပါဠိ 1105 ပရိဝါရ ပါဠိ	1201 ပါရာဇိကကဏ္ဍ အဋ္ဌကထာ-၁ 1202 ပါရာဇိကကဏ္ဍ အဋ္ဌကထာ-၂ 1203 ပါစိတ္တိယ အဋ္ဌကထာ 1204 မဟာဝဂ္ဂ အဋ္ဌကထာ (ဝိနယ) 1205 စူဠဝဂ္ဂ အဋ္ဌကထာ 1206 ပရိဝါရ အဋ္ဌကထာ	1301 သာရတ္ထဒီပနီ ဋီကာ-၁ 1302 သာရတ္ထဒီပနီ ဋီကာ-၂ 1303 သာရတ္ထဒီပနီ ဋီကာ-၃	1401 ဒွေမာတိကာပါဠိ 1402 ဝိနယသင်္ဂဟ အဋ္ဌကထာ 1403 ဝဇိရဗုဒ္ဓိ ဋီကာ 1404 ဝိမတိဝိနောဒနီ ဋီကာ-၁ 1405 ဝိမတိဝိနောဒနီ ဋီကာ-၂ 1406 ဝိနယာလင်္ကာရ ဋီကာ-၁ 1407 ဝိနယာလင်္ကာရ ဋီကာ-၂ 1408 ကင်္ခာဝိတရဏီပုရာဏ ဋီကာ 1409 ဝိနယဝိနိစ္ဆယ-ဥတ္တရဝိနိစ္ဆယ 1410 ဝိနယဝိနိစ္ဆယ ဋီကာ-၁ 1411 ဝိနယဝိနိစ္ဆယ ဋီကာ-၂ 1412 ပါစိတျာဒိယောဇနာပါဠိ 1413 ခုဒ္ဒသိက္ခာ-မူလသိက္ခာ 8401 ဝိသုဒ္ဓိမဂ္ဂ-၁ 8402 ဝိသုဒ္ဓိမဂ္ဂ-၂ 8403 ဝိသုဒ္ဓိမဂ္ဂ-မဟာဋီကာ-၁ 8404 ဝိသုဒ္ဓိမဂ္ဂ-မဟာဋီကာ-၂ 8405 ဝိသုဒ္ဓိမဂ္ဂ နိဒါနကထာ 8406 ဒီဃနိကာယ (ပု-ဝိ) 8407 မဇ္ဈိမနိကာယ (ပု-ဝိ) 8408 သံယုတ္တနိကာယ (ပု-ဝိ) 8409 အင်္ဂုတ္တရနိကာယ (ပု-ဝိ) 8410 ဝိနယပိဋက (ပု-ဝိ) 8411 အဘိဓမ္မပိဋက (ပု-ဝိ) 8412 အဋ္ဌကထာ (ပု-ဝိ) 8413 နိရုတ္တိဒီပနီ 8414 ပရမတ္ထဒီပနီ သင်္ဂဟမဟာဋီကာပါဌ 8415 အနုဒီပနီပါဌ 8416 ပဋ္ဌာနုဒ္ဒေသ ဒီပနီပါဌ 8417 နမက္ကာရဋီကာ 8418 မဟာပဏာမပါဌ 8419 လက္ခဏာတော ဗုဒ္ဓထောမနာဂါထာ 8420 သုတဝန္ဒနာ 8421 ကမလာဉ္ဇလိ 8422 ဇိနာလင်္ကာရ 8423 ပဇ္ဇမဓု 8424 ဗုဒ္ဓဂုဏဂါထာဝလီ 8425 စူဠဂန္ထဝံသ 8427 သာသနဝံသ 8426 မဟာဝံသ 8429 မောဂ္ဂလ္လာနဗျာကရဏံ 8428 ကစ္စာယနဗျာကရဏံ 8430 သဒ္ဒနီတိပ္ပကရဏံ (ပဒမာလာ) 8431 သဒ္ဒနီတိပ္ပကရဏံ (ဓါတုမာလာ) 8432 ပဒရူပသိဒ္ဓိ 8433 မောဂလ္လာနပဉ္စိကာ 8434 ပယောဂသိဒ္ဓိပါဌ 8435 ဝုတ္တောဒယပါဌ 8436 အဘိဓါနပ္ပဒီပိကာပါဌ 8437 အဘိဓါနပ္ပဒီပိကာဋီကာ 8438 သုဗောဓါလင်္ကာရပါဌ 8439 သုဗောဓါလင်္ကာရဋီကာ 8440 ဗာလာဝတာရ ဂဏ္ဌိပဒတ္ထဝိနိစ္ဆယသာရ 8446 ကဝိဒပ္ပဏနီတိ 8447 နီတိမဉ္ဇရီ 8445 ဓမ္မနီတိ 8444 မဟာရဟနီတိ 8441 လောကနီတိ 8442 သုတ္တန္တနီတိ 8443 သူရဿတိနီတိ 8450 စာဏကျနီတိ 8448 နရဒက္ခဒီပနီ 8449 စတုရာရက္ခဒီပနီ 8451 ရသဝါဟိနီ 8452 သီမဝိသောဓနီပါဌ 8453 ဝေဿန္တရဂီတိ 8454 မောဂ္ဂလ္လာန ဝုတ္တိဝိဝရဏပဉ္စိကာ 8455 ထူပဝံသ 8456 ဒါဌာဝံသ 8457 ဓါတုပါဌဝိလာသိနိယာ 8458 ဓါတုဝံသ 8459 ဟတ္ထဝနဂလ္လဝိဟာရဝံသ 8460 ဇိနစရိတယ 8461 ဇိနဝံသဒီပံ 8462 တေလကဋာဟဂါထာ 8463 မိလိဒဋီကာ 8464 ပဒမဉ္ဇရီ 8465 ပဒသာဓနံ 8466 သဒ္ဒဗိန္ဒုပကရဏံ 8467 ကစ္စာယနဓါတုမဉ္ဇုသာ 8468 သာမန္တကူဋဝဏ္ဏနာ
2101 သီလက္ခန္ဓဝဂ္ဂ ပါဠိ 2102 မဟာဝဂ္ဂ ပါဠိ (ဒီဃ) 2103 ပါထိကဝဂ္ဂ ပါဠိ	2201 သီလက္ခန္ဓဝဂ္ဂ အဋ္ဌကထာ 2202 မဟာဝဂ္ဂ အဋ္ဌကထာ (ဒီဃ) 2203 ပါထိကဝဂ္ဂ အဋ္ဌကထာ	2301 သီလက္ခန္ဓဝဂ္ဂ ဋီကာ 2302 မဟာဝဂ္ဂ ဋီကာ (ဒီဃ) 2303 ပါထိကဝဂ္ဂ ဋီကာ 2304 သီလက္ခန္ဓဝဂ္ဂ-အဘိနဝဋီကာ-၁ 2305 သီလက္ခန္ဓဝဂ္ဂ-အဘိနဝဋီကာ-၂
3101 မူလပဏ္ဏာသ ပါဠိ 3102 မဇ္ဈိမပဏ္ဏာသ ပါဠိ 3103 ဥပရိပဏ္ဏာသ ပါဠိ	3201 မူလပဏ္ဏာသ အဋ္ဌကထာ-၁ 3202 မူလပဏ္ဏာသ အဋ္ဌကထာ-၂ 3203 မဇ္ဈိမပဏ္ဏာသ အဋ္ဌကထာ 3204 ဥပရိပဏ္ဏာသ အဋ္ဌကထာ	3301 မူလပဏ္ဏာသ ဋီကာ 3302 မဇ္ဈိမပဏ္ဏာသ ဋီကာ 3303 ဥပရိပဏ္ဏာသ ဋီကာ
4101 သဂါထာဝဂ္ဂ ပါဠိ 4102 နိဒါနဝဂ္ဂ ပါဠိ 4103 ခန္ဓဝဂ္ဂ ပါဠိ 4104 သဠာယတနဝဂ္ဂ ပါဠိ 4105 မဟာဝဂ္ဂ ပါဠိ (သံယုတ္တ)	4201 သဂါထာဝဂ္ဂ အဋ္ဌကထာ 4202 နိဒါနဝဂ္ဂ အဋ္ဌကထာ 4203 ခန္ဓဝဂ္ဂ အဋ္ဌကထာ 4204 သဠာယတနဝဂ္ဂ အဋ္ဌကထာ 4205 မဟာဝဂ္ဂ အဋ္ဌကထာ (သံယုတ္တ)	4301 သဂါထာဝဂ္ဂ ဋီကာ 4302 နိဒါနဝဂ္ဂ ဋီကာ 4303 ခန္ဓဝဂ္ဂ ဋီကာ 4304 သဠာယတနဝဂ္ဂ ဋီကာ 4305 မဟာဝဂ္ဂ ဋီကာ (သံယုတ္တ)
5101 ဧကကနိပါတ ပါဠိ 5102 ဒုကနိပါတ ပါဠိ 5103 တိကနိပါတ ပါဠိ 5104 စတုက္ကနိပါတ ပါဠိ 5105 ပဉ္စကနိပါတ ပါဠိ 5106 ဆက္ကနိပါတ ပါဠိ 5107 သတ္တကနိပါတ ပါဠိ 5108 အဋ္ဌကာဒိနိပါတ ပါဠိ 5109 နဝကနိပါတ ပါဠိ 5110 ဒသကနိပါတ ပါဠိ 5111 ဧကာဒသကနိပါတ ပါဠိ	5201 ဧကကနိပါတ အဋ္ဌကထာ 5202 ဒုက-တိက-စတုက္ကနိပါတ အဋ္ဌကထာ 5203 ပဉ္စက-ဆက္က-သတ္တကနိပါတ အဋ္ဌကထာ 5204 အဋ္ဌကာဒိနိပါတ အဋ္ဌကထာ	5301 ဧကကနိပါတ ဋီကာ 5302 ဒုက-တိက-စတုက္ကနိပါတ ဋီကာ 5303 ပဉ္စက-ဆက္က-သတ္တကနိပါတ ဋီကာ 5304 အဋ္ဌကာဒိနိပါတ ဋီကာ
6101 ခုဒ္ဒကပါဌ ပါဠိ 6102 ဓမ္မပဒ ပါဠိ 6103 ဥဒါန ပါဠိ 6104 ဣတိဝုတ္တက ပါဠိ 6105 သုတ္တနိပါတ ပါဠိ 6106 ဝိမာနဝတ္ထု ပါဠိ 6107 ပေတဝတ္ထု ပါဠိ 6108 ထေရဂါထာ ပါဠိ 6109 ထေရီဂါထာ ပါဠိ 6110 အပဒါန ပါဠိ-၁ 6111 အပဒါန ပါဠိ-၂ 6112 ဗုဒ္ဓဝံသ ပါဠိ 6113 စရိယာပိဋက ပါဠိ 6114 ဇာတက ပါဠိ-၁ 6115 ဇာတက ပါဠိ-၂ 6116 မဟာနိဒ္ဒေသ ပါဠိ 6117 စူဠနိဒ္ဒေသ ပါဠိ 6118 ပဋိသမ္ဘိဒါမဂ္ဂ ပါဠိ 6119 နေတ္တိပ္ပကရဏ ပါဠိ 6120 မိလိန္ဒပဉှ ပါဠိ 6121 ပေဋကောပဒေသ ပါဠိ	6201 ခုဒ္ဒကပါဌ အဋ္ဌကထာ 6202 ဓမ္မပဒ အဋ္ဌကထာ-၁ 6203 ဓမ္မပဒ အဋ္ဌကထာ-၂ 6204 ဥဒါန အဋ္ဌကထာ 6205 ဣတိဝုတ္တက အဋ္ဌကထာ 6206 သုတ္တနိပါတ အဋ္ဌကထာ-၁ 6207 သုတ္တနိပါတ အဋ္ဌကထာ-၂ 6208 ဝိမာနဝတ္ထု အဋ္ဌကထာ 6209 ပေတဝတ္ထု အဋ္ဌကထာ 6210 ထေရဂါထာ အဋ္ဌကထာ-၁ 6211 ထေရဂါထာ အဋ္ဌကထာ-၂ 6212 ထေရီဂါထာ အဋ္ဌကထာ 6213 အပဒါန အဋ္ဌကထာ-၁ 6214 အပဒါန အဋ္ဌကထာ-၂ 6215 ဗုဒ္ဓဝံသ အဋ္ဌကထာ 6216 စရိယာပိဋက အဋ္ဌကထာ 6217 ဇာတက အဋ္ဌကထာ-၁ 6218 ဇာတက အဋ္ဌကထာ-၂ 6219 ဇာတက အဋ္ဌကထာ-၃ 6220 ဇာတက အဋ္ဌကထာ-၄ 6221 ဇာတက အဋ္ဌကထာ-၅ 6222 ဇာတက အဋ္ဌကထာ-၆ 6223 ဇာတက အဋ္ဌကထာ-၇ 6224 မဟာနိဒ္ဒေသ အဋ္ဌကထာ 6225 စူဠနိဒ္ဒေသ အဋ္ဌကထာ 6226 ပဋိသမ္ဘိဒါမဂ္ဂ အဋ္ဌကထာ-၁ 6227 ပဋိသမ္ဘိဒါမဂ္ဂ အဋ္ဌကထာ-၂ 6228 နေတ္တိပ္ပကရဏ အဋ္ဌကထာ	6301 နေတ္တိပ္ပကရဏ ဋီကာ 6302 နေတ္တိဝိဘာဝိနီ
7101 ဓမ္မသင်္ဂဏီ ပါဠိ 7102 ဝိဘင်္ဂ ပါဠိ 7103 ဓါတုကထာ ပါဠိ 7104 ပုဂ္ဂလပညတ္တိ ပါဠိ 7105 ကထာဝတ္ထု ပါဠိ 7106 ယမက ပါဠိ-၁ 7107 ယမက ပါဠိ-၂ 7108 ယမက ပါဠိ-၃ 7109 ပဋ္ဌာန ပါဠိ-၁ 7110 ပဋ္ဌာန ပါဠိ-၂ 7111 ပဋ္ဌာန ပါဠိ-၃ 7112 ပဋ္ဌာန ပါဠိ-၄ 7113 ပဋ္ဌာန ပါဠိ-၅	7201 ဓမ္မသင်္ဂဏိ အဋ္ဌကထာ 7202 သမ္မောဟဝိနောဒနီ အဋ္ဌကထာ 7203 ပဉ္စပကရဏ အဋ္ဌကထာ	7301 ဓမ္မသင်္ဂဏီ-မူလဋီကာ 7302 ဝိဘင်္ဂ-မူလဋီကာ 7303 ပဉ္စပကရဏ-မူလဋီကာ 7304 ဓမ္မသင်္ဂဏီ-အနုဋီကာ 7305 ပဉ္စပကရဏ-အနုဋီကာ 7306 အဘိဓမ္မာဝတာရော-နာမရူပပရိစ္ဆေဒေါ 7307 အဘိဓမ္မတ္ထသင်္ဂဟော 7308 အဘိဓမ္မာဝတာရ-ပုရာဏဋီကာ 7309 အဘိဓမ္မမာတိကာပါဠိ

português
Páli	Aṭṭhakathā	Ṭīkā	Outro
1101 Ofensas Graves (Pārājika) 1102 Ofensas Leves (Pācittiya) 1103 Grande Seção do Vīnaya (Mahāvagga) 1104 Pequena Seção do Vīnaya (Cūḷavagga) 1105 Apêndice do Vīnaya (Parivāra)	1201 Comentário das Ofensas Graves - Vol. 1 1202 Comentário das Ofensas Graves - Vol. 2 1203 Comentário das Ofensas Leves 1204 Comentário da Grande Seção do Vīnaya 1205 Comentário da Pequena Seção do Vīnaya 1206 Comentário do Apêndice do Vīnaya	1301 Subcomentário que Elucida o Sentido Essencial - Vol. 1 1302 Subcomentário que Elucida o Sentido Essencial - Vol. 2 1303 Subcomentário que Elucida o Sentido Essencial - Vol. 3	1401 Texto das Duas Matrizes 1402 Comentário do Compêndio do Vīnaya 1403 Subcomentário de Vajirabuddhi 1404 Subcomentário que Dissipa Dúvidas - Vol. 1 1405 Subcomentário que Dissipa Dúvidas - Vol. 2 1406 Subcomentário do Ornamento do Vīnaya - Vol. 1 1407 Subcomentário do Ornamento do Vīnaya - Vol. 2 1408 Antigo Subcomentário que Supera Dúvidas 1409 Decisão sobre o Vīnaya e Decisão Superior 1410 Subcomentário da Decisão sobre o Vīnaya - Vol. 1 1411 Subcomentário da Decisão sobre o Vīnaya - Vol. 2 1412 Texto da Aplicação das Regras 1413 Pequeno Treinamento e Treinamento Fundamental 8401 Caminho da Purificação - Vol. 1 8402 Caminho da Purificação - Vol. 2 8403 Grande Subcomentário do Caminho da Purificação - Vol. 1 8404 Grande Subcomentário do Caminho da Purificação - Vol. 2 8405 História da Origem do Caminho da Purificação 8406 Coleção dos Longos Discursos (índice Pāli-Vietnamita) 8407 Coleção dos Discursos Médios (índice Pāli-Vietnamita) 8408 Coleção dos Discursos Agrupados (índice Pāli-Vietnamita) 8409 Coleção dos Discursos Numerados (índice Pāli-Vietnamita) 8410 Cesto da Disciplina (índice Pāli-Vietnamita) 8411 Cesto do Abhidhamma (índice Pāli-Vietnamita) 8412 Comentários (índice Pāli-Vietnamita) 8413 Elucidação da Etimologia 8414 Grande Subcomentário do Compêndio que Elucida o Sentido Supremo 8415 Texto do Subcomentário Elucidativo 8416 Texto Elucidativo sobre a Exposição das Condições 8417 Subcomentário da Saudação 8418 Grande Texto de Saudação 8419 Versos de Louvor a Buda pelos Sinais 8420 Saudação com Recitação 8421 Oferenda de Lótus 8422 Ornamento dos Vencedores 8423 Mel dos Versos 8424 Coleção de Versos sobre as Qualidades de Buda 8425 Pequena Crônica dos Livros 8427 Crônica do Ensinamento 8426 Grande Crônica 8429 Gramática de Moggallāna 8428 Gramática de Kaccāyana 8430 Tratado sobre a Gramática - Série de Palavras 8431 Tratado sobre a Gramática - Série de Raízes 8432 Realização das Formas das Palavras 8433 Comentário de Moggallāna 8434 Texto sobre a Realização da Aplicação 8435 Texto sobre a Origem dos Versos 8436 Texto do Dicionário Iluminado 8437 Subcomentário do Dicionário Iluminado 8438 Texto sobre o Ornamento da Boa Compreensão 8439 Subcomentário do Ornamento da Boa Compreensão 8440 Essência da Decisão sobre os Termos do Glossário de Bālāvatāra 8446 Ética do Poeta 8447 Coleção de Ética 8445 Ética do Dhamma 8444 Grande Ética Secreta 8441 Ética do Mundo 8442 Ética dos Suttas 8443 Ética do Herói 8450 Ética de Cāṇakya 8448 Elucidação sobre os Perigos para os Homens 8449 Elucidação sobre as Quatro Proteções 8451 O Fluxo do Sabor - Histórias Edificantes 8452 Texto sobre a Purificação dos Limites 8453 Canto de Vessantara 8454 Explicação do Comentário de Moggallāna 8455 Crônica das Estupas 8456 Crônica da Relíquia do Dente 8457 O Esplendor da Leitura dos Elementos 8458 Crônica das Relíquias 8459 Crônica do Mosteiro de Hatthavanagalla 8460 História do Vencedor 8461 Ilha da Linhagem dos Vencedores 8462 Versos da Panela de Óleo 8463 Subcomentário de Milinda 8464 Cacho de Flores de Palavras 8465 Realização das Palavras 8466 Tratado sobre os Pontos da Gramática 8467 Coleção de Raízes de Kaccāyana 8468 Descrição do Pico de Sāmantakūṭa
2101 Seção da Moralidade - Dīgha 2102 Grande Seção - Dīgha 2103 Seção de Pāthika - Dīgha	2201 Comentário da Seção da Moralidade - Dīgha 2202 Comentário da Grande Seção - Dīgha 2203 Comentário da Seção de Pāthika - Dīgha	2301 Subcomentário da Seção da Moralidade - Dīgha 2302 Subcomentário da Grande Seção - Dīgha 2303 Subcomentário da Seção de Pāthika - Dīgha 2304 Novo Subcomentário da Seção da Moralidade - Vol. 1 2305 Novo Subcomentário da Seção da Moralidade - Vol. 2
3101 Cinquenta Discursos Fundamentais - Majjhima 3102 Cinquenta Discursos Médios - Majjhima 3103 Cinquenta Discursos Superiores - Majjhima	3201 Comentário dos Cinquenta Fundamentais - Vol. 1 3202 Comentário dos Cinquenta Fundamentais - Vol. 2 3203 Comentário dos Cinquenta Médios 3204 Comentário dos Cinquenta Superiores	3301 Subcomentário dos Cinquenta Fundamentais 3302 Subcomentário dos Cinquenta Médios 3303 Subcomentário dos Cinquenta Superiores
4101 Seção com Versos - Saṃyutta 4102 Seção das Causas - Saṃyutta 4103 Seção dos Agregados - Saṃyutta 4104 Seção das Seis Bases dos Sentidos - Saṃyutta 4105 Grande Seção - Saṃyutta	4201 Comentário da Seção com Versos - Saṃyutta 4202 Comentário da Seção das Causas - Saṃyutta 4203 Comentário da Seção dos Agregados - Saṃyutta 4204 Comentário da Seção das Seis Bases - Saṃyutta 4205 Comentário da Grande Seção - Saṃyutta	4301 Subcomentário da Seção com Versos - Saṃyutta 4302 Subcomentário da Seção das Causas - Saṃyutta 4303 Subcomentário da Seção dos Agregados - Saṃyutta 4304 Subcomentário da Seção das Seis Bases - Saṃyutta 4305 Subcomentário da Grande Seção - Saṃyutta
5101 Grupos de Um - Aṅguttara 5102 Grupos de Dois - Aṅguttara 5103 Grupos de Três - Aṅguttara 5104 Grupos de Quatro - Aṅguttara 5105 Grupos de Cinco - Aṅguttara 5106 Grupos de Seis - Aṅguttara 5107 Grupos de Sete - Aṅguttara 5108 Grupos de Oito, etc. - Aṅguttara 5109 Grupos de Nove - Aṅguttara 5110 Grupos de Dez - Aṅguttara 5111 Grupos de Onze - Aṅguttara	5201 Comentário dos Grupos de Um - Aṅguttara 5202 Comentário dos Grupos de Dois, Três e Quatro 5203 Comentário dos Grupos de Cinco, Seis e Sete 5204 Comentário dos Grupos de Oito, etc.	5301 Subcomentário dos Grupos de Um - Aṅguttara 5302 Subcomentário dos Grupos de Dois, Três e Quatro 5303 Subcomentário dos Grupos de Cinco, Seis e Sete 5304 Subcomentário dos Grupos de Oito, etc.
6101 Pequena Leitura (Khuddakapāṭha) 6102 Versos do Dhamma (Dhammapada) 6103 Exclamações Inspiradas (Udāna) 6104 Assim Foi Dito (Itivuttaka) 6105 Coleção de Discursos (Suttanipāta) 6106 Histórias das Mansões Celestiais 6107 Histórias dos Fantasmas 6108 Versos dos Monges Anciãos 6109 Versos das Monjas Anciãs 6110 Histórias Passadas - Vol. 1 6111 Histórias Passadas - Vol. 2 6112 História dos Budas (Buddhavaṃsa) 6113 Cesto das Condutas (Cariyāpiṭaka) 6114 Histórias de Nascimentos - Vol. 1 6115 Histórias de Nascimentos - Vol. 2 6116 Grande Exposição (Mahāniddesa) 6117 Pequena Exposição (Cūḷaniddesa) 6118 Caminho da Discriminação Analítica 6119 O Guia (Nettippakaraṇa) 6120 As Perguntas de Milinda 6121 Instrução do Cesto (Peṭakopadesa)	6201 Comentário da Pequena Leitura 6202 Comentário do Dhammapada - Vol. 1 6203 Comentário do Dhammapada - Vol. 2 6204 Comentário do Udāna 6205 Comentário do Itivuttaka 6206 Comentário do Suttanipāta - Vol. 1 6207 Comentário do Suttanipāta - Vol. 2 6208 Comentário das Histórias das Mansões 6209 Comentário das Histórias dos Fantasmas 6210 Comentário dos Versos dos Monges - Vol. 1 6211 Comentário dos Versos dos Monges - Vol. 2 6212 Comentário dos Versos das Monjas 6213 Comentário das Histórias Passadas - Vol. 1 6214 Comentário das Histórias Passadas - Vol. 2 6215 Comentário da História dos Budas 6216 Comentário do Cesto das Condutas 6217 Comentário das Histórias de Nascimentos - Vol. 1 6218 Comentário das Histórias de Nascimentos - Vol. 2 6219 Comentário das Histórias de Nascimentos - Vol. 3 6220 Comentário das Histórias de Nascimentos - Vol. 4 6221 Comentário das Histórias de Nascimentos - Vol. 5 6222 Comentário das Histórias de Nascimentos - Vol. 6 6223 Comentário das Histórias de Nascimentos - Vol. 7 6224 Comentário da Grande Exposição 6225 Comentário da Pequena Exposição 6226 Comentário do Caminho da Discriminação - Vol. 1 6227 Comentário do Caminho da Discriminação - Vol. 2 6228 Comentário do Guia	6301 Subcomentário do Guia 6302 Elucidação do Guia
7101 Enumeração dos Fenômenos (Dhammasaṅgaṇī) 7102 Análise (Vibhaṅga) 7103 Discurso sobre os Elementos (Dhātukathā) 7104 Designação das Pessoas (Puggalapaññatti) 7105 Pontos da Discussão (Kathāvatthu) 7106 O Livro dos Pares - Vol. 1 7107 O Livro dos Pares - Vol. 2 7108 O Livro dos Pares - Vol. 3 7109 Condições de Originação - Vol. 1 7110 Condições de Originação - Vol. 2 7111 Condições de Originação - Vol. 3 7112 Condições de Originação - Vol. 4 7113 Condições de Originação - Vol. 5	7201 Comentário da Enumeração dos Fenômenos 7202 Comentário que Dissipa a Confusão 7203 Comentário dos Cinco Tratados	7301 Subcomentário Principal da Enumeração dos Fenômenos 7302 Subcomentário Principal da Análise 7303 Subcomentário Principal dos Cinco Tratados 7304 Subcomentário Secundário da Enumeração dos Fenômenos 7305 Subcomentário Secundário dos Cinco Tratados 7306 Introdução ao Abhidhamma - Análise de Nome e Forma 7307 Compêndio do Abhidhamma 7308 Antigo Subcomentário da Introdução ao Abhidhamma 7309 Matriz do Abhidhamma

русский
Палийский канон	Комментарии	Субкомментарии	Другое
1101 Параджика-пали 1102 Пачиттия-пали 1103 Махавагга-пали (Виная) 1104 Чулавагга-пали 1105 Паривара-пали	1201 Параджиканда-аттхакатха-1 1202 Параджиканда-аттхакатха-2 1203 Пачиттия-аттхакатха 1204 Махавагга-аттхакатха (Виная) 1205 Чулавагга-аттхакатха 1206 Паривара-аттхакатха	1301 Сараттхадипани-тика-1 1302 Сараттхадипани-тика-2 1303 Сараттхадипани-тика-3	1401 Двематика-пали 1402 Винаясангаха-аттхакатха 1403 Ваджирабуддхи-тика 1404 Вимативинодани-тика-1 1405 Вимативинодани-тика-2 1406 Винаяланкара-тика-1 1407 Винаяланкара-тика-2 1408 Канкхавитаранипурана-тика 1409 Винаявиниччая-уттаравиниччая 1410 Винаявиниччая-тика-1 1411 Винаявиниччая-тика-2 1412 Пачиттиядийоджана-пали 1413 Кхуддасиккха-муласиккха 8401 Висуддхимагга-1 8402 Висуддхимагга-2 8403 Висуддхимагга-махатика-1 8404 Висуддхимагга-махатика-2 8405 Висуддхимагга-ниданакатха 8406 Дигханикая (пу-ви) 8407 Мадджхиманикая (пу-ви) 8408 Самъюттаникая (пу-ви) 8409 Ангуттараникая (пу-ви) 8410 Винаяпитака (пу-ви) 8411 Абхидхаммапитака (пу-ви) 8412 Аттхакатха (пу-ви) 8413 Нируттидипани 8414 Параматтхадипани Сангахамахатикапатха 8415 Анудипанипатха 8416 Паттхануддеса дипанипатха 8417 Намаккаратика 8418 Махапанамапатха 8419 Лаккханато буддхатхоманагатха 8420 Сутавандана 8421 Камаланджали 8422 Джиналанкара 8423 Паджамадху 8424 Буддхагунагатхавали 8425 Чулагантхавамса 8427 Сасанавамса 8426 Махавамса 8429 Моггалланабьякарана 8428 Каччаянабьякарана 8430 Садданитиппакарана (падамала) 8431 Садданитиппакарана (дхатумала) 8432 Падарупасиддхи 8433 Могалланапанчика 8434 Пайогасиддхипатха 8435 Вуттодаяпатха 8436 Абхидханаппадипикапатха 8437 Абхидханаппадипикатика 8438 Субодхаланкарапатха 8439 Субодхаланкаратика 8440 Балаватара гантхипадаттхавиниччаясара 8446 Кавидаппананити 8447 Нитиманджари 8445 Дхамманити 8444 Махараханити 8441 Локанити 8442 Суттантанити 8443 Сурассатинити 8450 Чанакьянити 8448 Нарадаккхадипани 8449 Чатурараккхадипани 8451 Расавахини 8452 Симависодханипатха 8453 Вессантарагити 8454 Моггаллана вуттививаранапанчика 8455 Тхупавамса 8456 Датхавамса 8457 Дхатупатхавиласиния 8458 Дхатувамса 8459 Хаттхаванагаллавихаравамса 8460 Джиначаритая 8461 Джинавамсадипа 8462 Телакатахагатха 8463 Милидатика 8464 Падаманджари 8465 Падасадхана 8466 Саддабиндупакарана 8467 Каччаянадхатуманджуса 8468 Самантакутаваннана
2101 Силаккхандхавагга-пали 2102 Махавагга-пали (Дигха) 2103 Патхикавагга-пали	2201 Силаккхандхавагга-аттхакатха 2202 Махавагга-аттхакатха (Дигха) 2203 Патхикавагга-аттхакатха	2301 Силаккхандхавагга-тика 2302 Махавагга-тика (Дигха) 2303 Патхикавагга-тика 2304 Силаккхандхавагга-абхинаватика-1 2305 Силаккхандхавагга-абхинаватика-2
3101 Мулапаннаса-пали 3102 Мадджхимапаннаса-пали 3103 Упарипаннаса-пали	3201 Мулапаннаса-аттхакатха-1 3202 Мулапаннаса-аттхакатха-2 3203 Мадджхимапаннаса-аттхакатха 3204 Упарипаннаса-аттхакатха	3301 Мулапаннаса-тика 3302 Мадджхимапаннаса-тика 3303 Упарипаннаса-тика
4101 Сагатхавагга-пали 4102 Ниданавагга-пали 4103 Кхандхавагга-пали 4104 Салаятанавагга-пали 4105 Махавагга-пали (Самъютта)	4201 Сагатхавагга-аттхакатха 4202 Ниданавагга-аттхакатха 4203 Кхандхавагга-аттхакатха 4204 Салаятанавагга-аттхакатха 4205 Махавагга-аттхакатха (Самъютта)	4301 Сагатхавагга-тика 4302 Ниданавагга-тика 4303 Кхандхавагга-тика 4304 Салаятанавагга-тика 4305 Махавагга-тика (Самъютта)
5101 Экаканипата-пали 5102 Дуканипата-пали 5103 Тиканипата-пали 5104 Чатукканипата-пали 5105 Панчаканипата-пали 5106 Чхакканипата-пали 5107 Саттаканипата-пали 5108 Аттхакадинипата-пали 5109 Наваканипата-пали 5110 Дасаканипата-пали 5111 Экадасаканипата-пали	5201 Экаканипата-аттхакатха 5202 Дука-тика-чатукканипата-аттхакатха 5203 Панчака-чхакка-саттаканипата-аттхакатха 5204 Аттхакадинипата-аттхакатха	5301 Экаканипата-тика 5302 Дука-тика-чатукканипата-тика 5303 Панчака-чхакка-саттаканипата-тика 5304 Аттхакадинипата-тика
6101 Кхуддакапатха-пали 6102 Дхаммапада-пали 6103 Удана-пали 6104 Итивуттака-пали 6105 Суттанипата-пали 6106 Виманаваттху-пали 6107 Петаваттху-пали 6108 Тхерагатха-пали 6109 Тхеригатха-пали 6110 Ападана-пали-1 6111 Ападана-пали-2 6112 Буддхавамса-пали 6113 Чарияпитака-пали 6114 Джатака-пали-1 6115 Джатака-пали-2 6116 Маханиддеса-пали 6117 Чуланиддеса-пали 6118 Патисамбхидамагга-пали 6119 Неттиппакарана-пали 6120 Милиндапаньха-пали 6121 Петакопадеса-пали	6201 Кхуддакапатха-аттхакатха 6202 Дхаммапада-аттхакатха-1 6203 Дхаммапада-аттхакатха-2 6204 Удана-аттхакатха 6205 Итивуттака-аттхакатха 6206 Суттанипата-аттхакатха-1 6207 Суттанипата-аттхакатха-2 6208 Виманаваттху-аттхакатха 6209 Петаваттху-аттхакатха 6210 Тхерагатха-аттхакатха-1 6211 Тхерагатха-аттхакатха-2 6212 Тхеригатха-аттхакатха 6213 Ападана-аттхакатха-1 6214 Ападана-аттхакатха-2 6215 Буддхавамса-аттхакатха 6216 Чарияпитака-аттхакатха 6217 Джатака-аттхакатха-1 6218 Джатака-аттхакатха-2 6219 Джатака-аттхакатха-3 6220 Джатака-аттхакатха-4 6221 Джатака-аттхакатха-5 6222 Джатака-аттхакатха-6 6223 Джатака-аттхакатха-7 6224 Маханиддеса-аттхакатха 6225 Чуланиддеса-аттхакатха 6226 Патисамбхидамагга-аттхакатха-1 6227 Патисамбхидамагга-аттхакатха-2 6228 Неттиппакарана-аттхакатха	6301 Неттиппакарана-тика 6302 Неттивибхавини
7101 Дхаммасангани-пали 7102 Вибханга-пали 7103 Дхатукатха-пали 7104 Пуггалапаннятти-пали 7105 Катхаваттху-пали 7106 Ямака-пали-1 7107 Ямака-пали-2 7108 Ямака-пали-3 7109 Паттхана-пали-1 7110 Паттхана-пали-2 7111 Паттхана-пали-3 7112 Паттхана-пали-4 7113 Паттхана-пали-5	7201 Дхаммасангани-аттхакатха 7202 Саммохивинодани-аттхакатха 7203 Панчапакарана-аттхакатха	7301 Дхаммасангани-мулатика 7302 Вибханга-мулатика 7303 Панчапакарана-мулатика 7304 Дхаммасангани-анутика 7305 Панчапакарана-анутика 7306 Абхидхаммаватаро-намарупапариччхедо 7307 Абхидхамматтхасангахо 7308 Абхидхаммаватара-пуранатика 7309 Абхидхаммаматика-пали
1 Namo tassa bhagavato arahato sammāsambuddhassa Поклонение Ему, Благословенному, Достойному, Совершенносамопросветлённому Saṃyuttanikāyo Самьютта-никая Khandhavaggo Кхандха-вагга 1. Khandhasaṃyuttaṃ 1. Кхандха-самьютта 1. Nakulapituvaggo 1. Накулапиту-вагга 1. Nakulapitusuttaṃ 1. Накулапиту-сутта 1. Evaṃ [Pg.1] me sutaṃ – ekaṃ samayaṃ bhagavā bhaggesu viharati susumāragire bhesakaḷāvane migadāye. Atha kho nakulapitā gahapati yena bhagavā tenupasaṅkami; upasaṅkamitvā bhagavantaṃ abhivādetvā ekamantaṃ nisīdi. Ekamantaṃ nisinno kho nakulapitā gahapati bhagavantaṃ etadavoca – 1. Так я слышал. Однажды Благословенный пребывал в стране Бхаггов, в Сусумарагире, в роще Бхесакала, в Оленьем парке. Тогда домохозяин Накулапита подошёл к Благословенному, почтительно поклонился Ему и сел с одной стороны. Сидя с одной стороны, домохозяин Накулапита обратился к Благословенному с такими словами: ‘‘Ahamasmi, bhante, jiṇṇo vuḍḍho mahallako addhagato vayoanuppatto āturakāyo abhikkhaṇātaṅko. Aniccadassāvī kho panāhaṃ, bhante, bhagavato manobhāvanīyānañca bhikkhūnaṃ. Ovadatu maṃ, bhante, bhagavā; anusāsatu maṃ, bhante, bhagavā; yaṃ mamassa dīgharattaṃ hitāya sukhāyā’’ti. «Учитель, я стар, дряхл, обременён годами, прошёл жизненный путь, достиг преклонного возраста; моё тело немощно, я постоянно болею. К тому же, Учитель, мне редко удаётся видеть Благословенного и бхиккху, достойных уважения. Пусть Благословенный наставит меня, Учитель, пусть Благословенный поучит меня, дабы это послужило моему благу и счастью на долгое время». ‘‘Evametaṃ, gahapati, evametaṃ, gahapati! Āturo hāyaṃ, gahapati, kāyo aṇḍabhūto pariyonaddho. Yo hi, gahapati, imaṃ kāyaṃ pariharanto muhuttampi ārogyaṃ paṭijāneyya, kimaññatra bālyā? Tasmātiha te, [Pg.2] gahapati, evaṃ sikkhitabbaṃ – ‘āturakāyassa me sato cittaṃ anāturaṃ bhavissatī’ti. Evañhi te, gahapati, sikkhitabba’’nti. «Так оно и есть, домохозяин, так оно и есть! Ведь это тело, домохозяин, немощно, хрупко, словно яйцо, обтянуто лишь тонкой кожей. Если кто-либо, влача это тело, заявил бы, что он здоров хотя бы на мгновение, что это было бы, как не глупость? Поэтому, домохозяин, тебе следует так тренировать себя: „Пусть моё тело немощно, но мой ум будет здоровым“. Вот так, домохозяин, тебе следует тренировать себя». Atha kho nakulapitā gahapati bhagavato bhāsitaṃ abhinanditvā anumoditvā uṭṭhāyāsanā bhagavantaṃ abhivādetvā padakkhiṇaṃ katvā yenāyasmā sāriputto tenupasaṅkami; upasaṅkamitvā āyasmantaṃ sāriputtaṃ abhivādetvā ekamantaṃ nisīdi. Ekamantaṃ nisinnaṃ kho nakulapitaraṃ gahapatiṃ āyasmā sāriputto etadavoca – ‘‘vippasannāni kho te, gahapati, indriyāni; parisuddho mukhavaṇṇo pariyodāto. Alattha no ajja bhagavato sammukhā dhammiṃ kathaṃ savanāyā’’ti? Тогда домохозяин Накулапита, восхитившись и порадовавшись словам Благословенного, поднялся со своего места, почтительно поклонился Благословенному и, обойдя Его справа, направился к почтенному Сарипутте. Подойдя к почтенному Сарипутте, он почтительно поклонился ему и сел с одной стороны. Почтенный Сарипутта обратился к сидящему с одной стороны домохозяину Накулапите с такими словами: «Домохозяин, твои органы чувств умиротворены, цвет твоего лица чист и светел. Не довелось ли тебе сегодня услышать поучение Дхаммы из уст самого Благословенного?» ‘‘Kathañhi no siyā, bhante! Idānāhaṃ, bhante, bhagavatā dhammiyā kathāya amatena abhisitto’’ti. ‘‘Yathā kathaṃ pana tvaṃ, gahapati, bhagavatā dhammiyā kathāya amatena abhisitto’’ti? ‘‘Idhāhaṃ, bhante, yena bhagavā tenupasaṅkamiṃ; upasaṅkamitvā bhagavantaṃ abhivādetvā ekamantaṃ nisīdiṃ. Ekamantaṃ nisinno khvāhaṃ, bhante, bhagavantaṃ etadavocaṃ – ‘ahamasmi, bhante, jiṇṇo vuḍḍho mahallako addhagato vayoanuppatto āturakāyo abhikkhaṇātaṅko. Aniccadassāvī kho panāhaṃ, bhante, bhagavato manobhāvanīyānañca bhikkhūnaṃ. Ovadatu maṃ, bhante, bhagavā; anusāsatu maṃ, bhante, bhagavā; yaṃ mamassa dīgharattaṃ hitāya sukhāyā’’’ti. «Как же иначе, почтенный! Только что, почтенный, Благословенный окропил меня нектаром беседы о Дхамме». — «Каким же образом, домохозяин, Благословенный окропил тебя нектаром беседы о Дхамме?» — «Здесь, почтенный, я подошёл к Благословенному, почтительно поклонился Ему и сел с одной стороны. Сидя с одной стороны, я обратился к Благословенному с такими словами: „Учитель, я стар, дряхл, обременён годами, прошёл жизненный путь, достиг преклонного возраста; моё тело немощно, я постоянно болею. К тому же, Учитель, мне редко удаётся видеть Благословенного и бхиккху, достойных уважения. Пусть Благословенный наставит меня, Учитель, пусть Благословенный поучит меня, дабы это послужило моему благу и счастью на долгое время“». ‘‘Evaṃ vutte, maṃ, bhante, bhagavā etadavoca – ‘evametaṃ, gahapati, evametaṃ, gahapati! Āturo hāyaṃ, gahapati, kāyo aṇḍabhūto pariyonaddho. Yo hi, gahapati, imaṃ kāyaṃ pariharanto muhuttampi ārogyaṃ paṭijāneyya, kimaññatra bālyā? Tasmātiha te gahapati, evaṃ sikkhitabbaṃ – āturakāyassa me sato cittaṃ anāturaṃ bhavissatīti. Evañhi te, gahapati, sikkhitabba’nti. Evaṃ khvāhaṃ, bhante, bhagavatā dhammiyā kathāya amatena abhisitto’’ti. «Когда я так сказал, Учитель, Благословенный ответил мне: „Так оно и есть, домохозяин, так оно и есть! Ведь это тело, домохозяин, немощно, хрупко, словно яйцо, обтянуто лишь тонкой кожей. Если кто-либо, влача это тело, заявил бы, что он здоров хотя бы на мгновение, что это было бы, как не глупость? Поэтому, домохозяин, тебе следует так тренировать себя: „Пусть моё тело немощно, но мой ум будет здоровым“. Вот так, домохозяин, тебе следует тренировать себя“. Вот так, почтенный, Благословенный окропил меня нектаром беседы о Дхамме». ‘‘Na hi pana taṃ, gahapati, paṭibhāsi bhagavantaṃ uttariṃ paṭipucchituṃ – ‘kittāvatā nu kho, bhante, āturakāyo ceva hoti āturacitto ca, kittāvatā ca pana āturakāyo hi kho hoti no ca āturacitto’’’ti[Pg.3]? ‘‘Dūratopi kho mayaṃ, bhante, āgaccheyyāma āyasmato sāriputtassa santike etassa bhāsitassa atthamaññātuṃ. Sādhu vatāyasmantaṃyeva sāriputtaṃ paṭibhātu etassa bhāsitassa attho’’ti. «Но неужели тебе не пришло в голову, домохозяин, спросить Благословенного далее: „В какой мере, Учитель, человек болен и телом, и умом, и в какой мере он болен телом, но не болен умом?“» — «Мы пришли бы и издалека, почтенный, к почтенному Сарипутте, чтобы узнать значение этих слов. Было бы очень хорошо, если бы почтенный Сарипутта сам разъяснил значение этого высказывания». ‘‘Tena hi, gahapati, suṇāhi, sādhukaṃ manasi karohi; bhāsissāmī’’ti. ‘‘Evaṃ, bhante’’ti kho nakulapitā gahapati āyasmato sāriputtassa paccassosi. Āyasmā sāriputto etadavoca – «В таком случае, домохозяин, слушай и внимай хорошенько, я буду говорить». — «Да, почтенный», — ответил домохозяин Накулапита почтенному Сарипутте. Почтенный Сарипутта сказал следующее: ‘‘Kathañca, gahapati, āturakāyo ceva hoti, āturacitto ca? Idha, gahapati, assutavā puthujjano ariyānaṃ adassāvī ariyadhammassa akovido ariyadhamme avinīto sappurisānaṃ adassāvī sappurisadhammassa akovido sappurisadhamme avinīto rūpaṃ attato samanupassati, rūpavantaṃ vā attānaṃ; attani vā rūpaṃ, rūpasmiṃ vā attānaṃ. ‘Ahaṃ rūpaṃ, mama rūpa’nti pariyuṭṭhaṭṭhāyī hoti. Tassa ‘ahaṃ rūpaṃ, mama rūpa’nti pariyuṭṭhaṭṭhāyino taṃ rūpaṃ vipariṇamati aññathā hoti. Tassa rūpavipariṇāmaññathābhāvā uppajjanti sokaparidevadukkhadomanassupāyāsā. «И как, домохозяин, человек болен и телом, и умом? Здесь, домохозяин, необученный обыватель, который не видит благородных, несведущ в их Дхамме и не обучен ей, который не видит истинных людей, несведущ в их Дхамме и не обучен ей, рассматривает телесную форму как себя, или себя как обладающего формой, или форму как содержащуюся в себе, или себя как содержащегося в форме. Он живёт, одержимый мыслями: „Я есть форма, форма — моя“. Поскольку он живёт, одержимый этими мыслями, эта его форма изменяется и становится иной. С изменением и увяданием формы в нём возникают скорбь, стенания, боль, печаль и отчаяние. ‘‘Vedanaṃ attato samanupassati, vedanāvantaṃ vā attānaṃ; attani vā vedanaṃ, vedanāya vā attānaṃ. ‘Ahaṃ vedanā, mama vedanā’ti pariyuṭṭhaṭṭhāyī hoti. Tassa ‘ahaṃ vedanā, mama vedanā’ti pariyuṭṭhaṭṭhāyino, sā vedanā vipariṇamati aññathā hoti. Tassa vedanāvipariṇāmaññathābhāvā uppajjanti sokaparidevadukkhadomanassupāyāsā. «Он рассматривает чувство как себя, или себя как обладающего чувством, или чувство как содержащееся в себе, или себя как содержащегося в чувстве. Он живёт, одержимый мыслями: „Я есть чувство, чувство — моё“. Поскольку он живёт, одержимый этими мыслями, это его чувство изменяется и становится иным. С изменением и увяданием чувства в нём возникают скорбь, стенания, боль, печаль и отчаяние. ‘‘Saññaṃ attato samanupassati, saññāvantaṃ vā attānaṃ; attani vā saññaṃ, saññāya vā attānaṃ. ‘Ahaṃ saññā, mama saññā’ti pariyuṭṭhaṭṭhāyī hoti. Tassa ‘ahaṃ saññā, mama saññā’ti pariyuṭṭhaṭṭhāyino, sā saññā vipariṇamati aññathā hoti. Tassa saññāvipariṇāmaññathābhāvā uppajjanti sokaparidevadukkhadomanassupāyāsā. «Он рассматривает восприятие как себя, или себя как обладающего восприятием, или восприятие как содержащееся в себе, или себя как содержащегося в восприятии. Он живёт, одержимый мыслями: „Я есть восприятие, восприятие — моё“. Поскольку он живёт, одержимый этими мыслями, это его восприятие изменяется и становится иным. С изменением и увяданием восприятия в нём возникают скорбь, стенания, боль, печаль и отчаяние. ‘‘Saṅkhāre attato samanupassati, saṅkhāravantaṃ vā attānaṃ; attani vā saṅkhāre, saṅkhāresu vā attānaṃ. ‘Ahaṃ saṅkhārā, mama saṅkhārā’ti pariyuṭṭhaṭṭhāyī hoti. Tassa ‘ahaṃ saṅkhārā, mama saṅkhārā’ti pariyuṭṭhaṭṭhāyino, te saṅkhārā vipariṇamanti aññathā honti. Tassa saṅkhāravipariṇāmaññathābhāvā uppajjanti sokaparidevadukkhadomanassupāyāsā. «Он рассматривает волевые формирователи как себя, или себя как обладающего волевыми формирователями, или волевые формирователи как содержащиеся в себе, или себя как содержащегося в волевых формирователях. Он живёт, одержимый мыслями: „Я есть волевые формирователи, волевые формирователи — мои“. Поскольку он живёт, одержимый этими мыслями, эти его волевые формирователи изменяются и становятся иными. С изменением и увяданием волевых формирователей в нём возникают скорбь, стенания, боль, печаль и отчаяние. ‘‘Viññāṇaṃ [Pg.4] attato samanupassati, viññāṇavantaṃ vā attānaṃ; attani vā viññāṇaṃ, viññāṇasmiṃ vā attānaṃ. ‘Ahaṃ viññāṇaṃ, mama viññāṇa’nti pariyuṭṭhaṭṭhāyī hoti. Tassa ‘ahaṃ viññāṇaṃ, mama viññāṇa’nti pariyuṭṭhaṭṭhāyino, taṃ viññāṇaṃ vipariṇamati aññathā hoti. Tassa viññāṇavipariṇāmaññathābhāvā uppajjanti sokaparidevadukkhadomanassupāyāsā. Evaṃ kho, gahapati, āturakāyo ceva hoti āturacitto ca. «Он рассматривает сознание как себя, или себя как обладающего сознанием, или сознание как содержащееся в себе, или себя как содержащегося в сознании. Он живёт, одержимый мыслями: „Я есть сознание, сознание — моё“. Поскольку он живёт, одержимый этими мыслями, это его сознание изменяется и становится иным. С изменением и увяданием сознания в нём возникают скорбь, стенания, боль, печаль и отчаяние. Вот так, домохозяин, человек болен и телом, и умом. ‘‘Kathañca, gahapati, āturakāyo hi kho hoti no ca āturacitto? Idha, gahapati, sutavā ariyasāvako ariyānaṃ dassāvī ariyadhammassa kovido ariyadhamme suvinīto sappurisānaṃ dassāvī sappurisadhammassa kovido sappurisadhamme suvinīto na rūpaṃ attato samanupassati, na rūpavantaṃ vā attānaṃ; na attani vā rūpaṃ, na rūpasmiṃ vā attānaṃ. ‘Ahaṃ rūpaṃ, mama rūpa’nti na pariyuṭṭhaṭṭhāyī hoti. Tassa ‘ahaṃ rūpaṃ, mama rūpa’nti apariyuṭṭhaṭṭhāyino, taṃ rūpaṃ vipariṇamati aññathā hoti. Tassa rūpavipariṇāmaññathābhāvā nuppajjanti sokaparidevadukkhadomanassupāyāsā. «И как, домохозяин, человек болен телом, но не болен умом? Здесь, домохозяин, обученный благородный ученик, который видит благородных, сведущ в их Дхамме и обучен ей, который видит истинных людей, сведущ в их Дхамме и обучен ей, не рассматривает телесную форму как себя, или себя как обладающего формой, или форму как содержащуюся в себе, или себя как содержащегося в форме. Он не живёт, одержимый мыслями: „Я есть форма, форма — моя“. Поскольку он не живёт, одержимый этими мыслями, эта его форма изменяется и становится иной. С изменением и увяданием формы в нём не возникают скорбь, стенания, боль, печаль и отчаяние. ‘‘Na vedanaṃ attato samanupassati, na vedanāvantaṃ vā attānaṃ; na attani vā vedanaṃ, na vedanāya vā attānaṃ. ‘Ahaṃ vedanā, mama vedanā’ti na pariyuṭṭhaṭṭhāyī hoti. Tassa ‘ahaṃ vedanā, mama vedanā’ti apariyuṭṭhaṭṭhāyino, sā vedanā vipariṇamati aññathā hoti. Tassa vedanāvipariṇāmaññathābhāvā nuppajjanti sokaparidevadukkhadomanassupāyāsā. «Он не рассматривает чувство как себя, или себя как обладающего чувством, или чувство как содержащееся в себе, или себя как содержащегося в чувстве. Он не живёт, одержимый мыслями: „Я есть чувство, чувство — моё“. Поскольку он не живёт, одержимый этими мыслями, это его чувство изменяется и становится иным. С изменением и увяданием чувства в нём не возникают скорбь, стенания, боль, печаль и отчаяние. ‘‘Na saññaṃ attato samanupassati, na saññāvantaṃ vā attānaṃ; na attani vā saññaṃ, na saññāya vā attānaṃ. ‘Ahaṃ saññā, mama saññā’ti na pariyuṭṭhaṭṭhāyī hoti. Tassa ‘ahaṃ saññā, mama saññā’ti apariyuṭṭhaṭṭhāyino, sā saññā vipariṇamati aññathā hoti. Tassa saññāvipariṇāmaññathābhāvā nuppajjanti sokaparidevadukkhadomanassupāyāsā. «Он не рассматривает восприятие как себя, или себя как обладающего восприятием, или восприятие как содержащееся в себе, или себя как содержащегося в восприятии. Он не живёт, одержимый мыслями: „Я есть восприятие, восприятие — моё“. Поскольку он не живёт, одержимый этими мыслями, это его восприятие изменяется и становится иным. С изменением и увяданием восприятия в нём не возникают скорбь, стенания, боль, печаль и отчаяние. ``Na saṅkhāre attato samanupassati, na saṅkhāravantaṃ vā attānaṃ; na attani vā saṅkhāre, na saṅkhāresu vā attānaṃ. ‘Ahaṃ saṅkhārā, mama saṅkhārā’ti na pariyuṭṭhaṭṭhāyī hoti. Tassa ‘ahaṃ saṅkhārā, mama saṅkhārā’ti apariyuṭṭhaṭṭhāyino, te saṅkhārā vipariṇamanti aññathā honti. Tassa saṅkhāravipariṇāmaññathābhāvā nuppajjanti sokaparidevadukkhadomanassupāyāsā. `` «Он не рассматривает волевые формирователи как себя, или себя как обладающего волевыми формирователями, или волевые формирователи как содержащиеся в себе, или себя как содержащегося в волевых формирователях. Он не живёт, одержимый мыслями: „Я есть волевые формирователи, волевые формирователи — мои“. Поскольку он не живёт, одержимый этими мыслями, эти его волевые формирователи изменяются и становятся иными. С изменением и увяданием волевых формирователей в нём не возникают скорбь, стенания, боль, печаль и отчаяние. ‘‘Na [Pg.5] viññāṇaṃ attato samanupassati, na viññāṇavantaṃ vā attānaṃ; na attani vā viññāṇaṃ, na viññāṇasmiṃ vā attānaṃ. ‘Ahaṃ viññāṇaṃ, mama viññāṇa’nti na pariyuṭṭhaṭṭhāyī hoti. Tassa ‘ahaṃ viññāṇaṃ, mama viññāṇa’nti apariyuṭṭhaṭṭhāyino, taṃ viññāṇaṃ vipariṇamati aññathā hoti. Tassa viññāṇavipariṇāmaññathābhāvā nuppajjanti sokaparidevadukkhadomanassupāyāsā. Evaṃ kho, gahapati, āturakāyo hoti no ca āturacitto’’ti. «Он не рассматривает сознание как себя, или себя как обладающего сознанием, или сознание как содержащееся в себе, или себя как содержащегося в сознании. Он не живёт, одержимый мыслями: „Я есть сознание, сознание — моё“. Поскольку он не живёт, одержимый этими мыслями, это его сознание изменяется и становится иным. С изменением и увяданием сознания в нём не возникают скорбь, стенания, боль, печаль и отчаяние. Вот так, домохозяин, человек болен телом, но не болен умом». Idamavoca āyasmā sāriputto. Attamano nakulapitā gahapati āyasmato sāriputtassa bhāsitaṃ abhinandīti. Paṭhamaṃ. Так сказал почтенный Сарипутта. Домохозяин Накулапита, обрадованный, восхитился словами почтенного Сарипутты. Первая [сутта]. 2. Devadahasuttaṃ 2. Девадаха-сутта 2. Evaṃ me sutaṃ – ekaṃ samayaṃ bhagavā sakkesu viharati devadahaṃ nāma sakyānaṃ nigamo. Atha kho sambahulā pacchābhūmagamikā bhikkhū yena bhagavā tenupasaṅkamiṃsu; upasaṅkamitvā bhagavantaṃ abhivādetvā ekamantaṃ nisīdiṃsu. Ekamantaṃ nisinnā kho te bhikkhū bhagavantaṃ etadavocuṃ – ‘‘icchāma mayaṃ, bhante, pacchābhūmaṃ janapadaṃ gantuṃ, pacchābhūme janapade nivāsaṃ kappetu’’nti. 2. Так я слышал. Однажды Благословенный пребывал в стране Сакьев, в сакьском селении под названием Девадаха. Тогда множество бхиккху, собиравшихся отправиться в западные земли, подошли к Благословенному, почтительно поклонились Ему и сели с одной стороны. Сидя с одной стороны, эти бхиккху обратились к Благословенному с такими словами: «Учитель, мы желаем отправиться в западные земли и обосноваться там на жительство». ‘‘Apalokito pana vo, bhikkhave, sāriputto’’ti? ‘‘Na kho no, bhante, apalokito āyasmā sāriputto’’ti. ‘‘Apaloketha, bhikkhave, sāriputtaṃ. Sāriputto, bhikkhave, paṇḍito, bhikkhūnaṃ anuggāhako sabrahmacārīna’’nti. ‘‘Evaṃ bhante’’ti kho te bhikkhū bhagavato paccassosuṃ. «А спросили ли вы разрешения у Сарипутты, бхиккху?» — «Нет, Учитель, мы не спрашивали разрешения у почтенного Сарипутты». — «Спросите разрешения у Сарипутты, бхиккху. Сарипутта мудр, бхиккху, он поддерживает своих собратьев по святой жизни». — «Да, Учитель», — ответили те бхиккху Благословенному. Tena kho pana samayena āyasmā sāriputto bhagavato avidūre aññatarasmiṃ eḷagalāgumbe nisinno hoti. Atha kho te bhikkhū bhagavato bhāsitaṃ abhinanditvā anumoditvā uṭṭhāyāsanā bhagavantaṃ abhivādetvā padakkhiṇaṃ katvā yenāyasmā sāriputto tenupasaṅkamiṃsu; upasaṅkamitvā āyasmatā sāriputtena saddhiṃ sammodiṃsu. Sammodanīyaṃ kathaṃ sāraṇīyaṃ vītisāretvā ekamantaṃ nisīdiṃsu. Ekamantaṃ nisinnā kho te bhikkhū āyasmantaṃ sāriputtaṃ etadavocuṃ – ‘‘icchāma mayaṃ, āvuso sāriputta, pacchābhūmaṃ janapadaṃ gantuṃ, pacchābhūme janapade nivāsaṃ kappetuṃ. Apalokito no satthā’’ti. В то время достопочтенный Сарипутта сидел недалеко от Благословенного в зарослях кустарника элагала. Тогда те бхиккху, порадовавшись и восхитившись речью Благословенного, поднялись со своих мест, поклонились Благословенному и, обойдя его справа, направились к достопочтенному Сарипутте. Подойдя, они обменялись приветствиями с достопочтенным Сарипуттой. Завершив дружественную и вежливую беседу, они сели с одной стороны. Сидя с одной стороны, те бхиккху сказали достопочтенному Сарипутте: «Друг Сарипутта, мы желаем отправиться в западную провинцию и обосноваться там на жительство. Мы уже испросили дозволения у Учителя». ‘‘Santi [Pg.6] hāvuso, nānāverajjagataṃ bhikkhuṃ pañhaṃ pucchitāro – khattiyapaṇḍitāpi brāhmaṇapaṇḍitāpi gahapatipaṇḍitāpi samaṇapaṇḍitāpi. Paṇḍitā hāvuso, manussā vīmaṃsakā – ‘kiṃvādī panāyasmantānaṃ satthā kimakkhāyīti, kacci vo āyasmantānaṃ dhammā sussutā suggahitā sumanasikatā sūpadhāritā suppaṭividdhā paññāya, yathā byākaramānā āyasmanto vuttavādino ceva bhagavato assatha, na ca bhagavantaṃ abhūtena abbhācikkheyyātha, dhammassa cānudhammaṃ byākareyyātha, na ca koci sahadhammiko vādānuvādo gārayhaṃ ṭhānaṃ āgaccheyyā’’’ti? «Друзья, есть мудрые кшатрии, мудрые брахманы, мудрые домохозяева и мудрые шраманы, которые расспрашивают бхиккху, отправившегося в чужие края. Ведь мудрые люди, друзья, любят исследовать: „Каково учение вашего учителя, что он проповедует?“ Надеюсь, друзья, вы хорошо выслушали Дхамму, хорошо её усвоили, хорошо направили на неё внимание, хорошо её обдумали и хорошо постигли мудростью, так чтобы, отвечая, вы излагали то, что было сказано Благословенным, и не клеветали на Благословенного, утверждая ложное; чтобы вы разъясняли учение в соответствии с Дхаммой и чтобы ни одно из сопутствующих вашему утверждению положений не дало повода для заслуженного упрёка?» ‘‘Dūratopi kho mayaṃ, āvuso, āgaccheyyāma āyasmato sāriputtassa santike etassa bhāsitassa atthamaññātuṃ. Sādhu vatāyasmantaṃyeva sāriputtaṃ paṭibhātu etassa bhāsitassa attho’’ti. ‘‘Tena hāvuso, suṇātha, sādhukaṃ manasi karotha; bhāsissāmī’’ti. ‘‘Evamāvuso’’ti kho te bhikkhū āyasmato sāriputtassa paccassosuṃ. Āyasmā sāriputto etadavoca – «Друг, мы пришли бы даже издалека к достопочтенному Сарипутте, чтобы узнать значение этих слов. Было бы очень хорошо, если бы сам достопочтенный Сарипутта разъяснил значение этого высказывания». — «В таком случае, друзья, слушайте и внимательно размышляйте, я буду говорить». — «Да, друг», — ответили те бхиккху достопочтенному Сарипутте. Достопочтенный Сарипутта сказал следующее: ‘‘Santi hāvuso, nānāverajjagataṃ bhikkhuṃ pañhaṃ pucchitāro – khattiyapaṇḍitāpi …pe… samaṇapaṇḍitāpi. Paṇḍitā hāvuso, manussā vīmaṃsakā – ‘kiṃvādī panāyasmantānaṃ satthā kimakkhāyī’ti? Evaṃ puṭṭhā tumhe, āvuso, evaṃ byākareyyātha – ‘chandarāgavinayakkhāyī kho no, āvuso, satthā’’’ti. «Друзья, есть мудрые кшатрии... и мудрые шраманы, которые расспрашивают бхиккху, отправившегося в чужие края. Ведь мудрые люди, друзья, любят исследовать: „Каково учение вашего учителя, что он проповедует?“ Будучи спрошены об этом, друзья, вы должны ответить так: „Наш Учитель, друзья, проповедует устранение желания и страсти“». ‘‘Evaṃ byākatepi kho, āvuso, assuyeva uttariṃ pañhaṃ pucchitāro – khattiyapaṇḍitāpi…pe… samaṇapaṇḍitāpi. Paṇḍitā hāvuso, manussā vīmaṃsakā – ‘kismiṃ panāyasmantānaṃ chandarāgavinayakkhāyī satthā’ti? Evaṃ puṭṭhā tumhe, āvuso, evaṃ byākareyyātha – ‘rūpe kho, āvuso, chandarāgavinayakkhāyī satthā, vedanāya… saññāya… saṅkhāresu… viññāṇe chandarāgavinayakkhāyī satthā’’’ti. «Даже когда вы ответите так, друзья, найдутся те, кто спросит вас дальше — мудрые кшатрии... и мудрые шраманы. Ведь мудрые люди, друзья, любят исследовать: „В отношении чего именно ваш Учитель проповедует устранение желания и страсти?“ Будучи спрошены об этом, друзья, вы должны ответить так: „Наш Учитель, друзья, проповедует устранение желания и страсти в отношении формы, в отношении чувства... восприятия... волевых формирований... сознания“». ‘‘Evaṃ byākatepi kho, āvuso, assuyeva uttariṃ pañhaṃ pucchitāro – khattiyapaṇḍitāpi…pe… samaṇapaṇḍitāpi. Paṇḍitā hāvuso, manussā vīmaṃsakā – ‘kiṃ panāyasmantānaṃ ādīnavaṃ disvā rūpe chandarāgavinayakkhāyī satthā, vedanāya… saññāya… saṅkhāresu… viññāṇe chandarāgavinayakkhāyī satthā’ti? Evaṃ puṭṭhā tumhe, āvuso, evaṃ byākareyyātha – ‘rūpe kho, āvuso[Pg.7], avigatarāgassa avigatachandassa avigatapemassa avigatapipāsassa avigatapariḷāhassa avigatataṇhassa tassa rūpassa vipariṇāmaññathābhāvā uppajjanti sokaparidevadukkhadomanassupāyāsā. Vedanāya… saññāya… saṅkhāresu avigatarāgassa…pe… avigatataṇhassa tesaṃ saṅkhārānaṃ vipariṇāmaññathābhāvā uppajjanti sokaparidevadukkhadomanassupāyāsā. Viññāṇe avigatarāgassa avigatachandassa avigatapemassa avigatapipāsassa avigatapariḷāhassa avigatataṇhassa tassa viññāṇassa vipariṇāmaññathābhāvā uppajjanti sokaparidevadukkhadomanassupāyāsā. Idaṃ kho no, āvuso, ādīnavaṃ disvā rūpe chandarāgavinayakkhāyī satthā, vedanāya… saññāya… saṅkhāresu… viññāṇe chandarāgavinayakkhāyī satthā’’’ti. «Даже когда вы ответите так, друзья, найдутся те, кто спросит вас дальше — мудрые кшатрии... и мудрые шраманы. Ведь мудрые люди, друзья, любят исследовать: „Какую же опасность видя, ваш Учитель проповедует устранение желания и страсти в отношении формы, в отношении чувства... восприятия... волевых формирований... сознания?“ Будучи спрошены об этом, друзья, вы должны ответить так: „Если, друзья, человек не освободился от страсти, не освободился от желания, не освободился от привязанности, не освободился от жажды, не освободился от лихорадочного томления, не освободился от вожделения в отношении формы, то с изменением и превращением этой формы в нём возникают скорбь, стенание, боль, печаль и отчаяние. В отношении чувства... восприятия... волевых формирований... Если человек не освободился от страсти... вожделения в отношении сознания, то с изменением и превращением этого сознания в нём возникают скорбь, стенание, боль, печаль и отчаяние. Видя эту опасность, друзья, наш Учитель проповедует устранение желания и страсти в отношении формы, чувства, восприятия, волевых формирований и сознания“». ‘‘Evaṃ byākatepi kho, āvuso, assuyeva uttariṃ pañhaṃ pucchitāro – khattiyapaṇḍitāpi brāhmaṇapaṇḍitāpi gahapatipaṇḍitāpi samaṇapaṇḍitāpi. Paṇḍitā hāvuso, manussā vīmaṃsakā – ‘kiṃ panāyasmantānaṃ ānisaṃsaṃ disvā rūpe chandarāgavinayakkhāyī satthā, vedanāya… saññāya… saṅkhāresu… viññāṇe chandarāgavinayakkhāyī satthā’ti? Evaṃ puṭṭhā tumhe, āvuso, evaṃ byākareyyātha – ‘rūpe kho, āvuso, vigatarāgassa vigatachandassa vigatapemassa vigatapipāsassa vigatapariḷāhassa vigatataṇhassa tassa rūpassa vipariṇāmaññathābhāvā nuppajjanti sokaparidevadukkhadomanassupāyāsā. Vedanāya… saññāya… saṅkhāresu vigatarāgassa vigatachandassa vigatapemassa vigatapipāsassa vigatapariḷāhassa vigatataṇhassa tesaṃ saṅkhārānaṃ vipariṇāmaññathābhāvā nuppajjanti sokaparidevadukkhadomanassupāyāsā. Viññāṇe vigatarāgassa vigatachandassa vigatapemassa vigatapipāsassa vigatapariḷāhassa vigatataṇhassa tassa viññāṇassa vipariṇāmaññathābhāvā nuppajjanti sokaparidevadukkhadomanassupāyāsā. Idaṃ kho no, āvuso, ānisaṃsaṃ disvā rūpe chandarāgavinayakkhāyī satthā, vedanāya… saññāya… saṅkhāresu… viññāṇe chandarāgavinayakkhāyī satthā’’’ti. «Даже когда вы ответите так, друзья, найдутся те, кто спросит вас дальше — мудрые кшатрии, мудрые брахманы, мудрые домохозяева и мудрые шраманы. Ведь мудрые люди, друзья, любят исследовать: „Какую же пользу видя, ваш Учитель проповедует устранение желания и страсти в отношении формы, в отношении чувства... восприятия... волевых формирований... сознания?“ Будучи спрошены об этом, друзья, вы должны ответить так: „Если, друзья, человек освободился от страсти, освободился от желания, освободился от привязанности, освободился от жажды, освободился от лихорадочного томления, освободился от вожделения в отношении формы, то с изменением и превращением этой формы в нём не возникают скорбь, стенание, боль, печаль и отчаяние. В отношении чувства... восприятия... волевых формирований... Если человек освободился от страсти... вожделения в отношении сознания, то с изменением и превращением этого сознания в нём не возникают скорбь, стенание, боль, печаль и отчаяние. Видя эту пользу, друзья, наш Учитель проповедует устранение желания и страсти в отношении формы, чувства, восприятия, волевых формирований и сознания“». ‘‘Akusale cāvuso, dhamme upasampajja viharato diṭṭhe ceva dhamme sukho vihāro abhavissa avighāto anupāyāso apariḷāho, kāyassa ca bhedā paraṃ maraṇā sugati pāṭikaṅkhā, nayidaṃ bhagavā akusalānaṃ [Pg.8] dhammānaṃ pahānaṃ vaṇṇeyya. Yasmā ca kho, āvuso, akusale dhamme upasampajja viharato diṭṭhe ceva dhamme dukkho vihāro savighāto saupāyāso sapariḷāho, kāyassa ca bhedā paraṃ maraṇā duggati pāṭikaṅkhā, tasmā bhagavā akusalānaṃ dhammānaṃ pahānaṃ vaṇṇeti. «Друзья, если бы для того, кто обретает и пребывает в неблагих состояниях, пребывание в этой самой жизни было счастливым, свободным от мучений, свободным от отчаяния, свободным от лихорадочного горения, и если бы после распада тела, после смерти, его ожидало благое перерождение, то Благословенный не восхвалял бы оставление неблагих состояний. Но поскольку, друзья, для того, кто обретает и пребывает в неблагих состояниях, пребывание в этой самой жизни полно страданий, сопряжено с мучениями, отчаянием и лихорадочным горением, а после распада тела, после смерти, его ожидает несчастливое перерождение, то поэтому Благословенный восхваляет оставление неблагих состояний. ‘‘Kusale cāvuso, dhamme upasampajja viharato diṭṭhe ceva dhamme dukkho vihāro abhavissa savighāto saupāyāso sapariḷāho, kāyassa ca bhedā paraṃ maraṇā duggati pāṭikaṅkhā, nayidaṃ bhagavā kusalānaṃ dhammānaṃ upasampadaṃ vaṇṇeyya. Yasmā ca kho, āvuso, kusale dhamme upasampajja viharato diṭṭhe ceva dhamme sukho vihāro avighāto anupāyāso apariḷāho, kāyassa ca bhedā paraṃ maraṇā sugati pāṭikaṅkhā, tasmā bhagavā kusalānaṃ dhammānaṃ upasampadaṃ vaṇṇetī’’ti. «Друзья, если бы для того, кто обретает и пребывает в благих состояниях, пребывание в этой самой жизни было полным страданий, сопряжённым с мучениями, отчаянием и лихорадочным горением, а после распада тела, после смерти, его ожидало несчастливое перерождение, то Благословенный не восхвалял бы обретение благих состояний. Но поскольку, друзья, для того, кто обретает и пребывает в благих состояниях, пребывание в этой самой жизни является счастливым, свободным от мучений, свободным от отчаяния, свободным от лихорадочного горения, а после распада тела, после смерти, его ожидает благое перерождение, то поэтому Благословенный восхваляет обретение благих состояний». Idamavocāyasmā sāriputto. Attamanā te bhikkhū āyasmato sāriputtassa bhāsitaṃ abhinandunti. Dutiyaṃ. Это сказал достопочтенный Сарипутта. Обрадованные, те бхиккху восхитились словами достопочтенного Сарипутты. Вторая (сутта). 3. Hāliddikānisuttaṃ 3. Халиддикани-сутта 3. Evaṃ me sutaṃ – ekaṃ samayaṃ āyasmā mahākaccāno avantīsu viharati kuraraghare papāte pabbate. Atha kho hāliddikāni gahapati yenāyasmā mahākaccāno tenupasaṅkami; upasaṅkamitvā āyasmantaṃ mahākaccānaṃ abhivādetvā ekamantaṃ nisīdi. Ekamantaṃ nisinno kho hāliddikāni gahapati āyasmantaṃ mahākaccānaṃ etadavoca – ‘‘vuttamidaṃ, bhante, bhagavatā aṭṭhakavaggiye māgaṇḍiyapañhe – 3. Так я слышал. Однажды достопочтенный Махакаччана пребывал в стране Аванти, на горе Папата близ города Курарагхара. Тогда домохозяин Халиддикани подошёл к достопочтенному Махакаччане, поклонился ему, сел с одной стороны и сказал ему: «Уважаемый, это было сказано Благословенным в „Вопросах Магандии“ в Аттака-вагге: ‘‘Okaṃ pahāya aniketasārī,Gāme akubbaṃ muni santhavāni ; Kāmehi ritto apurakkharāno,Kathaṃ na viggayha janena kayirā’’ti. «Оставив дом, скитаясь без приюта, мудрец в селении не заводит связей; свободный от чувственных утех, без ожиданий, он не станет вести споров с людьми». ‘‘Imassa nu kho, bhante, bhagavatā saṃkhittena bhāsitassa kathaṃ vitthārena attho daṭṭhabbo’’ti? «Как следует, уважаемый, подробно понимать значение этого краткого изречения Благословенного?» ‘‘Rūpadhātu [Pg.9] kho, gahapati, viññāṇassa oko. Rūpadhāturāgavinibandhañca pana viññāṇaṃ ‘okasārī’ti vuccati. Vedanādhātu kho, gahapati, viññāṇassa oko. Vedanādhāturāgavinibandhañca pana viññāṇaṃ ‘okasārī’ti vuccati. Saññādhātu kho, gahapati, viññāṇassa oko. Saññādhāturāgavinibandhañca pana viññāṇaṃ ‘okasārī’ti vuccati. Saṅkhāradhātu kho, gahapati, viññāṇassa oko. Saṅkhāradhāturāgavinibandhañca pana viññāṇaṃ ‘okasārī’ti vuccati. Evaṃ kho, gahapati, okasārī hoti. «Элемент формы, домохозяин, — это дом для сознания. Сознание, связанное страстью к элементу формы, называют „блуждающим в доме“. Элемент чувства, домохозяин, — это дом для сознания. Сознание, связанное страстью к элементу чувства, называют „блуждающим в доме“. Элемент восприятия, домохозяин, — это дом для сознания. Сознание, связанное страстью к элементу восприятия, называют „блуждающим в доме“. Элемент волевых формирований, домохозяин, — это дом для сознания. Сознание, связанное страстью к элементу волевых формирований, называют „блуждающим в доме“. Вот так, домохозяин, блуждают в доме. ‘‘Kathañca, gahapati, anokasārī hoti? Rūpadhātuyā kho, gahapati, yo chando yo rāgo yā nandī yā taṇhā ye upayupādānā cetaso adhiṭṭhānābhinivesānusayā te tathāgatassa pahīnā ucchinnamūlā tālāvatthukatā anabhāvaṃkatā āyatiṃ anuppādadhammā. Tasmā tathāgato ‘anokasārī’ti vuccati. Vedanādhātuyā kho, gahapati… saññādhātuyā kho, gahapati… saṅkhāradhātuyā kho, gahapati… viññāṇadhātuyā kho, gahapati, yo chando yo rāgo yā nandī yā taṇhā ye upayupādānā cetaso adhiṭṭhānābhinivesānusayā te tathāgatassa pahīnā ucchinnamūlā tālāvatthukatā anabhāvaṃkatā āyatiṃ anuppādadhammā. Tasmā tathāgato ‘anokasārī’ti vuccati. Evaṃ kho, gahapati, anokasārī hoti. «И как, домохозяин, блуждают бездомно? Всякое желание, всякая страсть, всякий восторг, всякое вожделение, всякие вовлечения и цепляния, убеждения, пристрастия и скрытые склонности ума в отношении элемента формы — всё это Татхагата оставил, вырвал с корнем, уподобил срубленной пальме, уничтожил так, что они более не подлежат возникновению в будущем. Поэтому Татхагату называют „блуждающим бездомно“. В отношении элемента чувства... элемента восприятия... элемента волевых формирований... элемента сознания: всякое желание, всякая страсть, всякий восторг, всякое вожделение, всякие вовлечения и цепляния, убеждения, пристрастия и скрытые склонности ума — всё это Татхагата оставил, вырвал с корнем, уподобил срубленной пальме, уничтожил так, что они более не подлежат возникновению в будущем. Поэтому Татхагату называют „блуждающим бездомно“. Вот так, домохозяин, блуждают бездомно». ‘‘Kathañca, gahapati, niketasārī hoti? Rūpanimittaniketavisāravinibandhā kho, gahapati, ‘niketasārī’ti vuccati. Saddanimitta…pe… gandhanimitta… rasanimitta… phoṭṭhabbanimitta… dhammanimittaniketavisāravinibandhā kho, gahapati, ‘niketasārī’ti vuccati. Evaṃ kho, gahapati, niketasārī hoti. «И как, домохозяин, блуждают в обители? Из-за блуждания и связывания в обители знаков форм, домохозяин, человека называют „блуждающим в обители“. Из-за блуждания и связывания в обители знаков звуков... запахов... вкусов... тактильных ощущений... ментальных объектов, домохозяин, человека называют „блуждающим в обители“. Вот так, домохозяин, блуждают в обители». ‘‘Kathañca, gahapati, aniketasārī hoti? Rūpanimittaniketavisāravinibandhā kho, gahapati, tathāgatassa pahīnā ucchinnamūlā tālāvatthukatā anabhāvaṃkatā āyatiṃ anuppādadhammā. Tasmā tathāgato ‘aniketasārī’ti vuccati. Saddanimitta… gandhanimitta… rasanimitta… phoṭṭhabbanimitta… dhammanimittaniketavisāravinibandhā kho, gahapati, tathāgatassa pahīnā ucchinnamūlā tālāvatthukatā anabhāvaṃkatā āyatiṃ anuppādadhammā. Tasmā [Pg.10] tathāgato ‘aniketasārī’ti vuccati. Evaṃ kho, gahapati, aniketasārī hoti. «И как, домохозяин, блуждают без обители? Блуждание и связывание в обители знаков форм — всё это Татхагата оставил, вырвал с корнем, уподобил срубленной пальме, уничтожил так, что они более не подлежат возникновению в будущем. Поэтому Татхагату называют „блуждающим без обители“. Блуждание и связывание в обители знаков звуков... запахов... вкусов... тактильных ощущений... ментальных объектов — всё это Татхагата оставил, вырвал с корнем, уподобил срубленной пальме, уничтожил так, что они более не подлежат возникновению в будущем. Поэтому Татхагату называют „блуждающим без обители“. Вот так, домохозяин, блуждают без обители». ‘‘Kathañca, gahapati, gāme santhavajāto hoti? Idha, gahapati, ekacco gihīhi saṃsaṭṭho viharati sahanandī sahasokī, sukhitesu sukhito, dukkhitesu dukkhito, uppannesu kiccakaraṇīyesu attanā tesu yogaṃ āpajjati. Evaṃ kho, gahapati, gāme santhavajāto hoti. «И как, домохозяин, водят дружбу в селении? Здесь, домохозяин, некто живёт в тесном общении с мирянами: разделяет их радости и разделяет их печали, счастлив, когда они счастливы, и опечален, когда они опечалены; а когда у них возникают дела и обязанности, он сам принимает в них деятельное участие. Вот так, домохозяин, водят дружбу в селении». ‘‘Kathañca, gahapati, gāme na santhavajāto hoti? Idha, gahapati, bhikkhu gihīhi asaṃsaṭṭho viharati na sahanandī na sahasokī na sukhitesu sukhito na dukkhitesu dukkhito, uppannesu kiccakaraṇīyesu na attanā tesu yogaṃ āpajjati. Evaṃ kho, gahapati, gāme na santhavajāto hoti. «И как, домохозяин, человек не имеет близких связей в селении? Здесь, домохозяин, бхиккху живет обособленно от мирян: он не радуется вместе с ними и не печалится вместе с ними, он не счастлив, когда они счастливы, и не опечален, когда они опечалены, и когда возникают дела и обязанности, он сам не вовлекается в них. Вот так, домохозяин, человек не имеет близких связей в селении». ‘‘Kathañca, gahapati, kāmehi aritto hoti? Idha, gahapati, ekacco kāmesu avigatarāgo hoti avigatachando avigatapemo avigatapipāso avigatapariḷāho avigatataṇho. Evaṃ kho, gahapati, kāmehi aritto hoti. «И как, домохозяин, человек не избавлен от чувственных удовольствий? Здесь, домохозяин, некто не свободен от страсти, желания, привязанности, жажды, лихорадки и вожделения в отношении чувственных удовольствий. Вот так, домохозяин, человек не избавлен от чувственных удовольствий». ‘‘Kathañca, gahapati, kāmehi ritto hoti? Idha, gahapati, ekacco kāmesu vigatarāgo hoti vigatachando vigatapemo vigatapipāso vigatapariḷāho vigatataṇho. Evaṃ kho, gahapati, kāmehi ritto hoti. «И как, домохозяин, человек избавлен от чувственных удовольствий? Здесь, домохозяин, некто свободен от страсти, желания, привязанности, жажды, лихорадки и вожделения в отношении чувственных удовольствий. Вот так, домохозяин, человек избавлен от чувственных удовольствий». ‘‘Kathañca, gahapati, purakkharāno hoti? Idha, gahapati, ekaccassa evaṃ hoti – ‘evaṃrūpo siyaṃ anāgatamaddhānaṃ, evaṃvedano siyaṃ anāgatamaddhānaṃ, evaṃsañño siyaṃ anāgatamaddhānaṃ, evaṃsaṅkhāro siyaṃ anāgatamaddhānaṃ, evaṃviññāṇo siyaṃ anāgatamaddhāna’nti. Evaṃ kho, gahapati, purakkharāno hoti. «И как, домохозяин, человек устремлен в будущее? Здесь, домохозяин, у кого-то возникает мысль: „Пусть в будущем у меня будет такая форма! Пусть в будущем у меня будет такое чувство! Пусть в будущем у меня будет такое восприятие! Пусть в будущем у меня будут такие волевые формирователи! Пусть в будущем у меня будет такое сознание!“ Вот так, домохозяин, человек устремлен в будущее». ‘‘Kathañca, gahapati, apurakkharāno hoti? Idha, gahapati, ekaccassa na evaṃ hoti – ‘evaṃrūpo siyaṃ anāgatamaddhānaṃ, evaṃvedano siyaṃ anāgatamaddhānaṃ, evaṃsañño siyaṃ anāgatamaddhānaṃ, evaṃsaṅkhāro siyaṃ anāgatamaddhānaṃ, evaṃviññāṇo siyaṃ anāgatamaddhāna’nti. Evaṃ kho, gahapati, apurakkharāno hoti. «И как, домохозяин, человек не устремлен в будущее? Здесь, домохозяин, у кого-то не возникает мысли: „Пусть в будущем у меня будет такая форма! Пусть в будущем у меня будет такое чувство! Пусть в будущем у меня будет такое восприятие! Пусть в будущем у меня будут такие волевые формирователи! Пусть в будущем у меня будет такое сознание!“ Вот так, домохозяин, человек не устремлен в будущее». ‘‘Kathañca[Pg.11], gahapati, kathaṃ viggayha janena kattā hoti? Idha, gahapati, ekacco evarūpiṃ kathaṃ kattā hoti – ‘na tvaṃ imaṃ dhammavinayaṃ ājānāsi; ahaṃ imaṃ dhammavinayaṃ ājānāmi. Kiṃ tvaṃ imaṃ dhammavinayaṃ ājānissasi? Micchāpaṭipanno tvamasi; ahamasmi sammāpaṭipanno. Pure vacanīyaṃ pacchā avaca; pacchā vacanīyaṃ pure avaca. Sahitaṃ me, asahitaṃ te. Adhiciṇṇaṃ te viparāvattaṃ. Āropito te vādo; cara vādappamokkhāya. Niggahitosi; nibbeṭhehi vā sace pahosī’ti. Evaṃ kho, gahapati, kathaṃ viggayha janena kattā hoti. «И как, домохозяин, человек вступает в споры с людьми? Здесь, домохозяин, некто ведет такие разговоры: „Ты не понимаешь это Учение и Дисциплину. Я понимаю это Учение и Дисциплину. Да что ты можешь понимать в этом Учении и Дисциплине! Ты практикуешь неверно, я практикую верно. То, что следовало сказать сначала, ты сказал в конце; то, что следовало сказать в конце, ты сказал сначала. Мои слова последовательны, твои — непоследовательны. То, над чем ты так долго думал, опровергнуто. Твое утверждение разбито. Ступай спасать свое утверждение, ведь ты побежден, или же выкручивайся, если можешь!“ Вот так, домохозяин, человек вступает в споры с людьми». ‘‘Kathañca, gahapati, kathaṃ na viggayha janena kattā hoti? Idha, gahapati, bhikkhu na evarūpiṃ kathaṃ kattā hoti – ‘na tvaṃ imaṃ dhammavinayaṃ ājānāsi…pe… nibbeṭhehi vā sace pahosī’ti. Evaṃ kho, gahapati, kathaṃ na viggayha janena kattā hoti. «И как, домохозяин, человек не вступает в споры с людьми? Здесь, домохозяин, бхиккху не ведет таких разговоров: „Ты не понимаешь это Учение и Дисциплину… [и так далее] …или же выкручивайся, если можешь!“ Вот так, домохозяин, человек не вступает в споры с людьми». ‘‘Iti kho, gahapati, yaṃ taṃ vuttaṃ bhagavatā aṭṭhakavaggiye māgaṇḍiyapañhe – «Так, домохозяин, когда Благословенным было сказано в „Вопросах Магандии“ в Аттхакавагге:» ‘‘Okaṃ pahāya aniketasārī,Gāme akubbaṃ munisanthavāni; Kāmehi ritto apurakkharāno,Kathaṃ na viggayha janena kayirā’’ti. «„Оставив дом, бродя без крова, мудрец в селении ни с кем не сближается; избавленный от чувственных удовольствий, не устремленный в будущее, он не станет вступать в споры с людьми“». ‘‘Imassa kho, gahapati, bhagavatā saṃkhittena bhāsitassa evaṃ vitthārena attho daṭṭhabbo’’ti. Tatiyaṃ. «„Именно так, домохозяин, следует подробно понимать значение этого краткого изречения Благословенного“». (Третья сутта). 4. Dutiyahāliddikānisuttaṃ 4. Вторая сутта о Халиддикани 4. Evaṃ me sutaṃ – ekaṃ samayaṃ āyasmā mahākaccāno avantīsu viharati kuraraghare papāte pabbate. Atha kho hāliddikāni gahapati yenāyasmā mahākaccāno…pe… ekamantaṃ nisinno kho hāliddikāni gahapati āyasmantaṃ mahākaccānaṃ etadavoca – ‘‘vuttamidaṃ, bhante, bhagavatā sakkapañhe – ‘ye te samaṇabrāhmaṇā taṇhāsaṅkhayavimuttā, te accantaniṭṭhā accantayogakkhemino accantabrahmacārino accantapariyosānā seṭṭhā devamanussāna’’’nti. 4. Так я слышал. Однажды достопочтенный Махакаччана пребывал в стране Аванти на горе Папата у города Курарагхара. Тогда домохозяин Халиддикани подошел к достопочтенному Махакаччане, поклонился ему, сел рядом и сказал: «Уважаемый, Благословенным в „Вопросах Сакки“ было сказано следующее: „Те отшельники и брахманы, что освободились благодаря уничтожению жажды, достигли абсолютного завершения, абсолютной безопасности от уз, абсолютной святой жизни, абсолютной цели и являются лучшими среди богов и людей“». ‘‘Imassa nu kho, bhante, bhagavatā saṃkhittena bhāsitassa kathaṃ vitthārena attho daṭṭhabbo’’ti? «Как именно, уважаемый, следует подробно понимать значение этого краткого изречения Благословенного?» ‘‘Rūpadhātuyā [Pg.12] kho, gahapati, yo chando yo rāgo yā nandī yā taṇhā ye upayupādānā cetaso adhiṭṭhānābhinivesānusayā, tesaṃ khayā virāgā nirodhā cāgā paṭinissaggā cittaṃ suvimuttanti vuccati. «Домохозяин, благодаря уничтожению, угасанию, прекращению, оставлению и отпусканию желания, страсти, восторга, жажды, устремлений и цепляний, ментальных опор, привязанностей и скрытых склонностей ума по отношению к элементу формы, ум называют полностью освобожденным». ‘‘Vedanādhātuyā kho, gahapati… saññādhātuyā kho, gahapati… saṅkhāradhātuyā kho, gahapati… viññāṇadhātuyā kho, gahapati, yo chando yo rāgo yā nandī yā taṇhā ye upayupādānā cetaso adhiṭṭhānābhinivesānusayā, tesaṃ khayā virāgā nirodhā cāgā paṭinissaggā cittaṃ suvimuttanti vuccati. «Благодаря уничтожению, угасанию, прекращению, оставлению и отпусканию желания, страсти, восторга, жажды, устремлений и цепляний, ментальных опор, привязанностей и скрытых склонностей ума по отношению к элементу чувства… элементу восприятия… элементу волевых формирователей… элементу сознания, ум называют полностью освобожденным». ‘‘Iti kho, gahapati, yaṃ taṃ vuttaṃ bhagavatā sakkapañhe – ‘ye te samaṇabrāhmaṇā taṇhāsaṅkhayavimuttā te accantaniṭṭhā accantayogakkhemino accantabrahmacārino accantapariyosānā seṭṭhā devamanussāna’’’nti. «Так, домохозяин, когда Благословенным в „Вопросах Сакки“ было сказано: „Те отшельники и брахманы, что освободились благодаря уничтожению жажды, достигли абсолютного завершения, абсолютной безопасности от уз, абсолютной святой жизни, абсолютной цели и являются лучшими среди богов и людей“ —» ‘‘Imassa kho, gahapati, bhagavatā saṃkhittena bhāsitassa evaṃ vitthārena attho daṭṭhabbo’’ti. Catutthaṃ. «именно так, домохозяин, следует подробно понимать значение этого краткого изречения Благословенного». (Четвертая сутта). 5. Samādhisuttaṃ 5. Самадхи-сутта (Сутта о сосредоточении) 5. Evaṃ me sutaṃ – ekaṃ samayaṃ bhagavā sāvatthiyaṃ viharati jetavane anāthapiṇḍikassa ārāme. Tatra kho bhagavā bhikkhū āmantesi – ‘‘bhikkhavo’’ti. ‘‘Bhadante’’ti te bhikkhū bhagavato paccassosuṃ. Bhagavā etadavoca – ‘‘samādhiṃ, bhikkhave, bhāvetha; samāhito, bhikkhave, bhikkhu yathābhūtaṃ pajānāti. Kiñca yathābhūtaṃ pajānāti? Rūpassa samudayañca atthaṅgamañca, vedanāya samudayañca atthaṅgamañca, saññāya samudayañca atthaṅgamañca, saṅkhārānaṃ samudayañca atthaṅgamañca, viññāṇassa samudayañca atthaṅgamañca’’. 5. Так я слышал. Однажды Благословенный пребывал в Саваттхи, в роще Джеты, в монастыре Анатхапиндики. Там Благословенный обратился к бхиккху: «О бхиккху!» — «Уважаемый!» — ответили те бхиккху Благословенному. Благословенный сказал следующее: «Развивайте самадхи, бхиккху. Сосредоточенный бхиккху видит вещи такими, какие они есть на самом деле. И что он видит такими, какие они есть на самом деле? Возникновение и исчезновение формы; возникновение и исчезновение чувства; возникновение и исчезновение восприятия; возникновение и исчезновение волевых формирователей; возникновение и исчезновение сознания». ‘‘Ko ca, bhikkhave, rūpassa samudayo, ko vedanāya samudayo, ko saññāya samudayo, ko saṅkhārānaṃ samudayo, ko viññāṇassa samudayo? Idha, bhikkhave, bhikkhu abhinandati abhivadati ajjhosāya tiṭṭhati. «И каково, бхиккху, возникновение формы? Каково возникновение чувства? Каково возникновение восприятия? Каково возникновение волевых формирователей? Каково возникновение сознания? Здесь, бхиккху, человек радуется, приветствует и остается привязанным». ‘‘Kiñca abhinandati abhivadati ajjhosāya tiṭṭhati? Rūpaṃ abhinandati abhivadati ajjhosāya tiṭṭhati. Tassa rūpaṃ abhinandato abhivadato ajjhosāya tiṭṭhato uppajjati nandī. Yā rūpe nandī tadupādānaṃ. Tassupādānapaccayā bhavo; bhavapaccayā jāti; jātipaccayā jarāmaraṇaṃ sokaparidevadukkhadomanassupāyāsā sambhavanti. Evametassa kevalassa dukkhakkhandhassa samudayo hoti. «И чему же он радуется, что приветствует и к чему остается привязанным? Он радуется форме, приветствует ее и остается привязанным к ней. У того, кто радуется форме, приветствует ее и остается привязанным к ней, возникает восторг. Восторг по отношению к форме — это цепляние. С цеплянием как условием возникает существование; с существованием как условием — рождение; с рождением как условием возникают старение и смерть, скорбь, плач, боль, печаль и отчаяние. Так происходит возникновение всей этой массы страдания». ‘‘Vedanaṃ [Pg.13] abhinandati…pe… saññaṃ abhinandati… saṅkhāre abhinandati… viññāṇaṃ abhinandati abhivadati ajjhosāya tiṭṭhati. Tassa viññāṇaṃ abhinandato abhivadato ajjhosāya tiṭṭhato uppajjati nandī. Yā viññāṇe nandī tadupādānaṃ. Tassupādānapaccayā bhavo; bhavapaccayā jāti; jātipaccayā…pe… evametassa kevalassa dukkhakkhandhassa samudayo hoti. «Он радуется чувству… [и так далее] …восприятию… волевым формирователям… сознанию, приветствует его и остается привязанным к нему. У того, кто радуется сознанию, приветствует его и остается привязанным к нему, возникает восторг. Восторг по отношению к сознанию — это цепляние. С цеплянием как условием возникает существование; с существованием как условием — рождение; с рождением как условием… [и так далее] …так происходит возникновение всей этой массы страдания». ‘‘Ayaṃ, bhikkhave, rūpassa samudayo; ayaṃ vedanāya samudayo; ayaṃ saññāya samudayo; ayaṃ saṅkhārānaṃ samudayo; ayaṃ viññāṇassa samudayo. «Это, бхиккху, возникновение формы; это возникновение чувства; это возникновение восприятия; это возникновение волевых формирователей; это возникновение сознания». ‘‘Ko ca, bhikkhave, rūpassa atthaṅgamo, ko vedanāya… ko saññāya… ko saṅkhārānaṃ… ko viññāṇassa atthaṅgamo? «И каково, бхиккху, исчезновение формы? Каково исчезновение чувства? Каково исчезновение восприятия? Каково исчезновение волевых формирователей? Каково исчезновение сознания?» Idha, bhikkhave, nābhinandati nābhivadati nājjhosāya tiṭṭhati. «Здесь, бхиккху, человек не радуется, не приветствует и не остается привязанным». ‘‘Kiñca nābhinandati nābhivadati nājjhosāya tiṭṭhati? Rūpaṃ nābhinandati nābhivadati nājjhosāya tiṭṭhati. Tassa rūpaṃ anabhinandato anabhivadato anajjhosāya tiṭṭhato yā rūpe nandī sā nirujjhati. Tassa nandīnirodhā upādānanirodho; upādānanirodhā bhavanirodho…pe… evametassa kevalassa dukkhakkhandhassa nirodho hoti. «И чему же он не радуется, чего не приветствует и к чему не остается привязанным? Он не радуется форме, не приветствует ее и не остается привязанным к ней. У того, кто не радуется форме, не приветствует ее и не остается привязанным к ней, прекращается восторг по отношению к форме. С прекращением восторга прекращается цепляние; с прекращением цепляния прекращается существование… [и так далее] …так происходит прекращение всей этой массы страдания». ‘‘Vedanaṃ nābhinandati nābhivadati nājjhosāya tiṭṭhati. Tassa vedanaṃ anabhinandato anabhivadato anajjhosā tiṭṭhato yā vedanāya nandī sā nirujjhati. Tassa nandīnirodhā upādānanirodho; upādānanirodhā bhavanirodho…pe… evametassa kevalassa dukkhakkhandhassa nirodho hoti. «Он не радуется чувству, не приветствует его и не остается привязанным к нему. У того, кто не радуется чувству, не приветствует его и не остается привязанным к нему, прекращается восторг по отношению к чувству. С прекращением восторга прекращается цепляние; с прекращением цепляния прекращается существование… [и так далее] …так происходит прекращение всей этой массы страдания». ‘‘Saññaṃ nābhinandati…pe… saṅkhāre nābhinandati nābhivadati nājjhosāya tiṭṭhati. Tassa saṅkhāre anabhinandato anabhivadato anajjhosāya tiṭṭhato yā saṅkhāresu nandī sā nirujjhati. Tassa nandīnirodhā upādānanirodho; upādānanirodhā bhavanirodho…pe… evametassa kevalassa dukkhakkhandhassa nirodho hoti. «Он не радуется восприятию… [и так далее] …он не радуется волевым формирователям, не приветствует их и не остается привязанным к ним. У того, кто не радуется волевым формирователям, не приветствует их и не остается привязанным к ним, прекращается восторг по отношению к волевым формирователям. С прекращением восторга прекращается цепляние; с прекращением цепляния прекращается существование… [и так далее] …так происходит прекращение всей этой массы страдания». ‘‘Viññāṇaṃ nābhinandati nābhivadati nājjhosāya tiṭṭhati. Tassa viññāṇaṃ anabhinandato anabhivadato anajjhosāya tiṭṭhato yā viññāṇe nandī sā nirujjhati. Tassa nandīnirodhā upādānanirodho…pe… evametassa kevalassa dukkhakkhandhassa nirodho hoti. «Он не радуется сознанию, не приветствует его и не остается привязанным к нему. У того, кто не радуется сознанию, не приветствует его и не остается привязанным к нему, прекращается восторг по отношению к сознанию. С прекращением восторга прекращается цепляние… [и так далее] …так происходит прекращение всей этой массы страдания». ‘‘Ayaṃ[Pg.14], bhikkhave, rūpassa atthaṅgamo, ayaṃ vedanāya atthaṅgamo, ayaṃ saññāya atthaṅgamo, ayaṃ saṅkhārānaṃ atthaṅgamo, ayaṃ viññāṇassa atthaṅgamo’’ti. Pañcamaṃ. «Это, бхиккху, исчезновение формы; это исчезновение чувства; это исчезновение восприятия; это исчезновение волевых формирователей; это исчезновение сознания». (Пятая сутта). 6. Paṭisallāṇasuttaṃ 6. Патисаллана-сутта (Сутта об уединении) 6. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Paṭisallāṇe, bhikkhave, yogamāpajjatha. Paṭisallīṇo, bhikkhave, bhikkhu yathābhūtaṃ pajānāti. Kiñca yathābhūtaṃ pajānāti? Rūpassa samudayañca atthaṅgamañca, vedanāya samudayañca atthaṅgamañca, saññāya samudayañca atthaṅgamañca, saṅkhārānaṃ samudayañca atthaṅgamañca, viññāṇassa samudayañca atthaṅgamañca’’…pe… (yathā paṭhamasutte tathā vitthāretabbo.) Chaṭṭhaṃ. 6. Место пребывания — Саваттхи. «Предавайтесь уединению, бхиккху. Уединившийся бхиккху видит вещи такими, какие они есть на самом деле. И что он видит такими, какие они есть на самом деле? Возникновение и исчезновение формы; возникновение и исчезновение чувства; возникновение и исчезновение восприятия; возникновение и исчезновение волевых формирователей; возникновение и исчезновение сознания»… [и так далее, следует расширить так же, как в предыдущей сутте]. (Шестая сутта). 7. Upādāparitassanāsuttaṃ 7. Упада-паритассана-сутта (Сутта о беспокойстве из-за цепляния) 7. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Upādāparitassanañca vo, bhikkhave, desessāmi anupādāaparitassanañca. Taṃ suṇātha, sādhukaṃ manasi karotha; bhāsissāmī’’ti. ‘‘Evaṃ, bhante’’ti, kho te bhikkhū bhagavato paccassosuṃ. Bhagavā etadavoca – 7. Место пребывания — Саваттхи. «Бхиккху, я преподам вам учение о беспокойстве из-за цепляния и об отсутствии беспокойства при отсутствии цепляния. Слушайте внимательно и вникайте разумом, я буду говорить». — «Да, уважаемый», — ответили те бхиккху Благословенному. Благословенный сказал следующее: ‘‘Kathañca, bhikkhave, upādāparitassanā hoti? Idha, bhikkhave, assutavā puthujjano ariyānaṃ adassāvī ariyadhammassa akovido ariyadhamme avinīto, sappurisānaṃ adassāvī sappurisadhammassa akovido sappurisadhamme avinīto rūpaṃ attato samanupassati, rūpavantaṃ vā attānaṃ; attani vā rūpaṃ, rūpasmiṃ vā attānaṃ. Tassa taṃ rūpaṃ vipariṇamati aññathā hoti. Tassa rūpavipariṇāmaññathābhāvā rūpavipariṇāmānuparivatti viññāṇaṃ hoti. Tassa rūpavipariṇāmānuparivattijā paritassanā dhammasamuppādā cittaṃ pariyādāya tiṭṭhanti. Cetaso pariyādānā uttāsavā ca hoti vighātavā ca apekkhavā ca upādāya ca paritassati. «И как, бхиккху, возникает беспокойство из-за цепляния? Здесь, бхиккху, необученный обыватель, не видящий благородных, не сведущий в Учении благородных и не обученный Учению благородных, не видящий истинных людей, не сведущий в Учении истинных людей и не обученный Учению истинных людей, рассматривает форму как себя, или себя как обладающего формой, или форму как содержащуюся в себе, или себя как содержащегося в форме. Эта его форма изменяется и становится иной. С изменением и превращением формы его сознание оказывается поглощено изменением формы. Беспокойство и скопище неблагих состояний ума, рожденных поглощенностью изменением формы, овладевают его умом. Из-за того, что его ум захвачен этим, он пугается, изнуряется, тревожится и из-за цепляния впадает в беспокойство». ‘‘Vedanaṃ attato samanupassati, vedanāvantaṃ vā attānaṃ; attani vā vedanaṃ, vedanāya vā attānaṃ. Tassa sā vedanā vipariṇamati aññathā hoti. Tassa vedanāvipariṇāmaññathābhāvā vedanāvipariṇāmānuparivatti viññāṇaṃ hoti. Tassa vedanāvipariṇāmānuparivattijā paritassanā dhammasamuppādā cittaṃ pariyādāya tiṭṭhanti. Cetaso pariyādānā uttāsavā ca hoti vighātavā ca apekkhavā ca upādāya ca paritassati. «Он рассматривает чувство как себя, или себя как обладающего чувством, или чувство в себе, или себя в чувстве. Это его чувство изменяется, становится иным. Из-за изменения и становления иным чувства его сознание следует за изменением чувства. Беспокойство и возникновение [неблагих] состояний, рождённые следованием за изменением чувства, овладевают его умом и остаются в нём. Из-за овладения умом он становится испуганным, сокрушённым и полным томления, и из-за цепляния он трепещет». ‘‘Saññaṃ [Pg.15] attato samanupassati…pe… saṅkhāre attato samanupassati, saṅkhāravantaṃ vā attānaṃ; attani vā saṅkhāre, saṅkhāresu vā attānaṃ. Tassa te saṅkhārā vipariṇamanti aññathā honti. Tassa saṅkhāravipariṇāmaññathābhāvā saṅkhāravipariṇāmānuparivatti viññāṇaṃ hoti. Tassa saṅkhāravipariṇāmānuparivattijā paritassanā dhammasamuppādā cittaṃ pariyādāya tiṭṭhanti. Cetaso pariyādānā uttāsavā ca hoti vighātavā ca apekkhavā ca upādāya ca paritassati. «Он рассматривает восприятие как себя... [и так далее]... Он рассматривает санкхары как себя, или себя как обладающего санкхарами, или санкхары в себе, или себя в санкхарах. Эти его санкхары изменяются, становятся иными. Из-за изменения и становления иным санкхар его сознание следует за изменением санкхар. Беспокойство и возникновение [неблагих] состояний, рождённые следованием за изменением санкхар, овладевают его умом и остаются в нём. Из-за овладения умом он становится испуганным, сокрушённым и полным томления, и из-за цепляния он трепещет». ‘‘Viññāṇaṃ attato samanupassati, viññāṇavantaṃ vā attānaṃ; attani vā viññāṇaṃ, viññāṇasmiṃ vā attānaṃ. Tassa taṃ viññāṇaṃ vipariṇamati aññathā hoti. Tassa viññāṇavipariṇāmaññathābhāvā viññāṇavipariṇāmānuparivatti viññāṇaṃ hoti. Tassa viññāṇavipariṇāmānuparivattijā paritassanā dhammasamuppādā cittaṃ pariyādāya tiṭṭhanti. Cetaso pariyādānā uttāsavā ca hoti vighātavā ca apekkhavā ca upādāya ca paritassati. Evaṃ kho, bhikkhave, upādāparitassanā hoti. «Он рассматривает сознание как себя, или себя как обладающего сознанием, или сознание в себе, или себя в сознании. Это его сознание изменяется, становится иным. Из-за изменения и становления иным сознания его сознание следует за изменением сознания. Беспокойство и возникновение [неблагих] состояний, рождённые следованием за изменением сознания, овладевают его умом и остаются в нём. Из-за овладения умом он становится испуганным, сокрушённым и полным томления, и из-за цепляния он трепещет. Так, монахи, происходит трепет из-за цепляния». ‘‘Kathañca, bhikkhave, anupādāaparitassanā hoti? Idha, bhikkhave, sutavā ariyasāvako ariyānaṃ dassāvī ariyadhammassa kovido ariyadhamme suvinīto, sappurisānaṃ dassāvī sappurisadhammassa kovido sappurisadhamme suvinīto na rūpaṃ attato samanupassati, na rūpavantaṃ vā attānaṃ; na attani vā rūpaṃ, na rūpasmiṃ vā attānaṃ. Tassa taṃ rūpaṃ vipariṇamati aññathā hoti. Tassa rūpavipariṇāmaññathābhāvā na rūpavipariṇāmānuparivatti viññāṇaṃ hoti. Tassa na rūpavipariṇāmānuparivattijā paritassanā dhammasamuppādā cittaṃ pariyādāya tiṭṭhanti. Cetaso apariyādānā na cevuttāsavā hoti na ca vighātavā na ca apekkhavā, anupādāya ca na paritassati. «И как, монахи, нет трепета из-за отсутствия цепляния? Здесь, монахи, обученный благородный ученик, видящий благородных, знающий учение благородных, хорошо наставленный в учении благородных, видящий истинных людей, знающий учение истинных людей, хорошо наставленный в учении истинных людей, не рассматривает форму как себя, или себя как обладающего формой, или форму в себе, или себя в форме. Эта его форма изменяется, становится иной. Несмотря на изменение и становление иным формы, его сознание не следует за изменением формы. Беспокойство и возникновение [неблагих] состояний, рождённые следованием за изменением формы, не овладевают его умом и не остаются в нём. Поскольку его ум не овладеваем ими, он не становится ни испуганным, ни сокрушённым, ни полным томления, и из-за отсутствия цепляния он не трепещет». ‘‘Na vedanaṃ attato samanupassati, na vedanāvantaṃ vā attānaṃ; na attani vā vedanaṃ, na vedanāya vā attānaṃ. Tassa sā vedanā vipariṇamati aññathā hoti. Tassa vedanāvipariṇāmaññathābhāvā na vedanāvipariṇāmānuparivatti viññāṇaṃ hoti. Tassa na vedanāvipariṇāmānuparivattijā paritassanā dhammasamuppādā cittaṃ pariyādāya tiṭṭhanti[Pg.16]. Cetaso apariyādānā na cevuttāsavā hoti na ca vighātavā na ca apekkhavā, anupādāya ca na paritassati. «Он не рассматривает чувство как себя, или себя как обладающего чувством, или чувство в себе, или себя в чувстве. Это его чувство изменяется, становится иным. Несмотря на изменение и становление иным чувства, его сознание не следует за изменением чувства. Беспокойство и возникновение [неблагих] состояний, рождённые следованием за изменением чувства, не овладевают его умом и не остаются в нём. Поскольку его ум не овладеваем ими, он не становится ни испуганным, ни сокрушённым, ни полным томления, и из-за отсутствия цепляния он не трепещет». ‘‘Na saññaṃ…pe… na saṅkhāre attato samanupassati, na saṅkhāravantaṃ vā attānaṃ; na attani vā saṅkhāre, na saṅkhāresu vā attānaṃ. Tassa te saṅkhārā vipariṇamanti aññathā honti. Tassa saṅkhāravipariṇāmaññathābhāvā na saṅkhāravipariṇāmānuparivatti viññāṇaṃ hoti. Tassa na saṅkhāravipariṇāmānuparivattijā paritassanā dhammasamuppādā cittaṃ pariyādāya tiṭṭhanti. Cetaso apariyādānā na cevuttāsavā hoti na ca vighātavā na ca apekkhavā, anupādāya ca na paritassati. «Он не рассматривает восприятие как себя... [и так далее]... Он не рассматривает санкхары как себя, или себя как обладающего санкхарами, или санкхары в себе, или себя в санкхарах. Эти его санкхары изменяются, становятся иными. Несмотря на изменение и становление иным санкхар, его сознание не следует за изменением санкхар. Беспокойство и возникновение [неблагих] состояний, рождённые следованием за изменением санкхар, не овладевают его умом и не остаются в нём. Поскольку его ум не овладеваем ими, он не становится ни испуганным, ни сокрушённым, ни полным томления, и из-за отсутствия цепляния он не трепещет». ‘‘Na viññāṇaṃ attato samanupassati, na viññāṇavantaṃ vā attānaṃ…pe… tassa taṃ viññāṇaṃ vipariṇamati aññathā hoti. Tassa viññāṇavipariṇāmaññathābhāvā na viññāṇavipariṇāmānuparivatti viññāṇaṃ hoti. Tassa na viññāṇavipariṇāmānuparivattijā paritassanā dhammasamuppādā cittaṃ pariyādāya tiṭṭhanti. Cetaso apariyādānā na cevuttāsavā hoti na ca vighātavā na ca apekkhavā, anupādāya ca na paritassati. Evaṃ kho, bhikkhave, anupādā aparitassanaṃ hotī’’ti. Sattamaṃ. «Он не рассматривает сознание как себя, или себя как обладающего сознанием... [и так далее]... Это его сознание изменяется, становится иным. Несмотря на изменение и становление иным сознания, его сознание не следует за изменением сознания. Беспокойство и возникновение [неблагих] состояний, рождённые следованием за изменением сознания, не овладевают его умом и не остаются в нём. Поскольку его ум не овладеваем ими, он не становится ни испуганным, ни сокрушённым, ни полным томления, и из-за отсутствия цепляния он не трепещет. Так, монахи, происходит отсутствие трепета из-за отсутствия цепляния». Седьмая [сутта]. 8. Dutiyaupādāparitassanāsuttaṃ 8. «Вторая сутта о трепете из-за цепляния» 8. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Upādāparitassanañca vo, bhikkhave, desessāmi anupādāaparitassanañca. Taṃ suṇātha…pe… kathañca, bhikkhave, upādāparitassanā hoti? Idha, bhikkhave, assutavā puthujjano rūpaṃ ‘etaṃ mama, esohamasmi, eso me attā’ti samanupassati. Tassa taṃ rūpaṃ vipariṇamati aññathā hoti. Tassa rūpavipariṇāmaññathābhāvā uppajjanti sokaparidevadukkhadomanassupāyāsā. Vedanaṃ etaṃ mama…pe… saññaṃ etaṃ mama… saṅkhāre etaṃ mama… viññāṇaṃ ‘etaṃ mama, esohamasmi, eso me attā’ti samanupassati. Tassa taṃ viññāṇaṃ vipariṇamati aññathā hoti. Tassa viññāṇavipariṇāmaññathābhāvā uppajjanti sokaparidevadukkhadomanassupāyāsā. Evaṃ kho, bhikkhave, upādāparitassanā hoti. 8. В Саваттхи. «Монахи, я обучу вас трепету из-за цепляния и отсутствию трепета из-за отсутствия цепляния. Слушайте это... [и так далее]... И как, монахи, происходит трепет из-за цепляния? Здесь, монахи, необученный обыватель рассматривает форму так: „Это моё, это я, это моё я“. Эта его форма изменяется, становится иной. Из-за изменения и становления иным формы в нём возникают скорбь, стенание, боль, печаль и отчаяние. Он рассматривает чувство так: „Это моё“... восприятие так: „Это моё“... санкхары так: „Это моё“... сознание так: „Это моё, это я, это моё я“. Это его сознание изменяется, становится иным. Из-за изменения и становления иным сознания в нём возникают скорбь, стенание, боль, печаль и отчаяние. Так, монахи, происходит трепет из-за цепляния». ‘‘Kathañca, bhikkhave, anupādāaparitassanā hoti? Idha, bhikkhave, sutavā ariyasāvako rūpaṃ ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’ti samanupassati. Tassa taṃ rūpaṃ vipariṇamati aññathā hoti. Tassa [Pg.17] rūpavipariṇāmaññathābhāvā nuppajjanti sokaparidevadukkhadomanassupāyāsā. Vedanaṃ netaṃ mama… saññaṃ netaṃ mama… saṅkhāre netaṃ mama… viññāṇaṃ ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’ti samanupassati. Tassa taṃ viññāṇaṃ vipariṇamati aññathā hoti. Tassa viññāṇavipariṇāmaññathābhāvā nuppajjanti sokaparidevadukkhadomanassupāyāsā. Evaṃ kho, bhikkhave, anupādāaparitassanā hotī’’ti. Aṭṭhamaṃ. «И как, монахи, происходит отсутствие трепета из-за отсутствия цепляния? Здесь, монахи, обученный благородный ученик рассматривает форму так: „Это не моё, это не я, это не моё я“. Эта его форма изменяется, становится иной. Из-за изменения и становления иным формы в нём не возникают скорбь, стенание, боль, печаль и отчаяние. Он рассматривает чувство так: „Это не моё“... восприятие так: „Это не моё“... санкхары так: „Это не моё“... сознание так: „Это не моё, это не я, это не моё я“. Это его сознание изменяется, становится иным. Из-за изменения и становления иным сознания в нём не возникают скорбь, стенание, боль, печаль и отчаяние. Так, монахи, происходит отсутствие трепета из-за отсутствия цепляния». Восьмая [сутта]. 9. Kālattayaaniccasuttaṃ 9. «Сутта о непостоянстве в трёх временах» 9. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Rūpaṃ, bhikkhave, aniccaṃ atītānāgataṃ; ko pana vādo paccuppannassa! Evaṃ passaṃ, bhikkhave, sutavā ariyasāvako atītasmiṃ rūpasmiṃ anapekkho hoti; anāgataṃ rūpaṃ nābhinandati; paccuppannassa rūpassa nibbidāya virāgāya nirodhāya paṭipanno hoti. Vedanā aniccā…pe… saññā aniccā… saṅkhārā aniccā atītānāgatā; ko pana vādo paccuppannānaṃ! Evaṃ passaṃ, bhikkhave, sutavā ariyasāvako atītesu saṅkhāresu anapekkho hoti; anāgate saṅkhāre nābhinandati; paccuppannānaṃ saṅkhārānaṃ nibbidāya virāgāya nirodhāya paṭipanno hoti. Viññāṇaṃ aniccaṃ atītānāgataṃ; ko pana vādo paccuppannassa! Evaṃ passaṃ, bhikkhave, sutavā ariyasāvako atītasmiṃ viññāṇasmiṃ anapekkho hoti; anāgataṃ viññāṇaṃ nābhinandati; paccuppannassa viññāṇassa nibbidāya virāgāya nirodhāya paṭipanno hotī’’ti. Navamaṃ. 9. В Саваттхи. «Монахи, форма непостоянна — как в прошлом, так и в будущем, что уж говорить о настоящем! Видя это, монахи, обученный благородный ученик не испытывает привязанности к форме прошлого; он не радуется форме будущего; и он практикует ради разочарования в форме настоящего, ради угасания страсти к ней и её прекращения. Чувство непостоянно... восприятие непостоянно... санкхары непостоянны — как в прошлом, так и в будущем, что уж говорить о настоящем! Видя это, монахи, обученный благородный ученик не испытывает привязанности к санкхарам прошлого; он не радуется санкхарам будущего; и он практикует ради разочарования в санкхарах настоящего, ради угасания страсти к ним и их прекращения. Сознание непостоянно — как в прошлом, так и в будущем, что уж говорить о настоящем! Видя это, монахи, обученный благородный ученик не испытывает привязанности к сознанию прошлого; он не радуется сознанию будущего; и он практикует ради разочарования в сознании настоящего, ради угасания страсти к нему и его прекращения». Девятая [сутта]. 10. Kālattayadukkhasuttaṃ 10. «Сутта о страдании в трёх временах» 10. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Rūpaṃ, bhikkhave, dukkhaṃ atītānāgataṃ; ko pana vādo paccuppannassa! Evaṃ passaṃ, bhikkhave, sutavā ariyasāvako atītasmiṃ rūpasmiṃ anapekkho hoti; anāgataṃ rūpaṃ nābhinandati; paccuppannassa rūpassa nibbidāya virāgāya nirodhāya paṭipanno hoti. Vedanā dukkhā… saññā dukkhā… saṅkhārā dukkhā… viññāṇaṃ dukkhaṃ atītānāgataṃ; ko pana vādo paccuppannassa! Evaṃ passaṃ, bhikkhave, sutavā ariyasāvako atītasmiṃ viññāṇasmiṃ anapekkho hoti; anāgataṃ viññāṇaṃ nābhinandati; paccuppannassa viññāṇassa nibbidāya virāgāya nirodhāya paṭipanno hotī’’ti. Dasamaṃ. 10. В Саваттхи. «Монахи, форма есть страдание — как в прошлом, так и в будущем, что уж говорить о настоящем! Видя это, монахи, обученный благородный ученик не испытывает привязанности к форме прошлого; он не радуется форме будущего; и он практикует ради разочарования в форме настоящего, ради угасания страсти к ней и её прекращения. Чувство есть страдание... восприятие есть страдание... санкхары есть страдание... сознание есть страдание — как в прошлом, так и в будущем, что уж говорить о настоящем! Видя это, монахи, обученный благородный ученик не испытывает привязанности к сознанию прошлого; он не радуется сознанию будущего; и он практикует ради разочарования в сознании настоящего, ради угасания страсти к нему и его прекращения». Десятая [сутта]. 11. Kālattayaanattasuttaṃ 11. «Сутта о не-я в трёх временах» 11. Sāvatthinidānaṃ[Pg.18]. ‘‘Rūpaṃ, bhikkhave, anattā atītānāgataṃ; ko pana vādo paccuppannassa! Evaṃ passaṃ, bhikkhave, sutavā ariyasāvako atītasmiṃ rūpasmiṃ anapekkho hoti; anāgataṃ rūpaṃ nābhinandati; paccuppannassa rūpassa nibbidāya virāgāya nirodhāya paṭipanno hoti. Vedanā anattā… saññā anattā… saṅkhārā anattā… viññāṇaṃ anattā atītānāgataṃ; ko pana vādo paccuppannassa! Evaṃ passaṃ, bhikkhave, sutavā ariyasāvako atītasmiṃ viññāṇasmiṃ anapekkho hoti; anāgataṃ viññāṇaṃ nābhinandati; paccuppannassa viññāṇassa nibbidāya virāgāya nirodhāya paṭipanno hotī’’ti. Ekādasamaṃ. 11. В Саваттхи. «Монахи, форма не-я — как в прошлом, так и в будущем, что уж говорить о настоящем! Видя это, монахи, обученный благородный ученик не испытывает привязанности к форме прошлого; он не радуется форме будущего; и он практикует ради разочарования в форме настоящего, ради угасания страсти к ней и её прекращения. Чувство не-я... восприятие не-я... санкхары не-я... сознание не-я — как в прошлом, так и в будущем, что уж говорить о настоящем! Видя это, монахи, обученный благородный ученик не испытывает привязанности к сознанию прошлого; он не радуется сознанию будущего; и он практикует ради разочарования в сознании настоящего, ради угасания страсти к нему и его прекращения». Одиннадцатая [сутта]. Nakulapituvaggo paṭhamo. «Первая глава о Накулапите». Tassuddānaṃ – «Оглавление этой главы:» Nakulapitā devadahā, dvepi hāliddikāni ca; Samādhipaṭisallāṇā, upādāparitassanā duve; Atītānāgatapaccuppannā, vaggo tena pavuccati. «Накулапита, Девадаха, две сутты Халиддикани, Самадхи, Патисаллана, две сутты о трепете из-за цепляния, и сутты о прошлом, будущем и настоящем — этим [составом] зовётся эта глава». 2. Aniccavaggo 2. «Глава о непостоянстве» 1. Aniccasuttaṃ 1. «Сутта о непостоянстве» 12. Evaṃ me sutaṃ – sāvatthiyaṃ. Tatra kho…pe… ‘‘rūpaṃ, bhikkhave, aniccaṃ, vedanā aniccā, saññā aniccā, saṅkhārā aniccā, viññāṇaṃ aniccaṃ. Evaṃ passaṃ, bhikkhave, sutavā ariyasāvako rūpasmimpi nibbindati, vedanāyapi nibbindati, saññāyapi nibbindati, saṅkhāresupi nibbindati, viññāṇasmimpi nibbindati. Nibbindaṃ virajjati; virāgā vimuccati. Vimuttasmiṃ vimuttamiti ñāṇaṃ hoti. ‘Khīṇā jāti, vusitaṃ brahmacariyaṃ, kataṃ karaṇīyaṃ, nāparaṃ itthattāyā’ti pajānātī’’ti. Paṭhamaṃ. 12. Так я слышал. В Саваттхи. Там [Благословенный обратился к монахам]... [и так далее]... «Монахи, форма непостоянна, чувство непостоянно, восприятие непостоянно, санкхары непостоянны, сознание непостоянно. Видя это, монахи, обученный благородный ученик испытывает разочарование в форме, испытывает разочарование в чувстве, испытывает разочарование в восприятии, испытывает разочарование в санкхарах, испытывает разочарование в сознании. Испытывая разочарование, он становится бесстрастным. Благодаря бесстрастию [его ум] освобождается. Когда он освобождён, возникает знание: „Освобождён“. Он постигает: „Рождение уничтожено, святая жизнь прожита, сделано то, что должно было быть сделано, не осталось ничего для этого состояния бытия“». Первая [сутта]. 2. Dukkhasuttaṃ 2. «Сутта о страдании» 13. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Rūpaṃ, bhikkhave, dukkhaṃ, vedanā dukkhā, saññā dukkhā, saṅkhārā dukkhā, viññāṇaṃ dukkhaṃ. Evaṃ passaṃ…pe… nāparaṃ itthattāyāti pajānātī’’ti. Dutiyaṃ. 13. В Саваттхи. «Монахи, форма есть страдание, чувство есть страдание, восприятие есть страдание, санкхары есть страдание, сознание есть страдание. Видя это... [и так далее]... Он постигает: „...не осталось ничего для этого состояния бытия“». Вторая [сутта]. 3. Anattasuttaṃ 3. «Сутта о не-я» 14. Sāvatthinidānaṃ[Pg.19]. ‘‘Rūpaṃ, bhikkhave, anattā, vedanā anattā, saññā anattā, saṅkhārā anattā, viññāṇaṃ anattā. Evaṃ passaṃ, bhikkhave, sutavā ariyasāvako rūpasmimpi nibbindati, vedanāyapi nibbindati, saññāyapi nibbindati, saṅkhāresupi nibbindati, viññāṇasmimpi nibbindati. Nibbindaṃ virajjati; virāgā vimuccati. Vimuttasmiṃ vimuttamiti ñāṇaṃ hoti. ‘Khīṇā jāti, vusitaṃ brahmacariyaṃ, kataṃ karaṇīyaṃ, nāparaṃ itthattāyā’ti pajānātī’’ti. Tatiyaṃ. 14. В Саваттхи. «Монахи, форма не-я, чувство не-я, восприятие не-я, санкхары не-я, сознание не-я. Видя это, монахи, обученный благородный ученик испытывает разочарование в форме, испытывает разочарование в чувстве, испытывает разочарование в восприятии, испытывает разочарование в санкхарах, испытывает разочарование в сознании. Испытывая разочарование, он становится бесстрастным. Благодаря бесстрастию [его ум] освобождается. Когда он освобождён, возникает знание: „Освобождён“. Он постигает: „Рождение уничтожено, святая жизнь прожита, сделано то, что должно было быть сделано, не осталось ничего для этого состояния бытия“». Третья [сутта]. 4. Yadaniccasuttaṃ 4. «Сутта о том, что непостоянно» 15. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Rūpaṃ, bhikkhave, aniccaṃ. Yadaniccaṃ taṃ dukkhaṃ; yaṃ dukkhaṃ tadanattā; yadanattā taṃ ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’ti evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya daṭṭhabbaṃ. Vedanā aniccā. Yadaniccaṃ taṃ dukkhaṃ; yaṃ dukkhaṃ tadanattā; yadanattā taṃ ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’ti evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya daṭṭhabbaṃ. Saññā aniccā…pe… saṅkhārā aniccā… viññāṇaṃ aniccaṃ. Yadaniccaṃ taṃ dukkhaṃ; yaṃ dukkhaṃ tadanattā; yadanattā taṃ ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’ti evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya daṭṭhabbaṃ. Evaṃ passaṃ…pe… nāparaṃ itthattāyāti pajānātī’’ti. Catutthaṃ. 15. В Саваттхи. «О бхиккху, форма непостоянна. То, что непостоянно — это страдание. То, что страдание — это не-себя. То, что не-себя, следует видеть правильной мудростью так, как оно есть на самом деле: „Это не моё, это не я, это не моя самость“. Чувство непостоянно... Восприятие непостоянно... Волевые формирования непостоянны... Сознание непостоянно. То, что непостоянно — это страдание. То, что страдание — это не-себя. То, что не-себя, следует видеть правильной мудростью так, как оно есть на самом деле: „Это не моё, это не я, это не моя самость“. Видя так... он понимает: „...нет ничего больше для этого состояния бытия“». Четвёртая сутта. 5. Yaṃdukkhasuttaṃ 5. Ямдуккха сутта (О том, что является страданием) 16. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Rūpaṃ, bhikkhave, dukkhaṃ. Yaṃ dukkhaṃ tadanattā; yadanattā taṃ ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’ti evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya daṭṭhabbaṃ. Vedanā dukkhā… saññā dukkhā… saṅkhārā dukkhā… viññāṇaṃ dukkhaṃ. Yaṃ dukkhaṃ tadanattā; yadanattā taṃ ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’ti evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya daṭṭhabbaṃ. Evaṃ passaṃ…pe… nāparaṃ itthattāyāti pajānātī’’ti. Pañcamaṃ. 16. В Саваттхи. «О бхиккху, форма — это страдание. То, что страдание — это не-себя. То, что не-себя, следует видеть правильной мудростью так, как оно есть на самом деле: „Это не моё, это не я, это не моя самость“. Чувство — это страдание... Восприятие — это страдание... Волевые формирования — это страдание... Сознание — это страдание. То, что страдание — это не-себя. То, что не-себя, следует видеть правильной мудростью так, как оно есть на самом деле: „Это не моё, это не я, это не моя самость“. Видя так... он понимает: „...нет ничего больше для этого состояния бытия“». Пятая сутта. 6. Yadanattāsuttaṃ 6. Яданатта сутта (О том, что является не-себя) 17. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Rūpaṃ, bhikkhave, anattā. Yadanattā taṃ ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’ti evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya daṭṭhabbaṃ. Vedanā anattā… saññā anattā… saṅkhārā anattā… viññāṇaṃ anattā[Pg.20]. Yadanattā taṃ ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’ti evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya daṭṭhabbaṃ. Evaṃ passaṃ…pe… nāparaṃ itthattāyāti pajānātī’’ti. Chaṭṭhaṃ. 17. В Саваттхи. «О бхиккху, форма — это не-себя. То, что не-себя, следует видеть правильной мудростью так, как оно есть на самом деле: „Это не моё, это не я, это не моя самость“. Чувство — это не-себя... Восприятие — это не-себя... Волевые формирования — это не-себя... Сознание — это не-себя. То, что не-себя, следует видеть правильной мудростью так, как оно есть на самом деле: „Это не моё, это не я, это не моя самость“. Видя так... он понимает: „...нет ничего больше для этого состояния бытия“». Шестая сутта. 7. Sahetuaniccasuttaṃ 7. Сахету аничча сутта (Непостоянное с причиной) 18. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Rūpaṃ, bhikkhave, aniccaṃ. Yopi hetu, yopi paccayo rūpassa uppādāya, sopi anicco. Aniccasambhūtaṃ, bhikkhave, rūpaṃ kuto niccaṃ bhavissati! Vedanā aniccā. Yopi hetu, yopi paccayo vedanāya uppādāya, sopi anicco. Aniccasambhūtā, bhikkhave, vedanā kuto niccā bhavissati! Saññā aniccā… saṅkhārā aniccā. Yopi hetu yopi paccayo saṅkhārānaṃ uppādāya, sopi anicco. Aniccasambhūtā, bhikkhave, saṅkhārā kuto niccā bhavissanti! Viññāṇaṃ aniccaṃ. Yopi hetu yopi paccayo viññāṇassa uppādāya, sopi anicco. Aniccasambhūtaṃ, bhikkhave, viññāṇaṃ kuto niccaṃ bhavissati! Evaṃ passaṃ…pe… nāparaṃ itthattāyāti pajānātī’’ti. Sattamaṃ. 18. В Саваттхи. «О бхиккху, форма непостоянна. Причина и условие для возникновения формы также непостоянны. Как может форма, возникшая из непостоянного, быть постоянной? Чувство непостоянно. Причина и условие для возникновения чувства также непостоянны. Как может чувство, возникшее из непостоянного, быть постоянным? Восприятие непостоянно... Волевые формирования непостоянны. Причина и условие для возникновения волевых формирований также непостоянны. Как могут волевые формирования, возникшие из непостоянного, быть постоянными? Сознание непостоянно. Причина и условие для возникновения сознания также непостоянны. Как может сознание, возникшее из непостоянного, быть постоянным? Видя так... он понимает: „...нет ничего больше для этого состояния бытия“». Седьмая сутта. 8. Sahetudukkhasuttaṃ 8. Сахету дуккха сутта (Страдание с причиной) 19. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Rūpaṃ, bhikkhave, dukkhaṃ. Yopi hetu yopi paccayo rūpassa uppādāya, sopi dukkho. Dukkhasambhūtaṃ, bhikkhave, rūpaṃ kuto sukhaṃ bhavissati! Vedanā dukkhā… saññā dukkhā… saṅkhārā dukkhā… viññāṇaṃ dukkhaṃ. Yopi hetu yopi paccayo viññāṇassa uppādāya, sopi dukkho. Dukkhasambhūtaṃ, bhikkhave, viññāṇaṃ kuto sukhaṃ bhavissati! Evaṃ passaṃ…pe… nāparaṃ itthattāyāti pajānātī’’ti. Aṭṭhamaṃ. 19. В Саваттхи. «О бхиккху, форма — это страдание. Причина и условие для возникновения формы также являются страданием. Как может форма, возникшая из того, что является страданием, быть счастьем? Чувство — это страдание... Восприятие — это страдание... Волевые формирования — это страдание... Сознание — это страдание. Причина и условие для возникновения сознания также являются страданием. Как может сознание, возникшее из того, что является страданием, быть счастьем? Видя так... он понимает: „...нет ничего больше для этого состояния бытия“». Восьмая сутта. 9. Sahetuanattasuttaṃ 9. Сахету анатта сутта (Не-себя с причиной) 20. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Rūpaṃ, bhikkhave, anattā. Yopi hetu yopi paccayo rūpassa uppādāya, sopi anattā. Anattasambhūtaṃ, bhikkhave, rūpaṃ kuto attā bhavissati! Vedanā anattā… saññā anattā… saṅkhārā anattā… viññāṇaṃ anattā. Yopi hetu yopi paccayo viññāṇassa uppādāya, sopi anattā. Anattasambhūtaṃ, bhikkhave, viññāṇaṃ kuto attā bhavissati! Evaṃ passaṃ…pe… nāparaṃ itthattāyāti pajānātī’’ti. Navamaṃ. 20. В Саваттхи. «О бхиккху, форма — это не-себя. Причина и условие для возникновения формы также являются не-себя. Как может форма, возникшая из того, что является не-себя, быть собой? Чувство — это не-себя... Восприятие — это не-себя... Волевые формирования — это не-себя... Сознание — это не-себя. Причина и условие для возникновения сознания также являются не-себя. Как может сознание, возникшее из того, что является не-себя, быть собой? Видя так... он понимает: „...нет ничего больше для этого состояния бытия“». Девятая сутта. 10. Ānandasuttaṃ 10. Ананда сутта 21. Sāvatthiyaṃ [Pg.21]… ārāme. Atha kho āyasmā ānando yena bhagavā tenupasaṅkami; upasaṅkamitvā bhagavantaṃ abhivādetvā ekamantaṃ nisīdi. Ekamantaṃ nisinno kho āyasmā ānando bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘‘nirodho nirodho’ti, bhante, vuccati. Katamesānaṃ kho, bhante, dhammānaṃ nirodho ‘nirodho’ti vuccatī’’ti? ‘‘Rūpaṃ kho, ānanda, aniccaṃ saṅkhataṃ paṭiccasamuppannaṃ khayadhammaṃ vayadhammaṃ virāgadhammaṃ nirodhadhammaṃ. Tassa nirodho ‘nirodho’ti vuccati. Vedanā aniccā saṅkhatā paṭiccasamuppannā khayadhammā vayadhammā virāgadhammā nirodhadhammā. Tassā nirodho ‘nirodho’ti vuccati. Saññā… saṅkhārā aniccā saṅkhatā paṭiccasamuppannā khayadhammā vayadhammā virāgadhammā nirodhadhammā. Tesaṃ nirodho ‘nirodho’ti vuccati. Viññāṇaṃ aniccaṃ saṅkhataṃ paṭiccasamuppannaṃ khayadhammaṃ vayadhammaṃ virāgadhammaṃ nirodhadhammaṃ. Tassa nirodho ‘nirodho’ti vuccati. Imesaṃ kho, ānanda, dhammānaṃ nirodho ‘nirodho’ti vuccatī’’ti. Dasamaṃ. 21. В Саваттхи, в роще... Тогда почтенный Ананда подошёл к Благословенному, поклонился ему, сел рядом и сказал Благословенному: «Учитель, говорят: „прекращение, прекращение“. Прекращение каких явлений называют „прекращением“?» «Форма, Ананда, непостоянна, обусловлена, взаимозависимо возникшая, подвержена разрушению, исчезновению, угасанию, прекращению. Её прекращение называют „прекращением“. Чувство непостоянно... Восприятие... Волевые формирования непостоянны, обусловлены, взаимозависимо возникшие, подвержены разрушению, исчезновению, угасанию, прекращению. Их прекращение называют „прекращением“. Сознание непостоянно, обусловлено, взаимозависимо возникшее, подвержено разрушению, исчезновению, угасанию, прекращению. Его прекращение называют „прекращением“. Именно прекращение этих явлений, Ананда, называют „прекращением“». Десятая сутта. Aniccavaggo dutiyo. Вторая глава об имперманентности (Аниччавагга) завершена. Tassuddānaṃ – Оглавление этой главы: Aniccaṃ dukkhaṃ anattā, yadaniccāpare tayo; Hetunāpi tayo vuttā, ānandena ca te dasāti. «Непостоянство», «Страдание», «Не-себя», и ещё три сутты, начиная с «То, что непостоянно»; также три сутты с «Причиной» и сутта с Анандой — всего десять. 3. Bhāravaggo 3. Бхаравагга (Глава о бремени) 1. Bhārasuttaṃ 1. Бхара сутта (Сутта о бремени) 22. Sāvatthiyaṃ … tatra kho … ‘‘bhārañca vo, bhikkhave, desessāmi bhārahārañca bhārādānañca bhāranikkhepanañca. Taṃ suṇātha. Katamo ca, bhikkhave, bhāro? Pañcupādānakkhandhā tissa vacanīyaṃ. Katame pañca? Rūpupādānakkhandho, vedanupādānakkhandho, saññupādānakkhandho, saṅkhārupādānakkhandho, viññāṇupādānakkhandho; ayaṃ vuccati, bhikkhave, bhāro’’. 22. В Саваттхи... Там Благословенный сказал следующее: «Бхиккху, я разъясню вам бремя, носильщика бремени, принятие бремени и слагание бремени. Слушайте это... И что, бхиккху, является бременем? Следует ответить: пять совокупностей привязанности. Какие пять? Совокупность формы, связанная с привязанностью; совокупность чувства, связанная с привязанностью; совокупность восприятия, связанная с привязанностью; совокупность волевых формирований, связанная с привязанностью; совокупность сознания, связанная с привязанностью. Это, бхиккху, называется бременем. ‘‘Katamo ca, bhikkhave, bhārahāro[Pg.22]? Puggalo tissa vacanīyaṃ. Yvāyaṃ āyasmā evaṃnāmo evaṃgotto; ayaṃ vuccati, bhikkhave, bhārahāro. И кто, бхиккху, является носильщиком бремени? Следует ответить: личность, этот почтенный такого-то имени и такого-то рода. Это, бхиккху, называется носильщиком бремени. ‘‘Katamañca, bhikkhave, bhārādānaṃ? Yāyaṃ taṇhā ponobhavikā nandīrāgasahagatā tatratatrābhinandinī, seyyathidaṃ – kāmataṇhā, bhavataṇhā, vibhavataṇhā. Idaṃ vuccati, bhikkhave, bhārādānaṃ. И что, бхиккху, является принятием бремени? Это жажда, которая ведёт к новому существованию, сопровождается наслаждением и страстью, находящая удовольствие то здесь, то там; а именно: жажда чувственных удовольствий, жажда существования, жажда несуществования. Это, бхиккху, называется принятием бремени. ‘‘Katamañca, bhikkhave, bhāranikkhepanaṃ? Yo tassāyeva taṇhāya asesavirāganirodho cāgo paṭinissaggo mutti anālayo. Idaṃ vuccati, bhikkhave, bhāranikkhepana’’nti. И что, бхиккху, является слаганием бремени? Это полное, без остатка, угасание и прекращение этой самой жажды, отказ от неё, отречение, освобождение от неё, не-привязанность к ней. Это, бхиккху, называется слаганием бремени». Idamavoca bhagavā. Idaṃ vatvāna sugato athāparaṃ etadavoca satthā – Это сказал Благословенный. Сказав это, Сугата, Учитель, добавил следующее: ‘‘Bhārā have pañcakkhandhā, bhārahāro ca puggalo; Bhārādānaṃ dukhaṃ loke, bhāranikkhepanaṃ sukhaṃ. «Пять совокупностей — воистину бремя, а носильщик бремени — личность. Принятие бремени — это страдание в мире, слагание бремени — это счастье. ‘‘Nikkhipitvā garuṃ bhāraṃ, aññaṃ bhāraṃ anādiya; Samūlaṃ taṇhamabbuyha, nicchāto parinibbuto’’ti. paṭhamaṃ; Сложив тяжёлое бремя и не беря другого бремени, вырвав жажду вместе с корнем, свободный от голода, он полностью угас». Первая сутта. 2. Pariññasuttaṃ 2. Париння сутта (Сутта о полном понимании) 23. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Pariññeyye ca, bhikkhave, dhamme desessāmi pariññañca. Taṃ suṇātha. Katame ca, bhikkhave, pariññeyyā dhammā? Rūpaṃ, bhikkhave, pariññeyyo dhammo, vedanā pariññeyyo dhammo, saññā pariññeyyo dhammo, saṅkhārā pariññeyyo dhammo, viññāṇaṃ pariññeyyo dhammo. Ime vuccanti, bhikkhave, pariññeyyā dhammā. Katamā ca, bhikkhave, pariññā? Yo, bhikkhave, rāgakkhayo dosakkhayo mohakkhayo. Ayaṃ vuccati, bhikkhave, pariññā’’ti. Dutiyaṃ. 23. В Саваттхи. «Бхиккху, я разъясню вам вещи, которые должны быть полностью поняты, а также полное понимание. Слушайте это... И какие вещи, бхиккху, должны быть полностью поняты? Форма, бхиккху — это то, что должно быть полностью понято; чувство... восприятие... волевые формирования... сознание — это то, что должно быть полностью понято. Это, бхиккху, называется вещами, которые должны быть полностью поняты. И что, бхиккху, является полным пониманием? Уничтожение страсти, уничтожение злобы, уничтожение заблуждения. Это, бхиккху, называется полным пониманием». Вторая сутта. 3. Abhijānasuttaṃ 3. Абхиджана сутта (Сутта о непосредственном знании) 24. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Rūpaṃ, bhikkhave, anabhijānaṃ aparijānaṃ avirājayaṃ appajahaṃ abhabbo dukkhakkhayāya; vedanaṃ anabhijānaṃ aparijānaṃ avirājayaṃ appajahaṃ abhabbo dukkhakkhayāya; saññaṃ anabhijānaṃ… saṅkhāre anabhijānaṃ [Pg.23] aparijānaṃ avirājayaṃ appajahaṃ abhabbo dukkhakkhayāya; viññāṇaṃ anabhijānaṃ aparijānaṃ avirājayaṃ appajahaṃ abhabbo dukkhakkhayāya. Rūpañca kho, bhikkhave, abhijānaṃ parijānaṃ virājayaṃ pajahaṃ bhabbo dukkhakkhayāya; vedanaṃ abhijānaṃ… saññaṃ… saṅkhāre… viññāṇaṃ abhijānaṃ parijānaṃ virājayaṃ pajahaṃ bhabbo dukkhakkhayāyā’’ti. Tatiyaṃ. 24. В Саваттхи. «Бхиккху, не зная непосредственно и не понимая полностью форму, не освобождаясь от страсти к ней и не оставляя её, человек неспособен положить конец страданию. Не зная непосредственно и не понимая полностью чувство... восприятие... волевые формирования... сознание, не освобождаясь от страсти к ним и не оставляя их, человек неспособен положить конец страданию. Но, бхиккху, зная непосредственно и понимая полностью форму, освобождаясь от страсти к ней и оставляя её, человек способен положить конец страданию. Зная непосредственно и понимая полностью чувство... восприятие... волевые формирования... сознание, освобождаясь от страсти к ним и оставляя их, человек способен положить конец страданию». Третья сутта. 4. Chandarāgasuttaṃ 4. Чандарага сутта (Сутта о желании и страсти) 25. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Yo, bhikkhave, rūpasmiṃ chandarāgo taṃ pajahatha. Evaṃ taṃ rūpaṃ pahīnaṃ bhavissati ucchinnamūlaṃ tālāvatthukataṃ anabhāvaṃkataṃ āyatiṃ anuppādadhammaṃ. Yo vedanāya chandarāgo taṃ pajahatha. Evaṃ sā vedanā pahīnā bhavissati ucchinnamūlā tālāvatthukatā anabhāvaṃkatā āyatiṃ anuppādadhammā. Yo saññāya chandarāgo taṃ pajahatha. Evaṃ sā saññā pahīnā bhavissati ucchinnamūlā tālāvatthukatā anabhāvaṃkatā āyatiṃ anuppādadhammā. Yo saṅkhāresu chandarāgo taṃ pajahatha. Evaṃ te saṅkhārā pahīnā bhavissanti ucchinnamūlā tālāvatthukatā anabhāvaṃkatā āyatiṃ anuppādadhammā. Yo viññāṇasmiṃ chandarāgo taṃ pajahatha. Evaṃ taṃ viññāṇaṃ pahīnaṃ bhavissati ucchinnamūlaṃ tālāvatthukataṃ anabhāvaṃkataṃ āyatiṃ anuppādadhamma’’nti. Catutthaṃ. 25. В Саваттхи. «Бхиккху, оставьте желание и страсть к форме. Так эта форма будет оставлена, срезана под корень, уподоблена обрубку пальмы, уничтожена так, что больше не возникнет в будущем. Оставьте желание и страсть к чувству... к восприятию... к волевым формированиям... к сознанию. Так это сознание будет оставлено, срезано под корень, уподоблено обрубку пальмы, уничтожено так, что больше не возникнет в будущем». Четвёртая сутта. 5. Assādasuttaṃ 5. Ассада сутта (Сутта о наслаждении) 26. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Pubbeva me, bhikkhave, sambodhā anabhisambuddhassa bodhisattasseva sato etadahosi – ‘ko nu kho rūpassa assādo, ko ādīnavo, kiṃ nissaraṇaṃ? Ko vedanāya assādo, ko ādīnavo, kiṃ nissaraṇaṃ? Ko saññāya assādo, ko ādīnavo, kiṃ nissaraṇaṃ? Ko saṅkhārānaṃ assādo, ko ādīnavo, kiṃ nissaraṇaṃ? Ko viññāṇassa assādo, ko ādīnavo, kiṃ nissaraṇa’nti? Tassa mayhaṃ, bhikkhave, etadahosi – ‘yaṃ kho rūpaṃ paṭicca uppajjati sukhaṃ somanassaṃ, ayaṃ rūpassa assādo. Yaṃ rūpaṃ aniccaṃ dukkhaṃ vipariṇāmadhammaṃ, ayaṃ rūpassa ādīnavo. Yo rūpasmiṃ chandarāgavinayo chandarāgappahānaṃ, idaṃ rūpassa nissaraṇaṃ. Yaṃ vedanaṃ paṭicca uppajjati sukhaṃ somanassaṃ[Pg.24], ayaṃ vedanāya assādo. Yaṃ vedanā aniccā dukkhā vipariṇāmadhammā, ayaṃ vedanāya ādīnavo. Yo vedanāya chandarāgavinayo chandarāgappahānaṃ, idaṃ vedanāya nissaraṇaṃ. Yaṃ saññaṃ paṭicca uppajjati…pe… yaṃ saṅkhāre paṭicca uppajjati sukhaṃ somanassaṃ, ayaṃ saṅkhārānaṃ assādo. Yaṃ saṅkhārā aniccā dukkhā vipariṇāmadhammā, ayaṃ saṅkhārānaṃ ādīnavo. Yo saṅkhāresu chandarāgavinayo chandarāgappahānaṃ, idaṃ saṅkhārānaṃ nissaraṇaṃ. Yaṃ viññāṇaṃ paṭicca uppajjati sukhaṃ somanassaṃ, ayaṃ viññāṇassa assādo. Yaṃ viññāṇaṃ aniccaṃ dukkhaṃ vipariṇāmadhammaṃ, ayaṃ viññāṇassa ādīnavo. Yo viññāṇasmiṃ chandarāgavinayo chandarāgappahānaṃ, idaṃ viññāṇassa nissaraṇaṃ’’’. 26. В Саваттхи. «Монахи, до моего пробуждения, когда я ещё был непробуждённым бодхисаттой, мне пришла такая мысль: „В чём услада, в чём опасность и в чём выход в отношении формы? В чём услада, в чём опасность и в чём выход в отношении чувства… восприятия… волевых образований… сознания?“ Тогда, монахи, мне пришла такая мысль: „То удовольствие и радость, что возникают в зависимости от формы — это услада в форме. То, что форма непостоянна, подвержена страданию и изменению — это опасность в форме. Устранение и оставление желания и страсти к форме — это выход из формы. То удовольствие и радость, что возникают в зависимости от чувства… в зависимости от восприятия… в зависимости от волевых образований… в зависимости от сознания — это услада в сознании. То, что сознание непостоянно, подвержено страданию и изменению — это опасность в сознании. Устранение и оставление желания и страсти к сознанию — это выход из сознания“». ‘‘Yāvakīvañcāhaṃ, bhikkhave, imesaṃ pañcannaṃ upādānakkhandhānaṃ evaṃ assādañca assādato ādīnavañca ādīnavato nissaraṇañca nissaraṇato yathābhūtaṃ nābbhaññāsiṃ, neva tāvāhaṃ, bhikkhave, sadevake loke samārake sabrahmake sassamaṇabrāhmaṇiyā pajāya sadevamanussāya anuttaraṃ sammāsambodhiṃ abhisambuddhoti paccaññāsiṃ. Yato ca khvāhaṃ, bhikkhave, imesaṃ pañcannaṃ upādānakkhandhānaṃ evaṃ assādañca assādato ādīnavañca ādīnavato nissaraṇañca nissaraṇato yathābhūtaṃ abbhaññāsiṃ; athāhaṃ, bhikkhave, sadevake loke samārake sabrahmake sassamaṇabrāhmaṇiyā pajāya sadevamanussāya anuttaraṃ sammāsambodhiṃ abhisambuddhoti paccaññāsiṃ. Ñāṇañca pana me dassanaṃ udapādi – ‘akuppā me vimutti ; ayamantimā jāti; natthi dāni punabbhavo’’’ti. Pañcamaṃ. «До тех пор, монахи, пока я прямо не познал, как оно есть на самом деле, усладу как усладу, опасность как опасность и выход как выход в отношении этих пяти совокупностей цепляния, я не утверждал, монахи, что пробудился к непревзойдённому совершенному самопробуждению в этом мире с его девами, Марой и Брахмой, среди этого поколения с его отшельниками и брахманами, девами и людьми. Но когда, монахи, я прямо познал, как оно есть на самом деле, усладу как усладу, опасность как опасность и выход как выход в отношении этих пяти совокупностей цепляния, тогда я провозгласил, монахи, что пробудился к непревзойдённому совершенному самопробуждению в этом мире с его девами, Марой и Брахмой, среди этого поколения с его отшельниками и брахманами, девами и людьми. И во мне возникло знание и видение: „Моё освобождение непоколебимо; это моё последнее рождение; теперь нет более повторного бытия“». Пятое. 6. Dutiyaassādasuttaṃ 6. Вторая сутта об усладе 27. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Rūpassāhaṃ, bhikkhave, assādapariyesanaṃ acariṃ. Yo rūpassa assādo tadajjhagamaṃ. Yāvatā rūpassa assādo paññāya me so sudiṭṭho. Rūpassāhaṃ, bhikkhave, ādīnavapariyesanaṃ acariṃ. Yo rūpassa ādīnavo tadajjhagamaṃ. Yāvatā rūpassa ādīnavo paññāya me so sudiṭṭho. Rūpassāhaṃ, bhikkhave, nissaraṇapariyesanaṃ acariṃ. Yaṃ rūpassa nissaraṇaṃ tadajjhagamaṃ. Yāvatā rūpassa nissaraṇaṃ paññāya me taṃ sudiṭṭhaṃ. Vedanāyāhaṃ, bhikkhave… saññāyāhaṃ, bhikkhave… saṅkhārānāhaṃ[Pg.25], bhikkhave… viññāṇassāhaṃ, bhikkhave, assādapariyesanaṃ acariṃ. Yo viññāṇassa assādo tadajjhagamaṃ. Yāvatā viññāṇassa assādo paññāya me so sudiṭṭho. Viññāṇassāhaṃ, bhikkhave, ādīnavapariyesanaṃ acariṃ. Yo viññāṇassa ādīnavo tadajjhagamaṃ. Yāvatā viññāṇassa ādīnavo paññāya me so sudiṭṭho. Viññāṇassāhaṃ, bhikkhave, nissaraṇapariyesanaṃ acariṃ. Yaṃ viññāṇassa nissaraṇaṃ tadajjhagamaṃ. Yāvatā viññāṇassa nissaraṇaṃ paññāya me taṃ sudiṭṭhaṃ. Yāvakīvañcāhaṃ, bhikkhave, imesaṃ pañcannaṃ upādānakkhandhānaṃ assādañca assādato ādīnavañca ādīnavato nissaraṇañca nissaraṇato yathābhūtaṃ nābbhaññāsiṃ…pe… abbhaññāsiṃ. Ñāṇañca pana me dassanaṃ udapādi – ‘akuppā me vimutti ; ayamantimā jāti; natthi dāni punabbhavo’’’ti. Chaṭṭhaṃ. 27. В Саваттхи. «Монахи, я отправился на поиски услады в форме. Какая бы услада ни была в форме — я её обнаружил. Я ясно узрел мудростью, насколько простирается услада в форме. Монахи, я отправился на поиски опасности в форме. Какая бы опасность ни была в форме — я её обнаружил. Я ясно узрел мудростью, насколько простирается опасность в форме. Монахи, я отправился на поиски выхода из формы. Какой бы выход ни был из формы — я его обнаружил. Я ясно узрел мудростью, насколько простирается выход из формы. Монахи, я отправился на поиски услады в чувстве… восприятии… волевых образованиях… сознании. Какая бы услада ни была в сознании — я её обнаружил. Я ясно узрел мудростью, насколько простирается услада в сознании. Монахи, я отправился на поиски опасности в сознании. Какая бы опасность ни была в сознании — я её обнаружил. Я ясно узрел мудростью, насколько простирается опасность в сознании. Монахи, я отправился на поиски выхода из сознания. Какой бы выход ни был из сознания — я его обнаружил. Я ясно узрел мудростью, насколько простирается выход из сознания. До тех пор, монахи, пока я прямо не познал, как оно есть на самом деле, усладу как усладу, опасность как опасность и выход как выход в отношении этих пяти совокупностей цепляния… прямо познал их. И во мне возникло знание и видение: „Моё освобождение непоколебимо; это моё последнее рождение; теперь нет более повторного бытия“». Шестое. 7. Tatiyaassādasuttaṃ 7. Третья сутта об усладе 28. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘No cedaṃ, bhikkhave, rūpassa assādo abhavissa nayidaṃ sattā rūpasmiṃ sārajjeyyuṃ. Yasmā ca kho, bhikkhave, atthi rūpassa assādo, tasmā sattā rūpasmiṃ sārajjanti. No cedaṃ, bhikkhave, rūpassa ādīnavo abhavissa nayidaṃ sattā rūpasmiṃ nibbindeyyuṃ. Yasmā ca kho, bhikkhave, atthi rūpassa ādīnavo, tasmā sattā rūpasmiṃ nibbindanti. No cedaṃ, bhikkhave, rūpassa nissaraṇaṃ abhavissa nayidaṃ sattā rūpasmā nissareyyuṃ. Yasmā ca kho, bhikkhave, atthi rūpassa nissaraṇaṃ, tasmā sattā rūpasmā nissaranti. No cedaṃ, bhikkhave, vedanāya…pe… no cedaṃ, bhikkhave, saññāya… no cedaṃ, bhikkhave, saṅkhārānaṃ nissaraṇaṃ abhavissa, nayidaṃ sattā saṅkhārehi nissareyyuṃ. Yasmā ca kho, bhikkhave, atthi saṅkhārānaṃ nissaraṇaṃ, tasmā sattā saṅkhārehi nissaranti. No cedaṃ, bhikkhave, viññāṇassa assādo abhavissa, nayidaṃ sattā viññāṇasmiṃ sārajjeyyuṃ. Yasmā ca kho, bhikkhave, atthi viññāṇassa assādo, tasmā sattā viññāṇasmiṃ sārajjanti. No cedaṃ, bhikkhave, viññāṇassa ādīnavo abhavissa, nayidaṃ sattā viññāṇasmiṃ nibbindeyyuṃ. Yasmā ca kho, bhikkhave, atthi viññāṇassa ādīnavo, tasmā sattā viññāṇasmiṃ nibbindanti. No cedaṃ, bhikkhave, viññāṇassa nissaraṇaṃ abhavissa, nayidaṃ sattā viññāṇasmā nissareyyuṃ[Pg.26]. Yasmā ca kho, bhikkhave, atthi viññāṇassa nissaraṇaṃ, tasmā sattā viññāṇasmā nissaranti. 28. В Саваттхи. «Монахи, если бы не было услады в форме, существа не испытывали бы страсти к ней; но поскольку услада в форме есть, существа испытывают страсть к ней. Если бы не было опасности в форме, существа не испытывали бы разочарования в ней; но поскольку опасность в форме есть, существа испытывают разочарование в ней. Если бы не было выхода из формы, существа не могли бы освободиться от неё; но поскольку выход из формы есть, существа освобождаются от неё. Если бы не было услады в чувстве… восприятии… волевых образованиях… Если бы не было выхода из волевых образований, существа не могли бы освободиться от волевых образований; но поскольку выход из волевых образований есть, существа освобождаются от волевых образований. Если бы не было услады в сознании, существа не испытывали бы страсти к нему; но поскольку услада в сознании есть, существа испытывают страсть к нему. Если бы не было опасности в сознании, существа не испытывали бы разочарования в нём; но поскольку опасность в сознании есть, существа испытывают разочарование в нём. Если бы не было выхода из сознания, существа не могли бы освободиться от него; но поскольку выход из сознания есть, существа освобождаются от него». ‘‘Yāvakīvañca, bhikkhave, sattā imesaṃ pañcannaṃ upādānakkhandhānaṃ assādañca assādato ādīnavañca ādīnavato nissaraṇañca nissaraṇato yathābhūtaṃ nābbhaññaṃsu ; neva tāva, bhikkhave, sattā sadevakā lokā samārakā sabrahmakā sassamaṇabrāhmaṇiyā pajāya sadevamanussāya nissaṭā visaṃyuttā vippamuttā vimariyādīkatena cetasā vihariṃsu. Yato ca kho, bhikkhave, sattā imesaṃ pañcannaṃ upādānakkhandhānaṃ assādañca assādato ādīnavañca ādīnavato nissaraṇañca nissaraṇato yathābhūtaṃ abbhaññaṃsu; atha, bhikkhave, sattā sadevakā lokā samārakā sabrahmakā sassamaṇabrāhmaṇiyā pajāya sadevamanussāya nissaṭā visaṃyuttā vippamuttā vimariyādīkatena cetasā viharanti’’. Sattamaṃ. «До тех пор, монахи, пока существа прямо не познали, как оно есть на самом деле, усладу как усладу, опасность как опасность и выход как выход в отношении этих пяти совокупностей цепляния, они не могли освободиться, отделиться, избавиться от этого мира с его девами, Марой и Брахмой, от этого поколения с его отшельниками и брахманами, девами и людьми, и не пребывали с умом, свободным от преград. Но когда, монахи, существа прямо познали, как оно есть на самом деле, усладу как усладу, опасность как опасность и выход как выход в отношении этих пяти совокупностей цепляния, тогда они освободились, отделились, избавились от этого мира с его девами, Марой и Брахмой, от этого поколения с его отшельниками и брахманами, девами и людьми, и теперь пребывают с умом, свободным от преград». Седьмое. 8. Abhinandanasuttaṃ 8. Сутта о наслаждении 29. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Yo, bhikkhave, rūpaṃ abhinandati, dukkhaṃ so abhinandati. Yo dukkhaṃ abhinandati, aparimutto so dukkhasmāti vadāmi. Yo vedanaṃ abhinandati… yo saññaṃ abhinandati… yo saṅkhāre abhinandati… yo viññāṇaṃ abhinandati, dukkhaṃ so abhinandati. Yo dukkhaṃ abhinandati, aparimutto so dukkhasmāti vadāmi. Yo ca kho, bhikkhave, rūpaṃ nābhinandati, dukkhaṃ so nābhinandati. Yo dukkhaṃ nābhinandati, parimutto so dukkhasmāti vadāmi. Yo vedanaṃ nābhinandati… yo saññaṃ nābhinandati… yo saṅkhāre nābhinandati… yo viññāṇaṃ nābhinandati, dukkhaṃ so nābhinandati. Yo dukkhaṃ nābhinandati, parimutto so dukkhasmāti vadāmī’’ti. Aṭṭhamaṃ. 29. В Саваттхи. «Монахи, тот, кто находит наслаждение в форме, находит наслаждение в страдании. Тот, кто находит наслаждение в страдании, не освободился от страдания, я говорю. Тот, кто находит наслаждение в чувстве… восприятии… волевых образованиях… сознании, находит наслаждение в страдании. Тот, кто находит наслаждение в страдании, не освободился от страдания, я говорю. Но тот, монахи, кто не находит наслаждения в форме, не находит наслаждения в страдании. Тот, кто не находит наслаждения в страдании, освободился от страдания, я говорю. Тот, кто не находит наслаждения в чувстве… восприятии… волевых образованиях… сознании, не находит наслаждения в страдании. Тот, кто не находит наслаждения в страдании, освободился от страдания, я говорю». Восьмое. 9. Uppādasuttaṃ 9. Сутта о возникновении 30. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Yo, bhikkhave, rūpassa uppādo ṭhiti abhinibbatti pātubhāvo, dukkhasseso uppādo rogānaṃ ṭhiti jarāmaraṇassa pātubhāvo. Yo vedanāya…pe… yo saññāya…pe… yo saṅkhārānaṃ…pe… yo viññāṇassa [Pg.27] uppādo ṭhiti abhinibbatti pātubhāvo, dukkhasseso uppādo rogānaṃ ṭhiti jarāmaraṇassa pātubhāvo. Yo ca kho, bhikkhave, rūpassa nirodho vūpasamo atthaṅgamo, dukkhasseso nirodho rogānaṃ vūpasamo jarāmaraṇassa atthaṅgamo. Yo vedanāya …pe… yo saññāya… yo saṅkhārānaṃ… yo viññāṇassa nirodho vūpasamo atthaṅgamo, dukkhasseso nirodho rogānaṃ vūpasamo jarāmaraṇassa atthaṅgamo’’ti. Navamaṃ. 30. В Саваттхи. «Монахи, возникновение, продолжение, порождение и проявление формы — это возникновение страдания, продолжение болезней и проявление старости и смерти. Возникновение, продолжение, порождение и проявление чувства… восприятия… волевых образований… сознания — это возникновение страдания, продолжение болезней и проявление старости и смерти. Но прекращение, угасание и исчезновение формы — это прекращение страдания, угасание болезней и исчезновение старости и смерти. Прекращение, угасание и исчезновение чувства… восприятия… волевых образований… сознания — это прекращение страдания, угасание болезней и исчезновение старости и смерти». Девятое. 10. Aghamūlasuttaṃ 10. Сутта о корне пагубы 31. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Aghañca, bhikkhave, desessāmi aghamūlañca. Taṃ suṇātha. Katamañca bhikkhave aghaṃ? Rūpaṃ, bhikkhave, aghaṃ, vedanā aghaṃ, saññā aghaṃ, saṅkhārā aghaṃ, viññāṇaṃ aghaṃ. Idaṃ vuccati, bhikkhave, aghaṃ. Katamañca, bhikkhave, aghamūlaṃ? Yāyaṃ taṇhā ponobhavikā nandīrāgasahagatā tatratatrābhinandinī; seyyathidaṃ – kāmataṇhā, bhavataṇhā, vibhavataṇhā. Idaṃ vuccati, bhikkhave, aghamūla’’nti. Dasamaṃ. 31. В Саваттхи. «Монахи, я преподам вам пагубу и корень пагубы. Слушайте это. И что такое, монахи, пагуба? Форма, монахи — это пагуба; чувство — это пагуба; восприятие — это пагуба; волевые образования — это пагуба; сознание — это пагуба. Это, монахи, называется пагубой. И что такое, монахи, корень пагубы? Это жажда, ведущая к новому существованию, сопровождаемая восторгом и страстью, находящая наслаждение то здесь, то там; а именно: жажда чувственных удовольствий, жажда существования, жажда несуществования. Это, монахи, называется корнем пагубы». Десятое. 11. Pabhaṅgusuttaṃ 11. Сутта о разрушимом 32. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Pabhaṅguñca, bhikkhave, desessāmi appabhaṅguñca. Taṃ suṇātha. Kiñca, bhikkhave, pabhaṅgu, kiṃ appabhaṅgu? Rūpaṃ, bhikkhave, pabhaṅgu. Yo tassa nirodho vūpasamo atthaṅgamo, idaṃ appabhaṅgu. Vedanā pabhaṅgu. Yo tassā nirodho vūpasamo atthaṅgamo, idaṃ appabhaṅgu. Saññā pabhaṅgu… saṅkhārā pabhaṅgu. Yo tesaṃ nirodho vūpasamo atthaṅgamo, idaṃ appabhaṅgu. Viññāṇaṃ pabhaṅgu. Yo tassa nirodho vūpasamo atthaṅgamo, idaṃ appabhaṅgū’’ti. Ekādasamaṃ. 32. В Саваттхи. «Монахи, я преподам вам разрушимое и неразрушимое. Слушайте это. И что такое, монахи, разрушимое, и что — неразрушимое? Форма, монахи — это разрушимое; её прекращение, угасание и исчезновение — это неразрушимое. Чувство — это разрушимое… Восприятие — это разрушимое… Волевые образования — это разрушимое; их прекращение, угасание и исчезновение — это неразрушимое. Сознание — это разрушимое; его прекращение, угасание и исчезновение — это неразрушимое». Одиннадцатое. Bhāravaggo tatiyo. Третья глава — Бхаравагга (Глава о бремени). Tassuddānaṃ – Краткое содержание главы: Bhāraṃ pariññaṃ abhijānaṃ, chandarāgaṃ catutthakaṃ; Assādā ca tayo vuttā, abhinandanamaṭṭhamaṃ; Uppādaṃ aghamūlañca, ekādasamo pabhaṅgūti. «Бремя», «Полное понимание», «Прямое знание», четвёртая — «Желание и страсть»; также провозглашены три сутты об «Усладе», восьмая — «Наслаждение»; «Возникновение», «Корень пагубы», и одиннадцатая — «Разрушимое». 4. Natumhākaṃvaggo 4. Натумхакавагга (Глава «Не ваше») 1. Natumhākaṃsuttaṃ 1. Натумхакасутта (Сутта «Не ваше») 33. Sāvatthinidānaṃ[Pg.28]. ‘‘Yaṃ, bhikkhave, na tumhākaṃ, taṃ pajahatha. Taṃ vo pahīnaṃ hitāya sukhāya bhavissati. Kiñca, bhikkhave, na tumhākaṃ? Rūpaṃ, bhikkhave, na tumhākaṃ, taṃ pajahatha. Taṃ vo pahīnaṃ hitāya sukhāya bhavissati. Vedanā na tumhākaṃ, taṃ pajahatha. Sā vo pahīnā hitāya sukhāya bhavissati. Saññā na tumhākaṃ… saṅkhārā na tumhākaṃ, te pajahatha. Te vo pahīnā hitāya sukhāya bhavissanti. Viññāṇaṃ na tumhākaṃ, taṃ pajahatha. Taṃ vo pahīnaṃ hitāya sukhāya bhavissati’’. 33. В Саваттхи. «Монахи, то, что не принадлежит вам, отбросьте. Когда вы отбросите это, это послужит вашему благу и счастью. И что же, монахи, не принадлежит вам? Форма, монахи, не принадлежит вам: отбросьте её. Когда вы отбросите её, это послужит вашему благу и счастью. Чувство не принадлежит вам, отбросьте его. Когда вы отбросите его, это послужит вашему благу и счастью. Восприятие не принадлежит вам... Волевые формирователи не принадлежат вам, отбросьте их. Когда вы отбросите их, это послужит вашему благу и счастью. Сознание не принадлежит вам, отбросьте его. Когда вы отбросите его, это послужит вашему благу и счастью». ‘‘Seyyathāpi, bhikkhave, yaṃ imasmiṃ jetavane tiṇakaṭṭhasākhāpalāsaṃ taṃ jano hareyya vā ḍaheyya vā yathāpaccayaṃ vā kareyya. Api nu tumhākaṃ evamassa – ‘amhe jano harati vā ḍahati vā yathāpaccayaṃ vā karotī’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Taṃ kissa hetu’’? ‘‘Na hi no etaṃ, bhante, attā vā attaniyaṃ vā’’ti. ‘‘Evameva kho, bhikkhave, rūpaṃ na tumhākaṃ, taṃ pajahatha. Taṃ vo pahīnaṃ hitāya sukhāya bhavissati. Vedanā na tumhākaṃ, taṃ pajahatha. Sā vo pahīnā hitāya sukhāya bhavissati. Saññā na tumhākaṃ… saṅkhārā na tumhākaṃ… viññāṇaṃ na tumhākaṃ, taṃ pajahatha. Taṃ vo pahīnaṃ hitāya sukhāya bhavissatī’’ti. Paṭhamaṃ. «Представьте, монахи, если бы люди уносили, сжигали или делали всё, что им угодно, с травой, дровами, ветками и листьями здесь, в роще Джеты. Подумали бы вы: „Люди уносят нас, сжигают нас или делают с нами всё, что им угодно“?» — «Нет, достопочтенный господин. По какой причине? Потому что, достопочтенный господин, это не является ни нами самими, ни тем, что принадлежит нам». — «Точно так же, монахи, форма не принадлежит вам: отбросьте её. Когда вы отбросите её, это послужит вашему благу и счастью. Чувство не принадлежит вам, отбросьте его. Когда вы отбросите его, это послужит вашему благу и счастью. Восприятие не принадлежит вам... Волевые формирователи не принадлежат вам... Сознание не принадлежит вам, отбросьте его. Когда вы отбросите его, это послужит вашему благу и счастью». Первая [сутта]. 2. Dutiyanatumhākaṃsuttaṃ 2. Вторая сутта о том, что не принадлежит вам 34. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Yaṃ, bhikkhave, na tumhākaṃ, taṃ pajahatha. Taṃ vo pahīnaṃ hitāya sukhāya bhavissati. Kiñca, bhikkhave, na tumhākaṃ? Rūpaṃ, bhikkhave, na tumhākaṃ, taṃ pajahatha. Taṃ vo pahīnaṃ hitāya sukhāya bhavissati. Vedanā na tumhākaṃ… saññā na tumhākaṃ… saṅkhārā na tumhākaṃ… viññāṇaṃ na tumhākaṃ, taṃ pajahatha. Taṃ vo pahīnaṃ hitāya sukhāya bhavissati. Yaṃ, bhikkhave, na tumhākaṃ taṃ pajahatha. Taṃ vo pahīnaṃ hitāya sukhāya bhavissatī’’ti. Dutiyaṃ. 34. В Саваттхи. «Монахи, то, что не принадлежит вам, отбросьте. Когда вы отбросите это, это послужит вашему благу и счастью. И что же, монахи, не принадлежит вам? Форма, монахи, не принадлежит вам: отбросьте её. Когда вы отбросите её, это послужит вашему благу и счастью. Чувство не принадлежит вам... Восприятие не принадлежит вам... Волевые формирователи не принадлежат вам... Сознание не принадлежит вам, отбросьте его. Когда вы отбросите его, это послужит вашему благу и счастью. Монахи, то, что не принадлежит вам, отбросьте. Когда вы отбросите это, это послужит вашему благу и счастью». Вторая [сутта]. 3. Aññatarabhikkhusuttaṃ 3. Сутта о некоем монахе (первая) 35. Sāvatthinidānaṃ. Atha kho aññataro bhikkhu yena bhagavā tenupasaṅkami; upasaṅkamitvā bhagavantaṃ abhivādetvā ekamantaṃ nisīdi. Ekamantaṃ [Pg.29] nisinno kho so bhikkhu bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘sādhu me, bhante, bhagavā saṃkhittena dhammaṃ desetu; yamahaṃ bhagavato dhammaṃ sutvā eko vūpakaṭṭho, appamatto ātāpī pahitatto vihareyya’’nti. ‘‘Yaṃ kho, bhikkhu, anuseti, tena saṅkhaṃ gacchati; yaṃ nānuseti, na tena saṅkhaṃ gacchatī’’ti. ‘‘Aññātaṃ, bhagavā; aññātaṃ, sugatā’’ti. 35. В Саваттхи. Тогда некий монах подошёл к Благословенному, поклонился ему и сел сбоку. Сидя сбоку, этот монах сказал Благословенному: «Было бы хорошо, достопочтенный господин, если бы Благословенный кратко преподал мне Дхамму, чтобы, услышав Дхамму от Благословенного, я мог пребывать в уединении, удалившись от мира, прилежный, ревностный и решительный». — «Монах, к чему у человека есть скрытая склонность, тем он и определяется. К чему у него нет скрытой склонности, тем он не определяется». — «Понял, Благословенный! Понял, Счастливый!» ‘‘Yathā kathaṃ pana tvaṃ, bhikkhu, mayā saṃkhittena bhāsitassa vitthārena atthaṃ ājānāsī’’ti? ‘‘Rūpaṃ ce, bhante, anuseti tena saṅkhaṃ gacchati. Vedanaṃ ce anuseti tena saṅkhaṃ gacchati. Saññaṃ ce anuseti tena saṅkhaṃ gacchati. Saṅkhāre ce anuseti tena saṅkhaṃ gacchati. Viññāṇaṃ ce anuseti tena saṅkhaṃ gacchati. Rūpaṃ ce, bhante, nānuseti na tena saṅkhaṃ gacchati. Vedanaṃ ce… saññaṃ ce… saṅkhāre ce… viññāṇaṃ ce nānuseti na tena saṅkhaṃ gacchati. Imassa khvāhaṃ, bhante, bhagavatā saṃkhittena bhāsitassa evaṃ vitthārena atthaṃ ājānāmī’’ti. «И как же ты, монах, подробно понимаешь смысл того, что было сказано мною кратко?» — «Если, достопочтенный господин, у человека есть скрытая склонность к форме, то он определяется ею. Если у него есть скрытая склонность к чувству, то он определяется им. Если у него есть скрытая склонность к восприятию, то он определяется им. Если у него есть скрытая склонность к волевым формирователям, то он определяется ими. Если у него есть скрытая склонность к сознанию, то он определяется им. Если же, достопочтенный господин, у человека нет скрытой склонности к форме, то он не определяется ею. Если у него нет скрытой склонности к чувству... к восприятию... к волевым формирователям... к сознанию, то он не определяется им. Вот так, достопочтенный господин, я подробно понимаю смысл того, что было сказано Благословенным кратко». ‘‘Sādhu sādhu, bhikkhu! Sādhu kho tvaṃ, bhikkhu, mayā saṃkhittena bhāsitassa vitthārena atthaṃ ājānāsi. Rūpaṃ ce, bhikkhu, anuseti tena saṅkhaṃ gacchati. Vedanaṃ ce… saññaṃ ce… saṅkhāre ce… viññāṇaṃ ce anuseti tena saṅkhaṃ gacchati. Rūpaṃ ce, bhikkhu, nānuseti na tena saṅkhaṃ gacchati. Vedanaṃ ce… saññaṃ ce… saṅkhāre ce… viññāṇaṃ ce nānuseti na tena saṅkhaṃ gacchati. Imassa kho, bhikkhu, mayā saṃkhittena, bhāsitassa evaṃ vitthārena attho daṭṭhabbo’’ti. «Хорошо, хорошо, монах! Прекрасно, монах, ты подробно понимаешь смысл того, что было сказано мною кратко. Если, монах, у человека есть скрытая склонность к форме, то он определяется ею. Если у него есть скрытая склонность к чувству... к восприятию... к волевым формирователям... к сознанию, то он определяется им. Если, монах, у человека нет скрытой склонности к форме, то он не определяется ею. Если у него нет скрытой склонности к чувству... к восприятию... к волевым формирователям... к сознанию, то он не определяется им. Именно так, монах, следует подробно понимать смысл того, что было сказано мною кратко». Atha kho so bhikkhu bhagavato bhāsitaṃ abhinanditvā anumoditvā uṭṭhāyāsanā bhagavantaṃ abhivādetvā padakkhiṇaṃ katvā pakkāmi. Тогда этот монах, восхитившись словами Благословенного и выразив признательность, поднялся со своего места, поклонился Благословенному и, обойдя его справа, удалился. Atha kho so bhikkhu eko vūpakaṭṭho appamatto ātāpī pahitatto viharanto nacirasseva – yassatthāya kulaputtā sammadeva agārasmā anagāriyaṃ pabbajanti tadanuttaraṃ – brahmacariyapariyosānaṃ diṭṭheva dhamme sayaṃ abhiññā sacchikatvā upasampajja vihāsi. ‘‘Khīṇā jāti, vusitaṃ brahmacariyaṃ, kataṃ karaṇīyaṃ, nāparaṃ itthattāyā’’ti abbhaññāsi. Aññataro ca pana so bhikkhu arahataṃ ahosīti. Tatiyaṃ. И вскоре, пребывая в уединении, удалившись от мира, прилежный, ревностный и решительный, этот монах, самостоятельно познав и воочию постигнув в этой самой жизни, вошёл и пребывал в той непревзойдённой конечной цели святой жизни, ради которой юноши из благородных семей должным образом уходят из дома в бездомность. Он непосредственно познал: «Рождение уничтожено, святая жизнь прожита, сделано то, что должно было быть сделано, не будет больше возвращения в это состояние бытия». И этот монах стал одним из арахантов. Третья [сутта]. 4. Dutiyaaññatarabhikkhusuttaṃ 4. Вторая сутта о некоем монахе 36. Sāvatthinidānaṃ. Atha kho aññataro bhikkhu yena bhagavā…pe… ekamantaṃ nisinno kho so bhikkhu bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘sādhu me, bhante, bhagavā [Pg.30] saṃkhittena dhammaṃ desetu yamahaṃ bhagavato dhammaṃ sutvā eko vūpakaṭṭho appamatto ātāpī pahitatto vihareyya’’nti. ‘‘Yaṃ kho, bhikkhu, anuseti taṃ anumīyati; yaṃ anumīyati tena saṅkhaṃ gacchati. Yaṃ nānuseti na taṃ anumīyati; yaṃ nānumīyati na tena saṅkhaṃ gacchatī’’ti. ‘‘Aññātaṃ, bhagavā; aññātaṃ, sugatā’’ti. 36. В Саваттхи. Тогда некий монах подошёл к Благословенному... Сидя сбоку, этот монах сказал Благословенному: «Было бы хорошо, достопочтенный господин, если бы Благословенный кратко преподал мне Дхамму, чтобы, услышав Дхамму от Благословенного, я мог пребывать в уединении, удалившись от мира, прилежный, ревностный и решительный». — «Монах, к чему у человека есть скрытая склонность, то измеряется этим; что измеряется этим, тем он и определяется. К чему у него нет скрытой склонности, то не измеряется этим; что не измеряется этим, тем он и не определяется». — «Понял, Благословенный! Понял, Счастливый!» ‘‘Yathā kathaṃ pana tvaṃ, bhikkhu, mayā saṃkhittena bhāsitassa vitthārena atthaṃ ājānāsī’’ti? ‘‘Rūpaṃ ce, bhante, anuseti taṃ anumīyati; yaṃ anumīyati tena saṅkhaṃ gacchati. Vedanaṃ ce anuseti… saññaṃ ce anuseti… saṅkhāre ce anuseti… viññāṇaṃ ce anuseti taṃ anumīyati; yaṃ anumīyati tena saṅkhaṃ gacchati. Rūpaṃ ce, bhante, nānuseti na taṃ anumīyati; yaṃ nānumīyati na tena saṅkhaṃ gacchati. Vedanaṃ ce nānuseti… saññaṃ ce nānuseti… saṅkhāre ce nānuseti… viññāṇaṃ ce nānuseti na taṃ anumīyati; yaṃ nānumīyati na tena saṅkhaṃ gacchati. Imassa khvāhaṃ, bhante, bhagavatā saṃkhittena bhāsitassa evaṃ vitthārena atthaṃ ājānāmī’’ti. «И как же ты, монах, подробно понимаешь смысл того, что было сказано мною кратко?» — «Если, достопочтенный господин, у человека есть скрытая склонность к форме, то она измеряется этим; что измеряется этим, тем он и определяется. Если у него есть скрытая склонность к чувству... к восприятию... к волевым формирователям... к сознанию, то оно измеряется этим; что измеряется этим, тем он и определяется. Если же, достопочтенный господин, у человека нет скрытой склонности к форме, то она не измеряется этим; что не измеряется этим, тем он и не определяется. Если у него нет скрытой склонности к чувству... к восприятию... к волевым формирователям... к сознанию, то оно не измеряется этим; что не измеряется этим, тем он и не определяется. Вот так, достопочтенный господин, я подробно понимаю смысл того, что было сказано Благословенным кратко». ‘‘Sādhu sādhu, bhikkhu! Sādhu kho tvaṃ, bhikkhu, mayā saṃkhittena bhāsitassa vitthārena atthaṃ ājānāsi. Rūpaṃ ce, bhikkhu, anuseti taṃ anumīyati; yaṃ anumīyati tena saṅkhaṃ gacchati. Vedanaṃ ce, bhikkhu… saññaṃ ce, bhikkhu… saṅkhāre ce, bhikkhu… viññāṇaṃ ce, bhikkhu, anuseti taṃ anumīyati; yaṃ anumīyati tena saṅkhaṃ gacchati. Rūpaṃ ce, bhikkhu, nānuseti na taṃ anumīyati; yaṃ nānumīyati na tena saṅkhaṃ gacchati. Vedanaṃ ce nānuseti… saññaṃ ce nānuseti… saṅkhāre ce nānuseti… viññāṇaṃ ce nānuseti na taṃ anumīyati; yaṃ nānumīyati na tena saṅkhaṃ gacchati. Imassa kho, bhikkhu, mayā saṃkhittena bhāsitassa evaṃ vitthārena attho daṭṭhabbo’’ti…pe… aññataro ca pana so bhikkhu arahataṃ ahosīti. Catutthaṃ. «Хорошо, хорошо, монах! Прекрасно, монах, ты подробно понимаешь смысл того, что было сказано мною кратко. Если, монах, у человека есть скрытая склонность к форме, то она измеряется этим; что измеряется этим, тем он и определяется. Если, монах, у него есть скрытая склонность к чувству... к восприятию... к волевым формирователям... к сознанию, то оно измеряется этим; что измеряется этим, тем он и определяется. Если, монах, у человека нет скрытой склонности к форме, то она не измеряется этим; что не измеряется этим, тем он и не определяется. Если у него нет скрытой склонности к чувству... к восприятию... к волевым формирователям... к сознанию, то оно не измеряется этим; что не измеряется этим, тем он и не определяется. Именно так, монах, следует подробно понимать смысл того, что было сказано мною кратко»... И этот монах стал одним из арахантов. Четвёртая [сутта]. 5. Ānandasuttaṃ 5. Сутта об Ананде 37. Sāvatthinidānaṃ. Atha kho āyasmā ānando yena bhagavā tenupasaṅkami; upasaṅkamitvā bhagavatā saddhiṃ sammodi. Sammodanīyaṃ kathaṃ sāraṇīyaṃ vītisāretvā ekamantaṃ nisīdi. Ekamantaṃ nisinnaṃ kho āyasmantaṃ ānandaṃ bhagavā etadavoca – 37. В Саваттхи. Тогда достопочтенный Ананда подошёл к Благословенному, поприветствовал его и, обменявшись с ним вежливыми и дружескими словами, сел сбоку. Сидящему сбоку достопочтенному Ананде Благословенный сказал следующее: ‘‘Sace [Pg.31] taṃ, ānanda, evaṃ puccheyyuṃ – ‘katamesaṃ, āvuso ānanda, dhammānaṃ uppādo paññāyati, vayo paññāyati, ṭhitassa aññathattaṃ paññāyatī’ti? Evaṃ puṭṭho tvaṃ, ānanda, kinti byākareyyāsī’’ti? ‘‘Sace maṃ, bhante, evaṃ puccheyyuṃ – ‘katamesaṃ, āvuso ānanda, dhammānaṃ uppādo paññāyati, vayo paññāyati, ṭhitassa aññathattaṃ paññāyatī’ti? Evaṃ puṭṭhohaṃ, bhante, evaṃ byākareyyaṃ – ‘rūpassa kho, āvuso, uppādo paññāyati, vayo paññāyati, ṭhitassa aññathattaṃ paññāyati. Vedanāya… saññāya… saṅkhārānaṃ… viññāṇassa uppādo paññāyati, vayo paññāyati, ṭhitassa aññathattaṃ paññāyati. Imesaṃ kho, āvuso, dhammānaṃ uppādo paññāyati, vayo paññāyati, ṭhitassa aññathattaṃ paññāyatī’ti. Evaṃ puṭṭhohaṃ, bhante, evaṃ byākareyya’’nti. «Если бы тебя, Ананда, спросили так: „Друг Ананда, у каких явлений обнаруживается возникновение, обнаруживается исчезновение, обнаруживается изменение того, что пребывает?“ — будучи спрошенным так, Ананда, как бы ты ответил?» — «Если бы меня, достопочтенный господин, спросили так: „Друг Ананда, у каких явлений обнаруживается возникновение, обнаруживается исчезновение, обнаруживается изменение того, что пребывает?“ — будучи спрошенным так, достопочтенный господин, я бы ответил следующим образом: „Друзья, у формы обнаруживается возникновение, обнаруживается исчезновение, обнаруживается изменение того, что пребывает. У чувства... у восприятия... у волевых формирователей... у сознания обнаруживается возникновение, обнаруживается исчезновение, обнаруживается изменение того, что пребывает. У этих явлений, друзья, обнаруживается возникновение, обнаруживается исчезновение, обнаруживается изменение того, что пребывает“. Будучи спрошенным так, достопочтенный господин, я бы ответил именно так». ‘‘Sādhu sādhu, ānanda! Rūpassa kho, ānanda, uppādo paññāyati, vayo paññāyati, ṭhitassa aññathattaṃ paññāyati. Vedanāya… saññāya… saṅkhārānaṃ… viññāṇassa uppādo paññāyati, vayo paññāyati, ṭhitassa aññathattaṃ paññāyati. Imesaṃ kho, ānanda, dhammānaṃ uppādo paññāyati, vayo paññāyati, ṭhitassa aññathattaṃ paññāyatīti. Evaṃ puṭṭho tvaṃ, ānanda, evaṃ byākareyyāsī’’ti. Pañcamaṃ. «Хорошо, хорошо, Ананда! У формы, Ананда, обнаруживается возникновение, обнаруживается исчезновение, обнаруживается изменение того, что пребывает. У чувства... у восприятия... у волевых формирователей... у сознания обнаруживается возникновение, обнаруживается исчезновение, обнаруживается изменение того, что пребывает. У этих явлений, Ананда, обнаруживается возникновение, обнаруживается исчезновение, обнаруживается изменение того, что пребывает. Будучи спрошенным так, Ананда, тебе следует отвечать именно так». Пятая [сутта]. 6. Dutiyaānandasuttaṃ 6. Вторая сутта об Ананде 38. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinnaṃ kho āyasmantaṃ ānandaṃ bhagavā etadavoca – 38. В Саваттхи. Сидящему сбоку достопочтенному Ананде Благословенный сказал следующее: ‘‘Sace taṃ, ānanda, evaṃ puccheyyuṃ – ‘katamesaṃ, āvuso ānanda, dhammānaṃ uppādo paññāyittha, vayo paññāyittha, ṭhitassa aññathattaṃ paññāyittha? Katamesaṃ dhammānaṃ uppādo paññāyissati, vayo paññāyissati, ṭhitassa aññathattaṃ paññāyissati? Katamesaṃ dhammānaṃ uppādo paññāyati, vayo paññāyati, ṭhitassa aññathattaṃ paññāyatī’ti? Evaṃ puṭṭho tvaṃ, ānanda, kinti byākareyyāsī’’ti? ‘‘Sace maṃ, bhante, evaṃ puccheyyuṃ – ‘katamesaṃ, āvuso ānanda, dhammānaṃ uppādo paññāyittha, vayo paññāyittha, ṭhitassa aññathattaṃ paññāyittha? Katamesaṃ dhammānaṃ uppādo paññāyissati[Pg.32], vayo paññāyissati, ṭhitassa aññathattaṃ paññāyissati? Katamesaṃ dhammānaṃ uppādo paññāyati, vayo paññāyati, ṭhitassa aññathattaṃ paññāyatī’ti? Evaṃ puṭṭhohaṃ, bhante, evaṃ byākareyyaṃ – ‘yaṃ kho, āvuso, rūpaṃ atītaṃ niruddhaṃ vipariṇataṃ; tassa uppādo paññāyittha, vayo paññāyittha, ṭhitassa aññathattaṃ paññāyittha. Yā vedanā atītā niruddhā vipariṇatā; tassā uppādo paññāyittha, vayo paññāyittha, ṭhitāya aññathattaṃ paññāyittha. Yā saññā… ye saṅkhārā atītā niruddhā vipariṇatā; tesaṃ uppādo paññāyittha, vayo paññāyittha, ṭhitassa aññathattaṃ paññāyittha. Yaṃ viññāṇaṃ atītaṃ niruddhaṃ vipariṇataṃ; tassa uppādo paññāyittha, vayo paññāyittha, ṭhitassa aññathattaṃ paññāyittha. Imesaṃ kho, āvuso, dhammānaṃ uppādo paññāyittha, vayo paññāyittha, ṭhitassa aññathattaṃ paññāyittha’’’. «Если бы тебя, Ананда, спросили так: „Друг Ананда, у каких дхамм обнаруживалось возникновение, обнаруживалось исчезновение, обнаруживалось изменение пребывающего? У каких дхамм будет обнаруживаться возникновение, будет обнаруживаться исчезновение, будет обнаруживаться изменение пребывающего? У каких дхамм обнаруживается возникновение, обнаруживается исчезновение, обнаруживается изменение пребывающего?“ — будучи спрошенным так, Ананда, как бы ты ответил?» «Если бы меня, Достопочтенный, спросили так: „Друг Ананда, у каких дхамм обнаруживалось возникновение, обнаруживалось исчезновение, обнаруживалось изменение пребывающего? У каких дхамм будет обнаруживаться возникновение, будет обнаруживаться исчезновение, будет обнаруживаться изменение пребывающего? У каких дхамм обнаруживается возникновение, обнаруживается исчезновение, обнаруживается изменение пребывающего?“ — будучи спрошенным так, Достопочтенный, я бы ответил следующим образом: „Друзья, у той формы, которая прошла, прекратилась, изменилась, обнаруживалось возникновение, обнаруживалось исчезновение, обнаруживалось изменение пребывающего. У того чувства, которое прошло, прекратилось, изменилось, обнаруживалось возникновение, обнаруживалось исчезновение, обнаруживалось изменение пребывающего. У того восприятия… у тех волевых формирований, которые прошли, прекратились, изменились, обнаруживалось возникновение, обнаруживалось исчезновение, обнаруживалось изменение пребывающего. У того сознания, которое прошло, прекратилось, изменилось, обнаруживалось возникновение, обнаруживалось исчезновение, обнаруживалось изменение пребывающего. Именно у этих дхамм, друзья, обнаруживалось возникновение, обнаруживалось исчезновение, обнаруживалось изменение пребывающего“». ‘‘Yaṃ kho, āvuso, rūpaṃ ajātaṃ apātubhūtaṃ; tassa uppādo paññāyissati, vayo paññāyissati, ṭhitassa aññathattaṃ paññāyissati. Yā vedanā ajātā apātubhūtā; tassā uppādo paññāyissati, vayo paññāyissati, ṭhitāya aññathattaṃ paññāyissati. Yā saññā…pe… ye saṅkhārā ajātā apātubhūtā; tesaṃ uppādo paññāyissati, vayo paññāyissati, ṭhitassa aññathattaṃ paññāyissati. Yaṃ viññāṇaṃ ajātaṃ apātubhūtaṃ; tassa uppādo paññāyissati, vayo paññāyissati, ṭhitassa aññathattaṃ paññāyissati. Imesaṃ kho, āvuso, dhammānaṃ uppādo paññāyissati, vayo paññāyissati, ṭhitassa aññathattaṃ paññāyissati. «Друзья, у той формы, которая еще не родилась, еще не проявилась, будет обнаруживаться возникновение, будет обнаруживаться исчезновение, будет обнаруживаться изменение пребывающего. У того чувства, которое еще не родилось, еще не проявилось, будет обнаруживаться возникновение, будет обнаруживаться исчезновение, будет обнаруживаться изменение пребывающего. У того восприятия… [и так далее]… у тех волевых формирований, которые еще не родились, еще не проявились, будет обнаруживаться возникновение, будет обнаруживаться исчезновение, будет обнаруживаться изменение пребывающего. У того сознания, которое еще не родилось, еще не проявилось, будет обнаруживаться возникновение, будет обнаруживаться исчезновение, будет обнаруживаться изменение пребывающего. Именно у этих дхамм, друзья, будет обнаруживаться возникновение, будет обнаруживаться исчезновение, будет обнаруживаться изменение пребывающего». ‘‘Yaṃ kho, āvuso, rūpaṃ jātaṃ pātubhūtaṃ; tassa uppādo paññāyati, vayo paññāyati, ṭhitassa aññathattaṃ paññāyati. Yā vedanā jātā pātubhūtā…pe… yā saññā… ye saṅkhārā jātā pātubhūtā; tesaṃ uppādo paññāyati, vayo paññāyati, ṭhitassa aññathattaṃ paññāyati. Yaṃ viññāṇaṃ jātaṃ pātubhūtaṃ tassa uppādo paññāyati, vayo paññāyati, ṭhitassa aññathattaṃ paññāyati. Imesaṃ kho, āvuso, dhammānaṃ uppādo paññāyati, vayo paññāyati, ṭhitassa aññathattaṃ paññāyatī’ti. Evaṃ puṭṭhohaṃ, bhante, evaṃ byākareyya’’nti. «Друзья, у той формы, которая родилась, проявилась, обнаруживается возникновение, обнаруживается исчезновение, обнаруживается изменение пребывающего. У того чувства, которое родилось, проявилось… [и так далее]… у того восприятия… у тех волевых формирований, которые родились, проявились, обнаруживается возникновение, обнаруживается исчезновение, обнаруживается изменение пребывающего. У того сознания, которое родилось, проявилось, обнаруживается возникновение, обнаруживается исчезновение, обнаруживается изменение пребывающего. Именно у этих дхамм, друзья, обнаруживается возникновение, обнаруживается исчезновение, обнаруживается изменение пребывающего». Будучи спрошенным так, Достопочтенный, я бы ответил именно так». ‘‘Sādhu[Pg.33], sādhu, ānanda! Yaṃ kho, ānanda, rūpaṃ atītaṃ niruddhaṃ vipariṇataṃ; tassa uppādo paññāyittha, vayo paññāyittha, ṭhitassa aññathattaṃ paññāyittha. Yā vedanā … yā saññā… ye saṅkhārā… yaṃ viññāṇaṃ atītaṃ niruddhaṃ vipariṇataṃ; tassa uppādo paññāyittha, vayo paññāyittha, ṭhitassa aññathattaṃ paññāyittha. Imesaṃ kho, ānanda, dhammānaṃ uppādo paññāyittha, vayo paññāyittha, ṭhitassa aññathattaṃ paññāyittha. «Хорошо, хорошо, Ананда! У той формы, Ананда, которая прошла, прекратилась, изменилась, обнаруживалось возникновение, обнаруживалось исчезновение, обнаруживалось изменение пребывающего. У того чувства… у того восприятия… у тех волевых формирований… у того сознания, которое прошло, прекратилось, изменилось, обнаруживалось возникновение, обнаруживалось исчезновение, обнаруживалось изменение пребывающего. Именно у этих дхамм, Ананда, обнаруживалось возникновение, обнаруживалось исчезновение, обнаруживалось изменение пребывающего». ‘‘Yaṃ kho, ānanda, rūpaṃ ajātaṃ apātubhūtaṃ; tassa uppādo paññāyissati, vayo paññāyissati, ṭhitassa aññathattaṃ paññāyissati. Yā vedanā… yā saññā… ye saṅkhārā… yaṃ viññāṇaṃ ajātaṃ apātubhūtaṃ; tassa uppādo paññāyissati, vayo paññāyissati, ṭhitassa aññathattaṃ paññāyissati. Imesaṃ kho, ānanda, dhammānaṃ uppādo paññāyissati, vayo paññāyissati, ṭhitassa aññathattaṃ paññāyissati. «У той формы, Ананда, которая еще не родилась, еще не проявилась, будет обнаруживаться возникновение, будет обнаруживаться исчезновение, будет обнаруживаться изменение пребывающего. У того чувства… у того восприятия… у тех волевых формирований… у того сознания, которое еще не родилось, еще не проявилось, будет обнаруживаться возникновение, будет обнаруживаться исчезновение, будет обнаруживаться изменение пребывающего. Именно у этих дхамм, Ананда, будет обнаруживаться возникновение, будет обнаруживаться исчезновение, будет обнаруживаться изменение пребывающего». ‘‘Yaṃ kho, ānanda, rūpaṃ jātaṃ pātubhūtaṃ; tassa uppādo paññāyati, vayo paññāyati, ṭhitassa aññathattaṃ paññāyati. Yā vedanā jātā pātubhūtā… yā saññā… ye saṅkhārā… yaṃ viññāṇaṃ jātaṃ pātubhūtaṃ; tassa uppādo paññāyati, vayo paññāyati, ṭhitassa aññathattaṃ paññāyati. Imesaṃ kho, ānanda, dhammānaṃ uppādo paññāyati, vayo paññāyati, ṭhitassa aññathattaṃ paññāyatīti. Evaṃ puṭṭho tvaṃ, ānanda, evaṃ byākareyyāsī’’ti. Chaṭṭhaṃ. «У той формы, Ананда, которая родилась, проявилась, обнаруживается возникновение, обнаруживается исчезновение, обнаруживается изменение пребывающего. У того чувства, которое родилось, проявилось… у того восприятия… у тех волевых формирований… у того сознания, которое родилось, проявилось, обнаруживается возникновение, обнаруживается исчезновение, обнаруживается изменение пребывающего. Именно у этих дхамм, Ананда, обнаруживается возникновение, обнаруживается исчезновение, обнаруживается изменение пребывающего. Будучи спрошенным так, Ананда, тебе следует отвечать именно так». (Шестая сутта). 7. Anudhammasuttaṃ 7. Анудхамма сутта (Сутта о соответствии Дхамме) 39. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Dhammānudhammappaṭipannassa, bhikkhave, bhikkhuno ayamanudhammo hoti yaṃ rūpe nibbidābahulo vihareyya, vedanāya nibbidābahulo vihareyya, saññā nibbidābahulo vihareyya, saṅkhāresu nibbidābahulo vihareyya, viññāṇe nibbidābahulo vihareyya. Yo rūpe nibbidābahulo viharanto, vedanāya… saññāya… saṅkhāresu nibbidābahulo viharanto, viññāṇe nibbidābahulo viharanto rūpaṃ parijānāti, vedanaṃ… saññaṃ… saṅkhāre… viññāṇaṃ parijānāti, so rūpaṃ parijānaṃ, vedanaṃ… saññaṃ… saṅkhāre… viññāṇaṃ parijānaṃ parimuccati rūpamhā, parimuccati vedanā, parimuccati saññāya[Pg.34], parimuccati saṅkhārehi, parimuccati viññāṇamhā, parimuccati jātiyā jarāmaraṇena sokehi paridevehi dukkhehi domanassehi upāyāsehi, parimuccati dukkhasmāti vadāmī’’ti. Sattamaṃ. 39. В Саваттхи. «Монахи, когда монах практикует в соответствии с Дхаммой, вот что соответствует Дхамме: ему следует пребывать, будучи преисполненным разочарования в форме, пребывать, будучи преисполненным разочарования в чувстве, пребывать, будучи преисполненным разочарования в восприятии, пребывать, будучи преисполненным разочарования в волевых формированиях, пребывать, будучи преисполненным разочарования в сознании. Тот, кто пребывает, будучи преисполненным разочарования в форме… чувстве… восприятии… волевых формированиях, пребывает, будучи преисполненным разочарования в сознании, полностью постигает форму, полностью постигает чувство… восприятие… волевые формирования… сознание. Полностью постигая форму, полностью постигая чувство… восприятие… волевые формирования… сознание, он освобождается от формы, освобождается от чувства, освобождается от восприятия, освобождается от волевых формирований, освобождается от сознания. Он освобождается от рождения, старения и смерти; освобождается от скорби, стенания, боли, печали и отчаяния; я говорю: он освобождается от страдания». (Седьмая сутта). 8. Dutiyaanudhammasuttaṃ 8. Дутия анудхамма сутта (Вторая сутта о соответствии Дхамме) 40. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Dhammānudhammappaṭipannassa, bhikkhave, bhikkhuno ayamanudhammo hoti yaṃ rūpe aniccānupassī vihareyya…pe… parimuccati dukkhasmāti vadāmī’’ti. Aṭṭhamaṃ. 40. В Саваттхи. «Монахи, когда монах практикует в соответствии с Дхаммой, вот что соответствует Дхамме: ему следует пребывать, созерцая непостоянство в форме… [и так далее]… я говорю: он освобождается от страдания». (Восьмая сутта). 9. Tatiyaanudhammasuttaṃ 9. Татия анудхамма сутта (Третья сутта о соответствии Дхамме) 41. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Dhammānudhammappaṭipannassa, bhikkhave, bhikkhuno ayamanudhammo hoti yaṃ rūpe dukkhānupassī vihareyya…pe… parimuccati dukkhasmāti vadāmī’’ti. Navamaṃ. 41. В Саваттхи. «Монахи, когда монах практикует в соответствии с Дхаммой, вот что соответствует Дхамме: ему следует пребывать, созерцая страдание в форме… [и так далее]… я говорю: он освобождается от страдания». (Девятая сутта). 10. Catutthaanudhammasuttaṃ 10. Чатуттха анудхамма сутта (Четвертая сутта о соответствии Дхамме) 42. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Dhammānudhammappaṭipannassa, bhikkhave, bhikkhuno ayamanudhammo hoti yaṃ rūpe anattānupassī vihareyya, vedanāya… saññāya… saṅkhāresu… viññāṇe anattānupassī vihareyya. Yo rūpe anattānupassī viharanto…pe… rūpaṃ parijānāti, vedanaṃ… saññaṃ… saṅkhāre… viññāṇaṃ parijānāti, so rūpaṃ parijānaṃ, vedanaṃ… saññaṃ… saṅkhāre… viññāṇaṃ parijānaṃ parimuccati rūpamhā, parimuccati vedanāya, parimuccati saññāya, parimuccati saṅkhārehi, parimuccati viññāṇamhā, parimuccati jātiyā jarāmaraṇena sokehi paridevehi dukkhehi domanassehi upāyāsehi, parimuccati dukkhasmāti vadāmī’’ti. Dasamaṃ. 42. В Саваттхи. «Монахи, когда монах практикует в соответствии с Дхаммой, вот что соответствует Дхамме: ему следует пребывать, созерцая безличность в форме, пребывать, созерцая безличность в чувстве… восприятии… волевых формированиях… сознании. Тот, кто пребывает, созерцая безличность в форме… [и так далее]… полностью постигает форму, полностью постигает чувство… восприятие… волевые формирования… сознание. Полностью постигая форму, полностью постигая чувство… восприятие… волевые формирования… сознание, он освобождается от формы, освобождается от чувства, освобождается от восприятия, освобождается от волевых формирований, освобождается от сознания. Он освобождается от рождения, старения и смерти; освобождается от скорби, стенания, боли, печали и отчаяния; я говорю: он освобождается от страдания». (Десятая сутта). Natumhākaṃvaggo catuttho. Четвертая глава: Натумхака вагга (Глава о том, что не ваше). Tassuddānaṃ – Оглавление этой главы: Natumhākena dve vuttā, bhikkhūhi apare duve; Ānandena ca dve vuttā, anudhammehi dve dukāti. Две сутты провозглашены под названием «Натумхака», еще две — о монахах; Две сутты провозглашены с Анандой, и две пары сутт — о соответствии Дхамме. 5. Attadīpavaggo 5. Аттадипа вагга (Глава «Сам себе остров») 1. Attadīpasuttaṃ 1. Аттадипа сутта (Сутта «Сам себе остров») 43. Sāvatthinidānaṃ[Pg.35]. ‘‘Attadīpā, bhikkhave, viharatha attasaraṇā anaññasaraṇā, dhammadīpā dhammasaraṇā anaññasaraṇā. Attadīpānaṃ, bhikkhave, viharataṃ attasaraṇānaṃ anaññasaraṇānaṃ, dhammadīpānaṃ dhammasaraṇānaṃ anaññasaraṇānaṃ yoni upaparikkhitabbā. Kiṃjātikā sokaparidevadukkhadomanassupāyāsā, kiṃpahotikā’’ti? 43. В Саваттхи. «Монахи, пребывайте, будучи сами себе островом, сами себе прибежищем, не ища иного прибежища; будучи Дхаммой как островом, Дхаммой как прибежищем, не ища иного прибежища. У тех, монахи, кто пребывает, будучи сами себе островом, сами себе прибежищем, не ища иного прибежища; будучи Дхаммой как островом, Дхаммой как прибежищем, не ища иного прибежища, надлежит тщательно исследовать сам источник: „Из чего рождаются скорбь, стенание, боль, печаль и отчаяние? Как они возникают?“» ‘‘Kiṃjātikā ca, bhikkhave, sokaparidevadukkhadomanassupāyāsā, kiṃpahotikā? Idha, bhikkhave, assutavā puthujjano ariyānaṃ adassāvī ariyadhammassa akovido ariyadhamme avinīto, sappurisānaṃ adassāvī sappurisadhammassa akovido sappurisadhamme avinīto, rūpaṃ attato samanupassati, rūpavantaṃ vā attānaṃ; attani vā rūpaṃ, rūpasmiṃ vā attānaṃ. Tassa taṃ rūpaṃ vipariṇamati, aññathā ca hoti. Tassa rūpavipariṇāmaññathābhāvā uppajjanti sokaparidevadukkhadomanassupāyāsā. Vedanaṃ attato samanupassati, vedanāvantaṃ vā attānaṃ; attani vā vedanaṃ, vedanāya vā attānaṃ. Tassa sā vedanā vipariṇamati, aññathā ca hoti. Tassa vedanāvipariṇāmaññathābhāvā uppajjanti sokaparidevadukkhadomanassupāyāsā. Saññaṃ attato samanupassati… saṅkhāre attato samanupassati… viññāṇaṃ attato samanupassati, viññāṇavantaṃ vā attānaṃ; attani vā viññāṇaṃ, viññāṇasmiṃ vā attānaṃ. Tassa taṃ viññāṇaṃ vipariṇamati, aññathā ca hoti. Tassa viññāṇavipariṇāmaññathābhāvā uppajjanti sokaparidevadukkhadomanassupāyāsā. «И из чего же, монахи, рождаются скорбь, стенание, боль, печаль и отчаяние? Как они возникают? Здесь, монахи, необразованный обыватель, не видящий благородных, не сведущий в Дхамме благородных, не обученный Дхамме благородных, не видящий истинных людей, не сведущий в Дхамме истинных людей, не обученный Дхамме истинных людей, рассматривает форму как себя, или себя как обладающего формой, или форму в себе, или себя в форме. Эта его форма меняется и становится иной. Из-за изменения и инаковости формы в нем возникают скорбь, стенание, боль, печаль и отчаяние. Он рассматривает чувство как себя, или себя как обладающего чувством, или чувство в себе, или себя в чувстве. Это его чувство меняется и становится иным. Из-за изменения и инаковости чувства в нем возникают скорбь, стенание, боль, печаль и отчаяние. Он рассматривает восприятие как себя… рассматривает волевые формирования как себя… рассматривает сознание как себя, или себя как обладающего сознанием, или сознание в себе, или себя в сознании. Это его сознание меняется и становится иным. Из-за изменения и инаковости сознания в нем возникают скорбь, стенание, боль, печаль и отчаяние». ‘‘Rūpassa tveva, bhikkhave, aniccataṃ viditvā vipariṇāmaṃ virāgaṃ nirodhaṃ, pubbe ceva rūpaṃ etarahi ca sabbaṃ rūpaṃ aniccaṃ dukkhaṃ vipariṇāmadhammanti, evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya passato ye sokaparidevadukkhadomanassupāyāsā te pahīyanti. Tesaṃ pahānā na paritassati, aparitassaṃ sukhaṃ viharati, sukhavihārī bhikkhu ‘tadaṅganibbuto’ti vuccati. Vedanāya tveva, bhikkhave, aniccataṃ viditvā vipariṇāmaṃ virāgaṃ nirodhaṃ, pubbe ceva vedanā etarahi ca sabbā vedanā aniccā dukkhā vipariṇāmadhammāti, evametaṃ yathābhūtaṃ [Pg.36] sammappaññāya passato ye sokaparidevadukkhadomanassupāyāsā te pahīyanti. Tesaṃ pahānā na paritassati, aparitassaṃ sukhaṃ viharati, sukhavihārī bhikkhu ‘tadaṅganibbuto’ti vuccati. Saññāya… saṅkhārānaṃ tveva, bhikkhave, aniccataṃ viditvā vipariṇāmaṃ virāgaṃ nirodhaṃ, pubbe ceva saṅkhārā etarahi ca sabbe saṅkhārā aniccā dukkhā vipariṇāmadhammāti, evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya passato ye sokaparidevadukkhadomanassupāyāsā te pahīyanti. Tesaṃ pahānā na paritassati, aparitassaṃ sukhaṃ viharati, sukhavihārī bhikkhu ‘tadaṅganibbuto’ti vuccati. Viññāṇassa tveva, bhikkhave, aniccataṃ viditvā vipariṇāmaṃ virāgaṃ nirodhaṃ, pubbe ceva viññāṇaṃ etarahi ca sabbaṃ viññāṇaṃ aniccaṃ dukkhaṃ vipariṇāmadhammanti, evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya passato ye sokaparidevadukkhadomanassupāyāsā te pahīyanti. Tesaṃ pahānā na paritassati, aparitassaṃ sukhaṃ viharati, sukhavihārī bhikkhu ‘tadaṅganibbuto’ti vuccatī’’ti. Paṭhamaṃ. «Монахи, когда познано непостоянство формы, её изменчивость, угасание страсти к ней и её прекращение, и когда благодаря правильной мудрости видят её такой, какая она есть на самом деле: „В прошлом, как и теперь, всякая форма непостоянна, подвержена страданию и изменчива“, тогда оставляются скорбь, стенания, боль, печаль и отчаяние. С их оставлением человек не испытывает тревоги. Не тревожась, он пребывает в счастье. О монахе, который пребывает в счастье, говорят: „Угасший в этом отношении“. Когда познано непостоянство чувства, его изменчивость, угасание страсти к нему и его прекращение, и когда благодаря правильной мудрости видят его таким, какое оно есть на самом деле: „В прошлом, как и теперь, всякое чувство непостоянно, подвержено страданию и изменчиво“, тогда оставляются скорбь, стенания, боль, печаль и отчаяние. С их оставлением человек не испытывает тревоги. Не тревожась, он пребывает в счастье. О монахе, который пребывает в счастье, говорят: „Угасший в этом отношении“. То же касается и восприятия... Когда познано непостоянство волевых формирований, их изменчивость, угасание страсти к ним и их прекращение, и когда благодаря правильной мудрости видят их такими, какие они есть на самом деле: „В прошлом, как и теперь, все волевые формирования непостоянны, подвержены страданию и изменчивы“, тогда оставляются скорбь, стенания, боль, печаль и отчаяние. С их оставлением человек не испытывает тревоги. Не тревожась, он пребывает в счастье. О монахе, который пребывает в счастье, говорят: „Угасший в этом отношении“. Когда познано непостоянство сознания, его изменчивость, угасание страсти к нему и его прекращение, и когда благодаря правильной мудрости видят его таким, какое оно есть на самом деле: „В прошлом, как и теперь, всякое сознание непостоянно, подвержено страданию и изменчиво“, тогда оставляются скорбь, стенания, боль, печаль и отчаяние. С их оставлением человек не испытывает тревоги. Не тревожась, он пребывает в счастье. О монахе, который пребывает в счастье, говорят: „Угасший в этом отношении“». Первая сутта. 2. Paṭipadāsuttaṃ 2. Патипада сутта (Сутта о пути) 44. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Sakkāyasamudayagāminiñca vo, bhikkhave, paṭipadaṃ desessāmi, sakkāyanirodhagāminiñca paṭipadaṃ. Taṃ suṇātha. Katamā ca, bhikkhave, sakkāyasamudayagāminī paṭipadā? Idha, bhikkhave, assutavā puthujjano ariyānaṃ adassāvī ariyadhammassa akovido ariyadhamme avinīto, sappurisānaṃ adassāvī sappurisadhammassa akovido sappurisadhamme avinīto, rūpaṃ attato samanupassati, rūpavantaṃ vā attānaṃ; attani vā rūpaṃ, rūpasmiṃ vā attānaṃ. Vedanaṃ attato… saññaṃ… saṅkhāre… viññāṇaṃ attato samanupassati, viññāṇavantaṃ vā attānaṃ; attani vā viññāṇaṃ, viññāṇasmiṃ vā attānaṃ. Ayaṃ vuccati, bhikkhave, ‘sakkāyasamudayagāminī paṭipadā, sakkāyasamudayagāminī paṭipadā’ti. Iti hidaṃ, bhikkhave, vuccati ‘dukkhasamudayagāminī samanupassanā’ti. Ayamevettha attho’’. 44. В Саваттхи. «Монахи, я преподам вам путь, ведущий к возникновению самоотождествления, и путь, ведущий к прекращению самоотождествления. Слушайте это... И какой, монахи, путь ведет к возникновению самоотождествления? Здесь, монахи, необученный обыватель, не видящий благородных, несведущий в их Дхамме, не обученный их Дхамме, не видящий истинных людей, несведущий в Дхамме истинных людей, не обученный Дхамме истинных людей, рассматривает форму как себя, или себя как обладающего формой, или форму в себе, или себя в форме. Он рассматривает чувство как себя... восприятие как себя... волевые формирования как себя... сознание как себя, или себя как обладающего сознанием, или сознание в себе, или себя в сознании. Это, монахи, называется путем, ведущим к возникновению самоотождествления. Когда говорится: „Путь, ведущий к возникновению самоотождествления“, смысл здесь таков: это способ рассмотрения вещей, ведущий к возникновению страдания». ‘‘Katamā ca, bhikkhave, sakkāyanirodhagāminī paṭipadā? Idha, bhikkhave, sutavā ariyasāvako ariyānaṃ dassāvī ariyadhammassa kovido ariyadhamme suvinīto, sappurisānaṃ dassāvī sappurisadhammassa kovido sappurisadhamme suvinīto, na rūpaṃ attato samanupassati, na rūpavantaṃ vā attānaṃ[Pg.37]; na attani vā rūpaṃ, na rūpasmiṃ vā attānaṃ. Na vedanaṃ attato… na saññaṃ… na saṅkhāre… na viññāṇaṃ attato samanupassati, na viññāṇavantaṃ vā attānaṃ; na attani vā viññāṇaṃ, na viññāṇasmiṃ vā attānaṃ. Ayaṃ vuccati, bhikkhave, ‘sakkāyanirodhagāminī paṭipadā, sakkāyanirodhagāminī paṭipadā’ti. Iti hidaṃ, bhikkhave, vuccati ‘dukkhanirodhagāminī samanupassanā’ti. Ayamevettha attho’’ti. Dutiyaṃ. «И какой, монахи, путь ведет к прекращению самоотождествления? Здесь, монахи, обученный благородный ученик, видящий благородных, сведущий в их Дхамме, обученный их Дхамме, видящий истинных людей, сведущий в Дхамме истинных людей, обученный Дхамме истинных людей, не рассматривает форму как себя, ни себя как обладающего формой, ни форму в себе, ни себя в форме. Он не рассматривает чувство как себя... ни восприятие как себя... ни волевые формирования как себя... ни сознание как себя, ни себя как обладающего сознанием, ни сознание в себе, ни себя в сознании. Это, монахи, называется путем, ведущим к прекращению самоотождествления. Когда говорится: „Путь, ведущий к прекращению самоотождествления“, смысл здесь таков: это способ рассмотрения вещей, ведущий к прекращению страдания». Вторая сутта. 3. Aniccasuttaṃ 3. Аничча сутта (Сутта о непостоянстве) 45. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Rūpaṃ, bhikkhave, aniccaṃ. Yadaniccaṃ taṃ dukkhaṃ; yaṃ dukkhaṃ tadanattā; yadanattā taṃ ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’ti evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya daṭṭhabbaṃ. Evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya passato cittaṃ virajjati vimuccati anupādāya āsavehi. Vedanā aniccā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ aniccaṃ. Yadaniccaṃ taṃ dukkhaṃ; yaṃ dukkhaṃ tadanattā; yadanattā taṃ ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’ti evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya daṭṭhabbaṃ. Evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya passato cittaṃ virajjati vimuccati anupādāya āsavehi. Rūpadhātuyā ce, bhikkhave, bhikkhuno cittaṃ virattaṃ vimuttaṃ hoti anupādāya āsavehi, vedanādhātuyā…pe… saññādhātuyā… saṅkhāradhātuyā… viññāṇadhātuyā ce, bhikkhave, bhikkhuno cittaṃ virattaṃ vimuttaṃ hoti anupādāya āsavehi. Vimuttattā ṭhitaṃ. Ṭhitattā santusitaṃ. Santusitattā na paritassati. Aparitassaṃ paccattaññeva parinibbāyati. ‘Khīṇā jāti, vusitaṃ brahmacariyaṃ, kataṃ karaṇīyaṃ, nāparaṃ itthattāyā’ti pajānātī’’ti. Tatiyaṃ. 45. В Саваттхи. «Монахи, форма непостоянна. То, что непостоянно — есть страдание. То, что есть страдание — не-себя. То, что не-себя, следует видеть в соответствии с действительностью с помощью правильной мудрости так: „Это не моё, это не я, это не моя самость“. Когда видят это таким, какое оно есть на самом деле, с помощью правильной мудрости, ум становится бесстрастным и освобождается от асов (влечений) через нецепляние. Чувство непостоянно... восприятие непостоянно... волевые формирования непостоянны... сознание непостоянно. То, что непостоянно — есть страдание. То, что есть страдание — не-себя. То, что не-себя, следует видеть в соответствии с действительностью с помощью правильной мудрости так: „Это не моё, это не я, это не моя самость“. Когда видят это таким, какое оно есть на самом деле, с помощью правильной мудрости, ум становится бесстрастным и освобождается от асов через нецепляние. Если, монахи, ум монаха стал бесстрастным к элементу формы и освободился от асов через нецепляние, к элементу чувства... к элементу восприятия... к элементу волевых формирований... к элементу сознания... Благодаря освобождению он устойчив. Благодаря устойчивости он удовлетворен. Благодаря удовлетворенности он не тревожится. Не тревожась, он сам по себе угасает (достигает Ниббаны). Он постигает: „Рождение уничтожено, святая жизнь прожита, сделано то, что должно было быть сделано, не будет больше возвращения в это состояние“». Третья сутта. 4. Dutiyaaniccasuttaṃ 4. Дутия аничча сутта (Вторая сутта о непостоянстве) 46. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Rūpaṃ, bhikkhave, aniccaṃ. Yadaniccaṃ taṃ dukkhaṃ; yaṃ dukkhaṃ tadanattā; yadanattā taṃ ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’ti evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya daṭṭhabbaṃ. Vedanā aniccā… saññā aniccā… saṅkhārā aniccā… viññāṇaṃ aniccaṃ. Yadaniccaṃ taṃ dukkhaṃ; yaṃ dukkhaṃ tadanattā; yadanattā taṃ ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’ti evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya daṭṭhabbaṃ’’. 46. В Саваттхи. «Монахи, форма непостоянна. То, что непостоянно — есть страдание. То, что есть страдание — не-себя. То, что не-себя, следует видеть в соответствии с действительностью с помощью правильной мудрости так: „Это не моё, это не я, это не моя самость“. Чувство непостоянно... восприятие непостоянно... волевые формирования непостоянны... сознание непостоянно. То, что непостоянно — есть страдание. То, что есть страдание — не-себя. То, что не-себя, следует видеть в соответствии с действительностью с помощью правильной мудрости так: „Это не моё, это не я, это не моя самость“». ‘‘Evametaṃ [Pg.38] yathābhūtaṃ sammappaññāya passato pubbantānudiṭṭhiyo na honti. Pubbantānudiṭṭhīnaṃ asati, aparantānudiṭṭhiyo na honti. Aparantānudiṭṭhīnaṃ asati, thāmaso parāmāso na hoti. Thāmase parāmāse asati rūpasmiṃ… vedanāya … saññāya… saṅkhāresu… viññāṇasmiṃ cittaṃ virajjati vimuccati anupādāya āsavehi. Vimuttattā ṭhitaṃ. Ṭhitattā santusitaṃ. Santusitattā na paritassati. Aparitassaṃ paccattaññeva parinibbāyati. ‘Khīṇā jāti, vusitaṃ brahmacariyaṃ, kataṃ karaṇīyaṃ, nāparaṃ itthattāyā’ti pajānātī’’ti. Catutthaṃ. «Когда видят это таким, какое оно есть на самом деле, с помощью правильной мудрости, то не возникает воззрений относительно прошлого. Когда нет воззрений относительно прошлого, не возникает воззрений относительно будущего. Когда нет воззрений относительно будущего, не возникает догматической привязанности (упрямого цепляния). Когда нет догматической привязанности, ум становится бесстрастным к форме, чувству, восприятию, волевым формированиям и сознанию и освобождается от асов через нецепляние. Благодаря освобождению он устойчив. Благодаря устойчивости он удовлетворен. Благодаря удовлетворенности он не тревожится. Не тревожась, он сам по себе угасает (достигает Ниббаны). Он постигает: „Рождение уничтожено, святая жизнь прожита, сделано то, что должно было быть сделано, не будет больше возвращения в это состояние“». Четвертая сутта. 5. Samanupassanāsuttaṃ 5. Саманупассана сутта (Сутта о способах рассмотрения) 47. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Ye hi keci, bhikkhave, samaṇā vā brāhmaṇā vā anekavihitaṃ attānaṃ samanupassamānā samanupassanti, sabbete pañcupādānakkhandhe samanupassanti, etesaṃ vā aññataraṃ. Katame pañca? Idha, bhikkhave, assutavā puthujjano ariyānaṃ adassāvī ariyadhammassa akovido ariyadhamme avinīto, sappurisānaṃ adassāvī sappurisadhammassa akovido sappurisadhamme avinīto rūpaṃ attato samanupassati, rūpavantaṃ vā attānaṃ; attani vā rūpaṃ, rūpasmiṃ vā attānaṃ. Vedanaṃ… saññaṃ… saṅkhāre… viññāṇaṃ attato samanupassati, viññāṇavantaṃ vā attānaṃ; attani vā viññāṇaṃ, viññāṇasmiṃ vā attānaṃ’’. 47. В Саваттхи. «Монахи, любые отшельники или брахманы, которые различными способами усматривают самость, все они усматривают её в пяти совокупностях, подверженных цеплянию, или в какой-то одной из них. В каких пяти? Здесь, монахи, необученный обыватель, не видящий благородных, несведущий в их Дхамме, не обученный их Дхамме, не видящий истинных людей, несведущий в Дхамме истинных людей, не обученный Дхамме истинных людей, рассматривает форму как себя, или себя как обладающего формой, или форму в себе, или себя в форме. Он рассматривает чувство как себя... восприятие как себя... волевые формирования как себя... сознание как себя, или себя как обладающего сознанием, или сознание в себе, или себя в сознании». ‘‘Iti ayañceva samanupassanā ‘asmī’ti cassa avigataṃ hoti. ‘Asmī’ti kho pana, bhikkhave, avigate pañcannaṃ indriyānaṃ avakkanti hoti – cakkhundriyassa sotindriyassa ghānindriyassa jivhindriyassa kāyindriyassa. Atthi, bhikkhave, mano, atthi dhammā, atthi avijjādhātu. Avijjāsamphassajena, bhikkhave, vedayitena phuṭṭhassa assutavato puthujjanassa ‘asmī’tipissa hoti; ‘ayamahamasmī’tipissa hoti; ‘bhavissa’ntipissa hoti; ‘na bhavissa’ntipissa hoti; ‘rūpī bhavissa’ntipissa hoti; ‘arūpī bhavissa’ntipissa hoti; ‘saññī bhavissa’ntipissa hoti; ‘asaññī bhavissa’ntipissa hoti; ‘nevasaññīnāsaññī bhavissa’ntipissa hoti’’. «Таким образом, этот способ рассмотрения и представление „я есмь“ не исчезли в нём. Монахи, пока представление „я есмь“ не исчезло, происходит вхождение пяти способностей: способности зрения, способности слуха, способности обоняния, способности вкуса, способности осязания. Существует, монахи, ум, существуют ментальные объекты, существует элемент невежества. Когда необученный обыватель соприкасается с чувством, рожденным от контакта, сопряженного с невежеством, у него возникает мысль: „я есмь“; у него возникает мысль: „я — это“; у него возникает мысль: „я буду“; „я не буду“; „я буду обладать формой“; „я буду бесформенным“; „я буду обладающим восприятием“; „я буду лишенным восприятия“; „я буду ни обладающим восприятием, ни лишенным восприятия“». ‘‘Tiṭṭhanteva [Pg.39] kho, bhikkhave, tattheva pañcindriyāni. Athettha sutavato ariyasāvakassa avijjā pahīyati, vijjā uppajjati. Tassa avijjāvirāgā vijjuppādā ‘asmī’tipissa na hoti; ‘ayamahamasmī’tipissa na hoti; ‘bhavissa’nti… ‘na bhavissa’nti… rūpī… arūpī … saññī… asaññī… ‘nevasaññīnāsaññī bhavissa’ntipissa na hotī’’ti. Pañcamaṃ. «Эти пять способностей остаются прямо там, монахи, но в отношении них обученный благородный ученик отбрасывает невежество и порождает истинное знание. С угасанием невежества и возникновением истинного знания у него не возникает мысли: „я есмь“; у него не возникает мысли: „я — это“; у него не возникает мысли: „я буду“... „я не буду“... „я буду обладать формой“... „я буду бесформенным“... „я буду обладающим восприятием“... „я буду лишенным восприятия“... „я буду ни обладающим восприятием, ни лишенным восприятия“». Пятая сутта. 6. Khandhasuttaṃ 6. Кхандха сутта (Сутта о совокупностях) 48. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Pañca, bhikkhave, khandhe desessāmi, pañcupādānakkhandhe ca. Taṃ suṇātha. Katame ca, bhikkhave, pañcakkhandhā? Yaṃ kiñci, bhikkhave, rūpaṃ atītānāgatapaccuppannaṃ ajjhattaṃ vā bahiddhā vā oḷārikaṃ vā sukhumaṃ vā hīnaṃ vā paṇītaṃ vā yaṃ dūre santike vā, ayaṃ vuccati rūpakkhandho. Yā kāci vedanā…pe… yā kāci saññā… ye keci saṅkhārā atītānāgatapaccuppannā ajjhattaṃ vā bahiddhā vā oḷārikā vā sukhumā vā…pe… ayaṃ vuccati saṅkhārakkhandho. Yaṃ kiñci viññāṇaṃ atītānāgatapaccuppannaṃ ajjhattaṃ vā bahiddhā vā oḷārikaṃ vā sukhumaṃ vā hīnaṃ vā paṇītaṃ vā yaṃ dūre santike vā, ayaṃ vuccati viññāṇakkhandho. Ime vuccanti, bhikkhave, pañcakkhandhā’’. 48. В Саваттхи. «Монахи, я преподам вам пять совокупностей и пять совокупностей, подверженных цеплянию. Слушайте это... И какие, монахи, пять совокупностей? Любая форма, монахи, будь то прошлая, будущая или настоящая, внутренняя или внешняя, грубая или тонкая, низшая или высшая, далекая или близкая — это называется совокупностью формы. Любое чувство... Любое восприятие... Любые волевые формирования, будь то прошлые, будущие или настоящие, внутренние или внешние, грубые или тонкие... это называется совокупностью волевых формирований. Любое сознание, будь то прошлое, будущее или настоящее, внутреннее или внешнее, грубое или тонкое, низшее или высшее, далекое или близкое — это называется совокупностью сознания. Это, монахи, называется пятью совокупностями». ‘‘Katame ca, bhikkhave, pañcupādānakkhandhā? Yaṃ kiñci, bhikkhave, rūpaṃ atītānāgatapaccuppannaṃ…pe… yaṃ dūre santike vā sāsavaṃ upādāniyaṃ, ayaṃ vuccati rūpupādānakkhandho. Yā kāci vedanā…pe… yā dūre santike vā sāsavā upādāniyā, ayaṃ vuccati vedanupādānakkhandho. Yā kāci saññā…pe… yā dūre santike vā sāsavā upādāniyā, ayaṃ vuccati saññupādānakkhandho. Ye keci saṅkhārā…pe… sāsavā upādāniyā, ayaṃ vuccati saṅkhārupādānakkhandho. Yaṃ kiñci viññāṇaṃ atītānāgatapaccuppannaṃ…pe… yaṃ dūre santike vā sāsavaṃ upādāniyaṃ, ayaṃ vuccati viññāṇupādānakkhandho. Ime vuccanti, bhikkhave, pañcupādānakkhandhā’’ti. Chaṭṭhaṃ. «И какие, монахи, пять совокупностей, подверженных цеплянию? Любая форма, монахи, будь то прошлая, будущая или настоящая... далекая или близкая, которая сопряжена с влечениями (асавами) и подвержена цеплянию — это называется совокупностью формы, подверженной цеплянию. Любое чувство... далекое или близкое, сопряженное с влечениями и подверженное цеплянию — это называется совокупностью чувства, подверженной цеплянию. Любое восприятие... далекое или близкое, сопряженное с влечениями и подверженное цеплянию — это называется совокупностью восприятия, подверженной цеплянию. Любые волевые формирования... сопряженные с влечениями и подверженные цеплянию — это называется совокупностью волевых формирований, подверженной цеплянию. Любое сознание, будь то прошлое, будущее или настоящее... далекое или близкое, сопряженное с влечениями и подверженное цеплянию — это называется совокупностью сознания, подверженной цеплянию. Это, монахи, называется пятью совокупностями, подверженными цеплянию». Шестая сутта. 7. Soṇasuttaṃ 7. Сона сутта (Сутта о Соне) 49. Evaṃ me sutaṃ – ekaṃ samayaṃ bhagavā rājagahe viharati veḷuvane kalandakanivāpe. Atha kho soṇo gahapatiputto yena bhagavā tenupasaṅkami [Pg.40] …pe… ekamantaṃ nisinnaṃ kho soṇaṃ gahapatiputtaṃ bhagavā etadavoca – 49. Так я слышал. Однажды Благословенный пребывал в Раджагахе, в Бамбуковой роще, в Беличьем святилище. Тогда Сона, сын домохозяина, подошел к Благословенному... И Благословенный обратился к Соне, сыну домохозяина, сидевшему в стороне, с такими словами: ‘‘Ye hi keci, soṇa, samaṇā vā brāhmaṇā vā aniccena rūpena dukkhena vipariṇāmadhammena ‘seyyohamasmī’ti vā samanupassanti; ‘sadisohamasmī’ti vā samanupassanti; ‘hīnohamasmī’ti vā samanupassanti; kimaññatra yathābhūtassa adassanā? Aniccāya vedanāya dukkhāya vipariṇāmadhammāya ‘seyyohamasmī’ti vā samanupassanti; ‘sadisohamasmī’ti vā samanupassanti; ‘hīnohamasmī’ti vā samanupassanti; kimaññatra yathābhūtassa adassanā? Aniccāya saññāya… aniccehi saṅkhārehi dukkhehi vipariṇāmadhammehi ‘seyyohamasmī’ti vā samanupassanti; ‘sadisohamasmī’ti vā samanupassanti; ‘hīnohamasmī’ti vā samanupassanti; kimaññatra yathābhūtassa adassanā? Aniccena viññāṇena dukkhena vipariṇāmadhammena ‘seyyohamasmī’ti vā samanupassanti; ‘sadisohamasmī’ti vā samanupassanti; ‘hīnohamasmī’ti vā samanupassanti; kimaññatra yathābhūtassa adassanā? «Сона, когда какие-либо отшельники или брахманы на основании формы — которая непостоянна, подвержена страданию и изменчива — считают себя: „Я превосхожу [других]“, или „Я равен [другим]“, или „Я уступаю [другим]“, то из-за чего это происходит, как не из-за того, что они не видят вещи такими, какими они есть на самом деле? Когда какие-либо отшельники или брахманы на основании чувства… на основании восприятия… на основании волевых формирований… на основании сознания — которое непостоянно, подвержено страданию и изменчиво — считают себя: „Я превосхожу [других]“, или „Я равен [другим]“, или „Я уступаю [другим]“, то из-за чего это происходит, как не из-за того, что они не видят вещи такими, какими они есть на самом деле?» ‘‘Ye ca kho keci, soṇa, samaṇā vā brāhmaṇā vā aniccena rūpena dukkhena vipariṇāmadhammena ‘seyyohamasmī’tipi na samanupassanti; ‘sadisohamasmī’tipi na samanupassanti; ‘hīnohamasmī’tipi na samanupassanti; kimaññatra yathābhūtassa dassanā? Aniccāya vedanāya… aniccāya saññāya… aniccehi saṅkhārehi… aniccena viññāṇena dukkhena vipariṇāmadhammena ‘seyyohamasmī’tipi na samanupassanti; ‘sadisohamasmī’tipi na samanupassanti; ‘hīnohamasmī’tipi na samanupassanti; kimaññatra yathābhūtassa dassanā? «Сона, когда какие-либо отшельники или брахманы на основании формы — которая непостоянна, подвержена страданию и изменчива — не считают себя: „Я превосхожу [других]“, или „Я равен [другим]“, или „Я уступаю [другим]“, то благодаря чему это происходит, как не благодаря тому, что они видят вещи такими, какими они есть на самом деле? Когда какие-либо отшельники или брахманы на основании чувства… на основании восприятия… на основании волевых формирований… на основании сознания — которое непостоянно, подвержено страданию и изменчиво — не считают себя: „Я превосхожу [других]“, или „Я равен [другим]“, или „Я уступаю [другим]“, то благодаря чему это происходит, как не благодаря тому, что они видят вещи такими, какими они есть на самом деле?» ‘‘Taṃ kiṃ maññasi, soṇa, rūpaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ dukkhaṃ vā taṃ sukhaṃ vā’’ti? ‘‘Dukkhaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ dukkhaṃ vipariṇāmadhammaṃ kallaṃ nu taṃ samanupassituṃ – ‘etaṃ mama, esohamasmi, eso me attā’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Vedanā niccā vā aniccā vā’’ti? ‘‘Aniccā, bhante’’… ‘‘saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ dukkhaṃ vā taṃ sukhaṃ vā’’ti? ‘‘Dukkhaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ dukkhaṃ vipariṇāmadhammaṃ kallaṃ nu taṃ samanupassituṃ – ‘etaṃ mama, esohamasmi, eso me attā’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. «Как ты думаешь, Сона, форма постоянна или непостоянна?» — «Непостоянна, уважаемый господин». — «А то, что непостоянно, является страданием или счастьем?» — «Страданием, уважаемый господин». — «Но приличествует ли рассматривать то, что непостоянно, подвержено страданию и изменчиво, таким образом: „Это моё, это я, это моя сущность (атта)“?» — «Нет, уважаемый господин». — «Чувство постоянно или непостоянно?… Восприятие постоянно или непостоянно?… Волевые формирования постоянны или непостоянны?… Сознание постоянно или непостоянно?» — «Непостоянно, уважаемый господин». — «А то, что непостоянно, является страданием или счастьем?» — «Страданием, уважаемый господин». — «Но приличествует ли рассматривать то, что непостоянно, подвержено страданию и изменчиво, таким образом: „Это моё, это я, это моя сущность (атта)“?» — «Нет, уважаемый господин». ‘‘Tasmātiha[Pg.41], soṇa, yaṃ kiñci rūpaṃ atītānāgatapaccuppannaṃ ajjhattaṃ vā bahiddhā vā oḷārikaṃ vā sukhumaṃ vā hīnaṃ vā paṇītaṃ vā yaṃ dūre santike vā, sabbaṃ rūpaṃ ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’ti evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya daṭṭhabbaṃ. «Поэтому, Сона, любую форму, будь она прошлой, будущей или настоящей, внутренней или внешней, грубой или утончённой, низшей или высшей, далёкой или близкой — всю форму следует видеть в соответствии с действительностью с помощью правильной мудрости так: „Это не моё, это не я, это не моя сущность (атта)“.» ‘‘Yā kāci vedanā… yā kāci saññā… ye keci saṅkhārā… yaṃ kiñci viññāṇaṃ atītānāgatapaccuppannaṃ ajjhattaṃ vā bahiddhā vā oḷārikaṃ vā sukhumaṃ vā hīnaṃ vā paṇītaṃ vā yaṃ dūre santike vā, sabbaṃ viññāṇaṃ ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’ti evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya daṭṭhabbaṃ. «Любое чувство… Любое восприятие… Любые волевые формирования… Любое сознание, будь оно прошлым, будущим или настоящим, внутренним или внешним, грубым или утончённым, низшим или высшим, далёким или близким — всё сознание следует видеть в соответствии с действительностью с помощью правильной мудрости так: „Это не моё, это не я, это не моя сущность (атта)“.» ‘‘Evaṃ passaṃ, soṇa, sutavā ariyasāvako rūpasmimpi nibbindati, vedanāyapi nibbindati, saññāyapi nibbindati, saṅkhāresupi nibbindati, viññāṇasmimpi nibbindati. Nibbindaṃ virajjati; virāgā vimuccati. Vimuttasmiṃ vimuttamiti ñāṇaṃ hoti. ‘Khīṇā jāti, vusitaṃ brahmacariyaṃ, kataṃ karaṇīyaṃ, nāparaṃ itthattāyā’ti pajānātī’’ti. Sattamaṃ. «Видя так, Сона, обученный благородный ученик испытывает разочарование в форме, испытывает разочарование в чувстве, испытывает разочарование в восприятии, испытывает разочарование в волевых формированиях, испытывает разочарование в сознании. Испытывая разочарование, он становится бесстрастным. Благодаря бесстрастию [его ум] освобождается. Когда он освобождён, возникает знание: „Освобождён“. Он постигает: „Уничтожено рождение, святая жизнь прожита, сделано то, что должно было быть сделано, не будет больше возвращения в это состояние бытия“». Седьмое [наставление]. 8. Dutiyasoṇasuttaṃ 8. Вторая сутта о Соне 50. Evaṃ me sutaṃ – ekaṃ samayaṃ bhagavā rājagahe viharati veḷuvane kalandakanivāpe. Atha kho soṇo gahapatiputto yena bhagavā tenupasaṅkami; upasaṅkamitvā bhagavantaṃ abhivādetvā ekamantaṃ nisīdi. Ekamantaṃ nisinnaṃ kho soṇaṃ gahapatiputtaṃ bhagavā etadavoca – 50. Так я слышал. Однажды Благословенный пребывал в Раджагахе, в Бамбуковой роще, в заповеднике Каландаканивапа. Тогда Сона, сын домохозяина, подошёл к Благословенному, поклонился ему и сел сбоку. Когда Сона, сын домохозяина, сел сбоку, Благословенный обратился к нему с такими словами: ‘‘Ye hi keci, soṇa, samaṇā vā brāhmaṇā vā rūpaṃ nappajānanti, rūpasamudayaṃ nappajānanti, rūpanirodhaṃ nappajānanti, rūpanirodhagāminiṃ paṭipadaṃ nappajānanti; vedanaṃ nappajānanti, vedanāsamudayaṃ nappajānanti, vedanānirodhaṃ nappajānanti, vedanānirodhagāminiṃ paṭipadaṃ nappajānanti; saññaṃ nappajānanti…pe… saṅkhāre nappajānanti, saṅkhārasamudayaṃ nappajānanti, saṅkhāranirodhaṃ nappajānanti, saṅkhāranirodhagāminiṃ paṭipadaṃ nappajānanti; viññāṇaṃ nappajānanti, viññāṇasamudayaṃ nappajānanti, viññāṇanirodhaṃ nappajānanti, viññāṇanirodhagāminiṃ paṭipadaṃ nappajānanti. Na me te, soṇa, samaṇā vā brāhmaṇā vā samaṇesu vā samaṇasammatā brāhmaṇesu vā brāhmaṇasammatā, na ca pana te āyasmanto sāmaññatthaṃ vā brahmaññatthaṃ vā diṭṭheva dhamme sayaṃ abhiññā sacchikatvā upasampajja viharanti. «Сона, те отшельники или брахманы, которые не понимают форму, её происхождение, её прекращение и путь, ведущий к её прекращению; которые не понимают чувство… восприятие… волевые формирования… сознание, его происхождение, его прекращение и путь, ведущий к его прекращению — их я не считаю отшельниками среди отшельников или брахманами среди брахманов, и эти почтенные мужи не входят и не пребывают в этой самой жизни в плодах отшельничества или плодах брахманства, познав их самостоятельно с помощью прямого знания. ‘‘Ye [Pg.42] ca kho keci, soṇa, samaṇā vā brāhmaṇā vā rūpaṃ pajānanti, rūpasamudayaṃ pajānanti, rūpanirodhaṃ pajānanti, rūpanirodhagāminiṃ paṭipadaṃ pajānanti; vedanaṃ pajānanti…pe… saññaṃ pajānanti… saṅkhāre pajānanti… viññāṇaṃ pajānanti, viññāṇasamudayaṃ pajānanti, viññāṇanirodhaṃ pajānanti, viññāṇanirodhagāminiṃ paṭipadaṃ pajānanti. Te ca kho me, soṇa, samaṇā vā brāhmaṇā vā samaṇesu ceva samaṇasammatā brāhmaṇesu ca brāhmaṇasammatā, te ca panāyasmanto sāmaññatthañca brahmaññatthañca diṭṭheva dhamme sayaṃ abhiññā sacchikatvā upasampajja viharantī’’ti. Aṭṭhamaṃ. «Но, Сона, те отшельники и брахманы, которые понимают форму, её происхождение, её прекращение и путь, ведущий к её прекращению; которые понимают чувство… восприятие… волевые формирования… сознание, его происхождение, его прекращение и путь, ведущий к его прекращению — их я считаю отшельниками среди отшельников и брахманами среди брахманов, и эти почтенные мужи входят и пребывают в этой самой жизни в плодах отшельничества и плодах брахманства, познав их самостоятельно с помощью прямого знания». Восьмое [наставление]. 9. Nandikkhayasuttaṃ 9. Нандиккхая сутта (Сутта об уничтожении восторга) 51. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Aniccaññeva, bhikkhave, bhikkhu rūpaṃ aniccanti passati. Sāssa hoti sammādiṭṭhi. Sammā passaṃ nibbindati. Nandikkhayā rāgakkhayo, rāgakkhayā nandikkhayo. Nandirāgakkhayā cittaṃ vimuttaṃ suvimuttanti vuccati. Aniccaññeva, bhikkhave, bhikkhu vedanaṃ aniccanti passati. Sāssa hoti sammādiṭṭhi. Sammā passaṃ nibbindati. Nandikkhayā rāgakkhayo, rāgakkhayā nandikkhayo. Nandirāgakkhayā cittaṃ vimuttaṃ suvimuttanti vuccati. Anicceyeva, bhikkhave, bhikkhu saññaṃ aniccanti passati…pe… anicceyeva bhikkhave, bhikkhu saṅkhāre aniccāti passati. Sāssa hoti sammādiṭṭhi. Sammā passaṃ nibbindati. Nandikkhayā rāgakkhayo, rāgakkhayā nandikkhayo. Nandirāgakkhayā cittaṃ vimuttaṃ suvimuttanti vuccati. Aniccaññeva, bhikkhave, bhikkhu viññāṇaṃ aniccanti passati. Sāssa hoti sammādiṭṭhi. Sammā passaṃ nibbindati. Nandikkhayā rāgakkhayo, rāgakkhayā nandikkhayo. Nandirāgakkhayā cittaṃ vimuttaṃ suvimuttanti vuccatī’’ti. Navamaṃ. 51. В Саваттхи. «Бхиккху, когда бхиккху видит непостоянную форму как непостоянную, это его правильное воззрение. Видя правильно, он испытывает разочарование. С уничтожением восторга (нанди) приходит уничтожение страсти (рага); с уничтожением страсти приходит уничтожение восторга. С уничтожением восторга и страсти ум освобождается и зовётся хорошо освобождённым. Бхиккху, когда бхиккху видит непостоянное чувство как непостоянное… непостоянное восприятие как непостоянное… непостоянные волевые формирования как непостоянные, это его правильное воззрение. Видя правильно, он испытывает разочарование. С уничтожением восторга приходит уничтожение страсти; с уничтожением страсти приходит уничтожение восторга. С уничтожением восторга и страсти ум освобождается и зовётся хорошо освобождённым. Бхиккху, когда бхиккху видит непостоянное сознание как непостоянное, это его правильное воззрение. Видя правильно, он испытывает разочарование. С уничтожением восторга приходит уничтожение страсти; с уничтожением страсти приходит уничтожение восторга. С уничтожением восторга и страсти ум освобождается и зовётся хорошо освобождённым». Девятое [наставление]. 10. Dutiyanandikkhayasuttaṃ 10. Вторая сутта об уничтожении восторга 52. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Rūpaṃ, bhikkhave, yoniso manasi karotha, rūpāniccatañca yathābhūtaṃ samanupassatha. Rūpaṃ, bhikkhave, bhikkhu yoniso manasi karonto, rūpāniccatañca yathābhūtaṃ samanupassanto rūpasmiṃ nibbindati. Nandikkhayā rāgakkhayo, rāgakkhayā nandikkhayo. Nandirāgakkhayā cittaṃ vimuttaṃ suvimuttanti vuccati. Vedanaṃ, bhikkhave, yoniso manasi karotha, vedanāniccatañca yathābhūtaṃ samanupassatha. Vedanaṃ, bhikkhave, bhikkhu yoniso manasi [Pg.43] karonto, vedanāniccatañca yathābhūtaṃ samanupassanto vedanāya nibbindati. Nandikkhayā rāgakkhayo, rāgakkhayā nandikkhayo. Nandirāgakkhayā cittaṃ vimuttaṃ suvimuttanti vuccati. Saññaṃ bhikkhave… saṅkhāre, bhikkhave, yoniso manasi karotha, saṅkhārāniccatañca yathābhūtaṃ samanupassatha. Saṅkhāre, bhikkhave, bhikkhu yoniso manasi karonto, saṅkhārāniccataṃ yathābhūtaṃ samanupassanto saṅkhāresu nibbindati. Nandikkhayā rāgakkhayo, rāgakkhayā nandikkhayo. Nandirāgakkhayā cittaṃ vimuttaṃ suvimuttanti vuccati. Viññāṇaṃ, bhikkhave, yoniso manasi karotha, viññāṇāniccatañca yathābhūtaṃ samanupassatha. Viññāṇaṃ, bhikkhave, bhikkhu yoniso manasi karonto, viññāṇāniccatañca yathābhūtaṃ samanupassanto viññāṇasmiṃ nibbindati. Nandikkhayā rāgakkhayo, rāgakkhayā nandikkhayo. Nandirāgakkhayā cittaṃ vimuttaṃ suvimuttanti vuccatī’’ti. Dasamaṃ. 52. В Саваттхи. «Бхиккху, направляйте надлежащее внимание (йонисо манасикара) на форму и созерцайте непостоянство формы в соответствии с действительностью. Бхиккху, когда бхиккху направляет надлежащее внимание на форму и созерцает непостоянство формы в соответствии с действительностью, он испытывает разочарование в форме. С уничтожением восторга приходит уничтожение страсти; с уничтожением страсти приходит уничтожение восторга. С уничтожением восторга и страсти ум освобождается и зовётся хорошо освобождённым. Бхиккху, направляйте надлежащее внимание на чувство и созерцайте непостоянство чувства в соответствии с действительностью… на восприятие… Бхиккху, направляйте надлежащее внимание на волевые формирования и созерцайте непостоянство волевых формирований в соответствии с действительностью. Бхиккху, когда бхиккху направляет надлежащее внимание на волевые формирования и созерцает непостоянство волевых формирований в соответствии с действительностью, он испытывает разочарование в волевых формированиях. С уничтожением восторга приходит уничтожение страсти; с уничтожением страсти приходит уничтожение восторга. С уничтожением восторга и страсти ум освобождается и зовётся хорошо освобождённым. Бхиккху, направляйте надлежащее внимание на сознание и созерцайте непостоянство сознания в соответствии с действительностью. Бхиккху, когда бхиккху направляет надлежащее внимание на сознание и созерцает непостоянство сознания в соответствии с действительностью, он испытывает разочарование в сознании. С уничтожением восторга приходит уничтожение страсти; с уничтожением страсти приходит уничтожение восторга. С уничтожением восторга и страсти ум освобождается и зовётся хорошо освобождённым». Десятое [наставление]. Attadīpavaggo pañcamo. Пятая глава: «Сам себе остров» (Аттадипа-вагга). Tassuddānaṃ – Оглавление этой главы: Attadīpā paṭipadā, dve ca honti aniccatā; Samanupassanā khandhā, dve soṇā dve nandikkhayena cāti. «Сам себе остров», «Путь», две сутты о непостоянстве, «Созерцание», «Кхандхи», две сутты о Соне и две об уничтожении восторга. Mūlapaṇṇāsako samatto. Первая часть из пятидесяти сутт (Мулапаннасака) завершена. Tassa mūlapaṇṇāsakassa vagguddānaṃ – Оглавление глав первой части из пятидесяти сутт: Nakulapitā anicco ca, bhāro natumhākena ca; Attadīpena paññāso, paṭhamo tena pavuccatīti. «Накулапита», «Непостоянство», «Бремя», «Не ваше» и «Сам себе остров» — так называется первая часть из пятидесяти сутт. 6. Upayavaggo 6. Глава о привязанности (Упая-вагга) 1. Upayasuttaṃ 1. Упая сутта (Сутта о привязанности) 53. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Upayo, bhikkhave, avimutto, anupayo vimutto. Rūpupayaṃ vā, bhikkhave, viññāṇaṃ tiṭṭhamānaṃ tiṭṭheyya, rūpārammaṇaṃ rūpappatiṭṭhaṃ [Pg.44] nandūpasecanaṃ vuddhiṃ virūḷhiṃ vepullaṃ āpajjeyya. Vedanupayaṃ vā…pe… saññupayaṃ vā…pe… saṅkhārupayaṃ vā, bhikkhave, viññāṇaṃ tiṭṭhamānaṃ tiṭṭheyya, saṅkhārārammaṇaṃ saṅkhārappatiṭṭhaṃ nandūpasecanaṃ vuddhiṃ virūḷhiṃ vepullaṃ āpajjeyya’’. 53. В Саваттхи. «Бхиккху, тот, кто привязан, не освобождён; тот, кто не привязан, освобождён. Бхиккху, сознание, пребывая, может пребывать привязанным к форме; имея форму своим объектом, утвердившись на форме, орошаемое восторгом, оно может прийти к росту, увеличению и расширению. Или сознание, пребывая, может пребывать привязанным к чувству… привязанным к восприятию… Бхиккху, сознание, пребывая, может пребывать привязанным к волевым формированиям; имея волевые формирования своим объектом, утвердившись на волевых формированиях, орошаемое восторгом, оно может прийти к росту, увеличению и расширению». ‘‘Yo, bhikkhave, evaṃ vadeyya – ‘ahamaññatra rūpā aññatra vedanāya aññatra saññāya aññatra saṅkhārehi viññāṇassa āgatiṃ vā gatiṃ vā cutiṃ vā upapattiṃ vā vuddhiṃ vā virūḷhiṃ vā vepullaṃ vā paññāpessāmī’ti, netaṃ ṭhānaṃ vijjati. «Бхиккху, если бы кто-то сказал: „Помимо формы, помимо чувства, помимо восприятия, помимо волевых формирований, я провозглашу приход и уход сознания, его исчезновение и перерождение, его рост, увеличение и расширение“ — то это невозможно». ‘‘Rūpadhātuyā ce, bhikkhave, bhikkhuno rāgo pahīno hoti. Rāgassa pahānā vocchijjatārammaṇaṃ patiṭṭhā viññāṇassa na hoti. Vedanādhātuyā ce, bhikkhave… saññādhātuyā ce bhikkhave… saṅkhāradhātuyā ce bhikkhave… viññāṇadhātuyā ce, bhikkhave, bhikkhuno rāgo pahīno hoti. Rāgassa pahānā vocchijjatārammaṇaṃ patiṭṭhā viññāṇassa na hoti. Tadappatiṭṭhitaṃ viññāṇaṃ avirūḷhaṃ anabhisaṅkhaccavimuttaṃ. Vimuttattā ṭhitaṃ. Ṭhitattā santusitaṃ. Santusitattā na paritassati. Aparitassaṃ paccattaññeva parinibbāyati. ‘Khīṇā jāti, vusitaṃ brahmacariyaṃ, kataṃ karaṇīyaṃ, nāparaṃ itthattāyā’ti pajānātī’’ti. Paṭhamaṃ. «Если, монахи, у монаха устранено вожделение к элементу формы, то с устранением вожделения пресекается объект, и у сознания не остаётся основания. Если, монахи, у монаха устранено вожделение к элементу чувства... к элементу восприятия... к элементу волевых формирований... к элементу сознания, то с устранением вожделения пресекается объект, и у сознания не остаётся основания. Это неустановленное сознание, не разрастающееся, не обусловливающее [новое рождение], освобождается. Благодаря освобождению оно устойчиво; благодаря устойчивости оно удовлетворено; благодаря удовлетворённости оно не трепещет. Не трепеща, оно само по себе достигает окончательного освобождения (Ниббаны). Он постигает: „Прекращено рождение, святая жизнь прожита, сделано то, что надлежало сделать, не будет ничего более для этого состояния бытия“». Первая [сутта]. 2. Bījasuttaṃ 2. Биджа-сутта (Сутта о семенах) 54. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Pañcimāni, bhikkhave, bījajātāni. Katamāni pañca? Mūlabījaṃ, khandhabījaṃ, aggabījaṃ, phalubījaṃ, bījabījaññeva pañcamaṃ. Imāni cassu, bhikkhave, pañca bījajātāni akhaṇḍāni apūtikāni avātātapahatāni sārādāni sukhasayitāni, pathavī ca nāssa, āpo ca nāssa; api numāni, bhikkhave, pañca bījajātāni vuddhiṃ virūḷhiṃ vepullaṃ āpajjeyyu’’nti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Imāni cassu, bhikkhave, pañca bījajātāni akhaṇḍāni…pe… sukhasayitāni, pathavī ca assa, āpo ca assa; api numāni, bhikkhave, pañca bījajātāni vuddhiṃ virūḷhiṃ vepullaṃ āpajjeyyu’’nti? ‘‘Evaṃ, bhante’’. ‘‘Seyyathāpi, bhikkhave, pathavīdhātu, evaṃ catasso viññāṇaṭṭhitiyo daṭṭhabbā. Seyyathāpi, bhikkhave, āpodhātu, evaṃ nandirāgo daṭṭhabbo. Seyyathāpi, bhikkhave, pañca bījajātāni, evaṃ viññāṇaṃ sāhāraṃ daṭṭhabbaṃ’’. 54. В Саваттхи. «Монахи, есть эти пять видов семян. Какие пять? Семена-корни, семена-стволы, семена-побеги, семена-черенки и, пятые, собственно семена. Если бы эти пять видов семян были неповреждёнными, неиспорченными, не пострадавшими от ветра и солнца, всхожими, хорошо сохранёнными, но не было бы ни земли, ни воды — разве могли бы эти пять видов семян прийти к росту, развитию и изобилию?» «Нет, достопочтенный господин». «Если бы эти пять видов семян были неповреждёнными... [и т. д.]... хорошо сохранёнными, и была бы земля, и была бы вода — разве могли бы эти пять видов семян прийти к росту, развитию и изобилию?» «Да, достопочтенный господин». «Подобно элементу земли, монахи, следует рассматривать четыре пристанища сознания. Подобно элементу воды, монахи, следует рассматривать страсть-наслаждение. Подобно пяти видам семян, монахи, следует рассматривать сознание вместе с его питанием». ‘‘Rūpupayaṃ[Pg.45], bhikkhave, viññāṇaṃ tiṭṭhamānaṃ tiṭṭheyya, rūpārammaṇaṃ rūpappatiṭṭhaṃ nandūpasecanaṃ vuddhiṃ virūḷhiṃ vepullaṃ āpajjeyya. Vedanupayaṃ vā, bhikkhave, viññāṇaṃ tiṭṭhamānaṃ tiṭṭheyya…pe… saññupayaṃ vā, bhikkhave, viññāṇaṃ tiṭṭhamānaṃ tiṭṭheyya…pe… saṅkhārupayaṃ vā, bhikkhave, viññāṇaṃ tiṭṭhamānaṃ tiṭṭheyya, saṅkhārārammaṇaṃ saṅkhārappatiṭṭhaṃ nandūpasecanaṃ vuddhiṃ virūḷhiṃ vepullaṃ āpajjeyya. «Монахи, сознание, пребывая, может пребывать во взаимодействии с формой; имея форму своим объектом, имея форму своим основанием, орошаемое наслаждением, оно может прийти к росту, развитию и изобилию. Или же сознание, пребывая, может пребывать во взаимодействии с чувством... во взаимодействии с восприятием... во взаимодействии с волевыми формированиями; имея волевые формирования своим объектом, имея волевые формирования своим основанием, орошаемое наслаждением, оно может прийти к росту, развитию и изобилию». ‘‘Yo, bhikkhave, evaṃ vadeyya – ‘ahamaññatra rūpā aññatra vedanāya aññatra saññāya aññatra saṅkhārehi viññāṇassa āgatiṃ vā gatiṃ vā cutiṃ vā upapattiṃ vā vuddhiṃ vā virūḷhiṃ vā vepullaṃ vā paññāpessāmī’ti, netaṃ ṭhānaṃ vijjati. «Монахи, если бы кто-то сказал: „Помимо формы, помимо чувства, помимо восприятия, помимо волевых формирований, я укажу на прихождение и ухождение сознания, его исчезновение и возникновение, его рост, развитие и изобилие“ — то это невозможно». ‘‘Rūpadhātuyā ceva, bhikkhave, bhikkhuno rāgo pahīno hoti. Rāgassa pahānā vocchijjatārammaṇaṃ patiṭṭhā viññāṇassa na hoti. Vedanādhātuyā ce… saññādhātuyā ce… saṅkhāradhātuyā ce… viññāṇadhātuyā ce, bhikkhave, bhikkhuno rāgo pahīno hoti. Rāgassa pahānā vocchijjatārammaṇaṃ patiṭṭhā viññāṇassa na hoti. Tadappatiṭṭhitaṃ viññāṇaṃ avirūḷhaṃ anabhisaṅkhaccavimuttaṃ. Vimuttattā ṭhitaṃ. Ṭhitattā santusitaṃ. Santusitattā na paritassati. Aparitassaṃ paccattaññeva parinibbāyati. ‘Khīṇā jāti, vusitaṃ brahmacariyaṃ, kataṃ karaṇīyaṃ, nāparaṃ itthattāyā’ti pajānātī’’ti. Dutiyaṃ. «Если, монахи, у монаха устранено вожделение к элементу формы, то с устранением вожделения пресекается объект, и у сознания не остаётся основания. Если у него устранено вожделение к элементу чувства... к элементу восприятия... к элементу волевых формирований... к элементу сознания, то с устранением вожделения пресекается объект, и у сознания не остаётся основания. Это неустановленное сознание, не разрастающееся, не обусловливающее [новое рождение], освобождается. Благодаря освобождению оно устойчиво; благодаря устойчивости оно удовлетворено; благодаря удовлетворённости оно не трепещет. Не трепеща, оно само по себе достигает окончательного освобождения (Ниббаны). Он постигает: „Прекращено рождение, святая жизнь прожита, сделано то, что надлежало сделать, не будет ничего более для этого состояния бытия“». Вторая [сутта]. 3. Udānasuttaṃ 3. Удана-сутта (Сутта вдохновенного изречения) 55. Sāvatthinidānaṃ. Tatra kho bhagavā udānaṃ udānesi – ‘‘‘no cassaṃ, no ca me siyā, nābhavissa, na me bhavissatī’ti – evaṃ adhimuccamāno bhikkhu chindeyya orambhāgiyāni saṃyojanānī’’ti. Evaṃ vutte, aññataro bhikkhu bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘yathā kathaṃ pana, bhante, ‘no cassaṃ, no ca me siyā, nābhavissa, na me bhavissatī’ti – evaṃ adhimuccamāno bhikkhu chindeyya orambhāgiyāni saṃyojanānī’’ti? 55. В Саваттхи. Там Благословенный произнёс такое вдохновенное изречение: «„Если бы меня не было, то и моего бы не было; меня не будет, и моего не будет“ — так настраивая свой ум, монах может отсечь низшие оковы». Когда это было сказано, один монах обратился к Благословенному: «Но как именно, достопочтенный господин, монах, так настраивая свой ум: „Если бы меня не было, то и моего бы не было; меня не будет, и моего не будет“, отсекает низшие оковы?» ‘‘Idha, bhikkhu, assutavā puthujjano ariyānaṃ adassāvī…pe… sappurisadhamme avinīto rūpaṃ attato samanupassati, rūpavantaṃ vā attānaṃ; attani vā rūpaṃ, rūpasmiṃ vā attānaṃ. Vedanaṃ… saññaṃ… saṅkhāre… viññāṇaṃ attato samanupassati, viññāṇavantaṃ vā attānaṃ; attani vā viññāṇaṃ, viññāṇasmiṃ vā attānaṃ. «Здесь, монах, необразованный обыватель, не видящий благородных... не обученный учению достойных мужей, рассматривает форму как себя, или себя как обладающего формой, или форму как содержащуюся в себе, или себя как содержащегося в форме. Он рассматривает чувство... восприятие... волевые формирования... сознание как себя, или себя как обладающего сознанием, или сознание как содержащееся в себе, или себя как содержащегося в сознании». ‘‘So [Pg.46] aniccaṃ rūpaṃ ‘aniccaṃ rūpa’nti yathābhūtaṃ nappajānāti, aniccaṃ vedanaṃ ‘aniccā vedanā’ti yathābhūtaṃ nappajānāti, aniccaṃ saññaṃ ‘aniccā saññā’ti yathābhūtaṃ nappajānāti, anicce saṅkhāre ‘aniccā saṅkhārā’ti yathābhūtaṃ nappajānāti, aniccaṃ viññāṇaṃ ‘aniccaṃ viññāṇa’nti yathābhūtaṃ nappajānāti. «Он не постигает в соответствии с действительностью непостоянную форму как „непостоянную форму“, не постигает в соответствии с действительностью непостоянное чувство как „непостоянное чувство“, не постигает в соответствии с действительностью непостоянное восприятие как „непостоянное восприятие“, не постигает в соответствии с действительностью непостоянные волевые формирования как „непостоянные волевые формирования“, не постигает в соответствии с действительностью непостоянное сознание как „непостоянное сознание“». ‘‘Dukkhaṃ rūpaṃ ‘dukkhaṃ rūpa’nti yathābhūtaṃ nappajānāti, dukkhaṃ vedanaṃ… dukkhaṃ saññaṃ… dukkhe saṅkhāre… dukkhaṃ viññāṇaṃ ‘dukkhaṃ viññāṇa’nti yathābhūtaṃ nappajānāti. «Он не постигает в соответствии с действительностью подверженную страданию форму как „подверженную страданию форму“, не постигает в соответствии с действительностью подверженное страданию чувство... подверженное страданию восприятие... подверженные страданию волевые формирования... подверженное страданию сознание как „подверженное страданию сознание“». ‘‘Anattaṃ rūpaṃ ‘anattā rūpa’nti yathābhūtaṃ nappajānāti, anattaṃ vedanaṃ ‘anattā vedanā’ti yathābhūtaṃ nappajānāti, anattaṃ saññaṃ ‘anattā saññā’ti yathābhūtaṃ nappajānāti, anatte saṅkhāre ‘anattā saṅkhārā’ti yathābhūtaṃ nappajānāti, anattaṃ viññāṇaṃ ‘anattā viññāṇa’nti yathābhūtaṃ nappajānāti. «Он не постигает в соответствии с действительностью не являющуюся «я» форму как „не являющуюся «я» форму“, не постигает в соответствии с действительностью не являющееся «я» чувство как „не являющееся «я» чувство“, не постигает в соответствии с действительностью не являющееся «я» восприятие как „не являющееся «я» восприятие“, не постигает в соответствии с действительностью не являющиеся «я» волевые формирования как „не являющиеся «я» волевые формирования“, не постигает в соответствии с действительностью не являющееся «я» сознание как „не являющееся «я» сознание“». ‘‘Saṅkhataṃ rūpaṃ ‘saṅkhataṃ rūpa’nti yathābhūtaṃ nappajānāti, saṅkhataṃ vedanaṃ… saṅkhataṃ saññaṃ… saṅkhate saṅkhāre… saṅkhataṃ viññāṇaṃ ‘saṅkhataṃ viññāṇa’nti yathābhūtaṃ nappajānāti. Rūpaṃ vibhavissatīti yathābhūtaṃ nappajānāti. Vedanā vibhavissati… saññā vibhavissati… saṅkhārā vibhavissanti… viññāṇaṃ vibhavissatīti yathābhūtaṃ nappajānāti. «Он не постигает в соответствии с действительностью обусловленную форму как „обусловленную форму“, не постигает в соответствии с действительностью обусловленное чувство... обусловленное восприятие... обусловленные волевые формирования... обусловленное сознание как „обусловленное сознание“. Он не постигает в соответствии с действительностью: „Форма исчезнет“... „Чувство исчезнет“... „Восприятие исчезнет“... „Волевые формирования исчезнут“... „Сознание исчезнет“». ‘‘Sutavā ca kho, bhikkhu, ariyasāvako ariyānaṃ dassāvī ariyadhammassa kovido ariyadhamme suvinīto sappurisānaṃ dassāvī sappurisadhammassa kovido sappurisadhamme suvinīto na rūpaṃ attato samanupassati…pe… na vedanaṃ… na saññaṃ… na saṅkhāre… na viññāṇaṃ attato samanupassati. «Но образованный благородный ученик, монах, видящий благородных, знающий учение благородных, хорошо обученный учению благородных, видящий достойных мужей, знающий учение достойных мужей, хорошо обученный учению достойных мужей, не рассматривает форму как себя... [и т. д.]... не рассматривает чувство... не рассматривает восприятие... не рассматривает волевые формирования... не рассматривает сознание как себя». ‘‘So aniccaṃ rūpaṃ ‘aniccaṃ rūpa’nti yathābhūtaṃ pajānāti. Aniccaṃ vedanaṃ… aniccaṃ saññaṃ… anicce saṅkhāre… aniccaṃ viññāṇaṃ ‘aniccaṃ viññāṇa’nti yathābhūtaṃ pajānāti. Dukkhaṃ rūpaṃ…pe… dukkhaṃ viññāṇaṃ… anattaṃ rūpaṃ…pe… anattaṃ viññāṇaṃ… saṅkhataṃ rūpaṃ…pe… saṅkhataṃ viññāṇaṃ ‘saṅkhataṃ viññāṇa’nti yathābhūtaṃ pajānāti. Rūpaṃ vibhavissatīti yathābhūtaṃ pajānāti. Vedanā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ vibhavissatīti yathābhūtaṃ pajānāti. «Он постигает в соответствии с действительностью непостоянную форму как „непостоянную форму“. Он постигает в соответствии с действительностью непостоянное чувство... непостоянное восприятие... непостоянные волевые формирования... непостоянное сознание как „непостоянное сознание“. Он постигает в соответствии с действительностью подверженную страданию форму... [и т. д.]... подверженное страданию сознание... не являющуюся «я» форму... [и т. д.]... не являющееся «я» сознание... обусловленную форму... [и т. д.]... обусловленное сознание как „обусловленное сознание“. Он постигает в соответствии с действительностью: „Форма исчезнет“. Он постигает в соответствии с действительностью: „Чувство... восприятие... волевые формирования... сознание исчезнет“». ‘‘So [Pg.47] rūpassa vibhavā, vedanāya vibhavā, saññā vibhavā, saṅkhārānaṃ vibhavā, viññāṇassa vibhavā, evaṃ kho, bhikkhu, ‘no cassaṃ, no ca me siyā, nābhavissa, na me bhavissatī’ti – evaṃ adhimuccamāno bhikkhu chindeyya orambhāgiyāni saṃyojanānī’’ti. ‘‘Evaṃ adhimuccamāno, bhante, bhikkhu chindeyya orambhāgiyāni saṃyojanānī’’ti. «С исчезновением формы, с исчезновением чувства, с исчезновением восприятия, с исчезновением волевых формирований, с исчезновением сознания, монах, так настраивая свой ум: „Если бы меня не было, то и моего бы не было; меня не будет, и моего не будет“, может отсечь низшие оковы». «Так настраивая свой ум, достопочтенный господин, монах может отсечь низшие оковы». ‘‘Kathaṃ pana, bhante, jānato kathaṃ passato anantarā āsavānaṃ khayo hotī’’ti? ‘‘Idha, bhikkhu, assutavā puthujjano atasitāye ṭhāne tāsaṃ āpajjati. Tāso heso bhikkhu assutavato puthujjanassa – ‘no cassaṃ, no ca me siyā, nābhavissa, na me bhavissatī’’’ti. «Но как именно, достопочтенный господин, у того, кто знает, у того, кто видит, происходит непосредственное уничтожение влечений?» «Здесь, монах, необразованный обыватель испытывает страх перед тем, что не должно вызывать страха. Ведь это является пугающим для необразованного обывателя: „Если бы меня не было, то и моего бы не было; меня не будет, и моего не будет“». ‘‘Sutavā ca kho, bhikkhu, ariyasāvako atasitāye ṭhāne na tāsaṃ āpajjati. Na heso, bhikkhu, tāso sutavato ariyasāvakassa – ‘no cassaṃ, no ca me siyā, nābhavissa, na me bhavissatī’ti. Rūpupayaṃ vā, bhikkhu, viññāṇaṃ tiṭṭhamānaṃ tiṭṭheyya, rūpārammaṇaṃ rūpappatiṭṭhaṃ nandūpasecanaṃ vuddhiṃ virūḷhiṃ vepullaṃ āpajjeyya. Vedanupayaṃ vā, bhikkhu… saññupayaṃ vā, bhikkhu… saṅkhārupayaṃ vā, bhikkhu, viññāṇaṃ tiṭṭhamānaṃ tiṭṭheyya, saṅkhārārammaṇaṃ saṅkhārappatiṭṭhaṃ nandūpasecanaṃ vuddhiṃ virūḷhiṃ vepullaṃ āpajjeyya. «Но образованный благородный ученик, монах, не испытывает страха перед тем, что не должно вызывать страха. Ведь это не является пугающим для образованного благородного ученика: „Если бы меня не было, то и моего бы не было; меня не будет, и моего не будет“. Сознание, монах, пребывая, может пребывать во взаимодействии с формой; имея форму своим объектом, имея форму своим основанием, орошаемое наслаждением, оно может прийти к росту, развитию и изобилию. Или же сознание, пребывая, может пребывать во взаимодействии с чувством... во взаимодействии с восприятием... во взаимодействии с волевыми формированиями; имея волевые формирования своим объектом, имея волевые формирования своим основанием, орошаемое наслаждением, оно может прийти к росту, развитию и изобилию». ‘‘Yo bhikkhu evaṃ vadeyya – ‘ahamaññatra rūpā, aññatra vedanāya, aññatra saññāya, aññatra saṅkhārehi viññāṇassa āgatiṃ vā gatiṃ vā cutiṃ vā upapattiṃ vā vuddhiṃ vā virūḷhiṃ vā vepullaṃ vā paññāpessāmī’ti, netaṃ ṭhānaṃ vijjati. «Монах, если бы кто-то сказал: „Помимо формы, помимо чувства, помимо восприятия, помимо волевых формирований, я укажу на прихождение и ухождение сознания, его исчезновение и возникновение, его рост, развитие и изобилие“ — то это невозможно». ‘‘Rūpadhātuyā ce, bhikkhu, bhikkhuno rāgo pahīno hoti. Rāgassa pahānā vocchijjatārammaṇaṃ patiṭṭhā viññāṇassa na hoti. Vedanādhātuyā ce, bhikkhu, bhikkhuno… saññādhātuyā ce, bhikkhu, bhikkhuno… saṅkhāradhātuyā ce, bhikkhu, bhikkhuno… viññāṇadhātuyā ce, bhikkhu, bhikkhuno rāgo pahīno hoti. Rāgassa pahānā vocchijjatārammaṇaṃ patiṭṭhā viññāṇassa na hoti. Tadappatiṭṭhitaṃ viññāṇaṃ avirūḷhaṃ anabhisaṅkhārañca vimuttaṃ. Vimuttattā ṭhitaṃ. Ṭhitattā santusitaṃ. Santusitattā na paritassati. Aparitassaṃ paccattaññeva parinibbāyati. ‘Khīṇā jāti…pe… nāparaṃ itthattāyā’ti [Pg.48] pajānāti. Evaṃ kho, bhikkhu, jānato evaṃ passato anantarā āsavānaṃ khayo hotī’’ti. Tatiyaṃ. «Если, монах, у монаха устранено вожделение к элементу формы, то с устранением вожделения пресекается объект, и у сознания не остаётся основания. Если у него устранено вожделение к элементу чувства... к элементу восприятия... к элементу волевых формирований... к элементу сознания, то с устранением вожделения пресекается объект, и у сознания не остаётся основания. Это неустановленное сознание, не разрастающееся, не обусловливающее [новое рождение], освобождается. Благодаря освобождению оно устойчиво; благодаря устойчивости оно удовлетворено; благодаря удовлетворённости оно не трепещет. Не трепеща, оно само по себе достигает окончательного освобождения (Ниббаны). Он постигает: „Прекращено рождение... [и т. д.]... не будет ничего более для этого состояния бытия“. Именно у того, монах, кто так знает, кто так видит, происходит непосредственное уничтожение влечений». Третья [сутта]. 4. Upādānaparipavattasuttaṃ 4. Упадана-парипаватта-сутта (Сутта о циклах совокупностей привязанности) 56. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Pañcime, bhikkhave, upādānakkhandhā. Katame pañca? Rūpupādānakkhandho, vedanupādānakkhandho, saññupādānakkhandho, saṅkhārupādānakkhandho, viññāṇupādānakkhandho. Yāvakīvañcāhaṃ, bhikkhave, ime pañcupādānakkhandhe catuparivaṭṭaṃ yathābhūtaṃ nābbhaññāsiṃ, neva tāvāhaṃ, bhikkhave, sadevake loke samārake sabrahmake sassamaṇabrāhmaṇiyā pajāya sadevamanussāya anuttaraṃ sammāsambodhiṃ abhisambuddhoti paccaññāsiṃ. Yato ca khvāhaṃ, bhikkhave, ime pañcupādānakkhandhe catuparivaṭṭaṃ yathābhūtaṃ abbhaññāsiṃ, athāhaṃ, bhikkhave, sadevake loke…pe… sadevamanussāya anuttaraṃ sammāsambodhiṃ abhisambuddhoti paccaññāsiṃ’’. 56. В Саваттхи. «Монахи, есть эти пять совокупностей привязанности. Какие пять? Совокупность привязанности к форме, совокупность привязанности к чувству, совокупность привязанности к восприятию, совокупность привязанности к волевым формированиям, совокупность привязанности к сознанию. До тех пор, монахи, пока я в соответствии с действительностью непосредственно не познал эти пять совокупностей привязанности в их четырёх аспектах, я не заявлял о том, что достиг непревзойдённого совершенного пробуждения в этом мире с его дэвами, Марой и Брахмой, среди этого поколения с его отшельниками и брахманами, его дэвами и людьми. Но когда, монахи, я в соответствии с действительностью непосредственно познал эти пять совокупностей привязанности в их четырёх аспектах, тогда я заявил о том, что достиг непревзойдённого совершенного пробуждения в этом мире с его дэвами, Марой и Брахмой, среди этого поколения с его отшельниками и брахманами, его дэвами и людьми». ‘‘Kathañca catuparivaṭṭaṃ? Rūpaṃ abbhaññāsiṃ, rūpasamudayaṃ abbhaññāsiṃ, rūpanirodhaṃ abbhaññāsiṃ, rūpanirodhagāminiṃ paṭipadaṃ abbhaññāsiṃ; vedanaṃ… saññaṃ… saṅkhāre… viññāṇaṃ abbhaññāsiṃ, viññāṇasamudayaṃ abbhaññāsiṃ, viññāṇanirodhaṃ abbhaññāsiṃ, viññāṇanirodhagāminiṃ paṭipadaṃ abbhaññāsiṃ. «И как [осуществляется познание] в четырёх аспектах? Я напрямую познал форму, напрямую познал происхождение формы, напрямую познал прекращение формы, напрямую познал путь, ведущий к прекращению формы; [я напрямую познал] чувство… восприятие… волевые образования… сознание, напрямую познал происхождение сознания, напрямую познал прекращение сознания, напрямую познал путь, ведущий к прекращению сознания». ‘‘Katamañca, bhikkhave, rūpaṃ? Cattāro ca mahābhūtā catunnañca mahābhūtānaṃ upādāya rūpaṃ. Idaṃ vuccati, bhikkhave, rūpaṃ. Āhārasamudayā rūpasamudayo; āhāranirodhā rūpanirodho. Ayameva ariyo aṭṭhaṅgiko maggo rūpanirodhagāminī paṭipadā, seyyathidaṃ – sammādiṭṭhi…pe… sammāsamādhi. «И что такое, монахи, форма? Четыре великих первоэлемента и форма, производная от четырёх великих первоэлементов — это, монахи, называется формой. С возникновением питания возникает форма; с прекращением питания прекращается форма. Именно этот Благородный Восьмеричный Путь есть путь, ведущий к прекращению формы, а именно: правильное воззрение… и так далее… правильное сосредоточение». ‘‘Ye hi keci, bhikkhave, samaṇā vā brāhmaṇā vā evaṃ rūpaṃ abhiññāya, evaṃ rūpasamudayaṃ abhiññāya, evaṃ rūpanirodhaṃ abhiññāya, evaṃ rūpanirodhagāminiṃ paṭipadaṃ abhiññāya rūpassa nibbidāya virāgāya nirodhāya paṭipannā, te suppaṭipannā. Ye suppaṭipannā, te imasmiṃ dhammavinaye gādhanti. «Все те отшельники и брахманы, монахи, которые, так напрямую познав форму, так напрямую познав происхождение формы, так напрямую познав прекращение формы, так напрямую познав путь, ведущий к прекращению формы, практикуют ради разочарования в форме, ради угасания влечения к ней и её прекращения — они практикуют правильно. Те, кто практикует правильно, обретают опору в этом Учении и Дисциплине». ‘‘Ye ca kho keci, bhikkhave, samaṇā vā brāhmaṇā vā evaṃ rūpaṃ abhiññāya…pe… evaṃ rūpanirodhagāminiṃ paṭipadaṃ abhiññāya, rūpassa nibbidā virāgā nirodhā anupādā vimuttā te suvimuttā. Ye suvimuttā te kevalino. Ye kevalino vaṭṭaṃ tesaṃ natthi paññāpanāya. «И все те отшельники и брахманы, монахи, которые, так напрямую познав форму… и так далее… так напрямую познав путь, ведущий к прекращению формы, благодаря разочарованию в форме, угасанию влечения к нему и её прекращению освободились через нецепляние — они полностью освобождены. Те, кто полностью освобождён, являются совершенными. Для этих совершенных нет круговорота, чтобы описывать их». ‘‘Katamā [Pg.49] ca, bhikkhave, vedanā? Chayime, bhikkhave, vedanākāyā – cakkhusamphassajā vedanā, sotasamphassajā vedanā, ghānasamphassajā vedanā, jivhāsamphassajā vedanā, kāyasamphassajā vedanā, manosamphassajā vedanā. Ayaṃ vuccati, bhikkhave, vedanā. Phassasamudayā vedanāsamudayo; phassanirodhā vedanānirodho. Ayameva ariyo aṭṭhaṅgiko maggo vedanānirodhagāminī paṭipadā, seyyathidaṃ – sammādiṭṭhi…pe… sammāsamādhi. «И что такое, монахи, чувство? Есть эти шесть классов чувств: чувство, рождённое зрительным контактом; чувство, рождённое слуховым контактом; чувство, рождённое обонятельным контактом; чувство, рождённое вкусовым контактом; чувство, рождённое телесным контактом; чувство, рождённое ментальным контактом. Это, монахи, называется чувством. С возникновением контакта возникает чувство; с прекращением контакта прекращается чувство. Именно этот Благородный Восьмеричный Путь есть путь, ведущий к прекращению чувства, а именно: правильное воззрение… и так далее… правильное сосредоточение». ‘‘Ye hi keci, bhikkhave, samaṇā vā brāhmaṇā vā evaṃ vedanaṃ abhiññāya, evaṃ vedanāsamudayaṃ abhiññāya, evaṃ vedanānirodhaṃ abhiññāya, evaṃ vedanānirodhagāminiṃ paṭipadaṃ abhiññāya vedanāya nibbidāya virāgāya nirodhāya paṭipannā, te suppaṭipannā. Ye suppaṭipannā, te imasmiṃ dhammavinaye gādhanti. «Все те отшельники и брахманы, монахи, которые, так напрямую познав чувство, так напрямую познав происхождение чувства, так напрямую познав прекращение чувства, так напрямую познав путь, ведущий к прекращению чувства, практикуют ради разочарования в чувстве, ради угасания влечения к нему и его прекращения — они практикуют правильно. Те, кто практикует правильно, обретают опору в этом Учении и Дисциплине». ‘‘Ye ca kho keci, bhikkhave, samaṇā vā brāhmaṇā vā evaṃ vedanaṃ abhiññāya…pe… evaṃ vedanānirodhagāminiṃ paṭipadaṃ abhiññāya…pe… vaṭṭaṃ tesaṃ natthi paññāpanāya. «И все те отшельники и брахманы, монахи, которые, так напрямую познав чувство… и так далее… так напрямую познав путь, ведущий к прекращению чувства… и так далее… для этих совершенных нет круговорота, чтобы описывать их». ‘‘Katamā ca, bhikkhave, saññā? Chayime, bhikkhave, saññākāyā – rūpasaññā, saddasaññā, gandhasaññā, rasasaññā, phoṭṭhabbasaññā, dhammasaññā. Ayaṃ vuccati, bhikkhave, saññā. Phassasamudayā saññāsamudayo; phassanirodhā saññānirodho. Ayameva ariyo aṭṭhaṅgiko maggo saññānirodhagāminī paṭipadā, seyyathidaṃ – sammādiṭṭhi…pe… sammāsamādhi…pe… vaṭṭaṃ tesaṃ natthi paññāpanāya. «И что такое, монахи, восприятие? Есть эти шесть классов восприятия: восприятие форм, восприятие звуков, восприятие запахов, восприятие вкусов, восприятие тактильных объектов, восприятие ментальных феноменов. Это, монахи, называется восприятием. С возникновением контакта возникает восприятие; с прекращением контакта прекращается восприятие. Именно этот Благородный Восьмеричный Путь есть путь, ведущий к прекращению восприятия, а именно: правильное воззрение… и так далее… правильное сосредоточение… и так далее… для этих совершенных нет круговорота, чтобы описывать их». ‘‘Katame ca, bhikkhave, saṅkhārā? Chayime, bhikkhave, cetanākāyā – rūpasañcetanā, saddasañcetanā, gandhasañcetanā, rasasañcetanā, phoṭṭhabbasañcetanā, dhammasañcetanā. Ime vuccanti, bhikkhave, saṅkhārā. Phassasamudayā saṅkhārasamudayo; phassanirodhā saṅkhāranirodho. Ayameva ariyo aṭṭhaṅgiko maggo saṅkhāranirodhagāminī paṭipadā, seyyathidaṃ – sammādiṭṭhi…pe… sammāsamādhi. «И что такое, монахи, волевые образования? Есть эти шесть классов волевых намерений: волевое намерение в отношении форм, волевое намерение в отношении звуков, волевое намерение в отношении запахов, волевое намерение в отношении вкусов, волевое намерение в отношении тактильных объектов, волевое намерение в отношении ментальных феноменов. Это, монахи, называется волевыми образованиями. С возникновением контакта возникают волевые образования; с прекращением контакта прекращаются волевые образования. Именно этот Благородный Восьмеричный Путь есть путь, ведущий к прекращению волевых образований, а именно: правильное воззрение… и так далее… правильное сосредоточение». ‘‘Ye hi keci, bhikkhave, samaṇā vā brāhmaṇā vā evaṃ saṅkhāre abhiññāya, evaṃ saṅkhārasamudayaṃ abhiññāya, evaṃ saṅkhāranirodhaṃ abhiññāya, evaṃ saṅkhāranirodhagāminiṃ paṭipadaṃ abhiññāya saṅkhārānaṃ nibbidāya virāgāya nirodhāya [Pg.50] paṭipannā, te suppaṭipannā. Ye suppaṭipannā, te imasmiṃ dhammavinaye gādhanti. «Все те отшельники и брахманы, монахи, которые, так напрямую познав волевые образования, так напрямую познав происхождение волевых образований, так напрямую познав прекращение волевых образований, так напрямую познав путь, ведущий к прекращению волевых образований, практикуют ради разочарования в волевых образованиях, ради угасания влечения к ним и их прекращения — они практикуют правильно. Те, кто практикует правильно, обретают опору в этом Учении и Дисциплине». ‘‘Ye ca kho keci, bhikkhave, samaṇā vā brāhmaṇā vā evaṃ saṅkhāre abhiññāya, evaṃ saṅkhārasamudayaṃ abhiññāya, evaṃ saṅkhāranirodhaṃ abhiññāya, evaṃ saṅkhāranirodhagāminiṃ paṭipadaṃ abhiññāya saṅkhārānaṃ nibbidā virāgā nirodhā anupādā vimuttā, te suvimuttā. Ye suvimuttā, te kevalino. Ye kevalino vaṭṭaṃ tesaṃ natthi paññāpanāya. «И все те отшельники и брахманы, монахи, которые, так напрямую познав волевые образования, так напрямую познав происхождение волевых образований, так напрямую познав прекращение волевых образований, так напрямую познав путь, ведущий к прекращению волевых образований, благодаря разочарованию в волевых образованиях, угасанию влечения к ним и их прекращению освободились через нецепляние — они полностью освобождены. Те, кто полностью освобождён, являются совершенными. Для этих совершенных нет круговорота, чтобы описывать их». ‘‘Katamañca, bhikkhave, viññāṇaṃ? Chayime, bhikkhave, viññāṇakāyā – cakkhuviññāṇaṃ, sotaviññāṇaṃ, ghānaviññāṇaṃ, jivhāviññāṇaṃ, kāyaviññāṇaṃ, manoviññāṇaṃ. Idaṃ vuccati, bhikkhave, viññāṇaṃ. Nāmarūpasamudayā viññāṇasamudayo; nāmarūpanirodhā viññāṇanirodho. Ayameva ariyo aṭṭhaṅgiko maggo viññāṇanirodhagāminī paṭipadā, seyyathidaṃ – sammādiṭṭhi…pe… sammāsamādhi. «И что такое, монахи, сознание? Есть эти шесть классов сознания: зрительное сознание, слуховое сознание, обонятельное сознание, вкусовое сознание, телесное сознание, ментальное сознание. Это, монахи, называется сознанием. С возникновением ума-и-формы возникает сознание; с прекращением ума-и-формы прекращается сознание. Именно этот Благородный Восьмеричный Путь есть путь, ведущий к прекращению сознания, а именно: правильное воззрение… и так далее… правильное сосредоточение». ‘‘Ye hi keci, bhikkhave, samaṇā vā brāhmaṇā vā evaṃ viññāṇaṃ abhiññāya, evaṃ viññāṇasamudayaṃ abhiññāya, evaṃ viññāṇanirodhaṃ abhiññāya, evaṃ viññāṇanirodhagāminiṃ paṭipadaṃ abhiññāya viññāṇassa nibbidāya virāgāya nirodhāya paṭipannā, te suppaṭipannā. Ye suppaṭipannā, te imasmiṃ dhammavinaye gādhanti. «Все те отшельники и брахманы, монахи, которые, так напрямую познав сознание, так напрямую познав происхождение сознания, так напрямую познав прекращение сознания, так напрямую познав путь, ведущий к прекращению сознания, практикуют ради разочарования в сознании, ради угасания влечения к нему и его прекращения — они практикуют правильно. Те, кто практикует правильно, обретают опору в этом Учении и Дисциплине». ‘‘Ye ca kho keci, bhikkhave, samaṇā vā brāhmaṇā vā evaṃ viññāṇaṃ abhiññāya, evaṃ viññāṇasamudayaṃ abhiññāya, evaṃ viññāṇanirodhaṃ abhiññāya, evaṃ viññāṇanirodhagāminiṃ paṭipadaṃ abhiññāya viññāṇassa nibbidā virāgā nirodhā anupādā vimuttā, te suvimuttā. Ye suvimuttā, te kevalino. Ye kevalino vaṭṭaṃ tesaṃ natthi paññāpanāyā’’ti. Catutthaṃ. «И все те отшельники и брахманы, монахи, которые, так напрямую познав сознание, так напрямую познав происхождение сознания, так напрямую познав прекращение сознания, так напрямую познав путь, ведущий к прекращению сознания, благодаря разочарованию в сознании, угасанию влечения к нему и его прекращению освободились через нецепляние — они полностью освобождены. Те, кто полностью освобождён, являются совершенными. Для этих совершенных нет круговорота, чтобы описывать их». Четвёртая. 5. Sattaṭṭhānasuttaṃ 5. Саттаттхана-сутта 57. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Sattaṭṭhānakusalo, bhikkhave, bhikkhu tividhūpaparikkhī imasmiṃ dhammavinaye kevalī vusitavā uttamapurisoti vuccati. Kathañca, bhikkhave, bhikkhu sattaṭṭhānakusalo hoti? Idha, bhikkhave, bhikkhu rūpaṃ pajānāti, rūpasamudayaṃ pajānāti, rūpanirodhaṃ pajānāti, rūpanirodhagāminiṃ [Pg.51] paṭipadaṃ pajānāti; rūpassa assādaṃ pajānāti, rūpassa ādīnavaṃ pajānāti, rūpassa nissaraṇaṃ pajānāti; vedanaṃ pajānāti … saññaṃ… saṅkhāre… viññāṇaṃ pajānāti, viññāṇasamudayaṃ pajānāti, viññāṇanirodhaṃ pajānāti, viññāṇanirodhagāminiṃ paṭipadaṃ pajānāti; viññāṇassa assādaṃ pajānāti, viññāṇassa ādīnavaṃ pajānāti, viññāṇassa nissaraṇaṃ pajānāti. 57. В Саваттхи. «Монахи, монах, искусный в семи случаях и исследующий тремя способами, в этом Учении и Дисциплине зовётся совершенным, тем, кто полностью прожил святую жизнь, высшим человеком. И как, монахи, монах искусен в семи случаях? Здесь, монахи, монах понимает форму, понимает происхождение формы, понимает прекращение формы, понимает путь, ведущий к прекращению формы; понимает удовольствие от формы, понимает опасность формы, понимает освобождение от формы. Он понимает чувство… восприятие… волевые образования… понимает сознание, понимает происхождение сознания, понимает прекращение сознания, понимает путь, ведущий к прекращению сознания; понимает удовольствие от сознания, понимает опасность сознания, понимает освобождение от сознания». ‘‘Katamañca, bhikkhave, rūpaṃ? Cattāro ca mahābhūtā, catunnañca mahābhūtānaṃ upādāya rūpaṃ. Idaṃ vuccati, bhikkhave, rūpaṃ. Āhārasamudayā rūpasamudayo; āhāranirodhā rūpanirodho. Ayameva ariyo aṭṭhaṅgiko maggo rūpanirodhagāminī paṭipadā, seyyathidaṃ – sammādiṭṭhi…pe… sammāsamādhi. «И что такое, монахи, форма? Четыре великих первоэлемента и форма, производная от четырёх великих первоэлементов — это, монахи, называется формой. С возникновением питания возникает форма; с прекращением питания прекращается форма. Именно этот Благородный Восьмеричный Путь есть путь, ведущий к прекращению формы, а именно: правильное воззрение… и так далее… правильное сосредоточение». ‘‘Yaṃ rūpaṃ paṭicca uppajjati sukhaṃ somanassaṃ – ayaṃ rūpassa assādo. Yaṃ rūpaṃ aniccaṃ dukkhaṃ vipariṇāmadhammaṃ – ayaṃ rūpassa ādīnavo. Yo rūpasmiṃ chandarāgavinayo chandarāgappahānaṃ – idaṃ rūpassa nissaraṇaṃ. «Удовольствие и радость, которые возникают в зависимости от формы — это удовольствие от формы. То, что форма непостоянна, подвержена страданию и изменению — это опасность формы. Устранение и оставление желания и страсти к форме — это освобождение от формы». ‘‘Ye hi keci, bhikkhave, samaṇā vā brāhmaṇā vā evaṃ rūpaṃ abhiññāya, evaṃ rūpasamudayaṃ abhiññāya, evaṃ rūpanirodhaṃ abhiññāya, evaṃ rūpanirodhagāminiṃ paṭipadaṃ abhiññāya; evaṃ rūpassa assādaṃ abhiññāya, evaṃ rūpassa ādīnavaṃ abhiññāya, evaṃ rūpassa nissaraṇaṃ abhiññāya rūpassa nibbidāya virāgāya nirodhāya paṭipannā, te suppaṭipannā. Ye suppaṭipannā, te imasmiṃ dhammavinaye gādhanti. «Все те отшельники и брахманы, монахи, которые, так напрямую познав форму, так напрямую познав происхождение формы, так напрямую познав прекращение формы, так напрямую познав путь, ведущий к прекращению формы; так напрямую познав удовольствие от формы, так напрямую познав опасность формы, так напрямую познав освобождение от формы, практикуют ради разочарования в форме, ради угасания влечения к ней и её прекращения — они практикуют правильно. Те, кто практикует правильно, обретают опору в этом Учении и Дисциплине». ‘‘Ye ca kho keci, bhikkhave, samaṇā vā brāhmaṇā vā evaṃ rūpaṃ abhiññāya, evaṃ rūpasamudayaṃ abhiññāya, evaṃ rūpanirodhaṃ abhiññāya, evaṃ rūpanirodhagāminiṃ paṭipadaṃ abhiññāya; evaṃ rūpassa assādaṃ abhiññāya, evaṃ rūpassa ādīnavaṃ abhiññāya, evaṃ rūpassa nissaraṇaṃ abhiññāya rūpassa nibbidā virāgā nirodhā anupādā vimuttā, te suvimuttā. Ye suvimuttā, te kevalino. Ye kevalino vaṭṭaṃ tesaṃ natthi paññāpanāya. «И все те отшельники и брахманы, монахи, которые, так напрямую познав форму, так напрямую познав происхождение формы, так напрямую познав прекращение формы, так напрямую познав путь, ведущий к прекращению формы; так напрямую познав удовольствие от формы, так напрямую познав опасность формы, так напрямую познав освобождение от формы, благодаря разочарованию в форме, угасанию влечения к нему и её прекращению освободились через нецепляние — они полностью освобождены. Те, кто полностью освобождён, являются совершенными. Для этих совершенных нет круговорота, чтобы описывать их». ‘‘Katamā ca, bhikkhave, vedanā? Chayime, bhikkhave, vedanākāyā – cakkhusamphassajā vedanā…pe… manosamphassajā vedanā. Ayaṃ vuccati, bhikkhave, vedanā. Phassasamudayā vedanāsamudayo; phassanirodhā vedanānirodho. Ayameva ariyo aṭṭhaṅgiko maggo vedanānirodhagāminī paṭipadā, seyyathidaṃ – sammādiṭṭhi…pe… sammāsamādhi. «И что такое, монахи, чувство? Есть эти шесть классов чувств: чувство, рождённое зрительным контактом… и так далее… чувство, рождённое ментальным контактом. Это, монахи, называется чувством. С возникновением контакта возникает чувство; с прекращением контакта прекращается чувство. Именно этот Благородный Восьмеричный Путь есть путь, ведущий к прекращению чувства, а именно: правильное воззрение… и так далее… правильное сосредоточение». ‘‘Yaṃ [Pg.52] vedanaṃ paṭicca uppajjati sukhaṃ somanassaṃ – ayaṃ vedanāya assādo. Yā vedanā aniccā dukkhā vipariṇāmadhammā – ayaṃ vedanāya ādīnavo. Yo vedanāya chandarāgavinayo chandarāgappahānaṃ – idaṃ vedanāya nissaraṇaṃ. «Удовольствие и радость, которые возникают в зависимости от чувства — это удовольствие от чувства. То, что чувство непостоянно, подвержено страданию и изменению — это опасность чувства. Устранение и оставление желания и страсти к чувству — это освобождение от чувства». ‘‘Ye hi, keci, bhikkhave, samaṇā vā brāhmaṇā vā evaṃ vedanaṃ abhiññāya, evaṃ vedanāsamudayaṃ abhiññāya, evaṃ vedanānirodhaṃ abhiññāya, evaṃ vedanānirodhagāminiṃ paṭipadaṃ abhiññāya; evaṃ vedanāya assādaṃ abhiññāya, evaṃ vedanāya ādīnavaṃ abhiññāya, evaṃ vedanāya nissaraṇaṃ abhiññāya vedanāya nibbidāya virāgāya nirodhāya paṭipannā, te suppaṭipannā. Ye suppaṭipannā, te imasmiṃ dhammavinaye gādhanti. «Все те отшельники и брахманы, монахи, которые, так напрямую познав чувство, так напрямую познав происхождение чувства, так напрямую познав прекращение чувства, так напрямую познав путь, ведущий к прекращению чувства; так напрямую познав удовольствие от чувства, так напрямую познав опасность чувства, так напрямую познав освобождение от чувства, практикуют ради разочарования в чувстве, ради угасания влечения к нему и его прекращения — они практикуют правильно. Те, кто практикует правильно, обретают опору в этом Учении и Дисциплине». ‘‘Ye ca kho keci, bhikkhave, samaṇā vā brāhmaṇā vā evaṃ vedanaṃ abhiññāya…pe… vaṭṭaṃ tesaṃ natthi paññāpanāya. «И все те отшельники и брахманы, монахи, которые, так напрямую познав чувство… и так далее… для этих совершенных нет круговорота, чтобы описывать их». ‘‘Katamā ca, bhikkhave, saññā? Chayime, bhikkhave, saññākāyā – rūpasaññā, saddasaññā, gandhasaññā, rasasaññā, phoṭṭhabbasaññā, dhammasaññā. Ayaṃ vuccati, bhikkhave, saññā. Phassasamudayā saññāsamudayo; phassanirodhā saññānirodho. Ayameva ariyo aṭṭhaṅgiko maggo saññānirodhagāminī paṭipadā, seyyathidaṃ – sammādiṭṭhi…pe… sammāsamādhi…pe… vaṭṭaṃ tesaṃ natthi paññāpanāya. «И что такое, монахи, восприятие? Есть эти шесть классов восприятия: восприятие форм, восприятие звуков, восприятие запахов, восприятие вкусов, восприятие тактильных объектов, восприятие ментальных феноменов. Это, монахи, называется восприятием. С возникновением контакта возникает восприятие; с прекращением контакта прекращается восприятие. Именно этот Благородный Восьмеричный Путь есть путь, ведущий к прекращению восприятия, а именно: правильное воззрение… и так далее… правильное сосредоточение… и так далее… для этих совершенных нет круговорота, чтобы описывать их». ‘‘Katame ca, bhikkhave, saṅkhārā? Chayime, bhikkhave, cetanākāyā – rūpasañcetanā, saddasañcetanā, gandhasañcetanā, rasasañcetanā, phoṭṭhabbasañcetanā, dhammasañcetanā. Ime vuccanti bhikkhave, saṅkhārā. Phassasamudayā saṅkhārasamudayo; phassanirodhā saṅkhāranirodho. Ayameva ariyo aṭṭhaṅgiko maggo saṅkhāranirodhagāminī paṭipadā, seyyathidaṃ – sammādiṭṭhi…pe… sammāsamādhi. «И что такое, монахи, волевые формирователи? Есть эти шесть видов волевого намерения: волевое намерение в отношении форм, волевое намерение в отношении звуков, волевое намерение в отношении запахов, волевое намерение в отношении вкусов, волевое намерение в отношении тактильных ощущений, волевое намерение в отношении ментальных объектов. Это, монахи, называется волевыми формирователями. С возникновением контакта происходит возникновение волевых формирователей; с прекращением контакта происходит прекращение волевых формирователей. Именно этот Благородный Восьмеричный Путь является путем, ведущим к прекращению волевых формирователей, а именно: правильное воззрение… и так далее… правильное сосредоточение». ‘‘Yaṃ saṅkhāre paṭicca uppajjati sukhaṃ somanassaṃ – ayaṃ saṅkhārānaṃ assādo. Ye saṅkhārā aniccā dukkhā vipariṇāmadhammā – ayaṃ saṅkhārānaṃ ādīnavo. Yo saṅkhāresu chandarāgavinayo chandarāgappahānaṃ – idaṃ saṅkhārānaṃ nissaraṇaṃ. «То удовольствие и радость, что возникают в зависимости от волевых формирователей — это удовольствие от волевых формирователей. То, что волевые формирователи непостоянны, подвержены страданию и изменчивы — это опасность волевых формирователей. Устранение и оставление желания и страсти к волевым формирователям — это освобождение от волевых формирователей». ‘‘Ye hi keci, bhikkhave, samaṇā vā brāhmaṇā vā evaṃ saṅkhāre abhiññāya, evaṃ saṅkhārasamudayaṃ abhiññāya, evaṃ saṅkhāranirodhaṃ abhiññāya, evaṃ saṅkhāranirodhagāminiṃ paṭipadaṃ abhiññāya…pe… saṅkhārānaṃ nibbidāya virāgāya nirodhāya [Pg.53] paṭipannā te suppaṭipannā. Ye suppaṭipannā, te imasmiṃ dhammavinaye gādhanti…pe… vaṭṭaṃ tesaṃ natthi paññāpanāya. «Все те отшельники или брахманы, монахи, которые, так непосредственно познав волевые формирователи, так непосредственно познав возникновение волевых формирователей, так непосредственно познав прекращение волевых формирователей, так непосредственно познав путь, ведущий к прекращению волевых формирователей… и так далее… практикуют ради разочарования в волевых формирователях, ради угасания страсти к ним и ради их прекращения — они практикуют верно. Те, кто практикует верно, обретают опору в этом Учении и Дисциплине… и так далее… нет круговорота для их описания». ‘‘Katamañca, bhikkhave, viññāṇaṃ? Chayime, bhikkhave, viññāṇakāyā – cakkhuviññāṇaṃ, sotaviññāṇaṃ, ghānaviññāṇaṃ, jivhāviññāṇaṃ, kāyaviññāṇaṃ, manoviññāṇaṃ. Idaṃ vuccati, bhikkhave, viññāṇaṃ. Nāmarūpasamudayā viññāṇasamudayo; nāmarūpanirodhā viññāṇanirodho. Ayameva ariyo aṭṭhaṅgiko maggo viññāṇanirodhagāminī paṭipadā, seyyathidaṃ – sammādiṭṭhi…pe… sammāsamādhi. «И что такое, монахи, сознание? Есть эти шесть видов сознания: сознание глаза, сознание уха, сознание носа, сознание языка, сознание тела, сознание ума. Это, монахи, называется сознанием. С возникновением имени-и-формы происходит возникновение сознания; с прекращением имени-и-формы происходит прекращение сознания. Именно этот Благородный Восьмеричный Путь является путем, ведущим к прекращению сознания, а именно: правильное воззрение… и так далее… правильное сосредоточение». ‘‘Yaṃ viññāṇaṃ paṭicca uppajjati sukhaṃ somanassaṃ – ayaṃ viññāṇassa assādo. Yaṃ viññāṇaṃ aniccaṃ dukkhaṃ vipariṇāmadhammaṃ – ayaṃ viññāṇassa ādīnavo. Yo viññāṇasmiṃ chandarāgavinayo chandarāgappahānaṃ – idaṃ viññāṇassa nissaraṇaṃ. «То удовольствие и радость, что возникают в зависимости от сознания — это удовольствие от сознания. То, что сознание непостоянно, подвержено страданию и изменчиво — это опасность сознания. Устранение и оставление желания и страсти к сознанию — это освобождение от сознания». ‘‘Ye hi keci, bhikkhave, samaṇā vā brāhmaṇā vā evaṃ viññāṇaṃ abhiññāya, evaṃ viññāṇasamudayaṃ abhiññāya, evaṃ viññāṇanirodhaṃ abhiññāya, evaṃ viññāṇanirodhagāminiṃ paṭipadaṃ abhiññāya; evaṃ viññāṇassa assādaṃ abhiññāya, evaṃ viññāṇassa ādīnavaṃ abhiññāya, evaṃ viññāṇassa nissaraṇaṃ abhiññāya viññāṇassa nibbidāya virāgāya nirodhāya paṭipannā, te suppaṭipannā. Ye suppaṭipannā, te imasmiṃ dhammavinaye gādhanti. «Все те отшельники или брахманы, монахи, которые, так непосредственно познав сознание, так непосредственно познав возникновение сознания, так непосредственно познав прекращение сознания, так непосредственно познав путь, ведущий к прекращению сознания; так непосредственно познав удовольствие от сознания, так непосредственно познав опасность сознания, так непосредственно познав освобождение от сознания, практикуют ради разочарования в сознании, ради угасания страсти к нему и ради его прекращения — они практикуют верно. Те, кто практикует верно, обретают опору в этом Учении и Дисциплине». ‘‘Ye ca kho keci, bhikkhave, samaṇā vā brāhmaṇā vā evaṃ viññāṇaṃ abhiññāya, evaṃ viññāṇasamudayaṃ abhiññāya, evaṃ viññāṇanirodhaṃ abhiññāya, evaṃ viññāṇanirodhagāminiṃ paṭipadaṃ abhiññāya; evaṃ viññāṇassa assādaṃ abhiññāya, evaṃ viññāṇassa ādīnavaṃ abhiññāya, evaṃ viññāṇassa nissaraṇaṃ abhiññāya viññāṇassa nibbidā virāgā nirodhā anupādā vimuttā, te suvimuttā. Ye suvimuttā, te kevalino. Ye kevalino vaṭṭaṃ tesaṃ natthi paññāpanāya. Evaṃ kho, bhikkhave, bhikkhu sattaṭṭhānakusalo hoti. «А те отшельники или брахманы, монахи, которые, так непосредственно познав сознание, так непосредственно познав возникновение сознания, так непосредственно познав прекращение сознания, так непосредственно познав путь, ведущий к прекращению сознания; так непосредственно познав удовольствие от сознания, так непосредственно познав опасность сознания, так непосредственно познав освобождение от сознания, благодаря разочарованию в сознании, угасанию страсти к нему и его прекращению освободились через нецепляние — они полностью освобождены. Те, кто полностью освобожден — совершенны. Для тех, кто совершенен, нет круговорота для их описания. Именно так, монахи, монах искусен в семи отношениях». ‘‘Kathañca, bhikkhave, bhikkhu tividhūpaparikkhī hoti? Idha, bhikkhave, bhikkhu dhātuso upaparikkhati, āyatanaso upaparikkhati, paṭiccasamuppādaso upaparikkhati[Pg.54]. Evaṃ kho, bhikkhave, bhikkhu tividhūpaparikkhī hoti. Sattaṭṭhānakusalo, bhikkhave, bhikkhu tividhūpaparikkhī, imasmiṃ dhammavinaye kevalī vusitavā ‘uttamapuriso’ti vuccatī’’ti. Pañcamaṃ. «И как, монахи, монах является тройным исследователем? Здесь, монахи, монах исследует с точки зрения элементов, исследует с точки зрения сфер чувств, исследует с точки зрения взаимозависимого возникновения. Именно так, монахи, монах является тройным исследователем. Монах, который искусен в семи отношениях и является тройным исследователем, в этом Учении и Дисциплине зовется совершенным, тем, кто полностью прожил святую жизнь, высшим человеком». Пятое. 6. Sammāsambuddhasuttaṃ 6. «Саммасамбуддха-сутта» 58. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Tathāgato, bhikkhave, arahaṃ sammāsambuddho rūpassa nibbidā virāgā nirodhā anupādā vimutto sammāsambuddhoti vuccati. Bhikkhupi, bhikkhave, paññāvimutto rūpassa nibbidā virāgā nirodhā anupādā vimutto paññāvimuttoti vuccati. 58. В Саваттхи. «Татхагата, монахи, арахант, Совершенно Пробужденный, освобожденный через нецепляние благодаря разочарованию в форме, угасанию страсти к ней и ее прекращению, зовется Совершенно Пробужденным. И монах, монахи, освобожденный мудростью, освобожденный через нецепляние благодаря разочарованию в форме, угасанию страсти к ней и ее прекращению, зовется освобожденным мудростью». ‘‘Tathāgato, bhikkhave, arahaṃ sammāsambuddho vedanāya nibbidā virāgā nirodhā anupādā vimutto sammāsambuddhoti vuccati. Bhikkhupi, bhikkhave, paññāvimutto vedanāya nibbidā…pe… paññāvimuttoti vuccati. «Татхагата, монахи, арахант, Совершенно Пробужденный, освобожденный через нецепляние благодаря разочарованию в чувстве, угасанию страсти к нему и его прекращению, зовется Совершенно Пробужденным. И монах, монахи, освобожденный мудростью, освобожденный через нецепляние благодаря разочарованию в чувстве… и так далее… зовется освобожденным мудростью». ‘‘Tathāgato, bhikkhave, arahaṃ sammāsambuddho saññāya… saṅkhārānaṃ… viññāṇassa nibbidā virāgā nirodhā anupādā vimutto sammāsambuddhoti vuccati. Bhikkhupi, bhikkhave, paññāvimutto viññāṇassa nibbidā virāgā nirodhā anupādā vimutto paññāvimuttoti vuccati. «Татхагата, монахи, арахант, Совершенно Пробужденный, освобожденный через нецепляние благодаря разочарованию в восприятии… в волевых формирователях… в сознании, угасанию страсти к нему и его прекращению, зовется Совершенно Пробужденным. И монах, монахи, освобожденный мудростью, освобожденный через нецепляние благодаря разочарованию в сознании, угасанию страсти к нему и его прекращению, зовется освобожденным мудростью». ‘‘Tatra kho, bhikkhave, ko viseso, ko adhippayāso, kiṃ nānākaraṇaṃ, tathāgatassa arahato sammāsambuddhassa paññāvimuttena bhikkhunā’’ti? ‘‘Bhagavaṃmūlakā no, bhante, dhammā bhagavaṃnettikā bhagavaṃpaṭisaraṇā. Sādhu vata, bhante, bhagavantaññeva paṭibhātu etassa bhāsitassa attho. Bhagavato sutvā bhikkhū dhāressantī’’ti. ‘‘Tena hi, bhikkhave, suṇātha, sādhukaṃ manasi karotha; bhāsissāmī’’ti. ‘‘Evaṃ, bhante’’ti kho te bhikkhū bhagavato paccassosuṃ. Bhagavā etadavoca – «В чем же тогда, монахи, различие, в чем своеобразие, в чем разница между Татхагатой, арахантом, Совершенно Пробужденным, и монахом, освобожденным мудростью?» «Уважаемый Господин, наши учения укоренены в Благословенном, направляются Благословенным, находят прибежище в Благословенном. Было бы хорошо, Уважаемый Господин, если бы сам Благословенный разъяснил значение этого изречения. Услышав это от Благословенного, монахи запомнят это». «В таком случае, монахи, слушайте и внимайте сосредоточенно, я буду говорить». «Да, Уважаемый Господин», — ответили те монахи Благословенному. Благословенный сказал следующее: ‘‘Tathāgato, bhikkhave, arahaṃ sammāsambuddho anuppannassa maggassa uppādetā, asañjātassa maggassa sañjanetā, anakkhātassa maggassa akkhātā maggaññū, maggavidū, maggakovido; maggānugā ca, bhikkhave, etarahi sāvakā viharanti pacchāsamannāgatā. Ayaṃ kho, bhikkhave, viseso, ayaṃ adhippayāso, idaṃ nānākaraṇaṃ tathāgatassa arahato sammāsambuddhassa paññāvimuttena bhikkhunā’’ti. Chaṭṭhaṃ. «Татхагата, монахи, арахант, Совершенно Пробужденный — это тот, кто порождает путь, который прежде не возникал; тот, кто производит путь, который прежде не был произведен; тот, кто провозглашает путь, который прежде не провозглашался. Он — знаток пути, первооткрыватель пути, искусный в пути. И его ученики теперь живут, следуя этому пути, обретая его впоследствии. В этом, монахи, различие, в этом своеобразие, в этом разница между Татхагатой, арахантом, Совершенно Пробужденным, и монахом, освобожденным мудростью». Шестое. 7. Anattalakkhaṇasuttaṃ 7. «Анатталаккхана-сутта» 59. Ekaṃ [Pg.55] samayaṃ bhagavā bārāṇasiyaṃ viharati isipatane migadāye. Tatra kho bhagavā pañcavaggiye bhikkhū āmantesi – ‘‘bhikkhavo’’ti. ‘‘Bhadante’’ti te bhikkhū bhagavato paccassosuṃ. Bhagavā etadavoca – 59. Одно время Благословенный пребывал в Варанаси, в Оленьем парке в Исипатане. Там Благословенный обратился к монахам группы пяти: «Монахи!» — «Уважаемый Господин!» — ответили те монахи Благословенному. Благословенный сказал следующее: ‘‘Rūpaṃ, bhikkhave, anattā. Rūpañca hidaṃ, bhikkhave, attā abhavissa, nayidaṃ rūpaṃ ābādhāya saṃvatteyya, labbhetha ca rūpe – ‘evaṃ me rūpaṃ hotu, evaṃ me rūpaṃ mā ahosī’ti. Yasmā ca kho, bhikkhave, rūpaṃ anattā, tasmā rūpaṃ ābādhāya saṃvattati, na ca labbhati rūpe – ‘evaṃ me rūpaṃ hotu, evaṃ me rūpaṃ mā ahosī’’’ti. «Форма, монахи, не является «я». Если бы, монахи, форма была «я», то эта форма не вела бы к страданию, и можно было бы пожелать в отношении формы: „Пусть моя форма будет такой, пусть моя форма не будет сякой“. Но поскольку, монахи, форма не является «я», то форма ведет к страданию, и невозможно пожелать в отношении формы: „Пусть моя форма будет такой, пусть моя форма не будет сякой“». ‘‘Vedanā anattā. Vedanā ca hidaṃ, bhikkhave, attā abhavissa, nayidaṃ vedanā ābādhāya saṃvatteyya, labbhetha ca vedanāya – ‘evaṃ me vedanā hotu, evaṃ me vedanā mā ahosī’ti. Yasmā ca kho, bhikkhave, vedanā anattā, tasmā vedanā ābādhāya saṃvattati, na ca labbhati vedanāya – ‘evaṃ me vedanā hotu, evaṃ me vedanā mā ahosī’’’ti. «Чувство не является «я». Если бы, монахи, чувство было «я», то это чувство не вело бы к страданию, и можно было бы пожелать в отношении чувства: „Пусть мое чувство будет таким, пусть мое чувство не будет сяким“. Но поскольку, монахи, чувство не является «я», то чувство ведет к страданию, и невозможно пожелать в отношении чувства: „Пусть мое чувство будет таким, пусть мое чувство не будет сяким“». ‘‘Saññā anattā…pe… saṅkhārā anattā. Saṅkhārā ca hidaṃ, bhikkhave, attā abhavissaṃsu, nayidaṃ saṅkhārā ābādhāya saṃvatteyyuṃ, labbhetha ca saṅkhāresu – ‘evaṃ me saṅkhārā hontu, evaṃ me saṅkhārā mā ahesu’nti. Yasmā ca kho, bhikkhave, saṅkhārā anattā, tasmā saṅkhārā ābādhāya saṃvattanti, na ca labbhati saṅkhāresu – ‘evaṃ me saṅkhārā hontu, evaṃ me saṅkhārā mā ahesu’’’nti. «Восприятие не является «я»… и так далее… Волевые формирователи не являются «я». Если бы, монахи, волевые формирователи были «я», то эти волевые формирователи не вели бы к страданию, и можно было бы пожелать в отношении волевых формирователей: „Пусть мои волевые формирователи будут такими, пусть мои волевые формирователи не будут сякими“. Но поскольку, монахи, волевые формирователи не являются «я», то волевые формирователи ведут к страданию, и невозможно пожелать в отношении волевых формирователей: „Пусть мои волевые формирователи будут такими, пусть мои волевые формирователи не будут сякими“». ‘‘Viññāṇaṃ anattā. Viññāṇañca hidaṃ, bhikkhave, attā abhavissa, nayidaṃ viññāṇaṃ ābādhāya saṃvatteyya, labbhetha ca viññāṇe – ‘evaṃ me viññāṇaṃ hotu, evaṃ me viññāṇaṃ mā ahosī’ti. Yasmā ca kho, bhikkhave, viññāṇaṃ anattā, tasmā viññāṇaṃ ābādhāya saṃvattati, na ca labbhati viññāṇe – ‘evaṃ me viññāṇaṃ hotu, evaṃ me viññāṇaṃ mā ahosī’’’ti. «Сознание не является «я». Если бы, монахи, сознание было «я», то это сознание не вело бы к страданию, и можно было бы пожелать в отношении сознания: „Пусть мое сознание будет таким, пусть мое сознание не будет сяким“. Но поскольку, монахи, сознание не является «я», то сознание ведет к страданию, и невозможно пожелать в отношении сознания: „Пусть мое сознание будет таким, пусть мое сознание не будет сяким“». ‘‘Taṃ kiṃ maññatha, bhikkhave, rūpaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ dukkhaṃ vā taṃ sukhaṃ vā’’ti? ‘‘Dukkhaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ dukkhaṃ vipariṇāmadhammaṃ, kallaṃ nu taṃ samanupassituṃ – ‘etaṃ mama, esohamasmi, eso me [Pg.56] attā’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Vedanā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ dukkhaṃ vā taṃ sukhaṃ vā’’ti? ‘‘Dukkhaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ dukkhaṃ vipariṇāmadhammaṃ, kallaṃ nu taṃ samanupassituṃ – ‘etaṃ mama, esohamasmi, eso me attā’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. «Как вы думаете, монахи, форма постоянна или непостоянна?» — «Непостоянна, Уважаемый Господин». — «А то, что непостоянно — является ли оно страданием или счастьем?» — «Страданием, Уважаемый Господин». — «А то, что непостоянно, подвержено страданию и изменчиво — приличествует ли рассматривать это так: „Это мое, это я, это мое «я»“?» — «Нет, Уважаемый Господин». — «Чувство… восприятие… волевые формирователи… сознание постоянны или непостоянны?» — «Непостоянны, Уважаемый Господин». — «А то, что непостоянно — является ли оно страданием или счастьем?» — «Страданием, Уважаемый Господин». — «А то, что непостоянно, подвержено страданию и изменчиво — приличествует ли рассматривать это так: „Это мое, это я, это мое «я»“?» — «Нет, Уважаемый Господин». ‘‘Tasmātiha, bhikkhave, yaṃ kiñci rūpaṃ atītānāgatapaccuppannaṃ ajjhattaṃ vā bahiddhā vā oḷārikaṃ vā sukhumaṃ vā hīnaṃ vā paṇītaṃ vā yaṃ dūre santike vā, sabbaṃ rūpaṃ – ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’ti evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya daṭṭhabbaṃ. Yā kāci vedanā atītānāgatapaccuppannā ajjhattā vā bahiddhā vā…pe… yā dūre santike vā, sabbā vedanā – ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’ti evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya daṭṭhabbaṃ. «Поэтому, монахи, любую форму, будь она прошлой, будущей или настоящей, внутренней или внешней, грубой или тонкой, низшей или высшей, далекой или близкой — всю форму следует видеть в соответствии с действительностью с помощью правильной мудрости так: „Это не мое, это не я, это не мое «я»“. Люкое чувство, будь оно прошлым, будущим или настоящим, внутренним или внешним… и так далее… далеким или близким — все чувство следует видеть в соответствии с действительностью с помощью правильной мудрости так: „Это не мое, это не я, это не мое «я»“». ‘‘Yā kāci saññā…pe… ye keci saṅkhārā atītānāgatapaccuppannā ajjhattaṃ vā bahiddhā vā…pe… ye dūre santike vā, sabbe saṅkhārā – ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’ti evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya daṭṭhabbaṃ. «Любое восприятие… и так далее… любые волевые формирователи, будь они прошлыми, будущими или настоящими, внутренними или внешними… и так далее… далекими или близкими — все волевые формирователи следует видеть в соответствии с действительностью с помощью правильной мудрости так: „Это не мое, это не я, это не мое «я»“». ‘‘Yaṃ kiñci viññāṇaṃ atītānāgatapaccuppannaṃ ajjhattaṃ vā bahiddhā vā oḷārikaṃ vā sukhumaṃ vā hīnaṃ vā paṇītaṃ vā yaṃ dūre santike vā, sabbaṃ viññāṇaṃ – ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’ti evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya daṭṭhabbaṃ. «Любое сознание, будь оно прошлым, будущим или настоящим, внутренним или внешним, грубым или тонким, низшим или высшим, далеким или близким — все сознание следует видеть в соответствии с действительностью с помощью правильной мудрости так: „Это не мое, это не я, это не мое «я»“». ‘‘Evaṃ passaṃ, bhikkhave, sutavā ariyasāvako rūpasmimpi nibbindati, vedanāyapi nibbindati, saññāyapi nibbindati, saṅkhāresupi nibbindati, viññāṇasmimpi nibbindati. Nibbindaṃ virajjati; virāgā vimuccati. Vimuttasmiṃ vimuttamiti ñāṇaṃ hoti. ‘Khīṇā jāti, vusitaṃ brahmacariyaṃ, kataṃ karaṇīyaṃ, nāparaṃ itthattāyā’ti pajānātī’’ti. «Видя так, монахи, обученный благородный ученик испытывает разочарование в форме, испытывает разочарование в чувстве, испытывает разочарование в восприятии, испытывает разочарование в волевых формирователях, испытывает разочарование в сознании. Испытывая разочарование, он становится бесстрастным. Благодаря бесстрастию он освобождается. Когда он освобожден, возникает знание: „Освобожден“. Он постигает: „Уничтожено рождение, святая жизнь прожита, сделано то, что должно было быть сделано, не осталось ничего для этого состояния бытия“». Idamavoca bhagavā. Attamanā pañcavaggiyā bhikkhū bhagavato bhāsitaṃ abhinanduṃ. «Это сказал Благословенный. Воодушевленные, монахи группы пяти порадовались словам Благословенного». Imasmiñca pana veyyākaraṇasmiṃ bhaññamāne pañcavaggiyānaṃ bhikkhūnaṃ anupādāya āsavehi cittāni vimucciṃsūti. Sattamaṃ. «И во время провозглашения этого разъяснения умы монахов группы пяти освободились от загрязнений через нецепляние. Седьмое». 8. Mahālisuttaṃ 8. «Махали-сутта» 60. Evaṃ [Pg.57] me sutaṃ – ekaṃ samayaṃ bhagavā vesāliyaṃ viharati mahāvane kūṭāgārasālāyaṃ. Atha kho mahāli licchavi yena bhagavā tenupasaṅkami …pe… ekamantaṃ nisinno kho mahāli licchavi bhagavantaṃ etadavoca – 60. Так я слышал. Однажды Благословенный пребывал в Весали, в Великом Лесу, в зале с островерхой крышей. Тогда личчхави Махали подошёл к Благословенному и, выразив почтение, сел рядом. Сидя рядом, личчхави Махали так обратился к Благословенному: ‘‘Pūraṇo, bhante, kassapo evamāha – ‘natthi hetu natthi paccayo sattānaṃ saṃkilesāya; ahetū appaccayā sattā saṃkilissanti. Natthi hetu natthi paccayo sattānaṃ visuddhiyā; ahetū appaccayā sattā visujjhantī’ti. Idha, bhagavā kimāhā’’ti? «Уважаемый господин, Пурана Кассапа утверждает так: „Нет ни причины, ни условия для загрязнения существ; существа загрязняются без причины и условия. Нет ни причины, ни условия для очищения существ; существа очищаются без причины и условия“. Что же, Благословенный, ты говоришь по этому поводу?» ‘‘Atthi, mahāli, hetu atthi paccayo sattānaṃ saṃkilesāya; sahetū sappaccayā sattā saṃkilissanti. Atthi, mahāli, hetu, atthi paccayo sattānaṃ visuddhiyā; sahetū sappaccayā sattā visujjhantī’’ti. «Махали, есть причина и есть условие для загрязнения существ; существа загрязняются по причине и условию. Махали, есть причина и есть условие для очищения существ; существа очищаются по причине и условию». ‘‘Katamo pana, bhante, hetu katamo paccayo sattānaṃ saṃkilesāya; kathaṃ sahetū sappaccayā sattā saṃkilissantī’’ti? «Но какова же, уважаемый господин, причина и каково условие для загрязнения существ? Каким образом существа загрязняются по причине и условию?» ‘‘Rūpañca hidaṃ, mahāli, ekantadukkhaṃ abhavissa dukkhānupatitaṃ dukkhāvakkantaṃ anavakkantaṃ sukhena, nayidaṃ sattā rūpasmiṃ sārajjeyyuṃ. Yasmā ca kho, mahāli, rūpaṃ sukhaṃ sukhānupatitaṃ sukhāvakkantaṃ anavakkantaṃ dukkhena, tasmā sattā rūpasmiṃ sārajjanti; sārāgā saṃyujjanti; saṃyogā saṃkilissanti. Ayaṃ kho, mahāli, hetu, ayaṃ paccayo sattānaṃ saṃkilesāya; evaṃ sahetū sappaccayā sattā saṃkilissanti. «Махали, если бы эта форма была исключительно страданием, сопряжена со страданием, погружена в страдание и не была бы сопряжена с удовольствием, то существа не испытывали бы к ней страсти. Но поскольку форма приносит удовольствие, сопряжена с удовольствием, погружена в удовольствие и не сопряжена исключительно со страданием, существа испытывают к ней страсть. Из-за страсти они привязываются к ней, а из-за привязанности они загрязняются. В этом, Махали, причина и в этом условие для загрязнения существ; именно так существа загрязняются по причине и условию. ‘‘Vedanā ca hidaṃ, mahāli, ekantadukkhā abhavissa dukkhānupatitā dukkhāvakkantā anavakkantā sukhena, nayidaṃ sattā vedanāya sārajjeyyuṃ. Yasmā ca kho, mahāli, vedanā sukhā sukhānupatitā sukhāvakkantā anavakkantā dukkhena, tasmā sattā vedanāya sārajjanti; sārāgā saṃyujjanti; saṃyogā saṃkilissanti. Ayampi kho, mahāli, hetu, ayaṃ paccayo sattānaṃ saṃkilesāya. Evampi sahetū sappaccayā sattā saṃkilissanti. Если бы это чувство, Махали, было исключительно страданием, сопряжено со страданием, погружено в страдание и не было бы сопряжено с удовольствием, то существа не испытывали бы к нему страсти. Но поскольку чувство приносит удовольствие, сопряжено с удовольствием, погружено в удовольствие и не сопряжено исключительно со страданием, существа испытывают к нему страсть. Из-за страсти они привязываются к нему, а из-за привязанности они загрязняются. В этом тоже, Махали, причина и в этом условие для загрязнения существ; именно так существа загрязняются по причине и условию. ‘‘Saññā ca hidaṃ, mahāli…pe… saṅkhārā ca hidaṃ, mahāli, ekantadukkhā abhavissaṃsu dukkhānupatitā dukkhāvakkantā anavakkantā sukhena, nayidaṃ sattā [Pg.58] saṅkhāresu sārajjeyyuṃ. Yasmā ca kho, mahāli, saṅkhārā sukhā sukhānupatitā sukhāvakkantā anavakkantā dukkhena, tasmā sattā saṅkhāresu sārajjanti; sārāgā saṃyujjanti; saṃyogā saṃkilissanti. Ayampi kho, mahāli, hetu, ayaṃ paccayo sattānaṃ saṃkilesāya. Evampi sahetū sappaccayā sattā saṃkilissanti. Если бы это восприятие, Махали... Если бы эти волевые формирователи, Махали, были исключительно страданием, сопряжены со страданием, погружены в страдание и не были бы сопряжены с удовольствием, то существа не испытывали бы к ним страсти. Но поскольку волевые формирователи приносят удовольствие, сопряжены с удовольствием, погружены в удовольствие и не сопряжены исключительно со страданием, существа испытывают к ним страсть. Из-за страсти они привязываются к ним, а из-за привязанности они загрязняются. В этом тоже, Махали, причина и в этом условие для загрязнения существ; именно так существа загрязняются по причине и условию. ‘‘Viññāṇañca hidaṃ, mahāli, ekantadukkhaṃ abhavissa dukkhānupatitaṃ dukkhāvakkantaṃ anavakkantaṃ sukhena, nayidaṃ sattā viññāṇasmiṃ sārajjeyyuṃ. Yasmā ca kho, mahāli, viññāṇaṃ sukhaṃ sukhānupatitaṃ sukhāvakkantaṃ anavakkantaṃ dukkhena, tasmā sattā viññāṇasmiṃ sārajjanti; sārāgā saṃyujjanti; saṃyogā saṃkilissanti. Ayampi kho, mahāli, hetu ayaṃ paccayo sattānaṃ saṃkilesāya. Evampi sahetū sappaccayā sattā saṃkilissantī’’ti. Если бы это сознание, Махали, было исключительно страданием, сопряжено со страданием, погружено в страдание и не было бы сопряжено с удовольствием, то существа не испытывали бы к нему страсти. Но поскольку сознание приносит удовольствие, сопряжено с удовольствием, погружено в удовольствие и не сопряжено исключительно со страданием, существа испытывают к нему страсть. Из-за страсти они привязываются к нему, а из-за привязанности они загрязняются. В этом тоже, Махали, причина и в этом условие для загрязнения существ; именно так существа загрязняются по причине и условию». ‘‘Katamo pana, bhante, hetu katamo paccayo sattānaṃ visuddhiyā; kathaṃ sahetū sappaccayā sattā visujjhantī’’ti? ‘‘Rūpañca hidaṃ, mahāli, ekantasukhaṃ abhavissa sukhānupatitaṃ sukhāvakkantaṃ anavakkantaṃ dukkhena, nayidaṃ sattā rūpasmiṃ nibbindeyyuṃ. Yasmā ca kho, mahāli, rūpaṃ dukkhaṃ dukkhānupatitaṃ dukkhāvakkantaṃ anavakkantaṃ sukhena, tasmā sattā rūpasmiṃ nibbindanti; nibbindaṃ virajjanti; virāgā visujjhanti. Ayaṃ kho, mahāli, hetu, ayaṃ paccayo, sattānaṃ visuddhiyā. Evaṃ sahetū sappaccayā sattā visujjhanti’’. «Но какова же, уважаемый господин, причина и каково условие для очищения существ? Каким образом существа очищаются по причине и условию?» «Махали, если бы эта форма была исключительно удовольствием, сопряжена с удовольствием, погружена в удовольствие и не была бы сопряжена со страданием, то существа не испытывали бы к ней разочарования. Но поскольку форма приносит страдание, сопряжена со страданием, погружена в страдание и не сопряжена исключительно с удовольствием, существа испытывают к ней разочарование. Испытывая разочарование, они становятся бесстрастными, а благодаря бесстрастию они очищаются. В этом, Махали, причина и в этом условие для очищения существ; именно так существа очищаются по причине и условию. ‘‘Vedanā ca hidaṃ, mahāli, ekantasukhā abhavissa…pe… saññā ca hidaṃ, mahāli…pe… saṅkhārā ca hidaṃ, mahāli, ekantasukhā abhavissaṃsu…pe… viññāṇañca hidaṃ, mahāli, ekantasukhaṃ abhavissa sukhānupatitaṃ sukhāvakkantaṃ anavakkantaṃ dukkhena, nayidaṃ sattā viññāṇasmiṃ nibbindeyyuṃ. Yasmā ca kho, mahāli, viññāṇaṃ dukkhaṃ dukkhānupatitaṃ dukkhāvakkantaṃ anavakkantaṃ sukhena, tasmā sattā viññāṇasmiṃ nibbindanti; nibbindaṃ virajjanti; virāgā visujjhanti. Ayaṃ kho, mahāli, hetu, ayaṃ paccayo, sattānaṃ visuddhiyā. Evampi sahetū sappaccayā sattā visujjhantī’’ti. Aṭṭhamaṃ. Если бы это чувство, Махали, было исключительно удовольствием... Если бы это восприятие, Махали... Если бы эти волевые формирователи, Махали, были исключительно удовольствием... Если бы это сознание, Махали, было исключительно удовольствием, сопряжено с удовольствием, погружено в удовольствие и не было бы сопряжено со страданием, то существа не испытывали бы к нему разочарования. Но поскольку сознание приносит страдание, сопряжено со страданием, погружено в страдание и не сопряжено исключительно с удовольствием, существа испытывают к нему разочарование. Испытывая разочарование, они становятся бесстрастными, а благодаря бесстрастию они очищаются. В этом тоже, Махали, причина и в этом условие для очищения существ; именно так существа очищаются по причине и условию». Восьмая. 9. Ādittasuttaṃ 9. Адитта-сутта (Горение) 61. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Rūpaṃ, bhikkhave, ādittaṃ, vedanā ādittā, saññā ādittā, saṅkhārā ādittā, viññāṇaṃ ādittaṃ. Evaṃ passaṃ, bhikkhave, sutavā ariyasāvako rūpasmimpi nibbindati, vedanāyapi… saññāyapi… saṅkhāresupi… viññāṇasmimpi [Pg.59] nibbindati. Nibbindaṃ virajjati; virāgā vimuccati. Vimuttasmiṃ vimuttamiti ñāṇaṃ hoti. ‘Khīṇā jāti, vusitaṃ brahmacariyaṃ, kataṃ karaṇīyaṃ, nāparaṃ itthattāyā’ti pajānātī’’ti. Navamaṃ. 61. В Саваттхи. «Бхиккху, форма горит, чувство горит, восприятие горит, волевые формирователи горят, сознание горит. Видя так, бхиккху, обученный благородный ученик испытывает разочарование в форме, разочарование в чувстве, разочарование в восприятии, разочарование в волевых формирователях, разочарование в сознании. Испытывая разочарование, он становится бесстрастным. Благодаря бесстрастию он освобождается. Когда он освобождается, приходит знание: „Освобождён“. Он постигает: „Рождение уничтожено, святая жизнь прожита, сделано то, что должно было быть сделано, не будет больше возвращения в это состояние бытия“». Девятая. 10. Niruttipathasuttaṃ 10. Нируттипатха-сутта (Пути языка) 62. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Tayome, bhikkhave, niruttipathā adhivacanapathā paññattipathā asaṅkiṇṇā asaṅkiṇṇapubbā, na saṅkīyanti, na saṅkīyissanti, appaṭikuṭṭhā samaṇehi brāhmaṇehi viññūhi. Katame tayo? Yaṃ, bhikkhave, rūpaṃ atītaṃ niruddhaṃ vipariṇataṃ ‘ahosī’ti tassa saṅkhā, ‘ahosī’ti tassa samaññā, ‘ahosī’ti tassa paññatti; na tassa saṅkhā ‘atthī’ti, na tassa saṅkhā ‘bhavissatī’’’ti. 62. В Саваттхи. «Бхиккху, есть эти три пути языка, пути обозначения, пути описания, которые не смешиваются, никогда не смешивались, не смешиваются сейчас и не будут смешиваться, и которые не отвергаются мудрыми отшельниками и брахманами. Какие три? Какая бы форма, бхиккху, ни прошла, ни прекратилась, ни изменилась — к ней применяется обозначение, название и описание „была“, но не применяется обозначение „есть“ или обозначение „будет“. ‘‘Yā vedanā atītā niruddhā vipariṇatā ‘ahosī’ti tassā saṅkhā, ‘ahosī’ti tassā samaññā, ‘ahosī’ti tassā paññatti; na tassā saṅkhā ‘atthī’ti, na tassā saṅkhā ‘bhavissatī’’’ti. Какое бы чувство ни прошло, ни прекратилось, ни изменилось — к нему применяется обозначение, название и описание „было“, но не применяется обозначение „есть“ или обозначение „будет“. ‘‘Yā saññā… ye saṅkhārā atītā niruddhā vipariṇatā ‘ahesu’nti tesaṃ saṅkhā, ‘ahesu’nti tesaṃ samaññā, ‘ahesu’nti tesaṃ paññatti; na tesaṃ saṅkhā ‘atthī’ti, na tesaṃ saṅkhā ‘bhavissantī’’’ti. Какое бы восприятие... Какие бы волевые формирователи ни прошли, ни прекратились, ни изменились — к ним применяется обозначение, название и описание „были“, но не применяется обозначение „есть“ или обозначение „будут“. ‘‘Yaṃ viññāṇaṃ atītaṃ niruddhaṃ vipariṇataṃ, ‘ahosī’ti tassa saṅkhā, ‘ahosī’ti tassa samaññā, ‘ahosī’ti tassa paññatti; na tassa saṅkhā ‘atthī’ti, na tassa saṅkhā ‘bhavissatī’’’ti. Какое бы сознание ни прошло, ни прекратилось, ни изменилось — к нему применяется обозначение, название и описание „было“, но не применяется обозначение „есть“ или обозначение „будет“. ‘‘Yaṃ, bhikkhave, rūpaṃ ajātaṃ apātubhūtaṃ, ‘bhavissatī’ti tassa saṅkhā, ‘bhavissatī’ti tassa samaññā, ‘bhavissatī’ti tassa paññatti; na tassa saṅkhā ‘atthī’ti, na tassa saṅkhā ‘ahosī’’’ti. Какая бы форма, бхиккху, ещё не родилась, ещё не проявилась — к ней применяется обозначение, название и описание „будет“, но не применяется обозначение „есть“ или обозначение „была“. ‘‘Yā vedanā ajātā apātubhūtā, ‘bhavissatī’ti tassā saṅkhā, ‘bhavissatī’ti tassā samaññā, ‘bhavissatī’ti tassā paññatti; na tassā saṅkhā ‘atthī’ti, na tassā saṅkhā ‘ahosī’’’ti. Какое бы чувство ещё не родилось, ещё не проявилось — к нему применяется обозначение, название и описание „будет“, но не применяется обозначение „есть“ или обозначение „было“. ‘‘Yā saññā… ye saṅkhārā ajātā apātubhūtā, ‘bhavissantī’ti tesaṃ saṅkhā, ‘bhavissantī’ti tesaṃ samaññā, ‘bhavissantī’ti tesaṃ paññatti; na tesaṃ saṅkhā ‘atthī’ti, na tesaṃ saṅkhā ‘ahesu’’’nti. Какое бы восприятие... Какие бы волевые формирователи ещё не родились, ещё не проявились — к ним применяется обозначение, название и описание „будут“, но не применяется обозначение „есть“ или обозначение „были“. ‘‘Yaṃ [Pg.60] viññāṇaṃ ajātaṃ apātubhūtaṃ, ‘bhavissatī’ti tassa saṅkhā, ‘bhavissatī’ti tassa samaññā, ‘bhavissatī’ti tassa paññatti; na tassa saṅkhā ‘atthī’ti, na tassa saṅkhā ‘ahosī’’’ti. Какое бы сознание ещё не родилось, ещё не проявилось — к нему применяется обозначение, название и описание „будет“, но не применяется обозначение „есть“ или обозначение „было“. ‘‘Yaṃ, bhikkhave, rūpaṃ jātaṃ pātubhūtaṃ, ‘atthī’ti tassa saṅkhā, ‘atthī’ti tassa samaññā, ‘atthī’ti tassa paññatti; na tassa saṅkhā ‘ahosī’ti, na tassa saṅkhā ‘bhavissatī’’’ti. Какая бы форма, бхиккху, ни родилась, ни проявилась — к ней применяется обозначение, название и описание „есть“, но не применяется обозначение „была“ или обозначение „будет“. ‘‘Yā vedanā jātā pātubhūtā, ‘atthī’ti tassā saṅkhā, ‘atthī’ti tassā samaññā, ‘atthī’ti tassā paññatti; na tassā saṅkhā ‘ahosī’ti, na tassā saṅkhā ‘bhavissatī’’’ti. Какое бы чувство ни родилось, ни проявилось — к нему применяется обозначение, название и описание „есть“, но не применяется обозначение „было“ или обозначение „будет“. ‘‘Yā saññā… ye saṅkhārā jātā pātubhūtā, ‘atthī’ti tesaṃ saṅkhā, ‘atthī’ti tesaṃ samaññā, ‘atthī’ti tesaṃ paññatti; na tesaṃ saṅkhā ‘ahesu’nti, na tesaṃ saṅkhā, ‘bhavissantī’’’ti. Какое бы восприятие... Какие бы волевые формирователи ни родились, ни проявились — к ним применяется обозначение, название и описание „есть“, но не применяется обозначение „были“ или обозначение „будут“. ‘‘Yaṃ viññāṇaṃ jātaṃ pātubhūtaṃ, ‘atthī’ti tassa saṅkhā, ‘atthī’ti tassa samaññā, ‘atthī’ti tassa paññatti; na tassa saṅkhā ‘ahosī’ti, na tassa saṅkhā ‘bhavissatī’’’ti. Какое бы сознание ни родилось, ни проявилось — к нему применяется обозначение, название и описание „есть“, но не применяется обозначение „было“ или обозначение „будет“. ‘‘Ime kho, bhikkhave, tayo niruttipathā adhivacanapathā paññattipathā asaṅkiṇṇā asaṅkiṇṇapubbā, na saṅkīyanti, na saṅkīyissanti, appaṭikuṭṭhā samaṇehi brāhmaṇehi viññūhi. Yepi te, bhikkhave, ahesuṃ ukkalā vassabhaññā ahetukavādā akiriyavādā natthikavādā, tepime tayo niruttipathe adhivacanapathe paññattipathe na garahitabbaṃ nappaṭikkositabbaṃ amaññiṃsu. Taṃ kissa hetu? Nindāghaṭṭanabyārosaupārambhabhayā’’ti. «Бхиккху, эти три пути языка, пути обозначения, пути описания не смешиваются, никогда не смешивались, не смешиваются сейчас и не будут смешиваться, и они не отвергаются мудрыми отшельниками и брахманами. Бхиккху, даже Васса и Бання из Уккалы, сторонники беспричинности, недейственности действия и нигилизма, не считали, что эти три пути языка, пути обозначения, пути описания заслуживают порицания или отвержения. По какой причине? Из страха перед осуждением, нападками, обвинениями и упрёками». Upayavaggo chaṭṭho. Шестая глава — Упая. Tassuddānaṃ – Оглавление этой главы: Upayo bījaṃ udānaṃ, upādānaparivattaṃ; Sattaṭṭhānañca sambuddho, pañcamahāli ādittā.Vaggo niruttipathena cāti. «Упая», «Биджа», «Удана», «Упадана-париватта», «Саттаттхана», «Самбуддха», «Панча» (Анатталаккхана), «Махали», «Адитта» вместе с суттой «Нируттипатха» составляют эту главу. 7. Arahantavaggo 7. Глава об Арахантах 1. Upādiyamānasuttaṃ 1. Упадиямана-сутта (В цеплянии) 63. Evaṃ [Pg.61] me sutaṃ – ekaṃ samayaṃ bhagavā sāvatthiyaṃ viharati jetavane anāthapiṇḍikassa ārāme. Atha kho aññataro bhikkhu yena bhagavā tenupasaṅkami; upasaṅkamitvā bhagavantaṃ abhivādetvā ekamantaṃ nisīdi. Ekamantaṃ nisinno kho so bhikkhu bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘sādhu me, bhante, bhagavā saṃkhittena dhammaṃ desetu yamahaṃ bhagavato dhammaṃ sutvā eko vūpakaṭṭho appamatto ātāpī pahitatto vihareyya’’nti. ‘‘Upādiyamāno kho, bhikkhu, baddho mārassa; anupādiyamāno mutto pāpimato’’ti. ‘‘Aññātaṃ bhagavā, aññātaṃ sugatā’’ti. 63. Так я слышал. Однажды Благословенный пребывал в Саваттхи, в роще Джеты, в монастыре Анатхапиндики. Тогда некий бхиккху подошёл к Благословенному, поклонился ему и сел рядом. Сидя рядом, этот бхиккху так обратился к Благословенному: «Уважаемый господин, было бы хорошо, если бы Благословенный кратко изложил мне Дхамму, чтобы, услышав Дхамму от Благословенного, я мог пребывать в уединении, удалившись от мира, прилежный, ревностный и решительный». «Бхиккху, цепляясь [за совокупности], человек связывается Марой; не цепляясь, он освобождается от Злодея». «Понял, Благословенный! Понял, Счастливый!» ‘‘Yathā kathaṃ pana tvaṃ, bhikkhu, mayā saṃkhittena bhāsitassa vitthārena atthaṃ ājānāsī’’ti? ‘‘Rūpaṃ kho, bhante, upādiyamāno baddho mārassa; anupādiyamāno mutto pāpimato. Vedanaṃ upādiyamāno baddho mārassa; anupādiyamāno mutto pāpimato. Saññaṃ… saṅkhāre … viññāṇaṃ upādiyamāno baddho mārassa; anupādiyamāno mutto pāpimato. Imassa khvāhaṃ, bhante, bhagavatā saṃkhittena bhāsitassa evaṃ vitthārena atthaṃ ājānāmī’’ti. «И каким же образом, бхиккху, ты понимаешь подробно смысл того, что было сказано мною кратко?» «Уважаемый господин, цепляясь за форму, человек связывается Марой; не цепляясь за неё, он освобождается от Злодея. Цепляясь за чувство... за восприятие... за волевые формирователи... за сознание, человек связывается Марой; не цепляясь за него, он освобождается от Злодея. Вот как, уважаемый господин, я подробно понимаю смысл того, что было сказано Благословенным кратко». ‘‘Sādhu sādhu, bhikkhu! Sādhu kho tvaṃ, bhikkhu, mayā saṃkhittena bhāsitassa vitthārena atthaṃ ājānāsi. Rūpaṃ kho, bhikkhu, upādiyamāno baddho mārassa; anupādiyamāno mutto pāpimato. Vedanaṃ… saññaṃ… saṅkhāre… viññāṇaṃ upādiyamāno baddho mārassa; anupādiyamāno mutto pāpimato. Imassa kho, bhikkhu, mayā saṃkhittena bhāsitassa evaṃ vitthārena attho daṭṭhabbo’’ti. «Прекрасно, прекрасно, бхиккху! Хорошо, бхиккху, что ты подробно понимаешь смысл того, что было сказано мною кратко. Бхиккху, цепляясь за форму, человек связан Марой; не цепляясь [за неё], он освобождается от Злодея. Цепляясь за чувство… восприятие… волевые формации… сознание, он связан Марой; не цепляясь [за них], он освобождается от Злодея. Именно так, бхиккху, следует подробно понимать смысл того, что было сказано мною кратко». Atha kho so bhikkhu bhagavato bhāsitaṃ abhinanditvā anumoditvā uṭṭhāyāsanā bhagavantaṃ abhivādetvā padakkhiṇaṃ katvā pakkāmi. Atha kho so bhikkhu eko vūpakaṭṭho appamatto ātāpī pahitatto viharanto nacirasseva – yassatthāya kulaputtā sammadeva agārasmā anagāriyaṃ pabbajanti tadanuttaraṃ – brahmacariyapariyosānaṃ diṭṭheva dhamme sayaṃ abhiññā sacchikatvā upasampajja viharati. ‘‘Khīṇā jāti, vusitaṃ brahmacariyaṃ, kataṃ [Pg.62] karaṇīyaṃ, nāparaṃ itthattāyā’’ti abbhaññāsi. Aññataro ca pana so bhikkhu arahataṃ ahosīti. Paṭhamaṃ. Тогда тот бхиккху, восхитившись словами Благословенного и порадовавшись им, поднялся со своего сиденья, поклонился Благословенному и, обойдя его по правую сторону, удалился. И вскоре тот бхиккху, пребывая в уединении, будучи прилежным, ревностным и решительным, в этой самой жизни сам благодаря прямому знанию постиг, вошёл и пребывал в том непревзойдённом завершении святой жизни, ради которого юноши из хороших семей должным образом уходят из дома в бездомность. Он непосредственно познал: «Рождение уничтожено, святая жизнь прожита, сделано то, что должно было быть сделано, не будет больше возвращения в это состояние». И тот бхиккху стал одним из арахантов. Первая [сутта]. 2. Maññamānasuttaṃ 2. Манньямана-сутта 64. Sāvatthinidānaṃ. Atha kho aññataro bhikkhu…pe… ekamantaṃ nisinno kho so bhikkhu bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘sādhu me, bhante, bhagavā saṃkhittena dhammaṃ desetu…pe… ātāpī pahitatto vihareyya’’nti. ‘‘Maññamāno kho, bhikkhu, baddho mārassa; amaññamāno mutto pāpimato’’ti. ‘‘Aññātaṃ bhagavā, aññātaṃ sugatā’’ti. 64. В Саваттхи. Тогда один бхиккху… [и т. д.]… сев рядом, обратился к Благословенному: «О господин, было бы хорошо, если бы Благословенный кратко преподал мне Дхамму, чтобы… [я мог пребывать в уединении, будучи прилежным, ревностным] …и решительным». — «Бхиккху, измышляя, человек связан Марой; не измышляя, он освобождается от Злодея». — «Понял, Благословенный! Понял, Счастливый!» ‘‘Yathā kathaṃ pana tvaṃ, bhikkhu, mayā saṃkhittena bhāsitassa vitthārena atthaṃ ājānāsī’’ti? ‘‘Rūpaṃ kho, bhante, maññamāno baddho mārassa; amaññamāno mutto pāpimato. Vedanaṃ… saññaṃ… saṅkhāre… viññāṇaṃ maññamāno baddho mārassa; amaññamāno mutto pāpimato. Imassa khvāhaṃ, bhante, bhagavatā saṃkhittena bhāsitassa evaṃ vitthārena atthaṃ ājānāmī’’ti. «И как же ты, бхиккху, подробно понимаешь смысл того, что было сказано мною кратко?» — «О господин, измышляя форму, человек связан Марой; не измышляя её, он освобождается от Злодея. Измышляя чувство… восприятие… волевые формации… сознание, он связан Марой; не измышляя их, он освобождается от Злодея. Вот как, господин, я подробно понимаю смысл того, что было кратко сказано Благословенным». ‘‘Sādhu sādhu, bhikkhu! Sādhu kho tvaṃ, bhikkhu, mayā saṃkhittena bhāsitassa vitthārena atthaṃ ājānāsi. Rūpaṃ kho, bhikkhu, maññamāno baddho mārassa; amaññamāno mutto pāpimato. Vedanaṃ… saññaṃ… saṅkhāre… viññāṇaṃ maññamāno baddho mārassa; amaññamāno mutto pāpimato. Imassa kho, bhikkhu, mayā saṃkhittena bhāsitassa evaṃ vitthārena attho daṭṭhabbo’’ti…pe… aññataro ca pana so bhikkhu arahataṃ ahosīti. Dutiyaṃ. «Прекрасно, прекрасно, бхиккху! Хорошо, бхиккху, что ты подробно понимаешь смысл того, что было сказано мною кратко. Бхиккху, измышляя форму, человек связан Марой; не измышляя её, он освобождается от Злодея. Измышляя чувство… восприятие… волевые формации… сознание, он связан Марой; не измышляя их, он освобождается от Злодея. Именно так, бхиккху, следует подробно понимать смысл того, что было сказано мною кратко»… [и т. д.]… И тот бхиккху стал одним из арахантов. Вторая [сутта]. 3. Abhinandamānasuttaṃ 3. Абхинандамана-сутта 65. Sāvatthinidānaṃ. Atha kho aññataro bhikkhu…pe… ekamantaṃ nisinno kho so bhikkhu bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘sādhu me, bhante, bhagavā saṃkhittena…pe… pahitatto vihareyya’’nti. ‘‘Abhinandamāno kho, bhikkhu, baddho mārassa; anabhinandamāno mutto pāpimato’’ti. ‘‘Aññātaṃ bhagavā, aññātaṃ sugatā’’ti. 65. В Саваттхи. Тогда один бхиккху… [и т. д.]… сев рядом, обратился к Благословенному: «О господин, было бы хорошо, если бы Благословенный кратко… [преподал мне Дхамму, чтобы я мог пребывать в уединении, будучи прилежным, ревностным] …и решительным». — «Бхиккху, наслаждаясь, человек связан Марой; не наслаждаясь, он освобождается от Злодея». — «Понял, Благословенный! Понял, Счастливый!» ‘‘Yathā [Pg.63] kathaṃ pana tvaṃ, bhikkhu, mayā saṃkhittena bhāsitassa vitthārena atthaṃ ājānāsī’’ti? ‘‘Rūpaṃ kho, bhante, abhinandamāno baddho mārassa; anabhinandamāno mutto pāpimato. Vedanaṃ… saññaṃ… saṅkhāre… viññāṇaṃ abhinandamāno baddho mārassa; anabhinandamāno mutto pāpimato. Imassa khvāhaṃ, bhante, bhagavatā saṃkhittena bhāsitassa evaṃ vitthārena atthaṃ ājānāmī’’ti. «И как же ты, бхиккху, подробно понимаешь смысл того, что было сказано мною кратко?» — «О господин, наслаждаясь формой, человек связан Марой; не наслаждаясь ею, он освобождается от Злодея. Наслаждаясь чувством… восприятием… волевыми формациями… сознанием, он связан Марой; не наслаждаясь ими, он освобождается от Злодея. Вот как, господин, я подробно понимаю смысл того, что было кратко сказано Благословенным». ‘‘Sādhu sādhu, bhikkhu! Sādhu kho tvaṃ, bhikkhu, mayā saṃkhittena bhāsitassa vitthārena atthaṃ ājānāsi. Rūpaṃ kho, bhikkhu, abhinandamāno baddho mārassa; anabhinandamāno mutto pāpimato. Vedanaṃ… saññaṃ… saṅkhāre … viññāṇaṃ abhinandamāno baddho mārassa; anabhinandamāno mutto pāpimato. Imassa kho, bhikkhu, mayā saṃkhittena bhāsitassa evaṃ vitthārena attho daṭṭhabbo’’ti…pe… aññataro ca pana so bhikkhu arahataṃ ahosīti. Tatiyaṃ. «Прекрасно, прекрасно, бхиккху! Хорошо, бхиккху, что ты подробно понимаешь смысл того, что было сказано мною кратко. Бхиккху, наслаждаясь формой, человек связан Марой; не наслаждаясь ею, он освобождается от Злодея. Наслаждаясь чувством… восприятием… волевыми формациями… сознанием, он связан Марой; не наслаждаясь ими, он освобождается от Злодея. Именно так, бхиккху, следует подробно понимать смысл того, что было сказано мною кратко»… [и т. д.]… И тот бхиккху стал одним из арахантов. Третья [сутта]. 4. Aniccasuttaṃ 4. Аничча-сутта 66. Sāvatthinidānaṃ. Atha kho aññataro bhikkhu…pe… ekamantaṃ nisinno kho so bhikkhu bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘sādhu me, bhante, bhagavā saṃkhittena dhammaṃ desetu…pe… ātāpī pahitatto vihareyya’’nti. ‘‘Yaṃ kho, bhikkhu, aniccaṃ; tatra te chando pahātabbo’’ti. ‘‘Aññātaṃ bhagavā; aññātaṃ sugatā’’ti. 66. В Саваттхи. Тогда один бхиккху… [и т. д.]… сев рядом, обратился к Благословенному: «О господин, было бы хорошо, если бы Благословенный кратко преподал мне Дхамму, чтобы… [я мог пребывать в уединении, будучи прилежным, ревностным] …и решительным». — «Бхиккху, к тому, что непостоянно, тебе следует отбросить желание». — «Понял, Благословенный! Понял, Счастливый!» ‘‘Yathā kathaṃ pana tvaṃ, bhikkhu, mayā saṃkhittena bhāsitassa vitthārena atthaṃ ājānāsī’’ti? ‘‘Rūpaṃ kho, bhante, aniccaṃ; tatra me chando pahātabbo. Vedanā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ aniccaṃ; tatra me chando pahātabbo. Imassa khvāhaṃ, bhante, bhagavatā saṃkhittena bhāsitassa evaṃ vitthārena atthaṃ ājānāmī’’ti. «И как же ты, бхиккху, подробно понимаешь смысл того, что было сказано мною кратко?» — «О господин, форма непостоянна; к ней мне следует отбросить желание. Чувство… восприятие… волевые формации… сознание непостоянны; к ним мне следует отбросить желание. Вот как, господин, я подробно понимаю смысл того, что было кратко сказано Благословенным». ‘‘Sādhu sādhu, bhikkhu! Sādhu kho tvaṃ, bhikkhu, mayā saṃkhittena bhāsitassa vitthārena atthaṃ ājānāsi. Rūpaṃ kho, bhikkhu, aniccaṃ; tatra te chando pahātabbo. Vedanā aniccā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ aniccaṃ; tatra kho te chando pahātabbo. Imassa kho, bhikkhu, mayā saṃkhittena bhāsitassa evaṃ vitthārena attho daṭṭhabbo’’ti…pe… aññataro ca pana so bhikkhu arahataṃ ahosīti. Catutthaṃ. «Прекрасно, прекрасно, бхиккху! Хорошо, бхиккху, что ты подробно понимаешь смысл того, что было сказано мною кратко. Бхиккху, форма непостоянна; к ней тебе следует отбросить желание. Чувство непостоянно… восприятие… волевые формации… сознание непостоянны; к ним тебе следует отбросить желание. Именно так, бхиккху, следует подробно понимать смысл того, что было сказано мною кратко»… [и т. д.]… И тот бхиккху стал одним из арахантов. Четвёртая [сутта]. 5. Dukkhasuttaṃ 5. Дуккха-сутта 67. Sāvatthinidānaṃ[Pg.64]. Atha kho aññataro bhikkhu…pe… ekamantaṃ nisinno kho so bhikkhu bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘sādhu me, bhante, bhagavā saṃkhittena dhammaṃ desetu…pe… ātāpī pahitatto vihareyya’’nti. ‘‘Yaṃ kho, bhikkhu, dukkhaṃ; tatra te chando pahātabbo’’ti. ‘‘Aññātaṃ bhagavā; aññātaṃ sugatā’’ti. 67. В Саваттхи. Тогда один бхиккху… [и т. д.]… сев рядом, обратился к Благословенному: «О господин, было бы хорошо, если бы Благословенный кратко преподал мне Дхамму, чтобы… [я мог пребывать в уединении, будучи прилежным, ревностным] …и решительным». — «Бхиккху, к тому, что является страданием, тебе следует отбросить желание». — «Понял, Благословенный! Понял, Счастливый!» ‘‘Yathā kathaṃ pana tvaṃ, bhikkhu, mayā saṃkhittena bhāsitassa vitthārena atthaṃ ājānāsī’’ti? ‘‘Rūpaṃ kho, bhante, dukkhaṃ; tatra me chando pahātabbo. Vedanā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ dukkhaṃ; tatra me chando pahātabbo. Imassa khvāhaṃ, bhante, bhagavatā saṃkhittena bhāsitassa evaṃ vitthārena atthaṃ ājānāmī’’ti. «И как же ты, бхиккху, подробно понимаешь смысл того, что было сказано мною кратко?» — «О господин, форма — это страдание; к ней мне следует отбросить желание. Чувство… восприятие… волевые формации… сознание — это страдание; к ним мне следует отбросить желание. Вот как, господин, я подробно понимаю смысл того, что было кратко сказано Благословенным». ‘‘Sādhu sādhu, bhikkhu! Sādhu kho tvaṃ, bhikkhu, mayā saṃkhittena bhāsitassa vitthārena atthaṃ ājānāsi. Rūpaṃ kho bhikkhu, dukkhaṃ; tatra te chando pahātabbo. Vedanā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ dukkhaṃ; tatra te chando pahātabbo. Imassa kho, bhikkhu, mayā saṃkhittena bhāsitassa evaṃ vitthārena attho daṭṭhabbo’’ti…pe… aññataro ca pana so bhikkhu arahataṃ ahosīti. Pañcamaṃ. «Прекрасно, прекрасно, бхиккху! Хорошо, бхиккху, что ты подробно понимаешь смысл того, что было сказано мною кратко. Бхиккху, форма — это страдание; к ней тебе следует отбросить желание. Чувство… восприятие… волевые формации… сознание — это страдание; к ним тебе следует отбросить желание. Именно так, бхиккху, следует подробно понимать смысл того, что было сказано мною кратко»… [и т. д.]… И тот бхиккху стал одним из арахантов. Пятая [сутта]. 6. Anattasuttaṃ 6. Анатта-сутта 68. Sāvatthinidānaṃ. Atha kho aññataro bhikkhu…pe… ekamantaṃ nisinno kho so bhikkhu bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘sādhu me, bhante, bhagavā saṃkhittena dhammaṃ desetu…pe… ātāpī pahitatto vihareyya’’nti. ‘‘Yo kho, bhikkhu, anattā; tatra te chando pahātabbo’’ti. ‘‘Aññātaṃ, bhagavā; aññātaṃ, sugatā’’ti. 68. В Саваттхи. Тогда один бхиккху… [и т. д.]… сев рядом, обратился к Благословенному: «О господин, было бы хорошо, если бы Благословенный кратко преподал мне Дхамму, чтобы… [я мог пребывать в уединении, будучи прилежным, ревностным] …и решительным». — «Бхиккху, к тому, что не является «я», тебе следует отбросить желание». — «Понял, Благословенный! Понял, Счастливый!» ‘‘Yathā kathaṃ pana tvaṃ, bhikkhu, mayā saṃkhittena bhāsitassa vitthārena atthaṃ ājānāsī’’ti? ‘‘Rūpaṃ kho, bhante, anattā; tatra me chando pahātabbo. Vedanā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ anattā; tatra me chando pahātabbo. Imassa khvāhaṃ, bhante, bhagavatā saṃkhittena bhāsitassa evaṃ vitthārena atthaṃ ājānāmī’’ti. «И как же ты, бхиккху, подробно понимаешь смысл того, что было сказано мною кратко?» — «О господин, форма не является «я»; к ней мне следует отбросить желание. Чувство… восприятие… волевые формации… сознание не являются «я»; к ним мне следует отбросить желание. Вот как, господин, я подробно понимаю смысл того, что было кратко сказано Благословенным». ‘‘Sādhu sādhu, bhikkhu! Sādhu kho tvaṃ, bhikkhu, mayā saṃkhittena bhāsitassa vitthārena atthaṃ ājānāsi. Rūpaṃ kho, bhikkhu, anattā; tatra te chando pahātabbo[Pg.65]. Vedanā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ anattā; tatra te chando pahātabbo. Imassa kho, bhikkhu, mayā saṃkhittena bhāsitassa evaṃ vitthārena attho daṭṭhabbo’’ti…pe… aññataro ca pana so bhikkhu arahataṃ ahosīti. Chaṭṭhaṃ. «Прекрасно, прекрасно, бхиккху! Хорошо, бхиккху, что ты подробно понимаешь смысл того, что было сказано мною кратко. Бхиккху, форма не является «я»; к ней тебе следует отбросить желание. Чувство… восприятие… волевые формации… сознание не являются «я»; к ним тебе следует отбросить желание. Именно так, бхиккху, следует подробно понимать смысл того, что было сказано мною кратко»… [и т. д.]… И тот бхиккху стал одним из арахантов. Шестая [сутта]. 7. Anattaniyasuttaṃ 7. Анаттания-сутта 69. Sāvatthinidānaṃ. Atha kho aññataro bhikkhu…pe… ekamantaṃ nisinno kho so bhikkhu bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘sādhu me, bhante, bhagavā saṃkhittena dhammaṃ desetu…pe… vihareyya’’nti. ‘‘Yaṃ kho, bhikkhu, anattaniyaṃ; tatra te chando pahātabbo’’ti. ‘‘Aññātaṃ, bhagavā; aññātaṃ, sugatā’’ti. 69. В Саваттхи. Тогда один бхиккху… [и т. д.]… сев рядом, обратился к Благословенному: «О господин, было бы хорошо, если бы Благословенный кратко преподал мне Дхамму, чтобы… [я мог пребывать в уединении, будучи прилежным, ревностным] …и решительным». — «Бхиккху, к тому, что не принадлежит «я», тебе следует отбросить желание». — «Понял, Благословенный! Понял, Счастливый!» ‘‘Yathā kathaṃ pana tvaṃ, bhikkhu, mayā saṃkhittena bhāsitassa vitthārena atthaṃ ājānāsī’’ti? ‘‘Rūpaṃ kho, bhante, anattaniyaṃ; tatra me chando pahātabbo. Vedanā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ anattaniyaṃ; tatra me chando pahātabbo. Imassa khvāhaṃ, bhante, bhagavatā saṃkhittena bhāsitassa evaṃ vitthārena atthaṃ ājānāmī’’ti. «И как же ты, бхиккху, подробно понимаешь смысл того, что было сказано мною кратко?» — «О господин, форма не принадлежит «я»; к ней мне следует отбросить желание. Чувство… восприятие… волевые формации… сознание не принадлежат «я»; к ним мне следует отбросить желание. Вот как, господин, я подробно понимаю смысл того, что было кратко сказано Благословенным». ‘‘Sādhu sādhu, bhikkhu! Sādhu kho tvaṃ, bhikkhu, mayā saṃkhittena bhāsitassa vitthārena atthaṃ ājānāsi. Rūpaṃ kho, bhikkhu, anattaniyaṃ; tatra te chando pahātabbo. Vedanā … saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ anattaniyaṃ; tatra te chando pahātabbo. Imassa kho, bhikkhu, mayā saṃkhittena bhāsitassa evaṃ vitthārena attho daṭṭhabbo’’ti…pe… aññataro ca pana so bhikkhu arahataṃ ahosīti. Sattamaṃ. «Прекрасно, прекрасно, бхиккху! Хорошо, бхиккху, что ты подробно понимаешь смысл того, что было сказано мною кратко. Бхиккху, форма не принадлежит «я»; к ней тебе следует отбросить желание. Чувство… восприятие… волевые формации… сознание не принадлежат «я»; к ним тебе следует отбросить желание. Именно так, бхиккху, следует подробно понимать смысл того, что было сказано мною кратко»… [и т. д.]… И тот бхиккху стал одним из арахантов. Седьмая [сутта]. 8. Rajanīyasaṇṭhitasuttaṃ 8. Раджаниясантхита-сутта 70. Sāvatthinidānaṃ. Atha kho aññataro bhikkhu…pe… ekamantaṃ nisinno kho so bhikkhu bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘sādhu me, bhante, bhagavā saṃkhittena dhammaṃ desetu, yamahaṃ bhagavato dhammaṃ sutvā…pe… vihareyya’’nti. ‘‘Yaṃ kho, bhikkhu, rajanīyasaṇṭhitaṃ; tatra te chando pahātabbo’’ti. ‘‘Aññātaṃ, bhagavā; aññātaṃ, sugatā’’ti. 70. В Саваттхи. Тогда один бхиккху… [и т. д.]… сев рядом, обратился к Благословенному: «О господин, было бы хорошо, если бы Благословенный кратко преподал мне Дхамму, чтобы, услышав Дхамму от Благословенного… [я мог пребывать в уединении, будучи прилежным, ревностным] …и решительным». — «Бхиккху, к тому, что вызывает страсть, тебе следует отбросить желание». — «Понял, Благословенный! Понял, Счастливый!» ‘‘Yathā kathaṃ pana tvaṃ, bhikkhu, mayā saṃkhittena bhāsitassa vitthārena atthaṃ ājānāsī’’ti? ‘‘Rūpaṃ kho, bhante, rajanīyasaṇṭhitaṃ; tatra me chando pahātabbo. Vedanā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ rajanīyasaṇṭhitaṃ; tatra me chando pahātabbo. Imassa khvāhaṃ, bhante, bhagavatā saṃkhittena bhāsitassa evaṃ vitthārena atthaṃ ājānāmī’’ti. «И как же ты, бхиккху, подробно понимаешь смысл того, что было сказано мною кратко?» — «О господин, форма вызывает страсть; к ней мне следует отбросить желание. Чувство… восприятие… волевые формации… сознание вызывают страсть; к ним мне следует отбросить желание. Вот как, господин, я подробно понимаю смысл того, что было кратко сказано Благословенным». ‘‘Sādhu [Pg.66] sādhu bhikkhu! Sādhu kho tvaṃ, bhikkhu, mayā saṃkhittena bhāsitassa vitthārena atthaṃ ājānāsi. Rūpaṃ kho, bhikkhu, rajanīyasaṇṭhitaṃ; tatra te chando pahātabbo. Vedanā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ rajanīyasaṇṭhitaṃ; tatra te chando pahātabbo. Imassa kho, bhikkhu, mayā saṃkhittena bhāsitassa evaṃ vitthārena attho daṭṭhabbo’’ti…pe… aññataro ca pana so bhikkhu arahataṃ ahosīti. Aṭṭhamaṃ. «Хорошо, хорошо, бхиккху! Хорошо же ты, бхиккху, понимаешь подробный смысл того, что было сказано мною кратко. Форма, бхиккху, вызывает вожделение; к ней тебе следует оставить желание. Чувство... восприятие... волевые формации... сознание вызывает вожделение; к нему тебе следует оставить желание. Вот так, бхиккху, следует понимать подробный смысл того, что было сказано мною кратко»... и т. д. И тот бхиккху стал одним из арахантов. Восьмая. 9. Rādhasuttaṃ 9. Радха-сутта 71. Sāvatthinidānaṃ. Atha kho āyasmā rādho yena bhagavā tenupasaṅkami; upasaṅkamitvā bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘kathaṃ nu kho, bhante, jānato, kathaṃ passato imasmiñca saviññāṇake kāye bahiddhā ca sabbanimittesu ahaṅkāramamaṅkāramānānusayā na hontī’’ti? ‘‘Yaṃ kiñci, rādha, rūpaṃ atītānāgatapaccuppannaṃ ajjhattaṃ vā bahiddhā vā oḷārikaṃ vā sukhumaṃ vā hīnaṃ vā paṇītaṃ vā yaṃ dūre santike vā, sabbaṃ rūpaṃ – ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’ti evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya passati. Yā kāci vedanā… yā kāci saññā… ye keci saṅkhārā… yaṃ kiñci viññāṇaṃ atītānāgatapaccuppannaṃ…pe… yaṃ dūre santike vā, sabbaṃ viññāṇaṃ – ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’ti evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya passati. Evaṃ kho, rādha, jānato evaṃ passato imasmiñca saviññāṇake kāye bahiddhā ca sabbanimittesu ahaṅkāramamaṅkāramānānusayā na hontī’’ti…pe… aññataro ca panāyasmā rādho arahataṃ ahosīti. Navamaṃ. 71. В Саваттхи. Тогда почтенный Радха подошел к Благословенному, поклонился ему, сел рядом и сказал: «Как именно, досточтимый, зная и как видя, человек избавляется от представлений „я“, „мое“ и от скрытой склонности к тщеславию в отношении этого тела с сознанием и в отношении всех внешних признаков?» — «Какая бы ни была форма, Радха, — прошлая, будущая или настоящая, внутренняя или внешняя, грубая или утонченная, низшая или высшая, далекая или близкая, — на всякую форму смотрят в соответствии с действительностью с помощью совершенной мудрости так: „Это не мое, это не я, это не моя самость“. Какое бы ни было чувство... какое бы ни было восприятие... какие бы ни были волевые формации... какое бы ни было сознание — прошлое, будущее или настоящее, внутреннее или внешнее, грубое или утонченное, низшее или высшее, далекое или близкое, — на всякое сознание смотрят в соответствии с действительностью с помощью совершенной мудрости так: „Это не мое, это не я, это не моя самость“. Когда так знают и так видят, Радха, тогда в отношении этого тела с сознанием и в отношении всех внешних признаков больше не возникает представлений „я“, „мое“ и скрытой склонности к тщеславию». ... И почтенный Радха стал одним из арахантов. Девятая. 10. Surādhasuttaṃ 10. Сурадха-сутта 72. Sāvatthinidānaṃ. Atha kho āyasmā surādho bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘kathaṃ nu kho, bhante, jānato kathaṃ passato imasmiñca saviññāṇake kāye bahiddhā ca sabbanimittesu ahaṅkāramamaṅkāramānāpagataṃ mānasaṃ hoti, vidhā samatikkantaṃ santaṃ suvimutta’’nti? ‘‘Yaṃ kiñci, surādha, rūpaṃ atītānāgatapaccuppannaṃ…pe… yaṃ dūre santike vā, sabbaṃ rūpaṃ – ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’ti evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya disvā anupādāvimutto hoti. Yā kāci vedanā… yā kāci saññā… ye keci saṅkhārā… yaṃ kiñci viññāṇaṃ atītānāgatapaccuppannaṃ ajjhattaṃ vā bahiddhā vā oḷārikaṃ vā [Pg.67] sukhumaṃ vā hīnaṃ vā paṇītaṃ vā yaṃ dūre santike vā, sabbaṃ viññāṇaṃ – ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’ti evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya disvā anupādāvimutto hoti. Evaṃ kho, surādha, jānato evaṃ passato imasmiñca saviññāṇake kāye, bahiddhā ca sabbanimittesu ahaṅkāramamaṅkāramānāpagataṃ mānasaṃ hoti vidhā samatikkantaṃ santaṃ suvimutta’’nti…pe… aññataro ca panāyasmā surādho arahataṃ ahosīti. Dasamaṃ. 72. В Саваттхи. Тогда почтенный Сурадха подошел к Благословенному, поклонился ему, сел рядом и сказал ему: «Как именно, досточтимый, зная и как видя, человек достигает того, что в отношении этого тела с сознанием и в отношении всех внешних признаков его ум освобождается от представлений „я“, „мое“ и от тщеславия, превосходит все виды сравнения, становится умиротворенным и полностью освобожденным?» — «Какая бы ни была форма, Сурадха, — прошлая, будущая или настоящая... и т. д. ... далекая или близкая, — узрев всякую форму в соответствии с действительностью с помощью совершенной мудрости так: „Это не мое, это не я, это не моя самость“, человек освобождается благодаря нецеплянию. Какое бы ни было чувство... какое бы ни было восприятие... какие бы ни были волевые формации... какое бы ни было сознание — прошлое, будущее или настоящее, внутреннее или внешнее, грубое или утонченное, низшее или высшее, далекое или близкое, — узрев всякое сознание в соответствии с действительностью с помощью совершенной мудрости так: „Это не мое, это не я, это не моя самость“, человек освобождается благодаря нецеплянию. Когда так знают и так видят, Сурадха, тогда в отношении этого тела с сознанием и в отношении всех внешних признаков ум освобождается от представлений „я“, „мое“ и от тщеславия, превосходит все виды сравнения, становится умиротворенным и полностью освобожденным». ... И почтенный Сурадха стал одним из арахантов. Десятая. Arahantavaggo sattamo. Седьмая глава об арахантах. Tassuddānaṃ – Оглавление этой главы: Upādiyamaññamānā, athābhinandamāno ca; Aniccaṃ dukkhaṃ anattā ca, anattanīyaṃ rajanīyasaṇṭhitaṃ; Rādhasurādhena te dasāti. «Упадия», «Манньямана», а также «Абхинандамана»; «Аничча», «Дуккха», «Анатта», «Анаттания», «Раджаниясантхита»; вместе с «Радха» и «Сурадха» — таковы эти десять сутт. 8. Khajjanīyavaggo 8. Глава «Пожирание» 1. Assādasuttaṃ 1. Ассада-сутта 73. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Assutavā, bhikkhave, puthujjano rūpassa assādañca ādīnavañca nissaraṇañca yathābhūtaṃ nappajānāti. Vedanāya… saññāya… saṅkhārānaṃ… viññāṇassa assādañca ādīnavañca nissaraṇañca yathābhūtaṃ nappajānāti. Sutavā ca kho, bhikkhave, ariyasāvako rūpassa assādañca ādīnavañca nissaraṇañca yathābhūtaṃ pajānāti. Vedanā … saññāya… saṅkhārānaṃ… viññāṇassa assādañca ādīnavañca nissaraṇañca yathābhūtaṃ pajānātī’’ti. Paṭhamaṃ. 73. В Саваттхи. «Бхиккху, необученный обыватель не понимает в соответствии с действительностью усладу, опасность и освобождение в отношении формы. Он не понимает в соответствии с действительностью усладу, опасность и освобождение в отношении чувства... восприятия... волевых формаций... сознания. Но обученный благородный ученик, бхиккху, понимает в соответствии с действительностью усладу, опасность и освобождение в отношении формы. Он понимает в соответствии с действительностью усладу, опасность и освобождение в отношении чувства... восприятия... волевых формаций... сознания». Первая. 2. Samudayasuttaṃ 2. Самудая-сутта 74. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Assutavā, bhikkhave, puthujjano rūpassa samudayañca atthaṅgamañca assādañca ādīnavañca nissaraṇañca yathābhūtaṃ nappajānāti. Vedanāya… saññāya… saṅkhārānaṃ… viññāṇassa samudayañca atthaṅgamañca assādañca ādīnavañca [Pg.68] nissaraṇañca yathābhūtaṃ nappajānāti. Sutavā ca kho, bhikkhave, ariyasāvako rūpassa samudayañca atthaṅgamañca assādañca ādīnavañca nissaraṇañca yathābhūtaṃ pajānāti. Vedanāya… saññāya… saṅkhārānaṃ… viññāṇassa samudayañca atthaṅgamañca assādañca ādīnavañca nissaraṇañca yathābhūtaṃ pajānātī’’ti. Dutiyaṃ. 74. В Саваттхи. «Бхиккху, необученный обыватель не понимает в соответствии с действительностью возникновение, исчезновение, усладу, опасность и освобождение в отношении формы. Он не понимает в соответствии с действительностью возникновение, исчезновение, усладу, опасность и освобождение в отношении чувства... восприятия... волевых формаций... сознания. Но обученный благородный ученик, бхиккху, понимает в соответствии с действительностью возникновение, исчезновение, усладу, опасность и освобождение в отношении формы. Он понимает в соответствии с действительностью возникновение, исчезновение, усладу, опасность и освобождение в отношении чувства... восприятия... волевых формаций... сознания». Вторая. 3. Dutiyasamudayasuttaṃ 3. Дутиясамудая-сутта 75. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Sutavā, bhikkhave, ariyasāvako rūpassa samudayañca atthaṅgamañca assādañca ādīnavañca nissaraṇañca yathābhūtaṃ pajānāti. Vedanāya… saññāya… saṅkhārānaṃ… viññāṇassa samudayañca atthaṅgamañca assādañca ādīnavañca nissaraṇañca yathābhūtaṃ pajānātī’’ti. Tatiyaṃ. 75. В Саваттхи. «Бхиккху, обученный благородный ученик понимает в соответствии с действительностью возникновение, исчезновение, усладу, опасность и освобождение в отношении формы. Он понимает в соответствии с действительностью возникновение, исчезновение, усладу, опасность и освобождение в отношении чувства... восприятия... волевых формаций... сознания». Третья. 4. Arahantasuttaṃ 4. Араханта-сутта 76. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Rūpaṃ, bhikkhave, aniccaṃ. Yadaniccaṃ taṃ dukkhaṃ; yaṃ dukkhaṃ tadanattā; yadanattā taṃ ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’ti evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya daṭṭhabbaṃ. Vedanā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ aniccaṃ. Yadaniccaṃ taṃ dukkhaṃ; yaṃ dukkhaṃ tadanattā; yadanattā taṃ ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’ti evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya daṭṭhabbaṃ’’. 76. В Саваттхи. «Бхиккху, форма непостоянна. То, что непостоянно, есть страдание. То, что есть страдание, не является самостью. То, что не является самостью, следует видеть в соответствии с действительностью с помощью совершенной мудрости так: „Это не мое, это не я, это не моя самость“. Чувство... восприятие... волевые формации... сознание непостоянно. То, что непостоянно, есть страдание. То, что есть страдание, не является самостью. То, что не является самостью, следует видеть в соответствии с действительностью с помощью совершенной мудрости так: „Это не мое, это не я, это не моя самость“». ‘‘Evaṃ passaṃ, bhikkhave, sutavā ariyasāvako rūpasmimpi nibbindati, vedanāyapi… saññāyapi… saṅkhāresupi… viññāṇasmimpi nibbindati. Nibbindaṃ virajjati; virāgā vimuccati. Vimuttasmiṃ vimuttamiti ñāṇaṃ hoti. ‘Khīṇā jāti, vusitaṃ brahmacariyaṃ, kataṃ karaṇīyaṃ, nāparaṃ itthattāyā’ti pajānāti. Yāvatā, bhikkhave, sattāvāsā, yāvatā bhavaggaṃ, ete aggā, ete seṭṭhā lokasmiṃ yadidaṃ arahanto’’ti. «Видя так, бхиккху, обученный благородный ученик испытывает разочарование в форме, разочарование в чувстве... разочарование в восприятии... разочарование в волевых формациях... разочарование в сознании. Испытывая разочарование, он становится бесстрастным. Благодаря бесстрастию его ум освобождается. Когда он освобожден, возникает знание: „Освобожден“. Он понимает: „Уничтожено рождение, святая жизнь прожита, сделано то, что должно было быть сделано, не будет больше возвращения в это состояние“. В каких бы пределах, бхиккху, ни простирались обители существ, вплоть до вершины бытия, те, кто являются арахантами, — величайшие в мире, они — наилучшие». Idamavoca bhagavā. Idaṃ vatvāna sugato athāparaṃ etadavoca satthā – Это сказал Благословенный. Сказав это, Сугата, Учитель, добавил следующее: ‘‘Sukhino vata arahanto, taṇhā tesaṃ na vijjati; Asmimāno samucchinno, mohajālaṃ padālitaṃ. «Поистине счастливы араханты! В них нет жажды. Полностью искоренено тщеславие „я есмь“, разорвана сеть заблуждения. ‘‘Anejaṃ [Pg.69] te anuppattā, cittaṃ tesaṃ anāvilaṃ; Loke anupalittā te, brahmabhūtā anāsavā. Они достигли непоколебимого состояния, их ум чист и незамутнен. Они не запятнаны миром — ставшие возвышенными, свободные от омрачений. ‘‘Pañcakkhandhe pariññāya, satta saddhammagocarā; Pasaṃsiyā sappurisā, puttā buddhassa orasā. Полностью постигнув пять совокупностей, пребывая в сфере семи благих качеств, эти достойные похвалы праведники — истинные сыновья Будды. ‘‘Sattaratanasampannā, tīsu sikkhāsu sikkhitā; Anuvicaranti mahāvīrā, pahīnabhayabheravā. Наделенные семью сокровищами, обученные трем видам обучения, эти великие герои странствуют, оставив позади всякий страх и трепет. ‘‘Dasahaṅgehi sampannā, mahānāgā samāhitā; Ete kho seṭṭhā lokasmiṃ, taṇhā tesaṃ na vijjati. Наделенные десятью качествами, эти великие мужи, сосредоточенные, — лучшие существа в мире: в них нет жажды. ‘‘Asekhañāṇamuppannaṃ, antimoyaṃ samussayo; Yo sāro brahmacariyassa, tasmiṃ aparapaccayā. В них возникло знание тех, кто завершил обучение: „Это тело — последнее“. В отношении сути святой жизни они больше не зависят от других. ‘‘Vidhāsu na vikampanti, vippamuttā punabbhavā; Dantabhūmimanuppattā, te loke vijitāvino. Они непоколебимы перед лицом сравнений, они освободились от новых рождений. Достигнув ступени усмиренных, они — победители в мире. ‘‘Uddhaṃ tiriyaṃ apācīnaṃ, nandī tesaṃ na vijjati; Nadanti te sīhanādaṃ, buddhā loke anuttarā’’ti. catutthaṃ; Вверху, вокруг и внизу — в них больше нет восторга. Они бесстрашно издают свой львиный рык: „Пробужденные — величайшие в мире!“» Четвертая. 5. Dutiyaarahantasuttaṃ 5. Дутияараханта-сутта 77. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Rūpaṃ, bhikkhave, aniccaṃ. Yadaniccaṃ taṃ dukkhaṃ; yaṃ dukkhaṃ tadanattā; yadanattā taṃ ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’ti…pe… evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya daṭṭhabbaṃ’’. 77. В Саваттхи. «Бхиккху, форма непостоянна. То, что непостоянно, есть страдание. То, что есть страдание, не является самостью. То, что не является самостью, следует видеть в соответствии с действительностью с помощью совершенной мудрости так: „Это не мое, это не я, это не моя самость“... и т. д.». ‘‘Evaṃ passaṃ, bhikkhave, sutavā ariyasāvako rūpasmimpi nibbindati, vedanāyapi… saññāyapi… saṅkhāresupi… viññāṇasmimpi nibbindati. Nibbindaṃ virajjati; virāgā vimuccati. Vimuttasmiṃ vimuttamiti ñāṇaṃ hoti. ‘Khīṇā jāti, vusitaṃ brahmacariyaṃ, kataṃ karaṇīyaṃ, nāparaṃ itthattāyā’ti pajānāti. Yāvatā, bhikkhave, sattāvāsā, yāvatā bhavaggaṃ, ete aggā, ete seṭṭhā lokasmiṃ yadidaṃ arahanto’’ti. Pañcamaṃ. «Видя так, бхиккху, обученный благородный ученик испытывает разочарование в форме, разочарование в чувстве... разочарование в восприятии... разочарование в волевых формациях... разочарование в сознании. Испытывая разочарование, он становится бесстрастным. Благодаря бесстрастию его ум освобождается. Когда он освобожден, возникает знание: „Освобожден“. Он понимает: „Уничтожено рождение, святая жизнь прожита, сделано то, что должно было быть сделано, не будет больше возвращения в это состояние“. В каких бы пределах, бхиккху, ни простирались обители существ, вплоть до вершины бытия, те, кто являются арахантами, — величайшие в мире, они — наилучшие». Пятая. 6. Sīhasuttaṃ 6. Сиха-сутта 78. Sāvatthinidānaṃ[Pg.70]. ‘‘Sīho, bhikkhave, migarājā sāyanhasamayaṃ āsayā nikkhamati; āsayā nikkhamitvā vijambhati; vijambhitvā samantā catuddisā anuviloketi; samantā catuddisā anuviloketvā tikkhattuṃ sīhanādaṃ nadati; tikkhattuṃ sīhanādaṃ naditvā gocarāya pakkamati. Ye hi keci, bhikkhave, tiracchānagatā pāṇā sīhassa migarañño nadato saddaṃ suṇanti; yebhuyyena bhayaṃ saṃvegaṃ santāsaṃ āpajjanti; bilaṃ bilāsayā pavisanti; dakaṃ dakāsayā pavisanti; vanaṃ vanāsayā pavisanti; ākāsaṃ pakkhino bhajanti. Yepi te, bhikkhave, rañño nāgā gāmanigamarājadhānīsu, daḷhehi varattehi baddhā, tepi tāni bandhanāni sañchinditvā sampadāletvā bhītā muttakarīsaṃ cajamānā, yena vā tena vā palāyanti. Evaṃ mahiddhiko kho, bhikkhave, sīho migarājā tiracchānagatānaṃ pāṇānaṃ, evaṃ mahesakkho, evaṃ mahānubhāvo’’. 78. В Саваттхи. «Бхиккху, вечером лев, царь зверей, выходит из своего логова. Выйдя, он потягивается, осматривает все четыре стороны света вокруг и трижды издает свой львиный рык. Затем он отправляется на поиски добычи. Когда лев, царь зверей, рычит, большинство животных, слышащих этот звук, охватывает страх, трепет и ужас. Обитающие в норах прячутся в свои норы; обитающие в воде уходят в воду; обитающие в лесах убегают в леса; а птицы взлетают в небо. Даже те царские боевые слоны, что привязаны крепкими кожаными ремнями в деревнях, поселках и столицах, разрывают и сокрушают свои путы и в страхе, испражняясь и мочась, бегут куда глаза глядят. Настолько могущественен, бхиккху, лев, царь зверей, среди животных, настолько величественен и силен». ‘‘Evameva kho, bhikkhave, yadā tathāgato loke uppajjati arahaṃ sammāsambuddho vijjācaraṇasampanno sugato lokavidū anuttaro purisadammasārathi satthā devamanussānaṃ buddho bhagavā. So dhammaṃ deseti – ‘iti rūpaṃ, iti rūpassa samudayo, iti rūpassa atthaṅgamo; iti vedanā… iti saññā… iti saṅkhārā… iti viññāṇaṃ, iti viññāṇassa samudayo, iti viññāṇassa atthaṅgamo’ti. Yepi te, bhikkhave, devā dīghāyukā vaṇṇavanto sukhabahulā uccesu vimānesu ciraṭṭhitikā tepi tathāgatassa dhammadesanaṃ sutvā yebhuyyena bhayaṃ saṃvegaṃ santāsaṃ āpajjanti – ‘aniccāva kira, bho, mayaṃ samānā niccamhāti amaññimha. Addhuvāva kira, bho, mayaṃ samānā dhuvamhāti amaññimha. Asassatāva kira, bho, mayaṃ samānā sassatamhāti amaññimha. Mayampi kira, bho, aniccā addhuvā asassatā sakkāyapariyāpannā’ti. Evaṃ mahiddhiko kho, bhikkhave, tathāgato sadevakassa lokassa, evaṃ mahesakkho, evaṃ mahānubhāvo’’ti. Idamavoca bhagavā…pe… etadavoca satthā – «Точно так же, бхиккху, когда в мире появляется Татхагата — арахант, всесовершенный Будда, совершенный в знании и поведении, Сугата, знаток миров, непревзойденный вожатый людей, нуждающихся в обуздании, Учитель богов и людей, Пробужденный, Благословенный, — Он проповедует Дхамму так: „Такова форма, таково ее возникновение, таково ее исчезновение; таково чувство... таково восприятие... таковы волевые формации... таково сознание, таково его возникновение, таково его исчезновение“. И тогда, бхиккху, даже те божества, которые долговечны, прекрасны, преисполнены счастья и долгое время обитают в высоких небесных чертогах, услышав проповедь Дхаммы Татхагаты, в большинстве своем приходят в страх, трепет и ужас, говоря: „Оказывается, друзья, мы непостоянны, хотя считали себя постоянными; оказывается, друзья, мы нестабильны, хотя считали себя стабильными; оказывается, друзья, мы невечны, хотя считали себя вечными. Оказывается, друзья, мы непостоянны, нестабильны, невечны и подвластны самоотождествлению“. Настолько могущественен, бхиккху, Татхагата в мире с его богами, настолько величественен и силен». Это сказал Благословенный... и т. д. ... Учитель добавил следующее: ‘‘Yadā buddho abhiññāya, dhammacakkaṃ pavattayi; Sadevakassa lokassa, satthā appaṭipuggalo. «Когда Будда, постигнув высшим знанием, привел в движение Колесо Дхаммы, непревзойденный Учитель в этом мире с его богами [возвестил]: ‘‘Sakkāyañca [Pg.71] nirodhañca, sakkāyassa ca sambhavaṃ; Ariyañcaṭṭhaṅgikaṃ maggaṃ, dukkhūpasamagāminaṃ. Прекращение самоотождествления и возникновение самоотождествления, а также Благородный Восьмеричный Путь, ведущий к угасанию страданий. ‘‘Yepi dīghāyukā devā, vaṇṇavanto yasassino; Bhītā santāsamāpāduṃ, sīhassevitare migā. И тогда долговечные боги, прекрасные и славные, пришли в страх и затрепетали, подобно прочим зверям, услышавшим львиный рык». Avītivattā sakkāyaṃ, aniccā kira bho mayaṃ; Sutvā arahato vākyaṃ, vippamuttassa tādino’’ti. chaṭṭhaṃ; «Мы не вышли за пределы самоотождествления; о друзья, мы воистину непостоянны», — [так они говорят], услышав слово Араханта, освобождённого, стойкого. Шестая. 7. Khajjanīyasuttaṃ 7. Хаджжания-сутта 79. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Ye hi keci, bhikkhave, samaṇā vā brāhmaṇā vā anekavihitaṃ pubbenivāsaṃ anussaramānā anussaranti sabbete pañcupādānakkhandhe anussaranti etesaṃ vā aññataraṃ. Katame pañca? ‘Evaṃrūpo ahosiṃ atītamaddhāna’nti – iti vā hi, bhikkhave, anussaramāno rūpaṃyeva anussarati. ‘Evaṃvedano ahosiṃ atītamaddhāna’nti – iti vā hi, bhikkhave, anussaramāno vedanaṃyeva anussarati. ‘Evaṃsañño ahosiṃ atītamaddhāna’nti… ‘evaṃsaṅkhāro ahosiṃ atītamaddhāna’nti… ‘evaṃviññāṇo ahosiṃ atītamaddhāna’nti – iti vā hi, bhikkhave, anussaramāno viññāṇameva anussarati’’. 79. В Саваттхи. «Монахи, те отшельники или брахманы, которые, вспоминая свои многочисленные прошлые существования, вспоминают их, все они вспоминают пять совокупностей цепляния или какую-то одну из них. Какие пять? Вспоминая так, монахи: „В прошлом у меня была такая форма“, — человек вспоминает именно форму. Вспоминая: „В прошлом у меня было такое чувство“, — он вспоминает именно чувство. Вспоминая: „В прошлом у меня было такое восприятие“... „В прошлом у меня были такие волевые формирователи“... „В прошлом у меня было такое сознание“, — вспоминая так, монахи, он вспоминает именно сознание». ‘‘Kiñca, bhikkhave, rūpaṃ vadetha? Ruppatīti kho, bhikkhave, tasmā ‘rūpa’nti vuccati. Kena ruppati? Sītenapi ruppati, uṇhenapi ruppati, jighacchāyapi ruppati, pipāsāyapi ruppati, ḍaṃsamakasavātātapasarīsapasamphassenapi ruppati. Ruppatīti kho, bhikkhave, tasmā ‘rūpa’nti vuccati. «И почему, монахи, вы называете это формой? Она деформируется, монахи, поэтому она и называется формой. Чем она деформируется? Она деформируется от холода, деформируется от тепла, деформируется от голода, деформируется от жажды, деформируется от прикосновения слепней, комаров, ветра, солнца и пресмыкающихся. Она деформируется, монахи, поэтому она и называется формой». ‘‘Kiñca, bhikkhave, vedanaṃ vadetha? Vedayatīti kho, bhikkhave, tasmā ‘vedanā’ti vuccati. Kiñca vedayati? Sukhampi vedayati, dukkhampi vedayati, adukkhamasukhampi vedayati. Vedayatīti kho, bhikkhave, tasmā ‘vedanā’ti vuccati. «И почему, монахи, вы называете это чувством? Оно чувствует, монахи, поэтому оно и называется чувством. И что оно чувствует? Оно чувствует удовольствие, чувствует боль, чувствует ни-боль-ни-удовольствие. Оно чувствует, монахи, поэтому оно и называется чувством». ‘‘Kiñca, bhikkhave, saññaṃ vadetha? Sañjānātīti kho, bhikkhave, tasmā ‘saññā’ti vuccati. Kiñca sañjānāti? Nīlampi sañjānāti, pītakampi sañjānāti, lohitakampi sañjānāti, odātampi sañjānāti. Sañjānātīti kho, bhikkhave, tasmā ‘saññā’ti vuccati. «И почему, монахи, вы называете это восприятием? Оно распознает, монахи, поэтому оно и называется восприятием. И что оно распознает? Оно распознает синее, распознает желтое, распознает красное, распознает белое. Оно распознает, монахи, поэтому оно и называется восприятием». ‘‘Kiñca[Pg.72], bhikkhave, saṅkhāre vadetha? Saṅkhatamabhisaṅkharontīti kho, bhikkhave, tasmā ‘saṅkhārā’ti vuccati. Kiñca saṅkhatamabhisaṅkharonti? Rūpaṃ rūpattāya saṅkhatamabhisaṅkharonti, vedanaṃ vedanattāya saṅkhatamabhisaṅkharonti, saññaṃ saññattāya saṅkhatamabhisaṅkharonti, saṅkhāre saṅkhārattāya saṅkhatamabhisaṅkharonti, viññāṇaṃ viññāṇattāya saṅkhatamabhisaṅkharonti. Saṅkhatamabhisaṅkharontīti kho, bhikkhave, tasmā ‘saṅkhārā’ti vuccati. «И почему, монахи, вы называете их волевыми формирователями? Они конструируют обусловленное, монахи, поэтому они и называются волевыми формирователями. И какое обусловленное они конструируют? Они конструируют обусловленную форму как форму; они конструируют обусловленное чувство как чувство; они конструируют обусловленное восприятие как восприятие; они конструируют обусловленные волевые формирователи как волевые формирователи; они конструируют обусловленное сознание как сознание. Они конструируют обусловленное, монахи, поэтому они и называются волевыми формирователями». ‘‘Kiñca, bhikkhave, viññāṇaṃ vadetha? Vijānātīti kho, bhikkhave, tasmā ‘viññāṇa’nti vuccati. Kiñca vijānāti? Ambilampi vijānāti, tittakampi vijānāti, kaṭukampi vijānāti, madhurampi vijānāti, khārikampi vijānāti, akhārikampi vijānāti, loṇikampi vijānāti, aloṇikampi vijānāti. Vijānātīti kho, bhikkhave, tasmā ‘viññāṇa’nti vuccati. «И почему, монахи, вы называете это сознанием? Оно познает, монахи, поэтому оно и называется сознанием. И что оно познает? Оно познает кислое, познает горькое, познает острое, познает сладкое, познает едкое, познает мягкое, познает соленое, познает пресное. Оно познает, монахи, поэтому оно и называется сознанием». ‘‘Tatra, bhikkhave, sutavā ariyasāvako iti paṭisañcikkhati – ‘ahaṃ kho etarahi rūpena khajjāmi. Atītampāhaṃ addhānaṃ evameva rūpena khajjiṃ, seyyathāpi etarahi paccuppannena rūpena khajjāmi. Ahañceva kho pana anāgataṃ rūpaṃ abhinandeyyaṃ, anāgatampāhaṃ addhānaṃ evameva rūpena khajjeyyaṃ, seyyathāpi etarahi paccuppannena rūpena khajjāmī’ti. So iti paṭisaṅkhāya atītasmiṃ rūpasmiṃ anapekkho hoti; anāgataṃ rūpaṃ nābhinandati; paccuppannassa rūpassa nibbidāya virāgāya nirodhāya paṭipanno hoti. «В этом отношении, монахи, обученный благородный ученик размышляет так: „Сейчас меня пожирает форма. В прошлом меня точно так же пожирала форма, как сейчас меня пожирает настоящая форма. Если бы я стал радоваться будущей форме, то и в будущем меня точно так же пожирала бы форма, как сейчас меня пожирает настоящая форма“. Размыслив так, он становится безразличным к прошлой форме, не радуется будущей форме и практикует ради разочарования в настоящей форме, ради угасания страсти к ней и её прекращения». ‘‘‘Ahaṃ kho etarahi vedanāya khajjāmi. Atītampāhaṃ addhānaṃ evameva vedanāya khajjiṃ, seyyathāpi etarahi paccuppannāya vedanāya khajjāmi. Ahañceva kho pana anāgataṃ vedanaṃ abhinandeyyaṃ; anāgatampāhaṃ addhānaṃ evameva vedanāya khajjeyyaṃ, seyyathāpi etarahi paccuppannāya vedanāya khajjāmī’ti. So iti paṭisaṅkhāya atītāya vedanāya anapekkho hoti; anāgataṃ vedanaṃ nābhinandati; paccuppannāya vedanāya nibbidāya virāgāya nirodhāya paṭipanno hoti. «„Сейчас меня пожирает чувство. В прошлом меня точно так же пожирало чувство, как сейчас меня пожирает настоящее чувство. Если бы я стал радоваться будущему чувству, то и в будущем меня точно так же пожирало бы чувство, как сейчас меня пожирает настоящее чувство“. Размыслив так, он становится безразличным к прошлому чувству, не радуется будущему чувству и практикует ради разочарования в настоящем чувстве, ради угасания страсти к нему и его прекращения». ‘‘‘Ahaṃ kho etarahi saññāya khajjāmi…pe… ahaṃ kho etarahi saṅkhārehi khajjāmi. Atītampāhaṃ addhānaṃ evameva saṅkhārehi khajjiṃ, seyyathāpi etarahi paccuppannehi saṅkhārehi khajjāmīti. Ahañceva kho pana anāgate saṅkhāre abhinandeyyaṃ[Pg.73]; anāgatampāhaṃ addhānaṃ evameva saṅkhārehi khajjeyyaṃ, seyyathāpi etarahi paccuppannehi saṅkhārehi khajjāmī’ti. So iti paṭisaṅkhāya atītesu saṅkhāresu anapekkho hoti; anāgate saṅkhāre nābhinandati; paccuppannānaṃ saṅkhārānaṃ nibbidāya virāgāya nirodhāya paṭipanno hoti. «„Сейчас меня пожирает восприятие... [как и выше] ...Сейчас меня пожирают волевые формирователи. В прошлом меня точно так же пожирали волевые формирователи, как сейчас меня пожирают настоящие волевые формирователи. Если бы я стал радоваться будущим волевым формирователям, то и в будущем меня точно так же пожирали бы волевые формирователи, как сейчас меня пожирают настоящие волевые формирователи“. Размыслив так, он становится безразличным к прошлым волевым формирователям, не радуется будущим волевым формирователям и практикует ради разочарования в настоящих волевых формирователях, ради угасания страсти к ним и их прекращения». ‘‘‘Ahaṃ kho etarahi viññāṇena khajjāmi. Atītampi addhānaṃ evameva viññāṇena khajjiṃ, seyyathāpi etarahi paccuppannena viññāṇena khajjāmi. Ahañceva kho pana anāgataṃ viññāṇaṃ abhinandeyyaṃ; anāgatampāhaṃ addhānaṃ evameva viññāṇena khajjeyyaṃ, seyyathāpi etarahi paccuppannena viññāṇena khajjāmī’ti. So iti paṭisaṅkhāya atītasmiṃ viññāṇasmiṃ anapekkho hoti; anāgataṃ viññāṇaṃ nābhinandati; paccuppannassa viññāṇassa nibbidāya virāgāya nirodhāya paṭipanno hoti. «„Сейчас меня пожирает сознание. В прошлом меня точно так же пожирало сознание, как сейчас меня пожирает настоящее сознание. Если бы я стал радоваться будущему сознанию, то и в будущем меня точно так же пожирало бы сознание, как сейчас меня пожирает настоящее сознание“. Размыслив так, он становится безразличным к прошлому сознанию, не радуется будущему сознанию и практикует ради разочарования в настоящем сознании, ради угасания страсти к нему и его прекращения». ‘‘Taṃ kiṃ maññatha, bhikkhave, rūpaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ dukkhaṃ vā taṃ sukhaṃ vā’’ti? ‘‘Dukkhaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ dukkhaṃ vipariṇāmadhammaṃ, kallaṃ nu taṃ samanupassituṃ – ‘etaṃ mama, esohamasmi, eso me attā’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Vedanā … saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ, dukkhaṃ vā taṃ sukhaṃ vā’’ti? ‘‘Dukkhaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ dukkhaṃ vipariṇāmadhammaṃ, kallaṃ nu taṃ samanupassituṃ – ‘etaṃ mama, esohamasmi, eso me attā’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Tasmātiha, bhikkhave, yaṃ kiñci rūpaṃ atītānāgatapaccuppannaṃ ajjhattaṃ vā bahiddhā vā oḷārikaṃ vā sukhumaṃ vā hīnaṃ vā paṇītaṃ vā yaṃ dūre santike vā, sabbaṃ rūpaṃ – ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’ti evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya daṭṭhabbaṃ. Yā kāci vedanā… yā kāci saññā… ye keci saṅkhārā… yaṃ kiñci viññāṇaṃ atītānāgatapaccuppannaṃ…pe… yaṃ dūre santike vā, sabbaṃ viññāṇaṃ – ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’ti evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya daṭṭhabbaṃ’’. «Как вы думаете, монахи, форма постоянна или непостоянна?» — «Непостоянна, Уважаемый». — «А то, что непостоянно, является страданием или счастьем?» — «Страданием, Уважаемый». — «А то, что непостоянно, подвержено страданию и изменению, правильно ли рассматривать так: „Это моё, это я, это моё „я““?» — «Нет, Уважаемый». — «Чувство... восприятие... волевые формирователи... сознание постоянны или непостоянны?» — «Непостоянны, Уважаемый». — «А то, что непостоянно, является страданием или счастьем?» — «Страданием, Уважаемый». — «А то, что непостоянно, подвержено страданию и изменению, правильно ли рассматривать так: „Это моё, это я, это моё „я““?» — «Нет, Уважаемый». — «Поэтому, монахи, любая форма, будь то прошлая, будущая или настоящая, внутренняя или внешняя, грубая или утонченная, низшая или высшая, далекая или близкая — всякая форма должна рассматриваться в соответствии с действительностью правильной мудростью так: „Это не моё, это не я, это не моё „я““. Любое чувство... Любое восприятие... Любые волевые формирователи... Любое сознание, будь то прошлое, будущее или настоящее... далекое или близкое — всякое сознание должно рассматриваться в соответствии с действительностью правильной мудростью так: „Это не моё, это не я, это не моё „я““». ‘‘Ayaṃ vuccati, bhikkhave, ariyasāvako apacināti, no ācināti; pajahati, na upādiyati; visineti, na ussineti; vidhūpeti, na sandhūpeti. Kiñca apacināti, no ācināti? Rūpaṃ apacināti, no ācināti; vedanaṃ [Pg.74]… saññaṃ… saṅkhāre… viññāṇaṃ apacināti, no ācināti. Kiñca pajahati, na upādiyati? Rūpaṃ pajahati, na upādiyati; vedanaṃ… saññaṃ… saṅkhāre… viññāṇaṃ pajahati, na upādiyati. Kiñca visineti, na ussineti? Rūpaṃ visineti, na ussineti; vedanaṃ… saññaṃ… saṅkhāre… viññāṇaṃ visineti, na ussineti. Kiñca vidhūpeti, na sandhūpeti? Rūpaṃ vidhūpeti, na sandhūpeti; vedanaṃ… saññaṃ… saṅkhāre… viññāṇaṃ vidhūpeti, na sandhūpeti. «О таком, монахи, говорят: благородный ученик разрушает и не созидает; оставляет и не цепляется; рассеивает и не накапливает; тушит и не разжигает. И что он разрушает и не созидает? Он разрушает форму и не созидает её; он разрушает чувство... восприятие... волевые формирователи... сознание и не созидает их. И что он оставляет и за что не цепляется? Он оставляет форму и не цепляется за неё; он оставляет чувство... восприятие... волевые формирователи... сознание и не цепляется за них. И что он рассеивает и не накапливает? Он рассеивает форму и не накапливает её; он рассеивает чувство... восприятие... волевые формирователи... сознание и не накапливает их. И что он тушит и не разжигает? Он тушит форму и не разжигает её; он тушит чувство... восприятие... волевые формирователи... сознание и не разжигает их». ‘‘Evaṃ passaṃ, bhikkhave, sutavā ariyasāvako rūpasmimpi nibbindati, vedanāyapi… saññāyapi… saṅkhāresupi… viññāṇasmimpi nibbindati. Nibbindaṃ virajjati; virāgā vimuccati. Vimuttasmiṃ vimuttamiti ñāṇaṃ hoti. ‘Khīṇā jāti, vusitaṃ brahmacariyaṃ, kataṃ karaṇīyaṃ, nāparaṃ itthattāyā’ti pajānāti. «Видя так, монахи, обученный благородный ученик испытывает разочарование в форме, испытывает разочарование в чувстве... в восприятии... в волевых формирователях... испытывает разочарование в сознании. Испытывая разочарование, он становится бесстрастным. Благодаря бесстрастию [его ум] освобождается. Когда он освобожден, возникает знание: „Освобожден“. Он постигает: „Рождение уничтожено, святая жизнь прожита, сделано то, что должно было быть сделано, не осталось ничего для этого бытия». ‘‘Ayaṃ vuccati, bhikkhave, bhikkhu nevācināti na apacināti, apacinitvā ṭhito neva pajahati na upādiyati, pajahitvā ṭhito neva visineti na ussineti, visinetvā ṭhito neva vidhūpeti na sandhūpeti. Vidhūpetvā ṭhito kiñca nevācināti na apacināti? Apacinitvā ṭhito rūpaṃ nevācināti na apacināti; apacinitvā ṭhito vedanaṃ… saññaṃ… saṅkhāre… viññāṇaṃ nevācināti na apacināti. Apacinitvā ṭhito kiñca neva pajahati na upādiyati? Pajahitvā ṭhito rūpaṃ neva pajahati na upādiyati; pajahitvā ṭhito vedanaṃ… saññaṃ… saṅkhāre… viññāṇaṃ neva pajahati na upādiyati. Pajahitvā ṭhito kiñca neva visineti na ussineti? Visinetvā ṭhito rūpaṃ neva visineti na ussineti; visinetvā ṭhito vedanaṃ… saññaṃ… saṅkhāre… viññāṇaṃ neva visineti na ussineti. Visinetvā ṭhito kiñca neva vidhūpeti na sandhūpeti? Vidhūpetvā ṭhito rūpaṃ neva vidhūpeti na sandhūpeti; vidhūpetvā ṭhito vedanaṃ… saññaṃ… saṅkhāre… viññāṇaṃ neva vidhūpeti na sandhūpeti. Vidhūpetvā ṭhito evaṃvimuttacittaṃ kho, bhikkhave, bhikkhuṃ saindā devā sabrahmakā sapajāpatikā ārakāva namassanti – «О таком бхиккху, монахи, говорят: он ни созидает, ни разрушает, но пребывает, уже разрушив; он ни оставляет, ни цепляется, но пребывает, уже оставив; он ни рассеивает, ни накапливает, но пребывает, уже рассеяв; он ни тушит, ни разжигает, но пребывает, уже потушив. И что же он, пребывая в разрушении, ни созидает, ни разрушает? Пребывая в разрушении, он ни созидает, ни разрушает форму; пребывая в разрушении, он ни созидает, ни разрушает чувство... восприятие... волевые формирователи... сознание. И что же он, пребывая в оставлении, ни оставляет, ни цепляется? Пребывая в оставлении, он ни оставляет, ни цепляется за форму; пребывая в оставлении, он ни оставляет, ни цепляется за чувство... восприятие... волевые формирователи... сознание. И что же он, пребывая в рассеянии, ни рассеивает, ни накапливает? Пребывая в рассеянии, он ни рассеивает, ни накапливает форму; пребывая в рассеянии, он ни рассеивает, ни накапливает чувство... восприятие... волевые формирователи... сознание. И что же он, пребывая в потушенном состоянии, ни тушит, ни разжигает? Пребывая в потушенном состоянии, он ни тушит, ни разжигает форму; пребывая в потушенном состоянии, он ни тушит, ни разжигает чувство... восприятие... волевые формирователи... сознание. Когда, монахи, бхиккху обладает таким освобожденным умом, божества вместе с Индрой, Брахмой и Паджапати издалека выражают ему почтение:» ‘‘Namo te purisājañña, namo te purisuttama; Yassa te nābhijānāma, yampi nissāya jhāyasī’’ti. sattamaṃ; «„Почтение тебе, о благородный муж! Почтение тебе, о величайший среди людей! Мы сами не знаем доподлинно, на что опираясь, ты медитируешь“». Седьмая. 8. Piṇḍolyasuttaṃ 8. Пиндолья-сутта 80. Ekaṃ [Pg.75] samayaṃ bhagavā sakkesu viharati kapilavatthusmiṃ nigrodhārāme. Atha kho bhagavā kismiñcideva pakaraṇe bhikkhusaṅghaṃ paṇāmetvā pubbaṇhasamayaṃ nivāsetvā pattacīvaramādāya kapilavatthuṃ piṇḍāya pāvisi. Kapilavatthusmiṃ piṇḍāya caritvā pacchābhattaṃ piṇḍapātapaṭikkanto yena mahāvanaṃ tenupasaṅkami divāvihārāya. Mahāvanaṃ ajjhogāhetvā beluvalaṭṭhikāya mūle divāvihāraṃ nisīdi. 80. Однажды Благословенный пребывал в стране сакьев, в Капилаваттху, в роще Нигродхи. Тогда Благословенный по некоторой причине распустил общину бхиккху, а утром, одевшись и взяв чашу и верхнюю одежду, вошел в Капилаваттху за подаянием. Обойдя Капилаваттху в поисках подаяния и вернувшись после полуденной трапезы, он направился в Великий Лес для дневного пребывания. Углубившись в Великий Лес, он сел у подножия молодого дерева белва для дневного пребывания. Atha kho bhagavato rahogatassa paṭisallīnassa evaṃ cetaso parivitakko udapādi – ‘‘mayā kho bhikkhusaṅgho pabāḷho. Santettha bhikkhū navā acirapabbajitā adhunāgatā imaṃ dhammavinayaṃ. Tesaṃ mamaṃ apassantānaṃ siyā aññathattaṃ siyā vipariṇāmo. Seyyathāpi nāma vacchassa taruṇassa mātaraṃ apassantassa siyā aññathattaṃ siyā vipariṇāmo, evameva santettha bhikkhū navā acirapabbajitā adhunāgatā imaṃ dhammavinayaṃ tesaṃ mamaṃ apassantānaṃ siyā aññathattaṃ siyā vipariṇāmo. Seyyathāpi nāma bījānaṃ taruṇānaṃ udakaṃ alabhantānaṃ siyā aññathattaṃ siyā vipariṇāmo, evameva santettha…pe… tesaṃ mamaṃ alabhantānaṃ dassanāya siyā aññathattaṃ siyā vipariṇāmo. Yaṃnūnāhaṃ yatheva mayā pubbe bhikkhusaṅgho anuggahito, evameva etarahi anuggaṇheyyaṃ bhikkhusaṅgha’’nti. «Тогда у Благословенного, пребывавшего в уединении, возникло такое размышление: „Я отослал общину бхиккху. Но среди них есть новые бхиккху, недавно принявшие постриг, новоприбывшие в эти Дхамму и Винаю. Если они не будут видеть меня, в них может произойти перемена или ухудшение. Подобно тому как у молодого теленка, не видящего свою мать, может произойти перемена или ухудшение, точно так же и среди этих новых бхиккху, недавно принявших постриг, новоприбывших в эти Дхамму и Винаю, если они не будут видеть меня, может произойти перемена или ухудшение. Подобно тому как у молодых ростков, не получающих воду, может произойти перемена или увядание, точно так же и среди этих новых бхиккху, недавно принявших постриг, новоприбывших в эти Дхамму и Винаю, если они лишатся возможности видеть меня, может произойти перемена или ухудшение. Что если я поддержу общину бхиккху теперь точно так же, как поддерживал её прежде?“» Atha kho brahmā sahampati bhagavato cetasā cetoparivitakkamaññāya – seyyathāpi nāma balavā puriso samiñjitaṃ vā bāhaṃ pasāreyya pasāritaṃ vā bāhaṃ samiñjeyya evameva – brahmaloke antarahito bhagavato purato pāturahosi. Atha kho brahmā sahampati ekaṃsaṃ uttarāsaṅgaṃ karitvā yena bhagavā tenañjaliṃ paṇāmetvā bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘evametaṃ, bhagavā; evametaṃ, sugata! Bhagavato, bhante, bhikkhusaṅgho pabāḷho. Santettha bhikkhū navā acirapabbajitā adhunāgatā imaṃ dhammavinayaṃ. Tesaṃ bhagavantaṃ apassantānaṃ siyā aññathattaṃ siyā vipariṇāmo. Seyyathāpi nāma vacchassa taruṇassa mātaraṃ apassantassa siyā aññathattaṃ siyā vipariṇāmo, evameva santettha bhikkhū navā acirapabbajitā [Pg.76] adhunāgatā imaṃ dhammavinayaṃ tesaṃ bhagavantaṃ apassantānaṃ siyā aññathattaṃ siyā vipariṇāmo. Seyyathāpi nāma bījānaṃ taruṇānaṃ udakaṃ alabhantānaṃ siyā aññathattaṃ siyā vipariṇāmo, evameva santettha bhikkhū navā acirapabbajitā adhunāgatā imaṃ dhammavinayaṃ, tesaṃ bhagavantaṃ alabhantānaṃ dassanāya siyā aññathattaṃ siyā vipariṇāmo. Abhinandatu, bhante, bhagavā bhikkhusaṅghaṃ; abhivadatu, bhante, bhagavā bhikkhusaṅghaṃ. Yatheva bhagavatā pubbe bhikkhusaṅgho anuggahito, evameva etarahi anuggaṇhātu bhikkhusaṅgha’’nti. «Тогда Брахма Сахампати, узнав своим умом размышление в уме Благословенного, исчез из мира Брахмы и предстал перед Благословенным так же быстро, как сильный человек выпрямляет согнутую руку или сгибает вытянутую руку. Брахма Сахампати поправил верхнее одеяние на одно плечо и, почтительно сложив ладони в сторону Благословенного, сказал ему: „Это так, Благословенный! Это так, Сугата! О Господин, община бхиккху была отослана Благословенным. Но среди них есть новые бхиккху, недавно принявшие постриг, новоприбывшие в эти Дхамму и Винаю. Если они не будут видеть Благословенного, в них может произойти перемена или ухудшение. Подобно тому как у молодого теленка, не видящего свою мать, может произойти перемена или ухудшение, точно так же и среди этих новых бхиккху, недавно принявших постриг, новоприбывших в эти Дхамму и Винаю, если они не будут видеть Благословенного, может произойти перемена или ухудшение. Подобно тому как у молодых ростков, не получающих воду, может произойти перемена или увядание, точно так же и среди этих новых бхиккху, недавно принявших постриг, новоприбывших в эти Дхамму и Винаю, если они лишатся возможности видеть Благословенного, может произойти перемена или ухудшение. Пусть же Благословенный, Господин, благоволит к общине бхиккху! Пусть Благословенный, Господин, наставит общину бхиккху! Как Благословенный поддерживал общину бхиккху прежде, пусть точно так же он поддержит общину бхиккху и теперь!“» Adhivāsesi bhagavā tuṇhībhāvena. Atha kho brahmā sahampati bhagavato adhivāsanaṃ viditvā bhagavantaṃ abhivādetvā padakkhiṇaṃ katvā tatthevantaradhāyi. «Благословенный выразил согласие молчанием. Тогда Брахма Сахампати, поняв согласие Благословенного, поклонился ему и, обойдя его по часовой стрелке, тут же исчез.» Atha kho bhagavā sāyanhasamayaṃ paṭisallānā vuṭṭhito yena nigrodhārāmo tenupasaṅkami; upasaṅkamitvā paññatte āsane nisīdi. Nisajja kho bhagavā tathārūpaṃ iddhābhisaṅkhāraṃ abhisaṅkhāsi yathā te bhikkhū (ekadvīhikāya sārajjamānarūpā yenāhaṃ tenupasaṅkameyyuṃ. Tepi bhikkhū ) ekadvīhikāya sārajjamānarūpā yena bhagavā tenupasaṅkamiṃsu; upasaṅkamitvā bhagavantaṃ abhivādetvā ekamantaṃ nisīdiṃsu. Ekamantaṃ nisinne kho te bhikkhū bhagavā etadavoca – «Затем вечером Благословенный поднялся от уединения и направился в монастырь Нигродхарама. Придя туда, он сел на приготовленное сиденье. Сев, Благословенный совершил такое проявление сверхъестественной силы, чтобы эти бхиккху подходили к нему по одному или по двое, робко и со смущением. И эти бхиккху по одному или по двое, робко и со смущением, подошли к Благословенному. Приблизившись, они поклонились Благословенному и сели с одной стороны. Когда они сели с одной стороны, Благословенный обратился к ним с такими словами:» ‘‘Antamidaṃ, bhikkhave, jīvikānaṃ yadidaṃ piṇḍolyaṃ. Abhisāpoyaṃ, bhikkhave, lokasmiṃ piṇḍolo vicarasi pattapāṇīti. Tañca kho etaṃ, bhikkhave, kulaputtā upenti atthavasikā, atthavasaṃ paṭicca; neva rājābhinītā, na corābhinītā, na iṇaṭṭā, na bhayaṭṭā, na ājīvikāpakatā; api ca kho otiṇṇāmha jātiyā jarāya maraṇena sokehi paridevehi dukkhehi domanassehi upāyāsehi dukkhotiṇṇā dukkhaparetā appeva nāma imassa kevalassa dukkhakkhandhassa antakiriyā paññāyethāti. «— Бхиккху, это самый низкий способ добывания средств к жизни — сбор милостыни. В мире это считается оскорблением: „Ты побирушка, бродишь с чашей для подаяния в руках!“ И всё же, бхиккху, сыновья из хороших семей избирают такой образ жизни ради благой цели, ради истинной пользы. Они делают это не потому, что их принудили к этому цари, не потому, что их принудили разбойники, не из-за долгов, не из страха и не ради простого пропитания. Но они делают это с мыслью: „Мы погружены в рождение, старение и смерть, в скорбь, стенания, боль, печаль и отчаяние. Мы охвачены страданием, угнетены страданием. Быть может, откроется способ положить конец всей этой массе страдания!“» ‘‘Evaṃ pabbajito cāyaṃ, bhikkhave, kulaputto. So ca hoti abhijjhālu kāmesu tibbasārāgo byāpannacitto paduṭṭhamanasaṅkappo muṭṭhassati asampajāno asamāhito vibbhantacitto pākatindriyo. Seyyathāpi, bhikkhave[Pg.77], chavālātaṃ ubhatopadittaṃ majjhe gūthagataṃ, neva gāme kaṭṭhatthaṃ pharati, nāraññe kaṭṭhatthaṃ pharati. Tathūpamāhaṃ, bhikkhave, imaṃ puggalaṃ vadāmi gihibhogā ca parihīno, sāmaññatthañca na paripūreti. «— И вот, бхиккху, этот сын из хорошей семьи принял постриг. Но при этом он остается алчным, охваченным сильной страстью к чувственным удовольствиям, с умом, полным недоброжелательности, с намерениями, оскверненными злобой, забывчивым, лишенным ясного понимания, несобранным, с блуждающим умом и необузданными органами чувств. Подобно тому как головня с погребального костра, горящая с обоих концов и испачканная нечистотами посередине, не может быть использована в качестве древесины ни в деревне, ни в лесу, точно так же, бхиккху, я говорю об этом человеку: он лишился мирских благ домохозяина и в то же время не достигает плодов отшельничества.» ‘‘Tayome, bhikkhave, akusalavitakkā – kāmavitakko, byāpādavitakko, vihiṃsāvitakko. Ime ca bhikkhave, tayo akusalavitakkā kva aparisesā nirujjhanti? Catūsu vā satipaṭṭhānesu suppatiṭṭhitacittassa viharato animittaṃ vā samādhiṃ bhāvayato. Yāvañcidaṃ, bhikkhave, alameva animitto samādhi bhāvetuṃ. Animitto, bhikkhave, samādhi bhāvito bahulīkato mahapphalo hoti mahānisaṃso. «— Есть, бхиккху, эти три вида неблагих мыслей: мысли о чувственных удовольствиях, мысли о недоброжелательности, мысли о причинении вреда. И где, бхиккху, эти три вида неблагих мыслей прекращаются без остатка? У того, кто пребывает с умом, хорошо утвержденным в четырех основах осознанности (сатипаттханах), или у того, кто развивает сосредоточение без признаков (анимитта-самадхи). Этого вполне достаточно, бхиккху, чтобы развивать сосредоточение без признаков. Когда сосредоточение без признаков развито и взращено, бхиккху, оно приносит великий плод и великую пользу.» ‘‘Dvemā, bhikkhave, diṭṭhiyo – bhavadiṭṭhi ca vibhavadiṭṭhi ca. Tatra kho, bhikkhave, sutavā ariyasāvako iti paṭisañcikkhati – ‘atthi nu kho taṃ kiñci lokasmiṃ yamahaṃ upādiyamāno na vajjavā assa’nti? So evaṃ pajānāti – ‘natthi nu kho taṃ kiñci lokasmiṃ yamahaṃ upādiyamāno na vajjavā assaṃ. Ahañhi rūpaññeva upādiyamāno upādiyeyyaṃ vedanaññeva… saññaññeva… saṅkhāreyeva viññāṇaññeva upādiyamāno upādiyeyyaṃ. Tassa me assa upādānapaccayā bhavo; bhavapaccayā jāti; jātipaccayā jarāmaraṇaṃ sokaparidevadukkhadomanassupāyāsā sambhaveyyuṃ. Evametassa kevalassa dukkhakkhandhassa samudayo assā’’’ti. «— Есть, бхиккху, эти два воззрения: воззрение о существовании (бхава-диттхи) и воззрение о несуществовании (вибхава-диттхи). В связи с этим, бхиккху, обученный благородный ученик размышляет так: „Есть ли в мире что-либо, за что я мог бы цепляться без того, чтобы быть заслуживающим порицания?“ И он понимает так: „Нет в мире ничего, за что я мог бы цепляться без того, чтобы быть заслуживающим порицания. Ведь если бы я цеплялся, я цеплялся бы только за форму, только за чувство, только за восприятие, только за волевые формации, только за сознание. Из-за этого моего цепляния как условия возникло бы существование; с существованием как условием возникло бы рождение; с рождением как условием возникли бы старение и смерть, скорбь, стенания, боль, печаль и отчаяние. Таково было бы происхождение всей этой массы страдания“.» ‘‘Taṃ kiṃ maññatha, bhikkhave, rūpaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ dukkhaṃ vā taṃ sukhaṃ vā’’ti? ‘‘Dukkhaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ dukkhaṃ vipariṇāmadhammaṃ kallaṃ nu taṃ samanupassituṃ – ‘etaṃ mama, esohamasmi, eso me attā’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Vedanā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ…pe… tasmātiha, bhikkhave, evaṃ passaṃ… nāparaṃ itthattāyāti pajānātī’’ti. Aṭṭhamaṃ. «— Как вы думаете, бхиккху, форма постоянна или непостоянна? — Непостоянна, Господин. — А то, что непостоянно — является ли оно страданием или счастьем? — Страданием, Господин. — Но применимо ли рассматривать то, что непостоянно, подвержено страданию и изменению, таким образом: „Это мое, это я, это моя сущность (атта)“? — Нет, Господин. — Чувство... восприятие... волевые формации... сознание... Поэтому, бхиккху, видя так... он понимает: „...не осталось ничего более для этого состояния бытия“. Восьмая сутта.» 9. Pālileyyasuttaṃ 9. «Палилейя-сутта» 81. Ekaṃ samayaṃ bhagavā kosambiyaṃ viharati ghositārāme. Atha kho bhagavā pubbaṇhasamayaṃ nivāsetvā pattacīvaramādāya kosambiṃ piṇḍāya pāvisi. Kosambiyaṃ piṇḍāya caritvā pacchābhattaṃ piṇḍapātapaṭikkanto sāmaṃ senāsanaṃ saṃsāmetvā pattacīvaramādāya anāmantetvā [Pg.78] upaṭṭhāke anapaloketvā bhikkhusaṅghaṃ eko adutiyo cārikaṃ pakkāmi. 81. «Одно время Благословенный пребывал в Косамби, в монастыре Госитарама. Тогда утром Благословенный оделся, взял чашу и верхнее одеяние и вошел в Косамби за подаянием. Обойдя Косамби за подаянием и вернувшись обратно, после полуденной трапезы он сам привел в порядок свое жилище, взял чашу и верхнее одеяние и, не предупредив своих личных помощников, не попрощавшись с общиной бхиккху, отправился в странствие один, без спутников.» Atha kho aññataro bhikkhu acirapakkantassa bhagavato yenāyasmā ānando tenupasaṅkami; upasaṅkamitvā āyasmantaṃ ānandaṃ etadavoca – ‘‘esāvuso, ānanda, bhagavā sāmaṃ senāsanaṃ saṃsāmetvā pattacīvaramādāya anāmantetvā upaṭṭhāke anapaloketvā bhikkhusaṅghaṃ eko adutiyo cārikaṃ pakkanto’’ti. ‘‘Yasmiṃ, āvuso, samaye bhagavā sāmaṃ senāsanaṃ saṃsāmetvā pattacīvaramādāya anāmantetvā upaṭṭhāke anapaloketvā bhikkhusaṅghaṃ eko adutiyo cārikaṃ pakkamati, ekova bhagavā tasmiṃ samaye viharitukāmo hoti; na bhagavā tasmiṃ samaye kenaci anubandhitabbo hotī’’ti. «Вскоре после ухода Благословенного некий бхиккху подошел к почтенному Ананде и сказал ему: „Друг Ананда, Благословенный сам привел в порядок свое жилище, взял чашу и верхнее одеяние и, не предупредив своих личных помощников, не попрощавшись с общиной бхиккху, отправился в странствие один, без спутников“. — Друг, когда Благословенный уходит таким образом, он желает пребывать в одиночестве. В такое время никому не следует следовать за Благословенным.» Atha kho bhagavā anupubbena cārikaṃ caramāno yena pālileyyakaṃ tadavasari. Tatra sudaṃ bhagavā pālileyyake viharati bhaddasālamūle. Atha kho sambahulā bhikkhū yenāyasmā ānando tenupasaṅkamiṃsu; upasaṅkamitvā āyasmatā ānandena saddhiṃ sammodiṃsu. Sammodanīyaṃ kathaṃ sāraṇīyaṃ vītisāretvā ekamantaṃ nisīdiṃsu. Ekamantaṃ nisinnā kho te bhikkhū āyasmantaṃ ānandaṃ etadavocuṃ – ‘‘cirassutā kho no, āvuso ānanda, bhagavato sammukhā dhammī kathā; icchāma mayaṃ, āvuso ānanda, bhagavato sammukhā dhammiṃ kathaṃ sotu’’nti. «Затем Благословенный, постепенно продвигаясь в своем странствии, прибыл в Палилейяку. Там Благословенный остановился в Палилейяке у подножия прекрасного дерева сал. Тогда множество бхиккху подошли к почтенному Ананде и обменялись с ним приветствиями. Завершив дружескую и вежливую беседу, они сели с одной стороны и сказали почтенному Ананде: „Друг Ананда, прошло уже много времени с тех пор, как мы слышали беседу о Дхамме из уст самого Благословенного. Мы бы хотели, друг Ананда, услышать беседу о Дхамме из уст самого Благословенного“.» Atha kho āyasmā ānando tehi bhikkhūhi saddhiṃ yena pālileyyakaṃ bhaddasālamūlaṃ yena bhagavā tenupasaṅkami; upasaṅkamitvā bhagavantaṃ abhivādetvā ekamantaṃ nisīdi. Ekamantaṃ nisinne kho te bhikkhū bhagavā dhammiyā kathāya sandassesi samādapesi samuttejesi sampahaṃsesi. Tena kho pana samayena aññatarassa bhikkhuno evaṃ cetaso parivitakko udapādi – ‘‘kathaṃ nu kho jānato kathaṃ passato anantarā āsavānaṃ khayo hotī’’ti? Atha kho bhagavā tassa bhikkhuno cetasā cetoparivitakkamaññāya bhikkhū āmantesi – ‘‘vicayaso desito, bhikkhave, mayā dhammo; vicayaso desitā cattāro satipaṭṭhānā; vicayaso desitā cattāro sammappadhānā; vicayaso [Pg.79] desitā cattāro iddhipādā; vicayaso desitāni pañcindriyāni; vicayaso desitāni pañca balāni; vicayaso desitā sattabojjhaṅgā; vicayaso desito ariyo aṭṭhaṅgiko maggo. Evaṃ vicayaso desito, bhikkhave, mayā dhammo. Evaṃ vicayaso desite kho, bhikkhave, mayā dhamme atha ca panidhekaccassa bhikkhuno evaṃ cetaso parivitakko udapādi – ‘kathaṃ nu kho jānato kathaṃ passato anantarā āsavānaṃ khayo hotī’’’ti? «Тогда почтенный Ананда вместе с теми бхиккху направился в Палилейяку, к подножию прекрасного дерева сал, где находился Благословенный. Приблизившись, они поклонились Благословенному и сели с одной стороны. Когда они сели с одной стороны, Благословенный наставил, воодушевил, вдохновил и порадовал этих бхиккху беседой о Дхамме. В это время у одного из бхиккху возникло такое размышление в уме: „Как именно нужно знать, как именно нужно видеть, чтобы произошло непосредственное уничтожение пятен ума (асав)?“ Благословенный, узнав своим умом размышление в уме того бхиккху, обратился к бхиккху: „Бхиккху, это Учение (Дхамма) было преподано мною с подробным разбором. С подробным разбором были преподаны четыре основы осознанности (сатипаттханы); с подробным разбором были преподаны четыре правильных усилия; с подробным разбором были преподаны четыре основы сверхъестественных сил; с подробным разбором были преподаны пять способностей; с подробным разбором были преподаны пять сил; с подробным разбором были преподаны seven факторов просветления; с подробным разбором был преподан Благородный Восьмеричный Путь. Так подробно было преподано мною это Учение, бхиккху. И тем не менее, когда это Учение было так подробно преподано мною, у одного из бхиккху возникло такое размышление в уме: ‘Как именно нужно знать, как именно нужно видеть, чтобы произошло непосредственное уничтожение пятен ума (асав)?’“» ‘‘Kathañca, bhikkhave, jānato kathaṃ passato anantarā āsavānaṃ khayo hoti? Idha bhikkhave, assutavā puthujjano ariyānaṃ adassāvī ariyadhammassa akovido ariyadhamme avinīto, sappurisānaṃ adassāvī sappurisadhammassa akovido sappurisadhamme avinīto rūpaṃ attato samanupassati. Yā kho pana sā, bhikkhave, samanupassanā saṅkhāro so. So pana saṅkhāro kiṃnidāno kiṃsamudayo kiṃjātiko kiṃpabhavo? Avijjāsamphassajena, bhikkhave, vedayitena phuṭṭhassa assutavato puthujjanassa uppannā taṇhā; tatojo so saṅkhāro. Iti kho, bhikkhave, sopi saṅkhāro anicco saṅkhato paṭiccasamuppanno. Sāpi taṇhā aniccā saṅkhatā paṭiccasamuppannā. Sāpi vedanā aniccā saṅkhatā paṭiccasamuppannā. Sopi phasso anicco saṅkhato paṭiccasamuppanno. Sāpi avijjā aniccā saṅkhatā paṭiccasamuppannā. Evampi kho, bhikkhave, jānato evaṃ passato anantarā āsavānaṃ khayo hoti. «И как, бхиккху, у того, кто знает, у того, кто видит, происходит немедленное уничтожение асав? Здесь, бхиккху, необученный обыватель, не видящий благородных, не сведущий в Дхамме благородных, не обученный Дхамме благородных, не видящий истинных людей, не сведущий в Дхамме истинных людей, не обученный Дхамме истинных людей, рассматривает форму как себя. Это рассматривание, бхиккху, есть санкхара. А эта санкхара — каков её источник, каково её происхождение, из чего она рождена, чем вызвана? У необученного обывателя, затронутого чувством, рождённым от контакта, сопряжённого с невежеством, возникает жажда; от этого рождается та санкхара. Таким образом, бхиккху, и та санкхара непостоянна, обусловлена, зависимо возникла. И та жажда непостоянна, обусловлена, зависимо возникла. И то чувство непостоянно, обусловлено, зависимо возникло. И тот контакт непостоянен, обусловлен, зависимо возник. И то невежество непостоянно, обусловлено, зависимо возникло. Вот так, бхиккху, у того, кто знает, у того, кто видит, происходит немедленное уничтожение асав». ‘‘Na heva kho rūpaṃ attato samanupassati; api ca kho rūpavantaṃ attānaṃ samanupassati. Yā kho pana sā, bhikkhave, samanupassanā saṅkhāro so. So pana saṅkhāro kiṃnidāno kiṃsamudayo kiṃjātiko kiṃpabhavo? Avijjāsamphassajena, bhikkhave, vedayitena phuṭṭhassa assutavato puthujjanassa uppannā taṇhā; tatojo so saṅkhāro. Iti kho, bhikkhave, sopi saṅkhāro anicco saṅkhato paṭiccasamuppanno. Sāpi taṇhā… sāpi vedanā… sopi phasso… sāpi avijjā aniccā saṅkhatā paṭiccasamuppannā. Evampi kho, bhikkhave, jānato evaṃ passato anantarā āsavānaṃ khayo hoti. «Он может не рассматривать форму как себя, но он рассматривает себя как обладающего формой. Это рассматривание, бхиккху, есть санкхара. А эта санкхара — каков её источник, каково её происхождение, из чего она рождена, чем вызвана? У необученного обывателя, затронутого чувством, рождённым от контакта, сопряжённого с невежеством, возникает жажда; от этого рождается та санкхара. Таким образом, бхиккху, и та санкхара непостоянна, обусловлена, зависимо возникла. И та жажда... и то чувство... и тот контакт... и то невежество непостоянно, обусловлено, зависимо возникло. Вот так, бхиккху, у того, кто знает, у того, кто видит, происходит немедленное уничтожение асав». ‘‘Na heva kho rūpaṃ attato samanupassati, na rūpavantaṃ attānaṃ samanupassati; api ca kho attani rūpaṃ samanupassati. Yā kho pana sā, bhikkhave[Pg.80], samanupassanā saṅkhāro so. So pana saṅkhāro kiṃnidāno kiṃsamudayo kiṃjātiko kiṃpabhavo? Avijjāsamphassajena, bhikkhave, vedayitena phuṭṭhassa assutavato puthujjanassa uppannā taṇhā; tatojo so saṅkhāro. Iti kho, bhikkhave, sopi saṅkhāro anicco saṅkhato paṭiccasamuppanno. Sāpi taṇhā… sāpi vedanā… sopi phasso… sāpi avijjā aniccā saṅkhatā paṭiccasamuppannā. Evampi kho, bhikkhave, jānato evaṃ passato anantarā āsavānaṃ khayo hoti. «Он может не рассматривать форму как себя или себя как обладающего формой, но он рассматривает форму в себе. Это рассматривание, бхиккху, есть санкхара. А эта санкхара — каков её источник, каково её происхождение, из чего она рождена, чем вызвана? У необученного обывателя, затронутого чувством, рождённым от контакта, сопряжённого с невежеством, возникает жажда; от этого рождается та санкхара. Таким образом, бхиккху, и та санкхара непостоянна, обусловлена, зависимо возникла. И та жажда... и то чувство... и тот контакт... и то невежество непостоянно, обусловлено, зависимо возникло. Вот так, бхиккху, у того, кто знает, у того, кто видит, происходит немедленное уничтожение асав». ‘‘Na heva kho rūpaṃ attato samanupassati, na rūpavantaṃ attānaṃ samanupassati, na attani rūpaṃ samanupassati; api ca kho rūpasmiṃ attānaṃ samanupassati. Yā kho pana sā, bhikkhave, samanupassanā saṅkhāro so. So pana saṅkhāro kiṃnidāno kiṃsamudayo kiṃjātiko kiṃpabhavo? Avijjāsamphassajena, bhikkhave, vedayite phuṭṭhassa assutavato puthujjanassa uppannā taṇhā; tatojo so saṅkhāro. Iti kho, bhikkhave, sopi saṅkhāro anicco saṅkhato paṭiccasamuppanno. Sāpi taṇhā … sāpi vedanā… sopi phasso… sāpi avijjā aniccā saṅkhatā paṭiccasamuppannā. Evampi kho, bhikkhave, jānato…pe… āsavānaṃ khayo hoti. «Он может не рассматривать форму как себя, или себя как обладающего формой, или форму в себе, но он рассматривает себя в форме. Это рассматривание, бхиккху, есть санкхара. А эта санкхара — каков её источник, каково её происхождение, из чего она рождена, чем вызвана? У необученного обывателя, затронутого чувством, рождённым от контакта, сопряжённого с невежеством, возникает жажда; от этого рождается та санкхара. Таким образом, бхиккху, и та санкхара непостоянна, обусловлена, зависимо возникла. И та жажда... и то чувство... и тот контакт... и то невежество непостоянно, обусловлено, зависимо возникло. Вот так, бхиккху, у того, кто знает... [и т. д.] ...происходит уничтожение асав». ‘‘Na heva kho rūpaṃ attato samanupassati, na rūpavantaṃ attānaṃ, na attani rūpaṃ, na rūpasmiṃ attānaṃ samanupassati; api ca kho vedanaṃ attato samanupassati, api ca kho vedanāvantaṃ attānaṃ samanupassati, api ca kho attani vedanaṃ samanupassati, api ca kho vedanāya attānaṃ samanupassati; api ca kho saññaṃ… api ca kho saṅkhāre attato samanupassati, api ca kho saṅkhāravantaṃ attānaṃ samanupassati, api ca kho attani saṅkhāre samanupassati, api ca kho saṅkhāresu attānaṃ samanupassati; api ca kho viññāṇaṃ attato samanupassati, api ca kho viññāṇavantaṃ attānaṃ, api ca kho attani viññāṇaṃ, api ca kho viññāṇasmiṃ attānaṃ samanupassati. Yā kho pana sā, bhikkhave, samanupassanā saṅkhāro so. So pana saṅkhāro kiṃnidāno…pe… kiṃpabhavo? Avijjāsamphassajena, bhikkhave, vedayite phuṭṭhassa assutavato puthujjanassa uppannā taṇhā; tatojo so saṅkhāro. Iti kho, bhikkhave, sopi saṅkhāro anicco saṅkhato paṭiccasamuppanno. Sāpi taṇhā… sāpi vedanā… sopi phasso [Pg.81]… sāpi avijjā aniccā saṅkhatā paṭiccasamuppannā. Evaṃ kho, bhikkhave, jānato evaṃ passato anantarā āsavānaṃ khayo hoti. «Он может не рассматривать форму как себя, или себя как обладающего формой, или форму в себе, или себя в форме; но он рассматривает чувство как себя, или себя как обладающего чувством, или чувство в себе, или себя в чувстве; он рассматривает восприятие... он рассматривает волевые формации как себя, или себя как обладающего волевыми формациями, или волевые формации в себе, или себя в волевых формациях; он рассматривает сознание как себя, или себя как обладающего сознанием, или сознание в себе, или себя в сознании. Это рассматривание, бхиккху, есть санкхара. А эта санкхара — каков её источник... [и т. д.] ...чем вызвана? У необученного обывателя, затронутого чувством, рождённым от контакта, сопряжённого с невежеством, возникает жажда; от этого рождается та санкхара. Таким образом, бхиккху, и та санкхара непостоянна, обусловлена, зависимо возникла. И та жажда... и то чувство... и тот контакт... и то невежество непостоянно, обусловлено, зависимо возникло. Вот так, бхиккху, у того, кто знает, у того, кто видит, происходит немедленное уничтожение асав». ‘‘Na heva kho rūpaṃ attato samanupassati, na vedanaṃ attato samanupassati, na saññaṃ… na saṅkhāre… na viññāṇaṃ attato samanupassati; api ca kho evaṃdiṭṭhi hoti – ‘so attā so loko, so pecca bhavissāmi nicco dhuvo sassato avipariṇāmadhammo’ti. Yā kho pana sā, bhikkhave, sassatadiṭṭhi saṅkhāro so. So pana saṅkhāro kiṃnidāno…pe… evampi kho, bhikkhave, jānato evaṃ passato anantarā āsavānaṃ khayo hoti. «Он может не рассматривать форму как себя, или чувство как себя, или восприятие... или волевые формации... или сознание как себя; но у него есть такое воззрение: „То, что есть моё «я» — это и есть мир; после смерти я буду постоянным, стабильным, вечным, не подверженным изменениям“. Это воззрение о вечности, бхиккху, есть санкхара. А эта санкхара — каков её источник... [и т. д.] ...Вот так, бхиккху, у того, кто знает, у того, кто видит, происходит немедленное уничтожение асав». ‘‘Na heva kho rūpaṃ attato samanupassati, na vedanaṃ … na saññaṃ… na saṅkhāre… na viññāṇaṃ attato samanupassati; nāpi evaṃdiṭṭhi hoti – ‘so attā so loko, so pecca bhavissāmi nicco dhuvo sassato avipariṇāmadhammo’ti. Api ca kho evaṃdiṭṭhi hoti – ‘no cassaṃ no ca me siyā nābhavissaṃ na me bhavissatī’ti. Yā kho pana sā, bhikkhave, ucchedadiṭṭhi saṅkhāro so. So pana saṅkhāro kiṃnidāno kiṃsamudayo kiṃjātiko kiṃpabhavo? Avijjāsamphassajena, bhikkhave, vedayitena phuṭṭhassa assutavato puthujjanassa uppannā taṇhā; tatojo so saṅkhāro. Iti kho, bhikkhave, sopi saṅkhāro anicco…pe… evampi kho, bhikkhave, jānato evaṃ passato anantarā āsavānaṃ khayo hoti. «Он может не рассматривать форму как себя, или чувство... или восприятие... или волевые формации... или сознание как себя; и у него нет такого воззрения: „То, что есть моё «я» — это и есть мир; после смерти я буду постоянным, стабильным, вечным, не подверженным изменениям“. Но у него есть такое воззрение: „Меня могло бы не быть, и у меня могло бы ничего не быть; меня не будет, и у меня ничего не будет“. Это воззрение об уничтожении, бхиккху, есть санкхара. А эта санкхара — каков её источник, каково её происхождение, из чего она рождена, чем вызвана? У необученного обывателя, затронутого чувством, рождённым от контакта, сопряжённого с невежеством, возникает жажда; от этого рождается та санкхара. Таким образом, бхиккху, и та санкхара непостоянна... [и т. д.] ...Вот так, бхиккху, у того, кто знает, у того, кто видит, происходит немедленное уничтожение асав». ‘‘Na heva kho rūpaṃ attato samanupassati, na vedanaṃ… na saññaṃ… na saṅkhāre… na viññāṇaṃ attato samanupassati…pe… na viññāṇasmiṃ attato samanupassati, nāpi evaṃdiṭṭhi hoti – ‘so attā so loko, so pecca bhavissāmi nicco dhuvo sassato avipariṇāmadhammo’ti; nāpi evaṃdiṭṭhi hoti – ‘no cassaṃ no ca me siyā nābhavissaṃ na me bhavissatī’ti; api ca kho kaṅkhī hoti vicikicchī aniṭṭhaṅgato saddhamme. Yā kho pana sā, bhikkhave, kaṅkhitā vicikicchitā aniṭṭhaṅgatatā saddhamme saṅkhāro so. So pana saṅkhāro kiṃnidāno kiṃsamudayo kiṃjātiko kiṃpabhavo? Avijjāsamphassajena, bhikkhave, vedayitena phuṭṭhassa assutavato puthujjanassa uppannā taṇhā; tatojo so saṅkhāro. Iti kho, bhikkhave, sopi saṅkhāro anicco saṅkhato [Pg.82] paṭiccasamuppanno. Sāpi taṇhā aniccā saṅkhatā paṭiccasamuppannā. Sāpi vedanā aniccā saṅkhatā paṭiccasamuppannā. Sopi phasso anicco saṅkhato paṭiccasamuppanno. Sāpi avijjā aniccā saṅkhatā paṭiccasamuppannā. Evaṃ kho, bhikkhave, jānato evaṃ passato anantarā āsavānaṃ khayo hotī’’ti. Navamaṃ. «Он может не рассматривать форму как себя, или чувство... или восприятие... или волевые формации... или сознание как себя... [и т. д.] ...или себя в сознании; и у него нет такого воззрения: „То, что есть моё «я» — это и есть мир; после смерти я буду постоянным, стабильным, вечным, не подверженным изменениям“; и у него нет такого воззрения: „Меня могло бы не быть, и у меня могло бы ничего не быть; меня не будет, и у меня ничего не будет“; но он колеблется, сомневается, не имеет твёрдой уверенности в отношении Истинной Дхаммы. Это колебание, сомнение, отсутствие твёрдой уверенности в отношении Истинной Дхаммы, бхиккху, есть санкхара. А эта санкхара — каков её источник, каково её происхождение, из чего она рождена, чем вызвана? У необученного обывателя, затронутого чувством, рождённым от контакта, сопряжённого с невежеством, возникает жажда; от этого рождается та санкхара. Таким образом, бхиккху, и та санкхара непостоянна, обусловлена, зависимо возникла. И та жажда непостоянна, обусловлена, зависимо возникла. И то чувство непостоянно, обусловлено, зависимо возникло. И тот контакт непостоянен, обусловлен, зависимо возник. И то невежество непостоянно, обусловлено, зависимо возникло. Вот так, бхиккху, у того, кто знает, у того, кто видит, происходит немедленное уничтожение асав». Девятая [сутта]. 10. Puṇṇamasuttaṃ 10. Пунняма-сутта 82. Ekaṃ samayaṃ bhagavā sāvatthiyaṃ viharati pubbārāme migāramātupāsāde mahatā bhikkhusaṅghena saddhiṃ. Tena kho pana samayena bhagavā tadahuposathe pannarase puṇṇāya puṇṇamāya rattiyā bhikkhusaṅghaparivuto ajjhokāse nisinno hoti. 82. Однажды Благословенный пребывал в Саваттхи, в Восточном монастыре (Пуббараме), во дворце матери Мигары, вместе с большой общиной бхиккху. В то время — в день Упосатхи на пятнадцатый день, в ночь полнолуния — Благословенный сидел на открытом воздухе в окружении общины бхиккху. Atha kho aññataro bhikkhu uṭṭhāyāsanā ekaṃsaṃ uttarāsaṅgaṃ karitvā yena bhagavā tenañjaliṃ paṇāmetvā bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘puccheyyāhaṃ, bhante, bhagavantaṃ kiñcideva desaṃ, sace me bhagavā okāsaṃ karoti pañhassa veyyākaraṇāyā’’ti? ‘‘Tena hi tvaṃ, bhikkhu, sake āsane nisīditvā puccha yadākaṅkhasī’’ti. ‘‘Evaṃ, bhante’’ti kho so bhikkhu bhagavato paṭissutvā sake āsane nisīditvā bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘ime nu kho, bhante, pañcupādānakkhandhā, seyyathidaṃ – rūpupādānakkhandho, vedanupādānakkhandho, saññupādānakkhandho, saṅkhārupādānakkhandho, viññāṇupādānakkhandho’’ti. Тогда один бхиккху поднялся со своего места, набросил верхнюю мантию на одно плечо, благоговейно сложил ладони в сторону Благословенного и сказал ему: «Уважаемый господин, я хотел бы спросить Благословенного об одном вопросе, если Благословенный окажет мне милость ответить на мой вопрос». — «В таком случае, бхиккху, сядь на своё место и спрашивай о чём пожелаешь». — «Да, уважаемый господин», — ответил тот бхиккху. Затем он сел на своё место и сказал Благословенному: «Уважаемый господин, не эти ли пять совокупностей являются совокупностями цепляния, а именно: совокупность формы, подверженная цеплянию; совокупность чувства, подверженная цеплянию; совокупность восприятия, подверженная цеплянию; совокупность волевых формаций, подверженная цеплянию; совокупность сознания, подверженная цеплянию?» ‘‘Ime kho pana, bhikkhu, pañcupādānakkhandhā; seyyathidaṃ – rūpupādānakkhandho…pe… viññāṇupādānakkhandho’’ti. ‘‘Sādhu, bhante’’ti kho so bhikkhu bhagavato bhāsitaṃ abhinanditvā anumoditvā bhagavantaṃ uttariṃ pañhaṃ apucchi – «Это именно те пять совокупностей цепляния, бхиккху, а именно: совокупность формы, подверженная цеплянию... [и т. д.] ...совокупность сознания, подверженная цеплянию». — «Хорошо, уважаемый господин!» — воскликнул тот бхиккху, порадовавшись и выразив одобрение словам Благословенного. Затем он задал Благословенному следующий вопрос: ‘‘Ime kho pana, bhante, pañcupādānakkhandhā kiṃmūlakā’’ti? ‘‘Ime kho, bhikkhu, pañcupādānakkhandhā chandamūlakā’’ti…pe… taññeva nu kho, bhante, upādānaṃ te pañcupādānakkhandhā udāhu aññatra pañcahi upādānakkhandhehi upādānanti? ‘‘Na kho, bhikkhu, taññeva upādānaṃ te pañcupādānakkhandhā nāpi aññatra pañcahi upādānakkhandhehi upādānaṃ, api ca yo tattha chandarāgo taṃ tattha upādāna’’nti. ‘‘Sādhu, bhante’’ti kho so bhikkhu…pe… uttariṃ pañhaṃ apucchi – «Но в чём, уважаемый господин, корень этих пяти совокупностей цепляния?» — «Эти пять совокупностей цепляния, бхиккху, укоренены в желании». ... [и т. д.] ... «Уважаемый господин, является ли само это цепляние теми самыми пятью совокупностями цепляния, или же цепляние — это нечто отдельное от пяти совокупностей цепляния?» — «Бхиккху, это цепляние не является ни теми самыми пятью совокупностями цепляния, ни чем-то отдельным от пяти совокупностей цепляния. Скорее, желание и страсть к ним — вот что является там цеплянием». — «Хорошо, уважаемый господин!» — воскликнул тот бхиккху... [и т. д.] ...и задал Благословенному следующий вопрос: ‘‘Siyā [Pg.83] pana, bhante, pañcupādānakkhandhesu chandarāgavemattatā’’ti? ‘‘Siyā, bhikkhū’’ti bhagavā avoca – ‘‘idha, bhikkhu, ekaccassa evaṃ hoti – ‘evaṃrūpo siyaṃ anāgatamaddhānaṃ, evaṃvedano siyaṃ anāgatamaddhānaṃ, evaṃsañño siyaṃ anāgatamaddhānaṃ, evaṃsaṅkhāro siyaṃ anāgatamaddhānaṃ, evaṃviññāṇo siyaṃ anāgatamaddhāna’nti. Evaṃ kho, bhikkhu, siyā pañcupādānakkhandhesu chandarāgavemattatā’’ti? ‘‘Sādhu, bhante’’ti kho so bhikkhu…pe… uttariṃ pañhaṃ apucchi – «Но может ли, уважаемый господин, существовать различие в желании и страсти к пяти совокупностям цепляния?» — «Может, бхиккху», — сказал Благословенный. — «Здесь, бхиккху, у кого-то возникает такая мысль: „Пусть в будущем у меня будет такая форма! Пусть в будущем у меня будет такое чувство! Пусть в будущем у меня будет такое восприятие! Пусть в будущем у меня будут такие волевые формации! Пусть в будущем у меня будет такое сознание!“ Вот так, бхиккху, может существовать различие в желании и страсти к пяти совокупностям цепляния». — «Хорошо, уважаемый господин!» — воскликнул тот бхиккху... [и т. д.] ...и задал Благословенному следующий вопрос: ‘‘Kittāvatā nu kho, bhante, khandhānaṃ khandhādhivacana’’nti? ‘‘Yaṃ kiñci, bhikkhu, rūpaṃ atītānāgatapaccuppannaṃ ajjhattaṃ vā bahiddhā vā oḷārikaṃ vā sukhumaṃ vā hīnaṃ vā paṇītaṃ vā yaṃ dūre santike vā, ayaṃ vuccati rūpakkhandho. Yā kāci vedanā… yā kāci saññā … ye keci saṅkhārā… yaṃ kiñci viññāṇaṃ atītānāgatapaccuppannaṃ ajjhattaṃ vā bahiddhā vā oḷārikaṃ vā sukhumaṃ vā hīnaṃ vā paṇītaṃ vā yaṃ dūre santike vā, ayaṃ vuccati viññāṇakkhandho. Ettāvatā kho, bhikkhu, khandhānaṃ khandhādhivacana’’nti. ‘‘Sādhu, bhante’’ti kho so bhikkhu…pe… apucchi – «В какой мере, уважаемый господин, к совокупностям применимо обозначение „совокупности“?» — «Какая бы ни была форма, бхиккху, прошлая, будущая или настоящая, внутренняя или внешняя, грубая или утонченная, низшая или высшая, далекая или близкая — это называется совокупностью формы. Какое бы ни было чувство... какое бы ни было восприятие... какие бы ни были волевые формирователи... какое бы ни было сознание, прошлое, будущее или настоящее, внутреннее или внешнее, грубое или утонченное, низшее или высшее, далекое или близкое — это называется совокупностью сознания. В такой мере, бхиккху, к совокупностям применимо обозначение „совокупности“». — «Хорошо, уважаемый господин», — ответил тот бхиккху и... спросил далее: ‘‘Ko nu kho, bhante, hetu ko paccayo rūpakkhandhassa paññāpanāya; ko hetu ko paccayo vedanākkhandhassa paññāpanāya; ko hetu ko paccayo saññākkhandhassa paññāpanāya; ko hetu ko paccayo saṅkhārakkhandhassa paññāpanāya; ko hetu ko paccayo viññāṇakkhandhassa paññāpanāyā’’ti? ‘‘Cattāro kho, bhikkhu, mahābhūtā hetu, cattāro mahābhūtā paccayo rūpakkhandhassa paññāpanāya. Phasso hetu phasso paccayo vedanākkhandhassa paññāpanāya. Phasso hetu phasso paccayo saññākkhandhassa paññāpanāya. Phasso hetu, phasso paccayo saṅkhārakkhandhassa paññāpanāya. Nāmarūpaṃ hetu, nāmarūpaṃ paccayo viññāṇakkhandhassa paññāpanāyā’’ti. ‘‘Sādhu, bhante’’ti kho so bhikkhu…pe… apucchi – «Каковы, уважаемый господин, причина и условие для проявления совокупности формы? Каковы причина и условие для проявления совокупности чувства?... для проявления совокупности восприятия?... для проявления совокупности волевых формирователей?... для проявления совокупности сознания?» — «Четыре великих первоэлемента, бхиккху, являются причиной, четыре великих первоэлемента — условием для проявления совокупности формы. Контакт — причина, контакт — условие для проявления совокупности чувства. Контакт — причина, контакт — условие для проявления совокупности восприятия. Контакт — причина, контакт — условие для проявления совокупности волевых формирователей. Имя-и-форма — причина, имя-и-форма — условие для проявления совокупности сознания». — «Хорошо, уважаемый господин», — ответил тот бхиккху и... спросил далее: ‘‘Kathaṃ nu kho, bhante, sakkāyadiṭṭhi hotī’’ti? ‘‘Idha, bhikkhu, assutavā puthujjano ariyānaṃ adassāvī ariyadhammassa akovido ariyadhamme avinīto, sappurisānaṃ adassāvī sappurisadhammassa akovido sappurisadhamme avinīto rūpaṃ attato samanupassati, rūpavantaṃ vā attānaṃ; attani vā rūpaṃ, rūpasmiṃ vā attānaṃ; vedanaṃ… saññaṃ… saṅkhāre… viññāṇaṃ… attato samanupassati, viññāṇavantaṃ vā attānaṃ; attani vā viññāṇaṃ, viññāṇasmiṃ [Pg.84] vā attānaṃ. Evaṃ kho, bhikkhu, sakkāyadiṭṭhi hotī’’ti. ‘‘Sādhu, bhante’’ti kho so bhikkhu…pe… apucchi – «Как, уважаемый господин, возникает воззрение о самости?» — «Здесь, бхиккху, необразованный обыватель, который не видит благородных, не сведущ в их Дхамме и не обучен ей, который не видит истинных людей, не сведущ в их Дхамме и не обучен ей, рассматривает форму как себя, или себя как обладающего формой, или форму как содержащуюся в себе, или себя как содержащегося в форме. Он рассматривает чувство... восприятие... волевые формирователи... сознание как себя, или себя как обладающего сознанием, или сознание как содержащееся в себе, или себя как содержащегося в сознании. Вот так, бхиккху, возникает воззрение о самости». — «Хорошо, уважаемый господин», — ответил тот бхиккху и... спросил далее: ‘‘Kathaṃ pana, bhante, sakkāyadiṭṭhi na hotī’’ti? ‘‘Idha, bhikkhu, sutavā ariyasāvako ariyānaṃ dassāvī ariyadhammassa kovido ariyadhamme suvinīto, sappurisānaṃ dassāvī sappurisadhammassa kovido sappurisadhamme suvinīto na rūpaṃ attato samanupassati, na rūpavantaṃ vā attānaṃ; na attani vā rūpaṃ, na rūpasmiṃ vā attānaṃ; na vedanaṃ… na saññaṃ… na saṅkhāre… na viññāṇaṃ attato samanupassati, na viññāṇavantaṃ vā attānaṃ; na attani vā viññāṇaṃ, na viññāṇasmiṃ vā attānaṃ. Evaṃ kho, bhikkhu, sakkāyadiṭṭhi na hotī’’ti. ‘‘Sādhu, bhante’’ti kho so bhikkhu…pe… apucchi – «Но как, уважаемый господин, воззрение о самости не возникает?» — «Здесь, бхиккху, образованный благородный ученик, который видит благородных, сведущ в их Дхамме и обучен ей, который видит истинных людей, сведущ в их Дхамме и обучен ей, не рассматривает форму как себя, или себя как обладающего формой, или форму как содержащуюся в себе, или себя как содержащегося в форме. Он не рассматривает чувство... восприятие... волевые формирователи... сознание как себя, или себя как обладающего сознанием, или сознание как содержащееся в себе, или себя как содержащегося в сознании. Вот так, бхиккху, воззрение о самости не возникает». — «Хорошо, уважаемый господин», — ответил тот бхиккху и... спросил далее: ‘‘Ko nu kho, bhante, rūpassa assādo, ko ādīnavo, kiṃ nissaraṇaṃ; ko vedanāya… ko saññāya… ko saṅkhārānaṃ… ko viññāṇassa assādo, ko ādīnavo, kiṃ nissaraṇa’’nti? ‘‘Yaṃ kho, bhikkhu, rūpaṃ paṭicca uppajjati sukhaṃ somanassaṃ – ayaṃ rūpassa assādo. Yaṃ rūpaṃ aniccaṃ dukkhaṃ vipariṇāmadhammaṃ – ayaṃ rūpassa ādīnavo. Yo rūpasmiṃ chandarāgavinayo chandarāgappahānaṃ – idaṃ rūpassa nissaraṇaṃ. Yaṃ vedanaṃ paṭicca… yaṃ saññaṃ paṭicca… ye saṅkhāre paṭicca… yaṃ viññāṇaṃ paṭicca uppajjati sukhaṃ somanassaṃ – ayaṃ viññāṇassa assādo. Yaṃ viññāṇaṃ aniccaṃ dukkhaṃ vipariṇāmadhammaṃ – ayaṃ viññāṇassa ādīnavo. Yo viññāṇasmiṃ chandarāgavinayo chandarāgappahānaṃ – idaṃ viññāṇassa nissaraṇa’’nti. ‘‘Sādhu, bhante’’ti kho so bhikkhu bhagavato bhāsitaṃ abhinanditvā anumoditvā bhagavantaṃ uttariṃ pañhaṃ apucchi – «Каковы, уважаемый господин, удовлетворение, опасность и освобождение в случае формы? Каковы удовлетворение, опасность и освобождение в случае чувства?... восприятия?... волевых формирователей?... сознания?» — «То удовольствие и радость, бхиккху, что возникают в зависимости от формы — это удовлетворение в форме. То, что форма непостоянна, подвержена страданию и изменению — это опасность в форме. Устранение и оставление желания и страсти к форме — это освобождение от формы. То удовольствие и радость, что возникают в зависимости от чувства... в зависимости от восприятия... в зависимости от волевых формирователей... в зависимости от сознания — это удовлетворение в сознании. То, что сознание непостоянно, подвержено страданию и изменению — это опасность в сознании. Устранение и оставление желания и страсти к сознанию — это освобождение от сознания». — «Хорошо, уважаемый господин», — ответил тот бхиккху, порадовавшись и восхитившись словами Благословенного, и задал Благословенному следующий вопрос: ‘‘Kathaṃ nu kho, bhante, jānato, kathaṃ passato imasmiñca saviññāṇake kāye bahiddhā ca sabbanimittesu ahaṅkāramamaṅkāramānānusayā na hontī’’ti? ‘‘Yaṃ kiñci, bhikkhu, rūpaṃ atītānāgatapaccuppannaṃ ajjhattaṃ vā bahiddhā vā oḷārikaṃ vā sukhumaṃ vā hīnaṃ vā paṇītaṃ vā yaṃ dūre santike vā, sabbaṃ rūpaṃ – ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’ti evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya passati. Yā [Pg.85] kāci vedanā… yā kāci saññā… ye keci saṅkhārā… yaṃ kiñci viññāṇaṃ atītānāgatapaccuppannaṃ ajjhattaṃ vā bahiddhā vā oḷārikaṃ vā sukhumaṃ vā hīnaṃ vā paṇītaṃ vā yaṃ dūre santike vā, sabbaṃ viññāṇaṃ – ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’ti evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya passati. Evaṃ kho, bhikkhu, jānato evaṃ passato imasmiñca saviññāṇake kāye bahiddhā ca sabbanimittesu ahaṅkāramamaṅkāramānānusayā na hontī’’ti. «Как, уважаемый господин, нужно знать, как нужно видеть, чтобы в отношении этого тела с сознанием и в отношении всех внешних признаков больше не возникало представлений «я», «моё» и склонности к тщеславию?» — «Какую бы ни было форму, бхиккху, прошлую, будущую или настоящую, внутреннюю или внешнюю, грубую или утонченную, низшую или высшую, далекую или близкую — всю форму человек видит в соответствии с действительностью правильной мудростью так: „Это не моё, это не я, это не моя самость“. Какое бы ни было чувство... какое бы ни было восприятие... какие бы ни были волевые формирователи... какое бы ни было сознание, прошлое, будущее или настоящее, внутреннее или внешнее, грубое или утонченное, низшее или высшее, далекое или близкое — все сознание человек видит в соответствии с действительностью правильной мудростью так: „Это не моё, это не я, это не моя самость“. Когда человек так знает и так видит, бхиккху, то в отношении этого тела с сознанием и в отношении всех внешних признаков больше не возникают представления «я», «моё» и склонность к тщеславию». Tena kho pana samayena aññatarassa bhikkhuno evaṃ cetaso parivitakko udapādi – ‘‘iti kira bho rūpaṃ anattā, vedanā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ anattā; anattakatāni kammāni kathamattānaṃ phusissantī’’ti. Atha kho bhagavā tassa bhikkhuno cetasā ceto parivitakkamaññāya bhikkhū āmantesi – В то время в уме одного бхиккху возникло такое размышление: «Итак, получается, что форма — это не-себя, чувство — не-себя, восприятие — не-себя, волевые формирователи — не-себя, сознание — не-себя. Какую же самость тогда затронут действия, совершенные тем, что не является самостью?» Тогда Благословенный, постигнув своим умом размышление в уме того бхиккху, обратился к бхиккху: ‘‘Ṭhānaṃ kho panetaṃ, bhikkhave, vijjati yaṃ idhekacco moghapuriso avidvā avijjāgato taṇhādhipateyyena cetasā satthusāsanaṃ atidhāvitabbaṃ maññeyya. Iti kira, bho, rūpaṃ anattā, vedanā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ anattā. Anattakatāni kammāni kathamattānaṃ phusissantīti? Paṭipucchāvinītā kho me tumhe, bhikkhave, tatra tatra tesu tesu dhammesu. «Вполне возможно, монахи, что некий пустой человек здесь, глупый и невежественный, чей ум во власти вожделения, подумает, что он может превзойти Учение Учителя, рассуждая так: „Итак, получается, что форма — это не-себя... сознание — не-себя. Какую же самость тогда затронут действия, совершенные тем, что не является самостью?“ Но ведь вы, монахи, были обучены мною посредством расспросов то тут, то там относительно различных учений». ‘‘Taṃ kiṃ maññatha, bhikkhave, rūpaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’. ‘‘Vedanā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ dukkhaṃ vā taṃ sukhaṃ vā’’ti? ‘‘Dukkhaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ dukkhaṃ vipariṇāmadhammaṃ, kallaṃ nu taṃ samanupassituṃ – ‘etaṃ mama, esohamasmi, eso me attā’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. Tasmātiha…pe… evaṃ passaṃ…pe… nāparaṃ itthattāyāti pajānātī’’ti. «Как вы думаете, монахи, форма постоянна или непостоянна?» — «Непостоянна, уважаемый господин». — «Чувство... восприятие... волевые формирователи... сознание постоянны или непостоянны?» — «Непостоянны, уважаемый господин». — «А то, что непостоянно — приносит ли оно страдание или счастье?» — «Страдание, уважаемый господин». — «А то, что непостоянно, подвержено страданию и изменению, приличествует ли рассматривать так: „Это моё, это я, это моя самость“?» — «Нет, уважаемый господин». — «Поэтому... видя так... он понимает: „...нет ничего более для этого состояния бытия“». ‘‘Dve khandhā taññeva siyaṃ, adhivacanañca hetunā; Sakkāyena duve vuttā, assādaviññāṇakena ca; Ete dasavidhā vuttā, hoti bhikkhu pucchāyā’’ti. dasamaṃ; «Два вопроса о совокупностях, о том же самом, о применимости обозначения и о причине; два вопроса о воззрении о самости, а также об удовлетворении и о сознании. Эти десять видов вопросов были заданы в расспросах бхиккху». Десятая. Khajjanīyavaggo aṭṭhamo. Восьмая глава «Хаджжания». Tassuddānaṃ – Оглавление этой главы: Assādo [Pg.86] dve samudayā, arahantehi apare dve; Sīho khajjanī piṇḍolyaṃ, pālileyyena puṇṇamāti. «Удовлетворение», две сутты о «Возникновении», еще две об «Арахантах», «Сиха», «Хаджжания», «Пиндолья», вместе с «Палилейей» и «Пуннама». 9. Theravaggo 9. Глава о старейшинах 1. Ānandasuttaṃ 1. Ананда-сутта 83. Sāvatthinidānaṃ. Tatra kho āyasmā ānando bhikkhū āmantesi – ‘‘āvuso, bhikkhave’’ti. ‘‘Āvuso’’ti kho te bhikkhū āyasmato ānandassa paccassosuṃ. Āyasmā ānando etadavoca – 83. Место пребывания — Саваттхи. Там достопочтенный Ананда обратился к бхиккху: «Друзья, бхиккху!» — «Друг!» — ответили те бхиккху достопочтенному Ананде. Достопочтенный Ананда сказал следующее: ‘‘Puṇṇo nāma, āvuso, āyasmā mantāṇiputto amhākaṃ navakānaṃ sataṃ bahūpakāro hoti. So amhe iminā ovādena ovadati – ‘upādāya, āvuso ānanda, asmīti hoti, no anupādāya. Kiñca upādāya asmīti hoti, no anupādāya? Rūpaṃ upādāya asmīti hoti, no anupādāya. Vedanaṃ… saññaṃ… saṅkhāre… viññāṇaṃ upādāya asmīti hoti, no anupādāya’’’. «Друзья, достопочтенный Пунна Мантанипутта был очень полезен для нас, когда мы были новопосвященными. Он наставлял нас таким наставлением: „Друг Ананда, цеплянием обусловлено представление «я есмь», а не отсутствием цепляния. И за счет цепляния к чему возникает представление «я есмь», а не без цепляния? За счет цепляния к форме возникает представление «я есмь», а не без цепляния. За счет цепляния к чувству... к восприятию... к волевым формирователям... к сознанию возникает представление «я есмь», а не без цепляния“». ‘‘Seyyathāpi, āvuso ānanda, itthī vā puriso vā daharo yuvā maṇḍanakajātiko ādāse vā parisuddhe pariyodāte acche vā udakapatte sakaṃ mukhanimittaṃ paccavekkhamāno upādāya passeyya, no anupādāya; evameva kho, āvuso ānanda, rūpaṃ upādāya asmīti hoti, no anupādāya. Vedanaṃ… saññaṃ… saṅkhāre… viññāṇaṃ upādāya asmīti hoti, no anupādāya. «Представь, друг Ананда, молодую женщину или мужчину — юных и любящих украшения, которые рассматривают отражение своего лица в чистом, ярком, безупречном зеркале или в чаше с чистой, прозрачной водой: они увидят его благодаря цеплянию, а не без цепляния. Точно так же, друг Ананда, за счет цепляния к форме возникает представление «я есмь», а не без цепляния. За счет цепляния к чувству... к восприятию... к волевым формирователям... к сознанию возникает представление «я есмь», а не без цепляния». ‘‘Taṃ kiṃ maññasi, āvuso ānanda, ‘rūpaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’’ti? ‘Aniccaṃ, āvuso’. Vedanā… saññā … saṅkhārā… viññāṇaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’ti? ‘Aniccaṃ, āvuso’. Tasmātiha…pe… evaṃ passaṃ…pe… nāparaṃ itthattāyāti pajānātīti. Puṇṇo nāma āvuso āyasmā mantāṇiputto amhākaṃ navakānaṃ sataṃ bahūpakāro hoti. So amhe iminā ovādena [Pg.87] ovadati. Idañca pana me āyasmato puṇṇassa mantāṇiputtassa dhammadesanaṃ sutvā dhammo abhisamitoti. Paṭhamaṃ. «Как ты думаешь, друг Ананда, форма постоянна или непостоянна?» — «Непостоянна, друг». — «Чувство... восприятие... волевые формирователи... сознание постоянны или непостоянны?» — «Непостоянны, друг». — «Поэтому... видя так... он понимает: „...нет ничего более для этого состояния бытия“». Друзья, достопочтенный Пунна Мантанипутта был очень полезен для нас, когда мы были новопосвященными. Он наставлял нас этим наставлением. И когда я услышал это учение Дхаммы от достопочтенного Пунны Мантанипутты, я полностью постиг Дхамму». Первая. 2. Tissasuttaṃ 2. Тисса-сутта 84. Sāvatthinidānaṃ. Tena kho pana samayena āyasmā tisso bhagavato pitucchāputto sambahulānaṃ bhikkhūnaṃ evamāroceti – ‘‘api me, āvuso, madhurakajāto viya kāyo; disāpi me na pakkhāyanti; dhammāpi maṃ na paṭibhanti; thinamiddhañca me cittaṃ pariyādāya tiṭṭhati; anabhirato ca brahmacariyaṃ carāmi; hoti ca me dhammesu vicikicchā’’ti. 84. Место пребывания — Саваттхи. В то время достопочтенный Тисса, двоюродный брат Благословенного по отцу, сообщил многим бхиккху: «Друзья, мое тело словно налилось тяжестью, я потерял ориентацию в пространстве, учения больше не ясны мне. Лень и сонливость овладели моим умом. Я веду святую жизнь без удовлетворения, и у меня есть сомнения относительно учений». Atha kho sambahulā bhikkhū yena bhagavā tenupasaṅkamiṃsu; upasaṅkamitvā bhagavantaṃ abhivādetvā ekamantaṃ nisīdiṃsu. Ekamantaṃ nisinnā kho te bhikkhū bhagavantaṃ etadavocuṃ – ‘‘āyasmā, bhante, tisso bhagavato pitucchāputto sambahulānaṃ bhikkhūnaṃ evamāroceti – ‘api me, āvuso, madhurakajāto viya kāyo; disāpi me na pakkhāyanti; dhammāpi maṃ na paṭibhanti; thinamiddhañca me cittaṃ pariyādāya tiṭṭhati; anabhirato ca brahmacariyaṃ carāmi; hoti ca me dhammesu vicikicchā’’’ti. Тогда многие бхиккху подошли к Благословенному, поклонились ему и сели рядом. Сидя рядом, эти бхиккху сказали Благословенному: «Уважаемый господин, достопочтенный Тисса, двоюродный брат Благословенного по отцу, сообщил многим бхиккху: „Друзья, мое тело словно налилось тяжестью, я потерял орийентацию в пространстве, учения больше не ясны мне. Лень и сонливость овладели моим умом. Я веду святую жизнь без удовлетворения, и у меня есть сомнения относительно учений“». Atha kho bhagavā aññataraṃ bhikkhuṃ āmantesi – ‘‘ehi tvaṃ, bhikkhu, mama vacanena tissaṃ bhikkhuṃ āmantehī’’ti. ‘‘Evaṃ, bhante’’ti kho so bhikkhu bhagavato paṭissutvā yenāyasmā tisso tenupasaṅkami; upasaṅkamitvā āyasmantaṃ tissaṃ etadavoca – ‘‘satthā taṃ, āvuso tissa, āmantetī’’ti. ‘‘Evamāvuso’’ti kho āyasmā tisso tassa bhikkhuno paṭissutvā yena bhagavā tenupasaṅkami; upasaṅkamitvā bhagavantaṃ abhivādetvā ekamantaṃ nisīdi. Ekamantaṃ nisinnaṃ kho āyasmantaṃ tissaṃ bhagavā etadavoca – ‘‘saccaṃ kira tvaṃ, tissa, sambahulānaṃ bhikkhūnaṃ evamārocesi – ‘api me, āvuso, madhurakajāto viya kāyo…pe… hoti ca me dhammesu vicikicchā’’’ti? ‘‘Evaṃ, bhante’’. ‘‘Taṃ kiṃ maññasi, tissa, rūpe avigatarāgassa avigatacchandassa avigatapemassa avigatapipāsassa avigatapariḷāhassa avigatataṇhassa, tassa rūpassa vipariṇāmaññathābhāvā uppajjanti sokaparidevadukkhadomanassupāyāsā’’ti? ‘‘Evaṃ, bhante’’. Тогда Благословенный обратился к одному бхиккху: «Ступай, бхиккху, позови бхиккху Тиссу от моего имени». — «Да, владыка», — ответил тот бхиккху Благословенному и направился к почтенному Тиссе. Подойдя к почтенному Тиссе, он сказал ему: «Друг Тисса, Учитель зовёт тебя». — «Хорошо, друг», — ответил почтенный Тисса тому бхиккху и направился к Благословенному. Подойдя к Благословенному, он выразил ему почтение и сел сбоку. Когда почтенный Тисса сел сбоку, Благословенный сказал ему: «Правда ли, Тисса, что ты объявил многим бхиккху: „Друзья, моё тело словно отяжелело... [и т. д.]... и у меня возникли сомнения в учениях“?» — «Да, владыка». — «Как ты думаешь, Тисса, если человек не избавился от страсти к форме, не избавился от желания, привязанности, жажды, пыла и вожделения к ней, то при изменении и инаковости этой формы возникнут ли в нём скорбь, плач, боль, печаль и отчаяние?» — «Да, владыка». ‘‘Sādhu [Pg.88] sādhu, tissa! Evañhetaṃ, tissa, hoti. Yathā taṃ rūpe avigatarāgassa… vedanāya… saññāya… saṅkhāresu avigatarāgassa…pe… tesaṃ saṅkhārānaṃ vipariṇāmaññathābhāvā uppajjanti sokaparidevadukkhadomanassupāyāsā’’ti? ‘‘Evaṃ, bhante’’. «Хорошо, хорошо, Тисса! Именно так оно и бывает, Тисса, у того, кто не избавился от страсти к форме. [Как ты думаешь, Тисса, если человек не избавился от страсти] к чувству... к восприятию... к санкхарам, не избавился от желания, привязанности, жажды, пыла и вожделения к ним, то при изменении и инаковости этих санкхар возникнут ли в нём скорбь, плач, боль, печаль и отчаяние?» — «Да, владыка». ‘‘Sādhu sādhu, tissa! Evañhetaṃ, tissa, hoti. Yathā taṃ viññāṇe avigatarāgassa avigatacchandassa avigatapemassa avigatapipāsassa avigatapariḷāhassa avigatataṇhassa, tassa viññāṇassa vipariṇāmaññathābhāvā uppajjanti sokaparidevadukkhadomanassupāyāsā’’ti? ‘‘Evaṃ, bhante’’. «Хорошо, хорошо, Тисса! Именно так оно и бывает, Тисса, у того, кто не избавился от страсти к санкхарам. Как ты думаешь, Тисса, если человек не избавился от страсти к сознанию, не избавился от желания, привязанности, жажды, пыла и вожделения к нему, то при изменении и инаковости этого сознания возникнут ли в нём скорбь, плач, боль, печаль и отчаяние?» — «Да, владыка». ‘‘Sādhu sādhu, tissa! Evañhetaṃ, tissa, hoti. Yathā taṃ viññāṇe avigatarāgassa. Taṃ kiṃ maññasi, tissa, rūpe vigatarāgassa vigatacchandassa vigatapemassa vigatapipāsassa vigatapariḷāhassa vigatataṇhassa, tassa rūpassa vipariṇāmaññathābhāvā uppajjanti sokaparidevadukkhadomanassupāyāsā’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. «Хорошо, хорошо, Тисса! Именно так оно и бывает, Тисса, у того, кто не избавился от страсти к сознанию. Как ты думаешь, Тисса, если человек избавился от страсти к форме, избавился от желания, привязанности, жажды, пыла и вожделения к ней, то при изменении и инаковости этой формы возникнут ли в нём скорбь, плач, боль, печаль и отчаяние?» — «Нет, владыка». ‘‘Sādhu sādhu, tissa! Evañhetaṃ, tissa, hoti. Yathā taṃ rūpe vigatarāgassa… vedanāya… saññāya… saṅkhāresu vigatarāgassa… viññāṇe vigatarāgassa vigatacchandassa vigatapemassa vigatapipāsassa vigatapariḷāhassa vigatataṇhassa tassa viññāṇassa vipariṇāmaññathābhāvā uppajjanti sokaparidevadukkhadomanassupāyāsā’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. «Хорошо, хорошо, Тисса! Именно так оно и бывает, Тисса, у того, кто избавился от страсти к форме. [Как ты думаешь, Тисса, если человек избавился от страсти] к чувству... к восприятию... к санкхарам... к сознанию, избавился от желания, привязанности, жажды, пыла и вожделения к нему, то при изменении и инаковости этого сознания возникнут ли в нём скорбь, плач, боль, печаль и отчаяние?» — «Нет, владыка». ‘‘Sādhu sādhu, tissa! Evañhetaṃ, tissa, hoti. Yathā taṃ viññāṇe vigatarāgassa. Taṃ kiṃ maññasi, tissa, rūpaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’. ‘‘Vedanā … saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’. Tasmātiha…pe… evaṃ passaṃ…pe… nāparaṃ itthattāyāti pajānātī’’ti. «Хорошо, хорошо, Тисса! Именно так оно и бывает, Тисса, у того, кто избавился от страсти к сознанию. Как ты думаешь, Тисса, является ли форма постоянной или непостоянной?» — «Непостоянной, владыка». — «Является ли чувство... восприятие... санкхары... сознание постоянным или непостоянным?» — «Непостоянным, владыка». — «Поэтому, Тисса... [и т. д.]... видя так... [и т. д.]... он понимает: „...нет более ничего для этого состояния бытия“». ‘‘Seyyathāpi, tissa, dve purisā – eko puriso amaggakusalo, eko puriso maggakusalo. Tamenaṃ so amaggakusalo puriso amuṃ maggakusalaṃ purisaṃ maggaṃ puccheyya. So evaṃ vadeyya – ‘ehi, bho purisa, ayaṃ maggo. Tena muhuttaṃ gaccha. Tena muhuttaṃ gantvā dakkhissasi dvedhāpathaṃ, tattha vāmaṃ muñcitvā dakkhiṇaṃ gaṇhāhi. Tena muhuttaṃ gaccha. Tena muhuttaṃ gantvā dakkhissasi tibbaṃ vanasaṇḍaṃ. Tena muhuttaṃ gaccha. Tena muhuttaṃ gantvā dakkhissasi mahantaṃ ninnaṃ pallalaṃ. Tena muhuttaṃ gaccha. Tena muhuttaṃ [Pg.89] gantvā dakkhissasi sobbhaṃ papātaṃ. Tena muhuttaṃ gaccha. Tena muhuttaṃ gantvā dakkhissasi samaṃ bhūmibhāgaṃ ramaṇīya’’’nti. «Представь, Тисса, двух людей: один человек не знает пути, а другой — знает путь. И вот тот человек, который не знает пути, спросил бы дорогу у того, кто знает путь. Тот ответил бы ему так: „Иди сюда, почтенный, вот этот путь. Ступай по нему некоторое время. Пройдя по нему некоторое время, ты увидишь развилку дорог. Оставь там левую дорогу и выбери правую. Ступай по ней некоторое время. Пройдя по ней некоторое время, ты увидишь густую лесную чащу. Ступай через неё некоторое время. Пройдя некоторое время, ты увидишь обширное топкое болото. Ступай через него некоторое время. Пройдя некоторое время, ты увидишь крутой обрыв. Ступай вдоль него некоторое время. Пройдя некоторое время, ты увидишь ровную, прекрасную местность“». ‘‘Upamā kho myāyaṃ, tissa, katā atthassa viññāpanāya. Ayaṃ cevettha attho – ‘puriso amaggakusalo’ti kho, tissa, puthujjanassetaṃ adhivacanaṃ. ‘Puriso maggakusalo’ti kho, tissa, tathāgatassetaṃ adhivacanaṃ arahato sammāsambuddhassa. ‘Dvedhāpatho’ti kho, tissa, vicikicchāyetaṃ adhivacanaṃ. ‘Vāmo maggo’ti kho, tissa, aṭṭhaṅgikassetaṃ micchāmaggassa adhivacanaṃ, seyyathidaṃ – micchādiṭṭhiyā…pe… micchāsamādhissa. ‘Dakkhiṇo maggo’ti kho, tissa, ariyassetaṃ aṭṭhaṅgikassa maggassa adhivacanaṃ, seyyathidaṃ – sammādiṭṭhiyā…pe… sammāsamādhissa. ‘Tibbo vanasaṇḍo’ti kho, tissa, avijjāyetaṃ adhivacanaṃ. ‘Mahantaṃ ninnaṃ pallala’nti kho, tissa, kāmānametaṃ adhivacanaṃ. ‘Sobbho papāto’ti kho, tissa, kodhūpāyāsassetaṃ adhivacanaṃ. ‘Samo bhūmibhāgo ramaṇīyo’ti kho, tissa, nibbānassetaṃ adhivacanaṃ. Abhirama, tissa, abhirama, tissa! Ahamovādena ahamanuggahena ahamanusāsaniyā’’ti. «Эту притчу, Тисса, я привёл для того, чтобы разъяснить смысл. А смысл здесь таков: „Человек, не знающий пути“ — это обозначение обывателя (путхуджжаны). „Человек, знающий путь“ — это обозначение Татхагаты, Араханта, Всепросветлённого. „Развилка дорог“ — это обозначение сомнения. „Левая дорога“ — это обозначение ложного восьмеричного пути, а именно: ложного воззрения... [и т. д.]... ложного сосредоточения. „Правая дорога“ — это обозначение Благородного Восьмеричного Пути, а именно: правильного воззрения... [и т. д.]... правильного сосредоточения. „Густая лесная чаща“ — это обозначение невежества (авиджжи). „Обширное топкое болото“ — это обозначение чувственных удовольствий. „Крутой обрыв“ — это обозначение гнева и отчаяния. „Ровная, прекрасная местность“ — это обозначение Ниббаны. Радуйся, Тисса! Радуйся, Тисса! Я здесь, чтобы наставлять, я здесь, чтобы помогать, я здесь, чтобы обучать!» Idamavoca bhagavā. Attamano āyasmā tisso bhagavato bhāsitaṃ abhinandīti. Dutiyaṃ. «Это сказал Благословенный. Почтенный Тисса, обрадованный, восхитился словами Благословенного. Вторая [сутта].» 3. Yamakasuttaṃ 3. «Ямака-сутта» 85. Ekaṃ samayaṃ āyasmā sāriputto sāvatthiyaṃ viharati jetavane anāthapiṇḍikassa ārāme. Tena kho pana samayena yamakassa nāma bhikkhuno evarūpaṃ pāpakaṃ diṭṭhigataṃ uppannaṃ hoti – ‘‘tathāhaṃ bhagavatā dhammaṃ desitaṃ ājānāmi, yathā khīṇāsavo bhikkhu kāyassa bhedā ucchijjati vinassati, na hoti paraṃ maraṇā’’ti. 85. «Одно время почтенный Сарипутта пребывал в Саваттхи, в роще Джеты, в монастыре Анатхапиндики. В то время у бхиккху по имени Ямака возникло такое пагубное воззрение: „Насколько я понимаю Дхамму, которой учит Благословенный, бхиккху, чьи влечения уничтожены, при распаде тела искореняется и гибнет, и не существует после смерти“.» Assosuṃ kho sambahulā bhikkhū yamakassa kira nāma bhikkhuno evarūpaṃ pāpakaṃ diṭṭhigataṃ uppannaṃ hoti – ‘‘tathāhaṃ bhagavatā dhammaṃ desitaṃ ājānāmi, yathā khīṇāsavo bhikkhu kāyassa bhedā ucchijjati vinassati, na hoti paraṃ maraṇā’’ti. Atha kho te bhikkhū yenāyasmā yamako [Pg.90] tenupasaṅkamiṃsu; upasaṅkamitvā āyasmatā yamakena saddhiṃ sammodiṃsu. Sammodanīyaṃ kathaṃ sāraṇīyaṃ vītisāretvā ekamantaṃ nisīdiṃsu. Ekamantaṃ nisinnā kho te bhikkhū āyasmantaṃ yamakaṃ etadavocuṃ – «Многие бхиккху прослышали, что у бхиккху по имени Ямака возникло такое пагубное воззрение: „Насколько я понимаю Дхамму, которой учит Благословенный, бхиккху, чьи влечения уничтожены, при распаде тела искореняется и гибнет, и не существует после смерти“. Тогда эти бхиккху направились к почтенному Ямаке. Подойдя к почтенному Ямаке, они обменялись с ним дружескими приветствиями. Обменявшись вежливыми и любезными словами, они сели сбоку. Сев сбоку, эти бхиккху сказали почтенному Ямаке:» ‘‘Saccaṃ kira te, āvuso yamaka, evarūpaṃ pāpakaṃ diṭṭhigataṃ uppannaṃ – ‘tathāhaṃ bhagavatā dhammaṃ desitaṃ ājānāmi, yathā khīṇāsavo bhikkhu kāyassa bhedā ucchijjati vinassati, na hoti paraṃ maraṇā’’’ti? ‘‘Evaṃ khvāhaṃ, āvuso, bhagavatā dhammaṃ desitaṃ ājānāmi – ‘khīṇāsavo bhikkhu kāyassa bhedā ucchijjati vinassati, na hoti paraṃ maraṇā’’’ti. «„Правда ли, друг Ямака, что у тебя возникло такое пагубное воззрение: «Насколько я понимаю Дхамму, которой учит Благословенный, бхиккху, чьи влечения уничтожены, при распаде тела искореняется и гибнет, и не существует после смерти»?» — „Именно так, друзья, я понимаю Дхамму, которой учит Благословенный: бхиккху, чьи влечения уничтожены, при распаде тела искореняется и гибнет, и не существует после смерти“.» ‘‘Mā, āvuso yamaka, evaṃ avaca, mā bhagavantaṃ abbhācikkhi. Na hi sādhu bhagavato abbhācikkhanaṃ. Na hi bhagavā evaṃ vadeyya – ‘khīṇāsavo bhikkhu kāyassa bhedā ucchijjati vinassati, na hoti paraṃ maraṇā’’’ti. Evampi kho āyasmā yamako tehi bhikkhūhi vuccamāno tatheva taṃ pāpakaṃ diṭṭhigataṃ thāmasā parāmāsā abhinivissa voharati – ‘‘tathāhaṃ bhagavatā dhammaṃ desitaṃ ājānāmi, yathā khīṇāsavo bhikkhu kāyassa bhedā ucchijjati vinassati, na hoti paraṃ maraṇā’’ti. «„Не говори так, друг Ямака! Не возводи напраслину на Благословенного. Нехорошо клеветать на Благословенного. Благословенный никогда бы так не сказал: «Бхиккху, чьи влечения уничтожены, при распаде тела искореняется и гибнет, и не существует после смерти»“. Но хотя бхиккху и убеждали его таким образом, почтенный Ямака всё равно упрямо держался за это пагубное воззрение, цеплялся за него и заявлял: „Насколько я понимаю Дхамму, которой учит Благословенный, бхиккху, чьи влечения уничтожены, при распаде тела искореняется и гибнет, и не существует после смерти“.» Yato kho te bhikkhū nāsakkhiṃsu āyasmantaṃ yamakaṃ etasmā pāpakā diṭṭhigatā vivecetuṃ, atha kho te bhikkhū uṭṭhāyāsanā yenāyasmā sāriputto tenupasaṅkamiṃsu; upasaṅkamitvā āyasmantaṃ sāriputtaṃ etadavocuṃ – ‘‘yamakassa nāma, āvuso sāriputta, bhikkhuno evarūpaṃ pāpakaṃ diṭṭhigataṃ uppannaṃ – ‘tathāhaṃ bhagavatā dhammaṃ desitaṃ ājānāmi yathā khīṇāsavo bhikkhu kāyassa bhedā ucchijjati vinassati, na hoti paraṃ maraṇā’ti. Sādhāyasmā sāriputto yena yamako bhikkhu tenupasaṅkamatu anukampaṃ upādāyā’’ti. Adhivāsesi kho āyasmā sāriputto tuṇhībhāvena. Atha kho āyasmā sāriputto sāyanhasamayaṃ paṭisallānā vuṭṭhito yenāyasmā yamako tenupasaṅkami; upasaṅkamitvā āyasmatā yamakena saddhiṃ sammodi…pe… ekamantaṃ nisinno kho āyasmā sāriputto āyasmantaṃ yamakaṃ etadavoca – «Поскольку те бхиккху не смогли отвратить почтенного Ямаку от этого пагубного воззрения, они поднялись со своих мест и направились к почтенному Сарипутте. Подойдя к почтенному Сарипутте, они сказали ему: „Друг Сарипутта, у бхиккху по имени Ямака возникло такое пагубное воззрение: «Насколько я понимаю Дхамму, которой учит Благословенный, бхиккху, чьи влечения уничтожены, при распаде тела искореняется и гибнет, и не существует после смерти». Было бы хорошо, если бы почтенный Сарипутта из сострадания пришёл к бхиккху Ямаке“. Почтенный Сарипутта выразил согласие молчанием. Затем, вечером, почтенный Сарипутта вышел из уединения и направился к почтенному Ямаке. Подойдя к почтенному Ямаке, он обменялся с ним дружескими приветствиями... [и т. д.]... и, сев сбоку, почтенный Сарипутта сказал почтенному Ямаке:» ‘‘Saccaṃ kira te, āvuso yamaka, evarūpaṃ pāpakaṃ diṭṭhigataṃ uppannaṃ – ‘tathāhaṃ bhagavatā dhammaṃ desitaṃ ājānāmi, yathā khīṇāsavo bhikkhu kāyassa bhedā ucchijjati vinassati, na hoti paraṃ maraṇā’’’ti? ‘‘Evaṃ [Pg.91] khvāhaṃ, āvuso, bhagavatā dhammaṃ desitaṃ ājānāmi, yathā khīṇāsavo bhikkhu kāyassa bhedā ucchijjati vinassati, na hoti paraṃ maraṇā’’ti. «„Правда ли, друг Ямака, что у тебя возникло такое пагубное воззрение: «Насколько я понимаю Дхамму, которой учит Благословенный, бхиккху, чьи влечения уничтожены, при распаде тела искореняется и гибнет, и не существует после смерти»?“ — „Именно так, друг, я понимаю Дхамму, которой учит Благословенный: бхиккху, чьи влечения уничтожены, при распаде тела искореняется и гибнет, и не существует после смерти“.» ‘‘Taṃ kiṃ maññasi, āvuso yamaka, rūpaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, āvuso’’. ‘‘Vedanā niccā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, āvuso’’. Tasmātiha…pe… evaṃ passaṃ…pe… nāparaṃ itthattāyāti pajānātī’’ti. «„Как ты думаешь, друг Ямака, является ли форма постоянной или непостоянной?“ — „Непостоянной, друг“. — „Является ли чувство... восприятие... санкхары... сознание постоянным или непостоянным?“ — „Непостоянным, друг“. — „Поэтому, друг... [и т. д.]... видя так... [и т. д.]... он понимает: «...нет более ничего для этого состояния бытия»“.» ‘‘Taṃ kiṃ maññasi, āvuso yamaka, rūpaṃ tathāgatoti samanupassasī’’ti? ‘‘No hetaṃ, āvuso’’ … ‘‘vedanaṃ tathāgatoti samanupassasī’’ti? ‘‘No hetaṃ, āvuso’’… ‘‘saññaṃ… saṅkhāre… viññāṇaṃ tathāgatoti samanupassasī’’ti? ‘‘No hetaṃ, āvuso’’. «„Как ты думаешь, друг Ямака, считаешь ли ты форму Татхагатой?“ — „Нет, друг“. — „Считаешь ли ты чувство Татхагатой?“ — „Нет, друг“. — „Считаешь ли ты восприятие... санкхары... сознание Татхагатой?“ — „Нет, друг“.» ‘‘Taṃ kiṃ maññasi, āvuso yamaka, rūpasmiṃ tathāgatoti samanupassasī’’ti? ‘‘No hetaṃ, āvuso’’. ‘‘Aññatra rūpā tathāgatoti samanupassasī’’ti? ‘‘No hetaṃ, āvuso’’. ‘‘Vedanāya… aññatra vedanāya…pe… saññāya… aññatra saññāya… saṅkhāresu… aññatra saṅkhārehi… viññāṇasmiṃ tathāgatoti samanupassasī’’ti? ‘‘No hetaṃ, āvuso’’. ‘‘Aññatra viññāṇā tathāgatoti samanupassasī’’ti? ‘‘No hetaṃ, āvuso’’. «„Как ты думаешь, друг Ямака, считаешь ли ты, что Татхагата находится в форме?“ — „Нет, друг“. — „Считаешь ли ты, что Татхагата существует отдельно от формы?“ — „Нет, друг“. — „Считаешь ли ты, что Татхагата находится в чувстве? Отдельно от чувства? ...в восприятии? Отдельно от восприятия? ...в санкхарах? Отдельно от санкхар? ...в сознании?“ — „Нет, друг“. — „Считаешь ли ты, что Татхагата существует отдельно от сознания?“ — „Нет, друг“.» ‘‘Taṃ kiṃ maññasi, āvuso yamaka, rūpaṃ… vedanaṃ… saññaṃ… saṅkhāre… viññāṇaṃ tathāgatoti samanupassasī’’ti? ‘‘No hetaṃ, āvuso’’. «„Как ты думаешь, друг Ямака, считаешь ли ты форму, чувство, восприятие, санкхары и сознание [вместе] Татхагатой?“ — „Нет, друг“.» ‘‘Taṃ kiṃ maññasi, āvuso yamaka, ayaṃ so arūpī… avedano… asaññī… asaṅkhāro… aviññāṇo tathāgatoti samanupassasī’’ti? ‘‘No hetaṃ, āvuso’’. ‘‘Ettha ca te, āvuso yamaka, diṭṭheva dhamme saccato thetato tathāgate anupalabbhiyamāne, kallaṃ nu te taṃ veyyākaraṇaṃ – ‘tathāhaṃ bhagavatā dhammaṃ desitaṃ ājānāmi, yathā khīṇāsavo bhikkhu kāyassa bhedā ucchijjati vinassati, na hoti paraṃ maraṇā’’’ti? «„Как ты думаешь, друг Ямака, считаешь ли ты Татхагатой того, кто не имеет формы, не имеет чувства, не имеет восприятия, не имеет санкхар, не имеет сознания?“ — „Нет, друг“. — „Но если ты, друг Ямака, не можешь обнаружить Татхагату как реального и истинного даже здесь, в этой самой жизни, то уместно ли тебе заявлять: «Насколько я понимаю Дхамму, которой учит Благословенный, бхиккху, чьи влечения уничтожены, при распаде тела искореняется и гибнет, и не существует после смерти»?“» ‘‘Ahu kho me taṃ, āvuso sāriputta, pubbe aviddasuno pāpakaṃ diṭṭhigataṃ; idañca panāyasmato sāriputtassa dhammadesanaṃ sutvā tañceva pāpakaṃ diṭṭhigataṃ pahīnaṃ, dhammo ca me abhisamito’’ti. «Прежде, друг Сарипутта, когда я был невежественен, у меня действительно было это пагубное воззрение. Но теперь, услышав это поучение Дхаммы от почтенного Сарипутты, я оставил это пагубное воззрение и постиг Дхамму». ‘‘Sace [Pg.92] taṃ, āvuso yamaka, evaṃ puccheyyuṃ – ‘yo so, āvuso yamaka, bhikkhu arahaṃ khīṇāsavo so kāyassa bhedā paraṃ maraṇā kiṃ hotī’ti? Evaṃ puṭṭho tvaṃ, āvuso yamaka, kinti byākareyyāsī’’ti? ‘‘Sace maṃ, āvuso, evaṃ puccheyyuṃ – ‘yo so, āvuso yamaka, bhikkhu arahaṃ khīṇāsavo so kāyassa bhedā paraṃ maraṇā kiṃ hotī’ti? Evaṃ puṭṭhohaṃ, āvuso, evaṃ byākareyyaṃ – ‘rūpaṃ kho, āvuso, aniccaṃ. Yadaniccaṃ taṃ dukkhaṃ; yaṃ dukkhaṃ taṃ niruddhaṃ tadatthaṅgataṃ. Vedanā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ aniccaṃ. Yadaniccaṃ taṃ dukkhaṃ; yaṃ dukkhaṃ taṃ niruddhaṃ tadatthaṅgata’nti. Evaṃ puṭṭhohaṃ, āvuso, evaṃ byākareyya’’nti. «Если бы тебя спросили, друг Ямака: „Друг Ямака, когда бхиккху является арахантом, чьи асавы уничтожены, что происходит с ним после разрушения тела, после смерти?“ — будучи спрошенным так, друг Ямака, что бы ты ответил?» «Если бы меня спросили об этом, друг, я бы ответил так: „Друзья, форма непостоянна; то, что непостоянно, есть страдание; то, что есть страдание, прекратилось и исчезло. Чувство… Восприятие… Волевые формирующие факторы… Сознание непостоянно; то, что непостоянно, есть страдание; то, что есть страдание, прекратилось и исчезло“. Будучи спрошенным так, друг, я бы ответил именно таким образом». ‘‘Sādhu sādhu, āvuso yamaka! Tena hāvuso, yamaka, upamaṃ te karissāmi etasseva atthassa bhiyyosomattāya ñāṇāya. Seyyathāpi, āvuso yamaka, gahapati vā gahapatiputto vā aḍḍho mahaddhano mahābhogo; so ca ārakkhasampanno. Tassa kocideva puriso uppajjeyya anatthakāmo ahitakāmo ayogakkhemakāmo jīvitā voropetukāmo. Tassa evamassa – ‘ayaṃ kho gahapati vā gahapatiputto vā aḍḍho mahaddhano mahābhogo; so ca ārakkhasampanno; nāyaṃ sukaro pasayha jīvitā voropetuṃ. Yaṃnūnāhaṃ anupakhajja jīvitā voropeyya’nti. So taṃ gahapatiṃ vā gahapatiputtaṃ vā upasaṅkamitvā evaṃ vadeyya – ‘upaṭṭhaheyyaṃ taṃ, bhante’ti. Tamenaṃ so gahapati vā gahapatiputto vā upaṭṭhāpeyya. So upaṭṭhaheyya pubbuṭṭhāyī pacchānipātī kiṃkārapaṭissāvī manāpacārī piyavādī. Tassa so gahapati vā gahapatiputto vā mittatopi naṃ saddaheyya ; suhajjatopi naṃ saddaheyya; tasmiñca vissāsaṃ āpajjeyya. Yadā kho, āvuso, tassa purisassa evamassa – ‘saṃvissattho kho myāyaṃ gahapati vā gahapatiputto vā’ti, atha naṃ rahogataṃ viditvā tiṇhena satthena jīvitā voropeyya. «Хорошо, хорошо, друг Ямака! В таком случае, друг Ямака, я приведу тебе сравнение, чтобы этот же смысл стал для тебя ещё более ясным. Представь, друг Ямака, богатого домохозяина или сына домохозяина, обладающего большим богатством и имуществом, охраняемого стражей. И вот появился бы некий человек, желающий ему вреда, желающий ему несчастья, не желающий ему безопасности, стремящийся лишить его жизни. И подумал бы тот человек: „Этот домохозяин или сын домохозяина богат, обладает большим богатством и имуществом, охраняется стражей. Нелегко лишить его жизни силой. Что если я втирусь к нему в доверие и тогда лишу его жизни?“ Затем он подошёл бы к этому домохозяину или сыну домохозяина и сказал бы ему: „Я хотел бы служить вам, господин“. И домохозяин или сын домохозяина нанял бы его в качестве слуги. Тот служил бы ему, вставая раньше него, ложась позже него, выполняя всё, что тот пожелает, ведя себя приятно и говоря ласково. Домохозяин или сын домохозяина стал бы считать его другом, близким другом, и проникся бы к нему доверием. И когда этот человек понял бы, что домохозяин или сын домохозяина полностью доверяет ему, то, застав его наедине, лишил бы его жизни острым ножом». ‘‘Taṃ kiṃ maññasi, āvuso yamaka, yadā hi so puriso amuṃ gahapatiṃ vā gahapatiputtaṃ vā upasaṅkamitvā evaṃ āha – ‘upaṭṭhaheyyaṃ taṃ, bhante’ti, tadāpi so vadhakova. Vadhakañca pana santaṃ na aññāsi – ‘vadhako me’ti. Yadāpi so upaṭṭhahati pubbuṭṭhāyī pacchānipātī kiṃkārapaṭissāvī manāpacārī piyavādī, tadāpi so vadhakova. Vadhakañca pana santaṃ [Pg.93] na aññāsi – ‘vadhako me’ti. Yadāpi naṃ rahogataṃ viditvā tiṇhena satthena jīvitā voropeti, tadāpi so vadhakova. Vadhakañca pana santaṃ na aññāsi – ‘vadhako me’’’ti. ‘‘Evamāvuso’’ti. ‘‘Evameva kho, āvuso, assutavā puthujjano ariyānaṃ adassāvī ariyadhammassa akovido ariyadhamme avinīto, sappurisānaṃ adassāvī sappurisadhammassa akovido sappurisadhamme avinīto rūpaṃ attato samanupassati, rūpavantaṃ vā attānaṃ; attani vā rūpaṃ, rūpasmiṃ vā attānaṃ. Vedanaṃ… saññaṃ… saṅkhāre… viññāṇaṃ attato samanupassati, viññāṇavantaṃ vā attānaṃ; attani vā viññāṇaṃ, viññāṇasmiṃ vā attānaṃ’’. «Как ты думаешь, друг Ямака, когда тот человек подошёл к домохозяину или сыну домохозяина и сказал ему: „Я хотел бы служить вам, господин“, разве уже тогда он не был убийцей, хотя тот и не распознал в нём своего убийцу? И когда он служил ему, вставая раньше него, ложась позже него, выполняя всё, что тот пожелает, ведя себя приятно и говоря ласково, разве и тогда он не был убийцей, хотя тот и не распознал в нём своего убийцу? И когда он, застав его наедине, лишил его жизни острым ножом, разве и тогда он не был убийцей, хотя тот и не распознал в нём своего убийцу?» «Да, друг». «Точно так же, друг Ямака, необразованный обыватель, который не видит благородных, не сведущ в их Дхамме и не обучен ей, который не видит истинных людей, не сведущ в их Дхамме и не обучен ей, рассматривает форму как моё „я“, или себя как обладающего формой, или форму в себе, или себя в форме. Он рассматривает чувство… восприятие… волевые формирующие факторы… сознание как моё „я“, или себя как обладающего сознанием, или сознание в себе, или себя в сознании». ‘‘So aniccaṃ rūpaṃ ‘aniccaṃ rūpa’nti yathābhūtaṃ nappajānāti. Aniccaṃ vedanaṃ ‘aniccā vedanā’ti yathābhūtaṃ nappajānāti. Aniccaṃ saññaṃ ‘aniccā saññā’ti yathābhūtaṃ nappajānāti. Anicce saṅkhāre ‘aniccā saṅkhārā’ti yathābhūtaṃ nappajānāti. Aniccaṃ viññāṇaṃ ‘aniccaṃ viññāṇa’nti yathābhūtaṃ nappajānāti. «Он не понимает в соответствии с действительностью непостоянную форму как „непостоянную форму“; непостоянное чувство как „непостоянное чувство“; непостоянное восприятие как „непостоянное восприятие“; непостоянные волевые формирующие факторы как „непостоянные волевые формирующие факторы“; непостоянное сознание как „непостоянное сознание“». ‘‘Dukkhaṃ rūpaṃ ‘dukkhaṃ rūpa’nti yathābhūtaṃ nappajānāti. Dukkhaṃ vedanaṃ… dukkhaṃ saññaṃ… dukkhe saṅkhāre… dukkhaṃ viññāṇaṃ ‘dukkhaṃ viññāṇa’nti yathābhūtaṃ nappajānāti. «Он не понимает в соответствии с действительностью болезненную форму как „болезненную форму“; болезненное чувство как „болезненное чувство“… болезненное восприятие… болезненные волевые формирующие факторы… болезненное сознание как „болезненное сознание“». ‘‘Anattaṃ rūpaṃ ‘anattā rūpa’nti yathābhūtaṃ nappajānāti. Anattaṃ vedanaṃ… anattaṃ saññaṃ… anatte saṅkhāre… anattaṃ viññāṇaṃ ‘anattaṃ viññāṇa’nti yathābhūtaṃ nappajānāti. «Он не понимает в соответствии с действительностью безличную форму как „безличную форму“; безличное чувство как „безличное чувство“… безличное восприятие… безличные волевые формирующие факторы… безличное сознание как „безличное сознание“». ‘‘Saṅkhataṃ rūpaṃ ‘saṅkhataṃ rūpa’nti yathābhūtaṃ nappajānāti. Saṅkhataṃ vedanaṃ… saṅkhataṃ saññaṃ… saṅkhate saṅkhāre… saṅkhataṃ viññāṇaṃ ‘saṅkhataṃ viññāṇa’nti yathābhūtaṃ nappajānāti. «Он не понимает в соответствии с действительностью обусловленную форму как „обусловленную форму“; обусловленное чувство как „обусловленное чувство“… обусловленное восприятие… обусловленные волевые формирующие факторы… обусловленное сознание как „обусловленное сознание“». ‘‘Vadhakaṃ rūpaṃ ‘vadhakaṃ rūpa’nti yathābhūtaṃ nappajānāti. Vadhakaṃ vedanaṃ ‘vadhakā vedanā’ti… vadhakaṃ saññaṃ ‘vadhakā saññā’ti… vadhake saṅkhāre ‘vadhakā saṅkhārā’ti yathābhūtaṃ nappajānāti. Vadhakaṃ viññāṇaṃ ‘vadhakaṃ viññāṇa’nti yathābhūtaṃ nappajānāti. «Он не понимает в соответствии с действительностью убийственную форму как „убийственную форму“; убийственное чувство как „убийственное чувство“… убийственное восприятие как „убийственное восприятие“… убийственные волевые формирующие факторы как „убийственные волевые формирующие факторы“; убийственное сознание как „убийственное сознание“». ‘‘So rūpaṃ upeti upādiyati adhiṭṭhāti ‘attā me’ti. Vedanaṃ… saññaṃ… saṅkhāre… viññāṇaṃ upeti upādiyati adhiṭṭhāti ‘attā me’ti. Tassime pañcupādānakkhandhā upetā upādinnā dīgharattaṃ ahitāya dukkhāya saṃvattanti. «Он приближается к форме, цепляется за неё и утверждает: „Это моё «я»“. Он приближается к чувству… восприятию… волевым формирующим факторам… сознанию, цепляется за них и утверждает: „Это моё «я»“. Эти самые пять совокупностей привязанности, к которым он приближается и за которые цепляется, на долгое время ведут его к вреду и страданию». ‘‘Sutavā [Pg.94] ca kho, āvuso, ariyasāvako ariyānaṃ dassāvī…pe… sappurisadhamme suvinīto na rūpaṃ attato samanupassati, na rūpavantaṃ attānaṃ; na attani rūpaṃ, na rūpasmiṃ attānaṃ. Na vedanaṃ… na saññaṃ… na saṅkhāre… na viññāṇaṃ attato samanupassati, na viññāṇavantaṃ attānaṃ; na attani viññāṇaṃ, na viññāṇasmiṃ attānaṃ. «Но, друг, образованный благородный ученик, видящий благородных, сведущий в их Дхамме и обученный ей, видящий истинных людей, сведущий в их Дхамме и обученный ей, не рассматривает форму как моё „я“, или себя как обладающего формой, или форму в себе, или себя в форме. Он не рассматривает чувство… восприятие… волевые формирующие факторы… сознание как моё „я“, или себя как обладающего сознанием, или сознание в себе, или себя в сознании». ‘‘So aniccaṃ rūpaṃ ‘aniccaṃ rūpa’nti yathābhūtaṃ pajānāti. Aniccaṃ vedanaṃ … aniccaṃ saññaṃ… anicce saṅkhāre … aniccaṃ viññāṇaṃ ‘aniccaṃ viññāṇa’nti yathābhūtaṃ pajānāti. «Он понимает в соответствии с действительностью непостоянную форму как „непостоянную форму“; непостоянное чувство как „непостоянное чувство“… непостоянное восприятие… непостоянные волевые формирующие факторы… непостоянное сознание как „непостоянное сознание“». ‘‘Dukkhaṃ rūpaṃ ‘dukkhaṃ rūpa’nti yathābhūtaṃ pajānāti. Dukkhaṃ vedanaṃ… dukkhaṃ saññaṃ… dukkhe saṅkhāre… dukkhaṃ viññāṇaṃ ‘dukkhaṃ viññāṇa’nti yathābhūtaṃ pajānāti. «Он понимает в соответствии с действительностью болезненную форму как „болезненную форму“; болезненное чувство как „болезненное чувство“… болезненное восприятие… болезненные волевые формирующие факторы… болезненное сознание как „болезненное сознание“». ‘‘Anattaṃ rūpaṃ ‘anattā rūpa’nti yathābhūtaṃ pajānāti. Anattaṃ vedanaṃ… anattaṃ saññaṃ… anatte saṅkhāre… anattaṃ viññāṇaṃ ‘anattā viññāṇa’nti yathābhūtaṃ pajānāti. «Он понимает в соответствии с действительностью безличную форму как „безличную форму“; безличное чувство как „безличное чувство“… безличное восприятие… безличные волевые формирующие факторы… безличное сознание как „безличное сознание“». ‘‘Saṅkhataṃ rūpaṃ ‘saṅkhataṃ rūpa’nti yathābhūtaṃ pajānāti. Saṅkhataṃ vedanaṃ… saṅkhataṃ saññaṃ… saṅkhate saṅkhāre… saṅkhataṃ viññāṇaṃ ‘saṅkhataṃ viññāṇa’nti yathābhūtaṃ pajānāti. «Он понимает в соответствии с действительностью обусловленную форму как „обусловленную форму“; обусловленное чувство как „обусловленное чувство“… обусловленное восприятие… обусловленные волевые формирующие факторы… обусловленное сознание как „обусловленное сознание“». ‘‘Vadhakaṃ rūpaṃ ‘vadhakaṃ rūpa’nti yathābhūtaṃ pajānāti. Vadhakaṃ vedanaṃ… vadhakaṃ saññaṃ… vadhake saṅkhāre ‘‘vadhakā saṅkhārā’’ti yathābhūtaṃ pajānāti. Vadhakaṃ viññāṇaṃ ‘vadhakaṃ viññāṇa’nti yathābhūtaṃ pajānāti. «Он понимает в соответствии с действительностью убийственную форму как „убийственную форму“; убийственное чувство как „убийственное чувство“… убийственное восприятие как „убийственное восприятие“… убийственные волевые формирующие факторы как „убийственные волевые формирующие факторы“; убийственное сознание как „убийственное сознание“». ‘‘So rūpaṃ na upeti, na upādiyati, nādhiṭṭhāti – ‘attā me’ti. Vedanaṃ… saññaṃ… saṅkhāre… viññāṇaṃ na upeti, na upādiyati, nādhiṭṭhāti – ‘attā me’ti. Tassime pañcupādānakkhandhā anupetā anupādinnā dīgharattaṃ hitāya sukhāya saṃvattantī’’ti. ‘‘Evametaṃ, āvuso sāriputta, hoti yesaṃ āyasmantānaṃ tādisā sabrahmacārino anukampakā atthakāmā ovādakā anusāsakā. Idañca pana me āyasmato sāriputtassa dhammadesanaṃ sutvā anupādāya āsavehi cittaṃ vimutta’’nti. Tatiyaṃ. «Он не приближается к форме, не цепляется за неё и не утверждает: „Это моё «я»“. Он не приближается к чувству… восприятию… волевым формирующим факторам… сознанию, не цепляется за них и не утверждает: „Это моё «я»“. Эти самые пять совокупностей привязанности, к которым он не приближается и за которые не цепляется, на долгое время ведут его к благу и счастью». «Так оно и есть, друг Сарипутта, для тех почтенных, у кого есть такие сострадательные и доброжелательные собратья по святой жизни, готовые наставлять и обучать их. И теперь, когда я услышал это поучение Дхаммы от почтенного Сарипутты, мой ум благодаря отсутствию привязанности освободился от влечений». (Третья сутта). 4. Anurādhasuttaṃ 4. Анурадха-сутта 86. Evaṃ me sutaṃ – ekaṃ samayaṃ bhagavā vesāliyaṃ viharati mahāvane kūṭāgārasālāyaṃ. Tena kho pana samayena āyasmā anurādho bhagavato avidūre [Pg.95] araññakuṭikāyaṃ viharati. Atha kho sambahulā aññatitthiyā paribbājakā yena āyasmā anurādho tenupasaṅkamiṃsu; upasaṅkamitvā āyasmatā anurādhena saddhiṃ sammodiṃsu. Sammodanīyaṃ kathaṃ sāraṇīyaṃ vītisāretvā ekamantaṃ nisīdiṃsu. Ekamantaṃ nisinnā kho te aññatitthiyā paribbājakā āyasmantaṃ anurādhaṃ etadavocuṃ – ‘‘yo so, āvuso anurādha, tathāgato uttamapuriso paramapuriso paramapattipatto, taṃ tathāgato imesu catūsu ṭhānesu paññāpayamāno paññāpeti – ‘hoti tathāgato paraṃ maraṇā’ti vā, ‘na hoti tathāgato paraṃ maraṇā’ti vā, ‘hoti ca na ca hoti tathāgato paraṃ maraṇā’ti vā, ‘neva hoti na na hoti tathāgato paraṃ maraṇā’ti vā’’ti? 86. Так я слышал. Однажды Благословенный пребывал в Весали, в Большом лесу, в зале с остроконечной крышей. В то время почтенный Анурадха жил в лесной хижине недалеко от Благословенного. И вот множество странников иных учений подошли к почтенному Анурадхе и обменялись с ним приветствиями. Когда они завершили дружескую и вежливую беседу, они сели с одной стороны и сказали ему: «Друг Анурадха, когда Татхагата описывает Татхагату — величайшего из людей, высшего человека, достигшего высшего достижения, — описывает ли он его в рамках этих четырёх утверждений: „Татхагата существует после смерти“, или „Татхагата не существует после смерти“, или „Татхагата и существует, и не существует после смерти“, или „Татхагата ни существует, ни не существует после смерти“?» Evaṃ vutte, āyasmā anurādho te aññatitthiye paribbājake etadavoca – ‘‘yo so āvuso tathāgato uttamapuriso paramapuriso paramapattipatto taṃ tathāgato aññatra imehi catūhi ṭhānehi paññāpayamāno paññāpeti – ‘hoti tathāgato paraṃ maraṇā’ti vā, ‘na hoti tathāgato paraṃ maraṇā’ti vā, ‘hoti ca na ca hoti tathāgato paraṃ maraṇā’ti vā, ‘neva hoti na na hoti tathāgato paraṃ maraṇā’ti vā’’ti. Evaṃ vutte, aññatitthiyā paribbājakā āyasmantaṃ anurādhaṃ etadavocuṃ – ‘‘so cāyaṃ bhikkhu navo bhavissati acirapabbajito, thero vā pana bālo abyatto’’ti. Atha kho aññatitthiyā paribbājakā āyasmantaṃ anurādhaṃ navavādena ca bālavādena ca apasādetvā uṭṭhāyāsanā pakkamiṃsu. Когда это было сказано, почтенный Анурадха ответил тем странникам иных учений: «Друзья, когда Татхагата описывает Татхагату — величайшего из людей, высшего человека, достигшего высшего достижения, — он описывает его вне этих четырёх утверждений: „Татхагата существует после смерти“, или „Татхагата не существует после смерти“, или „Татхагата и существует, и не существует после смерти“, или „Татхагата ни существует, ни не существует после смерти“». Когда это было сказано, те странники иных учений сказали почтенному Анурадхе: «Этот бхиккху, должно быть, недавно посвящён, недавно ушёл в бездомность; или же, если он старейшина, то он глупый и невежественный». Затем эти странники иных учений, выразив пренебрежение к почтенному Анурадхе, назвав его „недавно посвящённым“ и „глупцом“, поднялись со своих мест и ушли. Atha kho āyasmato anurādhassa acirapakkantesu tesu aññatitthiyesu paribbājakesu etadahosi – ‘‘sace kho maṃ te aññatitthiyā paribbājakā uttariṃ pañhaṃ puccheyyuṃ. Kathaṃ byākaramāno nu khvāhaṃ tesaṃ aññatitthiyānaṃ paribbājakānaṃ vuttavādī ceva bhagavato assaṃ, na ca bhagavantaṃ abhūtena abbhācikkheyyaṃ, dhammassa cānudhammaṃ byākareyyaṃ, na ca koci sahadhammiko vādānuvādo gārayhaṃ ṭhānaṃ āgaccheyyā’’ti? Вскоре после того, как эти странники иных учений ушли, у почтенного Анурадхи возникла такая мысль: «Если эти странники иных учений спросят меня о большем, как мне ответить им, чтобы изложить то, что было сказано Благословенным, и не исказить его слова ложью? И как мне дать объяснение в соответствии с Дхаммой, чтобы ни одно из логических следствий моего утверждения не дало повода для упрёка?» Atha kho āyasmā anurādho yena bhagavā tenupasaṅkami; upasaṅkamitvā…pe… ekamantaṃ nisinno kho āyasmā anurādho bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘idhāhaṃ, bhante, bhagavato avidūre araññakuṭikāyaṃ viharāmi. Atha kho, bhante, sambahulā aññatitthiyā paribbājakā yenāhaṃ tenupasaṅkamiṃsu [Pg.96] …pe… maṃ etadavocuṃ – ‘yo so, āvuso anurādha, tathāgato uttamapuriso paramapuriso paramapattipatto taṃ tathāgato imesu catūsu ṭhānesu paññāpayamāno paññāpeti – hoti tathāgato paraṃ maraṇāti vā, na hoti… hoti ca na ca hoti, neva hoti na na hoti tathāgato paraṃ maraṇāti vā’’’ti? Тогда почтенный Анурадха подошел к Благословенному, поклонился ему, сел рядом и так сказал Благословенному: «Здесь, досточтимый, я живу в лесной хижине недалеко от Благословенного. И вот, досточтимый, множество странников иных учений подошли ко мне и сказали: „Друг Анурадха, когда Татхагата — высший человек, величайший человек, достигший наивысшего достижения — дает описание, он описывает Татхагату в рамках этих четырех положений: „Татхагата существует после смерти“, „Татхагата не существует после смерти“, „Татхагата и существует, и не существует после смерти“, „Татхагата ни существует, ни не существует после смерти““»? Evaṃ vuttāhaṃ, bhante, te aññatitthiye paribbājake etadavocaṃ – ‘‘yo so, āvuso, tathāgato uttamapuriso paramapuriso paramapattipatto, taṃ tathāgato aññatra imehi catūhi ṭhānehi paññāpayamāno paññāpeti – ‘hoti tathāgato paraṃ maraṇā’ti vā…pe… ‘neva hoti na na hoti tathāgato paraṃ maraṇā’ti vāti. Evaṃ vutte, bhante, te aññatitthiyā paribbājakā maṃ etadavocuṃ – ‘so cāyaṃ bhikkhu na vo bhavissati acirapabbajito thero vā pana bālo abyatto’ti. Atha kho maṃ, bhante, te aññatitthiyā paribbājakā navavādena bālavādena ca apasādetvā uṭṭhāyāsanā pakkamiṃsu’’. «Когда они так сказали, досточтимый, я ответил этим странникам иных учений: „Друзья, когда Татхагата — высший человек, величайший человек, достигший наивысшего достижения — дает описание, он описывает Татхагату вне этих четырех положений: «Татхагата существует после смерти»... или «Татхагата ни существует, ни не существует после смерти»“. Когда я так сказал, досточтимый, эти странники иных учений сказали мне: „Этот монах, должно быть, новичок, недавно принявший постриг, либо же он старец, но глупый и невежественный“. И затем, досточтимый, эти странники иных учений, выразив мне пренебрежение как к новичку и глупцу, поднялись со своих мест и ушли». ‘‘Tassa mayhaṃ, bhante, acirapakkantesu tesu aññatitthiyesu paribbājakesu etadahosi – ‘sace kho maṃ te aññatitthiyā paribbājakā uttariṃ pañhaṃ puccheyyuṃ. Kathaṃ byākaramāno nu khvāhaṃ tesaṃ aññatitthiyānaṃ paribbājakānaṃ vuttavādī ceva bhagavato assaṃ, na ca bhagavantaṃ abhūtena abbhācikkheyyaṃ, dhammassa cānudhammaṃ byākareyyaṃ, na ca koci sahadhammiko vādānuvādo gārayhaṃ ṭhānaṃ āgaccheyyā’’’ti? «Вскоре после того, как эти странники иных учений ушли, досточтимый, у меня возникла такая мысль: „Если эти странники иных учений спросят меня о чем-то большем, то как мне ответить им, чтобы говорить в соответствии со словами Благословенного, не клеветать на Благословенного ложно, разъяснять Дхамму в согласии с Дхаммой, и чтобы ни одно из последующих утверждений, согласующихся с этим учением, не дало повода для заслуженного упрека?“» ‘‘Taṃ kiṃ maññasi, anurādha, rūpaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ dukkhaṃ vā taṃ sukhaṃ vā’’ti? ‘‘Dukkhaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ dukkhaṃ vipariṇāmadhammaṃ kallaṃ nu taṃ samanupassituṃ – ‘etaṃ mama, esohamasmi, eso me attā’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Vedanā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ bhante’’…pe… tasmātiha…pe… evaṃ passaṃ…pe… nāparaṃ itthattāyāti pajānāti’’. «Как ты думаешь, Анурадха, телесная форма постоянна или непостоянна?» — «Непостоянна, досточтимый». — «А то, что непостоянно, является страданием или счастьем?» — «Страданием, досточтимый». — «Но применимо ли к тому, что непостоянно, подвержено страданию и изменению, относиться так: „Это мое, это я, это моя душа (атта)“?» — «Нет, досточтимый». — «Чувство... восприятие... волевые формации... сознание постоянны или непостоянны?» — «Непостоянны, досточтимый»... «Поэтому... видя так... он понимает: ...нет ничего более для этого состояния бытия». ‘‘Taṃ kiṃ maññasi, anurādha, rūpaṃ tathāgatoti samanupassasī’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Vedanaṃ… saññaṃ… saṅkhāre… viññāṇaṃ tathāgatoti samanupassasī’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. «Как ты думаешь, Анурадха, считаешь ли ты телесную форму Татхагатой?» — «Нет, досточтимый». — «Считаешь ли ты чувство... восприятие... волевые формации... сознание Татхагатой?» — «Нет, досточтимый». ‘‘Taṃ [Pg.97] kiṃ maññasi, anurādha, rūpasmiṃ tathāgatoti samanupassasī’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Aññatra rūpā tathāgatoti samanupassasī’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Vedanāya…pe… aññatra vedanāya…pe… saññāya… aññatra saññāya… saṅkhāresu… aññatra saṅkhārehi… viññāṇasmiṃ… aññatra viññāṇā tathāgatoti samanupassasī’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. «Как ты думаешь, Анурадха, видишь ли ты Татхагату в телесной форме?» — «Нет, досточтимый». — «Видишь ли ты Татхагату отдельно от телесной формы?» — «Нет, досточтимый». — «В чувстве... отдельно от чувства... в восприятии... отдельно от восприятия... в волевых формациях... отдельно от волевых формаций... в сознании... отдельно от сознания — видишь ли ты в них Татхагату?» — «Нет, досточтимый». ‘‘Taṃ kiṃ maññasi, anurādha, rūpaṃ… vedanā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ tathāgatoti samanupassasī’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. «Как ты думаешь, Анурадха, считаешь ли ты телесную форму, чувство, восприятие, волевые формации и сознание [вместе] Татхагатой?» — «Нет, досточтимый». ‘‘Taṃ kiṃ maññasi, anurādha, ayaṃ so arūpī avedano asaññī asaṅkhāro aviññāṇo tathāgatoti samanupassasī’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. «Как ты думаешь, Анурадха, считаешь ли ты Татхагатой того, кто лишен телесной формы, лишен чувства, лишен восприятия, лишен волевых формаций, лишен сознания?» — «Нет, досточтимый». ‘‘Ettha ca te, anurādha, diṭṭheva dhamme saccato thetato tathāgate anupalabbhiyamāne kallaṃ nu te taṃ veyyākaraṇaṃ – ‘yo so, āvuso, tathāgato uttamapuriso paramapuriso paramapattipatto taṃ tathāgato aññatra imehi catūhi ṭhānehi paññāpayamāno paññāpeti – hoti tathāgato paraṃ maraṇāti vā… neva hoti na na hoti tathāgato paraṃ maraṇāti vā’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. «Но если, Анурадха, даже здесь и сейчас, в этой самой жизни, ты не можешь обнаружить Татхагату как истинно и действительно существующего, то уместно ли было тебе заявлять: „Друзья, когда Татхагата — высший человек, величайший человек, достигший наивысшего достижения — дает описание, он описывает Татхагату вне этих четырех положений: «Татхагата существует после смерти»... или «Татхагата ни существует, ни не существует после смерти»“?» — «Нет, досточтимый». ‘‘Sādhu sādhu, anurādha! Pubbe cāhaṃ, anurādha, etarahi ca dukkhañceva paññapemi, dukkhassa ca nirodha’’nti. Catutthaṃ. «Хорошо, хорошо, Анурадха! Как прежде, так и теперь я провозглашаю только страдание и прекращение страдания». Четвертая [сутта]. 5. Vakkalisuttaṃ 5. Ваккали-сутта 87. Ekaṃ samayaṃ bhagavā rājagahe viharati veḷuvane kalandakanivāpe. Tena kho pana samayena āyasmā vakkali kumbhakāranivesane viharati ābādhiko dukkhito bāḷhagilāno. Atha kho āyasmā vakkali upaṭṭhāke āmantesi – ‘‘etha tumhe, āvuso, yena bhagavā tenupasaṅkamatha; upasaṅkamitvā mama vacanena bhagavato pāde sirasā vandatha – ‘vakkali, bhante, bhikkhu ābādhiko dukkhito bāḷhagilāno, so bhagavato pāde sirasā vandatī’ti. Evañca vadetha – ‘sādhu kira, bhante, bhagavā yena vakkali bhikkhu tenupasaṅkamatu; anukampaṃ upādāyā’’’ti. ‘‘Evamāvuso’’ti kho te bhikkhū āyasmato vakkalissa paṭissutvā yena [Pg.98] bhagavā tenupasaṅkamiṃsu; upasaṅkamitvā bhagavantaṃ abhivādetvā ekamantaṃ nisīdiṃsu. Ekamantaṃ nisinnā kho te bhikkhū bhagavantaṃ etadavocuṃ – ‘‘vakkali, bhante, bhikkhu ābādhiko dukkhito bāḷhagilāno, so bhagavato pāde sirasā vandati; evañca pana vadeti – ‘sādhu kira, bhante, bhagavā yena vakkali bhikkhu tenupasaṅkamatu; anukampaṃ upādāyā’’’ti. Adhivāsesi bhagavā tuṇhībhāvena. 87. Одно время Благословенный пребывал в Раджагахе, в Бамбуковой роще, в Каландаканивапе (Приюте белок). В то время почтенный Ваккали жил в хижине горшечника, будучи болен, измучен, тяжело болен. Тогда почтенный Ваккали обратился к своим прислужникам: «Идите, друзья, ступайте к Благословенному. Подойдя, поклонитесь от моего имени головой к стопам Благословенного и скажите: „Досточтимый, монах Ваккали болен, измучен, тяжело болен; он кланяется головой к стопам Благословенного“. И еще скажите так: „Было бы хорошо, досточтимый, если бы Благословенный из сострадания пришел к монаху Ваккали“». — «Да, друг», — ответили те монахи почтенному Ваккали и отправились к Благословенному. Придя, они выразили почтение Благословенному, сели рядом и передали его слова. Благословенный выразил согласие молчанием. Atha kho bhagavā nivāsetvā pattacīvaramādāya yenāyasmā vakkali tenupasaṅkami. Addasā kho āyasmā vakkali bhagavantaṃ dūratova āgacchantaṃ. Disvāna mañcake samadhosi. Atha kho bhagavā āyasmantaṃ vakkaliṃ etadavoca – ‘‘alaṃ, vakkali, mā tvaṃ mañcake samadhosi. Santimāni āsanāni paññattāni; tatthāhaṃ nisīdissāmī’’ti. Nisīdi bhagavā paññatte āsane. Nisajja kho bhagavā āyasmantaṃ vakkaliṃ etadavoca – ‘‘kacci te, vakkali, khamanīyaṃ, kacci yāpanīyaṃ, kacci dukkhā vedanā paṭikkamanti, no abhikkamanti; paṭikkamosānaṃ paññāyati, no abhikkamo’’ti? ‘‘Na me, bhante, khamanīyaṃ, na yāpanīyaṃ; bāḷhā me dukkhā vedanā abhikkamanti, no paṭikkamanti; abhikkamosānaṃ paññāyati, no paṭikkamo’’ti. ‘‘Kacci te, vakkali, na kiñci kukkuccaṃ, na koci vippaṭisāro’’ti? ‘‘Taggha me, bhante, anappakaṃ kukkuccaṃ, anappako vippaṭisāro’’ti. ‘‘Kacci pana taṃ, vakkali, attā sīlato na upavadatī’’ti? ‘‘Na kho maṃ, bhante, attā sīlato upavadatī’’ti. ‘‘No ce kira taṃ, vakkali, attā sīlato upavadati; atha kiñca te kukkuccaṃ ko ca vippaṭisāro’’ti? ‘‘Cirapaṭikāhaṃ, bhante, bhagavantaṃ dassanāya upasaṅkamitukāmo, natthi ca me kāyasmiṃ tāvatikā balamattā, yāvatāhaṃ bhagavantaṃ dassanāya upasaṅkameyya’’nti. Тогда Благословенный, одевшись и взяв чашу и верхнюю одежду, направился к почтенному Ваккали. Почтенный Ваккали увидел Благословенного, идущего издалека, и, увидев его, попытался приподняться на своей постели. Тогда Благословенный сказал почтенному Ваккали: «Довольно, Ваккали, не пытайся приподняться на постели. Здесь есть приготовленные сиденья, я сяду там». Благословенный сел на приготовленное сиденье и спросил почтенного Ваккали: «Надеюсь, Ваккали, ты справляешься, надеюсь, тебе становится лучше? Надеюсь, твои болезненные ощущения отступают, а не нарастают, и заметно их ослабление, а не усиление?» — «Досточтимый, я не справляюсь, мне не становится лучше. Сильные болезненные ощущения нарастают во мне, а не отступают, и заметно их усиление, а не ослабление». — «Надеюсь, Ваккали, у тебя нет никакого беспокойства, никакого сожаления?» — «Поистине, досточтимый, у меня немало беспокойства и немало сожаления». — «Надеюсь, Ваккали, твоя совесть чиста в отношении нравственности (сила)?» — «Моя совесть, досточтимый, чиста в отношении нравственности». — «Но если, Ваккали, твоя совесть чиста в отношении нравственности, то в чем же твое беспокойство и о чем сожаление?» — «Досточтимый, я уже давно хотел прийти, чтобы увидеть Благословенного, но в моем теле не было достаточно сил, чтобы я мог прийти и увидеть Благословенного». ‘‘Alaṃ, vakkali, kiṃ te iminā pūtikāyena diṭṭhena? Yo kho, vakkali, dhammaṃ passati so maṃ passati; yo maṃ passati so dhammaṃ passati. Dhammañhi, vakkali, passanto maṃ passati; maṃ passanto dhammaṃ passati. «Довольно, Ваккали! Что толку тебе смотреть на это гниющее тело? Тот, Ваккали, кто видит Дхамму, видит меня; тот, кто видит меня, видит Дхамму. Ведь видящий Дхамму, Ваккали, видит меня, а видящий меня видит Дхамму». ‘‘Taṃ kiṃ maññasi, vakkali, rūpaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ dukkhaṃ vā taṃ sukhaṃ vā’’ti? ‘‘Dukkhaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ dukkhaṃ vipariṇāmadhammaṃ, kallaṃ [Pg.99] nu taṃ samanupassituṃ – ‘etaṃ mama, esohamasmi, eso me attā’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Vedanā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’…pe… eso me attāti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Tasmātiha…pe… evaṃ passaṃ…pe… nāparaṃ itthattāyāti pajānātī’’ti. «Как ты думаешь, Ваккали, телесная форма постоянна или непостоянна?» — «Непостоянна, досточтимый». — «А то, что непостоянно, является страданием или счастьем?» — «Страданием, досточтимый». — «Но применимо ли к тому, что непостоянно, подвержено страданию и изменению, относиться так: „Это мое, это я, это моя душа (атта)“?» — «Нет, досточтимый». — «Чувство... восприятие... волевые формации... сознание постоянны или непостоянны?» — «Непостоянны, досточтимый»... «это моя душа?» — «Нет, досточтимый». — «Поэтому... видя так... он понимает: ...нет ничего более для этого состояния бытия». Atha kho bhagavā āyasmantaṃ vakkaliṃ iminā ovādena ovaditvā uṭṭhāyāsanā yena gijjhakūṭo pabbato tena pakkāmi. Atha kho āyasmā vakkali acirapakkantassa bhagavato upaṭṭhāke āmantesi – ‘‘etha maṃ, āvuso, mañcakaṃ āropetvā yena isigilipassaṃ kāḷasilā tenupasaṅkamatha. Kathañhi nāma mādiso antaraghare kālaṃ kattabbaṃ maññeyyā’’ti? ‘‘Evamāvuso’’ti kho te bhikkhū āyasmato vakkalissa paṭissutvā āyasmantaṃ vakkaliṃ mañcakaṃ āropetvā yena isigilipassaṃ kāḷasilā tenupasaṅkamiṃsu. Atha kho bhagavā tañca rattiṃ tañca divāvasesaṃ gijjhakūṭe pabbate vihāsi. Atha kho dve devatāyo abhikkantāya rattiyā abhikkantavaṇṇā kevalakappaṃ gijjhakūṭaṃ obhāsetvā yena bhagavā tenupasaṅkamiṃsu…pe… ekamantaṃ aṭṭhaṃsu. Ekamantaṃ ṭhitā kho ekā devatā bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘vakkali, bhante, bhikkhu vimokkhāya cetetī’’ti. Aparā devatā bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘so hi nūna, bhante, suvimutto vimuccissatī’’ti. Idamavocuṃ tā devatāyo. Idaṃ vatvā bhagavantaṃ abhivādetvā padakkhiṇaṃ katvā tatthevantaradhāyiṃsu. Затем Благословенный, дав это наставление почтенному Ваккали, поднялся со своего сиденья и ушел к горе Гридхракута (Коршунов пик). Вскоре после ухода Благословенного почтенный Ваккали обратился к своим прислужникам: «Идите, друзья, положите меня на постель и отнесите к Черной скале на склоне горы Исигили. Как может такой, как я, думать о том, чтобы встретить кончину среди домов?» — «Да, друг», — ответили те монахи почтенному Ваккали и, положив его на постель, отнесли к Черной скале на склоне горы Исигили. Благословенный провел остаток того дня и ночь на горе Гридхракута. И вот, когда ночь уже близилась к концу, два божества (деваты) неописуемой красоты, осветив всю гору Гридхракута, приблизились к Благословенному... и встали рядом. Стоя в стороне, одно божество сказало Благословенному: «Досточтимый, монах Ваккали устремлен к освобождению». Другое божество сказало Благословенному: «Поистине, досточтимый, он освободится как полностью освобожденный». Так сказали эти божества. Сказав это, они поклонились Благословенному, обошли его справа и тут же исчезли. Atha kho bhagavā tassā rattiyā accayena bhikkhū āmantesi – ‘‘etha tumhe, bhikkhave, yena vakkali bhikkhu tenupasaṅkamatha; upasaṅkamitvā vakkaliṃ bhikkhuṃ evaṃ vadetha – Затем, по прошествии той ночи, Благословенный обратился к монахам: «Идите, монахи, ступайте к монаху Ваккали и скажите ему так:» ‘‘‘Suṇāvuso tvaṃ, vakkali, bhagavato vacanaṃ dvinnañca devatānaṃ. Imaṃ, āvuso, rattiṃ dve devatāyo abhikkantāya rattiyā abhikkantavaṇṇā kevalakappaṃ gijjhakūṭaṃ obhāsetvā yena bhagavā tenupasaṅkamiṃsu; upasaṅkamitvā bhagavantaṃ abhivādetvā ekamantaṃ aṭṭhaṃsu. Ekamantaṃ ṭhitā kho, āvuso, ekā devatā bhagavantaṃ etadavoca – vakkali, bhante, bhikkhu vimokkhāya cetetīti. Aparā devatā bhagavantaṃ etadavoca – so hi nūna, bhante, suvimutto vimuccissatīti. Bhagavā ca taṃ, āvuso vakkali, evamāha – mā bhāyi, vakkali; mā bhāyi, vakkali! Apāpakaṃ te maraṇaṃ bhavissati, apāpikā kālakiriyā’’’ti. ‘‘Evaṃ, bhante’’ti kho te [Pg.100] bhikkhū bhagavato paṭissutvā yenāyasmā vakkali tenupasaṅkamiṃsu; upasaṅkamitvā āyasmantaṃ vakkaliṃ etadavocuṃ – ‘‘suṇāvuso vakkali, bhagavato vacanaṃ dvinnañca devatāna’’nti. «„Послушай, друг Ваккали, слова Благословенного и двух божеств. Прошлой ночью, друг, когда ночь уже близилась к концу, два божества неописуемой красоты, осветив всю гору Гридхракута, приблизились к Благословенному. Подойдя, они поклонились Благословенному и встали рядом. Стоя в стороне, друг, одно божество сказало Благословенному: «Досточтимый, монах Ваккали устремлен к освобождению». Другое божество сказало Благословенному: «Поистине, досточтимый, он освободится как полностью освобожденный». И Благословенный говорит тебе, друг Ваккали: «Не бойся, Ваккали, не бойся! Твоя смерть не будет дурной, твоя кончина не будет дурной»“. — „Да, досточтимый“, — ответили те монахи Благословенному и отправились к почтенному Ваккали. Придя, они сказали почтенному Ваккали: „Послушай, друг Ваккали, слова Благословенного и двух божеств“». Atha kho āyasmā vakkali upaṭṭhāke āmantesi – ‘‘etha maṃ, āvuso, mañcakā oropetha. Kathañhi nāma mādiso ucce āsane nisīditvā tassa bhagavato sāsanaṃ sotabbaṃ maññeyyā’’ti! ‘‘Evamāvuso’’ti kho te bhikkhū āyasmato vakkalissa paṭissutvā āyasmantaṃ vakkaliṃ mañcakā oropesuṃ. ‘‘Imaṃ, āvuso, rattiṃ dve devatāyo abhikkantāya rattiyā…pe… ekamantaṃ aṭṭhaṃsu. Ekamantaṃ ṭhitā kho, āvuso, ekā devatā bhagavantaṃ etadavoca – ‘vakkali, bhante, bhikkhu vimokkhāya cetetī’ti. Aparā devatā bhagavantaṃ etadavoca – ‘so hi nūna, bhante, suvimutto vimuccissatī’ti. Bhagavā ca taṃ, āvuso vakkali, evamāha – ‘mā bhāyi, vakkali; mā bhāyi, vakkali! Apāpakaṃ te maraṇaṃ bhavissati, apāpikā kālakiriyā’’’ti. ‘‘Tena hāvuso, mama vacanena bhagavato pāde sirasā vandatha – ‘vakkali, bhante, bhikkhu ābādhiko dukkhito bāḷhagilāno. So bhagavato pāde sirasā vandatī’ti. Evañca vadetha – ‘rūpaṃ aniccaṃ. Tāhaṃ, bhante, na kaṅkhāmi. Yadaniccaṃ taṃ dukkhanti na vicikicchāmi. Yadaniccaṃ dukkhaṃ vipariṇāmadhammaṃ, natthi me tattha chando vā rāgo vā pemaṃ vāti na vicikicchāmi. Vedanā aniccā. Tāhaṃ, bhante, na kaṅkhāmi. Yadaniccaṃ taṃ dukkhanti na vicikicchāmi. Yadaniccaṃ dukkhaṃ vipariṇāmadhammaṃ, natthi me tattha chando vā rāgo vā pemaṃ vāti na vicikicchāmi. Saññā… saṅkhārā aniccā. Tāhaṃ, bhante, na kaṅkhāmi. Yadaniccaṃ taṃ dukkhanti na vicikicchāmi. Yadaniccaṃ dukkhaṃ vipariṇāmadhammaṃ, natthi me tattha chando vā rāgo vā pemaṃ vāti na vicikicchāmi. Viññāṇaṃ aniccaṃ. Tāhaṃ, bhante, na kaṅkhāmi. Yadaniccaṃ taṃ dukkhanti na vicikicchāmi. Yadaniccaṃ dukkhaṃ vipariṇāmadhammaṃ, natthi me tattha chando vā rāgo vā pemaṃ vāti na vicikicchāmī’’’ti. ‘‘Evamāvuso’’ti kho te bhikkhū āyasmato vakkalissa paṭissutvā pakkamiṃsu. Atha kho āyasmā vakkali acirapakkantesu tesu bhikkhūsu satthaṃ āharesi. Тогда почтенный Ваккали обратился к своим прислуживающим: «Придите, друзья, спустите меня с постели. Ибо как может такой, как я, сидеть на высоком сиденье и думать, что он достоин слушать учение Благословенного!» — «Да, друг», — ответили те бхиккху почтенному Ваккали и спустили почтенного Ваккали с постели. «Этой ночью, друзья, две прекрасные деваты, когда ночь уже шла на убыль... встали в стороне. Стоя в стороне, друзья, одна девата сказала Благословенному: „Досточтимый, бхиккху Ваккали устремлён к освобождению“. Другая девата сказала Благословенному: „Конечно, досточтимый, он освободится как полностью освобождённый“. И Благословенный сказал тебе, друг Ваккали: „Не бойся, Ваккали! Не бойся, Ваккали! Твоя смерть не будет дурной, твоя кончина не будет дурной“». «В таком случае, друзья, от моего имени поклонитесь головой к стопам Благословенного и скажите: „Досточтимый, бхиккху Ваккали болен, страдает, тяжело занемог. Он кланяется головой к стопам Благословенного“. И ещё скажите так: „Форма непостоянна. В этом, досточтимый, у меня нет сомнений. То, что непостоянно, есть страдание — в этом я не сомневаюсь. В отношении того, что непостоянно, подвержено страданию и изменению, у меня больше нет желания, страсти или привязанности — в этом я не сомневаюсь. Чувство непостоянно. В этом, досточтимый, у меня нет сомнений. То, что непостоянно, есть страдание — в этом я не сомневаюсь. В отношении того, что непостоянно, подвержено страданию и изменению, у меня больше нет желания, страсти или привязанности — в этом я не сомневаюсь. Восприятие... Волевые образования непостоянны. В этом, досточтимый, у меня нет сомнений. То, что непостоянно, есть страдание — в этом я не сомневаюсь. В отношении того, что непостоянно, подвержено страданию и изменению, у меня больше нет желания, страсти или привязанности — в этом я не сомневаюсь. Сознание непостоянно. В этом, досточтимый, у меня нет сомнений. То, что непостоянно, есть страдание — в этом я не сомневаюсь. В отношении того, что непостоянно, подвержено страданию и изменению, у меня больше нет желания, страсти или привязанности — в этом я не сомневаюсь“». «Да, друг», — ответили те бхиккху почтенному Ваккали и ушли. И вскоре после того, как эти бхиккху ушли, почтенный Ваккали пустил в ход нож. Atha kho te bhikkhū yena bhagavā tenupasaṅkamiṃsu; upasaṅkamitvā ekamantaṃ nisīdiṃsu. Ekamantaṃ nisinnā kho te bhikkhū bhagavantaṃ etadavocuṃ – ‘‘vakkali, bhante, bhikkhu ābādhiko dukkhito bāḷhagilāno; so bhagavato [Pg.101] pāde sirasā vandati; evañca vadeti – ‘rūpaṃ aniccaṃ. Tāhaṃ, bhante, na kaṅkhāmi. Yadaniccaṃ taṃ dukkhanti na vicikicchāmi. Yadaniccaṃ dukkhaṃ vipariṇāmadhammaṃ, natthi me tattha chando vā rāgo vā pemaṃ vāti na vicikicchāmi. Vedanā… saññā… saṅkhārā … viññāṇaṃ aniccaṃ. Tāhaṃ, bhante, na kaṅkhāmi. Yadaniccaṃ taṃ dukkhanti na vicikicchāmi. Yadaniccaṃ dukkhaṃ vipariṇāmadhammaṃ, natthi me tattha chando vā rāgo vā pemaṃ vāti na vicikicchāmī’’’ti. Тогда те бхиккху подошли к Благословенному, поклонились ему и сели сбоку. Сидя сбоку, те бхиккху сказали Благословенному: «Досточтимый, бхиккху Ваккали болен, страдает, тяжело занемог. Он кланяется головой к стопам Благословенного и передаёт следующие слова: „Форма непостоянна. В этом, досточтимый, у меня нет сомнений. То, что непостоянно, есть страдание — в этом я не сомневаюсь. В отношении того, что непостоянно, подвержено страданию и изменению, у меня больше нет желания, страсти или привязанности — в этом я не сомневаюсь. Чувство… Восприятие… Волевые образования… Сознание непостоянно. В этом, досточтимый, у меня нет сомнений. То, что непостоянно, есть страдание — в этом я не сомневаюсь. В отношении того, что непостоянно, подвержено страданию и изменению, у меня больше нет желания, страсти или привязанности — в этом я не сомневаюсь“». Atha kho bhagavā bhikkhū āmantesi – ‘‘āyāma, bhikkhave, yena isigilipassaṃ kāḷasilā tenupasaṅkamissāma; yattha vakkalinā kulaputtena satthamāharita’’nti. ‘‘Evaṃ, bhante’’ti kho te bhikkhū bhagavato paccassosuṃ. Atha kho bhagavā sambahulehi bhikkhūhi saddhiṃ yena isigilipassaṃ kāḷasilā tenupasaṅkami. Addasā kho bhagavā āyasmantaṃ vakkaliṃ dūratova mañcake vivattakkhandhaṃ semānaṃ. Тогда Благословенный обратился к бхиккху: «Пойдёмте, монахи, к Чёрной Скале на склоне Исигили, где юноша из хорошей семьи Ваккали пустил в ход нож». — «Да, досточтимый», — ответили те бхиккху Благословенному. Тогда Благословенный вместе со множеством бхиккху отправился к Чёрной Скале на склоне Исигили. Благословенный ещё издалека увидел почтенного Ваккали, лежащего на постели с повёрнутым плечом. Tena kho pana samayena dhūmāyitattaṃ timirāyitattaṃ gacchateva purimaṃ disaṃ, gacchati pacchimaṃ disaṃ, gacchati uttaraṃ disaṃ, gacchati dakkhiṇaṃ disaṃ, gacchati uddhaṃ disaṃ, gacchati adho disaṃ, gacchati anudisaṃ. Atha kho bhagavā bhikkhū āmantesi – ‘‘passatha no tumhe, bhikkhave, etaṃ dhūmāyitattaṃ timirāyitattaṃ gacchateva purimaṃ disaṃ…pe… gacchati anudisa’’nti. ‘‘Evaṃ, bhante’’. ‘‘Eso kho, bhikkhave, māro pāpimā vakkalissa kulaputtassa viññāṇaṃ samanvesati – ‘kattha vakkalissa kulaputtassa viññāṇaṃ patiṭṭhita’nti? Appatiṭṭhitena ca, bhikkhave, viññāṇena vakkali kulaputto parinibbuto’’ti. Pañcamaṃ. В то время облако дыма, клубящаяся тьма двигалась на восток, двигалась на запад, двигалась на север, двигалась на юг, двигалась вверх, двигалась вниз, двигалась в промежуточные стороны. Тогда Благословенный обратился к бхиккху: «Видите ли вы, монахи, это облако дыма, эту клубящуюся тьму, которая движется на восток... движется в промежуточные стороны?» — «Да, досточтимый». — «Это, монахи, Злой Мара ищет сознание юноши из хорошей семьи Ваккали, думая: „Где же теперь утвердилось сознание юноши из хорошей семьи Ваккали?“ Однако, монахи, с неутверждённым сознанием юноша из хорошей семьи Ваккали ушёл в окончательную Ниббану». (Пятая). 6. Assajisuttaṃ 6. Ассаджи-сутта 88. Ekaṃ samayaṃ bhagavā rājagahe viharati veḷuvane kalandakanivāpe. Tena kho pana samayena āyasmā assaji kassapakārāme viharati ābādhiko dukkhito bāḷhagilāno. Atha kho āyasmā assaji upaṭṭhāke āmantesi – ‘‘etha tumhe, āvuso, yena bhagavā tenupasaṅkamatha; upasaṅkamitvā mama vacanena bhagavato pāde sirasā vandatha – ‘assaji, bhante, bhikkhu ābādhiko dukkhito bāḷhagilāno. So bhagavato pāde sirasā vandatī’ti. Evañca vadetha – ‘sādhu kira, bhante, bhagavā [Pg.102] yena assaji bhikkhu tenupasaṅkamatu anukampaṃ upādāyā’’’ti. ‘‘Evamāvuso’’ti kho te bhikkhū āyasmato assajissa paṭissutvā yena bhagavā tenupasaṅkamiṃsu; upasaṅkamitvā bhagavantaṃ abhivādetvā ekamantaṃ nisīdiṃsu. Ekamantaṃ nisinnā kho te bhikkhū bhagavantaṃ etadavocuṃ – ‘‘assaji, bhante, bhikkhu ābādhiko…pe… sādhu kira, bhante, bhagavā yena assaji bhikkhu tenupasaṅkamatu anukampaṃ upādāyā’’ti. Adhivāsesi bhagavā tuṇhībhāvena. 88. Одно время Благословенный пребывал в Раджагахе, в Бамбуковой роще, в Приюте чёрных белок. В то время почтенный Ассаджи пребывал в парке Кассапаки, будучи болен, страдая, тяжело занемогши. Тогда почтенный Ассаджи обратился к своим прислуживающим: «Идите, друзья, ступайте к Благословенному. Подойдя, от моего имени поклонитесь головой к стопам Благословенного и скажите: „Досточтимый, бхиккху Ассаджи болен, страдает, тяжело занемог. Он кланяется головой к стопам Благословенного“. И ещё скажите так: „Было бы хорошо, досточтимый, если бы Благословенный из сострадания пришёл к бхиккху Ассаджи“». — «Да, друг», — ответили те бхиккху почтенному Ассаджи, отправились к Благословенному, поклонились ему и сели сбоку. Сидя сбоку, те бхиккху сказали Благословенному: «Досточтимый, бхиккху Ассаджи болен... Было бы хорошо, досточтимый, если бы Благословенный из сострадания пришёл к бхиккху Ассаджи». Благословенный выразил согласие молчанием. Atha kho bhagavā sāyanhasamayaṃ paṭisallānā vuṭṭhito yenāyasmā assaji tenupasaṅkami. Addasā kho āyasmā assaji bhagavantaṃ dūratova āgacchantaṃ. Disvāna mañcake samadhosi. Atha kho bhagavā āyasmantaṃ assajiṃ etadavoca – ‘‘alaṃ, assaji, mā tvaṃ mañcake samadhosi. Santimāni āsanāni paññattāni, tatthāhaṃ nisīdissāmī’’ti. Nisīdi bhagavā paññatte āsane. Nisajja kho bhagavā āyasmantaṃ assajiṃ etadavoca – ‘‘kacci te, assaji, khamanīyaṃ, kacci yāpanīyaṃ…pe… paṭikkamosānaṃ paññāyati no abhikkamo’’ti? Затем Благословенный в вечернее время, выйдя из уединения, отправился к почтенному Ассаджи. Почтенный Ассаджи ещё издалека увидел приближающегося Благословенного. Увидев его, он зашевелился на постели. Тогда Благословенный сказал почтенному Ассаджи: «Довольно, Ассаджи, не нужно шевелиться на постели. Здесь есть приготовленные сиденья, я сяду там». Благословенный сел на приготовленное сиденье. Сев, Благословенный сказал почтенному Ассаджи: «Переносима ли твоя болезнь, Ассаджи? Терпима ли она? ... Уменьшаются ли твои болезненные чувства, а не увеличиваются? Заметно ли их уменьшение, а не увеличение?» ‘‘Na me, bhante, khamanīyaṃ…pe… abhikkamosānaṃ paññāyati no paṭikkamo’’ti. ‘‘Kacci te, assaji, na kiñci kukkuccaṃ na koci vippaṭisāro’’ti? ‘‘Taggha me, bhante, anappakaṃ kukkuccaṃ anappako vippaṭisāro’’ti. ‘‘Kacci pana taṃ, assaji, attā sīlato na upavadatī’’ti? ‘‘Na kho maṃ, bhante, attā sīlato upavadatī’’ti. ‘‘No ce kira taṃ, assaji, attā sīlato upavadati, atha kiñca te kukkuccaṃ ko ca vippaṭisāro’’ti? ‘‘Pubbe khvāhaṃ, bhante, gelaññe passambhetvā passambhetvā kāyasaṅkhāre viharāmi, sohaṃ samādhiṃ nappaṭilabhāmi. Tassa mayhaṃ, bhante, taṃ samādhiṃ appaṭilabhato evaṃ hoti – ‘no cassāhaṃ parihāyāmī’’’ti. ‘‘Ye te, assaji, samaṇabrāhmaṇā samādhisārakā samādhisāmaññā tesaṃ taṃ samādhiṃ appaṭilabhataṃ evaṃ hoti – ‘no cassu mayaṃ parihāyāmā’’’ti. «Моя болезнь непереносима, досточтимый, нетерпима... Заметно их увеличение, а не уменьшение». — «Нет ли у тебя, Ассаджи, какого-либо беспокойства, какого-либо сожаления?» — «Поистине, досточтимый, у меня немалое беспокойство, немалое сожаление». — «Не упрекает ли тебя, Ассаджи, твоё собственное «я» в отношении нравственности?» — «Моё собственное «я», досточтимый, не упрекает меня в отношении нравственности». — «Но если твоё собственное «я» не упрекает тебя в отношении нравственности, Ассаджи, то в чём же твоё беспокойство и в чём твоё сожаление?» — «Прежде, досточтимый, во время болезни я пребывал, то и дело успокаивая телесные формации, но теперь я не могу достичь сосредоточения. И поскольку я не могу достичь сосредоточения, досточтимый, у меня возникает мысль: „Как бы мне не пасть!“» — «Те отшельники и брахманы, Ассаджи, которые считают сосредоточение сутью и отождествляют сосредоточение с отшельничеством, не получая сосредоточения, думают: „Как бы нам не пасть!“» ‘‘Taṃ kiṃ maññasi, assaji, rūpaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’…pe… viññāṇaṃ …pe… tasmātiha…pe… evaṃ passaṃ…pe… nāparaṃ itthattāyāti pajānātīti. So sukhaṃ ce vedanaṃ vedayati, sā ‘aniccā’ti pajānāti. ‘Anajjhositā’ti [Pg.103] pajānāti. ‘Anabhinanditā’ti pajānāti. Dukkhaṃ ce vedanaṃ vedayati, sā ‘aniccā’ti pajānāti. ‘Anajjhositā’ti pajānāti. ‘Anabhinanditā’ti pajānāti. Adukkhamasukhaṃ ce vedanaṃ vedayati, sā ‘aniccā’ti pajānāti…pe… ‘anabhinanditā’ti pajānāti. So sukhaṃ ce vedanaṃ vedayati, visaṃyutto naṃ vedayati; dukkhaṃ ce vedanaṃ vedayati, visaṃyutto naṃ vedayati; adukkhamasukhaṃ ce vedanaṃ vedayati, visaṃyutto naṃ vedayati. So kāyapariyantikaṃ ce vedanaṃ vedayamāno ‘kāyapariyantikaṃ vedanaṃ vedayāmī’ti pajānāti. Jīvitapariyantikaṃ ce vedanaṃ vedayamāno ‘jīvitapariyantikaṃ vedanaṃ vedayāmī’ti pajānāti. ‘Kāyassa bhedā uddhaṃ jīvitapariyādānā idheva sabbavedayitāni anabhinanditāni sītībhavissantī’ti pajānāti. «Как ты думаешь, Ассаджи, форма постоянна или непостоянна?» — «Непостоянна, досточтимый»... сознание... «Поэтому... видя так... он понимает: „...нет более ничего для этого состояния бытия“». Если он испытывает приятное чувство, он понимает: «Оно непостоянно»; он понимает: «К нему нет привязанности»; он понимает: «Им не наслаждаются». Если он испытывает болезненное чувство, он понимает: «Оно непостоянно»; он понимает: «К нему нет привязанности»; он понимает: «Им не наслаждаются». Если он испытывает ни-болезненное-ни-приятное чувство, он понимает: «Оно непостоянно»... он понимает: «Им не наслаждаются». Если он испытывает приятное чувство, он испытывает его отстранённо; если он испытывает болезненное чувство, он испытывает его отстранённо; если он испытывает ни-болезненное-ни-приятное чувство, он испытывает его отстранённо. Испытывая чувство, ограниченное телом, он понимает: «Я испытываю чувство, ограниченное телом». Испытывая чувство, ограниченное жизнью, он понимает: «Я испытываю чувство, ограниченное жизнью». Он понимает: «С распадом тела, по исчерпании жизни, всё испытанное здесь, не приносящее восторга, остынет». ‘‘Seyyathāpi, assaji, telañca paṭicca, vaṭṭiñca paṭicca, telappadīpo jhāyeyya; tasseva telassa ca vaṭṭiyā ca pariyādānā anāhāro nibbāyeyya. Evameva kho, assaji, bhikkhu kāyapariyantikaṃ vedanaṃ vedayamāno ‘kāyapariyantikaṃ vedanaṃ vedayāmī’ti pajānāti. Jīvitapariyantikaṃ vedanaṃ vedayamāno ‘jīvitapariyantikaṃ vedanaṃ vedayāmī’ti pajānāti. ‘Kāyassa bhedā uddhaṃ jīvitapariyādānā idheva sabbavedayitāni anabhinanditāni sītībhavissantī’ti pajānātī’’ti. Chaṭṭhaṃ. «Подобно тому, Ассаджи, как масляная лампа горит в зависимости от масла и фитиля, а с исчерпанием масла и фитиля гаснет из-за отсутствия топлива, точно так же, Ассаджи, бхиккху, испытывая чувство, ограниченное телом, понимает: „Я испытываю чувство, ограниченное телом“. Испытывая чувство, ограниченное жизнью, он понимает: „Я испытываю чувство, ограниченное жизнью“. Он понимает: „С распадом тела, по исчерпании жизни, всё испытанное здесь, не приносящее восторга, остынет“». (Шестая). 7. Khemakasuttaṃ 7. Кхемака-сутта 89. Ekaṃ samayaṃ sambahulā therā bhikkhū kosambiyaṃ viharanti ghositārāme. Tena kho pana samayena āyasmā khemako badarikārāme viharati ābādhiko dukkhito bāḷhagilāno. Atha kho therā bhikkhū sāyanhasamayaṃ paṭisallānā vuṭṭhitā āyasmantaṃ dāsakaṃ āmantesuṃ – ‘‘ehi tvaṃ, āvuso dāsaka, yena khemako bhikkhu tenupasaṅkama; upasaṅkamitvā khemakaṃ bhikkhuṃ evaṃ vadehi – ‘therā taṃ, āvuso khemaka, evamāhaṃsu – kacci te, āvuso, khamanīyaṃ, kacci yāpanīyaṃ, kacci dukkhā vedanā paṭikkamanti no abhikkamanti, paṭikkamosānaṃ paññāyati no abhikkamo’’’ti? ‘‘Evamāvuso’’ti kho āyasmā dāsako therānaṃ bhikkhūnaṃ paṭissutvā yenāyasmā khemako tenupasaṅkami; upasaṅkamitvā āyasmantaṃ khemakaṃ etadavoca – ‘‘therā taṃ, āvuso [Pg.104] khemaka, evamāhaṃsu – ‘kacci te, āvuso, khamanīyaṃ…pe… no abhikkamo’’’ti? ‘‘Na me, āvuso, khamanīyaṃ na yāpanīyaṃ…pe… abhikkamosānaṃ paññāyati no paṭikkamo’’ti. 89. Одно время многие старейшие бхиккху пребывали в Косамби, в роще Госиты. В то время почтенный Кхемака пребывал в парке Бадарика, будучи болен, страдая, тяжело занемогши. Тогда старейшие бхиккху в вечернее время, выйдя из уединения, обратились к почтенному Дасаке: «Иди, друг Дасака, ступай к бхиккху Кхемаке и скажи ему: „Старейшины спрашивают тебя, друг Кхемака: переносима ли твоя болезнь, друг? Терпима ли она? Уменьшаются ли твои болезненные чувства, а не увеличиваются? Заметно ли их уменьшение, а не увеличение?“» — «Да, друзья», — ответил почтенный Дасака старейшим бхиккху, отправился к почтенному Кхемаке и сказал ему: «Старейшины спрашивают тебя, друг Кхемака: „Переносима ли твоя болезнь, друг? ... а не увеличение?“» — «Моя болезнь непереносима, друг, нетерпима... Заметно их увеличение, а не уменьшение». Atha kho āyasmā dāsako yena therā bhikkhū tenupasaṅkami; upasaṅkamitvā there bhikkhū etadavoca – ‘‘khemako, āvuso, bhikkhu evamāha – ‘na me, āvuso, khamanīyaṃ…pe… abhikkamosānaṃ paññāyati no paṭikkamo’’’ti. ‘‘Ehi tvaṃ, āvuso dāsaka, yena khemako bhikkhu tenupasaṅkama; upasaṅkamitvā khemakaṃ bhikkhuṃ evaṃ vadehi – ‘therā taṃ, āvuso khemaka, evamāhaṃsu – pañcime, āvuso, upādānakkhandhā vuttā bhagavatā, seyyathidaṃ – rūpupādānakkhandho, vedanupādānakkhandho, saññupādānakkhandho, saṅkhārupādānakkhandho, viññāṇupādānakkhandho. Imesu āyasmā khemako pañcasu upādānakkhandhesu kiñci attaṃ vā attaniyaṃ vā samanupassatī’’’ti? Тогда достопочтенный Дасака подошёл к старейшим бхиккху и, подойдя, сказал им: «Друзья, бхиккху Кхемака говорит так: „Друзья, мне не становится лучше... [и т. д.]... заметно лишь ухудшение, а не улучшение“». — «Иди, друг Дасака, подойди к бхиккху Кхемаке и, подойдя, скажи ему: „Друг Кхемака, старейшины говорят тебе так: „Друг, Благословенный провозгласил эти пять совокупностей цепляния, а именно: совокупность цепляния за форму, совокупность цепляния за чувство, совокупность цепляния за восприятие, совокупность цепляния за волевые формации, совокупность цепляния за сознание. Рассматривает ли достопочтенный Кхемака что-либо среди этих пяти совокупностей цепляния как «я» или как принадлежащее «я»?““» ‘‘Evamāvuso’’ti kho āyasmā dāsako therānaṃ bhikkhūnaṃ paṭissutvā yenāyasmā khemako tenupasaṅkami; upasaṅkamitvā…pe… therā taṃ, āvuso khemaka, evamāhaṃsu – ‘‘pañcime, āvuso, upādānakkhandhā vuttā bhagavatā, seyyathidaṃ – rūpupādānakkhandho…pe… viññāṇupādānakkhandho. Imesu āyasmā khemako pañcasu upādānakkhandhesu kiñci attaṃ vā attaniyaṃ vā samanupassatī’’ti? ‘‘Pañcime, āvuso, upādānakkhandhā vuttā bhagavatā, seyyathidaṃ – rūpupādānakkhandho…pe… viññāṇupādānakkhandho. Imesu khvāhaṃ, āvuso, pañcasu upādānakkhandhesu na kiñci attaṃ vā attaniyaṃ vā samanupassāmī’’ti. «„Да, друг“, — ответил достопочтенный Дасака старейшим бхиккху и подошёл к достопочтенному Кхемаке. Подойдя... [и т. д.]... „Друг Кхемака, старейшины говорят тебе так: „Друг, Благословенный провозгласил эти пять совокупностей цепляния, а именно: совокупность цепляния за форму... [и т. д.]... совокупность цепляния за сознание. Рассматривает ли достопочтенный Кхемака что-либо среди этих пяти совокупностей цепляния как «я» или как принадлежащее «я»?““ — „Друг, Благословенный провозгласил эти пять совокупностей цепляния, а именно: совокупность цепляния за форму... [и т. д.]... совокупность цепляния за сознание. Среди этих пяти совокупностей цепляния, друг, я не рассматриваю ничего как «я» или как принадлежащее «я»“». Atha kho āyasmā dāsako yena therā bhikkhū tenupasaṅkami; upasaṅkamitvā there bhikkhū etadavoca – ‘‘khemako, āvuso, bhikkhu evamāha – ‘pañcime, āvuso, upādānakkhandhā vuttā bhagavatā, seyyathidaṃ – rūpupādānakkhandho…pe… viññāṇupādānakkhandho. Imesu khvāhaṃ, āvuso, pañcasu upādānakkhandhesu na kiñci attaṃ vā attaniyaṃ vā samanupassāmī’’’ti. ‘‘Ehi tvaṃ, āvuso dāsaka, yena khemako bhikkhu tenupasaṅkama; upasaṅkamitvā khemakaṃ bhikkhuṃ evaṃ vadehi – ‘therā taṃ, āvuso khemaka, evamāhaṃsu – pañcime, āvuso, upādānakkhandhā vuttā bhagavatā, seyyathidaṃ – rūpupādānakkhandho…pe… viññāṇupādānakkhandho. No ce kirāyasmā khemako imesu [Pg.105] pañcasu upādānakkhandhesu kiñci attaṃ vā attaniyaṃ vā samanupassati. Tenahāyasmā khemako arahaṃ khīṇāsavo’’’ti. Тогда достопочтенный Дасака подошёл к старейшим бхиккху и, подойдя, сказал им: «Друзья, бхиккху Кхемака говорит так: „Друг, Благословенный провозгласил эти пять совокупностей цепляния, а именно: совокупность цепляния за форму... [и т. д.]... совокупность цепляния за сознание. Среди этих пяти совокупностей цепляния, друг, я не рассматриваю ничего как «я» или как принадлежащее «я»“». — «Иди, друг Дасака, подойди к бхиккху Кхемаке и, подойдя, скажи ему: „Друг Кхемака, старейшины говорят тебе так: „Друг, Благословенный провозгласил эти пять совокупностей цепляния, а именно: совокупность цепляния за форму... [и т. д.]... совокупность цепляния за сознание. Если достопочтенный Кхемака не рассматривает ничего среди этих пяти совокупностей цепляния как «я» или как принадлежащее «я», то в таком случае достопочтенный Кхемака — арахант, чьи влечения уничтожены““». ‘‘Evamāvuso’’ti kho āyasmā dāsako therānaṃ bhikkhūnaṃ paṭissutvā yenāyasmā khemako…pe… therā taṃ, āvuso khemaka, evamāhaṃsu – ‘‘pañcime, āvuso, upādānakkhandhā vuttā bhagavatā, seyyathidaṃ – rūpupādānakkhandho…pe… viññāṇupādānakkhandho; no ce kirāyasmā khemako imesu pañcasu upādānakkhandhesu kiñci attaṃ vā attaniyaṃ vā samanupassati, tenahāyasmā khemako arahaṃ khīṇāsavo’’ti. ‘‘Pañcime, āvuso, upādānakkhandhā vuttā bhagavatā, seyyathidaṃ – rūpupādānakkhandho…pe… viññāṇupādānakkhandho. Imesu khvāhaṃ, āvuso, pañcasu upādānakkhandhesu na kiñci attaṃ vā attaniyaṃ vā samanupassāmi, na camhi arahaṃ khīṇāsavo; api ca me, āvuso, pañcasu upādānakkhandhesu ‘asmī’ti adhigataṃ, ‘ayamahamasmī’ti na ca samanupassāmī’’ti. «„Да, друг“, — ответил достопочтенный Дасака старейшим бхиккху и подошёл к достопочтенному Кхемаке... [и т. д.]... „Друг Кхемака, старейшины говорят тебе так: „Друг, Благословенный провозгласил эти пять совокупностей цепляния, а именно: совокупность цепляния за форму... [и т. д.]... совокупность цепляния за сознание. Если достопочтенный Кхемака не рассматривает ничего среди этих пяти совокупностей цепляния как «я» или как принадлежащее «я», то в таком случае достопочтенный Кхемака — арахант, чьи влечения уничтожены““. — „Друг, Благословенный провозгласил эти пять совокупностей цепляния, а именно: совокупность цепляния за форму... [и т. д.]... совокупность цепляния за сознание. Среди этих пяти совокупностей цепляния я не рассматриваю ничего как «я» или как принадлежащее «я», но я не являюсь арахантом, чьи влечения уничтожены. Однако, друзья, в отношении этих пяти совокупностей цепляния у меня всё ещё остаётся [представление] „я есмь“, но я не рассматриваю [ничего среди них] как „это я““». Atha kho āyasmā dāsako yena therā bhikkhū…pe… there bhikkhū etadavoca – ‘‘khemako, āvuso, bhikkhu evamāha – pañcime, āvuso, upādānakkhandhā vuttā bhagavatā, seyyathidaṃ – rūpupādānakkhandho…pe… viññāṇupādānakkhandho. Imesu khvāhaṃ, āvuso, pañcasu upādānakkhandhesu na kiñci attaṃ vā attaniyaṃ vā samanupassāmi, na camhi arahaṃ khīṇāsavo; api ca me, āvuso, pañcasu upādānakkhandhesu ‘asmī’ti adhigataṃ, ‘ayamahamasmī’ti na ca samanupassāmī’’ti. Тогда достопочтенный Дасака подошёл к старейшим бхиккху... [и т. д.]... и сказал им: «Друзья, бхиккху Кхемака говорит так: „Друг, Благословенный провозгласил эти пять совокупностей цепляния, а именно: совокупность цепляния за форму... [и т. д.]... совокупность цепляния за сознание. Среди этих пяти совокупностей цепляния я не рассматриваю ничего как «я» или как принадлежащее «я», но я не являюсь арахантом, чьи влечения уничтожены. Однако, друзья, в отношении этих пяти совокупностей цепляния у меня всё ещё остаётся [представление] „я есмь“, но я не рассматриваю [ничего среди них] как „это я““». ‘‘Ehi tvaṃ, āvuso dāsaka, yena khemako bhikkhu tenupasaṅkama; upasaṅkamitvā khemakaṃ bhikkhuṃ evaṃ vadehi – ‘therā taṃ, āvuso khemaka, evamāhaṃsu – yametaṃ, āvuso khemaka, asmīti vadesi, kimetaṃ asmīti vadesi? Rūpaṃ asmīti vadesi, aññatra rūpā asmīti vadesi, vedanaṃ… saññaṃ… saṅkhāre… viññāṇaṃ asmīti vadesi, aññatra viññāṇā asmīti vadesi. Yametaṃ, āvuso khemaka, asmīti vadesi. Kimetaṃ asmīti vadesī’’’ti? «Иди, друг Дасака, подойди к бхиккху Кхемаке и, подойдя, скажи ему: „Друг Кхемака, старейшины говорят тебе так: „Друг Кхемака, когда ты говоришь об этом „я есмь“ — что именно ты называешь „я есмь“? Говоришь ли ты о форме как о „я есмь“, или ты говоришь о „я есмь“ отдельно от формы? Говоришь ли ты о чувстве... о восприятии... о волевых формациях... о сознании как о „я есмь“, или ты говоришь о „я есмь“ отдельно от сознания? Когда ты говоришь об этом „я есмь“, друг Кхемака, что именно ты называешь „я есмь“?““» ‘‘Evamāvuso’’ti kho āyasmā dāsako therānaṃ bhikkhūnaṃ paṭissutvā yenāyasmā khemako tenupasaṅkami; upasaṅkamitvā āyasmantaṃ khemakaṃ etadavoca – therā taṃ, āvuso khemaka, evamāhaṃsu – ‘‘yametaṃ, āvuso [Pg.106] khemaka, ‘asmī’ti vadesi, kimetaṃ ‘asmī’ti vadesi? Rūpaṃ ‘asmī’ti vadesi aññatra rūpā ‘asmī’ti vadesi? Vedanaṃ… saññaṃ… saṅkhāre… viññāṇaṃ ‘asmī’ti vadesi aññatra viññāṇā ‘asmī’ti vadesi? Yametaṃ, āvuso khemaka, ‘asmī’ti vadesi, kimetaṃ ‘asmī’ti vadesi’’ti? ‘‘Alaṃ, āvuso dāsaka, kiṃ imāya sandhāvanikāya! Āharāvuso, daṇḍaṃ; ahameva yena therā bhikkhū tenupasaṅkamissāmī’’ti. «„Да, друг“, — ответил достопочтенный Дасака старейшим бхиккху и подошёл к достопочтенному Кхемаке. Подойдя, он сказал достопочтенному Кхемаке: „Друг Кхемака, старейшины говорят тебе так: „Когда ты говоришь об этом „я есмь“, друг Кхемака, что именно ты называешь „я есмь“? Говоришь ли ты о форме как о „я есмь“, или ты говоришь о „я есмь“ отдельно от формы? Говоришь ли ты о чувстве... о восприятии... о волевых формациях... о сознании как о „я есмь“, или ты говоришь о „я есмь“ отдельно от сознания? Когда ты говоришь об этом „я есмь“, друг Кхемака, что именно ты называешь „я есмь“?““ — „Довольно, друг Дасака! К чему эта беготня туда-сюда? Принеси мне посох, друг. Я сам пойду к старейшим бхиккху“». Atha kho āyasmā khemako daṇḍamolubbha yena therā bhikkhū tenupasaṅkami; upasaṅkamitvā therehi bhikkhūhi saddhiṃ sammodi. Sammodanīyaṃ kathaṃ sāraṇīyaṃ vītisāretvā ekamantaṃ nisīdi. Ekamantaṃ nisinnaṃ kho āyasmantaṃ khemakaṃ therā bhikkhū etadavocuṃ – ‘‘yametaṃ, āvuso khemaka, ‘asmī’ti vadesi, kimetaṃ ‘asmī’ti vadesi? Rūpaṃ ‘asmī’ti vadesi, aññatra rūpā ‘asmī’ti vadesi? Vedanaṃ… saññaṃ… saṅkhāre… viññāṇaṃ ‘asmī’ti vadesi, aññatra viññāṇā ‘asmī’ti vadesi? Yametaṃ, āvuso khemaka, ‘asmī’ti vadesi, kimetaṃ ‘asmī’ti vadesī’’ti? ‘‘Na khvāhaṃ, āvuso, rūpaṃ ‘asmī’ti vadāmi; napi aññatra rūpā ‘asmī’ti vadāmi. Na vedanaṃ… na saññaṃ… na saṅkhāre… na viññāṇaṃ ‘asmī’ti vadāmi; napi aññatra viññāṇā ‘asmī’ti vadāmi. Api ca me, āvuso, pañcasu upādānakkhandhesu ‘asmī’ti adhigataṃ ‘ayamahamasmī’ti na ca samanupassāmi’’. Тогда достопочтенный Кхемака, опираясь на посох, подошёл к старейшим бхиккху. Подойдя, он обменялся со старейшими бхиккху приветствиями. Обменявшись вежливыми и дружескими словами, он сел сбоку. Когда достопочтенный Кхемака сел сбоку, старейшие бхиккху сказали ему: «Друг Кхемака, когда ты говоришь об этом „я есмь“ — что именно ты называешь „я есмь“? Говоришь ли ты о форме как о „я есмь“, или ты говоришь о „я есмь“ отдельно от формы? Говоришь ли ты о чувстве... о восприятии... о волевых формациях... о сознании как о „я есмь“, или ты говоришь о „я есмь“ отдельно от сознания? Когда ты говоришь об этом „я есмь“, друг Кхемака, что именно ты называешь „я есмь“?» — «Друзья, я не говорю о форме как о „я есмь“, но я и не говорю о „я есмь“ отдельно от формы. Я не говорю о чувстве... о восприятии... о волевых формациях... о сознании как о „я есмь“, но я и не говорю о „я есмь“ отдельно от сознания. Однако, друзья, в отношении этих пяти совокупностей цепляния у меня всё ещё остаётся [представление] „я есмь“, но я не рассматриваю [ничего среди них] как „это я“». ‘‘Seyyathāpi, āvuso, uppalassa vā padumassa vā puṇḍarīkassa vā gandho. Yo nu kho evaṃ vadeyya – ‘pattassa gandho’ti vā ‘vaṇṇassa gandho’ti vā ‘kiñjakkhassa gandho’ti vā sammā nu kho so vadamāno vadeyyā’’ti? ‘‘No hetaṃ, āvuso’’. ‘‘Yathā kathaṃ, panāvuso, sammā byākaramāno byākareyyā’’ti? ‘‘‘Pupphassa gandho’ti kho, āvuso, sammā byākaramāno byākareyyā’’ti. ‘‘Evameva khvāhaṃ, āvuso, na rūpaṃ ‘asmī’ti vadāmi, napi aññatra rūpā ‘asmī’ti vadāmi. Na vedanaṃ… na saññaṃ… na saṅkhāre… na viññāṇaṃ ‘asmī’ti vadāmi, napi aññatra viññāṇā ‘asmī’ti vadāmi. Api ca me, āvuso, pañcasu upādānakkhandhesu ‘asmī’ti adhigataṃ ‘ayamahamasmī’ti na ca samanupassāmi’’. «„Представьте, друзья, аромат синего, красного или белого лотоса. Если бы кто-то сказал: „Это аромат лепестков“, или „Это аромат цвета“, или „Это аромат тычинок“ — правильно ли бы он сказал?“ — „Нет, друг“. — „А как же, друзья, следовало бы ответить, чтобы ответ был правильным?“ — „Отвечая правильно, друг, следовало бы сказать: „Это аромат цветка““. — „Точно так же, друзья, я не говорю о форме как о „я есмь“, но я и не говорю о „я есмь“ отдельно от формы. Я не говорю о чувстве... о восприятии... о волевых формациях... о сознании как о „я есмь“, но я и не говорю о „я есмь“ отдельно от сознания. Однако, друзья, в отношении этих пяти совокупностей цепляния у меня всё ещё остаётся [представление] „я есмь“, но я не рассматриваю [ничего среди них] как „это я“». ‘‘Kiñcāpi, āvuso, ariyasāvakassa pañcorambhāgiyāni saṃyojanāni pahīnāni bhavanti, atha khvassa hoti – ‘yo ca pañcasu upādānakkhandhesu anusahagato [Pg.107] asmīti māno, asmīti chando, asmīti anusayo asamūhato. So aparena samayena pañcasu upādānakkhandhesu udayabbayānupassī viharati – iti rūpaṃ, iti rūpassa samudayo, iti rūpassa atthaṅgamo; iti vedanā… iti saññā… iti saṅkhārā… iti viññāṇaṃ, iti viññāṇassa samudayo, iti viññāṇassa atthaṅgamo’ti. Tassimesu pañcasu upādānakkhandhesu udayabbayānupassino viharato yopissa hoti pañcasu upādānakkhandhesu anusahagato ‘asmī’ti, māno ‘asmī’ti, chando ‘asmī’ti anusayo asamūhato, sopi samugghātaṃ gacchati. «Друзья, даже если благородный ученик уничтожил пять низших оков, у него всё же остаётся в отношении пяти совокупностей цепляния тонкое, сопутствующее самомнение „я есмь“, желание „я есмь“, скрытая склонность „я есмь“, которые ещё не искоренены. Спустя некоторое время он пребывает, созерцая возникновение и исчезновение в пяти совокупностях цепляния: „Такова форма, таково её возникновение, таково её исчезновение; таково чувство... таково восприятие... таковы волевые формации... таково сознание, таково его возникновение, таково его исчезновение“. Когда он пребывает, созерцая возникновение и исчезновение в пяти совокупностях цепляния, то тонкое, сопутствующее самомнение „я есмь“, желание „я есмь“, скрытая склонность „я есмь“, которые ещё не были искоренены, — также полностью искореняются. ‘‘Seyyathāpi, āvuso, vatthaṃ saṃkiliṭṭhaṃ malaggahitaṃ. Tamenaṃ sāmikā rajakassa anupadajjuṃ. Tamenaṃ rajako ūse vā khāre vā gomaye vā sammadditvā acche udake vikkhāleti. Kiñcāpi taṃ hoti vatthaṃ parisuddhaṃ pariyodātaṃ, atha khvassa hoti yeva anusahagato ūsagandho vā khāragandho vā gomayagandho vā asamūhato. Tamenaṃ rajako sāmikānaṃ deti. Tamenaṃ sāmikā gandhaparibhāvite karaṇḍake nikkhipanti. Yopissa hoti anusahagato ūsagandho vā khāragandho vā gomayagandho vā asamūhato, sopi samugghātaṃ gacchati. Evameva kho, āvuso, kiñcāpi ariyasāvakassa pañcorambhāgiyāni saṃyojanāni pahīnāni bhavanti, atha khvassa hoti yeva pañcasu upādānakkhandhesu anusahagato ‘asmī’ti, māno ‘asmī’ti, chando ‘asmī’ti anusayo asamūhato. So aparena samayena pañcasu upādānakkhandhesu udayabbayānupassī viharati. ‘Iti rūpaṃ, iti rūpassa samudayo, iti rūpassa atthaṅgamo; iti vedanā… iti saññā… iti saṅkhārā… iti viññāṇaṃ, iti viññāṇassa samudayo, iti viññāṇassa atthaṅgamo’ti. Tassa imesu pañcasu upādānakkhandhesu udayabbayānupassino viharato yopissa hoti pañcasu upādānakkhandhesu anusahagato ‘asmī’ti, māno ‘asmī’ti, chando ‘asmī’ti anusayo asamūhato, sopi samugghātaṃ gacchatī’’ti. «„Представьте, друзья, грязную, покрытую пятнами одежду. Владельцы отдают её прачке. Прачка тщательно трёт её с очистительной солью, щёлочью или коровьим навозом, а затем полощет в чистой воде. И хотя эта одежда становится чистой и белоснежной, в ней всё же остаётся тонкий, сопутствующий запах очистительной соли, щёлочи или коровьего навоза, который ещё не исчез. Прачка возвращает её владельцам. Владельцы кладут её в пропитанный благовониями ларец, и тогда этот тонкий, сопутствующий запах очистительной соли, щёлочи или коровьего навоза, который ещё не исчез, полностью исчезает. Точно так же, друзья, даже если благородный ученик уничтожил пять низших оков, у него всё же остаётся в отношении пяти совокупностей цепляния тонкое, сопутствующее самомнение „я есмь“, желание „я есмь“, скрытая склонность „я есмь“, которые ещё не искоренены. Спустя некоторое время он пребывает, созерцая возникновение и исчезновение в пяти совокупностях цепляния: „Такова форма, таково её возникновение, таково её исчезновение; таково чувство... таково восприятие... таковы волевые формации... таково сознание, таково его возникновение, таково его исчезновение“. Когда он пребывает, созерцая возникновение и исчезновение в пяти совокупностях цепляния, то тонкое, сопутствующее самомнение „я есмь“, желание „я есмь“, скрытая склонность „я есмь“, которые ещё не были искоренены, — также полностью искореняются“». Evaṃ vutte, therā bhikkhū āyasmantaṃ khemakaṃ etadavocuṃ – ‘‘na kho mayaṃ āyasmantaṃ khemakaṃ vihesāpekhā pucchimha, api cāyasmā khemako pahosi tassa bhagavato sāsanaṃ vitthārena ācikkhituṃ desetuṃ paññāpetuṃ [Pg.108] paṭṭhapetuṃ vivarituṃ vibhajituṃ uttānīkātuṃ. Tayidaṃ āyasmatā khemakena tassa bhagavato sāsanaṃ vitthārena ācikkhitaṃ desitaṃ paññāpitaṃ paṭṭhapitaṃ vivaritaṃ vibhajitaṃ uttānīkata’’nti. Когда это было сказано, старейшие бхиккху сказали достопочтенному Кхемаке: «Мы спрашивали достопочтенного Кхемаку не ради того, чтобы досадить ему, но потому, что достопочтенный Кхемака способен подробно разъяснить, преподать, провозгласить, утвердить, раскрыть, разобрать и прояснить учение Благословенного. И достопочтенный Кхемака подробно разъяснил, преподал, провозгласил, утвердил, раскрыл, разобрал и прояснил это учение Благословенного». Idamavoca āyasmā khemako. Attamanā therā bhikkhū āyasmato khemakassa bhāsitaṃ abhinanduṃ. Imasmiñca pana veyyākaraṇasmiṃ bhaññamāne saṭṭhimattānaṃ therānaṃ bhikkhūnaṃ anupādāya āsavehi cittāni vimucciṃsu, āyasmato khemakassa cāti. Sattamaṃ. Так сказал достопочтенный Кхемака. Старейшие бхиккху, обрадованные, восхитились словами достопочтенного Кхемаки. И во время произнесения этого разъяснения умы около шестидесяти старейших бхиккху, а также достопочтенного Кхемаки, без какого-либо цепляния освободились от влечений. Седьмая [сутта]. 8. Channasuttaṃ 8. Чанна-сутта 90. Ekaṃ samayaṃ sambahulā therā bhikkhū bārāṇasiyaṃ viharanti isipatane migadāye. Atha kho āyasmā channo sāyanhasamayaṃ paṭisallānā vuṭṭhito avāpuraṇaṃ ādāya vihārena vihāraṃ upasaṅkamitvā there bhikkhū etadavoca – ‘‘ovadantu maṃ āyasmanto therā, anusāsantu maṃ āyasmanto therā, karontu me āyasmanto therā dhammiṃ kathaṃ, yathāhaṃ dhammaṃ passeyya’’nti. 90. Однажды многие старейшие бхиккху пребывали в Баранаси, в Исипатане, в Оленьем парке. Тогда достопочтенный Чанна в вечернее время, поднявшись от уединения, взял ключ и, переходя от обители к обители, подошёл к старейшим бхиккху и сказал им: «Пусть достопочтенные старейшины наставят меня, пусть достопочтенные старейшины поучат меня, пусть достопочтенные старейшины обратятся ко мне с беседой о Дхамме, чтобы я смог узреть Дхамму». Evaṃ vutte, therā bhikkhū āyasmantaṃ channaṃ etadavocuṃ – ‘‘rūpaṃ kho, āvuso channa, aniccaṃ; vedanā aniccā; saññā aniccā; saṅkhārā aniccā; viññāṇaṃ aniccaṃ. Rūpaṃ anattā; vedanā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ anattā. Sabbe saṅkhārā aniccā; sabbe dhammā anattā’’ti. Когда это было сказано, старейшие бхиккху ответили достопочтенному Чанне: «Форма, друг Чанна, непостоянна; чувство непостоянно; восприятие непостоянно; волевые образования непостоянны; сознание непостоянно. Форма — не-я; чувство... восприятие... волевые образования... сознание — не-я. Все обусловленные образования непостоянны; все дхаммы — не-я». Atha kho āyasmato channassa etadahosi – ‘‘mayhampi kho etaṃ evaṃ hoti – ‘rūpaṃ aniccaṃ, vedanā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ aniccaṃ; rūpaṃ anattā, vedanā … saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ anattā. Sabbe saṅkhārā aniccā, sabbe dhammā anattā’ti. Atha ca pana me sabbasaṅkhārasamathe sabbūpadhipaṭinissagge taṇhākkhaye virāge nirodhe nibbāne cittaṃ na pakkhandati nappasīdati na santiṭṭhati nādhimuccati. Paritassanā upādānaṃ uppajjati; paccudāvattati mānasaṃ – ‘atha ko carahi me attā’ti? Na kho panevaṃ dhammaṃ passato hoti. Ko nu kho me tathā dhammaṃ deseyya yathāhaṃ dhammaṃ passeyya’’nti. Тогда достопочтенному Чанне пришла такая мысль: «У меня тоже есть такое понимание: „Форма непостоянна, чувство... восприятие... волевые образования... сознание непостоянно; форма — не-я, чувство... восприятие... волевые образования... сознание — не-я. Все обусловленные образования непостоянны, все дхаммы — не-я“. И всё же мой ум не устремляется к успокоению всех обусловленных образований, к отказу от всех привязанностей, к уничтожению жажды, к бесстрастию, к прекращению, к Ниббане; он не обретает уверенности, не успокаивается и не утверждается в этом. Вместо этого возникают тревога и цепляние, и разум отступает назад с мыслью: „Но кто же тогда моё „я“?“ Но у того, кто видит Дхамму, такого не происходит. Кто же может так проповедовать мне Дхамму, чтобы я смог узреть Дхамму?» Atha kho āyasmato channassa etadahosi – ‘‘ayaṃ kho āyasmā ānando kosambiyaṃ viharati ghositārāme satthu ceva saṃvaṇṇito sambhāvito [Pg.109] ca viññūnaṃ sabrahmacārīnaṃ, pahoti ca me āyasmā ānando tathā dhammaṃ desetuṃ yathāhaṃ dhammaṃ passeyyaṃ; atthi ca me āyasmante ānande tāvatikā vissaṭṭhi. Yaṃnūnāhaṃ yenāyasmā ānando tenupasaṅkameyya’’nti. Atha kho āyasmā channo senāsanaṃ saṃsāmetvā pattacīvaramādāya yena kosambī ghositārāmo yenāyasmā ānando tenupasaṅkami; upasaṅkamitvā āyasmatā ānandena saddhiṃ sammodi…pe… ekamantaṃ nisinno kho āyasmā channo āyasmantaṃ ānandaṃ etadavoca – Тогда достопочтенному Чанне пришла такая мысль: «Этот достопочтенный Ананда пребывает в Косамби, в роще Госиты. Он восхваляем Учителем и почитаем мудрыми собратьями по святой жизни. Достопочтенный Ананда способен так проповедовать мне Дхамму, чтобы я смог узреть Дхамму. К тому же у меня есть такое доверие к достопочтенному Ананде. Что если я отправлюсь туда, где находится достопочтенный Ананда?» Тогда достопочтенный Чанна прибрал своё жилище, взял чашу и кутало и отправился в Косамби, в рощу Госиты, туда, где находился достопочтенный Ананда. Придя, он обменялся приветствиями с достопочтенным Анандой... и, сев с одной стороны, достопочтенный Чанна сказал достопочтенному Ананде: ‘‘Ekamidāhaṃ, āvuso ānanda, samayaṃ bārāṇasiyaṃ viharāmi isipatane migadāye. Atha khvāhaṃ, āvuso, sāyanhasamayaṃ paṭisallānā vuṭṭhito avāpuraṇaṃ ādāya vihārena vihāraṃ upasaṅkamiṃ; upasaṅkamitvā there bhikkhū etadavocaṃ – ‘ovadantu maṃ āyasmanto therā, anusāsantu maṃ āyasmanto therā, karontu me āyasmanto therā dhammiṃ kathaṃ yathāhaṃ dhammaṃ passeyya’nti. Evaṃ vutte maṃ, āvuso, therā bhikkhū etadavocuṃ – ‘rūpaṃ kho, āvuso channa, aniccaṃ; vedanā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ aniccaṃ; rūpaṃ anattā…pe… viññāṇaṃ anattā. Sabbe saṅkhārā aniccā, sabbe dhammā anattā’’’ti. «Однажды, друг Ананда, я пребывал в Баранаси, в Исипатане, в Оленьем парке. Тогда я, друг, в вечернее время, поднявшись от уединения, взял ключ и, переходя от обители к обители, подошёл к старейшим бхиккху и сказал им: „Пусть достопочтенные старейшины наставят меня, пусть достопочтенные старейшины поучат меня, пусть достопочтенные старейшины обратятся ко мне с беседой о Дхамме, чтобы я смог узреть Дхамму“. Когда это было сказано, друг, старейшие бхиккху ответили мне: „Форма, друг Чанна, непостоянна; чувство... восприятие... волевые образования... сознание непостоянно; форма — не-я... сознание — не-я. Все обусловленные образования непостоянны, все дхаммы — не-я“». ‘‘Tassa mayhaṃ, āvuso, etadahosi – ‘mayhampi kho etaṃ evaṃ hoti – rūpaṃ aniccaṃ…pe… viññāṇaṃ aniccaṃ, rūpaṃ anattā, vedanā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ anattā. Sabbe saṅkhārā aniccā, sabbe dhammā anattā’ti. Atha ca pana me sabbasaṅkhārasamathe sabbūpadhipaṭinissagge taṇhākkhaye virāge nirodhe nibbāne cittaṃ na pakkhandati nappasīdati na santiṭṭhati nādhimuccati. Paritassanā upādānaṃ uppajjati; paccudāvattati mānasaṃ – ‘atha ko carahi me attā’ti? Na kho panevaṃ dhammaṃ passato hoti. Ko nu kho me tathā dhammaṃ deseyya yathāhaṃ dhammaṃ passeyyanti! «И тогда, друг, мне пришла такая мысль: „У меня тоже есть такое понимание: форма непостоянна... сознание непостоянно; форма — не-я, чувство... восприятие... волевые образования... сознание — не-я. Все обусловленные образования непостоянны, все дхаммы — не-я“. И всё же мой ум не устремляется к успокоению всех обусловленных образований, к отказу от всех привязанностей, к уничтожению жажды, к бесстрастию, к прекращению, к Ниббане; он не обретает уверенности, не успокаивается и не утверждается в этом. Вместо этого возникают тревога и цепляние, и разум отступает назад с мыслью: „Но кто же тогда моё „я“?“ Но у того, кто видит Дхамму, такого не происходит. Кто же может так проповедовать мне Дхамму, чтобы я смог узреть Дхамму?» ‘‘Tassa mayhaṃ, āvuso, etadahosi – ‘ayaṃ kho āyasmā ānando kosambiyaṃ viharati ghositarāme satthu ceva saṃvaṇṇito sambhāvito ca viññūnaṃ sabrahmacārīnaṃ, pahoti ca me āyasmā ānando tathā dhammaṃ desetuṃ yathāhaṃ dhammaṃ passeyyaṃ. Atthi ca me āyasmante ānande [Pg.110] tāvatikā vissaṭṭhi. Yaṃnūnāhaṃ yenāyasmā ānando tenupasaṅkameyya’nti. Ovadatu maṃ, āyasmā ānando; anusāsatu maṃ, āyasmā ānando; karotu me, āyasmā ānando dhammiṃ kathaṃ yathāhaṃ dhammaṃ passeyya’’nti. «И тогда, друг, мне пришла такая мысль: „Этот достопочтенный Ананда пребывает в Косамби, в роще Госиты. Он восхваляем Учителем и почитаем мудрыми собратьями по святой жизни. Достопочтенный Ананда способен так проповедовать мне Дхамму, чтобы я смог узреть Дхамму. К тому же у меня есть такое доверие к достопочтенному Ананде. Что если я отправлюсь туда, где находится достопочтенный Ананда?“ Пусть достопочтенный Ананда наставит меня, пусть достопочтенный Ананда поучит меня, пусть достопочтенный Ананда обратится ко мне с беседой о Дхамме, чтобы я смог узреть Дхамму». ‘‘Ettakenapi mayaṃ āyasmato channassa attamanā api nāma taṃ āyasmā channo āvi akāsi khīlaṃ chindi. Odahāvuso, channa, sotaṃ; bhabbosi dhammaṃ viññātu’’nti. Atha kho āyasmato channassa tāvatakeneva uḷāraṃ pītipāmojjaṃ uppajji – ‘‘bhabbo kirasmi dhammaṃ viññātu’’nti. «Уже одним этим мы довольны достопочтенным Чанной. Поистине, достопочтенный Чанна открылся и вырвал свой шип. Внемли же, друг Чанна, ты способен постичь Дхамму». И тогда у достопочтенного Чанны возникли великая радость и ликование от мысли: «Говорят, я способен постичь Дхамму!» ‘‘Sammukhā metaṃ, āvuso channa, bhagavato sutaṃ, sammukhā ca paṭiggahitaṃ kaccānagottaṃ bhikkhuṃ ovadantassa – dvayanissito khvāyaṃ, kaccāna, loko yebhuyyena atthitañceva natthitañca. Lokasamudayaṃ kho, kaccāna, yathābhūtaṃ sammappaññāya passato yā loke natthitā, sā na hoti. Lokanirodhaṃ kho, kaccāna, yathābhūtaṃ sammappaññāya passato yā loke atthitā, sā na hoti. Upayupādānābhinivesavinibandho khvāyaṃ, kaccāna, loko yebhuyyena taṃ cāyaṃ upayupādānaṃ cetaso adhiṭṭhānābhinivesānusayaṃ na upeti na upādiyati nādhiṭṭhāti ‘attā me’ti. Dukkhameva uppajjamānaṃ uppajjati, dukkhaṃ nirujjhamānaṃ nirujjhatīti na kaṅkhati na vicikicchati. Aparappaccayā ñāṇamevassa ettha hoti. Ettāvatā kho, kaccāna, sammādiṭṭhi hoti. Sabbamatthīti kho, kaccāna, ayameko anto. Sabbaṃ natthīti ayaṃ dutiyo anto. Ete te, kaccāna, ubho ante anupagamma majjhena tathāgato dhammaṃ deseti – avijjāpaccayā saṅkhārā; saṅkhārapaccayā viññāṇaṃ…pe… evametassa kevalassa dukkhakkhandhassa samudayo hoti. Avijjāya tveva asesavirāganirodhā saṅkhāranirodho…pe… evametassa kevalassa dukkhakkhandhassa nirodho hotī’’ti. «Из уст Самого Благословенного, друг Чанна, я слышал это, из Его уст я принял это наставление, когда Он поучал бхиккху Каччанаготту: „Этот мир, Каччана, по большей части опирается на двойственность: на утверждение о существовании и на утверждение о несуществовании. Но у того, кто видит возникновение мира так, как оно есть на самом деле, с помощью правильной мувой мудрости, не возникает мысли о несуществовании мира. И у того, кто видит прекращение мира так, как оно есть на самом деле, с помощью правильной мудрости, не возникает мысли о существовании мира. Этот мир, Каччана, по большей части связан устремлениями, цеплянием и ложными убеждениями. Но благородный ученик не приближается к этим устремлениям и цепляниям, к этой ментальной привязанности, ложному убеждению и скрытой склонности, не цепляется за них и не утверждает: ‚Это моё я‘. Он не сомневается и не колеблется в том, что возникает лишь страдание, когда оно возникает, и прекращается лишь страдание, когда оно прекращается. Его знание об этом независимо от других. В этом, Каччана, заключается правильное воззрение. ‚Всё существует‘ — это одна крайность, Каччана. ‚Ничего не существует‘ — это вторая крайность. Не приближаясь ни к одной из этих крайностей, Татхагата проповедует Дхамму посредине: с невежеством как условием возникают волевые образования; с волевыми образованиями как условием возникает сознание... так происходит возникновение всей этой массы страдания. Но с полным угасанием и прекращением невежества прекращаются волевые образования... так происходит прекращение всей этой массы страдания“». ‘‘Evametaṃ, āvuso ānanda, hoti yesaṃ āyasmantānaṃ tādisā sabrahmacārayo anukampakā atthakāmā ovādakā anusāsakā. Idañca pana me āyasmato ānandassa dhammadesanaṃ sutvā dhammo abhisamito’’ti. Aṭṭhamaṃ. «Так оно и есть, друг Ананда, для тех достопочтенных, у кого есть такие сострадательные, желающие блага, наставляющие и обучающие собратья по святой жизни. И теперь, услышав это учение Дхаммы от достопочтенного Ананды, я постиг Дхамму». Восьмая. 9. Rāhulasuttaṃ 9. Рахула-сутта 91. Sāvatthinidānaṃ[Pg.111]. Atha kho āyasmā rāhulo yena bhagavā tenupasaṅkami; upasaṅkamitvā…pe… ekamantaṃ nisinno kho āyasmā rāhulo bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘kathaṃ nu kho, bhante, jānato kathaṃ passato imasmiñca saviññāṇake kāye bahiddhā ca sabbanimittesu ahaṅkāramamaṅkāramānānusayā na hontī’’ti? 91. В Саваттхи. Тогда достопочтенный Рахула подошёл к Благословенному, поклонился Ему... и, сев с одной стороны, достопочтенный Рахула сказал Благословенному: «Уважаемый господин, как нужно знать, как нужно видеть, чтобы в отношении этого тела с сознанием и в отношении всех внешних признаков не возникало скрытых склонностей к представлению о „я“, представлению о „моём“ и к гордыне?» ‘‘Yaṃ kiñci, rāhula, rūpaṃ atītānāgatapaccuppannaṃ ajjhattaṃ vā bahiddhā vā oḷārikaṃ vā sukhumaṃ vā hīnaṃ vā paṇītaṃ vā yaṃ dūre santike vā, sabbaṃ rūpaṃ ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’ti evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya passati. Yā kāci vedanā … yā kāci saññā… ye keci saṅkhārā… yaṃ kiñci viññāṇaṃ atītānāgatapaccuppannaṃ ajjhattaṃ vā bahiddhā vā…pe… sabbaṃ viññāṇaṃ ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’ti evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya passati. Evaṃ kho, rāhula, jānato evaṃ passato imasmiñca saviññāṇake kāye bahiddhā ca sabbanimittesu ahaṅkāramamaṅkāramānānusayā na hontī’’ti. Navamaṃ. «Какую бы форму, Рахула, ни взял — прошлую, будущую или настоящую, внутреннюю или внешнюю, грубую или тонкую, низшую или высшую, далёкую или близкую, — на всякую форму смотрят в соответствии с действительностью с помощью правильной мудрости так: „Это не моё, это не я, это не моё я“. Какое бы чувство... какое бы восприятие... какие бы волевые образования... какое бы сознание ни взял — прошлое, будущее или настоящее, внутреннее или внешнее... на всякое сознание смотрят в соответствии с действительностью с помощью правильной мудрости так: „Это не моё, это не я, это не моё я“. Когда знают и видят так, Рахула, тогда в отношении этого тела с сознанием и в отношении всех внешних признаков не возникает скрытых склонностей к представлению о „я“, представлению о „моём“ и к гордыне». Девятая. 10. Dutiyarāhulasuttaṃ 10. Вторая Рахула-сутта 92. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinno kho āyasmā rāhulo bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘kathaṃ nu kho, bhante, jānato kathaṃ passato imasmiñca saviññāṇake kāye bahiddhā ca sabbanimittesu ahaṅkāramamaṅkāramānāpagataṃ mānasaṃ hoti vidhāsamatikkantaṃ santaṃ suvimutta’’nti? ‘‘Yaṃ kiñci, rāhula, rūpaṃ atītānāgatapaccuppannaṃ ajjhattaṃ vā bahiddhā vā…pe… yaṃ dūre santike vā, sabbaṃ rūpaṃ ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’ti evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya disvā anupādā vimutto hoti. Yā kāci vedanā… yā kāci saññā… ye keci saṅkhārā… yaṃ kiñci viññāṇaṃ atītānāgatapaccuppannaṃ ajjhattaṃ vā bahiddhā vā oḷārikaṃ vā sukhumaṃ vā hīnaṃ vā paṇītaṃ vā yaṃ dūre santike vā, sabbaṃ viññāṇaṃ ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’ti evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya disvā anupādā vimutto hoti. Evaṃ kho, rāhula[Pg.112], jānato evaṃ passato imasmiñca saviññāṇake kāye bahiddhā ca sabbanimittesu ahaṅkāramamaṅkāramānāpagataṃ mānasaṃ hoti vidhā samatikkantaṃ santaṃ suvimutta’’nti. Dasamaṃ. 92. В Саваттхи. Сев с одной стороны, достопочтенный Рахула сказал Благословенному: «Уважаемый господин, как нужно знать, как нужно видеть, чтобы в отношении этого тела с сознанием и в отношении всех внешних признаков ум был свободен от представлений о „я“, представлений о „моём“ и от гордыни, превзошёл все виды сравнения, был умиротворён и полностью освобождён?» «Какую бы форму, Рахула, ни взял — прошлую, будущую или настоящую, внутреннюю или внешнюю... далёкую или близкую, — увидев всякую форму в соответствии с действительностью с помощью правильной мудрости так: „Это не моё, это не я, это не моё я“, человек освобождается благодаря нецеплянию. Какое бы чувство... какое бы восприятие... какие бы волевые образования... какое бы сознание ни взял — прошлое, будущее или настоящее, внутреннее или внешнее, грубую или тонкую, низшую или высшую, далёкую или близкую, — увидев всякое сознание в соответствии с действительностью с помощью правильной мудрости так: „Это не моё, это не я, это не моё я“, человек освобождается благодаря нецеплянию. Когда знают и видят так, Рахула, тогда в отношении этого тела с сознанием и в отношении всех внешних признаков ум свободен от представлений о „я“, представлений о „моём“ и от гордыни, превзошёл все виды сравнения, умиротворён и полностью освобождён». Десятая. Theravaggo navamo. Глава о старейшинах девятая. Tassuddānaṃ – Оглавление этой главы: Ānando tisso yamako, anurādho ca vakkali; Assaji khemako channo, rāhulā apare duve. Ананда, Тиссо, Ямако, Анурадхо и Ваккали, Ассаджи, Кхемако, Чанна и две последующие о Рахуле. 10. Pupphavaggo 10. Глава о цветах 1. Nadīsuttaṃ 1. Нади-сутта 93. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Seyyathāpi, bhikkhave, nadī pabbateyyā ohārinī dūraṅgamā sīghasotā. Tassā ubhosu tīresu kāsā cepi jātā assu, te naṃ ajjholambeyyuṃ; kusā cepi jātā assu, te naṃ ajjholambeyyuṃ; pabbajā cepi jātā assu, te naṃ ajjholambeyyuṃ; bīraṇā cepi jātā assu, te naṃ ajjholambeyyuṃ; rukkhā cepi jātā assu, te naṃ ajjholambeyyuṃ. Tassā puriso sotena vuyhamāno kāse cepi gaṇheyya, te palujjeyyuṃ. So tatonidānaṃ anayabyasanaṃ āpajjeyya. Kuse cepi gaṇheyya, pabbaje cepi gaṇheyya, bīraṇe cepi gaṇheyya, rukkhe cepi gaṇheyya, te palujjeyyuṃ. So tatonidānaṃ anayabyasanaṃ āpajjeyya. Evameva kho, bhikkhave, assutavā puthujjano ariyānaṃ adassāvī ariyadhammassa akovido ariyadhamme avinīto, sappurisānaṃ adassāvī sappurisadhammassa akovido sappurisadhamme avinīto rūpaṃ attato samanupassati, rūpavantaṃ vā attānaṃ; attani vā rūpaṃ, rūpasmiṃ vā attānaṃ. Tassa taṃ rūpaṃ palujjati. So tatonidānaṃ anayabyasanaṃ āpajjati. Vedanaṃ… saññaṃ… saṅkhāre… viññāṇaṃ attato samanupassati, viññāṇavantaṃ vā attānaṃ[Pg.113]; attani vā viññāṇaṃ, viññāṇasmiṃ vā attānaṃ. Tassa taṃ viññāṇaṃ palujjati. So tatonidānaṃ anayabyasanaṃ āpajjati. Taṃ kiṃ maññatha, bhikkhave, rūpaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ bhante’’. ‘‘Vedanā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ bhante’’. ‘‘Tasmātiha…pe… evaṃ passaṃ…pe… nāparaṃ itthattāyāti pajānātī’’ti. Paṭhamaṃ. 93. В Саваттхи. «Монахи, представьте себе горную реку, текущую вниз, уносящую всё с собой, текущую далеко, с быстрым течением. Если бы на обоих берегах этой реки росла трава каса, она бы нависала над ней; если бы росла трава куса, она бы нависала над ней; если бы рос камыш, тростник или деревья, они бы нависали над ней. И если бы человека уносило этим течением, и он ухватился бы за траву каса, она бы оборвалась, и из-за этого он потерпел бы бедствие и гибель. Если бы он ухватился за траву куса, камыш, тростник или деревья, они бы оборвались, и из-за этого он потерпел бы бедствие и гибель. Точно так же, монахи, необученный обыватель, который не видит благородных, не сведущ в Дхамме благородных, не обучен Дхамме благородных, не видит истинных людей, не сведущ в Дхамме истинных людей, не обучен Дхамме истинных людей, рассматривает телесную форму как себя, или себя как обладающего формой, или форму в себе, или себя в форме. Эта его форма разрушается, и из-за этого он терпит бедствие и гибель. Он рассматривает чувство... восприятие... волевые формации... сознание как себя, или себя как обладающего сознанием, или сознание в себе, или себя в сознании. Это его сознание разрушается, и из-за этого он терпит бедствие и гибель. Как вы думаете, монахи, форма постоянна или непостоянна?» — «Непостоянна, Господин». — «Чувство... восприятие... волевые формации... сознание постоянны или непостоянны?» — «Непостоянны, Господин». — «Поэтому... видя так... он понимает: „...нет более ничего для этого состояния бытия“». Первая. 2. Pupphasuttaṃ 2. «Пуппха-сутта» 94. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Nāhaṃ, bhikkhave, lokena vivadāmi, lokova mayā vivadati. Na, bhikkhave, dhammavādī kenaci lokasmiṃ vivadati. Yaṃ, bhikkhave, natthisammataṃ loke paṇḍitānaṃ, ahampi taṃ ‘natthī’ti vadāmi. Yaṃ, bhikkhave, atthisammataṃ loke paṇḍitānaṃ, ahampi taṃ ‘atthī’ti vadāmi’’. 94. В Саваттхи. «Монахи, я не спорю с миром, это мир спорит со мной. Монахи, тот, кто говорит в соответствии с Дхаммой, ни с кем в мире не спорит. То, что мудрецы в мире признают несуществующим, то и я называю несуществующим. То, что мудрецы в мире признают существующим, то и я называю существующим». ‘‘Kiñca, bhikkhave, natthisammataṃ loke paṇḍitānaṃ, yamahaṃ ‘natthī’ti vadāmi? Rūpaṃ, bhikkhave, niccaṃ dhuvaṃ sassataṃ avipariṇāmadhammaṃ natthisammataṃ loke paṇḍitānaṃ; ahampi taṃ ‘natthī’ti vadāmi. Vedanā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ niccaṃ dhuvaṃ sassataṃ avipariṇāmadhammaṃ natthisammataṃ loke paṇḍitānaṃ; ahampi taṃ ‘natthī’ti vadāmi. Idaṃ kho, bhikkhave, natthisammataṃ loke paṇḍitānaṃ; ahampi taṃ ‘natthī’ti vadāmi’’. «И что же, монахи, мудрецы в мире признают несуществующим, о чём и я говорю, что оно не существует? Форму, монахи, которая была бы постоянной, стабильной, вечной, не подверженной изменениям — вот что мудрецы в мире признают несуществующим, и я также говорю, что её не существует. Чувство... восприятие... волевые формации... сознание, которое было бы постоянным, стабильным, вечным, не подверженным изменениям — вот что мудрецы в мире признают несуществующим, и я также говорю, что его не существует. Именно это, монахи, мудрецы в мире признают несуществующим, о чём и я говорю, что оно не существует». ‘‘Kiñca, bhikkhave, atthisammataṃ loke paṇḍitānaṃ, yamahaṃ ‘atthī’ti vadāmi? Rūpaṃ, bhikkhave, aniccaṃ dukkhaṃ vipariṇāmadhammaṃ atthisammataṃ loke paṇḍitānaṃ; ahampi taṃ ‘atthī’ti vadāmi. Vedanā aniccā…pe… viññāṇaṃ aniccaṃ dukkhaṃ vipariṇāmadhammaṃ atthisammataṃ loke paṇḍitānaṃ; ahampi taṃ ‘atthī’ti vadāmi. Idaṃ kho, bhikkhave, atthisammataṃ loke paṇḍitānaṃ; ahampi taṃ ‘atthī’ti vadāmi’’. «И что же, монахи, мудрецы в мире признают существующим, о чём и я говорю, что оно существует? Форму, монахи, которая непостоянна, подвержена страданию и изменениям — вот что мудрецы в мире признают существующим, и я также говорю, что она существует. Чувство непостоянно... сознание, которое непостоянно, подвержено страданию и изменениям — вот что мудрецы в мире признают существующим, и я также говорю, что оно существует. Именно это, монахи, мудрецы в мире признают существующим, о чём и я говорю, что оно существует». ‘‘Atthi, bhikkhave, loke lokadhammo, taṃ tathāgato abhisambujjhati abhisameti; abhisambujjhitvā abhisametvā taṃ ācikkhati deseti paññapeti paṭṭhapeti vivarati vibhajati uttānīkaroti. «Есть, монахи, в мире мирской феномен, который Татхагата полностью постиг и в который проник. Полностью постигнув его и проникнув в него, он объясняет его, учит ему, провозглашает его, учреждает его, раскрывает его, анализирует его и разъясняет его». ‘‘Kiñca, bhikkhave, loke lokadhammo, taṃ tathāgato abhisambujjhati abhisameti, abhisambujjhitvā abhisametvā ācikkhati deseti paññapeti paṭṭhapeti vivarati vibhajati uttānīkaroti? Rūpaṃ, bhikkhave, loke lokadhammo taṃ tathāgato abhisambujjhati abhisameti. Abhisambujjhitvā [Pg.114] abhisametvā ācikkhati deseti paññapeti paṭṭhapeti vivarati vibhajati uttānīkaroti. «И что же, монахи, является мирским феноменом в мире, который Татхагата полностью постиг и в который проник, и, полностью постигнув его и проникнув в него, объясняет его, учит ему, провозглашает его, учреждает его, раскрывает его, анализирует его и разъясняет его? Форма, монахи, — это мирской феномен в мире, который Татхагата полностью постиг и в который проник. Полностью постигнув её и проникнув в неё, он объясняет её, учит ей, провозглашает её, учреждает её, раскрывает её, анализирует её и разъясняет её». ‘‘Yo, bhikkhave, tathāgatena evaṃ ācikkhiyamāne desiyamāne paññapiyamāne paṭṭhapiyamāne vivariyamāne vibhajiyamāne uttānīkariyamāne na jānāti na passati tamahaṃ, bhikkhave, bālaṃ puthujjanaṃ andhaṃ acakkhukaṃ ajānantaṃ apassantaṃ kinti karomi! Vedanā, bhikkhave, loke lokadhammo…pe… saññā, bhikkhave… saṅkhārā, bhikkhave… viññāṇaṃ, bhikkhave, loke lokadhammo taṃ tathāgato abhisambujjhati abhisameti. Abhisambujjhitvā abhisametvā ācikkhati deseti paññapeti paṭṭhapeti vivarati vibhajati uttānīkaroti. «Если же кто-то, монахи, когда Татхагата таким образом объясняет, учит, провозглашает, учреждает, раскрывает, анализирует и разъясняет, не знает и не видит, то что я могу поделать с этим глупым обывателем, слепым и незрячим, который не знает и не видит? Чувство, монахи, — это мирской феномен в мире... Восприятие, монахи... Волевые формации, монахи... Сознание, монахи, — это мирской феномен в мире, который Татхагата полностью постиг и в который проник. Полностью постигнув его и проникнув в него, он объясняет его, учит ему, провозглашает его, учреждает его, раскрывает его, анализирует его и разъясняет его». ‘‘Yo, bhikkhave, tathāgatena evaṃ ācikkhiyamāne desiyamāne paññapiyamāne paṭṭhapiyamāne vivariyamāne vibhajiyamāne uttānīkariyamāne na jānāti na passati tamahaṃ, bhikkhave, bālaṃ puthujjanaṃ andhaṃ acakkhukaṃ ajānantaṃ apassantaṃ kinti karomi! «Если же кто-то, монахи, когда Татхагата таким образом объясняет, учит, провозглашает, учреждает, раскрывает, анализирует и разъясняет, не знает и не видит, то что я могу поделать с этим глупым обывателем, слепым и незрячим, который не знает и не видит!» ‘‘Seyyathāpi, bhikkhave, uppalaṃ vā padumaṃ vā puṇḍarīkaṃ vā udake jātaṃ udake saṃvaḍḍhaṃ udakā accuggamma ṭhāti anupalittaṃ udakena; evameva kho, bhikkhave, tathāgato loke jāto loke saṃvaḍḍho lokaṃ abhibhuyya viharati anupalitto lokenā’’ti. Dutiyaṃ. «Подобно тому, монахи, как синий, розовый или белый лотос рождается в воде, растёт в воде, но, поднявшись над водой, стоит не запятнанный водой, точно так же, монахи, Татхагата родился в мире, вырос в мире, но, преодолев мир, пребывает не запятнанным миром». Вторая. 3. Pheṇapiṇḍūpamasuttaṃ 3. «Фенапиндупама-сутта» 95. Ekaṃ samayaṃ bhagavā ayujjhāyaṃ viharati gaṅgāya nadiyā tīre. Tatra kho bhagavā bhikkhū āmantesi – 95. Одно время Благословенный пребывал в Аюдджхе на берегу реки Ганг. Там Благословенный обратился к монахам: ‘‘Seyyathāpi, bhikkhave, ayaṃ gaṅgā nadī mahantaṃ pheṇapiṇḍaṃ āvaheyya. Tamenaṃ cakkhumā puriso passeyya nijjhāyeyya yoniso upaparikkheyya. Tassa taṃ passato nijjhāyato yoniso upaparikkhato rittakaññeva khāyeyya, tucchakaññeva khāyeyya, asārakaññeva khāyeyya. Kiñhi siyā, bhikkhave, pheṇapiṇḍe sāro? Evameva kho, bhikkhave, yaṃ kiñci rūpaṃ atītānāgatapaccuppannaṃ…pe… yaṃ dūre santike vā taṃ bhikkhu passati nijjhāyati yoniso upaparikkhati. Tassa taṃ passato nijjhāyato yoniso upaparikkhato rittakaññeva khāyati[Pg.115], tucchakaññeva khāyati, asārakaññeva khāyati. Kiñhi siyā, bhikkhave, rūpe sāro? «Представьте, монахи, что эта река Ганг несла бы большой комок пены. Человек с хорошим зрением стал бы всматриваться в него, размышлять о нём и тщательно его исследовать. И когда он всматривается в него, размышляет о нём и тщательно его исследует, тот кажется ему пустым, ничтожным, лишенным сути. Ибо какая суть может быть в комке пены? Точно так же, монахи, какую бы форму ни взял — прошлую, будущую или настоящую... вдали или вблизи — монах всматривается в неё, размышляет о ней и тщательно её исследует. И когда он всматривается в неё, размышляет о ней и тщательно её исследует, она кажется ему пустой, ничтожной, лишенной сути. Ибо какая суть может быть в форме?» ‘‘Seyyathāpi, bhikkhave, saradasamaye thullaphusitake deve vassante udake udakapubbuḷaṃ uppajjati ceva nirujjhati ca. Tamenaṃ cakkhumā puriso passeyya nijjhāyeyya yoniso upaparikkheyya. Tassa taṃ passato nijjhāyato yoniso upaparikkhato rittakaññeva khāyeyya, tucchakaññeva khāyeyya, asārakaññeva khāyeyya. Kiñhi siyā, bhikkhave, udakapubbuḷe sāro? Evameva kho, bhikkhave, yā kāci vedanā atītānāgatapaccuppannā…pe… yā dūre santike vā taṃ bhikkhu passati nijjhāyati yoniso upaparikkhati. Tassa taṃ passato nijjhāyato yoniso upaparikkhato rittakaññeva khāyati, tucchakaññeva khāyati, asārakaññeva khāyati. Kiñhi siyā, bhikkhave, vedanāya sāro? «Представьте, монахи, что осенью, когда идёт сильный дождь с крупными каплями, на воде возникает и лопается водяной пузырь. Человек с хорошим зрением стал бы всматриваться в него, размышлять о нём и тщательно его исследовать. И когда он всматривается в него, размышляет о нём и тщательно его исследует, тот кажется ему пустым, ничтожным, лишенным сути. Ибо какая суть может быть в водяном пузыре? Точно так же, монахи, какое бы чувство ни взял — прошлое, будущее или настоящее... вдали или вблизи — монах всматривается в него, размышляет о нём и тщательно его исследует. И когда он всматривается в него, размышляет о нём и тщательно его исследует, оно кажется ему пустым, ничтожным, лишенным сути. Ибо какая суть может быть в чувстве?» ‘‘Seyyathāpi, bhikkhave, gimhānaṃ pacchime māse ṭhite majjhanhike kāle marīcikā phandati. Tamenaṃ cakkhumā puriso passeyya nijjhāyeyya yoniso upaparikkheyya. Tassa taṃ passato nijjhāyato yoniso upaparikkhato rittakaññeva khāyeyya, tucchakaññeva khāyeyya…pe… kiñhi siyā, bhikkhave, marīcikāya sāro? Evameva kho, bhikkhave, yā kāci saññā…pe…. «Представьте, монахи, что в последний месяц жаркого сезона, в самый полдень, дрожит марево миража. Человек с хорошим зрением стал бы всматриваться в него, размышлять о нём и тщательно его исследовать. И когда он всматривается в него, размышляет о нём и тщательно его исследует, оно кажется ему пустым, ничтожным... Ибо какая суть может быть в мираже? Точно так же, монахи, какое бы восприятие ни взял...» ‘‘Seyyathāpi, bhikkhave, puriso sāratthiko sāragavesī sārapariyesanaṃ caramāno tiṇhaṃ kuṭhāriṃ ādāya vanaṃ paviseyya. So tattha passeyya mahantaṃ kadalikkhandhaṃ ujuṃ navaṃ akukkukajātaṃ. Tamenaṃ mūle chindeyya; mūle chetvā agge chindeyya, agge chetvā pattavaṭṭiṃ vinibbhujeyya. So tassa pattavaṭṭiṃ vinibbhujanto pheggumpi nādhigaccheyya, kuto sāraṃ! Tamenaṃ cakkhumā puriso passeyya nijjhāyeyya yoniso upaparikkheyya. Tassa taṃ passato nijjhāyato yoniso upaparikkhato rittakaññeva khāyeyya, tucchakaññeva khāyeyya, asārakaññeva khāyeyya. Kiñhi siyā, bhikkhave, kadalikkhandhe sāro? Evameva kho, bhikkhave, ye keci saṅkhārā atītānāgatapaccuppannā…pe… ye [Pg.116] dūre santike vā taṃ bhikkhu passati nijjhāyati yoniso upaparikkhati. Tassa taṃ passato nijjhāyato yoniso upaparikkhato rittakaññeva khāyati, tucchakaññeva khāyati, asārakaññeva khāyati. Kiñhi siyā, bhikkhave, saṅkhāresu sāro? «Представьте, монахи, что человек, нуждающийся в ядровой древесине, ищущий ядровую древесину, блуждающий в поисках ядровой древесины, взял бы острый топор и вошёл в лес. Там он увидел бы ствол большого бананового дерева, прямой, свежий, ещё не давший цветочной почки. Он срубил бы его под корень, отсёк бы верхушку и стал бы разворачивать слои ствола. Разворачивая слои, он не нашёл бы даже заболони, не говоря уже о ядровой древесине! Человек с хорошим зрением стал бы всматриваться в него, размышлять о нём и тщательно его исследовать. И когда он всматривается в него, размышляет о нём и тщательно его исследует, тот кажется ему пустым, ничтожным, лишенным сути. Ибо какая суть может быть в стволе бананового дерева? Точно так же, монахи, какие бы волевые формации ни взял — прошлые, будущие или настоящие... вдали или вблизи — монах всматривается в них, размышляет о них и тщательно их исследует. И когда он всматривается в них, размышляет о них и тщательно их исследует, они кажутся ему пустыми, ничтожными, лишенными сути. Ибо какая суть может быть в волевых формациях?» ‘‘Seyyathāpi, bhikkhave, māyākāro vā māyākārantevāsī vā catumahāpathe māyaṃ vidaṃseyya. Tamenaṃ cakkhumā puriso passeyya nijjhāyeyya yoniso upaparikkheyya. Tassa taṃ passato nijjhāyato yoniso upaparikkhato rittakaññeva khāyeyya, tucchakaññeva khāyeyya, asārakaññeva khāyeyya. Kiñhi siyā, bhikkhave, māyāya sāro? Evameva kho, bhikkhave, yaṃ kiñci viññāṇaṃ atītānāgatapaccuppannaṃ…pe… yaṃ dūre santike vā, taṃ bhikkhu passati nijjhāyati yoniso upaparikkhati. Tassa taṃ passato nijjhāyato yoniso upaparikkhato rittakaññeva khāyati, tucchakaññeva khāyati, asārakaññeva khāyati. Kiñhi siyā, bhikkhave, viññāṇe sāro? «Представьте, монахи, что фокусник или ученик фокусника показывал бы иллюзию на перекрёстке четырёх дорог. Человек с хорошим зрением стал бы всматриваться в неё, размышлять о ней и тщательно её исследовать. И когда он всматривается в неё, размышляет о ней и тщательно её исследует, она кажется ему пустой, ничтожной, лишенной сути. Ибо какая суть может быть в иллюзии? Точно так же, монахи, какое бы сознание ни взял — прошлое, будущее или настоящее... вдали или вблизи — монах всматривается в него, размышляет о нём и тщательно его исследует. И когда он всматривается в него, размышляет о нём и тщательно его исследует, оно кажется ему пустым, ничтожным, лишенным сути. Ибо какая суть может быть в сознании?» ‘‘Evaṃ passaṃ, bhikkhave, sutavā ariyasāvako rūpasmimpi nibbindati, vedanāyapi… saññāyapi… saṅkhāresupi … viññāṇasmimpi nibbindati. Nibbindaṃ virajjati; virāgā vimuccati. Vimuttasmiṃ vimuttamiti ñāṇaṃ hoti…pe… nāparaṃ itthattāyāti pajānāti’’. «Видя так, монахи, обученный благородный ученик испытывает разочарование в форме, разочарование в чувстве... разочарование в восприятии... разочарование в волевых формациях... разочарование в сознании. Испытывая разочарование, он становится бесстрастным. Благодаря бесстрастию его ум освобождается. Когда он освобождается, приходит знание: „Освобождён“. Он понимает: „Уничтожено рождение, святая жизнь прожита, сделано то, что должно было быть сделано, нет более ничего для этого состояния бытия“». Idamavoca bhagavā. Idaṃ vatvāna sugato athāparaṃ etadavoca satthā – Это сказал Благословенный. Сказав это, Сугата, Учитель, далее произнёс следующее: ‘‘Pheṇapiṇḍūpamaṃ rūpaṃ, vedanā bubbuḷūpamā ; Marīcikūpamā saññā, saṅkhārā kadalūpamā; Māyūpamañca viññāṇaṃ, desitādiccabandhunā. «Форма подобна комку пены, чувство — водяному пузырю, восприятие подобно миражу, волевые формации — стволу бананового дерева, а сознание подобно иллюзии — так разъяснил Родственник Солнца. ‘‘Yathā yathā nijjhāyati, yoniso upaparikkhati; Rittakaṃ tucchakaṃ hoti, yo naṃ passati yoniso. Как бы ни всматривался в них человек, как бы тщательно ни исследовал, они предстают лишь пустыми и ничтожными, когда он взирает на них мудро. ‘‘Imañca kāyaṃ ārabbha, bhūripaññena desitaṃ; Pahānaṃ tiṇṇaṃ dhammānaṃ, rūpaṃ passatha chaḍḍitaṃ. Относительно этого тела Обладающий Обширной Мудростью поведал: узрите эту форму, отброшенную после оставления трёх вещей. ‘‘Āyu [Pg.117] usmā ca viññāṇaṃ, yadā kāyaṃ jahantimaṃ; Apaviddho tadā seti, parabhattaṃ acetanaṃ. Когда жизненная сила, тепло и сознание покидают это физическое тело, тогда оно лежит там, отброшенное, пища для других, лишенное воли. ‘‘Etādisāyaṃ santāno, māyāyaṃ bālalāpinī; Vadhako esa akkhāto, sāro ettha na vijjati. Таков этот поток, эта иллюзия, обманщица глупцов. О нём говорят как об убийце; никакой сути здесь не найти». ‘‘Evaṃ khandhe avekkheyya, bhikkhu āraddhavīriyo; Divā vā yadi vā rattiṃ, sampajāno paṭissato. «Так бхиккху, пробудивший усердие, должен созерцать совокупности — будь то днём или ночью, пребывая бдительным и осознанным». ‘‘Jaheyya sabbasaṃyogaṃ, kareyya saraṇattano; Careyyādittasīsova, patthayaṃ accutaṃ pada’’nti. tatiyaṃ; «Ему следует отбросить все оковы и сотворить для себя прибежище. Пусть он практикует так, словно у него горит голова, стремясь к неизменной обители». Третья. 4. Gomayapiṇḍasuttaṃ 4. Гомаяпинда-сутта (Сутта о комке коровьего навоза) 96. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinno kho so bhikkhu bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘atthi nu kho, bhante, kiñci rūpaṃ yaṃ rūpaṃ niccaṃ dhuvaṃ sassataṃ avipariṇāmadhammaṃ sassatisamaṃ tatheva ṭhassati? Atthi nu kho, bhante, kāci vedanā yā vedanā niccā dhuvā sassatā avipariṇāmadhammā sassatisamaṃ tatheva ṭhassati? Atthi nu kho, bhante, kāci saññā yā saññā…pe… atthi nu kho, bhante, keci saṅkhārā ye saṅkhārā niccā dhuvā sassatā avipariṇāmadhammā sassatisamaṃ tatheva ṭhassanti? Atthi nu kho, bhante, kiñci viññāṇaṃ, yaṃ viññāṇaṃ niccaṃ dhuvaṃ sassataṃ avipariṇāmadhammaṃ sassatisamaṃ tatheva ṭhassatī’’ti? ‘‘Natthi kho, bhikkhu, kiñci rūpaṃ, yaṃ rūpaṃ niccaṃ dhuvaṃ sassataṃ avipariṇāmadhammaṃ sassatisamaṃ tatheva ṭhassati. Natthi kho, bhikkhu, kāci vedanā… kāci saññā… keci saṅkhārā… kiñci viññāṇaṃ, yaṃ viññāṇaṃ niccaṃ dhuvaṃ sassataṃ avipariṇāmadhammaṃ sassatisamaṃ tatheva ṭhassatī’’ti. 96. В Саваттхи. Сидя с одной стороны, тот бхиккху обратился к Благословенному с такими словами: «Существует ли, достопочтенный господин, какая-либо форма, которая была бы постоянной, стабильной, вечной, не подверженной изменениям и оставалась бы неизменной вечно? Существует ли, достопочтенный господин, какое-либо чувство... какое-либо восприятие... какие-либо волевые формации, которые были бы постоянными, стабильными, вечными, не подверженными изменениям и оставались бы неизменными вечно? Существует ли, достопочтенный господин, какое-либо сознание, которое было бы постоянным, стабильным, вечным, не подверженным изменениям и оставалось бы неизменным вечно?» — «Бхиккху, нет такой формы, которая была бы постоянной, стабильной, вечной, не подверженной изменениям и оставалась бы неизменной вечно. Нет такого чувства... нет такого восприятия... нет таких волевых формаций... нет такого сознания, которое было бы постоянным, стабильным, вечным, не подверженным изменениям и оставалось бы неизменным вечно». Atha kho bhagavā parittaṃ gomayapiṇḍaṃ pāṇinā gahetvā taṃ bhikkhuṃ etadavoca – ‘‘ettakopi kho, bhikkhu, attabhāvapaṭilābho natthi nicco dhuvo sassato avipariṇāmadhammo sassatisamaṃ tatheva ṭhassati. Ettako cepi, bhikkhu, attabhāvapaṭilābho abhavissa nicco dhuvo sassato [Pg.118] avipariṇāmadhammo, nayidaṃ brahmacariyavāso paññāyetha sammā dukkhakkhayāya. Yasmā ca kho, bhikkhu, ettakopi attabhāvapaṭilābho natthi nicco dhuvo sassato avipariṇāmadhammo, tasmā brahmacariyavāso paññāyati sammā dukkhakkhayāya. Тогда Благословенный взял в руку маленький комок коровьего навоза и сказал тому бхиккху: «Бхиккху, нет даже столь малого обретения индивидуального существования, которое было бы постоянным, стабильным, вечным, не подверженным изменениям и оставалось бы неизменным вечно. Если бы, бхиккху, существовало хотя бы столь малое обретение индивидуального существования, которое было бы постоянным, стабильным, вечным, не подверженным изменениям, то ведение этой святой жизни ради полного прекращения страданий не могло бы обнаружиться. Но поскольку, бхиккху, нет даже столь малого обретения индивидуального существования, которое было бы постоянным, стабильным, вечным, не подверженным изменениям, то ведение этой святой жизни ради полного прекращения страданий обнаруживается». ‘‘Bhūtapubbāhaṃ, bhikkhu, rājā ahosiṃ khattiyo muddhāvasitto. Tassa mayhaṃ, bhikkhu, rañño sato khattiyassa muddhāvasittassa caturāsītinagarasahassāni ahesuṃ kusāvatī rājadhānippamukhāni. Tassa mayhaṃ, bhikkhu, rañño sato khattiyassa muddhāvasittassa caturāsītipāsādasahassāni ahesuṃ dhammapāsādappamukhāni. Tassa mayhaṃ, bhikkhu, rañño sato khattiyassa muddhāvasittassa caturāsītikūṭāgārasahassāni ahesuṃ mahābyūhakūṭāgārappamukhāni. Tassa mayhaṃ, bhikkhu, rañño sato khattiyassa muddhāvasittassa caturāsītipallaṅkasahassāni ahesuṃ dantamayāni sāramayāni sovaṇṇamayāni goṇakatthatāni paṭikatthatāni paṭalikatthatāni kadalimigapavarapaccattharaṇāni sauttaracchadāni ubhatolohitakūpadhānāni. Tassa mayhaṃ, bhikkhu, rañño sato khattiyassa muddhāvasittassa caturāsītināgasahassāni ahesuṃ sovaṇṇālaṅkārāni sovaṇṇaddhajāni hemajālapaṭicchannāni uposathanāgarājappamukhāni. Tassa mayhaṃ, bhikkhu, rañño sato khattiyassa muddhāvasittassa caturāsītiassasahassāni ahesuṃ sovaṇṇālaṅkārāni sovaṇṇaddhajāni hemajālapaṭicchannāni valāhakaassarājappamukhāni. Tassa mayhaṃ, bhikkhu, rañño sato khattiyassa muddhāvasittassa caturāsītirathasahassāni ahesuṃ sovaṇṇālaṅkārāni sovaṇṇaddhajāni hemajālapaṭicchannāni vejayantarathappamukhāni. Tassa mayhaṃ, bhikkhu, rañño sato khattiyassa muddhāvasittassa caturāsītimaṇisahassāni ahesuṃ maṇiratanappamukhāni. Tassa mayhaṃ, bhikkhu…pe… caturāsītiitthisahassāni ahesuṃ subhaddādevippamukhāni. Tassa mayhaṃ, bhikkhu…pe… caturāsītikhattiyasahassāni ahesuṃ anuyantāni pariṇāyakaratanappamukhāni. Tassa mayhaṃ, bhikkhu…pe… caturāsītidhenusahassāni ahesuṃ dukūlasandanāni kaṃsūpadhāraṇāni. Tassa mayhaṃ, bhikkhu…pe… caturāsītivatthakoṭisahassāni ahesuṃ khomasukhumāni koseyyasukhumāni kambalasukhumāni [Pg.119] kappāsikasukhumāni. Tassa mayhaṃ, bhikkhu…pe… caturāsītithālipākasahassāni ahesuṃ; sāyaṃ pātaṃ bhattābhihāro abhihariyittha. «В прошлом, бхиккху, я был царем-кшатрием, помазанным на царство. У меня, бхиккху, как у помазанного на царство царя-кшатрия, было 84 000 городов, главным из которых была столица Кусавати. У меня, бхиккху, как у помазанного на царство царя-кшатрия, было 84 000 дворцов, главным из которых был дворец Дхамма. У меня, бхиккху, как у помазанного на царство царя-кшатрия, было 84 000 залов с островерхими крышами, главным из которых был зал Махабьюха. У меня, бхиккху, как у помазанного на царство царя-кшатрия, было 84 000 лож из слоновой кости, из ценных пород дерева, из золота и серебра, покрытых длинношерстными коврами, расшитых цветами, с изысканными покрывалами из шкур антилопы, с красными балдахинами сверху и красными подушками с обоих концов. У меня, бхиккху, как у помазанного на царство царя-кшатрия, было 84 000 слонов в золотом убранстве, с золотыми знаменами, покрытых сетями из золотых нитей, главным из которых был царский слон Упосатха. У меня, бхиккху, как у помазанного на царство царя-кшатрия, было 84 000 коней в золотом убранстве, с золотыми знаменами, покрытых сетями из золотых нитей, главным из которых был царский конь Валахака. У меня, бхиккху, как у помазанного на царство царя-кшатрия, было 84 000 колесниц в золотом убранстве, с золотыми знаменами, покрытых сетями из золотых нитей, главным из которых была колесница Веджаянта. У меня, бхиккху, как у помазанного на царство царя-кшатрия, было 84 000 драгоценных камней, главным из которых был самоцвет Мани. У меня, бхиккху... было 84 000 жен, главной из которых была царица Субхадда. У меня, бхиккху... было 84 000 вассалов из касты кшатриев, главным из которых был советник-драгоценность. У меня, бхиккху... было 84 000 коров с привязями из тонкого джута и бронзовыми ведрами для молока. У меня, бхиккху... было 84 000 коти одеяний из тонкого льна, тонкого шелка, тонкой шерсти и тонкого хлопка. У меня, бхиккху... было 84 000 чаш, в которых мне подавали еду утром и вечером». ‘‘Tesaṃ kho pana, bhikkhu, caturāsītiyā nagarasahassānaṃ ekaññeva taṃ nagaraṃ hoti yamahaṃ tena samayena ajjhāvasāmi – kusāvatī rājadhānī. Tesaṃ kho pana, bhikkhu, caturāsītiyā pāsādasahassānaṃ ekoyeva so pāsādo hoti yamahaṃ tena samayena ajjhāvasāmi – dhammo pāsādo. Tesaṃ kho pana, bhikkhu, caturāsītiyā kūṭāgārasahassānaṃ ekaññeva taṃ kūṭāgāraṃ hoti yamahaṃ tena samayena ajjhāvasāmi – mahābyūhaṃ kūṭāgāraṃ. Tesaṃ kho pana, bhikkhu, caturāsītiyā pallaṅkasahassānaṃ ekoyeva so pallaṅko hoti yamahaṃ tena samayena paribhuñjāmi – dantamayo vā sāramayo vā sovaṇṇamayo vā rūpiyamayo vā. Tesaṃ kho pana, bhikkhu, caturāsītiyā nāgasahassānaṃ ekoyeva so nāgo hoti yamahaṃ tena samayena abhiruhāmi – uposatho nāgarājā. Tesaṃ kho pana, bhikkhu, caturāsītiyā assasahassānaṃ ekoyeva so asso hoti yamahaṃ tena samayena abhiruhāmi – valāhako assarājā. Tesaṃ kho pana, bhikkhu, caturāsītiyā rathasahassānaṃ ekoyeva so ratho hoti yamahaṃ tena samayena abhiruhāmi – vejayanto ratho. Tesaṃ kho pana, bhikkhu, caturāsītiyā itthisahassānaṃ ekāyeva sā itthī hoti yā maṃ tena samayena paccupaṭṭhāti – khattiyānī vā velāmikā vā. Tesaṃ kho pana, bhikkhu, caturāsītiyā vatthakoṭisahassānaṃ ekaññeva taṃ vatthayugaṃ hoti yamahaṃ tena samayena paridahāmi – khomasukhumaṃ vā koseyyasukhumaṃ vā kambalasukhumaṃ vā kappāsikasukhumaṃ vā. Tesaṃ kho pana, bhikkhu, caturāsītiyā thālipākasahassānaṃ ekoyeva so thālipāko hoti yato nāḷikodanaparamaṃ bhuñjāmi tadupiyañca sūpeyyaṃ. Iti kho, bhikkhu, sabbe te saṅkhārā atītā niruddhā vipariṇatā. Evaṃ aniccā kho, bhikkhu, saṅkhārā. Evaṃ addhuvā kho, bhikkhu, saṅkhārā. Evaṃ anassāsikā kho, bhikkhu, saṅkhārā. Yāvañcidaṃ, bhikkhu, alameva sabbasaṅkhāresu nibbindituṃ, alaṃ virajjituṃ, alaṃ vimuccitu’’nti. Catutthaṃ. «Из тех 84 000 городов, бхиккху, был лишь один город, в котором я жил в то время — столица Кусавати. Из тех 84 000 дворцов был лишь один дворец, в котором я жил в то время — дворец Дхамма. Из тех 84 000 залов с островерхими крышами был лишь один зал, в котором я жил в то время — зал Махабьюха. Из тех 84 000 лож было лишь одно ложе, которым я пользовался в то время — сделанное либо из слоновой кости, либо из ценных пород дерева, либо из золота, либо из серебра. Из тех 84 000 слонов был лишь один слон, на котором я ездил в то время — царский слон Упосатха. Из тех 84 000 коней был лишь один конь, на котором я ездил в то время — царский конь Валахака. Из тех 84 000 колесниц была лишь одна колесница, на которой я ездил в то время — колесница Веджаянта. Из тех 84 000 женщин была лишь одна женщина, которая прислуживала мне в то время — либо девушка-кшатрийка, либо девушка-веламика. Из тех 84 000 коти одеяний была лишь одна пара одежд, которую я носил в то время — сделанная либо из тонкого льна, либо из тонкого шелка, либо из тонкой шерсти, либо из тонкого хлопка. Из тех 84 000 чаш была лишь одна чаша, из которой я ел максимум одну меру риса с подходящим к нему карри. Вот так, бхиккху, все те обусловленные образования (санкхары) прошли, прекратились, изменились. Настолько непостоянны, бхиккху, обусловленные образования! Настолько они нестабильны, настолько ненадежны! Этого достаточно, бхиккху, чтобы почувствовать разочарование во всех обусловленных образованиях, достаточно, чтобы угасла страсть к ним, достаточно, чтобы освободиться от них». Четвёртая. 5. Nakhasikhāsuttaṃ 5. Накхасикха-сутта (Сутта о ногте) 97. Sāvatthinidānaṃ[Pg.120]. Ekamantaṃ nisinno kho so bhikkhu bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘atthi nu kho, bhante, kiñci rūpaṃ yaṃ rūpaṃ niccaṃ dhuvaṃ sassataṃ avipariṇāmadhammaṃ sassatisamaṃ tatheva ṭhassati? Atthi nu kho, bhante, kāci vedanā yā vedanā niccā dhuvā sassatā avipariṇāmadhammā sassatisamaṃ tatheva ṭhassati? Atthi nu kho, bhante, kāci saññā…pe… keci saṅkhārā, ye saṅkhārā niccā dhuvā sassatā avipariṇāmadhammā sassatisamaṃ tatheva ṭhassanti? Atthi nu kho, bhante, kiñci viññāṇaṃ, yaṃ viññāṇaṃ niccaṃ dhuvaṃ sassataṃ avipariṇāmadhammaṃ sassatisamaṃ tatheva ṭhassatī’’ti? ‘‘Natthi kho, bhikkhu, kiñci rūpaṃ, yaṃ rūpaṃ niccaṃ dhuvaṃ sassataṃ avipariṇāmadhammaṃ sassatisamaṃ tatheva ṭhassati. Natthi kho, bhikkhu, kāci vedanā… kāci saññā… keci saṅkhārā…pe… kiñci viññāṇaṃ, yaṃ viññāṇaṃ niccaṃ dhuvaṃ sassataṃ avipariṇāmadhammaṃ sassatisamaṃ tatheva ṭhassatī’’ti. 97. В Саваттхи. Сидя с одной стороны, тот бхиккху обратился к Благословенному с такими словами: «Существует ли, достопочтенный господин, какая-либо форма, которая была бы постоянной, стабильной, вечной, не подверженной изменениям и оставалась бы неизменной вечно? Существует ли какое-либо чувство... какое-либо восприятие... какие-либо волевые формации, которые были бы постоянными, стабильными, вечными, не подверженными изменениям и оставались бы неизменными вечно? Существует ли, достопочтенный господин, какое-либо сознание, которое было бы постоянным, стабильным, вечным, не подверженным изменениям и оставалось бы неизменным вечно?» — «Бхиккху, нет такой формы, которая была бы постоянной, стабильной, вечной, не подверженной изменениям и оставалась бы неизменной вечно. Нет такого чувства... нет такого восприятия... нет таких волевых формаций... нет такого сознания, которое было бы постоянным, стабильным, вечным, не подверженным изменениям и оставалось бы неизменным вечно». Atha kho bhagavā parittaṃ nakhasikhāyaṃ paṃsuṃ āropetvā taṃ bhikkhuṃ etadavoca – ‘‘ettakampi kho, bhikkhu, rūpaṃ natthi niccaṃ dhuvaṃ sassataṃ avipariṇāmadhammaṃ sassatisamaṃ tatheva ṭhassati. Ettakaṃ cepi, bhikkhu, rūpaṃ abhavissa niccaṃ dhuvaṃ sassataṃ avipariṇāmadhammaṃ, nayidaṃ brahmacariyavāso paññāyetha sammā dukkhakkhayāya. Yasmā ca kho, bhikkhu, ettakampi rūpaṃ natthi niccaṃ dhuvaṃ sassataṃ avipariṇāmadhammaṃ, tasmā brahmacariyavāso paññāyati sammā dukkhakkhayāya’’. Тогда Благословенный поместил немного пыли на кончик своего ногтя и сказал тому бхиккху: «Бхиккху, нет даже столь малого количества формы, которое было бы постоянным, стабильным, вечным, не подверженным изменениям и оставалось бы неизменным вечно. Если бы, бхиккху, существовало хотя бы столь малое количество формы, которое было бы постоянным, стабильным, вечным, не подверженным изменениям, то ведение этой святой жизни ради полного прекращения страданий не могло бы обнаружиться. Но поскольку, бхиккху, нет даже столь малого количества формы, которое было бы постоянным, стабильным, вечным, не подверженным изменениям, то ведение этой святой жизни ради полного прекращения страданий обнаруживается». ‘‘Ettakāpi kho, bhikkhu, vedanā natthi niccā dhuvā sassatā avipariṇāmadhammā sassatisamaṃ tatheva ṭhassati. Ettakā cepi, bhikkhu, vedanā abhavissa niccā dhuvā sassatā avipariṇāmadhammā, na yidaṃ brahmacariyavāso paññāyetha sammā dukkhakkhayāya. Yasmā ca kho, bhikkhu, ettakāpi vedanā natthi niccā dhuvā sassatā avipariṇāmadhammā, tasmā brahmacariyavāso paññāyati sammā dukkhakkhayāya. «Бхиккху, нет даже столь малого количества чувства, которое было бы постоянным, стабильным, вечным, не подверженным изменениям и оставалось бы неизменным вечно. Если бы, бхиккху, существовало хотя бы столь малое количество чувства, которое было бы постоянным, стабильным, вечным, не подверженным изменениям, то ведение этой святой жизни ради полного прекращения страданий не могло бы обнаружиться. Но поскольку, бхиккху, нет даже столь малого количества чувства, которое было бы постоянным, стабильным, вечным, не подверженным изменениям, то ведение этой святой жизни ради полного прекращения страданий обнаруживается». ‘‘Ettakāpi kho, bhikkhu, saññā natthi…pe… ettakāpi kho, bhikkhu, saṅkhārā natthi niccā dhuvā sassatā avipariṇāmadhammā sassatisamaṃ tatheva ṭhassanti. Ettakā cepi, bhikkhu, saṅkhārā abhavissaṃsu niccā dhuvā sassatā [Pg.121] avipariṇāmadhammā, na yidaṃ brahmacariyavāso paññāyetha sammā dukkhakkhayāya. Yasmā ca kho, bhikkhu, ettakāpi saṅkhārā natthi niccā dhuvā sassatā avipariṇāmadhammā, tasmā brahmacariyavāso paññāyati sammā dukkhakkhayāya. «Бхиккху, нет даже столь малого количества восприятия... нет даже столь малого количества волевых формаций, которые были бы постоянными, стабильными, вечными, не подверженными изменениям и оставались бы неизменными вечно. Если бы, бхиккху, существовало хотя бы столь малое количество волевых формаций, которые были бы постоянными, стабильными, вечными, не подверженными изменениям, то ведение этой святой жизни ради полного прекращения страданий не могло бы обнаружиться. Но поскольку, бхиккху, нет даже столь малого количества волевых формаций, которые были бы постоянными, стабильными, вечными, не подверженными изменениям, то ведение этой святой жизни ради полного прекращения страданий обнаруживается». ‘‘Ettakampi kho, bhikkhu, viññāṇaṃ natthi niccaṃ dhuvaṃ sassataṃ avipariṇāmadhammaṃ sassatisamaṃ tatheva ṭhassati. Ettakampi kho, bhikkhu, viññāṇaṃ abhavissa niccaṃ dhuvaṃ sassataṃ avipariṇāmadhammaṃ, na yidaṃ brahmacariyavāso paññāyetha sammā dukkhakkhayāya. Yasmā ca kho, bhikkhu, ettakampi viññāṇaṃ natthi niccaṃ dhuvaṃ sassataṃ avipariṇāmadhammaṃ, tasmā brahmacariyavāso paññāyati sammā dukkhakkhayāya. «Бхиккху, нет even столь малого количества сознания, которое было бы постоянным, стабильным, вечным, не подверженным изменениям и оставалось бы неизменным вечно. Если бы, бхиккху, существовало хотя бы столь малое количество сознания, которое было бы постоянным, стабильным, вечным, не подверженным изменениям, то ведение этой святой жизни ради полного прекращения страданий не могло бы обнаружиться. Но поскольку, бхиккху, нет даже столь малого количества сознания, которое было бы постоянным, стабильным, вечным, не подверженным изменениям, то ведение этой святой жизни ради полного прекращения страданий обнаруживается». ‘‘Taṃ kiṃ maññasi, bhikkhu, rūpaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’. ‘‘Vedanā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ bhante’’…pe… ‘‘tasmātiha…pe… evaṃ passaṃ…pe… nāparaṃ itthattāyāti pajānātī’’ti. Pañcamaṃ. «Как ты думаешь, бхиккху, форма постоянна или непостоянна?» — «Непостоянна, достопочтенный господин». — «Чувство... восприятие... волевые формации... сознание постоянны или непостоянны?» — «Непостоянны, достопочтенный господин»... «Поэтому... видя так... он понимает: „...нет более ничего для этого состояния бытия“». Пятая. 6. Suddhikasuttaṃ 6. Суддхика-сутта (Простая сутта) 98. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinno kho so bhikkhu bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘atthi nu kho, bhante, kiñci rūpaṃ, yaṃ rūpaṃ niccaṃ dhuvaṃ sassataṃ avipariṇāmadhammaṃ sassatisamaṃ tatheva ṭhassati? Atthi nu kho, bhante, kāci vedanā…pe… kāci saññā… keci saṅkhārā… kiñci viññāṇaṃ, yaṃ viññāṇaṃ niccaṃ dhuvaṃ sassataṃ avipariṇāmadhammaṃ sassatisamaṃ tatheva ṭhassatī’’ti? ‘‘Natthi kho, bhikkhu, kiñci rūpaṃ yaṃ rūpaṃ niccaṃ dhuvaṃ sassataṃ avipariṇāmadhammaṃ sassatisamaṃ tatheva ṭhassati. Natthi kho, bhikkhu, kāci vedanā… kāci saññā… keci saṅkhārā… kiñci viññāṇaṃ, yaṃ viññāṇaṃ niccaṃ dhuvaṃ sassataṃ avipariṇāmadhammaṃ sassatisamaṃ tatheva ṭhassatī’’ti. Chaṭṭhaṃ. 98. В Саваттхи. Сидя с одной стороны, тот бхиккху обратился к Благословенному: «Существует ли, достопочтенный, какая-либо форма, которая была бы постоянной, стабильной, вечной, не подверженной изменениям и пребывающей вечно такой же самой? Существует ли, достопочтенный, какое-либо чувство... какое-либо восприятие... какие-либо волевые формации... какое-либо сознание, которое было бы постоянным, стабильным, вечным, не подверженным изменениям и пребывающим вечно таким же самым?» — «Бхиккху, нет такой формы, которая была бы постоянной, стабильной, вечной, не подверженной изменениям и пребывающей вечно такой же самой. Нет такого чувства... нет такого восприятия... нет таких волевых формаций... нет такого сознания, которое было бы постоянным, стабильным, вечным, не подверженным изменениям и пребывающим вечно таким же самым». Шестая сутта. 7. Gaddulabaddhasuttaṃ 7. Гаддулабаддха-сутта (Поводок — первая) 99. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Anamataggoyaṃ, bhikkhave, saṃsāro. Pubbā koṭi na paññāyati avijjānīvaraṇānaṃ sattānaṃ taṇhāsaṃyojanānaṃ sandhāvataṃ saṃsarataṃ. Hoti so, bhikkhave, samayo yaṃ mahāsamuddo ussussati visussati na [Pg.122] bhavati; na tvevāhaṃ, bhikkhave, avijjānīvaraṇānaṃ sattānaṃ taṇhāsaṃyojanānaṃ sandhāvataṃ saṃsarataṃ dukkhassa antakiriyaṃ vadāmi. Hoti so, bhikkhave, samayo yaṃ sineru pabbatarājā ḍayhati vinassati na bhavati; na tvevāhaṃ, bhikkhave, avijjānīvaraṇānaṃ sattānaṃ taṇhāsaṃyojanānaṃ sandhāvataṃ saṃsarataṃ dukkhassa antakiriyaṃ vadāmi. Hoti so, bhikkhave, samayo yaṃ mahāpathavī ḍayhati vinassati na bhavati; na tvevāhaṃ, bhikkhave, avijjānīvaraṇānaṃ sattānaṃ taṇhāsaṃyojanānaṃ sandhāvataṃ saṃsarataṃ dukkhassa antakiriyaṃ vadāmi’’. 99. В Саваттхи. «Бхиккху, эта сансара не имеет постижимого начала. Не обнаруживается первый предел существ, блуждающих и скитающихся, преграждённых невежеством и скованных стремлением. Наступает время, бхиккху, когда великий океан высыхает, испаряется и больше не существует, но всё же, бхиккху, я говорю, что для существ, блуждающих и скитающихся, преграждённых невежеством и скованных стремлением, нет прекращения страданий. Наступает время, бхиккху, когда Синеру, царь гор, сгорает, гибнет и больше не существует, но всё же, бхиккху, я говорю, что для существ, блуждающих и скитающихся, преграждённых невежеством и скованных стремлением, нет прекращения страданий. Наступает время, бхиккху, когда великая земля сгорает, гибнет и больше не существует, но всё же, бхиккху, я говорю, что для существ, блуждающих и скитающихся, преграждённых невежеством и скованных стремлением, нет прекращения страданий». ‘‘Seyyathāpi, bhikkhave, sā gaddulabaddho daḷhe khīle vā thambhe vā upanibaddho tameva khīlaṃ vā thambhaṃ vā anuparidhāvati anuparivattati; evameva kho, bhikkhave, assutavā puthujjano ariyānaṃ adassāvī…pe… sappurisadhamme avinīto rūpaṃ attato samanupassati…pe… vedanaṃ attato samanupassati… saññaṃ attato samanupassati… saṅkhāre attato samanupassati… viññāṇaṃ attato samanupassati, viññāṇavantaṃ vā attānaṃ; attani vā viññāṇaṃ, viññāṇasmiṃ vā attānaṃ. So rūpaññeva anuparidhāvati anuparivattati, vedanaññeva…pe… saññaññeva… saṅkhāreyeva… viññāṇaññeva anuparidhāvati anuparivattati. So rūpaṃ anuparidhāvaṃ anuparivattaṃ, vedanaṃ…pe… saññaṃ… saṅkhāre… viññāṇaṃ anuparidhāvaṃ anuparivattaṃ, na parimuccati rūpamhā, na parimuccati vedanāya, na parimuccati saññāya, na parimuccati saṅkhārehi, na parimuccati viññāṇamhā, na parimuccati jātiyā jarāmaraṇena sokehi paridevehi dukkhehi domanassehi upāyāsehi. ‘Na parimuccati dukkhasmā’ti vadāmi’’. «Представьте, бхиккху, собаку, привязанную на поводок к прочному колышку или столбу: она будет просто бегать и крутиться вокруг этого самого колышка или столба. Точно так же, бхиккху, необученный обыватель, не видящий благородных... не наставленный в Учении истинных людей, рассматривает форму как себя... рассматривает чувство как себя... рассматривает восприятие как себя... рассматривает волевые формации как себя... рассматривает сознание как себя, или себя как обладающего сознанием, или сознание в себе, или себя в сознании. Он просто бегает и крутится вокруг формы, вокруг чувства... вокруг восприятия... вокруг волевых формаций... вокруг сознания. Бегая и крутясь вокруг формы, вокруг чувства... вокруг восприятия... вокруг волевых формаций... вокруг сознания, он не освобождается от формы, не освобождается от чувства, не освобождается от восприятия, не освобождается от волевых формаций, не освобождается от сознания. Он не освобождается от рождения, старения и смерти; не освобождается от печали, плача, боли, скорби и отчаяния. „Он не освобождается от страданий“, — говорю я». ‘‘Sutavā ca kho, bhikkhave, ariyasāvako ariyānaṃ dassāvī…pe… sappurisadhamme suvinīto, na rūpaṃ attato samanupassati…pe… na vedanaṃ… na saññaṃ… na saṅkhāre… na viññāṇaṃ attato samanupassati, na viññāṇavantaṃ vā attānaṃ; na attani vā viññāṇaṃ, na viññāṇasmiṃ vā attānaṃ. So rūpaṃ nānuparidhāvati nānuparivattati, vedanaṃ… saññaṃ… saṅkhāre… viññāṇaṃ nānuparidhāvati nānuparivattati. So rūpaṃ ananuparidhāvaṃ ananuparivattaṃ, vedanaṃ… saññaṃ… saṅkhāre… viññāṇaṃ ananuparidhāvaṃ ananuparivattaṃ; parimuccati rūpamhā, parimuccati vedanāya, parimuccati saññāya, parimuccati saṅkhārehi, parimuccati viññāṇamhā, parimuccati jātiyā jarāmaraṇena sokehi paridevehi dukkhehi domanassehi upāyāsehi. ‘Parimuccati dukkhasmā’ti vadāmī’’ti. Sattamaṃ. «Но обученный благородный ученик, бхиккху, видящий благородных... наставленный в Учении истинных людей, не рассматривает форму как себя... не рассматривает чувство... не рассматривает восприятие... не рассматривает волевые формации... не рассматривает сознание как себя, ни себя как обладающего сознанием, ни сознание в себе, ни себя в сознании. Он больше не бегает и не крутится вокруг формы, вокруг чувства... вокруг восприятия... вокруг волевых формаций... вокруг сознания. Не бегая и не крутясь вокруг формы, вокруг чувства... вокруг восприятия... вокруг волевых формаций... вокруг сознания, он освобождается от формы, освобождается от чувства, освобождается от восприятия, освобождается от волевых формаций, освобождается от сознания. Он освобождается от рождения, старения и смерти; освобождается от печали, плача, боли, скорби и отчаяния. „Он освобождается от страданий“, — говорю я». Седьмая сутта. 8. Dutiyagaddulabaddhasuttaṃ 8. Дутиягаддулабаддха-сутта (Поводок — вторая) 100. Sāvatthinidānaṃ[Pg.123]. ‘‘Anamataggoyaṃ, bhikkhave, saṃsāro. Pubbā koṭi na paññāyati avijjānīvaraṇānaṃ sattānaṃ taṇhāsaṃyojanānaṃ sandhāvataṃ saṃsarataṃ. Seyyathāpi, bhikkhave, sā gaddulabaddho daḷhe khīle vā thambhe vā upanibaddho. So gacchati cepi tameva khīlaṃ vā thambhaṃ vā upagacchati; tiṭṭhati cepi tameva khīlaṃ vā thambhaṃ vā upatiṭṭhati; nisīdati cepi tameva khīlaṃ vā thambhaṃ vā upanisīdati; nipajjati cepi tameva khīlaṃ vā thambhaṃ vā upanipajjati. Evameva kho, bhikkhave, assutavā puthujjano rūpaṃ ‘etaṃ mama, esohamasmi, eso me attā’ti samanupassati. Vedanaṃ… saññaṃ… saṅkhāre… viññāṇaṃ ‘etaṃ mama, esohamasmi, eso me attā’ti samanupassati. So gacchati cepi ime pañcupādānakkhandhe upagacchati; tiṭṭhati cepi ime pañcupādānakkhandhe upatiṭṭhati; nisīdati cepi ime pañcupādānakkhandhe upanisīdati; nipajjati cepi ime pañcupādānakkhandhe upanipajjati. Tasmātiha, bhikkhave, abhikkhaṇaṃ sakaṃ cittaṃ paccavekkhitabbaṃ – ‘dīgharattamidaṃ cittaṃ saṃkiliṭṭhaṃ rāgena dosena mohenā’ti. Cittasaṃkilesā, bhikkhave, sattā saṃkilissanti; cittavodānā sattā visujjhanti. 100. В Саваттхи. «Бхиккху, эта сансара не имеет постижимого начала. Не обнаруживается первый предел существ, блуждающих и скитающихся, преграждённых невежеством и скованных стремлением... Представьте, бхиккху, собаку, привязанную на поводок к прочному колышку или столбу. Если она идёт, то идёт близко к этому колышку или столбу. Если она стоит, то стоит близко к этому колышку или столбу. Если она сидит, то сидит близко к этому колышку или столбу. Если она лежит, то лежит близко к этому колышку или столбу. Точно так же, бхиккху, необученный обыватель рассматривает форму так: „Это моё, это я, это моя самость“. Он рассматривает чувство... восприятие... волевые формации... сознание так: „Это моё, это я, это моя самость“. Если он идёт, то идёт близко к этим пяти совокупностям привязанности. Если он стоит, то стоит близко к этим пяти совокупностям привязанности. Если он сидит, то сидит близко к этим пяти совокупностям привязанности. Если он лежит, то лежит близко к этим пяти совокупностям привязанности. Поэтому, бхиккху, следует часто размышлять о своём собственном уме так: „Долгое время этот ум был осквернён страстью, злобой и заблуждением“. Из-за осквернения ума оскверняются существа; благодаря очищению ума очищаются существа». ‘‘Diṭṭhaṃ vo, bhikkhave, caraṇaṃ nāma citta’’nti? ‘‘Evaṃ, bhante’’. ‘‘Tampi kho, bhikkhave, caraṇaṃ nāma cittaṃ citteneva cittitaṃ. Tenapi kho, bhikkhave, caraṇena cittena cittaññeva cittataraṃ. Tasmātiha, bhikkhave, abhikkhaṇaṃ sakaṃ cittaṃ paccavekkhitabbaṃ – ‘dīgharattamidaṃ cittaṃ saṃkiliṭṭhaṃ rāgena dosena mohenā’ti. Cittasaṃkilesā, bhikkhave, sattā saṃkilissanti; cittavodānā sattā visujjhanti. «Видели ли вы, бхиккху, картину под названием „Странствие“?» — «Да, достопочтенный». — «Даже эта картина под названием „Странствие“ была создана в её многообразии умом, но ум ещё более многообразен, чем эта картина под названием „Странствие“. Поэтому, бхиккху, следует часто размышлять о своём собственном уме так: „Долгое время этот ум был осквернён страстью, злобой и заблуждением“. Из-за осквернения ума оскверняются существа; благодаря очищению ума очищаются существа». ‘‘Nāhaṃ, bhikkhave, aññaṃ ekanikāyampi samanupassāmi evaṃ cittaṃ. Yathayidaṃ, bhikkhave, tiracchānagatā pāṇā, tepi kho, bhikkhave, tiracchānagatā pāṇā citteneva cittitā, tehipi kho, bhikkhave, tiracchānagatehi pāṇehi cittaññeva cittataraṃ. Tasmātiha, bhikkhave, abhikkhaṇaṃ sakaṃ cittaṃ paccavekkhitabbaṃ – ‘dīgharattamidaṃ cittaṃ saṃkiliṭṭhaṃ rāgena dosena mohenā’ti. Cittasaṃkilesā, bhikkhave, sattā saṃkilissanti; cittavodānā sattā visujjhanti. «Бхиккху, я не вижу ни одного другого класса живых существ, столь разнообразного, как животный мир. Даже эти существа в животном мире были сделаны разнообразными умом, но ум ещё более многообразен, чем эти существа в животном мире. Поэтому, бхиккху, следует часто размышлять о своём собственном уме так: „Долгое время этот ум был осквернён страстью, злобой и заблуждением“. Из-за осквернения ума оскверняются существа; благодаря очищению ума очищаются существа». ‘‘Seyyathāpi[Pg.124], bhikkhave, rajako vā cittakārako vā rajanāya vā lākhāya vā haliddiyā vā nīliyā vā mañjiṭṭhāya vā suparimaṭṭhe phalake vā bhittiyā vā dussapaṭṭe vā itthirūpaṃ vā purisarūpaṃ vā abhinimmineyya sabbaṅgapaccaṅgiṃ; evameva kho, bhikkhave, assutavā puthujjano rūpaññeva abhinibbattento abhinibbatteti, vedanaññeva…pe… saññaññeva… saṅkhāre yeva… viññāṇaññeva abhinibbattento abhinibbatteti. Taṃ kiṃ maññatha, bhikkhave, rūpaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’. ‘‘Vedanā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ…pe… ‘‘tasmātiha, bhikkhave, evaṃ passaṃ…pe… nāparaṃ itthattāyāti pajānātī’’ti. Aṭṭhamaṃ. «Представьте, бхиккху, красильщика или художника, который, используя краску, лак, куркуму, индиго или марену, создал бы на хорошо отполированной доске, стене или холсте изображение женщины или мужчины со всеми деталями и частями тела. Точно так же, бхиккху, когда необученный обыватель порождает что-либо, он порождает только форму; порождает только чувство... порождает только восприятие... порождает только волевые формации... порождает только сознание. Как вы думаете, бхиккху, форма постоянна или непостоянна?» — «Непостоянна, достопочтенный». — «Чувство... восприятие... волевые формации... сознание... Поэтому, бхиккху, видя так... он понимает: „...нет ничего более для этого состояния бытия“». Восьмая сутта. 9. Vāsijaṭasuttaṃ 9. Васиджата-сутта (Рукоять топора) 101. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Jānato ahaṃ, bhikkhave, passato āsavānaṃ khayaṃ vadāmi, no ajānato no apassato. Kiñca, bhikkhave, jānato kiṃ passato āsavānaṃ khayo hoti? ‘Iti rūpaṃ, iti rūpassa samudayo, iti rūpassa atthaṅgamo; iti vedanā… iti saññā… iti saṅkhārā… iti viññāṇaṃ, iti viññāṇassa samudayo, iti viññāṇassa atthaṅgamo’ti – evaṃ kho, bhikkhave, jānato evaṃ passato āsavānaṃ khayo hoti’’. 101. В Саваттхи. «Бхиккху, я говорю, что уничтожение асав происходит для того, кто знает и видит, а не для того, кто не знает и не видит. Для того, кто знает что, кто видит что, происходит уничтожение асав? „Такова форма, таково её происхождение, таково её исчезновение; таково чувство... таково восприятие... таковы волевые формации... таково сознание, таково его происхождение, таково его исчезновение“ — именно для того, кто так знает, для того, кто так видит, бхиккху, происходит уничтожение асав». ‘‘Bhāvanānuyogaṃ ananuyuttassa, bhikkhave, bhikkhuno viharato kiñcāpi evaṃ icchā uppajjeyya – ‘aho vata me anupādāya āsavehi cittaṃ vimucceyyā’ti, atha khvassa neva anupādāya āsavehi cittaṃ vimuccati. Taṃ kissa hetu? ‘Abhāvitattā’ tissa vacanīyaṃ. Kissa abhāvitattā? Abhāvitattā catunnaṃ satipaṭṭhānānaṃ, abhāvitattā catunnaṃ sammappadhānānaṃ, abhāvitattā catunnaṃ iddhipādānaṃ, abhāvitattā pañcannaṃ indriyānaṃ, abhāvitattā pañcannaṃ balānaṃ, abhāvitattā sattannaṃ bojjhaṅgānaṃ, abhāvitattā ariyassa aṭṭhaṅgikassa maggassa. «Бхиккху, когда бхиккху живёт, не посвящая себя практике развития ума, то даже если у него возникнет такое желание: „О, пусть бы мой ум освободился от асав через непривязанность!“, всё же его ум не освобождается от асав через непривязанность. По какой причине? Следует сказать: по причине неразвития. Из-за неразвития чего? Из-за неразвития четырёх основ осознанности, из-за неразвития четырёх правильных усилий, из-за неразвития четырёх основ сверхнормативных сил, из-за неразвития пяти способностей, из-за неразвития пяти сил, из-за неразвития семи факторов просветления, из-за неразвития Благородного Восьмеричного Пути». ‘‘Seyyathāpi, bhikkhave, kukkuṭiyā aṇḍāni aṭṭha vā dasa vā dvādasa vā. Tānassu kukkuṭiyā na sammā adhisayitāni, na sammā pariseditāni, na sammā paribhāvitāni. Kiñcāpi tassā kukkuṭiyā evaṃ icchā uppajjeyya – ‘aho, vata me [Pg.125] kukkuṭapotakā pādanakhasikhāya vā mukhatuṇḍakena vā aṇḍakosaṃ padāletvā sotthinā abhinibbhijjeyyu’nti, atha kho abhabbāva te kukkuṭapotakā pādanakhasikhāya vā mukhatuṇḍakena vā aṇḍakosaṃ padāletvā sotthinā abhinibbhijjituṃ. Taṃ kissa hetu? Tathā hi pana, bhikkhave, kukkuṭiyā aṇḍāni aṭṭha vā dasa vā dvādasa vā; tāni kukkuṭiyā na sammā adhisayitāni, na sammā pariseditāni, na sammā paribhāvitāni. Evameva kho, bhikkhave, bhāvanānuyogaṃ ananuyuttassa bhikkhuno viharato kiñcāpi evaṃ icchā uppajjeyya – ‘aho, vata me anupādāya āsavehi cittaṃ vimucceyyā’ti, atha khvassa neva anupādāya āsavehi cittaṃ vimuccati. Taṃ kissa hetu? ‘Abhāvitattā’tissa vacanīyaṃ. Kissa abhāvitattā? Abhāvitattā catunnaṃ satipaṭṭhānānaṃ…pe… aṭṭhaṅgikassa maggassa. «Представьте, бхиккху, курицу с восемью, десятью или двенадцатью яйцами, которые она не высиживала должным образом, не согревала должным образом, не выдерживала должным образом. Даже если у этой курицы возникнет такое желание: „О, пусть бы мои цыплята пробили скорлупу кончиками своих когтей и клювов и благополучно вылупились!“, всё же эти цыплята не способны пробить скорлупу кончиками своих когтей и клювов и благополучно вылупиться. По какой причине? Потому что эта курица не высиживала, не согревала и не выдерживала должным образом эти восемь, десять или двенадцать яиц. Точно так же, бхиккху, когда бхиккху живёт, не посвящая себя практике развития ума, то даже если у него возникнет такое желание: „О, пусть бы мой ум освободился от асав через непривязанность!“, всё же его ум не освобождается от асав через непривязанность. По какой причине? Следует сказать: по причине неразвития. Из-за неразвития чего? Из-за неразвития четырёх основ осознанности... Благородного Восьмеричного Пути». ‘‘Bhāvanānuyogaṃ anuyuttassa, bhikkhave, bhikkhuno viharato kiñcāpi na evaṃ icchā uppajjeyya – ‘aho vata me anupādāya āsavehi cittaṃ vimucceyyā’ti, atha khvassa anupādāya āsavehi cittaṃ vimuccati. Taṃ kissa hetu? ‘Bhāvitattā’tissa vacanīyaṃ. Kissa bhāvitattā? Bhāvitattā catunnaṃ satipaṭṭhānānaṃ, bhāvitattā catunnaṃ sammappadhānānaṃ, bhāvitattā catunnaṃ iddhipādānaṃ, bhāvitattā pañcannaṃ indriyānaṃ, bhāvitattā pañcannaṃ balānaṃ, bhāvitattā sattannaṃ bojjhaṅgānaṃ, bhāvitattā ariyassa aṭṭhaṅgikassa maggassa. «Бхиккху, когда бхиккху живёт, посвящая себя практике развития ума, то даже если у него не возникает такого желания: „О, пусть бы мой ум освободился от асав через непривязанность!“, всё же его ум освобождается от асав через непривязанность. По какой причине? Следует сказать: по причине развития. Из-за развития чего? Из-за развития четырёх основ осознанности, из-за развития четырёх правильных усилий, из-за развития четырёх основ сверхнормативных сил, из-за развития пяти способностей, из-за развития пяти сил, из-за развития семи факторов просветления, из-за развития Благородного Восьмеричного Пути». ‘‘Seyyathāpi, bhikkhave, kukkuṭiyā aṇḍāni aṭṭha vā dasa vā dvādasa vā. Tānassu kukkuṭiyā sammā adhisayitāni, sammā pariseditāni, sammā paribhāvitāni. Kiñcāpi tassā kukkuṭiyā na evaṃ icchā uppajjeyya – ‘aho vata me kukkuṭapotakā pādanakhasikhāya vā mukhatuṇḍakena vā aṇḍakosaṃ padāletvā sotthinā abhinibbhijjeyyu’nti, atha kho bhabbāva te kukkuṭapotakā pādanakhasikhāya vā mukhatuṇḍakena vā aṇḍakosaṃ padāletvā sotthinā abhinibbhijjituṃ. Taṃ kissa hetu? Tathā hi pana, bhikkhave, kukkuṭiyā aṇḍāni aṭṭha vā dasa vā dvādasa vā; tānassu kukkuṭiyā sammā adhisayitāni, sammā pariseditāni, sammā paribhāvitāni. Evameva kho, bhikkhave, bhāvanānuyogaṃ anuyuttassa bhikkhuno viharato kiñcāpi na evaṃ icchā uppajjeyya – ‘aho vata me anupādāya āsavehi cittaṃ vimucceyyā’ti, atha khvassa anupādāya āsavehi cittaṃ vimuccati. Taṃ kissa hetu? ‘Bhāvitattā’tissa vacanīyaṃ. Kissa [Pg.126] bhāvitattā? Bhāvitattā catunnaṃ satipaṭṭhānānaṃ…pe… bhāvitattā ariyassa aṭṭhaṅgikassa maggassa. «Представьте, монахи, курицу, у которой восемь, десять или двенадцать яиц, которые она должным образом высиживала, согревала и выхаживала. Даже если у этой курицы не возникнет такого желания: „О, пусть бы мои цыплята кончиками когтей или клювами пробили скорлупу и благополучно вылупились!“, всё же цыплята способны пробить скорлупу кончиками когтей или клювами и благополучно вылупиться. По какой причине? Потому что эта курица должным образом высиживала, согревала и выхаживала эти восемь, десять или двенадцать яиц. Точно так же, монахи, когда монах пребывает преданным развитию [ума], даже если у него не возникнет такого желания: „О, пусть бы мой ум освободился от пагубных влечений (асав) благодаря отсутствию привязанности!“, всё же его ум освобождается от пагубных влечений благодаря отсутствию привязанности. По какой причине? Следует сказать: „Благодаря развитию“. Благодаря развитию чего? Благодаря развитию четырёх основ осознанности (сатипаттхан)... [и так далее]... благодаря развитию благородного восьмеричного пути». ‘‘Seyyathāpi, bhikkhave, palagaṇḍassa vā palagaṇḍantevāsissa vā vāsijaṭe dissanteva aṅgulipadāni dissati aṅguṭṭhapadaṃ. No ca khvassa evaṃ ñāṇaṃ hoti – ‘ettakaṃ vata me ajja vāsijaṭassa khīṇaṃ, ettakaṃ hiyyo, ettakaṃ pare’ti. Atha khvassa khīṇe khīṇantveva ñāṇaṃ hoti. Evameva kho, bhikkhave, bhāvanānuyogaṃ anuyuttassa bhikkhuno viharato kiñcāpi na evaṃ ñāṇaṃ hoti – ‘ettakaṃ vata me ajja āsavānaṃ khīṇaṃ, ettakaṃ hiyyo, ettakaṃ pare’ti, atha khvassa khīṇe khīṇantveva ñāṇaṃ hoti. Seyyathāpi, bhikkhave, sāmuddikāya nāvāya vettabandhanabaddhāya vassamāsāni udake pariyādāya hemantikena thalaṃ ukkhittāya vātātapaparetāni vettabandhanāni. Tāni pāvusakena meghena abhippavuṭṭhāni appakasireneva paṭippassambhanti pūtikāni bhavanti; evameva kho, bhikkhave, bhāvanānuyogaṃ anuyuttassa bhikkhuno viharato appakasireneva saṃyojanāni paṭippassambhanti pūtikāni bhavantī’’ti. Navamaṃ. «Представьте, монахи, плотника или ученика плотника, который смотрит на рукоятку своего тесла и видит на ней следы своих пальцев и большого пальца. Но при этом он не знает: „Вот столько рукоятки тесла стёрлось сегодня, столько вчера, столько позавчера“. Однако, когда она стирается, к нему приходит знание о том, что она стёрлась. Точно так же, монахи, когда монах пребывает преданным развитию [ума], даже если к нему не приходит такое знание: „Вот столько моих пагубных влечений (асав) уничтожилось сегодня, столько вчера, столько позавчера“, однако, когда они уничтожаются, к нему приходит знание о том, что они уничтожились. Представьте, монахи, морское судно, скреплённое верёвками из тростника, которое шесть месяцев находилось в воде, а в холодное время года было вытащено на сушу, где его верёвки подверглись воздействию ветра и солнца. Омытые дождевым облаком в сезон дождей, эти верёвки легко ослабевают и сгнивают. Точно так же, монахи, когда монах пребывает преданным развитию [ума], его оковы (саньёджаны) легко ослабевают и разрушаются». (Девятое). 10. Aniccasaññāsuttaṃ 10. Аниччасання-сутта (Сутта о восприятии непостоянства) 102. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Aniccasaññā, bhikkhave, bhāvitā bahulīkatā sabbaṃ kāmarāgaṃ pariyādiyati, sabbaṃ rūparāgaṃ pariyādiyati, sabbaṃ bhavarāgaṃ pariyādiyati, sabbaṃ avijjaṃ pariyādiyati, sabbaṃ asmimānaṃ samūhanati’’. 102. В Саваттхи. «Монахи, когда восприятие непостоянства развито и взращено, оно устраняет всякую чувственную страсть, устраняет всякую страсть к форме, устраняет всякую страсть к существованию, устраняет всякое невежество, искореняет всякое самомнение „я есмь“». ‘‘Seyyathāpi, bhikkhave, saradasamaye kassako mahānaṅgalena kasanto sabbāni mūlasantānakāni sampadālento kasati; evameva kho, bhikkhave, aniccasaññā bhāvitā bahulīkatā sabbaṃ kāmarāgaṃ pariyādiyati, sabbaṃ rūparāgaṃ pariyādiyati, sabbaṃ bhavarāgaṃ pariyādiyati, sabbaṃ avijjaṃ pariyādiyati, sabbaṃ asmimānaṃ samūhanati. «Представьте, монахи, как осенью пахарь, вспахивая землю большим плугом, подрезает при вспашке все мелкие корешки. Точно так же, монахи, когда восприятие непостоянства развито и взращено, оно устраняет всякую чувственную страсть, устраняет всякую страсть к форме, устраняет всякую страсть к существованию, устраняет всякое невежество, искореняет всякое самомнение „я есмь“». ‘‘Seyyathāpi, bhikkhave, pabbajalāyako pabbajaṃ lāyitvā agge gahetvā odhunāti niddhunāti nicchoṭeti; evameva kho, bhikkhave, aniccasaññā bhāvitā bahulīkatā sabbaṃ kāmarāgaṃ pariyādiyati…pe… sabbaṃ asmimānaṃ samūhanati. «Представьте, монахи, как косарь камыша срезает камыш, берёт его за верхушку, трясёт его сверху вниз, вытряхивает и обивает его. Точно так же, монахи, когда восприятие непостоянства развито и взращено, оно устраняет всякую чувственную страсть... [и так далее]... искореняет всякое самомнение „я есмь“». ‘‘Seyyathāpi[Pg.127], bhikkhave, ambapiṇḍiyā vaṇṭacchinnāya yāni tattha ambāni vaṇṭapaṭibandhāni sabbāni tāni tadanvayāni bhavanti; evameva kho, bhikkhave, aniccasaññā bhāvitā…pe… sabbaṃ asmimānaṃ samūhanati. «Представьте, монахи, когда срезана плодоножка у грозди манго, все манго, прикреплённые к этой плодоножке, падают вслед за ней. Точно так же, монахи, когда восприятие непостоянства развито... [и так далее]... искореняет всякое самомнение „я есмь“». ‘‘Seyyathāpi, bhikkhave, kūṭāgārassa yā kāci gopānasiyo sabbā tā kūṭaṅgamā kūṭaninnā kūṭasamosaraṇā, kūṭaṃ tāsaṃ aggamakkhāyati; evameva kho, bhikkhave, aniccasaññā bhāvitā…pe… sabbaṃ asmimānaṃ samūhanati. «Представьте, монахи, что все стропила дома с остроконечной крышей сходятся к коньку крыши, наклонены к коньку крыши и соединяются на коньке крыши, и конёк крыши считается главным среди них. Точно так же, монахи, когда восприятие непостоянства развито... [и так далее]... искореняет всякое самомнение „я есмь“». ‘‘Seyyathāpi, bhikkhave, ye keci mūlagandhā kāḷānusārigandho tesaṃ aggamakkhāyati; evameva kho, bhikkhave, aniccasaññā…pe… sabbaṃ asmimānaṃ samūhanati. «Представьте, монахи, что среди всех благовонных корней чёрный касатик считается лучшим из них. Точно так же, монахи, когда восприятие непостоянства... [и так далее]... искореняет всякое самомнение „я есмь“». ‘‘Seyyathāpi, bhikkhave, ye keci sāragandhā, lohitacandanaṃ tesaṃ aggamakkhāyati; evameva kho, bhikkhave, aniccasaññā…pe… sabbaṃ asmimānaṃ samūhanati. «Представьте, монахи, что среди всех благовонных сердцевин деревьев красное сандаловое дерево считается лучшим из них. Точно так же, монахи, когда восприятие непостоянства... [и так далее]... искореняет всякое самомнение „я есмь“». ‘‘Seyyathāpi, bhikkhave, ye keci pupphagandhā, vassikaṃ tesaṃ aggamakkhāyati; evameva kho, bhikkhave, aniccasaññā…pe… sabbaṃ asmimānaṃ samūhanati. «Представьте, монахи, что среди всех благовонных цветов жасмин считается лучшим из них. Точно так же, монахи, когда восприятие непостоянства... [и так далее]... искореняет всякое самомнение „я есмь“». ‘‘Seyyathāpi, bhikkhave, ye keci kuṭṭarājāno, sabbete rañño cakkavattissa anuyantā bhavanti, rājā tesaṃ cakkavatti aggamakkhāyati; evameva kho, bhikkhave, aniccasaññā…pe… sabbaṃ asmimānaṃ samūhanati. «Представьте, монахи, что все мелкие правители являются вассалами царя-колесодержца (чаккаватти), и царь-колесодержец считается величайшим среди них. Точно так же, монахи, когда восприятие непостоянства... [и так далее]... искореняет всякое самомнение „я есмь“». ‘‘Seyyathāpi, bhikkhave, yā kāci tārakarūpānaṃ pabhā, sabbā tā candimappabhāya kalaṃ nāgghanti soḷasiṃ, candappabhā tāsaṃ aggamakkhāyati; evameva kho, bhikkhave, aniccasaññā…pe… sabbaṃ asmimānaṃ samūhanati. «Представьте, монахи, что сияние всех звёзд не стоит и шестнадцатой доли сияния луны, и сияние луны считается превосходящим их все. Точно так же, монахи, когда восприятие непостоянства... [и так далее]... искореняет всякое самомнение „я есмь“». ‘‘Seyyathāpi, bhikkhave, saradasamaye viddhe vigatavalāhake deve ādicco nataṃ abbhussakkamāno, sabbaṃ ākāsagataṃ tamagataṃ abhivihacca bhāsate ca tapate ca virocate ca; evameva kho, bhikkhave, aniccasaññā bhāvitā bahulīkatā sabbaṃ kāmarāgaṃ pariyādiyati, sabbaṃ rūparāgaṃ pariyādiyati, sabbaṃ bhavarāgaṃ pariyādiyati, sabbaṃ avijjaṃ pariyādiyati, sabbaṃ asmimānaṃ samūhanati. «Представьте, монахи, как осенью, когда небо чистое и безоблачное, солнце, поднимаясь на небосвод, разгоняет всю тьму в пространстве, сияя, согревая и излучая свет. Точно так же, монахи, когда восприятие непостоянства развито и взращено, оно устраняет всякую чувственную страсть, устраняет всякую страсть к форме, устраняет всякую страсть к существованию, устраняет всякое невежество, искореняет всякое самомнение „я есмь“». ‘‘Kathaṃ bhāvitā ca, bhikkhave, aniccasaññā kathaṃ bahulīkatā sabbaṃ kāmarāgaṃ pariyādiyati…pe… sabbaṃ asmimānaṃ samūhanati? ‘Iti rūpaṃ, iti rūpassa [Pg.128] samudayo, iti rūpassa atthaṅgamo; iti vedanā… iti saññā… iti saṅkhārā… iti viññāṇaṃ, iti viññāṇassa samudayo, iti viññāṇassa atthaṅgamo’ti – evaṃ bhāvitā kho, bhikkhave, aniccasaññā evaṃ bahulīkatā sabbaṃ kāmarāgaṃ pariyādiyati, sabbaṃ rūparāgaṃ pariyādiyati, sabbaṃ bhavarāgaṃ pariyādiyati, sabbaṃ avijjaṃ pariyādiyati, sabbaṃ asmimānaṃ samūhanatī’’ti. Dasamaṃ. «И как, монахи, восприятие непостоянства развивается и взращивается так, что оно устраняет всякую чувственную страсть... [и так далее]... искореняет всякое самомнение „я есмь“? „Такова форма, таково её возникновение, таково её исчезновение; такова ведана (чувство)... такова сання (восприятие)... таковы санкхары (волевые формации)... таково винняна (сознание), таково его возникновение, таково его исчезновение“ — вот как, монахи, восприятие непостоянства развивается и взращивается так, что оно устраняет всякую чувственную страсть, устраняет всякую страсть к форме, устраняет всякую страсть к существованию, устраняет всякое невежество, искореняет всякое самомнение „я есмь“». (Десятое). Pupphavaggo dasamo. Пуппха-вагга (Глава о цветах), десятая. Tassuddānaṃ – Оглавление этой главы: Nadī pupphañca pheṇañca, gomayañca nakhāsikhaṃ; Suddhikaṃ dve ca gaddulā, vāsījaṭaṃ aniccatāti. «Река», «Цветок» и «Пена», «Коровий навоз» и «Кончик ногтя», «Чистая», две сутты «О поводке», «Рукоятка тесла» и «Непостоянство». Majjhimapaṇṇāsako samatto. Средняя часть из пятидесяти сутт (Маджхима-паннасака) завершена. Tassa majjhimapaṇṇāsakassa vagguddānaṃ – Оглавление глав этой Средней части: Upayo arahanto ca, khajjanī therasavhayaṃ; Pupphavaggena paṇṇāsa, dutiyo tena vuccatīti. «Привязанность», «Араханты», «Пожирание», «Старейшины» и, вместе с «Главой о цветах», эти пятьдесят сутт составляют вторую часть, называемую так. 11. Antavaggo 11. Анта-вагга (Глава о пределах) 1. Antasuttaṃ 1. Анта-сутта (Сутта о пределах) 103. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Cattārome, bhikkhave, antā. Katame cattāro? Sakkāyanto, sakkāyasamudayanto, sakkāyanirodhanto, sakkāyanirodhagāminippaṭipadanto. Katamo ca, bhikkhave, sakkāyanto? Pañcupādānakkhandhātissa vacanīyaṃ. Katame pañca? Seyyathidaṃ – rūpupādānakkhandho, vedanupādānakkhandho, saññupādānakkhandho, saṅkhārupādānakkhandho, viññāṇupādānakkhandho – ayaṃ vuccati, bhikkhave, sakkāyanto’’. 103. В Саваттхи. «Монахи, есть эти четыре предела. Какие четыре? Предел самоотождествления (саккая), предел возникновения самоотождествления, предел прекращения самоотождествления, предел пути, ведущего к прекращению самоотождествления. И что такое, монахи, предел самоотождествления? Следует сказать: пять совокупностей (кхандх) цепляния. Какие пять? А именно: совокупность цепляния к форме, совокупность цепляния к чувству, совокупность цепляния к восприятию, совокупность цепляния к волевым формациям, совокупность цепляния к сознанию. Это, монахи, называется пределом самоотождествления». ‘‘Katamo ca, bhikkhave, sakkāyasamudayanto? Yāyaṃ taṇhā ponobhavikā nandirāgasahagatā tatratatrābhinandinī, seyyathidaṃ – kāmataṇhā, bhavataṇhā, vibhavataṇhā. Ayaṃ [Pg.129] vuccati, bhikkhave, sakkāyasamudayanto. «И что такое, монахи, предел возникновения самоотождествления? Это жажда (танха), ведущая к новому существованию, сопровождаемая наслаждением и страстью, находящая удовольствие то здесь, то там; а именно: жажда чувственных удовольствий (кама-танха), жажда существования (бхава-танха), жажда несуществования (вибхава-танха). Это, монахи, называется пределом возникновения самоотождествления». ‘‘Katamo ca, bhikkhave, sakkāyanirodhanto? Yo tassāyeva taṇhāya asesavirāganirodho cāgo paṭinissaggo mutti anālayo – ayaṃ vuccati, bhikkhave, sakkāyanirodhanto. «И что такое, монахи, предел прекращения самоотождествления? Это полное угасание и прекращение той самой жажды без остатка, отказ от неё, отречение, освобождение от неё, отсутствие привязанности к ней. Это, монахи, называется пределом прекращения самоотождествления». ‘‘Katamo ca, bhikkhave, sakkāyanirodhagāminippaṭipadanto? Ayameva ariyo aṭṭhaṅgiko maggo. Seyyathidaṃ – sammādiṭṭhi, sammāsaṅkappo, sammāvācā, sammākammanto, sammāājīvo, sammāvāyāmo, sammāsati, sammāsamādhi. Ayaṃ vuccati, bhikkhave, sakkāyanirodhagāminippaṭipadanto. Ime kho, bhikkhave, cattāro antā’’ti. Paṭhamaṃ. «И что такое, монахи, предел пути, ведущего к прекращению самоотождествления? Это сам благородный восьмеричный путь, а именно: правильное воззрение, правильное намерение, правильная речь, правильные действия, правильный образ жизни, правильное усилие, правильное памятование, правильное сосредоточение. Это, монахи, называется пределом пути, ведущего к прекращению самоотождествления. Таковы, монахи, четыре предела». (Первое). 2. Dukkhasuttaṃ 2. Дуккха-сутта (Сутта о страдании) 104. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Dukkhañca vo, bhikkhave, desessāmi dukkhasamudayañca dukkhanirodhañca dukkhanirodhagāminiñca paṭipadaṃ. Taṃ suṇātha. Katamañca, bhikkhave, dukkhaṃ? Pañcupādānakkhandhātissa vacanīyaṃ. Katame pañca? Seyyathidaṃ – rūpupādānakkhandho…pe… viññāṇupādānakkhandho. Idaṃ vuccati, bhikkhave, dukkhaṃ. Katamo ca, bhikkhave, dukkhasamudayo? Yāyaṃ taṇhā ponobhavikā…pe… kāmataṇhā, bhavataṇhā, vibhavataṇhā – ayaṃ vuccati, bhikkhave, dukkhasamudayo. Katamo ca, bhikkhave, dukkhanirodho? Yo tassāyeva taṇhāya asesavirāganirodho cāgo paṭinissaggo mutti anālayo – ayaṃ vuccati, bhikkhave, dukkhanirodho. Katamā ca, bhikkhave, dukkhanirodhagāminī paṭipadā? Ayameva ariyo aṭṭhaṅgiko maggo. Seyyathidaṃ – sammādiṭṭhi…pe… sammāsamādhi. Ayaṃ vuccati, bhikkhave, dukkhanirodhagāminī paṭipadā’’ti. Dutiyaṃ. 104. В Саваттхи. «Монахи, я преподам вам страдание, возникновение страдания, прекращение страдания и путь, ведущий к прекращению страдания. Слушайте это. И что такое, монахи, страдание? Следует сказать: пять совокупностей цепляния. Какие пять? А именно: совокупность цепляния к форме... [и так далее]... совокупность цепляния к сознанию. Это, монахи, называется страданием. И что такое, монахи, возникновение страдания? Это жажда, ведущая к новому существованию... [и так далее]... жажда чувственных удовольствий, жажда существования, жажда несуществования. Это, монахи, называется возникновением страдания. И что такое, монахи, прекращение страдания? Это полное угасание и прекращение той самой жажды без остатка, отказ от неё, отречение, освобождение от неё, отсутствие привязанности к ней. Это, монахи, называется прекращением страдания. И что такое, монахи, путь, ведущий к прекращению страдания? Это сам благородный восьмеричный путь, а именно: правильное воззрение... [и так далее]... правильное сосредоточение. Это, монахи, называется путем, ведущим к прекращению страдания». (Второе). 3. Sakkāyasuttaṃ 3. Саккая-сутта (Сутта о самоотождествлении) 105. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Sakkāyañca vo, bhikkhave, desessāmi sakkāyasamudayañca sakkāyanirodhañca sakkāyanirodhagāminiñca paṭipadaṃ. Taṃ suṇātha. Katamo ca, bhikkhave, sakkāyo? Pañcupādānakkhandhātissa vacanīyaṃ. Katame pañca? Seyyathidaṃ – rūpupādānakkhandho, vedanupādānakkhandho, saññupādānakkhandho, saṅkhārupādānakkhandho, viññāṇupādānakkhandho. Ayaṃ vuccati, bhikkhave, sakkāyo. Katamo ca, bhikkhave, sakkāyasamudayo? Yāyaṃ taṇhā ponobhavikā…pe… kāmataṇhā, bhavataṇhā, vibhavataṇhā – ayaṃ vuccati, bhikkhave, sakkāyasamudayo. Katamo ca, bhikkhave, sakkāyanirodho? Yo tassāyeva taṇhāya…pe… ayaṃ vuccati[Pg.130], bhikkhave, sakkāyanirodho. Katamā ca, bhikkhave, sakkāyanirodhagāminī paṭipadā? Ayameva ariyo aṭṭhaṅgiko maggo. Seyyathidaṃ – sammādiṭṭhi…pe… sammāsamādhi. Ayaṃ vuccati, bhikkhave, sakkāyanirodhagāminī paṭipadā’’ti. Tatiyaṃ. 105. В Саваттхи. «Монахи, я преподам вам самоотождествление (саккая), возникновение самоотождествления, прекращение самоотождествления и путь, ведущий к прекращению самоотождествления. Слушайте это. И что такое, монахи, самоотождествление? Следует сказать: пять совокупностей цепляния. Какие пять? А именно: совокупность цепляния к форме, совокупность цепляния к чувству, совокупность цепляния к восприятию, совокупность цепляния к волевым формациям, совокупность цепляния к сознанию. Это, монахи, называется самоотождествлением. И что такое, монахи, возникновение самоотождествления? Это жажда, ведущая к новому существованию... [и так далее]... жажда чувственных удовольствий, жажда существования, жажда несуществования. Это, монахи, называется возникновением самоотождествления. И что такое, монахи, прекращение самоотождествления? Это полное угасание той самой жажды... [и так далее]... Это, монахи, называется прекращением самоотождествления. И что такое, монахи, путь, ведущий к прекращению самоотождествления? Это сам благородный восьмеричный путь, а именно: правильное воззрение... [и так далее]... правильное сосредоточение. Это, монахи, называется путем, ведущим к прекращению самоотождествления». (Третье). 4. Pariññeyyasuttaṃ 4. Париньейя-сутта (Сутта о том, что должно быть полностью познано) 106. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Pariññeyye ca, bhikkhave, dhamme desessāmi pariññañca pariññātāviñca puggalaṃ. Taṃ suṇātha. Katame ca, bhikkhave, pariññeyyā dhammā? Rūpaṃ, bhikkhave, pariññeyyo dhammo. Vedanā…pe… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ pariññeyyo dhammo. Ime vuccanti, bhikkhave, pariññeyyā dhammā. Katamā ca, bhikkhave, pariññā? Rāgakkhayo, dosakkhayo, mohakkhayo – ayaṃ vuccati, bhikkhave, pariññā. Katamo ca, bhikkhave, pariññātāvī puggalo? Arahātissa vacanīyaṃ. Yvāyaṃ āyasmā evaṃnāmo evaṃgotto – ayaṃ vuccati, bhikkhave, pariññātāvī puggalo’’ti. Catutthaṃ. 106. В Саваттхи. «Монахи, я преподам вам вещи, подлежащие полному познанию, само полное познание и человека, полностью познавшего их. Слушайте же это... И какие, монахи, вещи подлежат полному познанию? Форма, монахи, — это вещь, подлежащая полному познанию. Чувство... восприятие... волевые формирования... сознание — это вещь, подлежащая полному познанию. Это, монахи, называется вещами, подлежащими полному познанию. И что, монахи, есть полное познание? Уничтожение страсти, уничтожение ненависти, уничтожение заблуждения — это, монахи, называется полным познанием. И кто, монахи, есть человек, полностью познавший их? Следует ответить: арахант — тот почтенный такого-то имени и такого-то рода. Это, монахи, называется человеком, полностью познавшим их». Четвёртая. 5. Samaṇasuttaṃ 5. Сутта о саманах 107. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Pañcime, bhikkhave, upādānakkhandhā. Katame pañca? Seyyathidaṃ – rūpupādānakkhandho…pe… viññāṇupādānakkhandho. Ye hi keci, bhikkhave, samaṇā vā brāhmaṇā vā imesaṃ pañcannaṃ upādānakkhandhānaṃ assādañca ādīnavañca nissaraṇañca yathābhūtaṃ nappajānanti…pe… pajānanti, sayaṃ abhiññā sacchikatvā upasampajja viharantī’’ti. Pañcamaṃ. 107. В Саваттхи. «Монахи, есть эти пять совокупностей цепляния. Какие пять? А именно: совокупность цепляния к форме... совокупность цепляния к сознанию. Монахи, те саманы или брахманы, которые не понимают, как они есть на самом деле, удовлетворение, опасность и освобождение в отношении этих пяти совокупностей цепляния... [и те, кто] понимают, сами благодаря прямому знанию постигнув это, в этой самой жизни входят и пребывают в этом». Пятая. 6. Dutiyasamaṇasuttaṃ 6. Вторая сутта о саманах 108. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Pañcime, bhikkhave, upādānakkhandhā. Katame pañca? Seyyathidaṃ – rūpupādānakkhandho, vedanupādānakkhandho, saññupādānakkhandho, saṅkhārupādānakkhandho, viññāṇupādānakkhandho. Ye hi keci, bhikkhave, samaṇā vā brāhmaṇā vā imesaṃ pañcannaṃ upādānakkhandhānaṃ samudayañca atthaṅgamañca assādañca ādīnavañca nissaraṇañca yathābhūtaṃ nappajānanti…pe… pajānanti, sayaṃ abhiññā sacchikatvā upasampajja viharantī’’ti. Chaṭṭhaṃ. 108. В Саваттхи. «Монахи, есть эти пять совокупностей цепляния. Какие пять? А именно: совокупность цепляния к форме, совокупность цепляния к чувству, совокупность цепляния к восприятию, совокупность цепляния к волевым формированиям, совокупность цепляния к сознанию. Монахи, те саманы или брахманы, которые не понимают, как они есть на самом деле, возникновение, исчезновение, удовлетворение, опасность и освобождение в отношении этих пяти совокупностей цепляния... [и те, кто] понимают, сами благодаря прямому знанию постигнув это, в этой самой жизни входят и пребывают в этом». Шестая. 7. Sotāpannasuttaṃ 7. Сутта о вошедшем в поток 109. Sāvatthinidānaṃ[Pg.131]. ‘‘Pañcime, bhikkhave, upādānakkhandhā. Katame pañca? Seyyathidaṃ – rūpupādānakkhandho…pe… viññāṇupādānakkhandho. Yato kho, bhikkhave, ariyasāvako imesaṃ pañcannaṃ upādānakkhandhānaṃ samudayañca atthaṅgamañca assādañca ādīnavañca nissaraṇañca yathābhūtaṃ pajānāti. Ayaṃ vuccati, bhikkhave, ariyasāvako sotāpanno avinipātadhammo niyato sambodhiparāyano’’ti. Sattamaṃ. 109. В Саваттхи. «Монахи, есть эти пять совокупностей цепляния. Какие пять? А именно: совокупность цепляния к форме... совокупность цепляния к сознанию. Когда, монахи, благородный ученик понимает, как они есть на самом деле, возникновение, исчезновение, удовлетворение, опасность и освобождение в отношении этих пяти совокупностей цепляния, тогда, монахи, этот благородный ученик называется вошедшим в поток (сотапанной), не подверженным падению в низшие миры, утвердившимся в своей судьбе, устремлённым к пробуждению». Седьмая. 8. Arahantasuttaṃ 8. Сутта об араханте 110. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Pañcime, bhikkhave, upādānakkhandhā. Katame pañca? Seyyathidaṃ – rūpupādānakkhandho…pe… viññāṇupādānakkhandho. Yato kho, bhikkhave, bhikkhu imesaṃ pañcannaṃ upādānakkhandhānaṃ samudayañca atthaṅgamañca assādañca ādīnavañca nissaraṇañca yathābhūtaṃ viditvā anupādāvimutto hoti. Ayaṃ vuccati, bhikkhave, bhikkhu arahaṃ khīṇāsavo vusitavā katakaraṇīyo ohitabhāro anuppattasadattho parikkhīṇabhavasaṃyojano sammadaññāvimutto’’ti. Aṭṭhamaṃ. 110. В Саваттхи. «Монахи, есть эти пять совокупностей цепляния. Какие пять? А именно: совокупность цепляния к форме... совокупность цепляния к сознанию. Когда, монахи, познав, как они есть на самом деле, возникновение, исчезновение, удовлетворение, опасность и освобождение в отношении этих пяти совокупностей цепляния, монах освобождается благодаря отсутствию цепляния, тогда, монахи, этот монах называется арахантом, тем, чьи влечения уничтожены, кто прожил святую жизнь, сделал то, что должно было быть сделано, сбросил бремя, достиг своей цели, полностью уничтожил оковы существования, полностью освободился благодаря высшему знанию». Восьмая. 9. Chandappahānasuttaṃ 9. Сутта об оставлении желания 111. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Rūpe, bhikkhave, yo chando yo rāgo yā nandī yā taṇhā, taṃ pajahatha. Evaṃ taṃ rūpaṃ pahīnaṃ bhavissati ucchinnamūlaṃ tālāvatthukataṃ anabhāvaṃkataṃ āyatiṃ anuppādadhammaṃ. Vedanāya…pe… saññāya… saṅkhāresu… viññāṇe yo chando yo rāgo yā nandī yā taṇhā, taṃ pajahatha. Evaṃ taṃ viññāṇaṃ pahīnaṃ bhavissati ucchinnamūlaṃ tālāvatthukataṃ anabhāvaṃkataṃ āyatiṃ anuppādadhamma’’nti. Navamaṃ. 111. В Саваттхи. «Монахи, какое бы ни было желание к форме, какая бы ни была страсть, восторг, жажда — оставьте это. Так эта форма будет оставлена, вырвана с корнем, уподоблена обрубку пальмы, уничтожена так, что больше не возникнет в будущем. К чувству... к восприятию... к волевым формированиям... к сознанию: какое бы ни было желание, какая бы ни была страсть, восторг, жажда — оставьте это. Так это сознание будет оставлено, вырвано с корнем, уподоблено обрубку пальмы, уничтожено так, что больше не возникнет в будущем». Девятая. 10. Dutiyachandappahānasuttaṃ 10. Вторая сутта об оставлении желания 112. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Rūpe, bhikkhave, yo chando yo rāgo yā nandī yā taṇhā ye upayupādānā cetaso adhiṭṭhānābhinivesānusayā, te pajahatha. Evaṃ taṃ rūpaṃ pahīnaṃ bhavissati ucchinnamūlaṃ…pe… vedanāya… saññāya… saṅkhāresu yo chando…pe… evaṃ te saṅkhārā pahīnā bhavissanti ucchinnamūlā tālāvatthukatā anabhāvaṃkatā āyatiṃ [Pg.132] anuppādadhammā. Viññāṇe yo chando yo rāgo yā nandī yā taṇhā ye upayupādānā cetaso adhiṭṭhānābhinivesānusayā, te pajahatha. Evaṃ taṃ viññāṇaṃ pahīnaṃ bhavissati ucchinnamūlaṃ tālāvatthukataṃ anabhāvaṃkataṃ āyatiṃ anuppādadhamma’’nti. Dasamaṃ. 112. В Саваттхи. «Монахи, какое бы ни было желание к форме, какая бы ни была страсть, восторг, жажда, какие бы ни были привязанности и цепляния, ментальные установки, убеждения и скрытые склонности — оставьте их. Так эта форма будет оставлена, вырвана с корнем... к чувству... к восприятию... к волевым формированиям: какое бы ни было желание... так эти волевые формирования будут оставлены, вырваны с корнем, уподоблены обрубку пальмы, уничтожены так, что больше не возникнут в будущем. К сознанию: какое бы ни было желание, какая бы ни была страсть, восторг, жажда, какие бы ни были привязанности и цепляния, ментальные установки, убеждения и скрытые склонности — оставьте их. Так это сознание будет оставлено, вырвано с корнем, уподоблено обрубку пальмы, уничтожено так, что больше не возникнет в будущем». Десятая. Antavaggo ekādasamo. Глава о пределе — одиннадцатая. Tassuddānaṃ – Содержание этой главы: Anto dukkhañca sakkāyo, pariññeyyā samaṇā duve; Sotāpanno arahā ca, duve ca chandappahānāti. «Предел», «Страдание» и «Личность», «Подлежащие полному познанию», две сутты «О саманах»; «Вошедший в поток» и «Арахант», и две сутты «Об оставлении желания». 12. Dhammakathikavaggo 12. Глава о проповеднике Дхаммы 1. Avijjāsuttaṃ 1. Сутта о невежестве 113. Sāvatthinidānaṃ. Atha kho aññataro bhikkhu yena bhagavā tenupasaṅkami…pe… ekamantaṃ nisinno kho so bhikkhu bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘‘avijjā avijjā’ti, bhante, vuccati. Katamā nu kho, bhante, avijjā, kittāvatā ca avijjāgato hotī’’ti? ‘‘Idha, bhikkhu, assutavā puthujjano rūpaṃ nappajānāti, rūpasamudayaṃ nappajānāti, rūpanirodhaṃ nappajānāti, rūpanirodhagāminiṃ paṭipadaṃ nappajānāti; vedanaṃ nappajānāti… saññaṃ… saṅkhāre nappajānāti…pe… viññāṇanirodhagāminiṃ paṭipadaṃ nappajānāti. Ayaṃ vuccati, bhikkhu, avijjā. Ettāvatā ca avijjāgato hotī’’ti. Paṭhamaṃ. 113. В Саваттхи. Тогда некий монах подошёл к Благословенному... сев рядом, этот монах обратился к Благословенному с такими словами: «Почтенный господин, говорят: „невежество, невежество“. Что же такое, почтенный господин, невежество, и в какой мере человек пребывает в невежестве?» «Здесь, монах, необразованный обыватель не понимает форму, её возникновение, её прекращение и путь, ведущий к её прекращению. Он не понимает чувство... восприятие... волевые формирования... [и так далее]... путь, ведущий к прекращению сознания. Это, монах, называется невежеством, и в такой мере человек пребывает в невежестве». Первая. 2. Vijjāsuttaṃ 2. Сутта об истинном знании 114. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinno kho so bhikkhu bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘‘vijjā vijjā’ti, bhante, vuccati. Katamā nu kho, bhante, vijjā, kittāvatā ca vijjāgato hotī’’ti? ‘‘Idha, bhikkhu, sutavā ariyasāvako rūpaṃ pajānāti, rūpasamudayaṃ pajānāti, rūpanirodhaṃ pajānāti, rūpanirodhagāminiṃ paṭipadaṃ pajānāti. Vedanaṃ… saññaṃ… saṅkhāre pajānāti…pe… viññāṇanirodhagāminiṃ paṭipadaṃ pajānāti. Ayaṃ vuccati, bhikkhu, vijjā. Ettāvatā ca vijjāgato hotī’’ti. Dutiyaṃ. 114. В Саваттхи. Сев рядом, этот монах обратился к Благословенному с такими словами: «Почтенный господин, говорят: „истинное знание, истинное знание“. Что же такое, почтенный господин, истинное знание, и в какой мере человек обладает истинным знанием?» «Здесь, монах, образованный благородный ученик понимает форму, её возникновение, её прекращение и путь, ведущий к её прекращению. Он понимает чувство... восприятие... волевые формирования... [и так далее]... путь, ведущий к прекращению сознания. Это, монах, называется истинным знанием, и в такой мере человек обладает истинным знанием». Вторая. 3. Dhammakathikasuttaṃ 3. Сутта о проповеднике Дхаммы 115. Sāvatthinidānaṃ[Pg.133]. Ekamantaṃ nisinno kho so bhikkhu bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘‘dhammakathiko dhammakathiko’ti, bhante, vuccati. Kittāvatā nu kho, bhante, dhammakathiko hotī’’ti? ‘‘Rūpassa ce, bhikkhu, nibbidāya virāgāya nirodhāya dhammaṃ deseti ‘dhammakathiko bhikkhū’ti alaṃ vacanāya. Rūpassa ce, bhikkhu, nibbidāya virāgāya nirodhāya paṭipanno hoti, ‘dhammānudhammappaṭipanno bhikkhū’ti alaṃ vacanāya. Rūpassa ce, bhikkhu, nibbidā virāgā nirodhā anupādāvimutto hoti, ‘diṭṭhadhammanibbānappatto bhikkhū’ti alaṃ vacanāya. Vedanāya ce, bhikkhu…pe… saññāya ce, bhikkhu… saṅkhārānaṃ ce, bhikkhu… viññāṇassa ce, bhikkhu, nibbidāya virāgāya nirodhāya dhammaṃ deseti, ‘dhammakathiko bhikkhū’ti alaṃ vacanāya. Viññāṇassa ce, bhikkhu, nibbidāya virāgāya nirodhāya paṭipanno hoti, ‘dhammānudhammappaṭipanno bhikkhū’ti alaṃ vacanāya. Viññāṇassa ce, bhikkhu, nibbidā virāgā nirodhā anupādāvimutto hoti, ‘diṭṭhadhammanibbānappatto bhikkhū’ti alaṃ vacanāyā’’ti. Tatiyaṃ. 115. В Саваттхи. Сев рядом, этот монах обратился к Благословенному с такими словами: «Почтенный господин, говорят: „проповедник Дхаммы, проповедник Дхаммы“. В какой мере, почтенный господин, человек является проповедником Дхаммы?» «Монах, если кто-то проповедует Дхамму ради разочарования в форме, ради угасания страсти к ней и её прекращения, то его по праву можно назвать „монахом, проповедующим Дхамму“. Если кто-то практикует ради разочарования в форме, ради угасания страсти к ней и её прекращения, то его по праву можно назвать „монахом, практикующим в согласии с Дхаммой“. Если благодаря разочарованию в форме, угасанию страсти к ней и её прекращению кто-то освобождается без цепляния, то его по праву можно назвать „монахом, достигшим Ниббаны в этой самой жизни“. Монах, если кто-то проповедует Дхамму ради разочарования в чувстве... восприятии... волевых формированиях... сознании, ради угасания страсти к нему и его прекращения, то его по праву можно назвать „монахом, проповедующим Дхамму“. Если кто-то практикует ради разочарования в сознании, ради угасания страсти к нему и его прекращения, то его по праву можно назвать „монахом, практикующим в согласии с Дхаммой“. Если благодаря разочарованию в сознании, угасанию страсти к нему и его прекращению кто-то освобождается без цепляния, то его по праву можно назвать „монахом, достигшим Ниббаны в этой самой жизни“». Третья. 4. Dutiyadhammakathikasuttaṃ 4. Вторая сутта о проповеднике Дхаммы 116. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinno kho so bhikkhu bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘‘dhammakathiko dhammakathiko’ti, bhante, vuccati. Kittāvatā nu kho, bhante, dhammakathiko hoti, kittāvatā dhammānudhammappaṭipanno hoti, kittāvatā diṭṭhadhammanibbānappatto hotī’’ti? ‘‘Rūpassa ce, bhikkhu, nibbidāya virāgāya nirodhāya dhammaṃ deseti, ‘dhammakathiko bhikkhū’ti alaṃ vacanāya. Rūpassa ce, bhikkhu, nibbidāya virāgāya nirodhāya paṭipanno hoti, ‘dhammānudhammappaṭipanno bhikkhū’ti alaṃ vacanāya. Rūpassa ce, bhikkhu, nibbidā virāgā nirodhā anupādāvimutto hoti, ‘diṭṭhadhammanibbānappatto bhikkhū’ti alaṃ vacanāya. Vedanāya ce, bhikkhu…pe… saññāya ce, bhikkhu… saṅkhārānaṃ ce, bhikkhu… viññāṇassa ce, bhikkhu, nibbidāya virāgāya nirodhāya dhammaṃ deseti, ‘dhammakathiko bhikkhū’ti alaṃ vacanāya. Viññāṇassa ce, bhikkhu, nibbidāya virāgāya nirodhāya paṭipanno hoti, ‘dhammānudhammappaṭipanno bhikkhū’ti alaṃ vacanāya. Viññāṇassa ce, bhikkhu, nibbidā virāgā [Pg.134] nirodhā anupādāvimutto hoti, ‘diṭṭhadhammanibbānappatto bhikkhū’ti alaṃ vacanāyā’’ti. Catutthaṃ. 116. В Саваттхи. Сев рядом, этот монах обратился к Благословенному с такими словами: «Почтенный господин, говорят: „проповедник Дхаммы, проповедник Дхаммы“. В какой мере, почтенный господин, человек является проповедником Дхаммы? В какой мере он практикует в согласии с Дхаммой? В какой мере он достигает Ниббаны в этой самой жизни?» «Монах, если кто-то проповедует Дхамму ради разочарования в форме, ради угасания страсти к ней и её прекращения, то его по праву можно назвать „монахом, проповедующим Дхамму“. Если кто-то практикует ради разочарования в форме, ради угасания страсти к ней и её прекращения, то его по праву можно назвать „монахом, практикующим в согласии с Дхаммой“. Если благодаря разочарованию в форме, угасанию страсти к ней и её прекращению кто-то освобождается без цепляния, то его по праву можно назвать „монахом, достигшим Ниббаны в этой самой жизни“. Монах, если кто-то проповедует Дхамму ради разочарования в чувстве... восприятии... волевых формированиях... сознании, ради угасания страсти к нему и его прекращения, то его по праву можно назвать „монахом, проповедующим Дхамму“. Если кто-то практикует ради разочарования в сознании, ради угасания страсти к нему и его прекращения, то его по праву можно назвать „монахом, практикующим в согласии с Дхаммой“. Если благодаря разочарованию в сознании, угасанию страсти к нему и его прекращению кто-то освобождается без цепляния, то его по праву можно назвать „монахом, достигшим Ниббаны в этой самой жизни“». Четвёртая. 5. Bandhanasuttaṃ 5. Сутта об оковах 117. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Idha bhikkhave assutavā puthujjano ariyānaṃ adassāvī…pe… sappurisadhamme avinīto rūpaṃ attato samanupassati, rūpavantaṃ vā attānaṃ; attani vā rūpaṃ, rūpasmiṃ vā attānaṃ. Ayaṃ vuccati, bhikkhave, assutavā puthujjano rūpabandhanabaddho santarabāhirabandhanabaddho atīradassī apāradassī, baddho jīyati baddho mīyati baddho asmā lokā paraṃ lokaṃ gacchati. Vedanaṃ attato samanupassati…pe… vedanāya vā attānaṃ. Ayaṃ vuccati, bhikkhave, assutavā puthujjano vedanābandhanabaddho santarabāhirabandhanabaddho atīradassī apāradassī, baddho jīyati baddho mīyati baddho asmā lokā paraṃ lokaṃ gacchati. Saññaṃ… saṅkhāre… viññāṇaṃ attato samanupassati…pe… ayaṃ vuccati, bhikkhave, assutavā puthujjano viññāṇabandhanabaddho santarabāhirabandhanabaddho atīradassī apāradassī, baddho jīyati baddho mīyati baddho asmā lokā paraṃ lokaṃ gacchati’’. 117. В Саваттхи. «Здесь, монахи, необразованный обыватель, не видящий благородных... не обученный учению достойных мужей, рассматривает форму как себя, или себя как обладающего формой, или форму в себе, или себя в форме. Это, монахи, называется необразованным обывателем, который связан оковами формы, связан внутренними и внешними оковами, не видит ближнего берега и дальнего берега, стареет в оковах, умирает в оковах, в оковах переходит из этого мира в иной мир. Он рассматривает чувство как себя... или себя в чувстве. Это, монахи, называется необразованным обывателем, который связан оковами чувства, связан внутренними и внешними оковами, не видит ближнего берега и дальнего берега, стареет в оковах, умирает в оковах, в оковах переходит из этого мира в иной мир. Он рассматривает восприятие... волевые формирования... сознание как себя... Это, монахи, называется необразованным обывателем, который связан оковами сознания, связан внутренними и внешними оковами, не видит ближнего берега и дальнего берега, стареет в оковах, умирает в оковах, в оковах переходит из этого мира в иной мир». ‘‘Sutavā ca kho, bhikkhave, ariyasāvako ariyānaṃ dassāvī…pe… sappurisadhamme suvinīto na rūpaṃ attato samanupassati, na rūpavantaṃ vā attānaṃ; na attani vā rūpaṃ, na rūpasmiṃ vā attānaṃ. Ayaṃ vuccati, bhikkhave, sutavā ariyasāvako na rūpabandhanabaddho, na santarabāhirabandhanabaddho, tīradassī, pāradassī; ‘parimutto so dukkhasmā’ti vadāmi. Na vedanaṃ attato…pe… na saññaṃ attato…pe… na saṅkhāre attato…pe… na viññāṇaṃ attato samanupassati…pe… ayaṃ vuccati, bhikkhave, sutavā ariyasāvako na viññāṇabandhanabaddho, na santarabāhirabandhanabaddho, tīradassī, pāradassī, ‘parimutto so dukkhasmā’ti vadāmī’’ti. Pañcamaṃ. «Но, монахи, образованный благородный ученик, видящий благородных... хорошо обученный учению достойных мужей, не рассматривает форму как себя, или себя как обладающего формой, или форму в себе, или себя в форме. Это, монахи, называется образованным благородным учеником, который не связан оковами формы, не связан внутренними и внешними оковами, видит ближний берег и дальний берег. Я говорю: „Он освободился от страдания“. Он не рассматривает чувство как себя... восприятие как себя... волевые формирования как себя... сознание как себя... Это, монахи, называется образованным благородным учеником, который не связан оковами сознания, не связан внутренними и внешними оковами, видит ближний берег и дальний берег. Я говорю: „Он освободился от страдания“». Пятая. 6. Paripucchitasuttaṃ 6. Сутта о расспрашивании 118. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Taṃ kiṃ maññatha, bhikkhave, rūpaṃ ‘etaṃ mama, esohamasmi, eso me attā’ti samanupassathā’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Sādhu, bhikkhave! Rūpaṃ, bhikkhave, ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’ti evametaṃ [Pg.135] yathābhūtaṃ sammappaññāya daṭṭhabbaṃ. ‘‘Vedanaṃ… saññaṃ… saṅkhāre… viññāṇaṃ ‘etaṃ mama, esohamasmi, eso me attā’ti samanupassathā’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Sādhu, bhikkhave! Viññāṇaṃ, bhikkhave, ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’ti evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya daṭṭhabbaṃ…pe… evaṃ passaṃ…pe… kataṃ karaṇīyaṃ, nāparaṃ itthattāyāti pajānātīti. Chaṭṭhaṃ. 118. В Саваттхи. «Как вы думаете, монахи, рассматриваете ли вы форму так: „Это моё, это я, это моё «я»“?» — «Нет, господин». — «Хорошо, монахи! Форму, монахи, следует видеть в соответствии с действительностью с помощью правильной мудрости так: „Это не моё, это не я, это не моё «я»“. — «Рассматриваете ли вы чувство… восприятие… волевые формации… сознание так: „Это моё, это я, это моё «я»“?» — «Нет, господин». — «Хорошо, монахи! Сознание, монахи, следует видеть в соответствии с действительностью с помощью правильной мудрости так: „Это не моё, это не я, это не моё «я»“… [и т. д.]… Видя так… он понимает: „…нет ничего более для этого состояния бытия“». Шестая. 7. Dutiyaparipucchitasuttaṃ 7. Вторая сутта о расспрашивании 119. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Taṃ kiṃ maññatha, bhikkhave, rūpaṃ ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’ti samanupassathā’’ti? ‘‘Evaṃ, bhante’’. ‘‘Sādhu bhikkhave! Rūpaṃ, bhikkhave, ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’ti evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya daṭṭhabbaṃ. Vedanaṃ… saññaṃ… saṅkhāre… viññāṇaṃ ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’ti samanupassathā’’ti? ‘‘Evaṃ, bhante’’. ‘‘Sādhu bhikkhave! Viññāṇaṃ, bhikkhave, ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’ti evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya daṭṭhabbaṃ…pe… evaṃ…pe… nāparaṃ itthattāyāti pajānātī’’ti. Sattamaṃ. 119. В Саваттхи. «Как вы думаете, монахи, рассматриваете ли вы форму так: „Это не моё, это не я, это не моё «я»“?» — «Да, господин». — «Хорошо, монахи! Форму, монахи, следует видеть в соответствии с действительностью с помощью правильной мудрости так: „Это не моё, это не я, это не моё «я»“. — «Рассматриваете ли вы чувство… восприятие… волевые формации… сознание так: „Это не моё, это не я, это не моё «я»“?» — «Да, господин». — «Хорошо, монахи! Сознание, монахи, следует видеть в соответствии с действительностью с помощью правильной мудрости так: „Это не моё, это не я, это не моё «я»“… [и т. д.]… Видя так… он понимает: „…нет ничего более для этого состояния бытия“». Седьмая. 8. Saṃyojaniyasuttaṃ 8. Сутта об оковах 120. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Saṃyojaniye ca, bhikkhave, dhamme desessāmī saṃyojanañca. Taṃ suṇātha. Katame ca, bhikkhave, saṃyojaniyā dhammā, katamaṃ saṃyojanaṃ? Rūpaṃ, bhikkhave, saṃyojaniyo dhammo; yo tattha chandarāgo, taṃ tattha saṃyojanaṃ. Vedanā…pe… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ saṃyojaniyo dhammo; yo tattha chandarāgo, taṃ tattha saṃyojanaṃ. Ime vuccanti, bhikkhave, saṃyojaniyā dhammā, idaṃ saṃyojana’’nti. Aṭṭhamaṃ. 120. В Саваттхи. «Монахи, я преподам вам вещи, ведущие к оковам, и сами оковы. Слушайте это… И какие, монахи, вещи ведут к оковам, и что такое оковы? Форма, монахи, — это вещь, ведущая к оковам; желание и страсть к ней — это оковы в отношении неё. Чувство… восприятие… волевые формации… сознание — это вещь, ведущая к оковам; желание и страсть к нему — это оковы в отношении него. Это, монахи, называется вещами, ведущими к оковам, а это — оковами». Восьмая. 9. Upādāniyasuttaṃ 9. Сутта об объектах цепляния 121. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Upādāniye ca, bhikkhave, dhamme desessāmi upādānañca. Taṃ suṇātha. Katame ca, bhikkhave, upādāniyā dhammā, katamaṃ upādānaṃ? Rūpaṃ, bhikkhave, upādāniyo dhammo, yo tattha chandarāgo, taṃ tattha upādānaṃ. Vedanā…pe… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ upādāniyo dhammo; yo tattha chandarāgo, taṃ tattha upādānaṃ. Ime vuccanti, bhikkhave, upādāniyā dhammā, idaṃ upādāna’’nti. Navamaṃ. 121. В Саваттхи. «Монахи, я преподам вам вещи, ведущие к цеплянию, и само цепляние. Слушайте это… И какие, монахи, вещи ведут к цеплянию, и что такое цепляние? Форма, монахи, — это вещь, ведущая к цеплянию; желание и страсть к ней — это цепляние в отношении неё. Чувство… восприятие… волевые формации… сознание — это вещь, ведущая к цеплянию; желание и страсть к нему — это цепляние в отношении него. Это, монахи, называется вещами, ведущими к цеплянию, а это — цеплянием». Девятая. 10. Sīlavantasuttaṃ 10. Сутта о добродетельном 122. Ekaṃ [Pg.136] samayaṃ āyasmā ca sāriputto āyasmā ca mahākoṭṭhiko bārāṇasiyaṃ viharanti isipatane migadāye. Atha kho āyasmā mahākoṭṭhiko sāyanhasamayaṃ paṭisallānā vuṭṭhito yenāyasmā sāriputto tenupasaṅkami…pe… etadavoca – ‘‘sīlavatāvuso, sāriputta, bhikkhunā katame dhammā yoniso manasikātabbā’’ti? ‘‘Sīlavatāvuso, koṭṭhika, bhikkhunā pañcupādānakkhandhā aniccato dukkhato rogato gaṇḍato sallato aghato ābādhato parato palokato suññato anattato yoniso manasi kātabbā. Katame pañca? Seyyathidaṃ – rūpupādānakkhandho, vedanupādānakkhandho, saññupādānakkhandho, saṅkhārupādānakkhandho, viññāṇupādānakkhandho. Sīlavatāvuso, koṭṭhika, bhikkhunā ime pañcupādānakkhandhā aniccato dukkhato rogato gaṇḍato sallato aghato ābādhato parato palokato suññato anattato yoniso manasi kātabbā. Ṭhānaṃ kho panetaṃ, āvuso, vijjati yaṃ sīlavā bhikkhu ime pañcupādānakkhandhe aniccato…pe… anattato yoniso manasi karonto sotāpattiphalaṃ sacchikareyyā’’ti. 122. «Однажды достопочтенный Сарипутта и достопочтенный Махакоттхита пребывали в Баранаси, в Оленьем парке в Исипатане. Тогда вечером достопочтенный Махакоттхита, выйдя из уединения, подошёл к достопочтенному Сарипутте… [и т. д.]… и сказал ему: „Друг Сарипутта, на какие вещи должен добродетельный монах надлежащим образом направлять внимание?“ — „Друг Коттхита, добродетельный монах должен надлежащим образом направлять внимание на пять совокупностей цепляния как на непостоянные, как на страдательные, как на болезнь, как на нарыв, как на стрелу, как на бедствие, как на недуг, как на чуждое, как на разрушающееся, как на пустое, как на не-я. Какие пять? А именно: совокупность цепляния формы, совокупность цепляния чувства, совокупность цепляния восприятия, совокупность цепляния волевых формаций, совокупность цепляния сознания. Друг Коттхита, добродетельный монах должен надлежащим образом направлять внимание на эти пять совокупностей цепляния как на непостоянные, как на страдательные, как на болезнь, как на нарыв, как на стрелу, как на бедствие, как на недуг, как на чуждое, как на разрушающееся, как на пустое, как на не-я. Вполне возможно, друг, что добродетельный монах, надлежащим образом направляя внимание на эти пять совокупностей цепляния как на непостоянные… [и т. д.]… как на не-я, может реализовать плод вхождения в поток“». ‘‘Sotāpannena panāvuso sāriputta, bhikkhunā katame dhammā yoniso manasi kātabbā’’ti? ‘‘Sotāpannenapi kho, āvuso koṭṭhika, bhikkhunā ime pañcupādānakkhandhā aniccato…pe… anattato yoniso manasi kātabbā. Ṭhānaṃ kho panetaṃ, āvuso, vijjati yaṃ sotāpanno bhikkhu ime pañcupādānakkhandhe aniccato…pe… anattato yoniso manasi karonto sakadāgāmiphalaṃ sacchikareyyā’’ti. «„Но, друг Сарипутта, на какие вещи должен надлежащим образом направлять внимание монах, вошедший в поток?“ — „Друг Коттхита, монах, вошедший в поток, также должен надлежащим образом направлять внимание на эти пять совокупностей цепляния как на непостоянные… [и т. д.]… как на не-я. Вполне возможно, друг, что монах, вошедший в поток, надлежащим образом направляя внимание на эти пять совокупностей цепляния как на непостоянные… [и т. д.]… как на не-я, может реализовать плод единожды-возвращения“». ‘‘Sakadāgāminā panāvuso sāriputta, bhikkhunā katame dhammā yoniso manasi kātabbā’’ti? ‘‘Sakadāgāmināpi kho, āvuso koṭṭhika, bhikkhunā ime pañcupādānakkhandhā aniccato…pe… anattato yoniso manasi kātabbā. Ṭhānaṃ kho panetaṃ, āvuso, vijjati yaṃ sakadāgāmī bhikkhu ime pañcupādānakkhandhe aniccato…pe… anattato yoniso manasi karonto anāgāmiphalaṃ sacchikareyyā’’ti. «„Но, друг Сарипутта, на какие вещи должен надлежащим образом направлять внимание монах, единожды-возвращающийся?“ — „Друг Коттхита, монах, единожды-возвращающийся, также должен надлежащим образом направлять внимание на эти пять совокупностей цепляния как на непостоянные… [и т. д.]… как на не-я. Вполне возможно, друг, что монах, единожды-возвращающийся, надлежащим образом направляя внимание на эти пять совокупностей цепляния как на непостоянные… [и т. д.]… как на не-я, может реализовать плод невозвращения“». ‘‘Anāgāminā [Pg.137] panāvuso sāriputta, bhikkhunā katame dhammā yoniso manasi kātabbā’’ti? ‘‘Anāgāmināpi kho, āvuso koṭṭhika, bhikkhunā ime pañcupādānakkhandhā aniccato…pe… anattato yoniso manasi kātabbā. Ṭhānaṃ kho panetaṃ, āvuso, vijjati yaṃ anāgāmī bhikkhu ime pañcupādānakkhandhe aniccato…pe… anattato yoniso manasi karonto arahattaṃ sacchikareyyā’’ti. «„Но, друг Сарипутта, на какие вещи должен надлежащим образом направлять внимание монах, невозвращающийся?“ — „Друг Коттхита, монах, невозвращающийся, также должен надлежащим образом направлять внимание на эти пять совокупностей цепляния как на непостоянные… [и т. д.]… как на не-я. Вполне возможно, друг, что монах, невозвращающийся, надлежащим образом направляя внимание на эти пять совокупностей цепляния как на непостоянные… [и т. д.]… как на не-я, может реализовать плод арахантства“». ‘‘Arahatā panāvuso sāriputta, katame dhammā yoniso manasi kātabbā’’ti? ‘‘Arahatāpi kho, āvuso koṭṭhika, ime pañcupādānakkhandhe aniccato dukkhato rogato gaṇḍato sallato aghato ābādhato parato palokato suññato anattato yoniso manasi kātabbā. Natthi, khvāvuso, arahato uttari karaṇīyaṃ katassa vā paticayo; api ca ime dhammā bhāvitā bahulīkatā diṭṭhadhammasukhavihārā ceva saṃvattanti satisampajaññā cā’’ti. Dasamaṃ. «„Но, друг Сарипутта, на какие вещи должен надлежащим образом направлять внимание монах-арахант?“ — „Друг Коттхита, арахант также должен надлежащим образом направлять внимание на эти пять совокупностей цепляния как на непостоянные, как на страдательные, как на болезнь, как на нарыв, как на стрелу, как на бедствие, как на недуг, как на чуждое, как на разрушающееся, как на пустое, как на не-я. Для араханта, друг, нет ничего большего, что следовало бы сделать, и нет необходимости повторять то, что уже сделано. Однако, когда эти вещи развивают и взращивают, они ведут к приятному пребыванию в этой самой жизни, а также к осознанности и ясному пониманию“». Десятая. 11. Sutavantasuttaṃ 11. Сутта об обученном 123. Ekaṃ samayaṃ āyasmā ca sāriputto āyasmā ca mahākoṭṭhiko bārāṇasiyaṃ viharanti isipatane migadāye. Atha kho āyasmā mahākoṭṭhiko sāyanhasamayaṃ paṭisallānā vuṭṭhito yenāyasmā sāriputto tenupasaṅkami; upasaṅkamitvā…pe… etadavoca – 123. «Однажды достопочтенный Сарипутта и достопочтенный Махакоттхита пребывали в Баранаси, в Оленьем парке в Исипатане. Тогда вечером достопочтенный Махакоттхита, выйдя из уединения, подошёл к достопочтенному Сарипутте; подойдя… [и т. д.]… сказал ему следующее:» ‘‘Sutavatāvuso sāriputta, bhikkhunā katame dhammā yoniso manasi kātabbā’’ti? ‘‘Sutavatāvuso koṭṭhika, bhikkhunā pañcupādānakkhandhā aniccato…pe… anattato yoniso manasi kātabbā. Katame pañca? Seyyathidaṃ – rūpupādānakkhandho…pe… viññāṇupādānakkhandho. Sutavatāvuso koṭṭhika, bhikkhunā ime pañcupādānakkhandhā aniccato…pe… anattato yoniso manasi kātabbā. Ṭhānaṃ kho panetaṃ, āvuso, vijjati – yaṃ sutavā bhikkhu ime pañcupādānakkhandhe aniccato…pe… anattato yoniso manasi karonto sotāpattiphalaṃ sacchikareyyā’’ti. «„Друг Сарипутта, на какие вещи должен обученный монах надлежащим образом направлять внимание?“ — „Друг Коттхита, обученный монах должен надлежащим образом направлять внимание на пять совокупностей цепляния как на непостоянные… [и т. д.]… как на не-я. Какие пять? А именно: совокупность цепляния формы… [и т. д.]… совокупность цепляния сознания. Друг Коттхита, обученный монах должен надлежащим образом направлять внимание на эти пять совокупностей цепляния как на непостоянные… [и т. д.]… как на не-я. Вполне возможно, друг, что обученный монах, надлежащим образом направляя внимание на эти пять совокупностей цепляния как на непостоянные… [и т. д.]… как на не-я, может реализовать плод вхождения в поток“». ‘‘Sotāpannena panāvuso sāriputta, bhikkhunā katame dhammā yoniso manasi kātabbā’’ti? ‘‘Sotāpannenapi kho āvuso koṭṭhika[Pg.138], bhikkhunā ime pañcupādānakkhandhā aniccato…pe… anattato yoniso manasi kātabbā. Ṭhānaṃ kho panetaṃ, āvuso, vijjati – yaṃ sotāpanno bhikkhu ime pañcupādānakkhandhe aniccato…pe… anattato yoniso manasi karonto sakadāgāmiphalaṃ…pe… anāgāmiphalaṃ…pe… arahattaphalaṃ sacchikareyyā’’ti. «„Но, друг Сарипутта, на какие вещи должен надлежащим образом направлять внимание монах, вошедший в поток?“ — „Друг Коттхита, монах, вошедший в поток, также должен надлежащим образом направлять внимание на эти пять совокупностей цепляния как на непостоянные… [и т. д.]… как на не-я. Вполне возможно, друг, что монах, вошедший в поток, надлежащим образом направляя внимание на эти пять совокупностей цепляния как на непостоянные… [и т. д.]… как на не-я, может реализовать плод единожды-возвращения… [и т. д.]… плод невозвращения… [и т. д.]… плод арахантства“». ‘‘Arahatā panāvuso sāriputta, katame dhammā yoniso manasi kātabbā’’ti? ‘‘Arahatāpi khvāvuso, koṭṭhika, ime pañcupādānakkhandhā aniccato dukkhato rogato gaṇḍato sallato aghato ābādhato parato palokato suññato anattato yoniso manasi kātabbā. Natthi, khvāvuso, arahato uttari karaṇīyaṃ, katassa vā paticayo; api ca kho ime dhammā bhāvitā bahulīkatā diṭṭhadhammasukhavihārāya ceva saṃvattanti satisampajaññā cā’’ti. Ekādasamaṃ. «„Но, друг Сарипутта, на какие вещи должен надлежащим образом направлять внимание монах-арахант?“ — „Друг Коттхита, арахант также должен надлежащим образом направлять внимание на эти пять совокупностей цепляния как на непостоянные, как на страдательные, как на болезнь, как на нарыв, как на стрелу, как на бедствие, как на недуг, как на чуждое, как на разрушающееся, как на пустое, как на не-я. Для араханта, друг, нет ничего большего, что следовало бы сделать, и нет необходимости повторять то, что уже сделано. Однако, когда эти вещи развивают и взращивают, они ведут к приятному пребыванию в этой самой жизни, а также к осознанности и ясному пониманию“». Одиннадцатая. 12. Kappasuttaṃ 12. Сутта о Каппе 124. Sāvatthinidānaṃ. Atha kho āyasmā kappo yena bhagavā tenupasaṅkami…pe… ekamantaṃ nisinno kho āyasmā kappo bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘kathaṃ nu kho, bhante, jānato kathaṃ passato imasmiñca saviññāṇake kāye bahiddhā ca sabbanimittesu ahaṅkāramamaṅkāramānānusayā na hontī’’ti? 124. В Саваттхи. Тогда достопочтенный Каппа подошёл к Благословенному… [и т. д.]… Сел рядом и сказал Благословенному: «Господин, как нужно знать, как нужно видеть, чтобы в отношении этого наделённого сознанием тела и в отношении всех внешних признаков не возникало представлений о „я“, представлений о „моём“ и склонности к самомнению?» ‘‘Yaṃ kiñci, kappa, rūpaṃ atītānāgatapaccuppannaṃ ajjhattaṃ vā bahiddhā vā oḷārikaṃ vā sukhumaṃ vā hīnaṃ vā paṇītaṃ vā yaṃ dūre santike vā, sabbaṃ rūpaṃ ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’ti evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya passati. Yā kāci vedanā…pe… yā kāci saññā… ye keci saṅkhārā… yaṃ kiñci viññāṇaṃ atītānāgatapaccuppannaṃ ajjhattaṃ vā bahiddhā vā oḷārikaṃ vā sukhumaṃ vā hīnaṃ vā paṇītaṃ vā yaṃ dūre santike vā, sabbaṃ viññāṇaṃ ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’ti evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya passati. Evaṃ kho, kappa, jānato evaṃ passato imasmiñca saviññāṇake kāye bahiddhā ca sabbanimittesu ahaṅkāramamaṅkāramānānusayā na hontī’’ti. Dvādasamaṃ. «„Какую бы форму, Каппа, — прошлую, будущую или настоящую, внутреннюю или внешнюю, грубую или тонкую, низкую или превосходную, далёкую или близкую, — ни созерцал человек, он видит всю форму в соответствии с действительностью с помощью правильной мудрости так: „Это не моё, это не я, это не моё «я»“. Какое бы чувство… какое бы восприятие… какие бы волевые формации… какое бы сознание — прошлое, будущее или настоящее, внутреннее или внешнее, грубое или тонкое, низкое или превосходное, далёкое или близкое, — ни созерцал человек, он видит всё сознание в соответствии с действительностью с помощью правильной мудрости так: „Это не моё, это не я, это не моё «я»“. Именно у того, Каппа, кто так знает и так видит, в отношении этого наделённого сознанием тела и в отношении всех внешних признаков не возникает представлений о „я“, представлений о „моём“ и склонности к самомнению“». Двенадцатая. 13. Dutiyakappasuttaṃ 13. Вторая сутта о Каппе 125. Sāvatthinidānaṃ[Pg.139]. Ekamantaṃ nisinno kho āyasmā kappo bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘kathaṃ nu kho, bhante, jānato kathaṃ passato imasmiñca saviññāṇake kāye bahiddhā ca sabbanimittesu ahaṅkāramamaṅkāramānāpagataṃ mānasaṃ hoti vidhā samatikkantaṃ santaṃ suvimutta’’nti? 125. В Саваттхи. Сел рядом достопочтенный Каппа и сказал Благословенному: «Господин, как нужно знать, как нужно видеть, чтобы в отношении этого наделённого сознанием тела и в отношении всех внешних признаков ум был свободен от представлений о „я“, представлений о „моём“ и от самомнения, превзошёл все виды самомнения, стал мирным и полностью освобождённым?» ‘‘Yaṃ kiñci, kappa, rūpaṃ atītānāgatapaccuppannaṃ…pe… sabbaṃ rūpaṃ ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’ti evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya disvā anupādāvimutto hoti. Yā kāci vedanā… yā kāci saññā… ye keci saṅkhārā… yaṃ kiñci viññāṇaṃ atītānāgatapaccuppannaṃ ajjhattaṃ vā bahiddhā vā oḷārikaṃ vā sukhumaṃ vā hīnaṃ vā paṇītaṃ vā yaṃ dūre santike vā, sabbaṃ viññāṇaṃ ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’ti evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya disvā anupādāvimutto hoti. Evaṃ kho, kappa, jānato evaṃ passato imasmiñca saviññāṇake kāye bahiddhā ca sabbanimittesu ahaṅkāramamaṅkāramānāpagataṃ mānasaṃ hoti vidhā samatikkantaṃ santaṃ suvimutta’’nti. Terasamaṃ. «„Какую бы форму, Каппа, — прошлую, будущую или настоящую… [и т. д.]… ни созерцал человек, он видит всю форму в соответствии с действительностью с помощью правильной мудрости так: „Это не моё, это не я, это не моё «я»“, и благодаря отсутствию цепляния освобождается. Какое бы чувство… какое бы восприятие… какие бы волевые формации… какое бы сознание — прошлое, будущее или настоящее, внутреннее или внешнее, грубое или тонкое, низкое или превосходное, далёкое или близкое, — ни созерцал человек, он видит всё сознание в соответствии с действительностью с помощью правильной мудрости так: „Это не моё, это не я, это не моё «я»“, и благодаря отсутствию цепляния освобождается. Именно у того, Каппа, кто так знает и так видит, в отношении этого наделённого сознанием тела и в отношении всех внешних признаков ум становится свободным от представлений о „я“, представлений о „моём“ и от самомнения, превосходит все виды самомнения, становится мирным и полностью освобождённым“». Тринадцатая. Dhammakathikavaggo dvādasamo. Двенадцатая глава: О проповедниках Дхаммы. Tassuddānaṃ – Оглавление: Avijjā vijjā dve kathikā, bandhanā paripucchitā duve; Saṃyojanaṃ upādānaṃ, sīlaṃ sutavā dve ca kappenāti. «Неведение, знание, две о проповедниках, оковы, две с расспросами, оковы, цепляние, добродетельный, обученный и две с Каппой». 13. Avijjāvaggo 13. Глава о неведении 1. Samudayadhammasuttaṃ 1. Самудаядхамма сутта 126. Sāvatthinidānaṃ. Atha kho aññataro bhikkhu yena bhagavā tenupasaṅkami; upasaṅkamitvā…pe… ekamantaṃ nisinno kho so bhikkhu bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘‘avijjā avijjā’ti, bhante, vuccati. Katamā nu kho, bhante, avijjā, kittāvatā ca avijjāgato hotī’’ti? 126. В Саваттхи. Тогда некий бхиккху подошёл к Благословенному, поклонился и сел рядом. Сидя рядом, этот бхиккху обратился к Благословенному: «Достопочтенный господин, говорят: „невежество, невежество“. Что же такое, достопочтенный господин, невежество, и в какой мере человек погружён в невежество?» ‘‘Idha[Pg.140], bhikkhu, assutavā puthujjano samudayadhammaṃ rūpaṃ ‘samudayadhammaṃ rūpa’nti yathābhūtaṃ nappajānāti; vayadhammaṃ rūpaṃ ‘vayadhammaṃ rūpa’nti yathābhūtaṃ nappajānāti; samudayavayadhammaṃ rūpaṃ ‘samudayavayadhammaṃ rūpa’nti yathābhūtaṃ nappajānāti. Samudayadhammaṃ vedanaṃ ‘samudayadhammā vedanā’ti yathābhūtaṃ nappajānāti; vayadhammaṃ vedanaṃ ‘vayadhammā vedanā’ti yathābhūtaṃ nappajānāti; samudayavayadhammaṃ vedanaṃ ‘samudayavayadhammā vedanā’ti yathābhūtaṃ nappajānāti. Samudayadhammaṃ saññaṃ…pe… samudayadhamme saṅkhāre ‘samudayadhammā saṅkhārā’ti yathābhūtaṃ nappajānāti; vayadhamme saṅkhāre ‘vayadhammā saṅkhārā’ti yathābhūtaṃ nappajānāti; samudayavayadhamme saṅkhāre ‘samudayavayadhammā saṅkhārā’ti yathābhūtaṃ nappajānāti. Samudayadhammaṃ viññāṇaṃ ‘samudayadhammaṃ viññāṇa’nti yathābhūtaṃ nappajānāti; vayadhammaṃ viññāṇaṃ ‘vayadhammaṃ viññāṇa’nti yathābhūtaṃ nappajānāti; samudayavayadhammaṃ viññāṇaṃ ‘samudayavayadhammaṃ viññāṇa’nti yathābhūtaṃ nappajānāti. Ayaṃ vuccati, bhikkhu, avijjā; ettāvatā ca avijjāgato hotī’’ti. «Здесь, бхиккху, необученный обыватель не понимает так, как есть на самом деле, форму, подверженную возникновению: „Форма подвержена возникновению“. Он не понимает так, как есть на самом деле, форму, подверженную исчезновению: „Форма подвержена исчезновению“. Он не понимает так, как есть на самом деле, форму, подверженную возникновению и исчезновению: „Форма подвержена возникновению и исчезновению“. Он не понимает так, как есть на самом деле, чувство, подверженное возникновению: „Чувство подвержено возникновению“. Он не понимает так, как есть на самом деле, чувство, подверженное исчезновению: „Чувство подвержено исчезновению“. Он не понимает так, как есть на самом деле, чувство, подверженное возникновению и исчезновению: „Чувство подвержено возникновению и исчезновению“. Он не понимает так, как есть на самом деле, восприятие, подверженное возникновению… [и так далее]… Он не понимает так, как есть на самом деле, волевые формации, подверженные возникновению: „Волевые формации подвержены возникновению“. Он не понимает так, как есть на самом деле, волевые формации, подверженные исчезновению: „Волевые формации подвержены исчезновению“. Он не понимает так, как есть на самом деле, волевые формации, подверженные возникновению и исчезновению: „Волевые формации подвержены возникновению и исчезновению“. Он не понимает так, как есть на самом деле, сознание, подверженное возникновению: „Сознание подвержено возникновению“. Он не понимает так, как есть на самом деле, сознание, подверженное исчезновению: „Сознание подвержено исчезновению“. Он не понимает так, как есть на самом деле, сознание, подверженное возникновению и исчезновению: „Сознание подвержено возникновению и исчезновению“. Это, бхиккху, называется невежеством, и в такой мере человек погружён в невежество». Evaṃ vutte, so bhikkhu bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘‘vijjā vijjā’ti, bhante, vuccati. Katamā nu kho, bhante, vijjā, kittāvatā ca vijjāgato hotī’’ti? Когда это было сказано, тот бхиккху обратился к Благословенному: «Достопочтенный господин, говорят: „истинное знание, истинное знание“. Что же такое, достопочтенный господин, истинное знание, и в какой мере человек обладает истинным знанием?» ‘‘Idha, bhikkhu, sutavā ariyasāvako samudayadhammaṃ rūpaṃ ‘samudayadhammaṃ rūpa’nti yathābhūtaṃ pajānāti; vayadhammaṃ rūpaṃ ‘vayadhammaṃ rūpa’nti yathābhūtaṃ pajānāti; samudayavayadhammaṃ rūpaṃ ‘samudayavayadhammaṃ rūpa’nti yathābhūtaṃ pajānāti. Samudayadhammaṃ vedanaṃ ‘samudayadhammā vedanā’ti yathābhūtaṃ pajānāti; vayadhammaṃ vedanaṃ ‘vayadhammā vedanā’ti yathābhūtaṃ pajānāti; samudayavayadhammaṃ vedanaṃ ‘samudayavayadhammā vedanā’ti yathābhūtaṃ pajānāti. Samudayadhammaṃ saññaṃ… samudayadhamme saṅkhāre ‘samudayadhammā saṅkhārā’ti yathābhūtaṃ pajānāti; vayadhamme saṅkhāre ‘vayadhammā saṅkhārā’ti yathābhūtaṃ pajānāti; samudayavayadhamme saṅkhāre ‘samudayavayadhammā saṅkhārā’ti yathābhūtaṃ pajānāti. Samudayadhammaṃ viññāṇaṃ ‘samudayadhammaṃ viññāṇa’nti yathābhūtaṃ pajānāti; vayadhammaṃ viññāṇaṃ ‘vayadhammaṃ viññāṇa’nti yathābhūtaṃ pajānāti; samudayavayadhammaṃ viññāṇaṃ ‘samudayavayadhammaṃ viññāṇa’nti yathābhūtaṃ pajānāti. Ayaṃ vuccati, bhikkhu, vijjā; ettāvatā ca vijjāgato hotī’’ti. Paṭhamaṃ. «Здесь, бхиккху, обученный благородный ученик понимает так, как есть на самом деле, форму, подверженную возникновению: „Форма подвержена возникновению“. Он понимает так, как есть на самом деле, форму, подверженную исчезновению: „Форма подвержена исчезновению“. Он понимает так, как есть на самом деле, форму, подверженную возникновению и исчезновению: „Форма подвержена возникновению и исчезновению“. Он понимает так, как есть на самом деле, чувство, подверженное возникновению: „Чувство подвержено возникновению“. Он понимает так, как есть на самом деле, чувство, подверженное исчезновению: „Чувство подвержено исчезновению“. Он понимает так, как есть на самом деле, чувство, подверженное возникновению и исчезновению: „Чувство подвержено возникновению и исчезновению“. Он понимает так, как есть на самом деле, восприятие, подверженное возникновению… Он понимает так, как есть на самом деле, волевые формации, подверженные возникновению: „Волевые формации подвержены возникновению“. Он понимает так, как есть на самом деле, волевые формации, подверженные исчезновению: „Волевые формации подвержены исчезновению“. Он понимает так, как есть на самом деле, волевые формации, подверженные возникновению и исчезновению: „Волевые формации подвержены возникновению и исчезновению“. Он понимает так, как есть на самом деле, сознание, подверженное возникновению: „Сознание подвержено возникновению“. Он понимает так, как есть на самом деле, сознание, подверженное исчезновению: „Сознание подвержено исчезновению“. Он понимает так, как есть на самом деле, сознание, подверженное возникновению и исчезновению: „Сознание подвержено возникновению и исчезновению“. Это, бхиккху, называется истинным знанием, и в такой мере человек обладает истинным знанием». Первая. 2. Dutiyasamudayadhammasuttaṃ 2. Дутиясамудаядхамма сутта 127. Ekaṃ [Pg.141] samayaṃ āyasmā ca sāriputto āyasmā ca mahākoṭṭhiko bārāṇasiyaṃ viharanti isipatane migadāye. Atha kho āyasmā mahākoṭṭhiko sāyanhasamayaṃ paṭisallānā vuṭṭhito…pe… ekamantaṃ nisinno kho āyasmā mahākoṭṭhiko āyasmantaṃ sāriputtaṃ etadavoca – ‘‘‘avijjā, avijjā’ti, āvuso sāriputta, vuccati. Katamā nu kho, āvuso, avijjā, kittāvatā ca avijjāgato hotī’’ti? 127. Одно время почтенный Сарипутта и почтенный Махакоттхита пребывали в Баранаси, в Исипатане, в Оленьем парке. Тогда почтенный Махакоттхита вечером вышел из уединения… и, сев рядом, обратился к почтенному Сарипутте: «Друг Сарипутта, говорят: „невежество, невежество“. Что же такое, друг, невежество, и в какой мере человек погружён в невежество?» ‘‘Idhāvuso assutavā puthujjano samudayadhammaṃ rūpaṃ ‘samudayadhammaṃ rūpa’nti yathābhūtaṃ nappajānāti; vayadhammaṃ rūpaṃ…pe… ‘samudayavayadhammaṃ rūpa’nti yathābhūtaṃ nappajānāti. Samudayadhammaṃ vedanaṃ…pe… vayadhammaṃ vedanaṃ…pe… ‘samudayavayadhammā vedanā’ti yathābhūtaṃ nappajānāti. Samudayadhammaṃ saññaṃ…pe… samudayadhamme saṅkhāre…pe… vayadhamme saṅkhāre…pe… samudayavayadhamme saṅkhāre ‘samudayavayadhammā saṅkhārā’ti yathābhūtaṃ nappajānāti. Samudayadhammaṃ viññāṇaṃ…pe… samudayavayadhammaṃ viññāṇaṃ ‘samudayavayadhammaṃ viññāṇa’nti yathābhūtaṃ nappajānāti. Ayaṃ vuccati, āvuso, avijjā; ettāvatā ca avijjāgato hotī’’ti. Dutiyaṃ. «Здесь, друг, необученный обыватель не понимает так, как есть на самом деле, форму, подверженную возникновению: „Форма подвержена возникновению“; форму, подверженную исчезновению… [и так далее]… форму, подверженную возникновению и исчезновению: „Форма подвержена возникновению и исчезновению“. Он не понимает так, как есть на самом деле, чувство, подверженное возникновению… [и так далее]… чувство, подверженное исчезновению… [и так далее]… чувство, подверженное возникновению и исчезновению: „Чувство подвержено возникновению и исчезновению“. Он не понимает так, как есть на самом деле, восприятие, подверженное возникновению… [и так далее]… волевые формации, подверженные возникновению… [и так далее]… волевые формации, подверженные исчезновению… [и так далее]… волевые формации, подверженные возникновению и исчезновению: „Волевые формации подвержены возникновению и исчезновению“. Он не понимает так, как есть на самом деле, сознание, подверженное возникновению… [и так далее]… сознание, подверженное возникновению и исчезновению: „Сознание подвержено возникновению и исчезновению“. Это, друг, называется невежеством, и в такой мере человек погружён в невежество». Вторая. 3. Tatiyasamudayadhammasuttaṃ 3. Татиясамудаядхамма сутта 128. Ekaṃ samayaṃ āyasmā ca sāriputto āyasmā ca mahākoṭṭhiko bārāṇasiyaṃ viharanti isipatane migadāye…pe… ekamantaṃ nisinno kho āyasmā mahākoṭṭhiko āyasmantaṃ sāriputtaṃ etadavoca – ‘‘‘vijjā, vijjā’ti, āvuso sāriputta, vuccati. Katamā nu kho, āvuso, vijjā, kittāvatā ca vijjāgato hotī’’ti? 128. Одно время почтенный Сарипутта и почтенный Махакоттхита пребывали в Баранаси, в Исипатане, в Оленьем парке… Сидя рядом, почтенный Махакоттхита обратился к почтенному Сарипутте: «Друг Сарипутта, говорят: „истинное знание, истинное знание“. Что же такое, друг, истинное знание, и в какой мере человек обладает истинным знанием?» ‘‘Idhāvuso, sutavā ariyasāvako samudayadhammaṃ rūpaṃ ‘samudayadhammaṃ rūpa’nti yathābhūtaṃ pajānāti; vayadhammaṃ rūpaṃ…pe… samudayavayadhammaṃ rūpaṃ ‘samudayavayadhammaṃ rūpa’nti yathābhūtaṃ pajānāti; samudayadhammaṃ vedanaṃ…pe… samudayavayadhammā vedanā … samudayadhammaṃ saññaṃ…pe… samudayadhamme saṅkhāre… vayadhamme saṅkhāre… samudayavayadhamme saṅkhāre ‘samudayavayadhammā saṅkhārā’ti yathābhūtaṃ pajānāti. Samudayadhammaṃ viññāṇaṃ… vayadhammaṃ viññāṇaṃ… samudayavayadhammaṃ viññāṇaṃ ‘samudayavayadhammaṃ viññāṇa’nti yathābhūtaṃ pajānāti. Ayaṃ vuccatāvuso, vijjā; ettāvatā ca vijjāgato hotī’’ti. Tatiyaṃ. «Здесь, друг, обученный благородный ученик понимает так, как есть на самом деле, форму, подверженную возникновению: „Форма подвержена возникновению“; форму, подверженную исчезновению… [и так далее]… форму, подверженную возникновению и исчезновению: „Форма подвержена возникновению и исчезновению“. Он понимает так, как есть на самом деле, чувство, подверженное возникновению… [и так далее]… чувство, подверженное возникновению и исчезновению: „Чувство подвержено возникновению и исчезновению“; восприятие, подверженное возникновению… [и так далее]… волевые формации, подверженные возникновению… волевые формации, подверженные исчезновению… волевые формации, подверженные возникновению и исчезновению: „Волевые формации подвержены возникновению и исчезновению“. Он понимает так, как есть на самом деле, сознание, подверженное возникновению… сознание, подверженное исчезновению… сознание, подверженное возникновению и исчезновению: „Сознание подвержено возникновению и исчезновению“. Это, друг, называется истинным знанием, и в такой мере человек обладает истинным знанием». Третья. 4. Assādasuttaṃ 4. Ассада сутта 129. Bārāṇasiyaṃ [Pg.142] viharanti isipatane migadāye…pe… ekamantaṃ nisinno kho āyasmā mahākoṭṭhiko āyasmantaṃ sāriputtaṃ etadavoca – ‘‘‘avijjā, avijjā’ti, āvuso sāriputta, vuccati. Katamā nu kho, āvuso, avijjā, kittāvatā ca avijjāgato hotī’’ti? 129. В Баранаси, в Исипатане, в Оленьем парке… Сидя рядом, почтенный Махакоттхита обратился к почтенному Сарипутте: «Друг Сарипутта, говорят: „невежество, невежество“. Что же такое, друг, невежество, и в какой мере человек погружён в невежество?» ‘‘Idhāvuso assutavā puthujjano rūpassa assādañca ādīnavañca nissaraṇañca yathābhūtaṃ nappajānāti. Vedanāya…pe… saññāya… saṅkhārānaṃ… viññāṇassa assādañca ādīnavañca nissaraṇañca yathābhūtaṃ nappajānāti. Ayaṃ vuccatāvuso, avijjā; ettāvatā ca avijjāgato hotī’’ti. Catutthaṃ. «Здесь, друг, необученный обыватель не понимает так, как есть на самом деле, наслаждение, опасность и освобождение в отношении формы. Он не понимает так, как есть на самом деле, наслаждение, опасность и освобождение в отношении чувства… [и так далее]… восприятия… волевых формаций… сознания. Это, друг, называется невежеством, и в такой мере человек погружён в невежество». Четвёртая. 5. Dutiyaassādasuttaṃ 5. Дутияассада сутта 130. Bārāṇasiyaṃ viharanti isipatane migadāye…pe… ‘‘‘vijjā, vijjā’ti, āvuso sāriputta, vuccati. Katamā nu kho, āvuso, vijjā, kittāvatā ca vijjāgato hotī’’ti? 130. В Баранаси, в Исипатане, в Оленьем парке… «Друг Сарипутта, говорят: „истинное знание, истинное знание“. Что же такое, друг, истинное знание, и в какой мере человек обладает истинным знанием?» ‘‘Idhāvuso, sutavā ariyasāvako rūpassa assādañca ādīnavañca nissaraṇañca yathābhūtaṃ pajānāti. Vedanāya…pe… saññāya… saṅkhārānaṃ… viññāṇassa assādañca ādīnavañca nissaraṇañca yathābhūtaṃ pajānāti. Ayaṃ vuccatāvuso, vijjā; ettāvatā ca vijjāgato hotī’’ti. Pañcamaṃ. «Здесь, друг, обученный благородный ученик понимает так, как есть на самом деле, наслаждение, опасность и освобождение в отношении формы. Он понимает так, как есть на самом деле, наслаждение, опасность и освобождение в отношении чувства… [и так далее]… восприятия… волевых формаций… сознания. Это, друг, называется истинным знанием, и в такой мере человек обладает истинным знанием». Пятая. 6. Samudayasuttaṃ 6. Самудая сутта 131. Bārāṇasiyaṃ viharanti isipatane migadāye…pe… ‘‘‘avijjā, avijjā’ti, āvuso sāriputta, vuccati. Katamā nu kho, āvuso, avijjā, kittāvatā ca avijjāgato hotī’’ti? 131. В Баранаси, в Исипатане, в Оленьем парке… «Друг Сарипутта, говорят: „невежество, невежество“. Что же такое, друг, невежество, и в какой мере человек погружён в невежество?» ‘‘Idhāvuso, assutavā puthujjano rūpassa samudayañca atthaṅgamañca assādañca ādīnavañca nissaraṇañca yathābhūtaṃ nappajānāti. Vedanāya…pe… saññāya… saṅkhārānaṃ… viññāṇassa samudayañca atthaṅgamañca assādañca ādīnavañca nissaraṇañca yathābhūtaṃ nappajānāti. Ayaṃ vuccatāvuso, avijjā; ettāvatā ca avijjāgato hotī’’ti. Chaṭṭhaṃ. «Здесь, друг, необученный обыватель не понимает так, как есть на самом деле, возникновение, исчезновение, наслаждение, опасность и освобождение в отношении формы. Он не понимает так, как есть на самом деле, возникновение, исчезновение, наслаждение, опасность и освобождение в отношении чувства… [и так далее]… восприятия… волевых формаций… сознания. Это, друг, называется невежеством, и в такой мере человек погружён в невежество». Шестая. 7. Dutiyasamudayasuttaṃ 7. Дутиясамудая сутта 132. Bārāṇasiyaṃ [Pg.143] viharanti isipatane migadāye…pe… ekamantaṃ nisinno kho āyasmā mahākoṭṭhiko āyasmantaṃ sāriputtaṃ etadavoca – ‘‘‘vijjā, vijjā’ti, āvuso sāriputta, vuccati. Katamā nu kho, āvuso, vijjā, kittāvatā ca vijjāgato hotī’’ti? 132. В Баранаси, в Исипатане, в Оленьем парке… Сидя рядом, почтенный Махакоттхита обратился к почтенному Сарипутте: «Друг Сарипутта, говорят: „истинное знание, истинное знание“. Что же такое, друг, истинное знание, и в какой мере человек обладает истинным знанием?» ‘‘Idhāvuso, sutavā ariyasāvako rūpassa samudayañca atthaṅgamañca assādañca ādīnavañca nissaraṇañca yathābhūtaṃ pajānāti. Vedanāya…pe… saññāya… saṅkhārānaṃ… viññāṇassa samudayañca atthaṅgamañca assādañca ādīnavañca nissaraṇañca yathābhūtaṃ pajānāti. Ayaṃ vuccatāvuso, vijjā; ettāvatā ca vijjāgato hotī’’ti. Sattamaṃ. «Здесь, друг, обученный благородный ученик понимает так, как есть на самом деле, возникновение, исчезновение, наслаждение, опасность и освобождение в отношении формы. Он понимает так, как есть на самом деле, возникновение, исчезновение, наслаждение, опасность и освобождение в отношении чувства… [и так далее]… восприятия… волевых формаций… сознания. Это, друг, называется истинным знанием, и в такой мере человек обладает истинным знанием». Седьмая. 8. Koṭṭhikasuttaṃ 8. Коттхита сутта 133. Bārāṇasiyaṃ viharanti isipatane migadāye. Atha kho āyasmā sāriputto sāyanhasamayaṃ…pe… ekamantaṃ nisinno kho āyasmā sāriputto āyasmantaṃ mahākoṭṭhikaṃ etadavoca – ‘‘‘avijjā, avijjā’ti, āvuso koṭṭhika, vuccati. Katamā nu kho, āvuso, avijjā, kittāvatā ca avijjāgato hotī’’ti? 133. В Баранаси, в Исипатане, в Оленьем парке. Тогда почтенный Сарипутта вечером [вышел из уединения]… и, сев рядом, обратился к почтенному Махакоттхите: «Друг Коттхита, говорят: „невежество, невежество“. Что же такое, друг, невежество, и в какой мере человек погружён в невежество?» ‘‘Idhāvuso, assutavā puthujjano rūpassa assādañca ādīnavañca nissaraṇañca yathābhūtaṃ nappajānāti. Vedanāya…pe… saññāya… saṅkhārānaṃ… viññāṇassa assādañca ādīnavañca nissaraṇañca yathābhūtaṃ nappajānāti. Ayaṃ vuccatāvuso, avijjā; ettāvatā ca avijjāgato hotī’’ti. «Здесь, друг, необученный обыватель не понимает так, как есть на самом деле, наслаждение, опасность и освобождение в отношении формы. Он не понимает так, как есть на самом деле, наслаждение, опасность и освобождение в отношении чувства… [и так далее]… восприятия… волевых формаций… сознания. Это, друг, называется невежеством, и в какой мере человек погружён в невежество». Evaṃ vutte, āyasmā sāriputto āyasmantaṃ mahākoṭṭhikaṃ etadavoca – ‘‘‘vijjā, vijjā’ti, āvuso koṭṭhika, vuccati. Katamā nu kho, āvuso, vijjā, kittāvatā ca vijjāgato hotī’’ti? Когда это было сказано, почтенный Сарипутта обратился к почтенному Махакоттхите: «Друг Коттхита, говорят: „истинное знание, истинное знание“. Что же такое, друг, истинное знание, и в какой мере человек обладает истинным знанием?» ‘‘Idhāvuso sutavā ariyasāvako rūpassa assādañca ādīnavañca nissaraṇañca yathābhūtaṃ pajānāti. Vedanāya…pe… saññāya… saṅkhārānaṃ… viññāṇassa assādañca ādīnavañca nissaraṇañca yathābhūtaṃ pajānāti. Ayaṃ vuccatāvuso, vijjā; ettāvatā ca vijjāgato hotī’’ti. Aṭṭhamaṃ. «Здесь, друг, обученный благородный ученик понимает так, как есть на самом деле, наслаждение, опасность и освобождение в отношении формы. Он понимает так, как есть на самом деле, наслаждение, опасность и освобождение в отношении чувства… [и так далее]… восприятия… волевых формаций… сознания. Это, друг, называется истинным знанием, и в такой мере человек обладает истинным знанием». Восьмая. 9. Dutiyakoṭṭhikasuttaṃ 9. Дутиякоттхита сутта 134. Bārāṇasiyaṃ [Pg.144] viharanti isipatane migadāye…pe… ‘‘‘avijjā, avijjā’ti, āvuso koṭṭhika, vuccati. Katamā nu kho, āvuso, avijjā, kittāvatā ca avijjāgato hotī’’ti? 134. В Баранаси, в Исипатане, в Оленьем парке… «Друг Коттхита, говорят: „невежество, невежество“. Что же такое, друг, невежество, и в какой мере человек погружён в невежество?» ‘‘Idhāvuso, assutavā puthujjano rūpassa samudayañca atthaṅgamañca assādañca ādīnavañca nissaraṇañca yathābhūtaṃ nappajānāti. Vedanāya…pe… saññāya… saṅkhārānaṃ… viññāṇassa samudayañca atthaṅgamañca assādañca ādīnavañca nissaraṇañca yathābhūtaṃ nappajānāti. Ayaṃ vuccatāvuso, avijjā; ettāvatā ca avijjāgato hotī’’ti. «Здесь, друг, необученный обыватель не понимает так, как есть на самом деле, возникновение, исчезновение, наслаждение, опасность и освобождение в отношении формы. Он не понимает так, как есть на самом деле, возникновение, исчезновение, наслаждение, опасность и освобождение в отношении чувства… [и так далее]… восприятия… волевых формаций… сознания. Это, друг, называется невежеством, и в какой мере человек погружён в невежество». Evaṃ vutte, āyasmā sāriputto āyasmantaṃ mahākoṭṭhikaṃ etadavoca – ‘‘‘vijjā, vijjā’ti, āvuso koṭṭhika, vuccati. Katamā nu kho, āvuso, vijjā, kittāvatā ca vijjāgato hotī’’ti? Когда это было сказано, достопочтенный Сарипутта сказал достопочтенному Махакоттхите: «Друг Коттхита, говорят: „знание, знание“ (vijjā). Что же такое, друг, знание, и в какой мере человек обладает знанием?» ‘‘Idhāvuso, sutavā ariyasāvako rūpassa samudayañca atthaṅgamañca assādañca ādīnavañca nissaraṇañca yathābhūtaṃ pajānāti. Vedanāya…pe… saññāya… saṅkhārānaṃ… viññāṇassa samudayañca atthaṅgamañca assādañca ādīnavañca nissaraṇañca yathābhūtaṃ pajānāti. Ayaṃ vuccatāvuso, vijjā; ettāvatā ca vijjāgato hotī’’ti. Navamaṃ. «Здесь, друг, образованный благородный ученик отчетливо понимает, как оно есть на самом деле, возникновение формы, её исчезновение, её удовлетворение, её опасность и освобождение от неё. Он отчетливо понимает, как оно есть на самом деле, возникновение чувства… восприятия… волевых формирований… сознания, его исчезновение, его удовлетворение, его опасность и освобождение от него. Это, друг, называется знанием, и в такой мере человек обладает знанием». 10. Tatiyakoṭṭhikasuttaṃ 10. Третья сутта о Коттхите 135. Taññeva nidānaṃ. Ekamantaṃ nisinno kho āyasmā sāriputto āyasmantaṃ mahākoṭṭhikaṃ etadavoca – ‘‘‘avijjā, avijjā’ti, āvuso koṭṭhika, vuccati. Katamā nu kho, āvuso, avijjā, kittāvatā ca avijjāgato hotī’’ti? 135. Место пребывания то же самое. Сидя в стороне, достопочтенный Сарипутта сказал достопочтенному Махакоттхите: «Друг Коттхита, говорят: „неведение, неведение“ (avijjā). Что же такое, друг, неведение, и в какой мере человек пребывает в неведении?» ‘‘Idhāvuso, assutavā puthujjano rūpaṃ nappajānāti, rūpasamudayaṃ nappajānāti, rūpanirodhaṃ nappajānāti, rūpanirodhagāminiṃ paṭipadaṃ nappajānāti. Vedanaṃ nappajānāti…pe… saññaṃ… saṅkhāre… viññāṇaṃ nappajānāti, viññāṇasamudayaṃ nappajānāti, viññāṇanirodhaṃ nappajānāti, viññāṇanirodhagāminiṃ paṭipadaṃ nappajānāti. Ayaṃ vuccatāvuso, avijjā; ettāvatā ca avijjāgato hotī’’ti. «Здесь, друг, необразованный обыватель не понимает форму, не понимает возникновение формы, не понимает прекращение формы, не понимает путь, ведущий к прекращению формы. Он не понимает чувство… восприятие… волевые формирования… сознание, не понимает возникновение сознания, не понимает прекращение сознания, не понимает путь, ведущий к прекращению сознания. Это, друг, называется неведением, и в такой мере человек пребывает в неведении». Evaṃ [Pg.145] vutte, āyasmā sāriputto āyasmantaṃ mahākoṭṭhikaṃ etadavoca – ‘‘‘vijjā, vijjā’ti, āvuso koṭṭhika, vuccati. Katamā nu kho, āvuso, vijjā, kittāvatā ca vijjāgato hotī’’ti? ‘‘Idhāvuso, sutavā ariyasāvako rūpaṃ pajānāti, rūpasamudayaṃ pajānāti, rūpanirodhaṃ pajānāti, rūpanirodhagāminiṃ paṭipadaṃ pajānāti. Vedanaṃ… saññaṃ… saṅkhāre… viññāṇaṃ pajānāti, viññāṇasamudayaṃ pajānāti, viññāṇanirodhaṃ pajānāti, viññāṇanirodhagāminiṃ paṭipadaṃ pajānāti. Ayaṃ vuccatāvuso, vijjā; ettāvatā ca vijjāgato hotī’’ti. Dasamaṃ. Когда это было сказано, достопочтенный Сарипутта сказал достопочтенному Махакоттхите: «Друг Коттхита, говорят: „знание, знание“. Что же такое, друг, знание, и в какой мере человек обладает знанием?» «Здесь, друг, образованный благородный ученик понимает форму, понимает возникновение формы, понимает прекращение формы, понимает путь, ведущий к прекращению формы. Он понимает чувство… восприятие… волевые формирования… сознание, понимает возникновение сознания, понимает прекращение сознания, понимает путь, ведущий к прекращению сознания. Это, друг, называется знанием, и в такой мере человек обладает знанием». Avijjāvaggo terasamo. Тринадцатая глава о неведении. Tassuddānaṃ – Оглавление этой главы: Samudayadhamme tīṇi, assādo apare duve; Samudaye ca dve vuttā, koṭṭhike apare tayoti. Три сутты о подверженном возникновению, другие две об удовлетворении; две сутты о возникновении, и еще три о Коттхите. 14. Kukkuḷavaggo 14. Глава о горячих углях 1. Kukkuḷasuttaṃ 1. Сутта о горячих углях 136. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Rūpaṃ, bhikkhave, kukkuḷaṃ, vedanā kukkuḷā, saññā kukkuḷā, saṅkhārā kukkuḷā, viññāṇaṃ kukkuḷaṃ. Evaṃ passaṃ, bhikkhave, sutavā ariyasāvako rūpasmimpi nibbindati, vedanāyapi nibbindati, saññāyapi nibbindati, saṅkhāresupi nibbindati, viññāṇasmimpi nibbindati. Nibbindaṃ virajjati; virāgā vimuccati. Vimuttasmiṃ vimuttamiti ñāṇaṃ hoti. ‘Khīṇā jāti, vusitaṃ brahmacariyaṃ, kataṃ karaṇīyaṃ, nāparaṃ itthattāyā’ti pajānātī’’ti. Paṭhamaṃ. 136. В Саваттхи. «Монахи, форма — это горячие угли, чувство — это горячие угли, восприятие — это горячие угли, волевые формирования — это горячие угли, сознание — это горячие угли. Видя так, монахи, образованный благородный ученик испытывает разочарование в форме, испытывает разочарование в чувстве, испытывает разочарование в восприятии, испытывает разочарование в волевых формированиях, испытывает разочарование в сознании. Испытывая разочарование, он бесстрастнеет; благодаря бесстрастию он освобождается. В освобожденном уме возникает знание: „Освобожден“. Он постигает: „Рождение исчерпано, святая жизнь прожита, сделано то, что должно было быть сделано, не будет больше возвращения в это состояние существования“». 2. Aniccasuttaṃ 2. Сутта о непостоянстве 137. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Yaṃ, bhikkhave, aniccaṃ; tatra vo chando pahātabbo. Kiñca, bhikkhave, aniccaṃ? Rūpaṃ, bhikkhave, aniccaṃ; tatra vo chando pahātabbo. Vedanā aniccā…pe… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ aniccaṃ; tatra vo chando pahātabbo. Yaṃ, bhikkhave, aniccaṃ; tatra vo chando pahātabbo’’ti. Dutiyaṃ. 137. В Саваттхи. «Монахи, к тому, что непостоянно, вы должны отбросить желание. И что же, монахи, непостоянно? Форма, монахи, непостоянна; к ней вы должны отбросить желание. Чувство непостоянно… восприятие… волевые формирования… сознание непостоянно; к нему вы должны отбросить желание. К тому, что непостоянно, монахи, вы должны отбросить желание». 3. Dutiyaaniccasuttaṃ 3. Вторая сутта о непостоянстве 138. Sāvatthinidānaṃ[Pg.146]. ‘‘Yaṃ, bhikkhave, aniccaṃ; tatra vo rāgo pahātabbo. Kiñca, bhikkhave, aniccaṃ? Rūpaṃ, bhikkhave, aniccaṃ; tatra vo rāgo pahātabbo. Vedanā aniccā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ aniccaṃ; tatra vo rāgo pahātabbo. Yaṃ, bhikkhave, aniccaṃ; tatra vo rāgo pahātabbo’’ti. Tatiyaṃ. 138. В Саваттхи. «Монахи, к тому, что непостоянно, вы должны отбросить страсть. И что же, монахи, непостоянно? Форма, монахи, непостоянна; к ней вы должны отбросить страсть. Чувство непостоянно… восприятие… волевые формирования… сознание непостоянно; к нему вы должны отбросить страсть. К тому, что непостоянно, монахи, вы должны отбросить страсть». 4. Tatiyaaniccasuttaṃ 4. Третья сутта о непостоянстве 139. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Yaṃ, bhikkhave, aniccaṃ; tatra vo chandarāgo pahātabbo. Kiñca, bhikkhave, aniccaṃ? Rūpaṃ, bhikkhave, aniccaṃ, tatra vo chandarāgo pahātabbo. Vedanā aniccā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ aniccaṃ; tatra vo chandarāgo pahātabbo. Yaṃ, bhikkhave, aniccaṃ; tatra vo chandarāgo pahātabbo’’ti. Catutthaṃ. 139. В Саваттхи. «Монахи, к тому, что непостоянно, вы должны отбросить желание и страсть. И что же, монахи, непостоянно? Форма, монахи, непостоянна; к ней вы должны отбросить желание и страсть. Чувство непостоянно… восприятие… волевые формирования… сознание непостоянно; к нему вы должны отбросить желание и страсть. К тому, что непостоянно, монахи, вы должны отбросить желание и страсть». 5. Dukkhasuttaṃ 5. Сутта о страдании 140. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Yaṃ, bhikkhave, dukkhaṃ; tatra vo chando pahātabbo…pe… yaṃ, bhikkhave, dukkhaṃ; tatra vo chando pahātabbo’’ti. Pañcamaṃ. 140. В Саваттхи. «Монахи, к тому, что является страданием, вы должны отбросить желание… к тому, что является страданием, монахи, вы должны отбросить желание». 6. Dutiyadukkhasuttaṃ 6. Вторая сутта о страдании 141. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Yaṃ, bhikkhave, dukkhaṃ; tatra vo rāgo pahātabbo…pe… yaṃ, bhikkhave, dukkhaṃ; tatra vo rāgo pahātabbo’’ti. Chaṭṭhaṃ. 141. В Саваттхи. «Монахи, к тому, что является страданием, вы должны отбросить страсть… к тому, что является страданием, монахи, вы должны отбросить страсть». 7. Tatiyadukkhasuttaṃ 7. Третья сутта о страдании 142. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Yaṃ, bhikkhave, dukkhaṃ; tatra vo chandarāgo pahātabbo…pe… yaṃ, bhikkhave, dukkhaṃ; tatra vo chandarāgo pahātabbo’’ti. Sattamaṃ. 142. В Саваттхи. «Монахи, к тому, что является страданием, вы должны отбросить желание и страсть… к тому, что является страданием, монахи, вы должны отбросить желание и страсть». 8. Anattasuttaṃ 8. Сутта о безличности 143. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Yo, bhikkhave, anattā; tatra vo chando pahātabbo. Ko ca, bhikkhave, anattā? Rūpaṃ, bhikkhave, anattā; tatra vo chando pahātabbo. Vedanā anattā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ anattā; tatra vo chando pahātabbo. Yo, bhikkhave, anattā; tatra vo chando pahātabbo’’ti. Aṭṭhamaṃ. 143. В Саваттхи. «Монахи, к тому, что не является собой, вы должны отбросить желание. И что же, монахи, не является собой? Форма, монахи, не является собой; к ней вы должны отбросить желание. Чувство не является собой… восприятие… волевые формирования… сознание не является собой; к нему вы должны отбросить желание. К тому, что не является собой, монахи, вы должны отбросить желание». 9. Dutiyaanattasuttaṃ 9. Вторая сутта о безличности 144. Sāvatthinidānaṃ[Pg.147]. ‘‘Yo, bhikkhave, anattā; tatra vo rāgo pahātabbo. Ko ca, bhikkhave, anattā? Rūpaṃ, bhikkhave, anattā; tatra vo rāgo pahātabbo. Vedanā anattā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ anattā; tatra vo rāgo pahātabbo. Yo, bhikkhave, anattā; tatra vo rāgo pahātabbo’’ti. Navamaṃ. 144. В Саваттхи. «Монахи, к тому, что не является собой, вы должны отбросить страсть. И что же, монахи, не является собой? Форма, монахи, не является собой; к ней вы должны отбросить страсть. Чувство не является собой… восприятие… волевые формирования… сознание не является собой; к нему вы должны отбросить страсть. К тому, что не является собой, монахи, вы должны отбросить страсть». 10. Tatiyaanattasuttaṃ 10. Третья сутта о безличности 145. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Yo, bhikkhave, anattā; tatra vo chandarāgo pahātabbo. Ko ca, bhikkhave, anattā? Rūpaṃ, bhikkhave, anattā; tatra vo chandarāgo pahātabbo. Vedanā anattā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ anattā; tatra vo chandarāgo pahātabbo. Yo, bhikkhave, anattā; tatra vo chandarāgo pahātabbo’’ti. Dasamaṃ. 145. В Саваттхи. «Монахи, к тому, что не является собой, вы должны отбросить желание и страсть. И что же, монахи, не является собой? Форма, монахи, не является собой; к ней вы должны отбросить желание и страсть. Чувство не является собой… восприятие… волевые формирования… сознание не является собой; к нему вы должны отбросить желание и страсть. К тому, что не является собой, монахи, вы должны отбросить желание и страсть». 11. Nibbidābahulasuttaṃ 11. Сутта о пребывании в разочаровании 146. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Saddhāpabbajitassa, bhikkhave, kulaputtassa ayamanudhammo hoti – yaṃ rūpe nibbidābahulo vihareyya. Vedanāya…pe… saññāya… saṅkhāresu… viññāṇe nibbidābahulo vihareyya. Yo rūpe nibbidābahulo viharanto, vedanāya… saññāya… saṅkhāresu… viññāṇe nibbidābahulo viharanto rūpaṃ parijānāti, vedanaṃ… saññaṃ… saṅkhāre… viññāṇaṃ parijānāti; so rūpaṃ parijānaṃ vedanaṃ parijānaṃ saññaṃ parijānaṃ saṅkhāre parijānaṃ viññāṇaṃ parijānaṃ parimuccati rūpamhā, parimuccati vedanāya, parimuccati saññāya, parimuccati saṅkhārehi, parimuccati viññāṇamhā, parimuccati jātiyā jarāya maraṇena sokehi paridevehi dukkhehi domanassehi upāyāsehi; ‘parimuccati dukkhasmā’ti vadāmī’’ti. Ekādasamaṃ. 146. В Саваттхи. «Монахи, для благородного сына, ушедшего в бездомность из веры, это соответствует Дхамме: ему следует пребывать, будучи преисполненным разочарования в форме, в чувстве… восприятии… волевых формированиях… сознании. Тот, кто пребывает, будучи преисполненным разочарования в форме… в сознании, полностью постигает форму, чувство… восприятие… волевые формирования… сознание. Полностью постигая форму… сознание, он освобождается от формы, освобождается от чувства, освобождается от восприятия, освобождается от волевых формирований, освобождается от сознания. Он освобождается от рождения, старения и смерти; освобождается от скорби, плача, боли, печали и отчаяния. „Он освобождается от страдания“, — говорю я». 12. Aniccānupassīsuttaṃ 12. Сутта о созерцании непостоянства 147. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Saddhāpabbajitassa, bhikkhave, kulaputtassa ayamanudhammo hoti – yaṃ rūpe aniccānupassī vihareyya. Vedanāya… saññāya… saṅkhāresu… viññāṇe aniccānupassī vihareyya…pe… ‘parimuccati dukkhasmā’ti vadāmī’’ti. Dvādasamaṃ. 147. В Саваттхи. «Монахи, для благородного сына, ушедшего в бездомность из веры, это соответствует Дхамме: ему следует пребывать, созерцая непостоянство в форме, в чувстве… восприятии… волевых формированиях… сознании… „Он освобождается от страдания“, — говорю я». 13. Dukkhānupassīsuttaṃ 13. Сутта о созерцании страдания 148. Sāvatthinidānaṃ[Pg.148]. ‘‘Saddhāpabbajitassa, bhikkhave, kulaputtassa ayamanudhammo hoti – yaṃ rūpe dukkhānupassī vihareyya. Vedanāya… saññāya… saṅkhāresu… viññāṇe dukkhānupassī vihareyya…pe… ‘parimuccati dukkhasmā’ti vadāmī’’ti. Terasamaṃ. 148. В Саваттхи. «Монахи, для благородного сына, ушедшего в бездомность из веры, это соответствует Дхамме: ему следует пребывать, созерцая страдание в форме, в чувстве… восприятии… волевых формированиях… сознании… „Он освобождается от страдания“, — говорю я». 14. Anattānupassīsuttaṃ 14. Сутта о созерцании безличности 149. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Saddhāpabbajitassa, bhikkhave, kulaputtassa ayamanudhammo hoti – yaṃ rūpe anattānupassī vihareyya. Vedanāya… saññāya… saṅkhāresu… viññāṇe anattānupassī vihareyya. (So rūpe) anattānupassī viharanto, vedanāya… saññāya… saṅkhāresu… viññāṇe anattānupassī viharanto rūpaṃ parijānāti, vedanaṃ…pe… saññaṃ… saṅkhāre… viññāṇaṃ parijānāti. So rūpaṃ parijānaṃ vedanaṃ parijānaṃ saññaṃ parijānaṃ saṅkhāre parijānaṃ viññāṇaṃ parijānaṃ parimuccati rūpamhā, parimuccati vedanāya, parimuccati saññāya, parimuccati saṅkhārehi, parimuccati viññāṇamhā, parimuccati jātiyā jarāya maraṇena sokehi paridevehi dukkhehi domanassehi upāyāsehi; ‘parimuccati dukkhasmā’ti vadāmī’’ti. Cuddasamaṃ. 149. В Саваттхи. «Монахи, для благородного сына, ушедшего в бездомность из веры, это соответствует Дхамме: ему следует пребывать, созерцая безличность в форме, в чувстве… восприятии… волевых формированиях… сознании. Пребывая в созерцании безличности в форме… в сознании, он полностью постигает форму, чувство… восприятие… волевые формирования… сознание. Полностью постигая форму… сознание, он освобождается от формы, освобождается от чувства, освобождается от восприятия, освобождается от волевых формирований, освобождается от сознания. Он освобождается от рождения, старения и смерти; освобождается от скорби, плача, боли, печали и отчаяния. „Он освобождается от страдания“, — говорю я». Kukkuḷavaggo cuddasamo. Четырнадцатая глава о горячих углях. Tassuddānaṃ – Оглавление этой главы: Kukkuḷā tayo aniccena, dukkhena apare tayo; Anattena tayo vuttā, kulaputtena dve dukāti. О горячих углях, три о непостоянстве, другие три о страдании; три сказаны о безличности, и две пары о благородном сыне. 15. Diṭṭhivaggo 15. Глава о воззрениях 1. Ajjhattasuttaṃ 1. Сутта о внутреннем 150. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Kismiṃ nu kho, bhikkhave, sati, kiṃ upādāya uppajjati ajjhattaṃ sukhadukkha’’nti? Bhagavaṃmūlakā no, bhante, dhammā…pe… ‘‘rūpe kho, bhikkhave, sati rūpaṃ upādāya uppajjati ajjhattaṃ sukhadukkhaṃ. Vedanāya sati…pe… saññāya [Pg.149] sati… saṅkhāresu sati… viññāṇe sati viññāṇaṃ upādāya uppajjati ajjhattaṃ sukhadukkhaṃ. Taṃ kiṃ maññatha, bhikkhave, rūpaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ dukkhaṃ vā taṃ sukhaṃ vā’’ti? ‘‘Dukkhaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ dukkhaṃ vipariṇāmadhammaṃ, api nu taṃ anupādāya uppajjeyya ajjhattaṃ sukhadukkha’’nti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Vedanā…pe… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ, dukkhaṃ vā taṃ sukhaṃ vā’’ti? ‘‘Dukkhaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ dukkhaṃ vipariṇāmadhammaṃ, api nu taṃ anupādāya uppajjeyya ajjhattaṃ sukhadukkha’’nti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Evaṃ passaṃ…pe… nāparaṃ itthattāyāti pajānātī’’ti. Paṭhamaṃ. 150. В Саваттхи. «Монахи, при наличии чего, цепляясь за что, возникает внутри счастье и страдание?» «Уважаемый господин, наши учения укоренены в Благословенном…» «При наличии формы, монахи, цепляясь за форму, возникает внутри счастье и страдание. При наличии чувства… восприятия… волевых формирований… сознания, цепляясь за сознание, возникает внутри счастье и страдание. Как вы думаете, монахи, форма постоянна или непостоянна?» «Непостоянна, уважаемый господин». «А то, что непостоянно — является ли оно страданием или счастьем?» «Страданием, уважаемый господин». «Но без цепляния за то, что непостоянно, изменчиво и подвержено страданию, могло бы возникнуть внутри счастье и страдание?» «Нет, уважаемый господин». «Чувство… восприятие… волевые формирования… сознание постоянны или непостоянны?» «Непостоянны, уважаемый господин». «А то, что непостоянно — является ли оно страданием или счастьем?» «Страданием, уважаемый господин». «Но без цепляния за то, что непостоянно, изменчиво и подвержено страданию, могло бы возникнуть внутри счастье и страдание?» «Нет, уважаемый господин». «Видя так… он постигает: „...не будет больше возвращения в это состояние существования“». 2. Etaṃmamasuttaṃ 2. Сутта «Это моё» 151. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Kismiṃ nu kho, bhikkhave, sati, kiṃ upādāya, kiṃ abhinivissa – ‘etaṃ mama, esohamasmi, eso me attā’ti samanupassatī’’ti? Bhagavaṃmūlakā no, bhante, dhammā…pe… ‘‘rūpe kho, bhikkhave, sati, rūpaṃ upādāya, rūpaṃ abhinivissa …pe… viññāṇe sati, viññāṇaṃ upādāya, viññāṇaṃ abhinivissa – ‘etaṃ mama, esohamasmi, eso me attā’ti samanupassati. Taṃ kiṃ maññatha, bhikkhave, rūpaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’…pe… vipariṇāmadhammaṃ, api nu taṃ anupādāya etaṃ mama, esohamasmi, eso me attāti samanupasseyyāti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Vedanā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ bhante’’…pe… vipariṇāmadhammaṃ, api nu taṃ anupādāya etaṃ mama, esohamasmi, eso me attāti samanupasseyyāti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Evaṃ passaṃ..pe… nāparaṃ itthattāyāti pajānātī’’ti. Dutiyaṃ. 151. В Саваттхи. «Монахи, при наличии чего, цепляясь за что, привязываясь к чему, человек рассматривает это так: „Это моё, это я, это моя сущность“?» — «Уважаемый господин, наши учения укоренены в Благословенном...» — «При наличии формы, монахи, цепляясь за форму, привязываясь к форме... при наличии сознания, цепляясь за сознание, привязываясь к сознанию, человек рассматривает это так: „Это моё, это я, это моя сущность“. Как вы думаете, монахи, форма постоянна или непостоянна?» — «Непостоянна, уважаемый господин»... «подвержена изменению. Но без цепляния за то, что непостоянно, сопряжено со страданием и подвержено изменению, мог бы человек рассматривать это так: „Это моё, это я, это моя сущность“?» — «Нет, уважаемый господин». «Чувство... восприятие... волевые формации... сознание постоянно или непостоянно?» — «Непостоянно, уважаемый господин»... «подвержено изменению. Но без цепляния за то, что непостоянно, сопряжено со страданием и подвержено изменению, мог бы человек рассматривать это так: „Это моё, это я, это моя сущность“?» — «Нет, уважаемый господин». «Видя так... он понимает: „...нет ничего более для этого состояния бытия“». Вторая [сутта]. 3. Soattāsuttaṃ 3. Сутта «Это моя сущность» (Соатта-сутта) 152. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Kismiṃ nu kho, bhikkhave, sati, kiṃ upādāya, kiṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘so attā, so loko, so pecca bhavissāmi nicco dhuvo sassato avipariṇāmadhammo’’’ti? Bhagavaṃmūlakā no, bhante, dhammā…pe…. ‘‘Rūpe kho, bhikkhave, sati, rūpaṃ upādāya, rūpaṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘so attā, so loko, so pecca bhavissāmi nicco dhuvo sassato avipariṇāmadhammo’ti. Vedanāya…pe… saññāya… saṅkhāresu [Pg.150] …pe… viññāṇe sati, viññāṇaṃ upādāya, viññāṇaṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘so attā, so loko, so pecca bhavissāmi nicco dhuvo sassato avipariṇāmadhammo’’’ti. 152. В Саваттхи. «Монахи, при наличии чего, цепляясь за что, привязываясь к чему, возникает такое воззрение: „То, что является сущностью, есть мир; умерев, я буду постоянным, стабильным, вечным, не подверженным изменениям“?» — «Уважаемый господин, наши учения укоренены в Благословенном...» — «При наличии формы, монахи, цепляясь за форму, привязываясь к форме, возникает такое воззрение: „То, что является сущностью, есть мир; умерев, я буду постоянным, стабильным, вечным, не подверженным изменениям“. При наличии чувства... восприятия... волевых формаций... сознания, цепляясь за сознание, привязываясь к сознанию, возникает такое воззрение: „То, что является сущностью, есть мир; умерев, я буду постоянным, стабильным, вечным, не подверженным изменениям“». ‘‘Taṃ kiṃ maññatha, bhikkhave, rūpaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ, dukkhaṃ vā taṃ sukhaṃ vā’’ti? ‘‘Dukkhaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ dukkhaṃ vipariṇāmadhammaṃ, api nu taṃ anupādāya evaṃ diṭṭhi uppajjeyya – ‘so attā, so loko, so pecca bhavissāmi nicco dhuvo sassato avipariṇāmadhammo’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Vedanā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ dukkhaṃ vā taṃ sukhaṃ vā’’ti? ‘‘Dukkhaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ dukkhaṃ vipariṇāmadhammaṃ, api nu taṃ anupādāya evaṃ diṭṭhi uppajjeyya – ‘so attā so loko, so pecca bhavissāmi nicco dhuvo sassato avipariṇāmadhammo’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. Evaṃ passaṃ…pe… nāparaṃ itthattāyāti pajānātīti. Tatiyaṃ. «Как вы думаете, монахи, форма постоянна или непостоянна?» — «Непостоянна, уважаемый господин». — «А то, что непостоянно, является страданием или счастьем?» — «Страданием, уважаемый господин». — «Но без цепляния за то, что непостоянно, сопряжено со страданием и подвержено изменению, могло бы возникнуть такое воззрение: „То, что является сущностью, есть мир; умерев, я буду постоянным, стабильным, вечным, не подверженным изменениям“?» — «Нет, уважаемый господин». — «Чувство... восприятие... волевые формации... сознание постоянно или непостоянно?» — «Непостоянно, уважаемый господин». — «А то, что непостоянно, является страданием или счастьем?» — «Страданием, уважаемый господин». — «Но без цепляния за то, что непостоянно, сопряжено со страданием и подвержено изменению, могло бы возникнуть такое воззрение: „То, что является сущностью, есть мир; умерев, я буду постоянным, стабильным, вечным, не подверженным изменениям“?» — «Нет, уважаемый господин». «Видя так... он понимает: „...нет ничего более для этого состояния бытия“». Третья [сутта]. 4. Nocamesiyāsuttaṃ 4. Сутта «Если бы меня не было» (Но-че-ме-сия-сутта) 153. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Kismiṃ nu kho, bhikkhave, sati, kiṃ upādāya, kiṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘no cassaṃ, no ca me siyā, nābhavissa, na me bhavissatī’’’ti? Bhagavaṃmūlakā no, bhante, dhammā…pe… ‘‘rūpe kho, bhikkhave, sati, rūpaṃ upādāya, rūpaṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘no cassaṃ, no ca me siyā, nābhavissa, na me bhavissatī’ti. Vedanāya sati… saññāya sati… saṅkhāresu sati… viññāṇe sati, viññāṇaṃ upādāya, viññāṇaṃ abhinivissa, evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘no cassaṃ, no ca me siyā, nābhavissa, na me bhavissatī’ti. Taṃ kiṃ maññatha, bhikkhave, rūpaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ, dukkhaṃ vā taṃ sukhaṃ vā’’ti? ‘‘Dukkhaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ dukkhaṃ vipariṇāmadhammaṃ, api nu taṃ anupādāya evaṃ diṭṭhi uppajjeyya – ‘no cassaṃ, no ca me siyā, nābhavissa, na me bhavissatī’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Vedanā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ, dukkhaṃ vā taṃ sukhaṃ vā’’ti? ‘‘Dukkhaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ dukkhaṃ vipariṇāmadhammaṃ, api nu taṃ anupādāya evaṃ diṭṭhi uppajjeyya – ‘no cassaṃ, no ca me siyā, nābhavissa, na me bhavissatī’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Evaṃ passaṃ…pe… nāparaṃ itthattāyāti pajānātī’’ti. Catutthaṃ. 153. В Саваттхи. «Монахи, при наличии чего, цепляясь за что, привязываясь к чему, возникает такое воззрение: „Меня могло бы не быть, и у меня могло бы ничего не быть; меня не будет, и у меня ничего не будет“?» — «Уважаемый господин, наши учения укоренены в Благословенном...» — «При наличии формы, монахи, цепляясь за форму, привязываясь к форме, возникает такое воззрение: „Меня могло бы не быть, и у меня могло бы ничего не быть; меня не будет, и у меня ничего не будет“. При наличии чувства... восприятия... волевых формаций... сознания, цепляясь за сознание, привязываясь к сознанию, возникает такое воззрение: „Меня могло бы не быть, и у меня могло бы ничего не быть; меня не будет, и у меня ничего не будет“. Как вы думаете, монахи, форма постоянна или непостоянна?» — «Непостоянна, уважаемый господин». — «А то, что непостоянно, является страданием или счастьем?» — «Страданием, уважаемый господин». — «Но без цепляния за то, что непостоянно, сопряжено со страданием и подвержено изменению, могло бы возникнуть такое воззрение: „Меня могло бы не быть, и у меня могло бы ничего не быть; меня не будет, и у меня ничего не будет“?» — «Нет, уважаемый господин». — «Чувство... восприятие... волевые формации... сознание постоянно или непостоянно?» — «Непостоянно, уважаемый господин». — «А то, что непостоянно, является страданием или счастьем?» — «Страданием, уважаемый господин». — «Но без цепляния за то, что непостоянно, сопряжено со страданием и подвержено изменению, могло бы возникнуть такое воззрение: „Меня могло бы не быть, и у меня могло бы ничего не быть; меня не будет, и у меня ничего не будет“?» — «Нет, уважаемый господин». «Видя так... он понимает: „...нет ничего более для этого состояния бытия“». Четвёртая [сутта]. 5. Micchādiṭṭhisuttaṃ 5. Сутта о ложном воззрении (Миччхадиттхи-сутта) 154. Sāvatthinidānaṃ[Pg.151]. ‘‘Kismiṃ nu kho, bhikkhave, sati, kiṃ upādāya, kiṃ abhinivissa micchādiṭṭhi uppajjatī’’ti? Bhagavaṃmūlakā no, bhante, dhammā…pe… ‘‘rūpe kho, bhikkhave, sati, rūpaṃ upādāya, rūpaṃ abhinivissa micchādiṭṭhi uppajjati. Vedanāya sati… micchādiṭṭhi uppajjati. Saññāya sati… saṅkhāresu sati… viññāṇe sati, viññāṇaṃ upādāya, viññāṇaṃ abhinivissa micchādiṭṭhi uppajjati. Taṃ kiṃ maññatha, bhikkhave, rūpaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ…pe… api nu taṃ anupādāya micchādiṭṭhi uppajjeyyā’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Vedanā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ, dukkhaṃ vā taṃ sukhaṃ vā’’ti? ‘‘Dukkhaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ dukkhaṃ vipariṇāmadhammaṃ, api nu taṃ anupādāya micchādiṭṭhi uppajjeyyā’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Evaṃ passaṃ…pe… nāparaṃ itthattāyāti pajānātī’’ti.‘Pañcamaṃ. 154. В Саваттхи. «Монахи, при наличии чего, цепляясь за что, привязываясь к чему, возникает ложное воззрение?» — «Уважаемый господин, наши учения укоренены в Благословенном...» — «При наличии формы, монахи, цепляясь за форму, привязываясь к форме, возникает ложное воззрение. При наличии чувства... возникает ложное воззрение. При наличии восприятия... при наличии волевых формаций... при наличии сознания, цепляясь за сознание, привязываясь к сознанию, возникает ложное воззрение. Как вы думаете, монахи, форма постоянна или непостоянна?» — «Непостоянна, уважаемый господин». — «А то, что непостоянно... но без цепляния за то, что непостоянно, сопряжено со страданием и подвержено изменению, могло бы возникнуть ложное воззрение?» — «Нет, уважаемый господин». — «Чувство... восприятие... волевые формации... сознание постоянно или непостоянно?» — «Непостоянно, уважаемый господин». — «А то, что непостоянно, является страданием или счастьем?» — «Страданием, уважаемый господин». — «Но без цепляния за то, что непостоянно, сопряжено со страданием и подвержено изменению, могло бы возникнуть ложное воззрение?» — «Нет, уважаемый господин». «Видя так... он понимает: „...нет ничего более для этого состояния бытия“». Пятая [сутта]. 6. Sakkāyadiṭṭhisuttaṃ 6. Сутта о воззрении на индивидуальность (Саккаядиттхи-сутта) 155. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Kismiṃ nu kho, bhikkhave, sati, kiṃ upādāya, kiṃ abhinivissa sakkāyadiṭṭhi uppajjatī’’ti? Bhagavaṃmūlakā no, bhante, dhammā…pe… ‘‘rūpe kho, bhikkhave, sati, rūpaṃ upādāya, rūpaṃ abhinivissa sakkāyadiṭṭhi uppajjati. Vedanāya sati… saññāya sati… saṅkhāresu sati… viññāṇe sati, viññāṇaṃ upādāya, viññāṇaṃ abhinivissa sakkāyadiṭṭhi uppajjati. Taṃ kiṃ maññatha, bhikkhave, rūpaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ…pe… api nu taṃ anupādāya sakkāyadiṭṭhi uppajjeyyā’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Vedanā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ…pe… api nu taṃ anupādāya sakkāyadiṭṭhi uppajjeyyā’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Evaṃ passaṃ…pe… nāparaṃ itthattāyāti pajānātī’’ti. Chaṭṭhaṃ. 155. В Саваттхи. «Монахи, при наличии чего, цепляясь за что, привязываясь к чему, возникает воззрение на индивидуальность?» — «Уважаемый господин, наши учения укоренены в Благословенном...» — «При наличии формы, монахи, цепляясь за форму, привязываясь к форме, возникает воззрение на индивидуальность. При наличии чувства... при наличии восприятия... при наличии волевых формаций... при наличии сознания, цепляясь за сознание, привязываясь к сознанию, возникает воззрение на индивидуальность. Как вы думаете, монахи, форма постоянна или непостоянна?» — «Непостоянна, уважаемый господин». — «А то, что непостоянно... но без цепляния за то, что непостоянно, сопряжено со страданием и подвержено изменению, могло бы возникнуть воззрение на индивидуальность?» — «Нет, уважаемый господин». — «Чувство... восприятие... волевые формации... сознание постоянно или непостоянно?» — «Непостоянно, уважаемый господин». — «А то, что непостоянно... но без цепляния за то, что непостоянно, сопряжено со страданием и подвержено изменению, могло бы возникнуть воззрение на индивидуальность?» — «Нет, уважаемый господин». «Видя так... он понимает: „...нет ничего более для этого состояния бытия“». Шестая [сутта]. 7. Attānudiṭṭhisuttaṃ 7. Сутта о воззрении на сущность (Аттанудиттхи-сутта) 156. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Kismiṃ nu kho, bhikkhave, sati, kiṃ upādāya, kiṃ abhinivissa attānudiṭṭhi uppajjatī’’ti? Bhagavaṃmūlakā no, bhante, dhammā…pe… ‘‘rūpe kho, bhikkhave, sati, rūpaṃ upādāya, rūpaṃ abhinivissa attānudiṭṭhi uppajjati. Vedanāya sati… saññāya sati… saṅkhāresu sati… viññāṇe sati, viññāṇaṃ upādāya, viññāṇaṃ abhinivissa attānudiṭṭhi uppajjati[Pg.152]. Taṃ kiṃ maññatha, bhikkhave, rūpaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ…pe… api nu taṃ anupādāya attānudiṭṭhi uppajjeyyā’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Vedanā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ…pe… api nu taṃ anupādāya attānudiṭṭhi uppajjeyyā’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Evaṃ passaṃ…pe… nāparaṃ itthattāyāti pajānātī’’ti. Sattamaṃ. 156. В Саваттхи. «Монахи, при наличии чего, цепляясь за что, привязываясь к чему, возникает воззрение на сущность?» — «Уважаемый господин, наши учения укоренены в Благословенном...» — «При наличии формы, монахи, цепляясь за форму, привязываясь к форме, возникает воззрение на сущность. При наличии чувства... при наличии восприятия... при наличии волевых формаций... при наличии сознания, цепляясь за сознание, привязываясь к сознанию, возникает воззрение на сущность. Как вы думаете, монахи, форма постоянна или непостоянна?» — «Непостоянна, уважаемый господин». — «А то, что непостоянно... но без цепляния за то, что непостоянно, сопряжено со страданием и подвержено изменению, могло бы возникнуть воззрение на сущность?» — «Нет, уважаемый господин». — «Чувство... восприятие... волевые формации... сознание постоянно или непостоянно?» — «Непостоянно, уважаемый господин». — «А то, что непостоянно... но без цепляния за то, что непостоянно, сопряжено со страданием и подвержено изменению, могло бы возникнуть воззрение на сущность?» — «Нет, уважаемый господин». «Видя так... он понимает: „...нет ничего более для этого состояния бытия“». Седьмая [сутта]. 8. Abhinivesasuttaṃ 8. Сутта о привязанности (Абхинивеса-сутта) 157. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Kismiṃ nu kho, bhikkhave, sati, kiṃ upādāya, kiṃ abhinivissa uppajjanti saṃyojanābhinivesavinibandhā’’ti? Bhagavaṃmūlakā no, bhante, dhammā…pe… ‘‘rūpe kho, bhikkhave, sati, rūpaṃ upādāya, rūpaṃ abhinivissa uppajjanti saṃyojanābhinivesavinibandhā. Vedanāya sati… saññāya sati… saṅkhāresu sati… viññāṇe sati, viññāṇaṃ upādāya, viññāṇaṃ abhinivissa uppajjanti saṃyojanābhinivesavinibandhā. Taṃ kiṃ maññatha, bhikkhave, rūpaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ…pe… api nu taṃ anupādāya uppajjeyyuṃ saṃyojanābhinivesavinibandhā’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’…pe… ‘‘evaṃ passaṃ…pe… nāparaṃ itthattāyāti pajānātī’’ti. Aṭṭhamaṃ. 157. В Саваттхи. «Монахи, при наличии чего, цепляясь за что, привязываясь к чему, возникают оковы, привязанности и путы?» — «Уважаемый господин, наши учения укоренены в Благословенном...» — «При наличии формы, монахи, цепляясь за форму, привязываясь к форме, возникают оковы, привязанности и путы. При наличии чувства... при наличии восприятия... при наличии волевых формаций... при наличии сознания, цепляясь за сознание, привязываясь к сознанию, возникают оковы, привязанности и путы. Как вы думаете, монахи, форма постоянна или непостоянна?» — «Непостоянна, уважаемый господин». — «А то, что непостоянно... но без цепляния за то, что непостоянно, сопряжено со страданием и подвержено изменению, могли бы возникнуть оковы, привязанности и путы?» — «Нет, уважаемый господин»... «Видя так... он понимает: „...нет ничего более для этого состояния бытия“». Восьмая [сутта]. 9. Dutiyaabhinivesasuttaṃ 9. Вторая сутта о привязанности (Дутия-абхинивеса-сутта) 158. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Kismiṃ nu kho, bhikkhave, sati, kiṃ upādāya, kiṃ abhinivissa uppajjanti saṃyojanābhinivesavinibandhājjhosānā’’ti? Bhagavaṃmūlakā no, bhante, dhammā…pe… ‘‘rūpe kho, bhikkhave, sati, rūpaṃ upādāya, rūpaṃ abhinivissa uppajjanti saṃyojanābhinivesavinibandhājjhosānā. Vedanāya sati … saññāya sati… saṅkhāresu sati… viññāṇe sati, viññāṇaṃ upādāya, viññāṇaṃ abhinivissa uppajjanti saṃyojanābhinivesavinibandhājjhosānā. Taṃ kiṃ maññatha, bhikkhave, rūpaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ…pe… api nu taṃ anupādāya uppajjeyyuṃ saṃyojanābhinivesavinibandhājjhosānā’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’…pe… ‘‘evaṃ passaṃ…pe… nāparaṃ itthattāyāti pajānātī’’ti. Navamaṃ. 158. В Саваттхи. «Монахи, при наличии чего, цепляясь за что, привязываясь к чему, возникают оковы, привязанности, путы и увязания?» — «Уважаемый господин, наши учения укоренены в Благословенном...» — «При наличии формы, монахи, цепляясь за форму, привязываясь к форме, возникают оковы, привязанности, путы и увязания. При наличии чувства... при наличии восприятия... при наличии волевых формаций... при наличии сознания, цепляясь за сознание, привязываясь к сознанию, возникают оковы, привязанности, путы и увязания. Как вы думаете, монахи, форма постоянна или непостоянна?» — «Непостоянна, уважаемый господин». — «А то, что непостоянно... но без цепляния за то, что непостоянно, сопряжено со страданием и подвержено изменению, могли бы возникнуть оковы, привязанности, путы и увязания?» — «Нет, уважаемый господин»... «Видя так... он понимает: „...нет ничего более для этого состояния бытия“». Девятая [сутта]. 10. Ānandasuttaṃ 10. Сутта об Ананде (Ананда-сутта) 159. Sāvatthinidānaṃ[Pg.153]. Atha kho āyasmā ānando yena bhagavā tenupasaṅkami; upasaṅkamitvā…pe… bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘sādhu me, bhante, bhagavā saṃkhittena dhammaṃ desetu, yamahaṃ bhagavato dhammaṃ sutvā eko vūpakaṭṭho appamatto ātāpī pahitatto vihareyya’’nti. 159. В Саваттхи. Тогда достопочтенный Ананда подошёл к Благословенному, поклонился ему и, сев рядом, сказал: «Уважаемый господин, было бы хорошо, если бы Благословенный кратко преподал мне Дхамму, чтобы, услышав Дхамму от Благословенного, я мог пребывать в уединении, обособленный, прилежный, ревностный и решительный». ‘‘Taṃ kiṃ maññasi, ānanda, rūpaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ, dukkhaṃ vā taṃ sukhaṃ vā’’ti? ‘‘Dukkhaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ dukkhaṃ vipariṇāmadhammaṃ, kallaṃ nu taṃ samanupassituṃ – ‘etaṃ mama, esohamasmi, eso me attā’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Vedanā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ, dukkhaṃ vā taṃ sukhaṃ vā’’ti? ‘‘Dukkhaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ dukkhaṃ vipariṇāmadhammaṃ, kallaṃ nu taṃ samanupassituṃ – ‘etaṃ mama, esohamasmi, eso me attā’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Evaṃ passaṃ…pe… nāparaṃ itthattāyāti pajānātī’’ti. Dasamaṃ. «Как ты думаешь, Ананда, телесная форма постоянна или непостоянна?» — «Непостоянна, уважаемый». — «А то, что непостоянно, является страданием или счастьем?» — «Страданием, уважаемый». — «Но приличествует ли рассматривать то, что непостоянно, подвержено страданию и изменению, таким образом: „Это моё, это я, это моя сущность“?» — «Нет, уважаемый». — «Чувство… восприятие… волевые формации… сознание постоянны или непостоянны?» — «Непостоянны, уважаемый». — «А то, что непостоянно, является страданием или счастьем?» — «Страданием, уважаемый». — «Но приличествует ли рассматривать то, что непостоянно, подвержено страданию и изменению, таким образом: „Это моё, это я, это моя сущность“?» — «Нет, уважаемый». — «Видя так… [сокращение]… он понимает: „...нет ничего более для этого состояния бытия“». Десятая. Diṭṭhivaggo pañcadasamo. Пятнадцатая глава о взглядах. Tassuddānaṃ – Оглавление этой главы: Ajjhattikaṃ etaṃmama, soattā nocamesiyā; Micchāsakkāyattānu dve, abhinivesā ānandenāti. «Внутреннее», «Это моё», «Это душа», «Если бы не было меня», две сутты о ложных взглядах, самоотождествлении и взглядах о душе, две об «Убеждениях» и «С Анандой». Uparipaṇṇāsako samatto. Третья часть (Упарипаннасака) завершена. Tassa uparipaṇṇāsakassa vagguddānaṃ – Оглавление глав этой третьей части: Anto dhammakathikā vijjā, kukkuḷaṃ diṭṭhipañcamaṃ; Tatiyo paṇṇāsako vutto, nipātoti pavuccatīti. «Конец», «Проповедник Дхаммы», «Неведение», «Горящие угли» и пятая — «Взгляды». Так называется третья часть, именуемая разделом. Khandhasaṃyuttaṃ samattaṃ. Кхандха-саньютта завершена. 2. Rādhasaṃyuttaṃ 2. Радха-саньютта 1. Paṭhamavaggo 1. Первая глава 1. Mārasuttaṃ 1. Мара-сутта 160. Sāvatthinidānaṃ[Pg.154]. Atha kho āyasmā rādho yena bhagavā tenupasaṅkami; upasaṅkamitvā bhagavantaṃ abhivādetvā ekamantaṃ nisīdi. Ekamantaṃ nisinno kho āyasmā rādho bhagavantaṃ etadavoca – 160. В Саваттхи. Тогда почтенный Радха подошёл к Благословенному, поклонился ему и сел с одной стороны. Сидя с одной стороны, почтенный Радха обратился к Благословенному с такими словами: ‘‘‘Māro, māro’ti, bhante, vuccati. Kittāvatā nu kho, bhante, māro’’ti? ‘‘Rūpe kho, rādha, sati māro vā assa māretā vā yo vā pana mīyati. Tasmātiha tvaṃ, rādha, rūpaṃ māroti passa, māretāti passa, mīyatīti passa, rogoti passa, gaṇḍoti passa, sallanti passa, aghanti passa, aghabhūtanti passa. Ye naṃ evaṃ passanti te sammā passanti. Vedanāya sati… saññāya sati… saṅkhāresu sati… viññāṇe sati māro vā assa māretā vā yo vā pana mīyati. Tasmātiha tvaṃ, rādha, viññāṇaṃ māroti passa, māretāti passa, mīyatīti passa, rogoti passa, gaṇḍoti passa, sallanti passa, aghanti passa, aghabhūtanti passa. Ye naṃ evaṃ passanti, te sammā passantī’’ti. «Уважаемый, говорят: „Мара, Мара“. В каком же смысле, уважаемый, существует Мара?» — «Когда есть телесная форма, Радха, тогда может быть Мара, или убийца, или тот, кто погибает. Поэтому, Радха, зри телесную форму как Мару, зри её как убийцу, зри её как того, кто погибает. Зри её как болезнь, как нарыв, как стрелу, как несчастье, как само несчастье. Те, кто видят её так, видят правильно. Когда есть чувство… когда есть восприятие… когда есть волевые формации… когда есть сознание, Радха, тогда может быть Мара, или убийца, или тот, кто погибает. Поэтому, Радха, зри сознание как Мару, зри его как убийцу, зри его как того, кто погибает. Зри его как болезнь, как нарыв, как стрелу, как несчастье, как само несчастье. Те, кто видят его так, видят правильно». ‘‘Sammādassanaṃ pana, bhante, kimatthiya’’nti? ‘‘Sammādassanaṃ kho, rādha, nibbidatthaṃ’’. ‘‘Nibbidā pana, bhante, kimatthiyā’’ti? ‘‘Nibbidā kho, rādha, virāgatthā’’. ‘‘Virāgo pana, bhante, kimatthiyo’’ti? ‘‘Virāgo kho, rādha, vimuttattho’’. ‘‘Vimutti pana, bhante, kimatthiyā’’ti? ‘‘Vimutti kho, rādha, nibbānatthā’’. ‘‘Nibbānaṃ pana, bhante, kimatthiya’’nti? ‘‘Accayāsi, rādha, pañhaṃ, nāsakkhi pañhassa pariyantaṃ gahetuṃ. Nibbānogadhañhi, rādha, brahmacariyaṃ vussati, nibbānaparāyanaṃ nibbānapariyosāna’’nti. Paṭhamaṃ. «Но какова, уважаемый, цель правильного видения?» — «Цель правильного видения, Радха, — это разочарование». — «А какова, уважаемый, цель разочарования?» — «Цель разочарования, Радха, — это бесстрастие». — «А какова, уважаемый, цель бесстрастия?» — «Цель бесстрастия, Радха, — это освобождение». — «А какова, уважаемый, цель освобождения?» — «Цель освобождения, Радха, — это Ниббана». — «А какова, уважаемый, цель Ниббаны?» — «Ты вышел за пределы вопросов, Радха, ты не смог постичь предел вопросов. Ведь святая жизнь, Радха, ведётся с Ниббаной в качестве её основания, Ниббаной в качестве её прибежища, Ниббаной в качестве её конечной цели». Первая. 2. Sattasuttaṃ 2. Сатта-сутта 161. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinno kho āyasmā rādho bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘‘satto, satto’ti, bhante, vuccati. Kittāvatā nu kho, bhante[Pg.155], sattoti vuccatī’’ti? ‘‘Rūpe kho, rādha, yo chando yo rāgo yā nandī yā taṇhā, tatra satto, tatra visatto, tasmā sattoti vuccati. Vedanāya… saññāya… saṅkhāresu… viññāṇe yo chando yo rāgo yā nandī yā taṇhā, tatra satto, tatra visatto, tasmā sattoti vuccati’’. 161. В Саваттхи. Сидя с одной стороны, почтенный Радха обратился к Благословенному с такими словами: «Уважаемый, говорят: „существо, существо“. В каком же смысле, уважаемый, кого-то называют существом?» — «Когда есть желание, страсть, восторг и жажда к телесной форме, Радха, и человек привязан к ней, крепко привязан к ней, тогда его называют существом. Когда есть желание, страсть, восторг и жажда к чувству… к восприятию… к волевым формациям… к сознанию, Радха, и человек привязан к нему, крепко привязан к нему, тогда его называют существом». ‘‘Seyyathāpi, rādha, kumārakā vā kumārikāyo vā paṃsvāgārakehi kīḷanti. Yāvakīvañca tesu paṃsvāgārakesu avigatarāgā honti avigatacchandā avigatapemā avigatapipāsā avigatapariḷāhā avigatataṇhā, tāva tāni paṃsvāgārakāni allīyanti keḷāyanti dhanāyanti mamāyanti. Yato ca kho, rādha, kumārakā vā kumārikāyo vā tesu paṃsvāgārakesu vigatarāgā honti vigatacchandā vigatapemā vigatapipāsā vigatapariḷāhā vigatataṇhā, atha kho tāni paṃsvāgārakāni hatthehi ca pādehi ca vikiranti vidhamanti viddhaṃsenti vikīḷaniyaṃ karonti. Evameva kho, rādha, tumhepi rūpaṃ vikiratha vidhamatha viddhaṃsetha vikīḷaniyaṃ karotha taṇhākkhayāya paṭipajjatha. Vedanaṃ vikiratha vidhamatha viddhaṃsetha vikīḷaniyaṃ karotha taṇhākkhayāya paṭipajjatha. Saññaṃ… saṅkhāre vikiratha vidhamatha viddhaṃsetha vikīḷaniyaṃ karotha taṇhākkhayāya paṭipajjatha. Viññāṇaṃ vikiratha vidhamatha viddhaṃsetha vikīḷaniyaṃ karotha taṇhākkhayāya paṭipajjatha. Taṇhākkhayo hi, rādha, nibbāna’’nti. Dutiyaṃ. «Представь, Радха, маленькие мальчики или девочки играют с песчаными домиками. До тех пор, пока они не избавились от страсти, желания, привязанности, жажды, томления и вожделения к этим песчаным домикам, они привязываются к ним, играют с ними, ценят их как сокровище и считают их своими. Но когда эти мальчики или девочки избавляются от страсти, желания, привязанности, жажды, томления и вожделения к этим песчаным домикам, тогда они ломают их руками и ногами, развеивают, разрушают и прекращают игру с ними. Точно так же, Радха, и вы: развейте телесную форму, разрушьте её, сокрушите её, прекратите игру с ней, практикуйте ради уничтожения жажды. Развейте чувство… Развейте восприятие… Развейте волевые формации… Развейте сознание, разрушьте его, сокрушите его, прекратите игру с ним, практикуйте ради уничтожения жажды. Ибо уничтожение жажды, Радха, — это Ниббана». Вторая. 3. Bhavanettisuttaṃ 3. Бхаванетти-сутта 162. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinno kho āyasmā rādho bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘‘bhavanettinirodho, bhavanettinirodho’ti, bhante, vuccati. Katamā nu kho, bhante, bhavanetti, katamo bhavanettinirodho’’ti? ‘‘Rūpe kho, rādha, yo chando yo rāgo yā nandī yā taṇhā ye upayupādānā cetaso adhiṭṭhānābhinivesānusayā – ayaṃ vuccati bhavanetti. Tesaṃ nirodho bhavanettinirodho. Vedanāya… saññāya… saṅkhāresu [Pg.156]… viññāṇe yo chando…pe… adhiṭṭhānābhinivesānusayā – ayaṃ vuccati bhavanetti. Tesaṃ nirodho bhavanettinirodho’’ti. Tatiyaṃ. 162. В Саваттхи. Сидя с одной стороны, почтенный Радха обратился к Благословенному с такими словами: «Уважаемый, говорят: „проводник к существованию, проводник к существованию“. Что же такое, уважаемый, проводник к существованию, и что такое прекращение проводника к существованию?» — «Радха, желание, страсть, восторг, жажда, вовлечённость и цепляние, ментальные установки, привязанности и скрытые склонности по отношению к телесной форме — это называется проводником к существованию. Их прекращение — это прекращение проводника к существованию. Желание, страсть, восторг, жажда, вовлечённость и цепляние, ментальные установки, привязанности и скрытые склонности по отношению к чувству… восприятию… волевым формациям… сознанию — это называется проводником к существованию. Их прекращение — это прекращение проводника к существованию». Третья. 4. Pariññeyyasuttaṃ 4. Париньейя-сутта 163. Sāvatthinidānaṃ. Āyasmā rādho yena bhagavā tenupasaṅkami; upasaṅkamitvā bhagavantaṃ abhivādetvā ekamantaṃ nisīdi. Ekamantaṃ nisinnaṃ kho āyasmantaṃ rādhaṃ bhagavā etadavoca – 163. В Саваттхи. Почтенный Радха подошёл к Благословенному, поклонился ему и сел с одной стороны. К сидящему с одной стороны почтенному Радхе Благословенный обратился с такими словами: ‘‘Pariññeyye ca, rādha, dhamme desessāmi pariññañca pariññātāviṃ puggalañca. Taṃ suṇāhi, sādhukaṃ manasi karohi; bhāsissāmī’’ti. ‘‘Evaṃ, bhante’’ti kho āyasmā rādho bhagavato paccassosi. Bhagavā etadavoca – ‘‘katame ca, rādha, pariññeyyā dhammā? Rūpaṃ kho, rādha, pariññeyyo dhammo, vedanā pariññeyyo dhammo, saññā pariññeyyo dhammo, saṅkhārā pariññeyyo dhammo, viññāṇaṃ pariññeyyo dhammo. Ime vuccanti, rādha, pariññeyyā dhammā. Katamā ca, rādha, pariññā? Yo kho, rādha, rāgakkhayo dosakkhayo mohakkhayo – ayaṃ vuccati, rādha, pariññā. Katamo ca, rādha, pariññātāvī puggalo? ‘Arahā’tissa vacanīyaṃ. Yvāyaṃ āyasmā evaṃnāmo evaṃgotto – ayaṃ vuccati, rādha, pariññātāvī puggalo’’ti. Catutthaṃ. «Радха, я преподам тебе вещи, которые должны быть полностью познаны, а также полное познание и человека, который полностью познал их. Слушай это внимательно, размышляй над этим, я буду говорить». — «Да, уважаемый», — ответил почтенный Радха Благословенному. Благословенный сказал так: «И какие же, Радха, вещи должны быть полностью познаны? Телесная форма, Радха, — это вещь, которая должна быть полностью познана. Чувство — это вещь, которая должна быть полностью познана. Восприятие — это вещь, которая должна быть полностью познана. Волевые формации — это вещь, которая должна быть полностью познана. Сознание — это вещь, которая должна быть полностью познана. Эти вещи, Радха, называются вещами, которые должны быть полностью познаны. И что же такое, Радха, полное познание? То, что является уничтожением страсти, уничтожением злобы, уничтожением заблуждения, Радха, — это называется полным познанием. И кто же такой, Радха, человек, полностью познавший их? О нём следует сказать: „Арахант“. Этот почтенный с таким-то именем и из такого-то рода — вот кто, Радха, называется человеком, полностью познавшим их». Четвёртая. 5. Samaṇasuttaṃ 5. Самана-сутта 164. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinnaṃ kho āyasmantaṃ rādhaṃ bhagavā etadavoca – ‘‘pañcime, rādha, upādānakkhandhā. Katame pañca? Rūpupādānakkhandho, vedanupādānakkhandho, saññupādānakkhandho, saṅkhārupādānakkhandho, viññāṇupādānakkhandho. Ye hi keci, rādha, samaṇā vā brāhmaṇā vā imesaṃ pañcannaṃ upādānakkhandhānaṃ assādañca ādīnavañca nissaraṇañca yathābhūtaṃ nappajānanti; na me te, rādha, samaṇā vā brāhmaṇā vā samaṇesu vā samaṇasammatā brāhmaṇesu vā brāhmaṇasammatā, na ca pana te āyasmanto sāmaññatthaṃ vā brahmaññatthaṃ vā diṭṭheva dhamme sayaṃ abhiññā sacchikatvā upasampajja viharanti. Ye ca kho keci, rādha, samaṇā vā brāhmaṇā vā imesaṃ pañcannaṃ upādānakkhandhānaṃ assādañca ādīnavañca nissaraṇañca yathābhūtaṃ pajānanti; te kho me, rādha, samaṇā vā brāhmaṇā vā samaṇesu ceva samaṇasammatā brāhmaṇesu ca brāhmaṇasammatā[Pg.157], te ca panāyasmanto sāmaññatthañca brahmaññatthañca diṭṭheva dhamme sayaṃ abhiññā sacchikatvā upasampajja viharantī’’ti. Pañcamaṃ. 164. В Саваттхи. К сидящему с одной стороны почтенному Радхе Благословенный обратился с такими словами: «Радха, есть эти пять совокупностей цепляния. Какие пять? Совокупность цепляния к телесной форме, совокупность цепляния к чувству, совокупность цепляния к восприятию, совокупность цепляния к волевым формациям, совокупность цепляния к сознанию. Те отшельники или брахманы, Радха, которые не знают в соответствии с действительностью удовольствия, опасности и освобождения в отношении этих пяти совокупностей цепляния, не считаются мною, Радха, ни отшельниками среди отшельников, ни брахманами среди брахманов, и эти почтенные не пребывают в этой самой жизни, самостоятельно познав высшим знанием, воочию узрев и достигнув плода отшельничества или плода брахманства. Но те отшельники или брахманы, Радха, которые знают в соответствии с действительностью удовольствие, опасность и освобождение в отношении этих пяти совокупностей цепляния, считаются мною, Радха, и отшельниками среди отшельников, и брахманами среди брахманов, и эти почтенные пребывают в этой самой жизни, самостоятельно познав высшим знанием, воочию узрев и достигнув плода отшельничества и плода брахманства». Пятая. 6. Dutiyasamaṇasuttaṃ 6. Вторая самана-сутта 165. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinnaṃ kho āyasmantaṃ rādhaṃ bhagavā etadavoca – ‘‘pañcime, rādha, upādānakkhandhā. Katame pañca? Rūpupādānakkhandho…pe… viññāṇupādānakkhandho. Ye hi keci, rādha, samaṇā vā brāhmaṇā vā imesaṃ pañcannaṃ upādānakkhandhānaṃ samudayañca atthaṅgamañca assādañca ādīnavañca nissaraṇañca yathābhūtaṃ nappajānanti…pe… sayaṃ abhiññā sacchikatvā upasampajja viharantī’’ti. Chaṭṭhaṃ. 165. В Саваттхи. К сидящему с одной стороны почтенному Радхе Благословенный обратился с такими словами: «Радха, есть эти пять совокупностей цепляния. Какие пять? Совокупность цепляния к телесной форме… [сокращение]… совокупность цепляния к сознанию. Те отшельники или брахманы, Радха, которые не знают в соответствии с действительностью возникновения, исчезновения, удовольствия, опасности и освобождения в отношении этих пяти совокупностей цепляния… [сокращение]… пребывают, самостоятельно познав высшим знанием, воочию узрев и достигнув этого». Шестая. 7. Sotāpannasuttaṃ 7. Сотапанна-сутта 166. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinnaṃ kho āyasmantaṃ rādhaṃ bhagavā etadavoca – ‘‘pañcime, rādha, upādānakkhandhā. Katame pañca? Rūpupādānakkhandho…pe… viññāṇupādānakkhandho. Yato kho, rādha, ariyasāvako imesaṃ pañcannaṃ upādānakkhandhānaṃ samudayañca atthaṅgamañca assādañca ādīnavañca nissaraṇañca yathābhūtaṃ pajānāti – ayaṃ vuccati, rādha, ariyasāvako sotāpanno avinipātadhammo niyato sambodhiparāyano’’ti. Sattamaṃ. 166. В Саваттхи. К сидящему с одной стороны почтенному Радхе Благословенный обратился с такими словами: «Радха, есть эти пять совокупностей цепляния. Какие пять? Совокупность цепляния к телесной форме… [сокращение]… совокупность цепляния к сознанию. Когда, Радха, благородный ученик знает в соответствии с действительностью возникновение, исчезновение, удовольствие, опасность и освобождение в отношении этих пяти совокупностей цепляния, тогда, Радха, этот благородный ученик называется вошедшим в поток (сотапанной), не подверженным падению в низшие миры, утвердившимся на верном пути, устремлённым к пробуждению». Седьмая. 8. Arahantasuttaṃ 8. Араханта-сутта 167. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinnaṃ kho āyasmantaṃ rādhaṃ bhagavā etadavoca – ‘‘pañcime, rādha, upādānakkhandhā. Katame pañca? Rūpupādānakkhandho…pe… viññāṇupādānakkhandho. Yato kho, rādha, bhikkhu imesaṃ pañcannaṃ upādānakkhandhānaṃ samudayañca atthaṅgamañca assādañca ādīnavañca nissaraṇañca yathābhūtaṃ viditvā anupādāvimutto hoti – ayaṃ vuccati, rādha, arahaṃ khīṇāsavo vusitavā katakaraṇīyo ohitabhāro anuppattasadattho parikkhīṇabhavasaṃyojano sammadaññāvimutto’’ti. Aṭṭhamaṃ. 167. В Саваттхи. К сидящему с одной стороны почтенному Радхе Благословенный обратился с такими словами: «Радха, есть эти пять совокупностей цепляния. Какие пять? Совокупность цепляния к телесной форме… [сокращение]… совокупность цепляния к сознанию. Когда, Радха, монах, познав в соответствии с действительностью возникновение, исчезновение, удовольствие, опасность и освобождение в отношении этих пяти совокупностей цепляния, освобождается без цепляния, тогда, Радха, этот монах называется арахантом, чьи влечения уничтожены, кто прожил святую жизнь, сделал то, что надлежало сделать, сбросил бремя, достиг своей цели, полностью уничтожил оковы существования и освободился благодаря совершенному знанию». Восьмая. 9. Chandarāgasuttaṃ 9. Чандарага-сутта 168. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinnaṃ kho āyasmantaṃ rādhaṃ bhagavā etadavoca – ‘‘rūpe kho, rādha, yo chando yo rāgo yā nandī yā taṇhā, taṃ pajahatha. Evaṃ taṃ rūpaṃ pahīnaṃ bhavissati ucchinnamūlaṃ tālāvatthukataṃ anabhāvaṃkataṃ āyatiṃ anuppādadhammaṃ. Vedanāya yo [Pg.158] chando yo rāgo yā nandī yā taṇhā, taṃ pajahatha. Evaṃ sā vedanā pahīnā bhavissati ucchinnamūlā tālāvatthukatā anabhāvaṃkatā āyatiṃ anuppādadhammā. Saññāya… saṅkhāresu yo chando yo rāgo yā nandī yā taṇhā, taṃ pajahatha. Evaṃ te saṅkhārā pahīnā bhavissanti ucchinnamūlā tālāvatthukatā anabhāvaṃkatā āyatiṃ anuppādadhammā. Viññāṇe yo chando yo rāgo yā nandī yā taṇhā, taṃ pajahatha. Evaṃ taṃ viññāṇaṃ pahīnaṃ bhavissati…pe… anuppādadhamma’’nti. Navamaṃ. 168. В Саваттхи. Когда почтенный Радха сел рядом, Благословенный обратился к нему с такими словами: «Радха, отбросьте то желание, ту страсть, тот восторг, ту жажду, что есть к форме. Когда они будут отброшены, эта форма будет устранена, с подрезанными корнями, подобно пальме, выкорчеванной из почвы, лишена возможности существования, не подвержена возникновению в будущем. Отбросьте то желание, ту страсть, тот восторг, ту жажду, что есть к чувству. Когда они будут отброшены, это чувство будет устранено, с подрезанными корнями, подобно пальме, выкорчеванной из почвы, лишено возможности существования, не подвержено возникновению в будущем. К восприятию... Отбросьте то желание, ту страсть, тот восторг, ту жажду, что есть к волевым формированиям. Когда они будут отброшены, эти волевые формирования будут устранены, с подрезанными корнями, подобно пальме, выкорчеванной из почвы, лишены возможности существования, не подвержены возникновению в будущем. Отбросьте то желание, ту страсть, тот восторг, ту жажду, что есть к сознанию. Когда они будут отброшены, это сознание будет устранено... [и так далее]... не подвержено возникновению в будущем». Девятое. 10. Dutiyachandarāgasuttaṃ 10. Вторая сутта о желании и страсти 169. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinnaṃ kho āyasmantaṃ rādhaṃ bhagavā etadavoca – ‘‘rūpe kho, rādha, yo chando yo rāgo yā nandī yā taṇhā ye upayupādānā cetaso adhiṭṭhānābhinivesānusayā, te pajahatha. Evaṃ taṃ rūpaṃ pahīnaṃ bhavissati ucchinnamūlaṃ tālāvatthukataṃ anabhāvaṃkataṃ āyatiṃ anuppādadhammaṃ. Vedanāya yo chando yo rāgo yā nandī yā taṇhā ye upayupādānā cetaso adhiṭṭhānābhinivesānusayā, te pajahatha. Evaṃ sā vedanā pahīnā bhavissati ucchinnamūlā tālāvatthukatā anabhāvaṃkatā āyatiṃ anuppādadhammā. Saññāya… saṅkhāresu yo chando yo rāgo yā nandī yā taṇhā ye upayupādānā cetaso adhiṭṭhānābhinivesānusayā, te pajahatha. Evaṃ te saṅkhārā pahīnā bhavissanti ucchinnamūlā tālāvatthukatā anabhāvaṃkatā āyatiṃ anuppādadhammā. Viññāṇe yo chando yo rāgo yā nandī yā taṇhā ye upayupādānā cetaso adhiṭṭhānābhinivesānusayā, te pajahatha. Evaṃ taṃ viññāṇaṃ pahīnaṃ bhavissati ucchinnamūlaṃ tālāvatthukataṃ anabhāvaṃkataṃ āyatiṃ anuppādadhamma’’nti. Dasamaṃ. 169. В Саваттхи. Когда почтенный Радха сел рядом, Благословенный обратился к нему с такими словами: «Радха, отбросьте то желание, ту страсть, тот восторг, ту жажду, те устремления и цепляния, те ментальные установки, привязанности и скрытые склонности ума, что есть к форме. Когда они будут отброшены, эта форма будет устранена, с подрезанными корнями, подобно пальме, выкорчеванной из почвы, лишена возможности существования, не подвержена возникновению в будущем. Отбросьте то желание, ту страсть, тот восторг, ту жажду, те устремления и цепляния, те ментальные установки, привязанности и скрытые склонности ума, что есть к чувству. Когда они будут отброшены, это чувство будет устранено, с подрезанными корнями, подобно пальме, выкорчеванной из почвы, лишено возможности существования, не подвержено возникновению в будущем. К восприятию... Отбросьте то желание, ту страсть, тот восторг, ту жажду, те устремления и цепляния, те ментальные установки, привязанности и скрытые склонности ума, что есть к волевым формированиям. Когда они будут отброшены, эти волевые формирования будут устранены, с подрезанными корнями, подобно пальме, выкорчеванной из почвы, лишены возможности существования, не подвержены возникновению в будущем. Отбросьте то желание, ту страсть, тот восторг, ту жажду, те устремления и цепляния, те ментальные установки, привязанности и скрытые склонности ума, что есть к сознанию. Когда они будут отброшены, это сознание будет устранено, с подрезанными корнями, подобно пальме, выкорчеванной из почвы, лишено возможности существования, не подвержено возникновению в будущем». Десятое. Rādhasaṃyuttassa paṭhamo vaggo. Первая глава Радха-саньютты. Tassuddānaṃ – Оглавление: Māro satto bhavanetti, pariññeyyā samaṇā duve; Sotāpanno arahā ca, chandarāgāpare duveti. Мара, существо, проводник к существованию, то, что должно быть полностью познано, две о саманах; вступивший в поток, арахант и ещё две о желании и страсти. 2. Dutiyavaggo 2. Вторая глава 1. Mārasuttaṃ 1. Сутта о Маре 170. Sāvatthinidānaṃ[Pg.159]. Ekamantaṃ nisinno kho āyasmā rādho bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘‘māro, māro’ti, bhante, vuccati. Katamo nu kho, bhante, māro’’ti? ‘‘Rūpaṃ kho, rādha, māro, vedanā māro, saññā māro, saṅkhārā māro, viññāṇaṃ māro. Evaṃ passaṃ, rādha, sutavā ariyasāvako rūpasmimpi nibbindati, vedanāyapi nibbindati, saññāyapi nibbindati, saṅkhāresupi nibbindati, viññāṇasmimpi nibbindati. Nibbindaṃ virajjati; virāgā vimuccati. Vimuttasmiṃ vimuttamiti ñāṇaṃ hoti. ‘Khīṇā jāti, vusitaṃ brahmacariyaṃ, kataṃ karaṇīyaṃ, nāparaṃ itthattāyā’ti pajānātī’’ti. Paṭhamaṃ. 170. В Саваттхи. Почтенный Радха, сев рядом, обратился к Благословенному: «Достопочтенный, говорят: „Мара, Мара“. Что же такое, Достопочтенный, этот Мара?» «Радха, форма — это Мара, чувство — это Мара, восприятие — это Мара, волевые формирования — это Мара, сознание — это Мара. Видя так, Радха, обученный благородный ученик испытывает разочарование в форме, испытывает разочарование в чувстве, испытывает разочарование в восприятии, испытывает разочарование в волевых формированиях, испытывает разочарование в сознании. Испытывая разочарование, он становится бесстрастным. Благодаря бесстрастию он освобождается. Когда он освобождён, возникает знание: „Освобождён“. Он постигает: „Рождение прекращено, святая жизнь прожита, сделано то, что должно быть сделано, не осталось ничего более для этого состояния бытия“». Первая. 2. Māradhammasuttaṃ 2. Сутта о том, что подвержено Маре 171. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinno kho āyasmā rādho bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘‘māradhammo, māradhammo’ti, bhante, vuccati. Katamo nu kho, bhante, māradhammo’’ti? ‘‘Rūpaṃ kho, rādha, māradhammo, vedanā māradhammo, saññā māradhammo, saṅkhārā māradhammo, viññāṇaṃ māradhammo. Evaṃ passaṃ…pe… nāparaṃ itthattāyāti pajānātī’’ti. Dutiyaṃ. 171. В Саваттхи. Почтенный Радха, сев рядом, обратился к Благословенному: «Достопочтенный, говорят: „подверженное Маре, подверженное Маре“. Что же такое, Достопочтенный, подверженное Маре?» «Радха, форма подвержена Маре, чувство подвержено Маре, восприятие подвержено Маре, волевые формирования подвержены Маре, сознание подвержено Маре. Видя так... [и так далее]... он постигает: „...нет ничего более для этого состояния бытия“». Вторая. 3. Aniccasuttaṃ 3. Сутта о непостоянстве 172. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinno kho āyasmā rādho bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘‘aniccaṃ, anicca’nti, bhante, vuccati. Katamaṃ nu kho, bhante, anicca’’nti? ‘‘Rūpaṃ kho, rādha, aniccaṃ, vedanā aniccā, saññā aniccā, saṅkhārā aniccā, viññāṇaṃ aniccaṃ. Evaṃ passaṃ…pe… nāparaṃ itthattāyāti pajānātī’’ti. Tatiyaṃ. 172. В Саваттхи. Почтенный Радха, сев рядом, обратился к Благословенному: «Достопочтенный, говорят: „непостоянное, непостоянное“. Что же такое, Достопочтенный, непостоянное?» «Радха, форма непостоянна, чувство непостоянно, восприятие непостоянно, волевые формирования непостоянны, сознание непостоянно. Видя так... [и так далее]... он постигает: „...нет ничего более для этого состояния бытия“». Третья. 4. Aniccadhammasuttaṃ 4. Сутта о том, что подвержено непостоянству 173. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinno kho āyasmā rādho bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘‘aniccadhammo, aniccadhammo’ti, bhante, vuccati. Katamo nu kho, bhante, aniccadhammo’’ti? ‘‘Rūpaṃ kho, rādha, aniccadhammo, vedanā aniccadhammo, saññā aniccadhammo, saṅkhārā aniccadhammo, viññāṇaṃ aniccadhammo. Evaṃ passaṃ…pe… nāparaṃ itthattāyāti pajānātī’’ti. Catutthaṃ. 173. В Саваттхи. Почтенный Радха, сев рядом, обратился к Благословенному: «Достопочтенный, говорят: „подверженное непостоянству, подверженное непостоянству“. Что же такое, Достопочтенный, подверженное непостоянству?» «Радха, форма подвержена непостоянству, чувство подвержено непостоянству, восприятие подвержено непостоянству, волевые формирования подвержены непостоянству, сознание подвержено непостоянству. Видя так... [и так далее]... он постигает: „...нет ничего более для этого состояния бытия“». Четвёртая. 5. Dukkhasuttaṃ 5. Сутта о страдании 174. Sāvatthinidānaṃ[Pg.160]. Ekamantaṃ nisinno kho āyasmā rādho bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘‘dukkhaṃ, dukkha’nti, bhante, vuccati. Katamaṃ nu kho, bhante, dukkha’’nti? ‘‘Rūpaṃ kho, rādha, dukkhaṃ, vedanā dukkhā, saññā dukkhā, saṅkhārā dukkhā, viññāṇaṃ dukkhaṃ. Evaṃ passaṃ…pe… nāparaṃ itthattāyāti pajānātī’’ti. Pañcamaṃ. 174. В Саваттхи. Почтенный Радха, сев рядом, обратился к Благословенному: «Достопочтенный, говорят: „страдание, страдание“. Что же такое, Достопочтенный, страдание?» «Радха, форма — это страдание, чувство — это страдание, восприятие — это страдание, волевые формирования — это страдание, сознание — это страдание. Видя так... [и так далее]... он постигает: „...нет ничего более для этого состояния бытия“». Пятая. 6. Dukkhadhammasuttaṃ 6. Сутта о том, что подвержено страданию 175. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinno kho āyasmā rādho bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘‘dukkhadhammo, dukkhadhammo’ti, bhante, vuccati. Katamo nu kho, bhante, dukkhadhammo’’ti? ‘‘Rūpaṃ kho, rādha, dukkhadhammo, vedanā dukkhadhammo, saññā dukkhadhammo, saṅkhārā dukkhadhammo, viññāṇaṃ dukkhadhammo. Evaṃ passaṃ…pe… nāparaṃ itthattāyāti pajānātī’’ti. Chaṭṭhaṃ. 175. В Саваттхи. Почтенный Радха, сев рядом, обратился к Благословенному: «Достопочтенный, говорят: „подверженное страданию, подверженное страданию“. Что же такое, Достопочтенный, подверженное страданию?» «Радха, форма подвержена страданию, чувство подвержено страданию, восприятие подвержено страданию, волевые формирования подвержены страданию, сознание подвержено страданию. Видя так... [и так далее]... он постигает: „...нет ничего более для этого состояния бытия“». Шестая. 7. Anattasuttaṃ 7. Сутта о безличности 176. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinno kho āyasmā rādho bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘‘anattā, anattā’ti, bhante, vuccati. Katamo nu kho, bhante, anattā’’ti? ‘‘Rūpaṃ kho, rādha, anattā, vedanā anattā, saññā anattā, saṅkhārā anattā, viññāṇaṃ anattā. Evaṃ passaṃ…pe… nāparaṃ itthattāyāti pajānātī’’ti. Sattamaṃ. 176. В Саваттхи. Почтенный Радха, сев рядом, обратился к Благословенному: «Достопочтенный, говорят: „безличное, безличное“. Что же такое, Достопочтенный, безличное?» «Радха, форма безлична, чувство безлично, восприятие безлично, волевые формирования безличны, сознание безлично. Видя так... [и так далее]... он постигает: „...нет ничего более для этого состояния бытия“». Седьмая. 8. Anattadhammasuttaṃ 8. Сутта о том, что подвержено безличности 177. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinno kho āyasmā rādho bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘‘anattadhammo, anattadhammo’ti, bhante, vuccati. Katamo nu kho, bhante, anattadhammo’’ti? ‘‘Rūpaṃ kho, rādha, anattadhammo, vedanā anattadhammo, saññā anattadhammo, saṅkhārā anattadhammo, viññāṇaṃ anattadhammo. Evaṃ passaṃ…pe… nāparaṃ itthattāyāti pajānātī’’ti. Aṭṭhamaṃ. 177. В Саваттхи. Почтенный Радха, сев рядом, обратился к Благословенному: «Достопочтенный, говорят: „подверженное безличности, подверженное безличности“. Что же такое, Достопочтенный, подверженное безличности?» «Радха, форма подвержена безличности, чувство подвержено безличности, восприятие подвержено безличности, волевые формирования подвержены безличности, сознание подвержено безличности. Видя так... [и так далее]... он постигает: „...нет ничего более для этого состояния бытия“». Восьмая. 9.Khayadhammasuttaṃ 9. Сутта о том, что подвержено разрушению 178. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinno kho āyasmā rādho bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘‘khayadhammo, khayadhammo’ti, bhante, vuccati. Katamo nu kho, bhante, khayadhammo’’ti? ‘‘Rūpaṃ kho, rādha, khayadhammo, vedanā khayadhammo, saññā [Pg.161] khayadhammo, saṅkhārā khayadhammo, viññāṇaṃ khayadhammo. Evaṃ passaṃ…pe… nāparaṃ itthattāyāti pajānātī’’ti. Navamaṃ. 178. В Саваттхи. Почтенный Радха, сев рядом, обратился к Благословенному: «Достопочтенный, говорят: „подверженное разрушению, подверженное разрушению“. Что же такое, Достопочтенный, подверженное разрушению?» «Радха, форма подвержена разрушению, чувство подвержено разрушению, восприятие подвержено разрушению, волевые формирования подвержены разрушению, сознание подвержено разрушению. Видя так... [и так далее]... он постигает: „...нет ничего более для этого состояния бытия“». Девятая. 10. Vayadhammasuttaṃ 10. Сутта о том, что подвержено исчезновению 179. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinno kho āyasmā rādho bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘‘vayadhammo, vayadhammo’ti, bhante, vuccati. Katamo nu kho, bhante, vayadhammo’’ti? ‘‘Rūpaṃ kho, rādha, vayadhammo, vedanā vayadhammo, saññā vayadhammo, saṅkhārā vayadhammo, viññāṇaṃ vayadhammo. Evaṃ passaṃ…pe… nāparaṃ itthattāyāti pajānātī’’ti. Dasamaṃ. 179. В Саваттхи. Почтенный Радха, сев рядом, обратился к Благословенному: «Достопочтенный, говорят: „подверженное исчезновению, подверженное исчезновению“. Что же такое, Достопочтенный, подверженное исчезновению?» «Радха, форма подвержена исчезновению, чувство подвержено исчезновению, восприятие подвержено исчезновению, волевые формирования подвержены исчезновению, сознание подвержено исчезновению. Видя так... [и так далее]... он постигает: „...нет ничего более для этого состояния бытия“». Десятая. 11. Samudayadhammasuttaṃ 11. Сутта о том, что подвержено возникновению 180. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinno kho āyasmā rādho bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘‘samudayadhammo, samudayadhammo’ti, bhante, vuccati. Katamo nu kho, bhante, samudayadhammo’’ti? ‘‘Rūpaṃ kho, rādha, samudayadhammo, vedanā samudayadhammo, saññā samudayadhammo, saṅkhārā samudayadhammo, viññāṇaṃ samudayadhammo. Evaṃ passaṃ…pe… nāparaṃ itthattāyāti pajānātī’’ti. Ekādasamaṃ. 180. В Саваттхи. Почтенный Радха, сев рядом, обратился к Благословенному: «Достопочтенный, говорят: „подверженное возникновению, подверженное возникновению“. Что же такое, Достопочтенный, подверженное возникновению?» «Радха, форма подвержена возникновению, чувство подвержено возникновению, восприятие подвержено возникновению, волевые формирования подвержены возникновению, сознание подвержено возникновению. Видя так... [и так далее]... он постигает: „...нет ничего более для этого состояния бытия“». Одиннадцатая. 12. Nirodhadhammasuttaṃ 12. Сутта о том, что подвержено прекращению 181. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinno kho āyasmā rādho bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘‘nirodhadhammo, nirodhadhammo’ti, bhante, vuccati. Katamo nu kho, bhante, nirodhadhammo’’ti? ‘‘Rūpaṃ kho, rādha, nirodhadhammo, vedanā nirodhadhammo, saññā nirodhadhammo, saṅkhārā nirodhadhammo, viññāṇaṃ nirodhadhammo. Evaṃ passaṃ…pe… nāparaṃ itthattāyāti pajānātī’’ti. Dvādasamaṃ. 181. В Саваттхи. Почтенный Радха, сев рядом, обратился к Благословенному: «Достопочтенный, говорят: „подверженное прекращению, подверженное прекращению“. Что же такое, Достопочтенный, подверженное прекращению?» «Радха, форма подвержена прекращению, чувство подвержено прекращению, восприятие подвержено прекращению, волевые формирования подвержены прекращению, сознание подвержено прекращению. Видя так... [и так далее]... он постигает: „...нет ничего более для этого состояния бытия“». Двенадцатая. Rādhasaṃyuttassa dutiyo vaggo. Вторая глава Радха-саньютты. Tassuddānaṃ – Оглавление: Māro ca māradhammo ca, aniccena apare duve; Dukkhena ca duve vuttā, anattena tatheva ca; Khayavayasamudayaṃ, nirodhadhammena dvādasāti. Мара и то, что подвержено Маре, ещё две о непостоянстве; две сказаны о страдании, и точно так же две о безличности; подверженное разрушению, исчезновению, возникновению и прекращению — всего двенадцать. 3. Āyācanavaggo 3. Глава о просьбе 1-11. Mārādisuttaekādasakaṃ 1-11. Одиннадцать сутт, начиная с сутты о Маре 182. Sāvatthinidānaṃ[Pg.162]. Ekamantaṃ nisinno kho āyasmā rādho bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘sādhu me, bhante, bhagavā saṃkhittena dhammaṃ desetu, yamahaṃ bhagavato dhammaṃ sutvā eko vūpakaṭṭho appamatto ātāpī pahitatto vihareyya’’nti. 182. В Саваттхи. Почтенный Радха, сев рядом, обратился к Благословенному: «Было бы хорошо, Достопочтенный, если бы Благословенный кратко преподал мне Дхамму, чтобы, услышав Дхамму от Благословенного, я мог пребывать в уединении, обособленным, прилежным, ревностным и решительным». ‘‘Yo kho, rādha, māro; tatra te chando pahātabbo, rāgo pahātabbo, chandarāgo pahātabbo. Ko ca, rādha, māro? Rūpaṃ kho, rādha, māro; tatra te chando pahātabbo, rāgo pahātabbo, chandarāgo pahātabbo. Vedanā māro; tatra te chando pahātabbo…pe… saññā māro; tatra te chando pahātabbo…pe… saṅkhārā māro; tatra te chando pahātabbo…pe… viññāṇaṃ māro; tatra te chando pahātabbo…pe… yo kho, rādha, māro; tatra te chando pahātabbo, rāgo pahātabbo, chandarāgo pahātabbo’’ti. «Радха, к тому, что является Марой, ты должен отбросить желание, отбросить страсть, отбросить желание и страсть. И что же, Радха, является Марой? Форма, Радха, — это Мара; к ней ты должен отбросить желание, отбросить страсть, отбросить желание и страсть. Чувство — это Мара; к нему ты должен отбросить желание... [и так далее]... Восприятие — это Мара; к нему ты должен отбросить желание... [и так далее]... Волевые формирования — это Мара; к ним ты должен отбросить желание... [и так далее]... Сознание — это Мара; к нему ты должен отбросить желание... [и так далее]... Радха, к тому, что является Марой, ты должен отбросить желание, отбросить страсть, отбросить желание и страсть». 183. Yo kho, rādha, māradhammo; tatra te chando pahātabbo, rāgo pahātabbo, chandarāgo pahātabbo…pe…. 183. «Радха, к тому, что подвержено Маре, ты должен отбросить желание, отбросить страсть, отбросить желание и страсть... [и так далее]...» 184. Yaṃ kho, rādha, aniccaṃ…pe…. 184. «Радха, к тому, что непостоянно... [и так далее]...» 185. Yo kho, rādha, aniccadhammo…pe…. 185. «Радха, к тому, что подвержено непостоянству... [и так далее]...» 186. Yaṃ kho, rādha, dukkhaṃ…pe…. 186. «Радха, к тому, что является страданием... [и так далее]...» 187. Yo kho, rādha, dukkhadhammo…pe…. 187. «Радха, к тому, что подвержено страданию... [и так далее]...» 188. Yo kho, rādha, anattā…pe…. 188. «Радха, к тому, что безлично... [и так далее]...» 189. Yo [Pg.163] kho, rādha, anattadhammo…pe…. 189. «Радха, к тому, что подвержено безличности... [и так далее]...» 190. Yo kho, rādha, khayadhammo…pe…. 190. «Радха, к тому, что подвержено разрушению... [и так далее]...» 191. Yo kho, rādha, vayadhammo…pe…. 191. «Радха, к тому, что подвержено исчезновению... [и так далее]...» 192. Yo kho, rādha, samudayadhammo; tatra te chando pahātabbo, rāgo pahātabbo, chandarāgo pahātabbo…pe…. 192. «Радха, к тому, что подвержено возникновению, ты должен отбросить желание, отбросить страсть, отбросить желание и страсть... [и так далее]...» 12. Nirodhadhammasuttaṃ 12. Сутта о том, что подвержено прекращению 193. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinno kho āyasmā rādho bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘sādhu me, bhante, bhagavā saṃkhittena dhammaṃ desetu, yamahaṃ bhagavato dhammaṃ sutvā eko vūpakaṭṭho appamatto ātāpī pahitatto vihareyya’’nti. 193. В Саваттхи. Почтенный Радха, сев рядом, обратился к Благословенному: «Было бы хорошо, Достопочтенный, если бы Благословенный кратко преподал мне Дхамму, чтобы, услышав Дхамму от Благословенного, я мог пребывать в уединении, обособленным, прилежным, ревностным и решительным». ‘‘Yo kho, rādha, nirodhadhammo; tatra te chando pahātabbo, rāgo pahātabbo, chandarāgo pahātabbo. Ko ca, rādha, nirodhadhammo? Rūpaṃ kho, rādha, nirodhadhammo; tatra te chando pahātabbo…pe… vedanā nirodhadhammo; tatra te chando pahātabbo…pe… saññā nirodhadhammo; tatra te chando pahātabbo…pe… saṅkhārā nirodhadhammo; tatra te chando pahātabbo…pe… viññāṇaṃ nirodhadhammo; tatra te chando pahātabbo…pe… yo kho, rādha, nirodhadhammo; tatra te chando pahātabbo, rāgo pahātabbo, chandarāgo pahātabbo’’ti. «Радха, то, что подвержено прекращению — в отношении этого тебе следует оставить желание, тебе следует оставить страсть, тебе следует оставить желание и страсть. И что же, Радха, подвержено прекращению? Форма, Радха, подвержена прекращению; в отношении неё тебе следует оставить желание… [и т. д.]… чувство подвержено прекращению; в отношении него тебе следует оставить желание… [и т. д.]… восприятие подвержено прекращению; в отношении него тебе следует оставить желание… [и т. д.]… волевые формирователи подвержены прекращению; в отношении них тебе следует оставить желание… [и т. д.]… сознание подвержено прекращению; в отношении него тебе следует оставить желание… [и т. д.]… Радха, то, что подвержено прекращению — в отношении этого тебе следует оставить желание, тебе следует оставить страсть, тебе следует оставить желание и страсть». Āyācanavaggo tatiyo. Третья глава, [называемая] Аячана. Tassuddānaṃ – Её оглавление: Māro ca māradhammo ca, aniccena apare duve; Dukkhena ca duve vuttā, anattena tatheva ca; Khayavayasamudayaṃ, nirodhadhammena dvādasāti. «Мара» и «Подверженное Маре», ещё две с «непостоянным», две изречены с «страданием», и точно так же с «безличностным»; «исчезновение», «угасание», «возникновение» и вместе с «подверженным прекращению» — [всего] двенадцать. 4. Upanisinnavaggo 4. Глава Упанисинна 1-11. Mārādisuttaekādasakaṃ 1-11. Одиннадцать сутт, начиная с «Мары» 194. Sāvatthinidānaṃ[Pg.164]. Ekamantaṃ nisinnaṃ kho āyasmantaṃ rādhaṃ bhagavā etadavoca – ‘‘yo kho, rādha, māro; tatra te chando pahātabbo, rāgo pahātabbo, chandarāgo pahātabbo. Ko ca, rādha, māro? Rūpaṃ kho, rādha, māro; tatra te chando pahātabbo…pe… viññāṇaṃ māro; tatra te chando pahātabbo…pe… yo kho, rādha, māro; tatra te chando pahātabbo, rāgo pahātabbo, chandarāgo pahātabbo’’ti. 194. В Саваттхи. Благословенный обратился к почтенному Радхе, когда тот сидел рядом: «Радха, то, что является Марой — в отношении этого тебе следует оставить желание, тебе следует оставить страсть, тебе следует оставить желание и страсть. И что же, Радха, является Марой? Форма, Радха, — это Мара; в отношении неё тебе следует оставить желание… [и т. д.]… сознание — это Мара; в отношении него тебе следует оставить желание… [и т. д.]… Радха, то, что является Марой — в отношении этого тебе следует оставить желание, тебе следует оставить страсть, тебе следует оставить желание и страсть». 195. Yo kho, rādha, māradhammo; tatra te chando pahātabbo, rāgo pahātabbo, chandarāgo pahātabbo…pe…. 195. «Радха, то, что подвержено Маре — в отношении этого тебе следует оставить желание, тебе следует оставить страсть, тебе следует оставить желание и страсть… [и т. д.]…» 196. Yaṃ kho, rādha, aniccaṃ…pe…. 196. «Радха, то, что непостоянно… [и т. д.]…» 197. Yo kho, rādha, aniccadhammo…pe…. 197. «Радха, то, что подвержено непостоянству… [и т. д.]…» 198. Yaṃ kho, rādha, dukkhaṃ…pe…. 198. «Радха, то, что является страданием… [и т. д.]…» 199. Yo kho, rādha, dukkhadhammo…pe…. 199. «Радха, то, что подвержено страданию… [и т. д.]…» 200. Yo kho, rādha, anattā…pe…. 200. «Радха, то, что является безличностным… [и т. д.]…» 201. Yo kho, rādha, anattadhammo…pe…. 201. «Радха, то, что подвержено безличностности… [и т. д.]…» 202. Yo kho, rādha, khayadhammo…pe…. 202. «Радха, то, что подвержено исчезновению… [и т. д.]…» 203. Yo kho, rādha, vayadhammo…pe…. 203. «Радха, то, что подвержено угасанию… [и т. д.]…» 204. Yo kho, rādha, samudayadhammo; tatra te chando pahātabbo, rāgo pahātabbo, chandarāgo pahātabbo…pe…. 204. «Радха, то, что подвержено возникновению — в отношении этого тебе следует оставить желание, тебе следует оставить страсть, тебе следует оставить желание и страсть… [и т. д.]…» 12. Nirodhadhammasuttaṃ 12. Ниродхадхамма сутта 205. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinnaṃ kho āyasmantaṃ rādhaṃ bhagavā etadavoca – ‘‘yo kho, rādha, nirodhadhammo; tatra te chando pahātabbo, rāgo pahātabbo, chandarāgo pahātabbo. Ko ca, rādha, nirodhadhammo? Rūpaṃ [Pg.165] kho, rādha, nirodhadhammo; tatra te chando pahātabbo, rāgo pahātabbo, chandarāgo pahātabbo. Vedanā…pe… saññā…pe… saṅkhārā…pe… viññāṇaṃ nirodhadhammo; tatra te chando pahātabbo, rāgo pahātabbo, chandarāgo pahātabbo. Yo kho, rādha, nirodhadhammo; tatra te chando pahātabbo, rāgo pahātabbo, chandarāgo pahātabbo’’ti. 205. В Саваттхи. Благословенный обратился к почтенному Радхе, когда тот сидел рядом: «Радха, то, что подвержено прекращению — в отношении этого тебе следует оставить желание, тебе следует оставить страсть, тебе следует оставить желание и страсть. И что же, Радха, подвержено прекращению? Форма, Радха, подвержена прекращению; в отношении неё тебе следует оставить желание, тебе следует оставить страсть, тебе следует оставить желание и страсть. Чувство… восприятие… волевые формирователи… сознание подвержено прекращению; в отношении него тебе следует оставить желание, тебе следует оставить страсть, тебе следует оставить желание и страсть. Радха, то, что подвержено прекращению — в отношении этого тебе следует оставить желание, тебе следует оставить страсть, тебе следует оставить желание и страсть». Upanisinnavaggo catuttho. Четвёртая глава, [называемая] Упанисинна. Tassuddānaṃ – Её оглавление: Māro ca māradhammo ca, aniccena apare duve; Dukkhena ca duve vuttā, anattena tatheva ca; Khayavayasamudayaṃ, nirodhadhammena dvādasāti. «Мара» и «Подверженное Маре», ещё две с «непостоянным», две изречены с «страданием», и точно так же с «безличностным»; «исчезновение», «угасание», «возникновение» и вместе с «подверженным прекращению» — [всего] двенадцать. Rādhasaṃyuttaṃ samattaṃ. Радха-самьютта завершена. 3. Diṭṭhisaṃyuttaṃ 3. Диттхи-самьютта 1. Sotāpattivaggo 1. Глава Сотапатти 1. Vātasuttaṃ 1. Вата сутта 206. Ekaṃ [Pg.166] samayaṃ bhagavā sāvatthiyaṃ viharati jetavane. Bhagavā etadavoca – ‘‘kismiṃ nu kho, bhikkhave, sati, kiṃ upādāya, kiṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘na vātā vāyanti, na najjo sandanti, na gabbhiniyo vijāyanti, na candimasūriyā udenti vā apenti vā esikaṭṭhāyiṭṭhitā’’’ti? 206. Однажды Благословенный пребывал в Саваттхи, в роще Джеты. Там Благословенный обратился к бхиккху: «Бхиккху, при наличии чего, цепляясь за что, укореняясь в чём, возникает такое воззрение: „Ветры не дуют, реки не текут, беременные женщины не рожают, луна и солнце не восходят и не заходят, но стоят неподвижно, подобно столбам“?» ‘‘Bhagavaṃmūlakā no, bhante, dhammā bhagavaṃnettikā bhagavaṃpaṭisaraṇā. Sādhu vata, bhante, bhagavantaññeva paṭibhātu etassa bhāsitassa attho. Bhagavato sutvā bhikkhū dhāressantī’’ti. ‘‘Tena hi, bhikkhave, suṇātha, sādhukaṃ manasi karotha; bhāsissāmī’’ti. ‘‘Evaṃ, bhante’’ti kho te bhikkhū bhagavato paccassosuṃ. Bhagavā etadavoca – «Учитель, наши учения укоренены в Благословенном, ведомы Благословенным, находят прибежище в Благословенном. Было бы хорошо, если бы Благословенный сам разъяснил значение этих слов. Услышав это от Благословенного, бхиккху запомнят это». — «В таком случае, бхиккху, слушайте внимательно и размышляйте; я буду говорить». — «Да, Учитель», — ответили те бхиккху Благословенному. Благословенный сказал следующее: ‘‘Rūpe kho, bhikkhave, sati, rūpaṃ upādāya, rūpaṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘na vātā vāyanti, na najjo sandanti, na gabbhiniyo vijāyanti, na candimasūriyā udenti vā apenti vā esikaṭṭhāyiṭṭhitā’ti. Vedanāya sati…pe… saññāya sati… saṅkhāresu sati… viññāṇe sati, viññāṇaṃ upādāya, viññāṇaṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘na vātā vāyanti, na najjo sandanti, na gabbhiniyo vijāyanti, na candimasūriyā udenti vā apenti vā esikaṭṭhāyiṭṭhitā’ti. Taṃ kiṃ maññatha, bhikkhave, rūpaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ, dukkhaṃ vā taṃ sukhaṃ vā’’ti? ‘‘Dukkhaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ, dukkhaṃ vipariṇāmadhammaṃ, api nu taṃ anupādāya evaṃ diṭṭhi uppajjeyya – ‘na vātā vāyanti, na najjo sandanti, na gabbhiniyo vijāyanti, na candimasūriyā udenti vā apenti vā esikaṭṭhāyiṭṭhitā’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. «Бхиккху, при наличии формы, цепляясь за форму, укореняясь в форме, возникает такое воззрение: „Ветры не дуют, реки не текут, беременные женщины не рожают, луна и солнце не восходят и не заходят, но стоят неподвижно, подобно столбам“. При наличии чувства… при наличии восприятия… при наличии волевых формирователей… при наличии сознания, цепляясь за сознание, укореняясь в сознании, возникает такое воззрение: „Ветры не дуют, реки не текут, беременные женщины не рожают, луна и солнце не восходят и не заходят, но стоят неподвижно, подобно столбам“. Как вы думаете, бхиккху, форма постоянна или непостоянна?» — «Непостоянна, Учитель». — «А то, что непостоянно — приносит ли оно страдание или счастье?» — «Страдание, Учитель». — «Но без цепляния за то, что непостоянно, подвержено страданию и изменению, могло бы возникнуть такое воззрение: „Ветры не дуют, реки не текут, беременные женщины не рожают, луна и солнце не восходят и не заходят, но стоят неподвижно, подобно столбам“?» — «Нет, Учитель». ‘‘Vedanā niccā vā aniccā vā’’ti… ‘‘saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ dukkhaṃ vā taṃ sukhaṃ vā’’ti? ‘‘Dukkhaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ dukkhaṃ vipariṇāmadhammaṃ, api nu taṃ anupādāya evaṃ diṭṭhi uppajjeyya – ‘na vātā vāyanti, na najjo sandanti, na gabbhiniyo vijāyanti, na candimasūriyā udenti [Pg.167] vā apenti vā esikaṭṭhāyiṭṭhitā’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Yampidaṃ diṭṭhaṃ sutaṃ mutaṃ viññātaṃ pattaṃ pariyesitaṃ anuvicaritaṃ manasā tampi niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ dukkhaṃ vā taṃ sukhaṃ vā’’ti? ‘‘Dukkhaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ dukkhaṃ vipariṇāmadhammaṃ, api nu taṃ anupādāya evaṃ diṭṭhi uppajjeyya – ‘na vātā vāyanti, na najjo sandanti, na gabbhiniyo vijāyanti, na candimasūriyā udenti vā apenti vā esikaṭṭhāyiṭṭhitā’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. «Чувство постоянно или непостоянно?… Восприятие… Волевые формирователи… Сознание постоянно или непостоянно?» — «Непостоянно, Учитель». — «А то, что непостоянно — приносит ли оно страдание или счастье?» — «Страдание, Учитель». — «Но без цепляния за то, что непостоянно, подвержено страданию и изменению, могло бы возникнуть такое воззрение: „Ветры не дуют, реки не текут, беременные женщины не рожают, луна и солнце не восходят и не заходят, но стоят неподвижно, подобно столбам“?» — «Нет, Учитель». — «И то, что видимо, слышимо, ощущаемо, познаваемо, достигнуто, разыскиваемо, исследовано умом — постоянно оно или непостоянно?» — «Непостоянно, Учитель». — «А то, что непостоянно — приносит ли оно страдание или счастье?» — «Страдание, Учитель». — «Но без цепляния за то, что непостоянно, подвержено страданию и изменению, могло бы возникнуть такое воззрение: „Ветры не дуют, реки не текут, беременные женщины не рожают, луна и солнце не восходят и не заходят, но стоят неподвижно, подобно столбам“?» — «Нет, Учитель». ‘‘Yato kho, bhikkhave, ariyasāvakassa imesu ca ṭhānesu kaṅkhā pahīnā hoti, dukkhepissa kaṅkhā pahīnā hoti, dukkhasamudayepissa kaṅkhā pahīnā hoti, dukkhanirodhepissa kaṅkhā pahīnā hoti, dukkhanirodhagāminiyā paṭipadāyapissa kaṅkhā pahīnā hoti – ayaṃ vuccati, bhikkhave, ariyasāvako sotāpanno avinipātadhammo niyato sambodhiparāyano’’ti. Paṭhamaṃ. «Когда же, бхиккху, у благородного ученика устранено сомнение в этих шести случаях, и когда у него также устранено сомнение относительно страдания, устранено сомнение относительно происхождения страдания, устранено сомнение относительно прекращения страдания, устранено сомнение относительно пути, ведущего к прекращению страдания — тогда, бхиккху, этот благородный ученик называется вошедшим в поток (сотапанна), не подверженным падению [в низшие миры], утвердившимся в своей судьбе, устремлённым к пробуждению». Первая [сутта]. 2. Etaṃmamasuttaṃ 2. Этаммама сутта 207. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Kismiṃ nu kho, bhikkhave, sati, kiṃ upādāya, kiṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘etaṃ mama, esohamasmi, eso me attā’’’ti? Bhagavaṃmūlakā no, bhante, dhammā…pe… ‘‘rūpe kho, bhikkhave, sati, rūpaṃ upādāya, rūpaṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘etaṃ mama, esohamasmi, eso me attā’ti. Vedanāya sati…pe… saññāya sati … saṅkhāresu sati… viññāṇe sati, viññāṇaṃ upādāya, viññāṇaṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘etaṃ mama, esohamasmi, eso me attā’’’ti. 207. В Саваттхи. «Бхиккху, при наличии чего, цепляясь за что, укореняясь в чём, возникает такое воззрение: „Это моё, это я, это моё я (атта)“?» — «Учитель, наши учения укоренены в Благословенном… [и т. д.]…» — «Бхиккху, при наличии формы, цепляясь за форму, укореняясь в форме, возникает такое воззрение: „Это моё, это я, это моё я“. При наличии чувства… при наличии восприятия… при наличии волевых формирователей… при наличии сознания, цепляясь за сознание, укореняясь в сознании, возникает такое воззрение: „Это моё, это я, это моё я“». ‘‘Taṃ kiṃ maññatha, bhikkhave, rūpaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’…pe… ‘‘vedanā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’…pe… api nu taṃ anupādāya evaṃ diṭṭhi uppajjeyya – ‘etaṃ mama, esohamasmi, eso me attā’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Yampidaṃ diṭṭhaṃ sutaṃ mutaṃ viññātaṃ pattaṃ pariyesitaṃ anuvicaritaṃ manasā tampi niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ dukkhaṃ vā taṃ sukhaṃ vā’’ti? ‘‘Dukkhaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ dukkhaṃ vipariṇāmadhammaṃ, api nu taṃ anupādāya evaṃ diṭṭhi uppajjeyya – ‘etaṃ mama, esohamasmi, eso me attā’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. «Как вы думаете, бхиккху, форма постоянна или непостоянна?» — «Непостоянна, Учитель»… [и т. д.]… «Чувство… восприятие… волевые формирователи… сознание постоянно или непостоянно?» — «Непостоянно, Учитель»… [и т. д.]… «Но без цепляния за то, что непостоянно, подвержено страданию и изменению, могло бы возникнуть такое воззрение: „Это моё, это я, это моё я“?» — «Нет, Учитель». — «И то, что видимо, слышимо, ощущаемо, познаваемо, достигнуто, разыскиваемо, исследовано умом — постоянно оно или непостоянно?» — «Непостоянно, Учитель». — «А то, что непостоянно — приносит ли оно страдание или счастье?» — «Страдание, Учитель». — «Но без цепляния за то, что непостоянно, подвержено страданию и изменению, могло бы возникнуть такое воззрение: „Это моё, это я, это моё я“?» — «Нет, Учитель». ‘‘Yato [Pg.168] kho, bhikkhave, ariyasāvakassa imesu ca ṭhānesu kaṅkhā pahīnā hoti, dukkhepissa kaṅkhā pahīnā hoti…pe… dukkhanirodhagāminiyā paṭipadāyapissa kaṅkhā pahīnā hoti – ayaṃ vuccati, bhikkhave, ariyasāvako sotāpanno avinipātadhammo niyato sambodhiparāyano’’ti. Dutiyaṃ. «Когда же, бхиккху, у благородного ученика устранено сомнение в этих шести случаях, и когда у него также устранено сомнение относительно страдания… [и т. д.]… устранено сомнение относительно пути, ведущего к прекращению страдания — тогда, бхиккху, этот благородный ученик называется вошедшим в поток (сотапанна), не подверженным падению [в низшие миры], утвердившимся в своей судьбе, устремлённым к пробуждению». Вторая [сутта]. 3. Soattāsuttaṃ 3. Соатта сутта 208. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Kismiṃ nu kho, bhikkhave, sati, kiṃ upādāya, kiṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘so attā, so loko, so pecca bhavissāmi nicco dhuvo sassato avipariṇāmadhammo’’’ti? Bhagavaṃmūlakā no, bhante, dhammā…pe…. 208. В Саваттхи. «Бхиккху, при наличии чего, цепляясь за что, укореняясь в чём, возникает такое воззрение: „То, что является моим я, есть мир; после смерти я буду постоянным, стабильным, вечным, не подверженным изменению“?» — «Учитель, наши учения укоренены в Благословенном… [и т. д.]…» ‘‘Rūpe kho, bhikkhave, sati, rūpaṃ upādāya, rūpaṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘so attā, so loko, so pecca bhavissāmi nicco dhuvo sassato avipariṇāmadhammo’ti. Vedanāya sati…pe… saññāya sati… saṅkhāresu sati… viññāṇe sati, viññāṇaṃ upādāya, viññāṇaṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘so attā, so loko, so pecca bhavissāmi nicco dhuvo sassato avipariṇāmadhammo’’’ti. «Бхиккху, при наличии формы, цепляясь за форму, укореняясь в форме, возникает такое воззрение: „То, что является моим я, есть мир; после смерти я буду постоянным, стабильным, вечным, не подверженным изменению“. При наличии чувства… при наличии восприятия… при наличии волевых формирователей… при наличии сознания, цепляясь за сознание, укореняясь в сознании, возникает такое воззрение: „То, что является моим я, есть мир; после смерти я буду постоянным, стабильным, вечным, не подверженным изменению“». ‘‘Taṃ kiṃ maññatha, bhikkhave, rūpaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ bhante’’…pe… api nu taṃ anupādāya evaṃ diṭṭhi uppajjeyya – ‘so attā…pe… avipariṇāmadhammo’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Vedanā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ bhante…pe… api nu taṃ anupādāya evaṃ diṭṭhi uppajjeyya – ‘so attā…pe… avipariṇāmadhammo’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Yampidaṃ diṭṭhaṃ sutaṃ mutaṃ viññātaṃ pattaṃ pariyesitaṃ anuvicaritaṃ manasā tampi niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante…pe… api nu taṃ anupādāya evaṃ diṭṭhi uppajjeyya – ‘so attā, so loko, so pecca bhavissāmi nicco dhuvo sassato avipariṇāmadhammo’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. «Как вы думаете, бхиккху, форма постоянна или непостоянна?» — «Непостоянна, Учитель»… [и т. д.]… «Но без цепляния за то, что непостоянно, подвержено страданию и изменению, могло бы возникнуть такое воззрение: „То, что является моим я… [и т. д.]… не подверженным изменению“?» — «Нет, Учитель». — «Чувство… восприятие… волевые формирователи… сознание постоянно или непостоянно?» — «Непостоянно, Учитель»… [и т. д.]… «Но без цепляния за то, что непостоянно, подвержено страданию и изменению, могло бы возникнуть такое воззрение: „То, что является моим я… [и т. д.]… не подверженным изменению“?» — «Нет, Учитель». — «И то, что видимо, слышимо, ощущаемо, познаваемо, достигнуто, разыскиваемо, исследовано умом — постоянно оно или непостоянно?» — «Непостоянно, Учитель»… [и т. д.]… «Но без цепляния за то, что непостоянно, подвержено страданию и изменению, могло бы возникнуть такое воззрение: „То, что является моим я, есть мир; после смерти я буду постоянным, стабильным, вечным, не подверженным изменению“?» — «Нет, Учитель». ‘‘Yato kho, bhikkhave, ariyasāvakassa imesu ca ṭhānesu kaṅkhā pahīnā hoti, dukkhepissa kaṅkhā pahīnā hoti…pe… dukkhanirodhagāminiyā paṭipadāyapissa kaṅkhā pahīnā hoti – ayaṃ vuccati, bhikkhave, ariyasāvako sotāpanno avinipātadhammo niyato sambodhiparāyano’’ti. Tatiyaṃ. «Когда же, бхиккху, у благородного ученика устранено сомнение в этих шести случаях, и когда у него также устранено сомнение относительно страдания… [и т. д.]… устранено сомнение относительно пути, ведущего к прекращению страдания — тогда, бхиккху, этот благородный ученик называется вошедшим в поток (сотапанна), не подверженным падению [в низшие миры], утвердившимся в своей судьбе, устремлённым к пробуждению». Третья [сутта]. 4. Nocamesiyāsuttaṃ 4. Ночамесия сутта 209. Sāvatthinidānaṃ[Pg.169]. ‘‘Kismiṃ nu kho, bhikkhave, sati, kiṃ upādāya, kiṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘no cassaṃ, no ca me siyā, nābhavissa, na me bhavissatī’’’ti? Bhagavaṃmūlakā no, bhante, dhammā…pe…. 209. В Саваттхи. «Бхиккху, при наличии чего, цепляясь за что, укореняясь в чём, возникает такое воззрение: „Меня могло бы не быть, и у меня могло бы не быть [этого]; меня не будет, и у меня не будет [этого]“?» — «Учитель, наши учения укоренены в Благословенном… [и т. д.]…» ‘‘Rūpe kho, bhikkhave, sati, rūpaṃ upādāya, rūpaṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘no cassaṃ, no ca me siyā, nābhavissa, na me bhavissatī’ti. Vedanāya sati… saññāya sati… saṅkhāresu sati… viññāṇe sati, viññāṇaṃ upādāya, viññāṇaṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘no cassaṃ, no ca me siyā, nābhavissa, na me bhavissatī’’’ti. «При наличии формы, бхиккху, цепляясь за форму, укореняясь в форме, возникает такое воззрение: „Если бы меня не было, то и моего бы не было; меня не будет, и моего не будет“. При наличии чувства… при наличии восприятия… при наличии волевых формирований… при наличии сознания, цепляясь за сознание, укореняясь в сознании, возникает такое воззрение: „Если бы меня не было, то и моего бы не было; меня не будет, и моего не будет“». ‘‘Taṃ kiṃ maññatha, bhikkhave, rūpaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’…pe… api nu taṃ anupādāya evaṃ diṭṭhi uppajjeyya – ‘no cassaṃ, no ca me siyā, nābhavissa, na me bhavissatī’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Vedanā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante…pe… api nu taṃ anupādāya evaṃ diṭṭhi uppajjeyya – ‘no cassaṃ, no ca me siyā, nābhavissa, na me bhavissatī’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Yampidaṃ diṭṭhaṃ sutaṃ mutaṃ viññātaṃ pattaṃ pariyesitaṃ anuvicaritaṃ manasā tampi niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante…pe… api nu taṃ anupādāya evaṃ diṭṭhi uppajjeyya – ‘no cassaṃ, no ca me siyā, nābhavissa, na me bhavissatī’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. «Как вы думаете, бхиккху, форма постоянна или непостоянна?» — «Непостоянна, почтенный». — «... Но если не цепляться за неё, могло бы возникнуть такое воззрение: „Если бы меня не было, то и моего бы не было; меня не будет, и моего не будет“?» — «Нет, почтенный». — «Чувство… восприятие… волевые формирования… сознание постоянны или непостоянны?» — «Непостоянны, почтенный... Но если не цепляться за них, могло бы возникнуть такое воззрение: „Если бы меня не было, то и моего бы не было; меня не будет, и моего не будет“?» — «Нет, почтенный». — «И то, что увидено, услышано, ощущено, познано, достигнуто, разыскано, обдумано умом — постоянно оно или непостоянно?» — «Непостоянно, почтенный... Но если не цепляться за это, могло бы возникнуть такое воззрение: „Если бы меня не было, то и моего бы не было; меня не будет, и моего не будет“?» — «Нет, почтенный». ‘‘Yato kho, bhikkhave, ariyasāvakassa imesu ca ṭhānesu kaṅkhā pahīnā hoti, dukkhepissa kaṅkhā pahīnā hoti…pe… dukkhanirodhagāminiyā paṭipadāyapissa kaṅkhā pahīnā hoti – ayaṃ vuccati, bhikkhave, ariyasāvako sotāpanno avinipātadhammo niyato sambodhiparāyano’’ti. Catutthaṃ. «Когда же, бхиккху, у благородного ученика отброшены сомнения в этих шести случаях, когда у него отброшены сомнения относительно страдания… относительно пути, ведущего к прекращению страдания — тогда, бхиккху, этот благородный ученик называется вступившим в поток (сотапанна), не подверженным падению, утвердившимся на верном пути, устремлённым к пробуждению». Четвёртое. 5. Natthidinnasuttaṃ 5. «Наттхидинна-сутта (Сутта об отсутствии даяния)» 210. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Kismiṃ nu kho, bhikkhave, sati kiṃ upādāya, kiṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘natthi dinnaṃ, natthi yiṭṭhaṃ, natthi hutaṃ, natthi sukatadukkaṭānaṃ kammānaṃ phalaṃ vipāko; natthi ayaṃ loko, natthi paro loko, natthi mātā, natthi pitā, natthi sattā opapātikā; natthi loke [Pg.170] samaṇabrāhmaṇā sammaggatā sammāpaṭipannā ye imañca lokaṃ parañca lokaṃ sayaṃ abhiññā sacchikatvā pavedenti. Cātumahābhūtiko ayaṃ puriso yadā kālaṅkaroti pathavī pathavīkāyaṃ anupeti anupagacchati, āpo āpokāyaṃ anupeti anupagacchati, tejo tejokāyaṃ anupeti anupagacchati, vāyo vāyokāyaṃ anupeti anupagacchati. Ākāsaṃ indriyāni saṅkamanti. Āsandipañcamā purisā mataṃ ādāya gacchanti. Yāva āḷāhanā padāni paññāyanti. Kāpotakāni aṭṭhīni bhavanti. Bhassantā āhutiyo. Dattupaññattaṃ yadidaṃ dānaṃ. Tesaṃ tucchaṃ musā vilāpo ye keci atthikavādaṃ vadanti. Bāle ca paṇḍite ca kāyassa bhedā ucchijjanti vinassanti na honti paraṃ maraṇā’’’ti? Bhagavaṃmūlakā no, bhante, dhammā…pe… ‘‘rūpe kho, bhikkhave, sati, rūpaṃ upādāya, rūpaṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘natthi dinnaṃ, natthi yiṭṭhaṃ…pe… kāyassa bhedā ucchijjanti vinassanti na honti paraṃ maraṇā’ti. Vedanāya sati…pe… saññāya sati… saṅkhāresu sati… viññāṇe sati, viññāṇaṃ upādāya, viññāṇaṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘natthi dinnaṃ, natthi yiṭṭhaṃ…pe… kāyassa bhedā ucchijjanti vinassanti na honti paraṃ maraṇā’’’ti. 210. В Саваттхи. «При наличии чего, бхиккху, цепляясь за что, укореняясь в чём, возникает такое воззрение: „Нет ни даяния, ни жертвоприношения, ни подношения; нет плода или созревания благих и пагубных поступков; нет ни этого мира, ни иного мира; нет ни матери, ни отца; нет существ, рождающихся самопроизвольно; нет в мире праведных и добродетельных отшельников и брахманов, которые сами, благодаря прямому знанию, постигли этот мир и иной мир и провозглашают их другим. Этот человек состоит из четырёх великих первоэлементов. Когда он умирает, земля возвращается и сливается с телом земли; вода возвращается и сливается с телом воды; огонь возвращается и сливается с телом огня; воздух возвращается и сливается с телом воздуха; способности переходят в пространство. Четверо мужчин с носилками в качестве пятого уносят труп. Поминальные речи слышны до самого кладбища; кости становятся серыми, подобно голубям; подношения заканчиваются пеплом. Даяние — это учение глупцов. Те, кто утверждает, что существует [даяние и тому подобное], говорят пустые, ложные и бессмысленные слова. И глупцы, и мудрецы с распадом тела искореняются и погибают; после смерти они больше не существуют“?» «Наши учения, почтенный, укоренены в Благословенном…» «При наличии формы, бхиккху, цепляясь за форму, укореняясь в форме, возникает такое воззрение: „Нет ни даяния, ни жертвоприношения… после смерти они больше не существуют“. При наличии чувства… при наличии восприятия… при наличии волевых формирований… при наличии сознания, цепляясь за сознание, укореняясь в сознании, возникает такое воззрение: „Нет ни даяния, ни жертвоприношения… после смерти они больше не существуют“». ‘‘Taṃ kiṃ maññatha, bhikkhave, rūpaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante…pe… api nu taṃ anupādāya evaṃ diṭṭhi uppajjeyya – ‘natthi dinnaṃ, natthi yiṭṭhaṃ…pe… kāyassa bhedā ucchijjanti vinassanti na honti paraṃ maraṇā’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Vedanā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante…pe… api nu taṃ anupādāya evaṃ diṭṭhi uppajjeyya – ‘natthi dinnaṃ, natthi yiṭṭhaṃ…pe… kāyassa bhedā ucchijjanti vinassanti na honti paraṃ maraṇā’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Yampidaṃ diṭṭhaṃ sutaṃ mutaṃ viññātaṃ pattaṃ pariyesitaṃ anuvicaritaṃ manasā tampi niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante…pe… api nu taṃ anupādāya evaṃ diṭṭhi uppajjeyya – ‘natthi dinnaṃ, natthi yiṭṭhaṃ…pe… ye keci atthikavādaṃ vadanti; bāle ca paṇḍite ca kāyassa bhedā ucchijjanti vinassanti na honti paraṃ maraṇā’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. «Как вы думаете, бхиккху, форма постоянна или непостоянна?» — «Непостоянна, почтенный... Но если не цепляться за неё, могло бы возникнуть такое воззрение: „Нет ни даяния, ни жертвоприношения… после смерти они больше не существуют“?» — «Нет, почтенный». — «Чувство… восприятие… волевые формирования… сознание постоянны или непостоянны?» — «Непостоянны, почтенный... Но если не цепляться за них, могло бы возникнуть такое воззрение: „Нет ни даяния, ни жертвоприношения… после смерти они больше не существуют“?» — «Нет, почтенный». — «И то, что увидено, услышано, ощущено, познано, достигнуто, разыскано, обдумано умом — постоянно оно или непостоянно?» — «Непостоянно, почтенный... Но если не цепляться за это, могло бы возникнуть такое воззрение: „Нет ни даяния, ни жертвоприношения… те, кто утверждает, что существует [даяние и тому подобное], говорят пустые слова; и глупцы, и мудрецы с распадом тела искореняются и погибают; после смерти они больше не существуют“?» — «Нет, почтенный». ‘‘Yato kho, bhikkhave, ariyasāvakassa imesu ca ṭhānesu kaṅkhā pahīnā hoti, dukkhepissa kaṅkhā pahīnā hoti…pe… dukkhanirodhagāminiyā paṭipadāyapissa [Pg.171] kaṅkhā pahīnā hoti – ayaṃ vuccati, bhikkhave, ariyasāvako sotāpanno avinipātadhammo niyato sambodhiparāyano’’ti. Pañcamaṃ. «Когда же, бхиккху, у благородного ученика отброшены сомнения в этих шести случаях, когда у него отброшены сомнения относительно страдания… относительно пути, ведущего к прекращению страдания — тогда, бхиккху, этот благородный ученик называется вступившим в поток (сотапанна), не подверженным падению, утвердившимся на верном пути, устремлённым к пробуждению». Пятое. 6. Karotosuttaṃ 6. «Карото-сутта (Сутта о совершающем действие)» 211. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Kismiṃ nu kho, bhikkhave, sati, kiṃ upādāya, kiṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘karoto kārayato chindato chedāpayato pacato pācāpayato socato socāpayato kilamato kilamāpayato phandato phandāpayato pāṇamatipātayato adinnaṃ ādiyato sandhiṃ chindato nillopaṃ harato ekāgārikaṃ karoto paripanthe tiṭṭhato paradāraṃ gacchato musā bhaṇato karoto na karīyati pāpaṃ. Khurapariyantena cepi cakkena yo imissā pathaviyā pāṇe ekamaṃsakhalaṃ ekamaṃsapuñjaṃ kareyya, natthi tatonidānaṃ pāpaṃ, natthi pāpassa āgamo. Dakkhiṇaṃ cepi gaṅgāya tīraṃ gaccheyya; hananto ghātento chindanto chedāpento pacanto pācento, natthi tatonidānaṃ pāpaṃ, natthi pāpassa āgamo. Uttaraṃ cepi gaṅgāya tīraṃ gaccheyya; dadanto dāpento yajanto yajāpento, natthi tatonidānaṃ puññaṃ, natthi puññassa āgamo. Dānena damena saṃyamena saccavajjena natthi puññaṃ natthi puññassa āgamo’’’ti. Bhagavaṃmūlakā no, bhante, dhammā…pe… ‘‘rūpe kho, bhikkhave, sati, rūpaṃ upādāya, rūpaṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘karoto kārayato…pe… natthi puññaṃ natthi puññassa āgamo’ti. Vedanāya sati…pe… saññāya sati… saṅkhāresu sati… viññāṇe sati, viññāṇaṃ upādāya, viññāṇaṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘karoto kārayato…pe… natthi puññaṃ natthi puññassa āgamo’’’ti. 211. В Саваттхи. «При наличии чего, бхиккху, цепляясь за что, укореняясь в чём, возникает такое воззрение: „Когда кто-то действует или заставляет других действовать, когда калечит или заставляет калечить, когда пытается или заставляет пытать, когда причиняет скорбь или заставляет причинять скорбь, когда угнетает или заставляет угнетать, когда запугивает или заставляет запугивать, когда лишает жизни, берёт то, что не дано, вламывается в дома, грабит имущество, совершает кражи со взломом, устраивает засады на дорогах, прелюбодействует с чужой женой, лжёт — совершающий это не делает зла. Если бы диском с острыми как бритва краями кто-то превратил живых существ этой земли в одну массу плоти, в одну груду плоти, из-за этого не было бы зла и не было бы последствий зла. Если бы кто-то пошёл вдоль южного берега Ганга, убивая и истребляя, калечая и заставляя калечить, пытая и заставляя пытать, из-за этого не было бы зла и не было бы последствий зла. Если бы кто-то пошёл вдоль северного берега Ганга, раздавая дары и побуждая других давать дары, совершая подношения и побуждая совершать подношения, из-за этого не было бы заслуги и не было бы последствий заслуги. Через даяние, самообуздание, самоконтроль, правдивую речь не обретается заслуга и не бывает последствий заслуги“?» «Наши учения, почтенный, укоренены в Благословенном…» «При наличии формы, бхиккху, цепляясь за форму, укореняясь в форме, возникает такое воззрение: „Когда кто-то действует или заставляет других действовать… не обретается заслуга и не бывает последствий заслуги“. При наличии чувства… при наличии восприятия… при наличии волевых формирований… при наличии сознания, цепляясь за сознание, укореняясь в сознании, возникает такое воззрение: „Когда кто-то действует или заставляет других действовать… не обретается заслуга и не бывает последствий заслуги“». ‘‘Taṃ kiṃ maññatha, bhikkhave, rūpaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’…pe… api nu taṃ anupādāya evaṃ diṭṭhi uppajjeyya – ‘karoto…pe… natthi puññaṃ natthi puññassa āgamo’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Vedanā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante…pe… api nu taṃ anupādāya evaṃ diṭṭhi uppajjeyya – ‘karoto kārayato [Pg.172] …pe… natthi puññaṃ natthi puññassa āgamo’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Yampidaṃ diṭṭhaṃ sutaṃ mutaṃ viññātaṃ pattaṃ pariyesitaṃ anuvicaritaṃ manasā tampi niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante…pe… api nu taṃ anupādāya evaṃ diṭṭhi uppajjeyya – ‘karoto kārayato…pe… natthi puññaṃ natthi puññassa āgamo’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. «Как вы думаете, бхиккху, форма постоянна или непостоянна?» — «Непостоянна, почтенный... Но если не цепляться за неё, могло бы возникнуть такое воззрение: „Когда кто-то действует… не обретается заслуга и не бывает последствий заслуги“?» — «Нет, почтенный». — «Чувство… восприятие… волевые формирования… сознание постоянны или непостоянны?» — «Непостоянны, почтенный... Но если не цепляться за них, могло бы возникнуть такое воззрение: „Когда кто-то действует или заставляет других действовать… не обретается заслуга и не бывает последствий заслуги“?» — «Нет, почтенный». — «И то, что увидено, услышано, ощущено, познано, достигнуто, разыскано, обдумано умом — постоянно оно или непостоянно?» — «Непостоянно, почтенный... Но если не цепляться за это, могло бы возникнуть такое воззрение: „Когда кто-то действует или заставляет других действовать… не обретается заслуга и не бывает последствий заслуги“?» — «Нет, почтенный». ‘‘Yato kho, bhikkhave, ariyasāvakassa imesu ca ṭhānesu kaṅkhā pahīnā hoti, dukkhepissa kaṅkhā pahīnā hoti…pe… dukkhanirodhagāminiyā paṭipadāyapissa kaṅkhā pahīnā hoti – ayaṃ vuccati, bhikkhave, ariyasāvako sotāpanno avinipātadhammo niyato sambodhiparāyano’’ti. Chaṭṭhaṃ. «Когда же, бхиккху, у благородного ученика отброшены сомнения в этих шести случаях, когда у него отброшены сомнения относительно страдания… относительно пути, ведущего к прекращению страдания — тогда, бхиккху, этот благородный ученик называется вступившим в поток (сотапанна), не подверженным падению, утвердившимся на верном пути, устремлённым к пробуждению». Шестое. 7. Hetusuttaṃ 7. «Хету-сутта (Сутта о причине)» 212. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Kismiṃ nu kho, bhikkhave, sati, kiṃ upādāya, kiṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘natthi hetu, natthi paccayo sattānaṃ saṃkilesāya. Ahetū appaccayā sattā saṃkilissanti. Natthi hetu, natthi paccayo sattānaṃ visuddhiyā. Ahetū appaccayā sattā visujjhanti. Natthi balaṃ natthi vīriyaṃ natthi purisathāmo natthi purisaparakkamo. Sabbe sattā sabbe pāṇā sabbe bhūtā sabbe jīvā avasā abalā avīriyā niyatisaṅgatibhāvapariṇatā chasvevābhijātīsu sukhadukkhaṃ paṭisaṃvedentī’’’ti? Bhagavaṃmūlakā no, bhante, dhammā…pe… ‘‘rūpe kho, bhikkhave, sati, rūpaṃ upādāya, rūpaṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘natthi hetu, natthi paccayo…pe… sukhadukkhaṃ paṭisaṃvedentī’ti. Vedanāya sati…pe… saññāya sati… saṅkhāresu sati… viññāṇe sati, viññāṇaṃ upādāya, viññāṇaṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘natthi hetu, natthi paccayo…pe… sukhadukkhaṃ paṭisaṃvedentī’’’ti. 212. В Саваттхи. «При наличии чего, бхиккху, цепляясь за что, укореняясь в чём, возникает такое воззрение: „Нет ни причины, ни условия для загрязнения существ; существа загрязняются без причины и условия. Нет ни причины, ни условия для очищения существ; существа очищаются без причины и условия. Нет ни силы, ни энергии, ни человеческой мощи, ни человеческого усердия. Все существа, все дышащие, все рождённые, все живые души лишены власти, силы и энергии; ведомые судьбой, обстоятельствами и природой, они испытывают счастье и несчастье в шести классах рождения“?» «Наши учения, почтенный, укоренены в Благословенном…» «При наличии формы, бхиккху, цепляясь за форму, укореняясь в форме, возникает такое воззрение: „Нет ни причины, ни условия… они испытывают счастье и несчастье в шести классах рождения“. При наличии чувства… при наличии восприятия… при наличии волевых формирований… при наличии сознания, цепляясь за сознание, укореняясь в сознании, возникает такое воззрение: „Нет ни причины, ни условия… они испытывают счастье и несчастье в шести классах рождения“». ‘‘Taṃ kiṃ maññatha, bhikkhave, rūpaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante…pe… vipariṇāmadhammaṃ, api nu taṃ anupādāya evaṃ diṭṭhi uppajjeyya – ‘natthi hetu, natthi paccayo…pe… sukhadukkhaṃ paṭisaṃvedentī’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Vedanā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante…pe… api nu taṃ anupādāya evaṃ diṭṭhi uppajjeyya – ‘natthi hetu, natthi paccayo…pe… sukhadukkhaṃ paṭisaṃvedentī’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Yampidaṃ diṭṭhaṃ sutaṃ mutaṃ viññātaṃ pattaṃ pariyesitaṃ anuvicaritaṃ manasā tampi niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante…pe… api nu taṃ anupādāya evaṃ diṭṭhi uppajjeyya – ‘natthi hetu natthi paccayo…pe… sukhadukkhaṃ paṭisaṃvedentī’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. «Как вы думаете, бхиккху, форма постоянна или непостоянна?» — «Непостоянна, почтенный... подвержена изменениям. Но если не цепляться за неё, могло бы возникнуть такое воззрение: „Нет ни причины, ни условия… они испытывают счастье и несчастье в шести классах рождения“?» — «Нет, почтенный». — «Чувство… восприятие… волевые формирования… сознание постоянны или непостоянны?» — «Непостоянны, почтенный... Но если не цепляться за них, могло бы возникнуть такое воззрение: „Нет ни причины, ни условия… они испытывают счастье и несчастье в шести классах рождения“?» — «Нет, почтенный». — «И то, что увидено, услышано, ощущено, познано, достигнуто, разыскано, обдумано умом — постоянно оно или непостоянно?» — «Непостоянно, почтенный... Но если не цепляться за это, могло бы возникнуть такое воззрение: „Нет ни причины, ни условия… они испытывают счастье и несчастье в шести классах рождения“?» — «Нет, почтенный». ‘‘Yato [Pg.173] kho, bhikkhave, ariyasāvakassa imesu ca ṭhānesu kaṅkhā pahīnā hoti, dukkhepissa kaṅkhā pahīnā hoti …pe… dukkhanirodhagāminiyā paṭipadāyapissa kaṅkhā pahīnā hoti – ayaṃ vuccati, bhikkhave, ariyasāvako sotāpanno avinipātadhammo niyato sambodhiparāyano’’ti. Sattamaṃ. «Когда же, бхиккху, у благородного ученика отброшены сомнения в этих шести случаях, когда у него отброшены сомнения относительно страдания… относительно пути, ведущего к прекращению страдания — тогда, бхиккху, этот благородный ученик называется вступившим в поток (сотапанна), не подверженным падению, утвердившимся на верном пути, устремлённым к пробуждению». Седьмое. 8. Mahādiṭṭhisuttaṃ 8. «Махадиттхи-сутта (Великая сутта о воззрениях)» 213. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Kismiṃ nu kho, bhikkhave, sati, kiṃ upādāya, kiṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘sattime kāyā akaṭā, akaṭavidhā, animmitā, animmātā, vañjhā, kūṭaṭṭhā, esikaṭṭhāyiṭṭhitā; te na iñjanti, na vipariṇamanti, na aññamaññaṃ byābādhenti; nālaṃ aññamaññassa sukhāya vā dukkhāya vā sukhadukkhāya vā. Katame satta? Pathavīkāyo, āpokāyo, tejokāyo, vāyokāyo, sukhe, dukkhe, jīve sattame. Ime satta kāyā akaṭā, akaṭavidhā, animmitā, animmātā, vañjhā, kūṭaṭṭhā esikaṭṭhāyiṭṭhitā; te na iñjanti, na vipariṇamanti, na aññamaññaṃ byābādhenti; nālaṃ aññamaññassa sukhāya vā dukkhāya vā sukhadukkhāya vā. Yopi tiṇhena satthena sīsaṃ chindati, na sopi kañci jīvitā voropeti; sattannaṃtveva kāyānamantarena satthaṃ vivaramanupavisati. Cuddasa kho panimāni yonipamukhasatasahassāni saṭṭhi ca satāni cha ca satāni pañca ca kammuno satāni pañca ca kammāni, tīṇi ca kammāni, kamme ca aḍḍhakamme ca dvaṭṭhipaṭipadā, dvaṭṭhantarakappā, chaḷābhijātiyo, aṭṭhapurisabhūmiyo, ekūnapaññāsa ājīvakasate, ekūnapaññāsa paribbājakasate, ekūnapaññāsa nāgavāsasate, vīse indriyasate, tiṃse nirayasate, chattiṃsarajodhātuyo, satta saññīgabbhā, satta asaññīgabbhā, satta nigaṇṭhigabbhā, satta devā, satta mānusā, satta pesācā, satta sarā, satta pavuṭā, satta papātā, satta ca papātasatāni, satta supinā, satta supinasatāni, cullāsīti mahākappino satasahassāni, yāni bāle ca paṇḍite ca sandhāvitvā [Pg.174] saṃsaritvā dukkhassantaṃ karissanti. Tattha natthi imināhaṃ sīlena vā vatena vā tapena vā brahmacariyena vā aparipakkaṃ vā kammaṃ paripācessāmi; paripakkaṃ vā kammaṃ phussa phussa byantīkarissāmīti hevaṃ natthi doṇamite sukhadukkhe pariyantakate saṃsāre, natthi hāyanavaḍḍhane, natthi ukkaṃsāvakaṃse. Seyyathāpi nāma suttaguḷe khitte nibbeṭhiyamānameva paleti; evameva bāle ca paṇḍite ca nibbeṭhiyamānā sukhadukkhaṃ palentī’’’ti? 213. В Саваттхи. «Монахи, при наличии чего, цепляясь за что, привязываясь к чему, возникает такое воззрение: „Существуют эти семь тел, которые не сотворены, не вызваны к существованию, не созданы, не имеют создателя, бесплодны, устойчивы, как горные вершины, неподвижны, как столпы. Они не колеблются, не изменяются, не препятствуют друг другу и не способны причинить друг другу ни удовольствия, ни боли, ни удовольствия и боли вместе. Какие семь? Тело земли, тело воды, тело огня, тело воздуха, удовольствие, боль и душа как седьмое. Эти семь тел не сотворены... [Здесь нет ни убийцы, ни того, кто заставляет убивать, ни слушателя, ни того, кто заставляет слушать, ни познающего, ни того, кто заставляет познавать.] Даже если кто-то отсечёт другому голову острым мечом, он никого не лишит жизни; меч просто пройдёт сквозь промежуток между семью телами. Существует миллион четыреста тысяч главных видов рождения, а также шесть тысяч и шестьсот; существует пятьсот видов каммы, пять видов каммы и три вида каммы, полная камма и половина каммы; шестьдесят два пути, шестьдесят два промежуточных цикла (антаракаппы), шесть классов существ (абхиджати), восемь стадий жизни человека, сорок девять сотен видов адживаков, сорок девять сотен видов странников, сорок девять сотен обителей нагов, двадцать сотен способностей (индрий), тридцать сотен адов, тридцать шесть сфер пыли, семь сфер воспринимающих существ, семь сфер невоспринимающих существ, семь сфер безузловых существ, семь видов дэвов, семь видов людей, семь видов демонов (писачей), семь великих озёр, семь видов узлов, семьсот малых узлов, семь великих пропастей, семьсот малых пропастей, семь великих сновидений, семьсот малых сновидений, восемь миллионов четыреста тысяч великих циклов (махакапп), через которые глупцы и мудрецы будут скитаться и блуждать в сансаре, после чего положат конец страданию. Среди них нет такого: 'Благодаря этой добродетели, обету, аскезе или святой жизни я заставлю созреть несозревшую камму или уничтожу созревшую камму, переживая её вновь и вновь' — этого нет! Удовольствие и боль отмерены мерой; пределы сансары фиксированы; нет ни её сокращения, ни продления, ни увеличения, ни уменьшения. Подобно тому как брошенный клубок ниток катится, разматываясь, точно так же глупцы и мудрецы, разматывая [свою нить существования], положат конец удовольствию и боли“?» Bhagavaṃmūlakā no, bhante, dhammā…pe… ‘‘rūpe kho, bhikkhave, sati, rūpaṃ upādāya, rūpaṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘sattime kāyā akaṭā, akaṭavidhā…pe… sukhadukkhaṃ palentī’ti. Vedanāya sati…pe… saññāya sati… saṅkhāresu sati… viññāṇe sati, viññāṇaṃ upādāya, viññāṇaṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘sattime kāyā akaṭā, akaṭavidhā…pe… sukhadukkhaṃ palentī’’’ti. ‘‘Taṃ kiṃ maññatha, bhikkhave, rūpaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’…pe… ‘‘yaṃ panāniccaṃ dukkhaṃ vipariṇāmadhammaṃ, api nu taṃ anupādāya evaṃ diṭṭhi uppajjeyya – ‘sattime kāyā akaṭā akaṭavidhā…pe… sukhadukkhaṃ palentī’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Yampidaṃ diṭṭhaṃ sutaṃ mutaṃ viññātaṃ pattaṃ pariyesitaṃ anuvicaritaṃ manasā tampi niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante…pe… api nu taṃ anupādāya evaṃ diṭṭhi uppajjeyya – ‘sattime kāyā akaṭā akaṭavidhā…pe… nibbeṭhiyamānā sukhadukkhaṃ palentī’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. «Учения наши, Благословенный, берут начало в Благословенном...» — «При наличии формы, монахи, цепляясь за форму, привязываясь к форме, возникает такое воззрение: „Существуют эти семь тел, которые не сотворены, не вызваны к существованию... [и так далее, до слов] ...положат конец удовольствию и боли“. При наличии чувства... восприятия... волевых формирований... сознания, цепляясь за сознание, привязываясь к сознанию, возникает такое воззрение: „Существуют эти семь тел, которые не сотворены, не вызваны к существованию... положат конец удовольствию и боли“». — «Как вы думаете, монахи, форма постоянна или непостоянна?» — «Непостоянна, Учитель». — «Но без цепляния за то, что непостоянно, сопряжено со страданием и подвержено изменениям, могло бы возникнуть такое воззрение: „Существуют эти семь тел, которые не сотворены, не вызваны к существованию... положат конец удовольствию и боли“?» — «Нет, Учитель». — «И то, что увидено, услышано, ощущено, познано, достигнуто, разыскиваемо, исследовано умом — постоянно оно или непостоянно?» — «Непостоянно, Учитель...» — «Но без цепляния за это, могло бы возникнуть такое воззрение: „Существуют эти семь тел, которые не сотворены, не вызваны к существованию... разматывая [свою нить существования], положат конец удовольствию и боли“?» — «Нет, Учитель». ‘‘Yato kho, bhikkhave, ariyasāvakassa imesu ca ṭhānesu kaṅkhā pahīnā hoti, dukkhepissa kaṅkhā pahīnā hoti…pe… dukkhanirodhagāminiyā paṭipadāyapissa kaṅkhā pahīnā hoti – ayaṃ vuccati, bhikkhave, ariyasāvako sotāpanno avinipātadhammo niyato sambodhiparāyano’’ti. Aṭṭhamaṃ. «Когда же, монахи, у благородного ученика отброшены сомнения в этих шести случаях, отброшены сомнения относительно страдания... относительно пути, ведущего к прекращению страдания — тогда, монахи, этот благородный ученик зовётся вошедшим в поток (сотапанной), не подверженным падению в низшие миры, утвердившимся на верном пути, устремлённым к пробуждению». Восьмая [сутта]. 9. Sassatadiṭṭhisuttaṃ 9. Сассатадиттхи сутта (Воззрение о вечности) 214. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Kismiṃ nu kho, bhikkhave, sati, kiṃ upādāya, kiṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘sassato loko’’’ti? Bhagavaṃmūlakā no, bhante, dhammā…pe… ‘‘rūpe kho, bhikkhave, sati, rūpaṃ upādāya, rūpaṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘sassato loko’ti. Vedanāya sati…pe… saññāya sati… saṅkhāresu sati… viññāṇe [Pg.175] sati, viññāṇaṃ upādāya, viññāṇaṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘sassato loko’’’ti. 214. В Саваттхи. «Монахи, при наличии чего, цепляясь за что, привязываясь к чему, возникает такое воззрение: „Мир вечен“?» — «Учения наши, Благословенный, берут начало в Благословенном...» — «При наличии формы, монахи, цепляясь за форму, привязываясь к форме, возникает такое воззрение: „Мир вечен“. При наличии чувства... восприятия... волевых формирований... сознания, цепляясь за сознание, привязываясь к сознанию, возникает такое воззрение: „Мир вечен“». ‘‘Taṃ kiṃ maññatha, bhikkhave, rūpaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’…pe… vipariṇāmadhammaṃ, api nu taṃ anupādāya evaṃ diṭṭhi uppajjeyya – ‘sassato loko’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Vedanā … saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante…pe… api nu taṃ anupādāya evaṃ diṭṭhi uppajjeyya – ‘sassato loko’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Yampidaṃ diṭṭhaṃ sutaṃ mutaṃ viññātaṃ pattaṃ pariyesitaṃ anuvicaritaṃ manasā tampi niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ dukkhaṃ vā taṃ sukhaṃ vā’’ti? ‘‘Dukkhaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ dukkhaṃ vipariṇāmadhammaṃ, api nu taṃ anupādāya evaṃ diṭṭhi uppajjeyya – ‘sassato loko’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. «Как вы думаете, монахи, форма постоянна или непостоянна?» — «Непостоянна, Учитель»... — «Но без цепляния за то, что непостоянно, сопряжено со страданием и подвержено изменениям, могло бы возникнуть такое воззрение: „Мир вечен“?» — «Нет, Учитель». — «Чувство... восприятие... волевые формирования... сознание постоянны или непостоянны?» — «Непостоянны, Учитель...» — «Но без цепляния за сознание, могло бы возникнуть такое воззрение: „Мир вечен“?» — «Нет, Учитель». — «И то, что увидено, услышано, ощущено, познано, достигнуто, разыскиваемо, исследовано умом — постоянно оно или непостоянно?» — «Непостоянно, Учитель». — «А то, что непостоянно — сопряжено со страданием или с удовольствием?» — «Со страданием, Учитель». — «Но без цепляния за то, что непостоянно, сопряжено со страданием и подвержено изменениям, могло бы возникнуть такое воззрение: „Мир вечен“?» — «Нет, Учитель». ‘‘Yato kho, bhikkhave, ariyasāvakassa imesu ca ṭhānesu kaṅkhā pahīnā hoti, dukkhepissa kaṅkhā pahīnā hoti…pe… dukkhanirodhagāminiyā paṭipadāyapissa kaṅkhā pahīnā hoti – ayaṃ vuccati, bhikkhave, ariyasāvako sotāpanno avinipātadhammo niyato sambodhiparāyano’’ti. Navamaṃ. «Когда же, монахи, у благородного ученика отброшены сомнения в этих шести случаях, отброшены сомнения относительно страдания... относительно пути, ведущего к прекращению страдания — тогда, монахи, этот благородный ученик зовётся вошедшим в поток (сотапанной), не подверженным падению в низшие миры, утвердившимся на верном пути, устремлённым к пробуждению». Девятая [сутта]. 10. Asassatadiṭṭhisuttaṃ 10. Асассатадиттхи сутта (Воззрение о невечности) 215. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Kismiṃ nu kho, bhikkhave, sati, kiṃ upādāya, kiṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘asassato loko’’’ti? Bhagavaṃmūlakā no, bhante, dhammā…pe… ‘‘rūpe kho, bhikkhave, sati…pe… viññāṇaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’…pe… api nu taṃ anupādāya evaṃ diṭṭhi uppajjeyya – asassato lokoti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Yampidaṃ diṭṭhaṃ sutaṃ mutaṃ viññātaṃ pattaṃ pariyesitaṃ anuvicaritaṃ manasā tampi niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante…pe… api nu taṃ anupādāya evaṃ diṭṭhi uppajjeyya – ‘asassato loko’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. 215. В Саваттхи. «Монахи, при наличии чего, цепляясь за что, привязываясь к чему, возникает такое воззрение: „Мир невечен“?» — «Учения наши, Благословенный, берут начало в Благословенном...» — «При наличии формы, монахи... сознание постоянно или непостоянно?» — «Непостоянно, Учитель»... — «Но без цепляния за сознание, могло бы возникнуть такое воззрение: „Мир невечен“?» — «Нет, Учитель». — «И то, что увидено, услышано, ощущено, познано, достигнуто, разыскиваемо, исследовано умом — постоянно оно или непостоянно?» — «Непостоянно, Учитель...» — «Но без цепляния за это, могло бы возникнуть такое воззрение: „Мир невечен“?» — «Нет, Учитель». ‘‘Yato kho, bhikkhave, ariyasāvakassa imesu ca ṭhānesu kaṅkhā pahīnā hoti, dukkhepissa kaṅkhā pahīnā hoti…pe… dukkhanirodhagāminiyā paṭipadāyapissa kaṅkhā pahīnā hoti – ayaṃ vuccati, bhikkhave, ariyasāvako sotāpanno avinipātadhammo niyato sambodhiparāyano’’ti. Dasamaṃ. «Когда же, монахи, у благородного ученика отброшены сомнения в этих шести случаях, отброшены сомнения относительно страдания... относительно пути, ведущего к прекращению страдания — тогда, монахи, этот благородный ученик зовётся вошедшим в поток (сотапанной), не подверженным падению в низшие миры, утвердившимся на верном пути, устремлённым к пробуждению». Десятая [сутта]. 11. Antavāsuttaṃ 11. Антава сутта (Конечен ли мир) 216. Sāvatthinidānaṃ[Pg.176]. ‘‘Kismiṃ nu kho, bhikkhave, sati, kiṃ upādāya, kiṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘antavā loko’’’ti? Bhagavaṃmūlakā no, bhante, dhammā…pe… niyato sambodhiparāyano’’ti. Ekādasamaṃ. 216. В Саваттхи. «Монахи, при наличии чего, цепляясь за что, привязываясь к чему, возникает такое воззрение: „Мир конечен“?» — «Учения наши, Благословенный, берут начало в Благословенном...» [и так далее, до слов] «...этот благородный ученик зовётся вошедшим в поток (сотапанной), не подверженным падению в низшие миры, утвердившимся на верном пути, устремлённым к пробуждению». Одиннадцатая [сутта]. 12. Anantavāsuttaṃ 12. Анантава сутта (Бесконечен ли мир) 217. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Kismiṃ nu kho, bhikkhave, sati, kiṃ upādāya, kiṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘anantavā loko’’’ti? Bhagavaṃmūlakā no, bhante, dhammā…pe… niyato sambodhiparāyano’’ti. Dvādasamaṃ. 217. В Саваттхи. «Монахи, при наличии чего, цепляясь за что, привязываясь к чему, возникает такое воззрение: „Мир бесконечен“?» — «Учения наши, Благословенный, берут начало в Благословенном...» [и так далее, до слов] «...этот благородный ученик зовётся вошедшим в поток (сотапанной), не подверженным падению в низшие миры, утвердившимся на верном пути, устремлённым к пробуждению». Двенадцатая [сутта]. 13. Taṃjīvaṃtaṃsarīraṃsuttaṃ 13. Тамдживам-тамсарирам сутта (Душа и тело — одно и то же) 218. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Kismiṃ nu kho, bhikkhave, sati, kiṃ upādāya, kiṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘taṃ jīvaṃ taṃ sarīra’’’nti? Bhagavaṃmūlakā no, bhante, dhammā…pe… niyato sambodhiparāyano’’ti. Terasamaṃ. 218. В Саваттхи. «Монахи, при наличии чего, цепляясь за что, привязываясь к чему, возникает такое воззрение: „Душа и тело — это одно и то же“?» — «Учения наши, Благословенный, берут начало в Благословенном...» [и так далее, до слов] «...этот благородный ученик зовётся вошедшим в поток (сотапанной), не подверженным падению в низшие миры, утвердившимся на верном пути, устремлённым к пробуждению». Тринадцатая [сутта]. 14. Aññaṃjīvaṃaññaṃsarīraṃsuttaṃ 14. Анняндживам-аннямсарирам сутта (Душа — одно, тело — другое) 219. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Kismiṃ nu kho, bhikkhave, sati, kiṃ upādāya, kiṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘aññaṃ jīvaṃ aññaṃ sarīra’’’nti? Bhagavaṃmūlakā no, bhante, dhammā…pe… niyato sambodhiparāyano’’ti. Cuddasamaṃ. 219. В Саваттхи. «Монахи, при наличии чего, цепляясь за что, привязываясь к чему, возникает такое воззрение: „Душа — это одно, а тело — другое“?» — «Учения наши, Благословенный, берут начало в Благословенном...» [и так далее, до слов] «...этот благородный ученик зовётся вошедшим в поток (сотапанной), не подверженным падению в низшие миры, утвердившимся на верном пути, устремлённым к пробуждению». Четырнадцатая [сутта]. 15. Hotitathāgatosuttaṃ 15. Хоти татхагато сутта (Существует ли Татхагата) 220. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Kismiṃ nu kho bhikkhave, sati, kiṃ upādāya, kiṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘hoti tathāgato paraṃ maraṇā’’’ti? Bhagavaṃmūlakā no, bhante, dhammā…pe… niyato sambodhiparāyano’’ti. Pannarasamaṃ. 220. В Саваттхи. «Монахи, при наличии чего, цепляясь за что, привязываясь к чему, возникает такое воззрение: „Татхагата существует после смерти“?» — «Учения наши, Благословенный, берут начало в Благословенном...» [и так далее, до слов] «...этот благородный ученик зовётся вошедшим в поток (сотапанной), не подверженным падению в низшие миры, утвердившимся на верном пути, устремлённым к пробуждению». Пятнадцатая [сутта]. 16. Nahotitathāgatosuttaṃ 16. На хоти татхагато сутта (Не существует ли Татхагата) 221. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Kismiṃ nu kho, bhikkhave, sati, kiṃ upādāya, kiṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘na hoti tathāgato paraṃ maraṇā’’’ti? Bhagavaṃmūlakā no, bhante, dhammā…pe… niyato sambodhiparāyano’’ti. Soḷasamaṃ. 221. В Саваттхи. «Монахи, при наличии чего, цепляясь за что, привязываясь к чему, возникает такое воззрение: „Татхагата не существует после смерти“?» — «Учения наши, Благословенный, берут начало в Благословенном...» [и так далее, до слов] «...этот благородный ученик зовётся вошедшим в поток (сотапанной), не подверженным падению в низшие миры, утвердившимся на верном пути, устремлённым к пробуждению». Шестнадцатая [сутта]. 17. Hoticanacahotitathāgatosuttaṃ 17. Хоти ча на ча хоти татхагато сутта (И существует, и не существует ли Татхагата) 222. Sāvatthinidānaṃ[Pg.177]. ‘‘Kismiṃ nu kho, bhikkhave, sati, kiṃ upādāya, kiṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘hoti ca na ca hoti tathāgato paraṃ maraṇā’’’ti? Bhagavaṃmūlakā no, bhante, dhammā…pe… niyato sambodhiparāyano’’ti. Sattarasamaṃ. 222. В Саваттхи. «Монахи, при наличии чего, цепляясь за что, привязываясь к чему, возникает такое воззрение: „Татхагата и существует, и не существует после смерти“?» — «Учения наши, Благословенный, берут начало в Благословенном...» [и так далее, до слов] «...этот благородный ученик зовётся вошедшим в поток (сотапанной), не подверженным падению в низшие миры, утвердившимся на верном пути, устремлённым к пробуждению». Семнадцатая [сутта]. 18. Nevahotinanahotitathāgatosuttaṃ 18. Нева хоти на на хоти татхагато сутта (Ни существует, ни не существует ли Татхагата) 223. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Kismiṃ nu kho, bhikkhave, sati, kiṃ upādāya, kiṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘neva hoti, na na hoti tathāgato paraṃ maraṇā’’’ti? Bhagavaṃmūlakā no, bhante, dhammā…pe… ‘‘rūpe kho, bhikkhave, sati, rūpaṃ upādāya, rūpaṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘neva hoti, na na hoti tathāgato paraṃ maraṇā’ti…pe…. 223. В Саваттхи. «Монахи, при наличии чего, цепляясь за что, привязываясь к чему, возникает такое воззрение: „Татхагата ни существует, ни не существует после смерти“?» — «Учения наши, Благословенный, берут начало в Благословенном...» — «При наличии формы, монахи, цепляясь за форму, привязываясь к форме, возникает такое воззрение: „Татхагата ни существует, ни не существует после смерти“... [и так далее]». ‘‘Taṃ kiṃ maññatha, bhikkhave, rūpaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’…pe… vipariṇāmadhammaṃ, api nu taṃ anupādāya evaṃ diṭṭhi uppajjeyya – ‘neva hoti, na na hoti tathāgato paraṃ maraṇā’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Yampidaṃ diṭṭhaṃ sutaṃ mutaṃ viññātaṃ pattaṃ pariyesitaṃ anuvicaritaṃ manasā tampi niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ dukkhaṃ vā taṃ sukhaṃ vā’’ti? ‘‘Dukkhaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ dukkhaṃ vipariṇāmadhammaṃ, api nu taṃ anupādāya evaṃ diṭṭhi uppajjeyya – ‘neva hoti, na na hoti tathāgato paraṃ maraṇā’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. «Как вы думаете, монахи, форма постоянна или непостоянна?» — «Непостоянна, Учитель»... — «Но без цепляния за то, что непостоянно, сопряжено со страданием и подвержено изменениям, могло бы возникнуть такое воззрение: „Татхагата ни существует, ни не существует после смерти“?» — «Нет, Учитель». — «И то, что увидено, услышано, ощущено, познано, достигнуто, разыскиваемо, исследовано умом — постоянно оно или непостоянно?» — «Непостоянно, Учитель». — «А то, что непостоянно — сопряжено со страданием или с удовольствием?» — «Со страданием, Учитель». — «Но без цепляния за то, что непостоянно, сопряжено со страданием и подвержено изменениям, могло бы возникнуть такое воззрение: „Татхагата ни существует, ни не существует после смерти“?» — «Нет, Учитель». ‘‘Yato kho, bhikkhave, ariyasāvakassa imesu ca ṭhānesu kaṅkhā pahīnā hoti, dukkhepissa kaṅkhā pahīnā hoti, dukkhasamudayepissa kaṅkhā pahīnā hoti, dukkhanirodhepissa kaṅkhā pahīnā hoti, dukkhanirodhagāminiyā paṭipadāyapissa kaṅkhā pahīnā hoti – ayaṃ vuccati, bhikkhave, ariyasāvako sotāpanno avinipātadhammo niyato sambodhiparāyano’’ti. Aṭṭhārasamaṃ. «Когда, о бхиккху, у благородного ученика устранено сомнение в этих шести случаях, а также устранено сомнение относительно страдания, устранено сомнение относительно источника страдания, устранено сомнение относительно прекращения страдания, устранено сомнение относительно пути, ведущего к прекращению страдания — тогда, о бхиккху, этот благородный ученик зовётся вошедшим в поток (сотапанной), не подверженным падению в низшие миры, утвердившимся в своей судьбе, устремлённым к пробуждению». Восемнадцатая. Sotāpattivaggo. Глава о вхождении в поток. Aṭṭhārasaveyyākaraṇaṃ niṭṭhitaṃ. Завершено изложение восемнадцати ответов. Tassuddānaṃ – Оглавление этой главы: Vātaṃ [Pg.178] etaṃ mama, so attā no ca me siyā; Natthi karoto hetu ca, mahādiṭṭhena aṭṭhamaṃ. «Ветер», «Это моё», «Он — душа», «Если бы не было меня», «Нет [даяния]», «Совершающий», «Причина», и восьмая — «Великое воззрение». Sassato loko ca, asassato ca antavā ca; Anantavā ca taṃ jīvaṃ taṃ sarīranti; Aññaṃ jīvaṃ aññaṃ sarīranti ca. «Вечный мир», «Невечный мир», «Конечный мир», «Бесконечный мир», «Душа и тело — одно и то же», а также «Душа и тело — разное». Hoti tathāgato paraṃ maraṇāti; Na hoti tathāgato paraṃ maraṇāti; Neva hoti na na hoti tathāgato paraṃ maraṇāti. «Татхагата существует после смерти», «Татхагата не существует после смерти», «Татхагата ни существует, ни не существует после смерти». 2. Dutiyagamanavaggo 2. Вторая глава повторений. 1. Vātasuttaṃ 1. Сутта о ветре. 224. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Kismiṃ nu kho, bhikkhave, sati, kiṃ upādāya, kiṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘na vātā vāyanti, na najjo sandanti, na gabbhiniyo vijāyanti, na candimasūriyā udenti vā apenti vā, esikaṭṭhāyiṭṭhitā’’’ti? Bhagavaṃmūlakā no, bhante, dhammā…pe… ‘‘rūpe kho, bhikkhave, sati, rūpaṃ upādāya, rūpaṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘na vātā vāyanti…pe… esikaṭṭhāyiṭṭhitā’ti. Vedanāya sati…pe… saññāya sati…pe… saṅkhāresu sati… viññāṇe sati, viññāṇaṃ upādāya, viññāṇaṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘na vātā vāyanti…pe… esikaṭṭhāyiṭṭhitā’’’ti. 224. В Саваттхи. «При наличии чего, о бхиккху, цепляясь за что, привязываясь к чему, возникает такое воззрение: „Ветры не дуют, реки не текут, беременные женщины не рожают, луна и солнце не восходят и не заходят, но стоят неподвижно, подобно столпу“?» — «Господин, наши учения укоренены в Благословенном...» — «При наличии формы, о бхиккху, цепляясь за форму, привязываясь к форме, возникает такое воззрение: „Ветры не дуют... но стоят неподвижно, подобно столпу“. При наличии чувства... при наличии восприятия... при наличии волевых формирований... при наличии сознания, цепляясь за сознание, привязываясь к сознанию, возникает такое воззрение: „Ветры не дуют... но стоят неподвижно, подобно столпу“». ‘‘Taṃ kiṃ maññatha, bhikkhave, rūpaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’…pe… vipariṇāmadhammaṃ, api nu taṃ anupādāya evaṃ diṭṭhi uppajjeyya – na vātā vāyanti…pe… esikaṭṭhāyiṭṭhitā’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Iti kho, bhikkhave, dukkhe sati, dukkhaṃ upādāya, dukkhaṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘na vātā vāyanti…pe… esikaṭṭhāyiṭṭhitā’’’ti. ‘‘Vedanā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’…pe… vipariṇāmadhammaṃ, api nu taṃ anupādāya evaṃ diṭṭhi uppajjeyya ‘na vātā vāyanti…pe… esikaṭṭhāyiṭṭhitā’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Iti kho, bhikkhave, dukkhe sati, dukkhaṃ upādāya, dukkhaṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjeyya – ‘na vātā vāyanti, na najjo sandanti, na gabbhiniyo vijāyanti, na candimasūriyā udenti vā apenti vā, esikaṭṭhāyiṭṭhitā’’’ti. Paṭhamaṃ. «Как вы думаете, о бхиккху, форма постоянна или непостоянна?» — «Непостоянна, Господин»... «подвержена изменению. Но без цепляния за это, могло бы возникнуть такое воззрение: „Ветры не дуют... но стоят неподвижно, подобно столпу“?» — «Нет, Господин». — «Таким образом, о бхиккху, при наличии страдания, именно цепляясь за страдание, привязываясь к страданию, возникает такое воззрение: „Ветры не дуют... но стоят неподвижно, подобно столпу“». — «Чувство... восприятие... волевые формирования... сознание постоянны или непостоянны?» — «Непостоянны, Господин»... «подвержено изменению. Но без цепляния за это, могло бы возникнуть такое воззрение: „Ветры не дуют... но стоят неподвижно, подобно столпу“?» — «Нет, Господин». — «Таким образом, о бхиккху, при наличии страдания, именно цепляясь за страдание, привязываясь к страданию, возникает такое воззрение: „Ветры не дуют, реки не текут, беременные женщины не рожают, луна и солнце не восходят и не заходят, но стоят неподвижно, подобно столпу“». Первая. 225-240. (Purimavagge viya aṭṭhārasa veyyākaraṇāni vitthāretabbānīti[Pg.179].) Sattarasamaṃ. 225-240. «(Восемнадцать изложений должны быть подробно изложены так же, как и в предыдущей главе.) Семнадцатая.» 18. Nevahotinanahotisuttaṃ 18. Сутта о том, что «ни существует, ни не существует». 241. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Kismiṃ nu kho, bhikkhave, sati, kiṃ upādāya, kiṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘neva hoti na na hoti tathāgato paraṃ maraṇā’’’ti? Bhagavaṃmūlakā no, bhante, dhammā…pe… ‘‘rūpe kho, bhikkhave, sati, rūpaṃ upādāya, rūpaṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘neva hoti, na na hoti tathāgato paraṃ maraṇā’ti. Vedanāya sati… saññāya sati… saṅkhāresu sati… viññāṇe sati, viññāṇaṃ upādāya, viññāṇaṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘neva hoti, na na hoti tathāgato paraṃ maraṇā’’’ti. 241. В Саваттхи. «При наличии чего, о бхиккху, цепляясь за что, привязываясь к чему, возникает такое воззрение: „Татхагата ни существует, ни не существует после смерти“?» — «Господин, наши учения укоренены в Благословенном...» — «При наличии формы, о бхиккху, цепляясь за форму, привязываясь к форме, возникает такое воззрение: „Татхагата ни существует, ни не существует после смерти“. При наличии чувства... при наличии восприятия... при наличии волевых формирований... при наличии сознания, цепляясь за сознание, привязываясь к сознанию, возникает такое воззрение: „Татхагата ни существует, ни не существует после смерти“». ‘‘Taṃ kiṃ maññatha, bhikkhave, rūpaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’…pe… vipariṇāmadhammaṃ, api nu taṃ anupādāya evaṃ diṭṭhi uppajjeyya – ‘neva hoti, na na hoti tathāgato paraṃ maraṇā’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Iti kho, bhikkhave, dukkhe sati, dukkhaṃ upādāya, dukkhaṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘neva hoti, na na hoti tathāgato paraṃ maraṇā’’’ti. ‘‘Vedanā… saññā … saṅkhārā… viññāṇaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’…pe… vipariṇāmadhammaṃ, api nu taṃ anupādāya evaṃ diṭṭhi uppajjeyya – ‘neva hoti, na na hoti tathāgato paraṃ maraṇā’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Iti kho, bhikkhave, dukkhe sati, dukkhaṃ upādāya dukkhaṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘neva hoti, na na hoti tathāgato paraṃ maraṇā’’’ti. Aṭṭhārasamaṃ. «Как вы думаете, о бхиккху, форма постоянна или непостоянна?» — «Непостоянна, Господин»... «подвержена изменению. Но без цепляния за это, могло бы возникнуть такое воззрение: „Татхагата ни существует, ни не существует после смерти“?» — «Нет, Господин». — «Таким образом, о бхиккху, при наличии страдания, именно цепляясь за страдание, привязываясь к страданию, возникает такое воззрение: „Татхагата ни существует, ни не существует после смерти“». — «Чувство... восприятие... волевые формирования... сознание постоянны или непостоянны?» — «Непостоянны, Господин»... «подвержено изменению. Но без цепляния за это, могло бы возникнуть такое воззрение: „Татхагата ни существует, ни не существует после смерти“?» — «Нет, Господин». — «Таким образом, о бхиккху, при наличии страдания, именно цепляясь за страдание, привязываясь к страданию, возникает такое воззрение: „Татхагата ни существует, ни не существует после смерти“». Восемнадцатая. 19. Rūpīattāsuttaṃ 19. Сутта о душе, обладающей формой. 242. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Kismiṃ nu kho, bhikkhave, sati, kiṃ upādāya, kiṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘rūpī attā hoti, arogo paraṃ maraṇā’’’ti? Bhagavaṃmūlakā no, bhante, dhammā…pe… ‘‘rūpe kho, bhikkhave, sati, rūpaṃ upādāya, rūpaṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘rūpī attā hoti, arogo paraṃ maraṇā’ti. Vedanāya sati…pe… saññāya sati… saṅkhāresu sati… viññāṇe sati, viññāṇaṃ upādāya, viññāṇaṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘rūpī attā hoti, arogo paraṃ maraṇā’’’ti. 242. В Саваттхи. «При наличии чего, о бхиккху, цепляясь за что, привязываясь к чему, возникает такое воззрение: „Душа обладает формой и невредима после смерти“?» — «Господин, наши учения укоренены в Благословенном...» — «При наличии формы, о бхиккху, цепляясь за форму, привязываясь к форме, возникает такое воззрение: „Душа обладает формой и невредима после смерти“. При наличии чувства... при наличии восприятия... при наличии волевых формирований... при наличии сознания, цепляясь за сознание, привязываясь к сознанию, возникает такое воззрение: „Душа обладает формой и невредима после смерти“». ‘‘Taṃ [Pg.180] kiṃ maññatha, bhikkhave, rūpaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’…pe… vipariṇāmadhammaṃ, api nu taṃ anupādāya evaṃ diṭṭhi uppajjeyya – ‘rūpī attā hoti, arogo paraṃ maraṇā’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Iti kho, bhikkhave, dukkhe sati, dukkhaṃ upādāya, dukkhaṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘rūpī attā hoti, arogo paraṃ maraṇā’’’ti? ‘‘Vedanā…pe… ‘‘no hetaṃ, bhante’’. ‘‘Iti kho, bhikkhave, dukkhe sati, dukkhaṃ upādāya, dukkhaṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘rūpī attā hoti, arogo paraṃ maraṇā’’’ti. Ekūnavīsatimaṃ. «Как вы думаете, о бхиккху, форма постоянна или непостоянна?» — «Непостоянна, Господин»... «подвержена изменению. Но без цепляния за это, могло бы возникнуть такое воззрение: „Душа обладает формой и невредима после смерти“?» — «Нет, Господин». — «Таким образом, о бхиккху, при наличии страдания, именно цепляясь за страдание, привязываясь к страданию, возникает такое воззрение: „Душа обладает формой и невредима после смерти“». — «Чувство... [как и прежде]... „Нет, Господин“. — „Таким образом, о бхиккху, при наличии страдания, именно цепляясь за страдание, привязываясь к страданию, возникает такое воззрение: „Душа обладает формой и невредима после смерти““». Девятнадцатая. 20. Arūpīattāsuttaṃ 20. Сутта о бесформенной душе. 243. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Kismiṃ nu kho, bhikkhave, sati, kiṃ upādāya, kiṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘arūpī attā hoti arogo paraṃ maraṇā’’’ti? (Peyyālo) vīsatimaṃ. 243. В Саваттхи. «При наличии чего, о бхиккху, цепляясь за что, привязываясь к чему, возникает такое воззрение: „Душа бесформенна и невредима после смерти“?»... (Сокращение) Двадцатая. 21. Rūpīcaarūpīcaattāsuttaṃ 21. Сутта о душе, обладающей формой и бесформенной. 244. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Rūpī ca arūpī ca attā hoti arogo paraṃ maraṇā’’ti…pe…. Ekavīsatimaṃ. 244. В Саваттхи. «Душа и обладает формой, и бесформенна, и невредима после смерти»... и так далее... Двадцать первая. 22. Nevarūpīnārūpīattāsuttaṃ 22. Сутта о душе, ни обладающей формой, ни бесформенной. 245. ‘‘Neva rūpī nārūpī attā hoti arogo paraṃ maraṇā’’ti…pe…. Bāvīsatimaṃ. 245. «Душа ни обладает формой, ни бесформенна, и невредима после смерти»... и так далее... Двадцать вторая. 23. Ekantasukhīsuttaṃ 23. Сутта об исключительно счастливой душе. 246. ‘‘Ekantasukhī attā hoti arogo paraṃ maraṇā’’ti…pe…. Tevīsatimaṃ. 246. «Душа исключительно счастлива и невредима после смерти»... и так далее... Двадцать третья. 24. Ekantadukkhīsuttaṃ 24. Сутта об исключительно несчастной душе. 247. ‘‘Ekantadukkhī attā hoti arogo paraṃ maraṇā’’ti…pe…. Catuvīsatimaṃ. 247. «Душа исключительно несчастна и невредима после смерти»... и так далее... Двадцать четвёртая. 25. Sukhadukkhīsuttaṃ 25. Сутта о счастливой и несчастной душе. 248. ‘‘Sukhadukkhī attā hoti arogo paraṃ maraṇā’’ti…pe…. Pañcavīsatimaṃ. 248. «Душа и счастлива, и несчастна, и невредима после смерти»... и так далее... Двадцать пятая. 26. Adukkhamasukhīsuttaṃ 26. Сутта о душе, ни счастливой, ни несчастной. 249. ‘‘Adukkhamasukhī [Pg.181] attā hoti arogo paraṃ maraṇā’’ti? Bhagavaṃmūlakā no, bhante, dhammā…pe… ‘‘rūpe kho, bhikkhave, sati, rūpaṃ upādāya, rūpaṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘adukkhamasukhī attā hoti arogo paraṃ maraṇā’ti. Vedanāya sati… saññāya sati… saṅkhāresu sati… viññāṇe sati, viññāṇaṃ upādāya, viññāṇaṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘adukkhamasukhī attā hoti arogo paraṃ maraṇā’’’ti. 249. «„Душа ни счастлива, ни несчастна, и невредима после смерти“?» — «Господин, наши учения укоренены в Благословенном...» — «При наличии формы, о бхиккху, цепляясь за форму, привязываясь к форме, возникает такое воззрение: „Душа ни счастлива, ни несчастна, и невредима после смерти“. При наличии чувства... при наличии восприятия... при наличии волевых формирований... при наличии сознания, цепляясь за сознание, привязываясь к сознанию, возникает такое воззрение: „Душа ни счастлива, ни несчастна, и невредима после смерти“». ‘‘Taṃ kiṃ maññatha, bhikkhave, rūpaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’…pe… vipariṇāmadhammaṃ, api nu taṃ anupādāya evaṃ diṭṭhi uppajjeyya – ‘adukkhamasukhī attā hoti arogo paraṃ maraṇā’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Iti kho, bhikkhave, dukkhe sati, dukkhaṃ upādāya, dukkhaṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘adukkhamasukhī attā hoti arogo paraṃ maraṇā’’’ti. ‘‘Vedanā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’…pe… vipariṇāmadhammaṃ, api nu taṃ anupādāya evaṃ diṭṭhi uppajjeyya – ‘adukkhamasukhī attā hoti arogo paraṃ maraṇā’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Iti kho, bhikkhave, dukkhe sati, dukkhaṃ upādāya, dukkhaṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘adukkhamasukhī attā hoti arogo paraṃ maraṇā’’’ti. Chabbīsatimaṃ. «Как вы думаете, о бхиккху, форма постоянна или непостоянна?» — «Непостоянна, Господин»... «подвержена изменению. Но без цепляния за это, могло бы возникнуть такое воззрение: „Душа ни счастлива, ни несчастна, и невредима после смерти“?» — «Нет, Господин». — «Таким образом, о бхиккху, при наличии страдания, именно цепляясь за страдание, привязываясь к страданию, возникает такое воззрение: „Душа ни счастлива, ни несчастна, и невредима после смерти“». — «Чувство... восприятие... волевые формирования... сознание постоянны или непостоянны?» — «Непостоянны, Господин»... «подвержено изменению. Но без цепляния за это, могло бы возникнуть такое воззрение: „Душа ни счастлива, ни несчастна, и невредима после смерти“?» — «Нет, Господин». — «Таким образом, о бхиккху, при наличии страдания, именно цепляясь за страдание, привязываясь к страданию, возникает такое воззрение: „Душа ни счастлива, ни несчастна, и невредима после смерти“». Двадцать шестая. Dutiyapeyyālo. Вторая серия сокращений. Tassuddānaṃ – Оглавление этой серии: Vātaṃ etaṃ mama so, attā no ca me siyā; Natthi karoto hetu ca, mahādiṭṭhena aṭṭhamaṃ. «Ветер», «Это моё», «Он — душа», «Если бы не было меня», «Нет [даяния]», «Совершающий», «Причина», и восьмая — «Великое воззрение». Sassato asassato ceva, antānantavā ca vuccati; Taṃ jīvaṃ aññaṃ jīvañca, tathāgatena cattāro. «Вечный», «Невечный», «Конечный и бесконечный», «Душа и тело — одно», «Душа и тело — разное», и четыре о Татхагате. Rūpī attā hoti, arūpī ca attā hoti; Rūpī ca arūpī ca attā hoti; Neva rūpī nārūpī attā hoti, ekantasukhī attā hoti. «Душа обладает формой», «Душа бесформенна», «Душа обладает формой и бесформенна», «Душа ни обладает формой, ни бесформенна», «Душа исключительно счастлива». Ekantadukkhī attā hoti, sukhadukkhī attā hoti; Adukkhamasukhī attā hoti, arogo paraṃ maraṇāti; Ime chabbīsati suttā, dutiyavārena desitā. «Душа исключительно несчастна», «Душа и счастлива, и несчастна», «Душа ни счастлива, ни несчастна, невредима после смерти» — эти двадцать шесть сутт были проповеданы во втором круге. 3. Tatiyagamanavaggo 3. Третья глава повторений. 1. Navātasuttaṃ 1. Сутта о ветре. 250. Sāvatthinidānaṃ[Pg.182]. ‘‘Kismiṃ nu kho, bhikkhave, sati, kiṃ upādāya, kiṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘na vātā vāyanti, na najjo sandanti, na gabbhiniyo vijāyanti, na candimasūriyā udenti vā apenti vā esikaṭṭhāyiṭṭhitā’’’ti? Bhagavaṃmūlakā no, bhante, dhammā…pe…. 250. В Саваттхи. «При наличии чего, о бхиккху, цепляясь за что, привязываясь к чему, возникает такое воззрение: „Ветры не дуют, реки не текут, беременные женщины не рожают, луна и солнце не восходят и не заходят, но стоят неподвижно, подобно столпу“?» — «Господин, наши учения укоренены в Благословенном...» ‘‘Rūpe kho, bhikkhave, sati, rūpaṃ upādāya, rūpaṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – na vātā vāyanti…pe… vedanāya sati… saññāya sati… saṅkhāresu sati… viññāṇe sati, viññāṇaṃ upādāya, viññāṇaṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘na vātā vāyanti…pe… esikaṭṭhāyiṭṭhitā’’’ti. «При наличии формы, о бхиккху, цепляясь за форму, привязываясь к форме, возникает такое воззрение: „Ветры не дуют...“ При наличии чувства... при наличии восприятия... при наличии волевых формирований... при наличии сознания, цепляясь за сознание, привязываясь к сознанию, возникает такое воззрение: „Ветры не дуют... но стоят неподвижно, подобно столпу“». ‘‘Taṃ kiṃ maññatha, bhikkhave, rūpaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’…pe… vipariṇāmadhammaṃ, api nu taṃ anupādāya evaṃ diṭṭhi uppajjeyya – ‘na vātā vāyanti…pe… esikaṭṭhāyiṭṭhitā’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Iti kho, bhikkhave, yadaniccaṃ taṃ dukkhaṃ. Tasmiṃ sati, tadupādāya, evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘na vātā vāyanti, na najjo sandanti, na gabbhiniyo vijāyanti, na candimasūriyā udenti vā apenti vā esikaṭṭhāyiṭṭhitā’’’ti. ‘‘Vedanā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’…pe… vipariṇāmadhammaṃ, api nu taṃ anupādāya evaṃ diṭṭhi uppajjeyya – ‘na vātā vāyanti…pe… esikaṭṭhāyiṭṭhitā’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Iti kho, bhikkhave, yadaniccaṃ taṃ dukkhaṃ. Tasmiṃ sati, tadupādāya evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘na vātā vāyanti…pe… esikaṭṭhāyiṭṭhitā’’’ti. Paṭhamaṃ. «Как вы думаете, бхиккху, форма постоянна или непостоянна?» — «Непостоянна, уважаемый господин»… «Но без цепляния за то, что непостоянно, подвержено страданию и изменению, могло бы возникнуть такое воззрение: „Ветры не дуют… стоят неподвижно, как столбы“?» — «Нет, уважаемый господин». — «Таким образом, бхиккху, то, что непостоянно — есть страдание. Когда оно присутствует, то из-за цепляния за него возникает такое воззрение: „Ветры не дуют, реки не текут, беременные женщины не рожают, луна и солнце не восходят и не заходят, но стоят неподвижно, как столбы“». «Чувство… восприятие… волевые формации… сознание постоянно или непостоянно?» — «Непостоянно, уважаемый господин»… «Но без цепляния за то, что непостоянно, подвержено страданию и изменению, могло бы возникнуть такое воззрение: „Ветры не дуют… стоят неподвижно, как столбы“?» — «Нет, уважаемый господин». — «Таким образом, бхиккху, то, что непостоянно — есть страдание. Когда оно присутствует, то из-за цепляния за него возникает такое воззрение: „Ветры не дуют… стоят неподвижно, как столбы“». Первая. 251-274. (Dutiyavagge viya catuvīsati suttāni pūretabbāni.) Pañcavīsatimaṃ. 251-274. (Как и во второй главе, следует дополнить двадцать четыре сутты.) Двадцать пятая. 26. Adukkhamasukhīsuttaṃ 26. Адуккхамасукхи сутта 275. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Kismiṃ nu kho, bhikkhave, sati, kiṃ upādāya, kiṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘adukkhamasukhī attā hoti arogo paraṃ maraṇā’’’ti? Bhagavaṃmūlakā no, bhante, dhammā…pe…. 275. В Саваттхи. «Бхиккху, при наличии чего, цепляясь за что, привязываясь к чему, возникает такое воззрение: „После смерти „я“ не испытывает ни страдания, ни удовольствия и пребывает в здравии“?» — «Уважаемый господин, наши учения укоренены в Благословенном…» ‘‘Rūpe kho, bhikkhave, sati, rūpaṃ upādāya, rūpaṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘adukkhamasukhī attā hoti arogo paraṃ maraṇā’ti. Vedanāya sati [Pg.183] …pe… saññāya sati… saṅkhāresu sati… viññāṇe sati, viññāṇaṃ upādāya, viññāṇaṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘adukkhamasukhī attā hoti, arogo paraṃ maraṇā’’’ti. «При наличии формы, бхиккху, цепляясь за форму, привязываясь к форме, возникает такое воззрение: „После смерти „я“ не испытывает ни страдания, ни удовольствия и пребывает в здравии“. При наличии чувства… при наличии восприятия… при наличии волевых формаций… при наличии сознания, цепляясь за сознание, привязываясь к сознанию, возникает такое воззрение: „После смерти „я“ не испытывает ни страдания, ни удовольствия и пребывает в здравии“». ‘‘Taṃ kiṃ maññatha, bhikkhave, rūpaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’…pe… vipariṇāmadhammaṃ, api nu taṃ anupādāya evaṃ diṭṭhi uppajjeyya – ‘adukkhamasukhī attā hoti arogo paraṃ maraṇā’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Iti kho, bhikkhave, yadaniccaṃ taṃ dukkhaṃ. Tasmiṃ sati, tadupādāya evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘adukkhamasukhī attā hoti arogo paraṃ maraṇā’’’ti. ‘‘Vedanā…pe… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’…pe… vipariṇāmadhammaṃ, api nu taṃ anupādāya evaṃ diṭṭhi uppajjeyya – ‘adukkhamasukhī attā hoti, arogo paraṃ maraṇā’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Iti kho, bhikkhave, yadaniccaṃ taṃ dukkhaṃ. Tasmiṃ sati, tadupādāya evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘adukkhamasukhī attā hoti arogo paraṃ maraṇā’’’ti. Chabbīsatimaṃ. «Как вы думаете, бхиккху, форма постоянна или непостоянна?» — «Непостоянна, уважаемый господин»… «Но без цепляния за то, что непостоянно, подвержено страданию и изменению, могло бы возникнуть такое воззрение: „После смерти „я“ не испытывает ни страдания, ни удовольствия и пребывает в здравии“?» — «Нет, уважаемый господин». — «Таким образом, бхиккху, то, что непостоянно — есть страдание. Когда оно присутствует, то из-за цепляния за него возникает такое воззрение: „После смерти „я“ не испытывает ни страдания, ни удовольствия и пребывает в здравии“». «Чувство… восприятие… волевые формации… сознание постоянно или непостоянно?» — «Непостоянно, уважаемый господин»… «Но без цепляния за то, что непостоянно, подвержено страданию и изменению, могло бы возникнуть такое воззрение: „После смерти „я“ не испытывает ни страдания, ни удовольствия и пребывает в здравии“?» — «Нет, уважаемый господин». — «Таким образом, бхиккху, то, что непостоянно — есть страдание. Когда оно присутствует, то из-за цепляния за него возникает такое воззрение: „После смерти „я“ не испытывает ни страдания, ни удовольствия и пребывает в здравии“». Двадцать шестая. Tatiyapeyyālo. Третья сокращённая серия. 4. Catutthagamanavaggo 4. Четвёртая глава о движении. 1. Navātasuttaṃ 1. Навата сутта 276. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Kismiṃ nu kho, bhikkhave, sati kiṃ upādāya, kiṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘na vātā vāyanti, na najjo sandanti, na gabbhiniyo vijāyanti, na candimasūriyā udenti vā apenti vā esikaṭṭhāyiṭṭhitā’’’ti? Bhagavaṃmūlakā no, bhante, dhammā…pe…. 276. В Саваттхи. «Бхиккху, при наличии чего, цепляясь за что, привязываясь к чему, возникает такое воззрение: „Ветры не дуют, реки не текут, беременные женщины не рожают, луна и солнце не восходят и не заходят, но стоят неподвижно, как столбы“?» — «Уважаемый господин, наши учения укоренены в Благословенном…» ‘‘Rūpe kho, bhikkhave, sati, rūpaṃ upādāya, rūpaṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘na vātā vāyanti…pe… esikaṭṭhāyiṭṭhitā’ti. Vedanāya sati…pe… saññāya sati… saṅkhāresu sati… viññāṇe sati, viññāṇaṃ upādāya, viññāṇaṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘na vātā vāyanti…pe… esikaṭṭhāyiṭṭhitā’’’ti. ‘‘Taṃ kiṃ maññatha, bhikkhave, rūpaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ, dukkhaṃ vā taṃ sukhaṃ vā’’ti? ‘‘Dukkhaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ dukkhaṃ vipariṇāmadhammaṃ, kallaṃ nu taṃ samanupassituṃ – ‘etaṃ mama, esohamasmi, eso me attā’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Vedanā [Pg.184]… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ, dukkhaṃ vā taṃ sukhaṃ vā’’ti? ‘‘Dukkhaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ dukkhaṃ vipariṇāmadhammaṃ, kallaṃ nu taṃ samanupassituṃ – ‘etaṃ mama, esohamasmi, eso me attā’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. «При наличии формы, бхиккху, цепляясь за форму, привязываясь к форме, возникает такое воззрение: „Ветры не дуют… стоят неподвижно, как столбы“. При наличии чувства… при наличии восприятия… при наличии волевых формаций… при наличии сознания, цепляясь за сознание, привязываясь к сознанию, возникает такое воззрение: „Ветры не дуют… стоят неподвижно, как столбы“». «Как вы думаете, бхиккху, форма постоянна или непостоянна?» — «Непостоянна, уважаемый господин». — «А то, что непостоянно — приносит страдание или счастье?» — «Страдание, уважаемый господин». — «Но то, что непостоянно, подвержено страданию и изменению, правильно ли рассматривать так: „Это — моё, это — я, это — моё „я““?» — «Нет, уважаемый господин». «Чувство… восприятие… волевые формации… сознание постоянно или непостоянно?» — «Непостоянно, уважаемый господин». — «А то, что непостоянно — приносит страдание или счастье?» — «Страдание, уважаемый господин». — «Но то, что непостоянно, подвержено страданию и изменению, правильно ли рассматривать так: „Это — моё, это — я, это — моё „я““?» — «Нет, уважаемый господин». ‘‘Tasmātiha, bhikkhave, yaṃ kiñci rūpaṃ atītānāgatapaccuppannaṃ ajjhattaṃ vā bahiddhā vā, oḷārikaṃ vā sukhumaṃ vā hīnaṃ vā paṇītaṃ vā yaṃ dūre santike vā, sabbaṃ rūpaṃ – ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’ti evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya daṭṭhabbaṃ. Yā kāci vedanā… yā kāci saññā… ye keci saṅkhārā… yaṃ kiñci viññāṇaṃ atītānāgatapaccuppannaṃ ajjhattaṃ vā bahiddhā vā oḷārikaṃ vā sukhumaṃ vā hīnaṃ vā paṇītaṃ vā yaṃ dūre santike vā, sabbaṃ viññāṇaṃ – ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’ti evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya daṭṭhabbaṃ. «Поэтому, бхиккху, любая форма — будь то прошлая, будущая или настоящая, внутренняя или внешняя, грубая или утончённая, низшая или высшая, далёкая или близкая — всякая форма должна рассматриваться в соответствии с действительностью и с правильной мудростью так: „Это не моё, это не я, это не моё „я““. Любое чувство… любое восприятие… любые волевые формации… любое сознание — будь то прошлое, будущее или настоящее, внутреннее или внешнее, грубое или утончённое, низшее или высшее, далёкое или близкое — всякое сознание должно рассматриваться в соответствии с действительностью и с правильной мудростью так: „Это не моё, это не я, это не моё „я““». ‘‘Evaṃ passaṃ…pe… nāparaṃ itthattāyāti pajānātī’’ti. Paṭhamaṃ. «Видя так… он понимает: „…нет ничего более для этого состояния бытия“». Первая. 277-300. (Dutiyavagge viya catuvīsati suttāni pūretabbāni.) Pañcavīsatimaṃ. 277-300. (Как и во второй главе, следует дополнить двадцать четыре сутты.) Двадцать пятая. 26. Adukkhamasukhīsuttaṃ 26. Адуккхамасукхи сутта 301. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Kismiṃ nu kho, bhikkhave, sati, kiṃ upādāya, kiṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘adukkhamasukhī attā hoti, arogo paraṃ maraṇā’’’ti? Bhagavaṃmūlakā no, bhante, dhammā…pe…. 301. В Саваттхи. «Бхиккху, при наличии чего, цепляясь за что, привязываясь к чему, возникает такое воззрение: „После смерти „я“ не испытывает ни страдания, ни удовольствия и пребывает в здравии“?» — «Уважаемый господин, наши учения укоренены в Благословенном…» ‘‘Rūpe kho, bhikkhave, sati, rūpaṃ upādāya, rūpaṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘adukkhamasukhī attā hoti, arogo paraṃ maraṇā’ti. Vedanāya sati… saññāya sati… saṅkhāresu sati… viññāṇe sati, viññāṇaṃ upādāya, viññāṇaṃ abhinivissa evaṃ diṭṭhi uppajjati – ‘adukkhamasukhī attā hoti, arogo paraṃ maraṇā’’’ti. «При наличии формы, бхиккху, цепляясь за форму, привязываясь к форме, возникает такое воззрение: „После смерти „я“ не испытывает ни страдания, ни удовольствия и пребывает в здравии“. При наличии чувства… при наличии восприятия… при наличии волевых формаций… при наличии сознания, цепляясь за сознание, привязываясь к сознанию, возникает такое воззрение: „После смерти „я“ не испытывает ни страдания, ни удовольствия и пребывает в здравии“». ‘‘Taṃ kiṃ maññatha, bhikkhave, rūpaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ, dukkhaṃ vā taṃ sukhaṃ vā’’ti? ‘‘Dukkhaṃ, bhante ’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ dukkhaṃ vipariṇāmadhammaṃ, kallaṃ nu taṃ samanupassituṃ – ‘etaṃ mama, esohamasmi, eso me attā’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. ‘‘Vedanā… saññā… saṅkhārā… viññāṇaṃ niccaṃ vā aniccaṃ vā’’ti? ‘‘Aniccaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ dukkhaṃ vā taṃ sukhaṃ vā’’ti? ‘‘Dukkhaṃ, bhante’’. ‘‘Yaṃ panāniccaṃ dukkhaṃ [Pg.185] vipariṇāmadhammaṃ, kallaṃ nu taṃ samanupassituṃ – ‘etaṃ mama, esohamasmi, eso me attā’’’ti? ‘‘No hetaṃ, bhante’’. «Как вы думаете, бхиккху, форма постоянна или непостоянна?» — «Непостоянна, уважаемый господин». — «А то, что непостоянно — приносит страдание или счастье?» — «Страдание, уважаемый господин». — «Но то, что непостоянно, подвержено страданию и изменению, правильно ли рассматривать так: „Это — моё, это — я, это — моё „я““?» — «Нет, уважаемый господин». «Чувство… восприятие… волевые формации… сознание постоянно или непостоянно?» — «Непостоянно, уважаемый господин». — «А то, что непостоянно — приносит страдание или счастье?» — «Страдание, уважаемый господин». — «Но то, что непостоянно, подвержено страданию и изменению, правильно ли рассматривать так: „Это — моё, это — я, это — моё „я““?» — «Нет, уважаемый господин». ‘‘Tasmātiha, bhikkhave, yaṃ kiñci rūpaṃ atītānāgatapaccuppannaṃ ajjhattaṃ vā bahiddhā vā oḷārikaṃ vā sukhumaṃ vā hīnaṃ vā paṇītaṃ vā yaṃ dūre santike vā, sabbaṃ rūpaṃ – ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’ti evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya daṭṭhabbaṃ. Yā kāci vedanā… yā kāci saññā… ye keci saṅkhārā… yaṃ kiñci viññāṇaṃ atītānāgatapaccuppannaṃ ajjhattaṃ vā bahiddhā vā, oḷārikaṃ vā sukhumaṃ vā hīnaṃ vā paṇītaṃ vā yaṃ dūre santike vā, sabbaṃ viññāṇaṃ – ‘netaṃ mama, nesohamasmi, na meso attā’’’ti evametaṃ yathābhūtaṃ sammappaññāya daṭṭhabbaṃ. «Поэтому, бхиккху, любая форма — будь то прошлая, будущая или настоящая, внутренняя или внешняя, грубая или утончённая, низшая или высшая, далёкая или близкая — всякая форма должна рассматриваться в соответствии с действительностью и с правильной мудростью так: „Это не моё, это не я, это не моё „я““. Любое чувство… любое восприятие… любые волевые формации… любое сознание — будь то прошлое, будущее или настоящее, внутреннее или внешнее, грубое или утончённое, низшее или высшее, далёкое или близкое — всякое сознание должно рассматриваться в соответствии с действительностью и с правильной мудростью так: „Это не моё, это не я, это не моё „я““». ‘‘Evaṃ passaṃ, bhikkhave, sutavā ariyasāvako rūpasmimpi nibbindati, vedanāyapi nibbindati, saññāyapi nibbindati, saṅkhāresupi nibbindati, viññāṇasmimpi nibbindati. Nibbindaṃ virajjati; virāgā vimuccati. Vimuttasmiṃ vimuttamiti ñāṇaṃ hoti. ‘Khīṇā jāti, vusitaṃ brahmacariyaṃ, kataṃ karaṇīyaṃ, nāparaṃ itthattāyā’ti pajānātī’’ti. Chabbīsatimaṃ. «Видя так, бхиккху, образованный благородный ученик испытывает разочарование в форме, разочарование в чувстве, разочарование в восприятии, разочарование в волевых формациях, разочарование в сознании. Испытывая разочарование, он становится бесстрастным. Благодаря бесстрастию [его ум] освобождается. Когда он освобождён, приходит знание: „Освобождён“. Он понимает: „Уничтожено рождение, святая жизнь прожита, сделано то, что должно было быть сделано, нет ничего более для этого состояния бытия“». Двадцать шестая. Tassuddānaṃ – Оглавление этой главы: Purimagamane aṭṭhārasa veyyākaraṇā; Dutiyagamane chabbīsaṃ vitthāretabbāni. В первой серии о движении — восемнадцать разъяснений; во второй серии о движении — двадцать шесть сутт, подлежащих подробному изложению. Tatiyagamane chabbīsaṃ vitthāretabbāni; Catutthagamane chabbīsaṃ vitthāretabbāni. В третьей серии о движении — двадцать шесть сутт, подлежащих подробному изложению; в четвёртой серии о движении — двадцать шесть сутт, подлежащих подробному изложению. Diṭṭhisaṃyuttaṃ samattaṃ. Диттхи саньютта завершена. 4. Okkantasaṃyuttaṃ 4. Окканта саньютта 1. Cakkhusuttaṃ 1. Чаккху сутта 302. Sāvatthinidānaṃ[Pg.186]. ‘‘Cakkhuṃ, bhikkhave, aniccaṃ vipariṇāmi aññathābhāvi; sotaṃ aniccaṃ vipariṇāmi aññathābhāvi; ghānaṃ aniccaṃ vipariṇāmi aññathābhāvi; jivhā aniccā vipariṇāmī aññathābhāvī ; kāyo anicco vipariṇāmī aññathābhāvī; mano anicco vipariṇāmī aññathābhāvī. Yo, bhikkhave, ime dhamme evaṃ saddahati adhimuccati – ayaṃ vuccati saddhānusārī, okkanto sammattaniyāmaṃ, sappurisabhūmiṃ okkanto, vītivatto puthujjanabhūmiṃ; abhabbo taṃ kammaṃ kātuṃ, yaṃ kammaṃ katvā nirayaṃ vā tiracchānayoniṃ vā pettivisayaṃ vā upapajjeyya; abhabbo ca tāva kālaṃ kātuṃ yāva na sotāpattiphalaṃ sacchikaroti’’. 302. В Саваттхи. «Бхиккху, глаз непостоянен, подвержен изменению и становлению иным. Ухо непостоянно, подвержено изменению и становлению иным. Нос непостоянен, подвержен изменению и становлению иным. Язык непостоянен, подвержен изменению и становлению иным. Тело непостоянно, подвержено изменению и становлению иным. Ум непостоянен, подвержен изменению и становлению иным. Тот, бхиккху, кто верит в эти учения и устремляется к ним таким образом, зовётся ведомым верой (саддханусари), вступившим на путь истинности, вошедшим в обитель благородных людей, превзошедшим обитель обычных людей. Он неспособен совершить такое деяние, из-за которого мог бы переродиться в аду, в мире животных или в царстве голодных духов; он неспособен умереть, не реализовав плод вхождения в поток». ‘‘Yassa kho, bhikkhave, ime dhammā evaṃ paññāya mattaso nijjhānaṃ khamanti, ayaṃ vuccati – ‘dhammānusārī, okkanto sammattaniyāmaṃ, sappurisabhūmiṃ okkanto, vītivatto puthujjanabhūmiṃ; abhabbo taṃ kammaṃ kātuṃ, yaṃ kammaṃ katvā nirayaṃ vā tiracchānayoniṃ vā pettivisayaṃ vā upapajjeyya; abhabbo ca tāva kālaṃ kātuṃ yāva na sotāpattiphalaṃ sacchikaroti’. Yo, bhikkhave, ime dhamme evaṃ pajānāti evaṃ passati, ayaṃ vuccati – ‘sotāpanno avinipātadhammo niyato sambodhiparāyano’’’ti. Paṭhamaṃ. «Тот, бхиккху, для кого эти учения после достаточного размышления над ними с мудростью принимаются таким образом, зовётся ведомым Дхаммой (дхамманусари), вступившим на путь истинности, вошедшим в обитель благородных людей, превзошедшим обитель обычных людей. Он неспособен совершить такое деяние, из-за которого мог бы переродиться в аду, в мире животных или в царстве голодных духов; он неспособен умереть, не реализовав плод вхождения в поток. Тот, бхиккху, кто знает и видит эти учения таким образом, зовётся вошедшим в поток (сотапанна), не подверженным падению в миры страданий, утвердившимся в своей судьбе, устремлённым к пробуждению». Первая. 2. Rūpasuttaṃ 2. Рупа сутта 303. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Rūpā, bhikkhave, aniccā vipariṇāmino aññathābhāvino; saddā aniccā vipariṇāmino aññathābhāvino; gandhā aniccā vipariṇāmino aññathābhāvino; rasā aniccā vipariṇāmino aññathābhāvino; phoṭṭhabbā aniccā vipariṇāmino aññathābhāvino; dhammā aniccā vipariṇāmino aññathābhāvino. Yo, bhikkhave, ime dhamme evaṃ saddahati adhimuccati, ayaṃ vuccati saddhānusārī, okkanto sammattaniyāmaṃ, sappurisabhūmiṃ okkanto, vītivatto puthujjanabhūmiṃ; abhabbo taṃ kammaṃ kātuṃ, yaṃ kammaṃ katvā nirayaṃ vā tiracchānayoniṃ vā pettivisayaṃ [Pg.187] vā upapajjeyya; abhabbo ca tāva kālaṃ kātuṃ yāva na sotāpattiphalaṃ sacchikaroti’’. 303. В Саваттхи. «Бхиккху, формы непостоянны, подвержены изменению и становлению иным. Звуки непостоянны, подвержены изменению и становлению иным. Запахи непостоянны, подвержены изменению и становлению иным. Вкусы непостоянны, подвержены изменению и становлению иным. Тактильные объекты непостоянны, подвержены изменению и становлению иным. Ментальные феномены непостоянны, подвержены изменению и становлению иным. Тот, бхиккху, кто верит в эти учения и устремляется к ним таким образом, зовётся ведомым верой (саддханусари), вступившим на путь истинности, вошедшим в обитель благородных людей, превзошедшим обитель обычных людей. Он неспособен совершить такое деяние, из-за которого мог бы переродиться в аду, в мире животных или в царстве голодных духов; он неспособен умереть, не реализовав плод вхождения в поток». ‘‘Yassa kho, bhikkhave, ime dhammā evaṃ paññāya mattaso nijjhānaṃ khamanti, ayaṃ vuccati – ‘dhammānusārī, okkanto sammattaniyāmaṃ, sappurisabhūmiṃ okkanto, vītivatto puthujjanabhūmiṃ; abhabbo taṃ kammaṃ kātuṃ, yaṃ kammaṃ katvā nirayaṃ vā tiracchānayoniṃ vā pettivisayaṃ vā upapajjeyya; abhabbo ca tāva kālaṃ kātuṃ yāva na sotāpattiphalaṃ sacchikaroti’. Yo, bhikkhave, ime dhamme evaṃ pajānāti evaṃ passati, ayaṃ vuccati – ‘sotāpanno avinipātadhammo niyato sambodhiparāyano’’’ti. Dutiyaṃ. «Монахи, тот, для кого эти учения после достаточного размышления над ними с мудростью принимаются таким образом, называется последователем Дхаммы, вступившим на верный путь правильности, вступившим в обитель благородных людей, преодолевшим обитель обычных людей. Он неспособен совершить такое деяние, из-за которого мог бы переродиться в аду, в мире животных или в мире голодных духов; он неспособен умереть, не реализовав плод вхождения в поток. Монахи, тот, кто так знает и так видит эти учения, называется вошедшим в поток, не подверженным падению в низшие миры, утвердившимся в своей судьбе, устремленным к пробуждению». Вторая. 3. Viññāṇasuttaṃ 3. Винняна-сутта (Сутта о сознании) 304. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Cakkhuviññāṇaṃ, bhikkhave, aniccaṃ vipariṇāmi aññathābhāvi; sotaviññāṇaṃ… ghānaviññāṇaṃ… jivhāviññāṇaṃ… kāyaviññāṇaṃ… manoviññāṇaṃ aniccaṃ vipariṇāmi aññathābhāvi. Yo bhikkhave…pe… sambodhiparāyano’’ti. Tatiyaṃ. 304. В Саваттхи. «Монахи, сознание глаза непостоянно, изменчиво, подвержено инаковости. Сознание уха… сознание носа… сознание языка… сознание тела… сознание ума непостоянно, изменчиво, подвержено инаковости. Монахи, тот, кто… устремленным к пробуждению». Третья. 4. Samphassasuttaṃ 4. Сампхасса-сутта (Сутта о контакте) 305. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Cakkhusamphasso, bhikkhave, anicco vipariṇāmī aññathābhāvī; sotasamphasso… ghānasamphasso… jivhāsamphasso… kāyasamphasso… manosamphasso anicco vipariṇāmī aññathābhāvī. Yo, bhikkhave, ime dhamme evaṃ saddahati adhimuccati, ayaṃ vuccati ‘saddhānusārī…pe… sambodhiparāyano’’’ti. Catutthaṃ. 305. В Саваттхи. «Монахи, контакт глаза непостоянен, изменчив, подвержен инаковости. Контакт уха… контакт носа… контакт языка… контакт тела… контакт ума непостоянен, изменчив, подвержен инаковости. Монахи, тот, кто так верит в эти учения и устремляется к ним, называется последователем веры… устремленным к пробуждению». Четвертая. 5. Samphassajāsuttaṃ 5. Сампхассаджа-сутта (Сутта о чувстве, рожденном контактом) 306. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Cakkhusamphassajā, bhikkhave, vedanā aniccā vipariṇāmī aññathābhāvī; sotasamphassajā vedanā…pe… ghānasamphassajā vedanā…pe… jivhāsamphassajā vedanā…pe… kāyasamphassajā vedanā…pe… manosamphassajā vedanā aniccā vipariṇāmī aññathābhāvī. Yo, bhikkhave, ime dhamme evaṃ saddahati adhimuccati, ayaṃ vuccati ‘saddhānusārī…pe… sambodhiparāyano’’’ti. Pañcamaṃ. 306. В Саваттхи. «Монахи, чувство, рожденное контактом глаза, непостоянно, изменчиво, подвержено инаковости. Чувство, рожденное контактом уха… чувство, рожденное контактом носа… чувство, рожденное контактом языка… чувство, рожденное контактом тела… чувство, рожденное контактом ума непостоянно, изменчиво, подвержено инаковости. Монахи, тот, кто так верит в эти учения и устремляется к ним, называется последователем веры… устремленным к пробуждению». Пятая. 6. Rūpasaññāsuttaṃ 6. Рупасання-сутта (Сутта о восприятии форм) 307. Sāvatthinidānaṃ[Pg.188]. ‘‘Rūpasaññā, bhikkhave, aniccā vipariṇāmī aññathābhāvī; saddasaññā… gandhasaññā… rasasaññā… phoṭṭhabbasaññā… dhammasaññā aniccā vipariṇāmī aññathābhāvī. Yo, bhikkhave, ime dhamme evaṃ saddahati adhimuccati, ayaṃ vuccati ‘saddhānusārī…pe… sambodhiparāyano’’’ti. Chaṭṭhaṃ. 307. В Саваттхи. «Монахи, восприятие форм непостоянно, изменчиво, подвержено инаковости. Восприятие звуков… восприятие запахов… восприятие вкусов… восприятие тактильных ощущений… восприятие ментальных феноменов непостоянно, изменчиво, подвержено инаковости. Монахи, тот, кто так верит в эти учения и устремляется к ним, называется последователем веры… устремленным к пробуждению». Шестая. 7. Rūpasañcetanāsuttaṃ 7. Рупасанчетана-сутта (Сутта о волевом намерении в отношении форм) 308. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Rūpasañcetanā, bhikkhave, aniccā vipariṇāmī aññathābhāvī; saddasañcetanā… gandhasañcetanā… rasasañcetanā… phoṭṭhabbasañcetanā… dhammasañcetanā aniccā vipariṇāmī aññathābhāvī. Yo, bhikkhave, ime dhamme evaṃ saddahati adhimuccati, ayaṃ vuccati ‘saddhānusārī…pe… sambodhiparāyano’’’ti. Sattamaṃ. 308. В Саваттхи. «Монахи, волевое намерение в отношении форм непостоянно, изменчиво, подвержено инаковости. Волевое намерение в отношении звуков… волевое намерение в отношении запахов… волевое намерение в отношении вкусов… волевое намерение в отношении тактильных ощущений… волевое намерение в отношении ментальных феноменов непостоянно, изменчиво, подвержено инаковости. Монахи, тот, кто так верит в эти учения и устремляется к ним, называется последователем веры… устремленным к пробуждению». Седьмая. 8. Rūpataṇhāsuttaṃ 8. Рупатанха-сутта (Сутта о жажде к формам) 309. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Rūpataṇhā, bhikkhave, aniccā vipariṇāmī aññathābhāvī; saddataṇhā… gandhataṇhā… rasataṇhā… phoṭṭhabbataṇhā… dhammataṇhā aniccā vipariṇāmī aññathābhāvī. Yo, bhikkhave, ime dhamme evaṃ saddahati adhimuccati, ayaṃ vuccati ‘saddhānusārī…pe… sambodhiparāyano’’’ti. Aṭṭhamaṃ. 309. В Саваттхи. «Монахи, жажда к формам непостоянна, изменчива, подвержена инаковости. Жажда к звукам… жажда к запахам… жажда к вкусам… жажда к тактильным ощущениям… жажда к ментальным феноменам непостоянна, изменчива, подвержена инаковости. Монахи, тот, кто так верит в эти учения и устремляется к ним, называется последователем веры… устремленным к пробуждению». Восьмая. 9. Pathavīdhātusuttaṃ 9. Патхавидхату-сутта (Сутта об элементе земли) 310. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Pathavīdhātu, bhikkhave, aniccā vipariṇāmī aññathābhāvī; āpodhātu… tejodhātu… vāyodhātu… ākāsadhātu… viññāṇadhātu aniccā vipariṇāmī aññathābhāvī. Yo, bhikkhave, ime dhamme evaṃ saddahati adhimuccati, ayaṃ vuccati ‘saddhānusārī…pe… sambodhiparāyano’’’ti. Navamaṃ. 310. В Саваттхи. «Монахи, элемент земли непостоянен, изменчив, подвержен инаковости. Элемент воды… элемент огня… элемент воздуха… элемент пространства… элемент сознания непостоянен, изменчив, подвержен инаковости. Монахи, тот, кто так верит в эти учения и устремляется к ним, называется последователем веры… устремленным к пробуждению». Девятая. 10. Khandhasuttaṃ 10. Кхандха-сутта (Сутта о совокупностях) 311. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Rūpaṃ, bhikkhave, aniccaṃ vipariṇāmi aññathābhāvi; vedanā aniccā vipariṇāmī aññathābhāvī; saññā… saṅkhārā aniccā vipariṇāmino aññathābhāvino; viññāṇaṃ aniccaṃ vipariṇāmi aññathābhāvi[Pg.189]. Yo, bhikkhave, ime dhamme evaṃ saddahati adhimuccati, ayaṃ vuccati saddhānusārī, okkanto sammattaniyāmaṃ, sappurisabhūmiṃ okkanto, vītivatto puthujjanabhūmiṃ; abhabbo taṃ kammaṃ kātuṃ, yaṃ kammaṃ katvā nirayaṃ vā tiracchānayoniṃ vā pettivisayaṃ vā upapajjeyya; abhabbo ca tāva kālaṃ kātuṃ yāva na sotāpattiphalaṃ sacchikaroti’’. 311. В Саваттхи. «Монахи, форма непостоянна, изменчива, подвержена инаковости. Чувство непостоянно, изменчиво, подвержено инаковости. Восприятие… волевые формации непостоянны, изменчивы, подвержены инаковости. Сознание непостоянно, изменчиво, подвержено инаковости. Монахи, тот, кто так верит в эти учения и устремляется к ним, называется последователем веры, вступившим на верный путь правильности, вступившим в обитель благородных людей, преодолевшим обитель обычных людей. Он неспособен совершить такое деяние, из-за которого мог бы переродиться в аду, в мире животных или в мире голодных духов; он неспособен умереть, не реализовав плод вхождения в поток». ‘‘Yassa kho, bhikkhave, ime dhammā evaṃ paññāya mattaso nijjhānaṃ khamanti, ayaṃ vuccati – ‘dhammānusārī, okkanto sammattaniyāmaṃ, sappurisabhūmiṃ okkanto, vītivatto puthujjanabhūmiṃ; abhabbo taṃ kammaṃ kātuṃ, yaṃ kammaṃ katvā nirayaṃ vā tiracchānayoniṃ vā pettivisayaṃ vā upapajjeyya; abhabbo ca tāva kālaṃ kātuṃ yāva na sotāpattiphalaṃ sacchikaroti’. Yo, bhikkhave, ime dhamme evaṃ pajānāti evaṃ passati, ayaṃ vuccati – ‘sotāpanno avinipātadhammo niyato sambodhiparāyano’’’ti. Dasamaṃ. «Монахи, тот, для кого эти учения после достаточного размышления над ними с мудростью принимаются таким образом, называется последователем Дхаммы, вступившим на верный путь правильности, вступившим в обитель благородных людей, преодолевшим обитель обычных людей. Он неспособен совершить такое деяние, из-за которого мог бы переродиться в аду, в мире животных или в мире голодных духов; он неспособен умереть, не реализовав плод вхождения в поток. Монахи, тот, кто так знает и так видит эти учения, называется вошедшим в поток, не подверженным падению в низшие миры, утвердившимся в своей судьбе, устремленным к пробуждению». Десятая. Okkantasaṃyuttaṃ samattaṃ. Окканта-саньютта завершена. Tassuddānaṃ – Оглавление этой саньютты: Cakkhu rūpañca viññāṇaṃ, phasso ca vedanāya ca; Saññā ca cetanā taṇhā, dhātu khandhena te dasāti. Глаз, форма, сознание, контакт, а также чувство; восприятие, волевое намерение, жажда, элемент и совокупность — таковы эти десять сутт. 5. Uppādasaṃyuttaṃ 5. Уппада-саньютта (Связанные диссипации о возникновении) 1. Cakkhusuttaṃ 1. Чаккху-сутта (Сутта о глазе) 312. Sāvatthinidānaṃ[Pg.190]. ‘‘Yo kho, bhikkhave, cakkhussa uppādo ṭhiti abhinibbatti pātubhāvo, dukkhasseso uppādo, rogānaṃ ṭhiti, jarāmaraṇassa pātubhāvo. Yo sotassa uppādo ṭhiti…pe… yo ghānassa uppādo ṭhiti… yo jivhāya uppādo ṭhiti… yo kāyassa uppādo ṭhiti… yo manassa uppādo ṭhiti abhinibbatti pātubhāvo, dukkhasseso uppādo, rogānaṃ ṭhiti, jarāmaraṇassa pātubhāvo. Yo ca, bhikkhave, cakkhussa nirodho vūpasamo atthaṅgamo, dukkhasseso nirodho, rogānaṃ vūpasamo, jarāmaraṇassa atthaṅgamo. Yo sotassa nirodho…pe… yo ghānassa nirodho… yo jivhāya nirodho… yo kāyassa nirodho… yo manassa nirodho vūpasamo atthaṅgamo, dukkhasseso nirodho, rogānaṃ vūpasamo, jarāmaraṇassa atthaṅgamo’’ti. Paṭhamaṃ. 312. В Саваттхи. «Монахи, возникновение, пребывание, порождение и проявление глаза — это возникновение страдания, пребывание болезней, проявление старости и смерти. Возникновение, пребывание… уха… носа… языка… тела… возникновение, пребывание, порождение и проявление ума — это возникновение страдания, пребывание болезней, проявление старости и смерти. Монахи, прекращение, угасание и исчезновение глаза — это прекращение страдания, угасание болезней, исчезновение старости и смерти. Прекращение… уха… носа… языка… тела… прекращение, угасание и исчезновение ума — это прекращение страдания, угасание болезней, исчезновение старости и смерти». Первая. 2. Rūpasuttaṃ 2. Рупа-сутта (Сутта о формах) 313. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Yo kho, bhikkhave, rūpānaṃ uppādo ṭhiti abhinibbatti pātubhāvo, dukkhasseso uppādo, rogānaṃ ṭhiti, jarāmaraṇassa pātubhāvo. Yo saddānaṃ… yo gandhānaṃ… yo rasānaṃ… yo phoṭṭhabbānaṃ… yo dhammānaṃ uppādo ṭhiti abhinibbatti pātubhāvo, dukkhasseso uppādo, rogānaṃ ṭhiti, jarāmaraṇassa pātubhāvo. Yo ca kho, bhikkhave, rūpānaṃ nirodho vūpasamo atthaṅgamo, dukkhasseso nirodho, rogānaṃ vūpasamo, jarāmaraṇassa atthaṅgamo. Yo saddānaṃ… yo gandhānaṃ… yo rasānaṃ… yo phoṭṭhabbānaṃ… yo dhammānaṃ nirodho vūpasamo atthaṅgamo, dukkhasseso nirodho, rogānaṃ vūpasamo, jarāmaraṇassa atthaṅgamo’’ti. Dutiyaṃ. 313. В Саваттхи. «Монахи, возникновение, пребывание, порождение и проявление форм — это возникновение страдания, пребывание болезней, проявление старости и смерти. Возникновение, пребывание… звуков… запахов… вкусов… тактильных ощущений… возникновение, пребывание, порождение и проявление ментальных феноменов — это возникновение страдания, пребывание болезней, проявление старости и смерти. Монахи, прекращение, угасание и исчезновение форм — это прекращение страдания, угасание болезней, исчезновение старости и смерти. Прекращение… звуков… запахов… вкусов… тактильных ощущений… прекращение, угасание и исчезновение ментальных феноменов — это прекращение страдания, угасание болезней, исчезновение старости и смерти». Вторая. 3. Viññāṇasuttaṃ 3. Винняна-сутта (Сутта о сознании) 314. Sāvatthinidānaṃ[Pg.191]. ‘‘Yo kho, bhikkhave, cakkhuviññāṇassa uppādo ṭhiti…pe… jarāmaraṇassa pātubhāvo…pe… yo manoviññāṇassa uppādo ṭhiti…pe… jarāmaraṇassa pātubhāvo. Yo ca kho, bhikkhave, cakkhuviññāṇassa nirodho…pe… jarāmaraṇassa atthaṅgamo…pe… yo manoviññāṇassa nirodho…pe… jarāmaraṇassa atthaṅgamo’’ti. Tatiyaṃ. 314. В Саваттхи. «Монахи, возникновение, пребывание… сознания глаза… проявление старости и смерти… возникновение, пребывание… сознания ума… проявление старости и смерти. Монахи, прекращение… сознания глаза… исчезновение старости и смерти… прекращение… сознания ума… исчезновение старости и смерти». Третья. 4. Samphassasuttaṃ 4. Сампхасса-сутта (Сутта о контакте) 315. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Yo kho, bhikkhave, cakkhusamphassassa uppādo ṭhiti…pe… jarāmaraṇassa pātubhāvo…pe… yo manosamphassassa uppādo ṭhiti…pe… jarāmaraṇassa pātubhāvo. Yo ca kho, bhikkhave, cakkhusamphassassa nirodho…pe… jarāmaraṇassa atthaṅgamo…pe… yo manosamphassassa nirodho…pe… jarāmaraṇassa atthaṅgamo’’ti. Catutthaṃ. 315. В Саваттхи. «Монахи, возникновение, пребывание… контакта глаза… проявление старости и смерти… возникновение, пребывание… контакта ума… проявление старости и смерти. Монахи, прекращение… контакта глаза… исчезновение старости и смерти… прекращение… контакта ума… исчезновение старости и смерти». Четвертая. 5. Samphassajasuttaṃ 5. Сампхассаджа-сутта (Сутта о чувстве, рожденном контактом) 316. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Yo kho, bhikkhave, cakkhusamphassajāya vedanāya uppādo ṭhiti…pe… jarāmaraṇassa pātubhāvo…pe…. 316. В Саваттхи. «Монахи, возникновение, пребывание… чувства, рожденного контактом глаза… проявление старости и смерти… Yo manosamphassajāya vedanāya uppādo ṭhiti…pe… jarāmaraṇassa pātubhāvo. Yo ca kho, bhikkhave, cakkhusamphassajāya vedanāya nirodho vūpasamo…pe… jarāmaraṇassa atthaṅgamo…pe… yo manosamphassajāya vedanāya nirodho vūpasamo atthaṅgamo, dukkhasseso nirodho, rogānaṃ vūpasamo, jarāmaraṇassa atthaṅgamo’’ti. Pañcamaṃ. возникновение, пребывание… чувства, рожденного контактом ума… проявление старости и смерти. Монахи, прекращение, угасание… чувства, рожденного контактом глаза… исчезновение старости и смерти… прекращение, угасание и исчезновение чувства, рожденного контактом ума — это прекращение страдания, угасание болезней, исчезновение старости и смерти». Пятая. 6. Saññāsuttaṃ 6. Сання-сутта (Сутта о восприятии) 317. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Yo kho, bhikkhave, rūpasaññāya uppādo ṭhiti…pe… jarāmaraṇassa pātubhāvo…pe… yo dhammasaññāya uppādo ṭhiti abhinibbatti pātubhāvo, dukkhasseso uppādo, rogānaṃ ṭhiti, jarāmaraṇassa pātubhāvo. Yo ca kho, bhikkhave, rūpasaññāya nirodho…pe… jarāmaraṇassa atthaṅgamo…pe… yo dhammasaññāya nirodho vūpasamo atthaṅgamo, dukkhasseso nirodho, rogānaṃ vūpasamo, jarāmaraṇassa atthaṅgamo’’ti. Chaṭṭhaṃ. 317. В Саваттхи. «Монахи, возникновение, пребывание… восприятия форм… проявление старости и смерти… возникновение, пребывание, порождение и проявление восприятия ментальных феноменов — это возникновение страдания, пребывание болезней, проявление старости и смерти. Монахи, прекращение… восприятия форм… исчезновение старости и смерти… прекращение, угасание и исчезновение восприятия ментальных феноменов — это прекращение страдания, угасание болезней, исчезновение старости и смерти». Шестая. 7. Sañcetanāsuttaṃ 7. Санчетана-сутта (Сутта о волевом намерении) 318. Sāvatthinidānaṃ[Pg.192]. ‘‘Yo kho, bhikkhave, rūpasañcetanāya uppādo ṭhiti…pe… jarāmaraṇassa pātubhāvo…pe… yo dhammasañcetanāya uppādo ṭhiti abhinibbatti pātubhāvo, dukkhasseso uppādo, rogānaṃ ṭhiti, jarāmaraṇassa pātubhāvo. Yo ca kho, bhikkhave, rūpasañcetanāya nirodho…pe… jarāmaraṇassa atthaṅgamo…pe… yo dhammasañcetanāya nirodho vūpasamo atthaṅgamo, dukkhasseso nirodho, rogānaṃ vūpasamo, jarāmaraṇassa atthaṅgamo’’ti. Sattamaṃ. 318. В Саваттхи. «Монахи, возникновение, пребывание… волевого намерения в отношении форм… проявление старости и смерти… возникновение, пребывание, порождение и проявление волевого намерения в отношении ментальных феноменов — это возникновение страдания, пребывание болезней, проявление старости и смерти. Монахи, прекращение… волевого намерения в отношении форм… исчезновение старости и смерти… прекращение, угасание и исчезновение волевого намерения в отношении ментальных феноменов — это прекращение страдания, угасание болезней, исчезновение старости и смерти». Седьмая. 8. Taṇhāsuttaṃ 8. Танха-сутта (Сутта о жажде) 319. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Yo kho, bhikkhave, rūpataṇhāya uppādo ṭhiti…pe… jarāmaraṇassa pātubhāvo…pe… yo dhammataṇhāya uppādo ṭhiti abhinibbatti pātubhāvo, dukkhasseso uppādo, rogānaṃ ṭhiti, jarāmaraṇassa pātubhāvo. Yo ca kho, bhikkhave, rūpataṇhāya nirodho…pe… jarāmaraṇassa atthaṅgamo…pe… yo dhammataṇhāya nirodho vūpasamo atthaṅgamo, dukkhasseso nirodho, rogānaṃ vūpasamo, jarāmaraṇassa atthaṅgamo’’ti. Aṭṭhamaṃ. 319. В Саваттхи. «Монахи, возникновение, пребывание… жажды к формам… проявление старости и смерти… возникновение, пребывание, порождение и проявление жажды к ментальным феноменам — это возникновение страдания, пребывание болезней, проявление старости и смерти. Монахи, прекращение… жажды к формам… исчезновение старости и смерти… прекращение, угасание и исчезновение жажды к ментальным феноменам — это прекращение страдания, угасание болезней, исчезновение старости и смерти». Восьмая. 9. Dhātusuttaṃ 9. Дхату-сутта (Сутта об элементах) 320. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Yo kho, bhikkhave, pathavīdhātuyā uppādo ṭhiti abhinibbatti pātubhāvo…pe… jarāmaraṇassa pātubhāvo; yo āpodhātuyā… yo tejodhātuyā… yo vāyodhātuyā… yo ākāsadhātuyā… yo viññāṇadhātuyā uppādo ṭhiti abhinibbatti pātubhāvo, dukkhasseso uppādo, rogānaṃ ṭhiti, jarāmaraṇassa pātubhāvo. Yo ca kho, bhikkhave, pathavīdhātuyā nirodho…pe… jarāmaraṇassa atthaṅgamo; yo āpodhātuyā nirodho… yo tejodhātuyā nirodho… yo vāyodhātuyā nirodho… yo ākāsadhātuyā nirodho… yo viññāṇadhātuyā nirodho vūpasamo atthaṅgamo, dukkhasseso nirodho, rogānaṃ vūpasamo, jarāmaraṇassa atthaṅgamo’’ti. Navamaṃ. 320. В Саваттхи. «Монахи, возникновение, пребывание, порождение и проявление элемента земли… [и т. д.] …проявление старости и смерти; возникновение, пребывание, порождение и проявление элемента воды… элемента огня… элемента воздуха… элемента пространства… элемента сознания — это возникновение страдания, пребывание болезней, проявление старости и смерти. Но, монахи, прекращение, затихание и исчезновение элемента земли… прекращение, затихание и исчезновение элемента воды… элемента огня… элемента воздуха… элемента пространства… элемента сознания — это прекращение страдания, затихание болезней, исчезновение старости и смерти». Девятая [сутта]. 10. Khandhasuttaṃ 10. Кхандха сутта (Сутта о совокупностях) 321. Sāvatthinidānaṃ[Pg.193]. ‘‘Yo kho, bhikkhave, rūpassa uppādo ṭhiti abhinibbatti pātubhāvo, dukkhasseso uppādo, rogānaṃ ṭhiti, jarāmaraṇassa pātubhāvo. Yo vedanāya… yo saññāya… yo saṅkhārānaṃ… yo viññāṇassa uppādo ṭhiti abhinibbatti pātubhāvo, dukkhasseso uppādo, rogānaṃ ṭhiti, jarāmaraṇassa pātubhāvo. Yo ca kho, bhikkhave, rūpassa nirodho vūpasamo atthaṅgamo, dukkhasseso nirodho, rogānaṃ vūpasamo, jarāmaraṇassa atthaṅgamo. Yo vedanāya… yo saññāya… yo saṅkhārānaṃ… yo viññāṇassa nirodho vūpasamo atthaṅgamo, dukkhasseso nirodho, rogānaṃ vūpasamo, jarāmaraṇassa atthaṅgamo’’ti. Dasamaṃ. 321. В Саваттхи. «Монахи, возникновение, пребывание, порождение и проявление формы — это возникновение страдания, пребывание болезней, проявление старости и смерти. Возникновение, пребывание, порождение и проявление чувства… восприятия… волевых формирований… сознания — это возникновение страдания, пребывание болезней, проявление старости и смерти. Но, монахи, прекращение, затихание и исчезновение формы — это прекращение страдания, затихание болезней, исчезновение старости и смерти. Прекращение, затихание и исчезновение чувства… восприятия… волевых формирований… сознания — это прекращение страдания, затихание болезней, исчезновение старости и смерти». Десятая [сутта]. Uppādasaṃyuttaṃ samattaṃ. Уппада саньютта завершена. Tassuddānaṃ – Оглавление: Cakkhu rūpañca viññāṇaṃ, phasso ca vedanāya ca; Saññā ca cetanā taṇhā, dhātu khandhena te dasāti. Глаз, форма и сознание, контакт и чувство, восприятие, воля, жажда, элемент и совокупность — таковы эти десять. 6. Kilesasaṃyuttaṃ 6. Килеса саньютта (Связанные наставления об осквернениях ума) 1. Cakkhusuttaṃ 1. Чаккху сутта (Сутта о глазе) 322. Sāvatthinidānaṃ[Pg.194]. ‘‘Yo, bhikkhave, cakkhusmiṃ chandarāgo, cittasseso upakkileso. Yo sotasmiṃ chandarāgo, cittasseso upakkileso. Yo ghānasmiṃ chandarāgo, cittasseso upakkileso. Yo jivhāya chandarāgo, cittasseso upakkileso. Yo kāyasmiṃ chandarāgo, cittasseso upakkileso. Yo manasmiṃ chandarāgo, cittasseso upakkileso. Yato kho, bhikkhave, bhikkhuno imesu chasu ṭhānesu cetaso upakkileso pahīno hoti, nekkhammaninnañcassa cittaṃ hoti. Nekkhammaparibhāvitaṃ cittaṃ kammaniyaṃ khāyati, abhiññā sacchikaraṇīyesu dhammesū’’ti. Paṭhamaṃ. 322. В Саваттхи. «Монахи, желание и страсть к глазу — это осквернение ума. Желание и страсть к уху… к носу… к языку… к телу… к уму — это осквернение ума. Когда же, монахи, у монаха осквернение ума в этих шести случаях устранено, его ум устремляется к отречению. Ум, укреплённый отречением, становится податливым для познания тех вещей, которые должны быть постигнуты прямым знанием». Первая [сутта]. 2. Rūpasuttaṃ 2. Рупа сутта (Сутта о формах) 323. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Yo, bhikkhave, rūpesu chandarāgo, cittasseso upakkileso. Yo saddesu… yo gandhesu… yo rasesu… yo phoṭṭhabbesu… yo dhammesu chandarāgo, cittasseso upakkileso. Yato kho, bhikkhave, bhikkhuno imesu chasu ṭhānesu cetaso upakkileso pahīno hoti, nekkhammaninnañcassa cittaṃ hoti. Nekkhammaparibhāvitaṃ cittaṃ kammaniyaṃ khāyati, abhiññā sacchikaraṇīyesu dhammesū’’ti. Dutiyaṃ. 323. В Саваттхи. «Монахи, желание и страсть к формам — это осквернение ума. Желание и страсть к звукам… к запахам… к вкусам… к тактильным ощущениям… к ментальным объектам — это осквернение ума. Когда же, монахи, у монаха осквернение ума в этих шести случаях устранено, его ум устремляется к отречению. Ум, укреплённый отречением, становится податливым для познания тех вещей, которые должны быть постигнуты прямым знанием». Вторая [сутта]. 3. Viññāṇasuttaṃ 3. Винняна сутта (Сутта о сознании) 324. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Yo, bhikkhave, cakkhuviññāṇasmiṃ chandarāgo, cittasseso upakkileso. Yo sotaviññāṇasmiṃ… yo ghānaviññāṇasmiṃ… yo jivhāviññāṇasmiṃ… yo kāyaviññāṇasmiṃ… yo manoviññāṇasmiṃ chandarāgo, cittasseso upakkileso. Yato kho, bhikkhave, bhikkhuno imesu chasu ṭhānesu cetaso upakkileso pahīno hoti, nekkhammaninnañcassa cittaṃ hoti. Nekkhammaparibhāvitaṃ cittaṃ kammaniyaṃ khāyati, abhiññā sacchikaraṇīyesu dhammesū’’ti. Tatiyaṃ. 324. В Саваттхи. «Монахи, желание и страсть к зрительному сознанию — это осквернение ума. Желание и страсть к слуховому сознанию… к обонятельному сознанию… к вкусовому сознанию… к телесному сознанию… к умственному сознанию — это осквернение ума. Когда же, монахи, у монаха осквернение ума в этих шести случаях устранено, его ум устремляется к отречению. Ум, укреплённый отречением, становится податливым для познания тех вещей, которые должны быть постигнуты прямым знанием». Третья [сутта]. 4. Samphassasuttaṃ 4. Сампхасса сутта (Сутта о контакте) 325. Sāvatthinidānaṃ[Pg.195]. ‘‘Yo, bhikkhave, cakkhusamphassasmiṃ chandarāgo, cittasseso upakkileso. Yo sotasamphassasmiṃ… yo ghānasamphassasmiṃ… yo jivhāsamphassasmiṃ… yo kāyasamphassasmiṃ… yo manosamphassasmiṃ chandarāgo, cittasseso upakkileso. Yato kho, bhikkhave, bhikkhuno…pe… abhiññā sacchikaraṇīyesu dhammesū’’ti. Catutthaṃ. 325. В Саваттхи. «Монахи, желание и страсть к зрительному контакту — это осквернение ума. Желание и страсть к слуховому контакту… к обонятельному контакту… к вкусовому контакту… к телесному контакту… к умственному контакту — это осквернение ума. Когда же, монахи, у монаха… [и т. д.] …становится податливым для познания тех вещей, которые должны быть постигнуты прямым знанием». Четвёртая [сутта]. 5. Samphassajasuttaṃ 5. Сампхассаджа сутта (Сутта о чувстве, рождённом контактом) 326. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Yo, bhikkhave, cakkhusamphassajāya vedanāya chandarāgo, cittasseso upakkileso. Yo sotasamphassajāya vedanāya… yo ghānasamphassajāya vedanāya… yo jivhāsamphassajāya vedanāya… yo kāyasamphassajāya vedanāya… yo manosamphassajāya vedanāya chandarāgo, cittasseso upakkileso. Yato kho, bhikkhave, bhikkhuno…pe… abhiññā sacchikaraṇīyesu dhammesū’’ti. Pañcamaṃ. 326. В Саваттхи. «Монахи, желание и страсть к чувству, рождённому зрительным контактом — это осквернение ума. Желание и страсть к чувству, рождённому слуховым контактом… обонятельным контактом… вкусовым контактом… телесным контактом… умственным контактом — это осквернение ума. Когда же, монахи, у монаха… [и т. д.] …становится податливым для познания тех вещей, которые должны быть постигнуты прямым знанием». Пятая [сутта]. 6. Saññāsuttaṃ 6. Сання сутта (Сутта о восприятии) 327. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Yo, bhikkhave, rūpasaññāya chandarāgo, cittasseso upakkileso. Yo saddasaññāya… yo gandhasaññāya… yo rasasaññāya… yo phoṭṭhabbasaññāya… yo dhammasaññāya chandarāgo, cittasseso upakkileso. Yato kho, bhikkhave, bhikkhuno…pe… abhiññā sacchikaraṇīyesu dhammesū’’ti. Chaṭṭhaṃ. 327. В Саваттхи. «Монахи, желание и страсть к восприятию форм — это осквернение ума. Желание и страсть к восприятию звуков… запахов… вкусов… тактильных ощущений… ментальных объектов — это осквернение ума. Когда же, монахи, у монаха… [и т. д.] …становится податливым для познания тех вещей, которые должны быть постигнуты прямым знанием». Шестая [сутта]. 7. Sañcetanāsuttaṃ 7. Санчетана сутта (Сутта о волевом намерении) 328. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Yo, bhikkhave, rūpasañcetanāya chandarāgo, cittasseso upakkileso. Yo saddasañcetanāya… yo gandhasañcetanāya… yo rasasañcetanāya… yo phoṭṭhabbasañcetanāya… yo dhammasañcetanāya chandarāgo, cittasseso upakkileso. Yato kho, bhikkhave, bhikkhuno…pe… abhiññā sacchikaraṇīyesu dhammesū’’ti. Sattamaṃ. 328. В Саваттхи. «Монахи, желание и страсть к волевому намерению в отношении форм — это осквернение ума. Желание и страсть к волевому намерению в отношении звуков… запахов… вкусов… тактильных ощущений… ментальных объектов — это осквернение ума. Когда же, монахи, у монаха… [и т. д.] …становится податливым для познания тех вещей, которые должны быть постигнуты прямым знанием». Седьмая [сутта]. 8. Taṇhāsuttaṃ 8. Танха сутта (Сутта о жажде) 329. Sāvatthinidānaṃ[Pg.196]. ‘‘Yo, bhikkhave, rūpataṇhāya chandarāgo, cittasseso upakkileso. Yo saddataṇhāya… yo gandhataṇhāya… yo rasataṇhāya… yo phoṭṭhabbataṇhāya… yo dhammataṇhāya chandarāgo, cittasseso upakkileso. Yato kho, bhikkhave, bhikkhuno…pe… abhiññā sacchikaraṇīyesu dhammesū’’ti. Aṭṭhamaṃ. 329. В Саваттхи. «Монахи, желание и страсть к жажде форм — это осквернение ума. Желание и страсть к жажде звуков… запахов… вкусов… тактильных ощущений… ментальных объектов — это осквернение ума. Когда же, монахи, у монаха… [и т. д.] …становится податливым для познания тех вещей, которые должны быть постигнуты прямым знанием». Восьмая [сутта]. 9. Dhātusuttaṃ 9. Дхату сутта (Сутта об элементах) 330. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Yo, bhikkhave, pathavīdhātuyā chandarāgo, cittasseso upakkileso. Yo āpodhātuyā… yo tejodhātuyā… yo vāyodhātuyā… yo ākāsadhātuyā… yo viññāṇadhātuyā chandarāgo, cittasseso upakkileso. Yato kho, bhikkhave, bhikkhuno imesu chasu ṭhānesu cetaso upakkileso pahīno hoti, nekkhammaninnañcassa cittaṃ hoti. Nekkhammaparibhāvitaṃ cittaṃ kammaniyaṃ khāyati, abhiññā sacchikaraṇīyesu dhammesū’’ti. Navamaṃ. 330. В Саваттхи. «Монахи, желание и страсть к элементу земли — это осквернение ума. Желание и страсть к элементу воды… к элементу огня… к элементу воздуха… к элементу пространства… к элементу сознания — это осквернение ума. Когда же, монахи, у монаха осквернение ума в этих шести случаях устранено, его ум устремляется к отречению. Ум, укреплённый отречением, становится податливым для познания тех вещей, которые должны быть постигнуты прямым знанием». Девятая [сутта]. 10. Khandhasuttaṃ 10. Кхандха сутта (Сутта о совокупностях) 331. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Yo, bhikkhave, rūpasmiṃ chandarāgo, cittasseso upakkileso…pe… yo viññāṇasmiṃ chandarāgo, cittasseso upakkileso. Yato kho, bhikkhave, bhikkhuno imesu pañcasu ṭhānesu cetaso upakkileso pahīno hoti, nekkhammaninnañcassa cittaṃ hoti. Nekkhammaparibhāvitaṃ cittaṃ kammaniyaṃ khāyati, abhiññā sacchikaraṇīyesu dhammesū’’ti. Dasamaṃ. 331. В Саваттхи. «Монахи, желание и страсть к форме — это осквернение ума… [и т. д.] …желание и страсть к сознанию — это осквернение ума. Когда же, монахи, у монаха осквернение ума в этих пяти случаях устранено, его ум устремляется к отречению. Ум, укреплённый отречением, становится податливым для познания тех вещей, которые должны быть постигнуты прямым знанием». Десятая [сутта]. Kilesasaṃyuttaṃ samattaṃ. Килеса саньютта завершена. Tassuddānaṃ – Оглавление: Cakkhu rūpañca viññāṇaṃ, phasso ca vedanāya ca; Saññā ca cetanā taṇhā, dhātu khandhena te dasāti. Глаз, форма и сознание, контакт и чувство, восприятие, воля, жажда, элемент и совокупность — таковы эти десять. 7. Sāriputtasaṃyuttaṃ 7. Сарипутта саньютта (Связанные наставления с Сарипуттой) 1. Vivekajasuttaṃ 1. Вивекаджа сутта (Сутта о рождённом уединением) 332. Ekaṃ [Pg.197] samayaṃ āyasmā sāriputto sāvatthiyaṃ viharati jetavane anāthapiṇḍikassa ārāme. Atha kho āyasmā sāriputto pubbaṇhasamayaṃ nivāsetvā pattacīvaramādāya sāvatthiṃ piṇḍāya pāvisi. Sāvatthiyaṃ piṇḍāya caritvā pacchābhattaṃ piṇḍapātapaṭikkanto yena andhavanaṃ tenupasaṅkami divāvihārāya. Andhavanaṃ ajjhogāhetvā aññatarasmiṃ rukkhamūle divāvihāraṃ nisīdi. 332. Однажды достопочтенный Сарипутта пребывал в Саваттхи, в роще Джеты, в монастыре Анатхапиндики. И вот достопочтенный Сарипутта, одевшись утром и взяв чашу и верхнюю одежду, вошёл в Саваттхи за подаянием. Обойдя Саваттхи в поисках подаяния и вернувшись обратно, после принятия пищи он отправился в Слепой лес для дневного пребывания. Войдя в Слепой лес, он сел под деревом для дневного пребывания. Atha kho āyasmā sāriputto sāyanhasamayaṃ paṭisallānā vuṭṭhito yena jetavanaṃ anāthapiṇḍikassa ārāmo tenupasaṅkami. Addasā kho āyasmā ānando āyasmantaṃ sāriputtaṃ dūratova āgacchantaṃ. Disvāna āyasmantaṃ sāriputtaṃ etadavoca – ‘‘vippasannāni kho te, āvuso sāriputta, indriyāni; parisuddho mukhavaṇṇo pariyodāto. Katamenāyasmā sāriputto ajja vihārena vihāsī’’ti? Затем вечером достопочтенный Сарипутта, поднявшись после уединения, направился в рощу Джеты, в монастырь Анатхапиндики. Достопочтенный Ананда увидел достопочтенного Сарипутту, идущего издалека, и, увидев его, сказал ему: «Друг Сарипутта, твои органы чувств безмятежны, цвет лица чист и сияет. В каком пребывании достопочтенный Сарипутта провёл сегодняшний день?» ‘‘Idhāhaṃ, āvuso, vivicceva kāmehi vivicca akusalehi dhammehi savitakkaṃ savicāraṃ vivekajaṃ pītisukhaṃ paṭhamaṃ jhānaṃ upasampajja viharāmi. Tassa mayhaṃ, āvuso, na evaṃ hoti – ‘ahaṃ paṭhamaṃ jhānaṃ samāpajjāmī’ti vā ‘ahaṃ paṭhamaṃ jhānaṃ samāpanno’ti vā ‘ahaṃ paṭhamā jhānā vuṭṭhito’ti vā’’ti. ‘‘Tathā hi panāyasmato sāriputtassa dīgharattaṃ ahaṅkāramamaṅkāramānānusayā susamūhatā. Tasmā āyasmato sāriputtassa na evaṃ hoti – ‘ahaṃ paṭhamaṃ jhānaṃ samāpajjāmī’ti vā ‘ahaṃ paṭhamaṃ jhānaṃ samāpanno’ti vā ‘ahaṃ paṭhamā jhānā vuṭṭhito’ti vā’’ti. Paṭhamaṃ. «Здесь, друг, отстранившись от чувственных удовольствий, отстранившись от неблагих состояний ума, я вошёл и пребывал в первой джхане, которая сопровождается направлением и удержанием мысли, с восторгом и счастьем, рождёнными уединением. И всё же, друг, у меня не возникало мысли: „Я вхожу в первую джхану“, или „Я вошёл в первую джхану“, или „Я вышел из первой джханы“». — «Должно быть, это потому, что у достопочтенного Сарипутты уже давно полностью искоренены представления о „я“, „моё“ и скрытая склонность к гордости. Вот почему у достопочтенного Сарипутты не возникает мысли: „Я вхожу в первую джхану“, или „Я вошёл в первую джхану“, или „Я вышел из первой джханы“». Первая [сутта]. 2. Avitakkasuttaṃ 2. Авитакка сутта (Сутта о безмыслии) 333. Sāvatthinidānaṃ. Addasā kho āyasmā ānando…pe… āyasmantaṃ sāriputtaṃ etadavoca – ‘‘vippasannāni kho te, āvuso sāriputta, indriyāni; parisuddho mukhavaṇṇo pariyodāto. Katamenāyasmā sāriputto ajja vihārena vihāsī’’ti? 333. В Саваттхи. Достопочтенный Ананда увидел… [и т. д.] …и сказал достопочтенному Сарипутте: «Друг Сарипутта, твои органы чувств безмятежны, цвет лица чист и сияет. В каком пребывании достопочтенный Сарипутта провёл сегодняшний день?» ‘‘Idhāhaṃ[Pg.198], āvuso, vitakkavicārānaṃ vūpasamā ajjhattaṃ sampasādanaṃ cetaso ekodibhāvaṃ avitakkaṃ avicāraṃ samādhijaṃ pītisukhaṃ dutiyaṃ jhānaṃ upasampajja viharāmi. Tassa mayhaṃ, āvuso, na evaṃ hoti – ‘ahaṃ dutiyaṃ jhānaṃ samāpajjāmī’ti vā ‘ahaṃ dutiyaṃ jhānaṃ samāpanno’ti vā ‘ahaṃ dutiyā jhānā vuṭṭhito’ti vā’’ti. ‘‘Tathā hi panāyasmato sāriputtassa dīgharattaṃ ahaṅkāramamaṅkāramānānusayā susamūhatā. Tasmā āyasmato sāriputtassa na evaṃ hoti – ‘ahaṃ dutiyaṃ jhānaṃ samāpajjāmī’ti vā ‘ahaṃ dutiyaṃ jhānaṃ samāpanno’ti vā ‘ahaṃ dutiyā jhānā vuṭṭhito’ti vā’’ti. Dutiyaṃ. «Здесь, друг, с утиханием направления и удержания мысли, обретя внутреннюю уверенность и единение ума, без направления и удержания мысли, с восторгом и счастьем, рождёнными сосредоточением, я вошёл и пребывал во второй джхане. И всё же, друг, у меня не возникало мысли: „Я вхожу во вторую джхану“, или „Я вошёл во вторую джхану“, или „Я вышел из второй джханы“». — «Должно быть, это потому, что у достопочтенного Сарипутты уже давно полностью искоренены представления о „я“, „моё“ и скрытая склонность к гордости. Вот почему у достопочтенного Сарипутты не возникает мысли: „Я вхожу во вторую джхану“, или „Я вошёл во вторую джхану“, или „Я вышел из второй джханы“». Вторая [сутта]. 3. Pītisuttaṃ 3. Пити сутта (Сутта о восторге) 334. Sāvatthinidānaṃ. Addasā kho āyasmā ānando…pe… ‘‘vippasannāni kho te, āvuso sāriputta, indriyāni; parisuddho mukhavaṇṇo pariyodāto. Katamenāyasmā sāriputto ajja vihārena vihāsī’’ti? 334. В Саваттхи. Достопочтенный Ананда увидел… [и т. д.] …«Друг Сарипутта, твои органы чувств безмятежны, цвет лица чист и сияет. В каком пребывании достопочтенный Сарипутта провёл сегодняшний день?» ‘‘Idhāhaṃ, āvuso, pītiyā ca virāgā upekkhako ca vihāsiṃ sato ca sampajāno sukhañca kāyena paṭisaṃvedemi; yaṃ taṃ ariyā ācikkhanti ‘upekkhako satimā sukhavihārī’ti tatiyaṃ jhānaṃ upasampajja viharāmi. Tassa mayhaṃ, āvuso, na evaṃ hoti – ‘ahaṃ tatiyaṃ jhānaṃ samāpajjāmī’ti vā ‘ahaṃ tatiyaṃ jhānaṃ samāpanno’ti vā ‘ahaṃ tatiyā jhānā vuṭṭhito’ti vā’’ti. ‘‘Tathā hi panāyasmato sāriputtassa dīgharattaṃ ahaṅkāramamaṅkāramānānusayā susamūhatā. Tasmā āyasmato sāriputtassa na evaṃ hoti – ‘ahaṃ tatiyaṃ jhānaṃ samāpajjāmī’ti vā ‘ahaṃ tatiyaṃ jhānaṃ samāpanno’ti vā ‘ahaṃ tatiyā jhānā vuṭṭhito’ti vā’’ti. Tatiyaṃ. «Здесь, друг, с угасанием восторга я пребываю в равновесии, памятующий и бдительный, и ощущаю телом счастье; я вхожу и пребываю в третьей джхане, о которой благородные возвещают: „Он пребывает в равновесии, памятующий, в счастливой обители“. И у меня, друг, не возникает мысли: „Я вхожу в третью джхану“, или „Я вошёл в третью джхану“, или „Я вышел из третьей джханы“». «Это потому, что у почтенного Сарипутты уже давно полностью искоренены представления о „я“, „моё“ и склонность к гордости. Поэтому у почтенного Сарипутты не возникает мысли: „Я вхожу в третью джхану“, или „Я вошёл в третью джхану“, или „Я вышел из третьей джханы“». Третья. 4. Upekkhāsuttaṃ 4. Упеккха-сутта (Сутта о равновесии) 335. Sāvatthinidānaṃ. Addasā kho āyasmā ānando…pe… ‘‘vippasannāni kho te, āvuso sāriputta, indriyāni; parisuddho mukhavaṇṇo pariyodāto. Katamenāyasmā sāriputto ajja vihārena vihāsī’’ti? 335. В Саваттхи. Почтенный Ананда увидел… [как и прежде]… «Друг Сарипутта, твои органы чувств чрезвычайно ясны, цвет лица чист и сияет. В каком пребывании почтенный Сарипутта провёл сегодняшний день?» ‘‘Idhāhaṃ, āvuso, sukhassa ca pahānā dukkhassa ca pahānā pubbeva somanassadomanassānaṃ atthaṅgamā adukkhamasukhaṃ upekkhāsatipārisuddhiṃ catutthaṃ [Pg.199] jhānaṃ upasampajja viharāmi. Tassa mayhaṃ, āvuso, na evaṃ hoti – ‘ahaṃ catutthaṃ jhānaṃ samāpajjāmī’ti vā ‘ahaṃ catutthaṃ jhānaṃ samāpanno’ti vā ‘ahaṃ catutthā jhānā vuṭṭhito’ti vā’’ti. ‘‘Tathā hi panāyasmato sāriputtassa dīgharattaṃ ahaṅkāramamaṅkāramānānusayā susamūhatā. Tasmā āyasmato sāriputtassa na evaṃ hoti – ‘ahaṃ catutthaṃ jhānaṃ samāpajjāmī’ti vā ‘ahaṃ catutthaṃ jhānaṃ samāpanno’ti vā ‘ahaṃ catutthā jhānā vuṭṭhito’ti vā’’ti. Catutthaṃ. «Здесь, друг, с оставлением удовольствия и боли, а также с предварительным исчезновением радости и печали, я вхожу и пребываю в четвёртой джхане, которая не приносит ни боли, ни удовольствия и содержит очищение памятования равновесием. И у меня, друг, не возникает мысли: „Я вхожу в четвёртую джхану“, или „Я вошёл в четвёртую джхану“, или „Я вышел из четвёртой джханы“». «Это потому, что у почтенного Сарипутты уже давно полностью искоренены представления о „я“, „моё“ и склонность к гордости. Поэтому у почтенного Сарипутты не возникает мысли: „Я вхожу в четвёртую джхану“, или „Я вошёл в четвёртую джхану“, или „Я вышел из четвёртой джханы“». Четвёртая. 5. Ākāsānañcāyatanasuttaṃ 5. Акасананчаятана-сутта (Сутта о сфере бесконечного пространства) 336. Sāvatthinidānaṃ. Addasā kho āyasmā ānando…pe… ‘‘idhāhaṃ, āvuso, sabbaso rūpasaññānaṃ samatikkamā paṭighasaññānaṃ atthaṅgamā nānattasaññānaṃ amanasikārā ananto ākāsoti ākāsānañcāyatanaṃ upasampajja viharāmi…pe… vuṭṭhitoti vā’’ti. Pañcamaṃ. 336. В Саваттхи. Почтенный Ананда увидел… [как и прежде]… «Здесь, друг, полностью преодолев восприятие форм, с прекращением восприятия чувственного соприкосновения, не уделяя внимания восприятию многообразия, осознавая, что „пространство бесконечно“, я вошёл и пребываю в сфере бесконечного пространства… [как и прежде]… или „Я вышел [из неё]“». Пятая. 6. Viññāṇañcāyatanasuttaṃ 6. Виннянанчаятана-сутта (Сутта о сфере бесконечного сознания) 337. Sāvatthinidānaṃ. Addasā kho āyasmā ānando…pe… ‘‘idhāhaṃ, āvuso, sabbaso ākāsānañcāyatanaṃ samatikkamma anantaṃ viññāṇanti viññāṇañcāyatanaṃ upasampajja viharāmi…pe… vuṭṭhitoti vā’’ti. Chaṭṭhaṃ. 337. В Саваттхи. Почтенный Ананда увидел… [как и прежде]… «Здесь, друг, полностью преодолев сферу бесконечного пространства, осознавая, что „сознание бесконечно“, я вошёл и пребываю в сфере бесконечного сознания… [как и прежде]… или „Я вышел [из неё]“». Шестая. 7. Ākiñcaññāyatanasuttaṃ 7. Акинчанняятана-сутта (Сутта о сфере ничто) 338. Sāvatthinidānaṃ. Atha kho āyasmā sāriputto…pe… ‘‘idhāhaṃ, āvuso, sabbaso viññāṇañcāyatanaṃ samatikkamma, natthi kiñcīti ākiñcaññāyatanaṃ upasampajja viharāmi…pe… vuṭṭhitoti vā’’ti. Sattamaṃ. 338. В Саваттхи. Затем почтенный Сарипутта… [как и прежде]… «Здесь, друг, полностью преодолев сферу бесконечного сознания, осознавая, что „нет ничего“, я вошёл и пребываю в сфере ничто… [как и прежде]… или „Я вышел [из неё]“». Седьмая. 8. Nevasaññānāsaññāyatanasuttaṃ 8. Невасаннянасанняятана-сутта (Сутта о сфере ни восприятия, ни не-восприятия) 339. Sāvatthinidānaṃ. Atha kho āyasmā sāriputto…pe… ‘‘idhāhaṃ, āvuso, ākiñcaññāyatanaṃ samatikkamma nevasaññānāsaññāyatanaṃ upasampajja viharāmi…pe… vuṭṭhitoti vā’’ti. Aṭṭhamaṃ. 339. В Саваттхи. Затем почтенный Сарипутта… [как и прежде]… «Здесь, друг, полностью преодолев сферу ничто, я вошёл и пребываю в сфере ни восприятия, ни не-восприятия… [как и прежде]… или „Я вышел [из неё]“». Восьмая. 9. Nirodhasamāpattisuttaṃ 9. Ниrodhasamāpattisuttaṃ 340. Sāvatthinidānaṃ. Atha kho āyasmā sāriputto…pe…. ‘‘Idhāhaṃ, āvuso, sabbaso nevasaññānāsaññāyatanaṃ samatikkamma saññāvedayitanirodhaṃ [Pg.200] upasampajja viharāmi. Tassa mayhaṃ, āvuso, na evaṃ hoti – ‘ahaṃ saññāvedayitanirodhaṃ samāpajjāmī’ti vā ‘ahaṃ saññāvedayitanirodhaṃ samāpanno’ti vā ‘ahaṃ saññāvedayitanirodhā vuṭṭhito’ti vā’’ti. ‘‘Tathā hi panāyasmato sāriputtassa dīgharattaṃ ahaṅkāramamaṅkāramānānusayā susamūhatā. Tasmā āyasmato sāriputtassa na evaṃ hoti – ‘ahaṃ saññāvedayitanirodhaṃ samāpajjāmī’ti vā ‘ahaṃ saññāvedayitanirodhaṃ samāpanno’ti vā ‘ahaṃ saññāvedayitanirodhā vuṭṭhito’ti vā’’ti. Navamaṃ. 340. В Саваттхи. Затем почтенный Сарипутта… [как и прежде]… «Здесь, друг, полностью преодолев сферу ни восприятия, ни не-восприятия, я вошёл и пребываю в прекращении восприятия и чувствования. И у меня, друг, не возникает мысли: „Я вхожу в прекращение восприятия и чувствования“, или „Я вошёл в прекращение восприятия и чувствования“, или „Я вышел из прекращения восприятия и чувствования“». «Это потому, что у почтенного Сарипутты уже давно полностью искоренены представления о „я“, „моё“ и склонность к гордости. Поэтому у почтенного Сарипутты не возникает мысли: „Я вхожу в прекращение восприятия и чувствования“, или „Я вошёл в прекращение восприятия и чувствования“, или „Я вышел из прекращения восприятия и чувствования“». Девятая. 10. Sūcimukhīsuttaṃ 10. Сучимукхи-сутта (Сутта о Сучимукхи) 341. Ekaṃ samayaṃ āyasmā sāriputto rājagahe viharati veḷuvane kalandakanivāpe. Atha kho āyasmā sāriputto pubbaṇhasamayaṃ nivāsetvā pattacīvaramādāya rājagahe piṇḍāya pāvisi. Rājagahe sapadānaṃ piṇḍāya caritvā taṃ piṇḍapātaṃ aññataraṃ kuṭṭamūlaṃ nissāya paribhuñjati. Atha kho sūcimukhī paribbājikā yenāyasmā sāriputto tenupasaṅkami; upasaṅkamitvā āyasmantaṃ sāriputtaṃ etadavoca – 341. Однажды почтенный Сарипутта пребывал в Раджагахе, в Бамбуковой роще, в Питомнике для белок. Утром почтенный Сарипутта, одевшись и взяв чашу и верхнее одеяние, отправился в Раджагаху за подаянием. Обойдя в Раджагахе дома по порядку за подаянием, он ел эту пищу, прислонившись к одной из стен. Тогда странствующая аскетиха Сучимукхи подошла к почтенному Сарипутте и сказала ему: ‘‘Kiṃ nu kho, samaṇa, adhomukho bhuñjasī’’ti? ‘‘Na khvāhaṃ, bhagini, adhomukho bhuñjāmī’’ti. ‘‘Tena hi, samaṇa, ubbhamukho bhuñjasī’’ti? ‘‘Na khvāhaṃ, bhagini, ubbhamukho bhuñjāmī’’ti. ‘‘Tena hi, samaṇa, disāmukho bhuñjasī’’ti? ‘‘Na khvāhaṃ, bhagini, disāmukho bhuñjāmī’’ti. ‘‘Tena hi, samaṇa, vidisāmukho bhuñjasī’’ti? ‘‘Na khvāhaṃ, bhagini, vidisāmukho bhuñjāmī’’ti. «Отречённый, неужели ты ешь, опустив лицо вниз?» — «Я не ем, опустив лицо вниз, сестра». — «Тогда, отречённый, неужели ты ешь, подняв лицо вверх?» — «Я не ем, подняв лицо вверх, сестра». — «Тогда, отречённый, неужели ты ешь, обратив лицо к сторонам света?» — «Я не ем, обратив лицо к сторонам света, сестра». — «Тогда, отречённый, неужели ты ешь, обратив лицо к промежуточным направлениям?» — «Я не ем, обратив лицо к промежуточным направлениям, сестра». ‘‘‘Kiṃ nu, samaṇa, adhomukho bhuñjasī’ti iti puṭṭho samāno ‘na khvāhaṃ, bhagini, adhomukho bhuñjāmī’ti vadesi. ‘Tena hi, samaṇa, ubbhamukho bhuñjasī’ti iti puṭṭho samāno ‘na khvāhaṃ, bhagini, ubbhamukho bhuñjāmī’ti vadesi. ‘Tena hi, samaṇa, disāmukho bhuñjasī’ti iti puṭṭho samāno ‘na khvāhaṃ, bhagini, disāmukho bhuñjāmī’ti vadesi. ‘Tena hi, samaṇa, vidisāmukho bhuñjasī’ti iti puṭṭho samāno ‘na khvāhaṃ, bhagini, vidisāmukho bhuñjāmī’ti vadesi’’. «Когда тебя спрашивают: „Отречённый, неужели ты ешь, опустив лицо вниз?“, ты отвечаешь: „Я не ем так, сестра“. Когда тебя спрашивают: „Тогда, отречённый, неужели ты ешь, подняв лицо вверх?“, ты отвечаешь: „Я не ем так, сестра“. Когда тебя спрашивают: „Тогда, отречённый, неужели ты ешь, обратив лицо к сторонам света?“, ты отвечаешь: „Я не ем так, сестра“. Когда тебя спрашивают: „Тогда, отречённый, неужели ты ешь, обратив лицо к промежуточным направлениям?“, ты отвечаешь: „Я не ем так, сестра“». ‘‘Kathañcarahi[Pg.201], samaṇa, bhuñjasī’’ti? ‘‘Ye hi keci, bhagini, samaṇabrāhmaṇā vatthuvijjātiracchānavijjāya micchājīvena jīvikaṃ kappenti, ime vuccanti, bhagini, samaṇabrāhmaṇā ‘adhomukhā bhuñjantī’ti. Ye hi keci, bhagini, samaṇabrāhmaṇā nakkhattavijjātiracchānavijjāya micchājīvena jīvikaṃ kappenti, ime vuccanti, bhagini, samaṇabrāhmaṇā ‘ubbhamukhā bhuñjantī’ti. Ye hi keci, bhagini, samaṇabrāhmaṇā dūteyyapahiṇagamanānuyogāya micchājīvena jīvikaṃ kappenti, ime vuccanti, bhagini, samaṇabrāhmaṇā ‘disāmukhā bhuñjantī’ti. Ye hi keci, bhagini, samaṇabrāhmaṇā aṅgavijjātiracchānavijjāya micchājīvena jīvikaṃ kappenti, ime vuccanti, bhagini, samaṇabrāhmaṇā ‘vidisāmukhā bhuñjantī’’’ti. «Как же тогда ты ешь, отречённый?» — «Сестра, те отшельники и брахманы, которые зарабатывают на жизнь низким искусством гадания по земле — ложным способом добывания средств к существованию, — о таких отшельниках и брахманах говорят, сестра, что они „едят, опустив лицо вниз“. Те отшельники и брахманы, которые зарабатывают на жизнь низким искусством астрологии — ложным способом добывания средств к существованию, — о таких отшельниках и брахманах говорят, сестра, что они „едят, подняв лицо вверх“. Те отшельники и брахманы, которые зарабатывают на жизнь тем, что нанимаются в качестве гонцов и посыльных — ложным способом добывания средств к существованию, — о таких отшельниках и брахманах говорят, сестра, что они „едят, обратив лицо к сторонам света“. Те отшельники и брахманы, которые зарабатывают на жизнь низким искусством чтения знаков на теле — ложным способом добывания средств к существованию, — о таких отшельниках и брахманах говорят, сестра, что они „едят, обратив лицо к промежуточным направлениям“». ‘‘So khvāhaṃ, bhagini, na vatthuvijjātiracchānavijjāya micchājīvena jīvikaṃ kappemi, na nakkhattavijjātiracchānavijjāya micchājīvena jīvikaṃ kappemi, na dūteyyapahiṇagamanānuyogāya micchājīvena jīvikaṃ kappemi, na aṅgavijjātiracchānavijjāya micchājīvena jīvikaṃ kappemi. Dhammena bhikkhaṃ pariyesāmi; dhammena bhikkhaṃ pariyesitvā bhuñjāmī’’ti. «Что касается меня, сестра, то я не зарабатываю на жизнь такими ложными способами, как низкое искусство гадания по земле, или низкое искусство астрологии, или нанимаясь в качестве гонца и посыльного, или низкое искусство чтения знаков на теле. Я ищу подаяние праведным путём и, найдя его праведным путём, ем свою пищу». Atha kho sūcimukhī paribbājikā rājagahe rathiyāya rathiyaṃ, siṅghāṭakena siṅghāṭakaṃ upasaṅkamitvā evamārocesi – ‘‘dhammikaṃ samaṇā sakyaputtiyā āhāraṃ āhārenti; anavajjaṃ samaṇā sakyaputtiyā āhāraṃ āhārenti. Detha samaṇānaṃ sakyaputtiyānaṃ piṇḍa’’nti. Dasamaṃ. Тогда странствующая аскетиха Сучимукхи ходила в Раджагахе с улицы на улицу, с перекрёстка на перекрёсток, провозглашая: «Отречённые, последователи сына Сакьев, едят праведную пищу; отречённые, последователи сына Сакьев, едят безупречную пищу. Подавайте милостыню отречённым, последователям сына Сакьев!» Десятая. Sāriputtasaṃyuttaṃ samattaṃ. Сарипутта-самьютта завершена. Tassuddānaṃ – Оглавление этой [самьютты]: Vivekajaṃ avitakkaṃ, pīti upekkhā catutthakaṃ; Ākāsañceva viññāṇaṃ, ākiñcaṃ nevasaññinā; Nirodho navamo vutto, dasamaṃ sūcimukhī cāti. Рождённая в уединении, Без прикладывания мысли, Восторг, Равновесие — четвёртая; Пространство, а также Сознание, Ничто, Ни восприятие; Прекращение названо девятой, а десятая — Сучимукхи. 8. Nāgasaṃyuttaṃ 8. Нага-самьютта (Связанные наставления о нагах) 1. Suddhikasuttaṃ 1. Суддхика-сутта (Простая сутта) 342. Sāvatthinidānaṃ[Pg.202]. ‘‘Catasso imā, bhikkhave, nāgayoniyo. Katamā catasso? Aṇḍajā nāgā, jalābujā nāgā, saṃsedajā nāgā, opapātikā nāgā – imā kho, bhikkhave, catasso nāgayoniyo’’ti. Paṭhamaṃ. 342. В Саваттхи. «Монахи, существуют четыре способа рождения нагов. Какие четыре? Наги, рождённые из яйца; наги, рождённые из чрева; наги, рождённые из влаги; наги, рождённые самопроизвольно. Таковы, монахи, четыре способа рождения нагов». Первая. 2. Paṇītatarasuttaṃ 2. Панитатара-сутта (Сутта о превосходящих) 343. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Catasso imā, bhikkhave, nāgayoniyo. Katamā catasso? Aṇḍajā nāgā, jalābujā nāgā, saṃsedajā nāgā, opapātikā nāgā. Tatra, bhikkhave, aṇḍajehi nāgehi jalābujā ca saṃsedajā ca opapātikā ca nāgā paṇītatarā. Tatra, bhikkhave, aṇḍajehi ca jalābujehi ca nāgehi saṃsedajā ca opapātikā ca nāgā paṇītatarā. Tatra, bhikkhave, aṇḍajehi ca jalābujehi ca saṃsedajehi ca nāgehi opapātikā nāgā paṇītatarā. Imā kho, bhikkhave, catasso nāgayoniyo’’ti. Dutiyaṃ. 343. В Саваттхи. «Монахи, существуют четыре способа рождения нагов. Какие четыре? Наги, рождённые из яйца; наги, рождённые из чрева; наги, рождённые из влаги; наги, рождённые самопроизвольно. Из них, монахи, наги, рождённые из чрева, из влаги и самопроизвольно, превосходят нагов, рождённых из яйца. Наги, рождённые из влаги и самопроизвольно, превосходят нагов, рождённых из яйца и из чрева. Наги, рождённые самопроизвольно, превосходят нагов, рождённых из яйца, из чрева и из влаги. Таковы, монахи, четыре способа рождения нагов». Вторая. 3. Uposathasuttaṃ 3. Упосатха-сутта (Сутта об Упосатхе) 344. Ekaṃ samayaṃ bhagavā sāvatthiyaṃ viharati jetavane anāthapiṇḍikassa ārāme. Atha kho aññataro bhikkhu yena bhagavā tenupasaṅkami; upasaṅkamitvā bhagavantaṃ abhivādetvā ekamantaṃ nisīdi. Ekamantaṃ nisinno kho so bhikkhu bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘ko nu kho, bhante, hetu, ko paccayo, yena midhekacce aṇḍajā nāgā uposathaṃ upavasanti vossaṭṭhakāyā ca bhavantī’’ti? 344. Однажды Благословенный пребывал в Саваттхи, в роще Джеты, в обители Анатхапиндики. Тогда некий монах подошёл к Благословенному, поклонился ему и сел рядом. Сидя рядом, этот монах обратился к Благословенному с такими словами: «В чём, уважаемый господин, причина и условие того, что некоторые рождённые из яйца наги соблюдают здесь Упосатху и оставляют заботу о своих телах?» ‘‘Idha, bhikkhu, ekaccānaṃ aṇḍajānaṃ nāgānaṃ evaṃ hoti – ‘mayaṃ kho pubbe kāyena dvayakārino ahumha, vācāya dvayakārino, manasā dvayakārino. Te mayaṃ kāyena dvayakārino, vācāya dvayakārino, manasā dvayakārino, kāyassa bhedā paraṃ maraṇā aṇḍajānaṃ nāgānaṃ sahabyataṃ upapannā. Sacajja mayaṃ kāyena sucaritaṃ careyyāma, vācāya sucaritaṃ careyyāma, manasā sucaritaṃ careyyāma, evaṃ mayaṃ [Pg.203] kāyassa bhedā paraṃ maraṇā sugatiṃ saggaṃ lokaṃ upapajjeyyāma. Handa, mayaṃ etarahi kāyena sucaritaṃ carāma, vācāya sucaritaṃ carāma, manasā sucaritaṃ carāmā’ti. Ayaṃ kho, bhikkhu, hetu, ayaṃ paccayo, yena midhekacce aṇḍajā nāgā uposathaṃ upavasanti vossaṭṭhakāyā ca bhavantī’’ti. Tatiyaṃ. «Здесь, монах, у некоторых рождённых из яйца нагов возникает такая мысль: „В прошлом мы совершали двойственные поступки телом, речью и умом. Совершая их, после распада тела, после смерти, мы возродились в сообществе рождённых из яйца нагов. Если сегодня мы будем вести себя благочестиво телом, речью и умом, то после распада тела, после смерти, мы возродимся в благой участи, в небесном мире. Что ж, давайте теперь вести себя благочестиво телом, речью и умом“. В этом, монах, причина и условие того, что некоторые рождённые из яйца наги соблюдают здесь Упосатху и оставляют заботу о своих телах». Третья. 4. Dutiyauposathasuttaṃ 4. Дутия-упосатха-сутта (Вторая сутта об Упосатхе) 345. Sāvatthinidānaṃ. Atha kho aññataro bhikkhu yena bhagavā…pe… ekamantaṃ nisinno kho so bhikkhu bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘ko nu kho, bhante, hetu, ko paccayo, yena midhekacce jalābujā nāgā uposathaṃ upavasanti vossaṭṭhakāyā ca bhavantī’’ti? ‘‘Idha, bhikkhu…pe… ayaṃ kho, bhikkhu, hetu, ayaṃ paccayo, yena midhekacce jalābujā nāgā uposathaṃ upavasanti vossaṭṭhakāyā ca bhavantī’’ti. Catutthaṃ. 345. В Саваттхи. Тогда некий монах подошёл к Благословенному… [как и прежде]… Сидя рядом, этот монах обратился к Благословенному с такими словами: «В чём, уважаемый господин, причина и условие того, что некоторые рождённые из чрева наги соблюдают здесь Упосатху и оставляют заботу о своих телах?» — «Здесь, монах… [как и прежде]… В этом, монах, причина и условие того, что некоторые рождённые из чрева наги соблюдают здесь Упосатху и оставляют заботу о своих телах». Четвёртая. 5. Tatiyauposathasuttaṃ 5. Татия-упосатха-сутта (Третья сутта об Упосатхе) 346. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinno kho so bhikkhu bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘ko nu kho, bhante, hetu, ko paccayo, yena midhekacce saṃsedajā nāgā uposathaṃ upavasanti vossaṭṭhakāyā ca bhavantī’’ti? ‘‘Idha, bhikkhu…pe… ayaṃ kho, bhikkhu, hetu, ayaṃ paccayo, yena midhekacce saṃsedajā nāgā uposathaṃ upavasanti vossaṭṭhakāyā ca bhavantī’’ti. Pañcamaṃ. 346. В Саваттхи. Сидя рядом, тот бхиккху обратился к Благословенному с такими словами: «В чём, достопочтенный, причина, в чём условие, по которым некоторые рождённые во влаге наги соблюдают упосатху и отказываются от своих тел?» — «Здесь, бхиккху... [и т.д.]... В этом, бхиккху, причина, в этом условие, по которым некоторые рождённые во влаге наги соблюдают упосатху и отказываются от своих тел». Пятая. 6. Catutthauposathasuttaṃ 6. Четвёртая сутта об упосатхе 347. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinno kho so bhikkhu bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘ko nu kho, bhante, hetu, ko paccayo, yena midhekacce opapātikā nāgā uposathaṃ upavasanti vossaṭṭhakāyā ca bhavantī’’ti? 347. В Саваттхи. Сидя рядом, тот бхиккху обратился к Благословенному с такими словами: «В чём, достопочтенный, причина, в чём условие, по которым некоторые самовозникающие наги соблюдают упосатху и отказываются от своих тел?» ‘‘Idha, bhikkhu, ekaccānaṃ opapātikānaṃ nāgānaṃ evaṃ hoti – ‘mayaṃ kho pubbe kāyena dvayakārino ahumha, vācāya dvayakārino, manasā dvayakārino. Te mayaṃ kāyena dvayakārino, vācāya dvayakārino, manasā dvayakārino, kāyassa bhedā paraṃ maraṇā opapātikānaṃ nāgānaṃ sahabyataṃ upapannā. Sacajja mayaṃ kāyena sucaritaṃ careyyāma[Pg.204], vācāya… manasā sucaritaṃ careyyāma, evaṃ mayaṃ kāyassa bhedā paraṃ maraṇā sugatiṃ saggaṃ lokaṃ upapajjeyyāma. Handa, mayaṃ etarahi kāyena sucaritaṃ carāma, vācāya… manasā sucaritaṃ carāmā’ti. Ayaṃ kho, bhikkhu, hetu, ayaṃ paccayo, yena midhekacce opapātikā nāgā uposathaṃ upavasanti vossaṭṭhakāyā ca bhavantī’’ti. Chaṭṭhaṃ. «Здесь, бхиккху, у некоторых самовозникающих нагов возникает такая мысль: „В прошлом мы совершали двойственные поступки телом, совершали двойственные поступки речью, совершали двойственные поступки умом. Из-за того, что мы совершали двойственные поступки телом, речью и умом, с распадом тела, после смерти, мы возродились в сообществе самовозникающих нагов. Если бы сегодня мы совершали благие поступки телом, совершали благие поступки речью, совершали благие поступки умом, то с распадом тела, после смерти, мы возродились бы в благой обители, в небесном мире. Так давайте же теперь совершать благие поступки телом, совершать благие поступки речью, совершать благие поступки умом!“ В этом, бхиккху, причина, в этом условие, по которым некоторые самовозникающие наги соблюдают упосатху и отказываются от своих тел». Шестая. 7. Sutasuttaṃ 7. Сутта об услышанном 348. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinno kho so bhikkhu bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘ko nu kho, bhante, hetu, ko paccayo, yena midhekacco kāyassa bhedā paraṃ maraṇā aṇḍajānaṃ nāgānaṃ sahabyataṃ upapajjatī’’ti? 348. В Саваттхи. Сидя рядом, тот бхиккху обратился к Благословенному с такими словами: «В чём, достопочтенный, причина, в чём условие, по которым кто-то здесь с распадом тела, после смерти, возрождается в сообществе рождённых из яйца нагов?» ‘‘Idha, bhikkhu, ekacco kāyena dvayakārī hoti, vācāya dvayakārī hoti, manasā dvayakārī hoti. Tassa sutaṃ hoti – ‘aṇḍajā nāgā dīghāyukā vaṇṇavanto sukhabahulā’ti. Tassa evaṃ hoti – ‘aho vatāhaṃ kāyassa bhedā paraṃ maraṇā aṇḍajānaṃ nāgānaṃ sahabyataṃ upapajjeyya’nti. So kāyassa bhedā paraṃ maraṇā aṇḍajānaṃ nāgānaṃ sahabyataṃ upapajjati. Ayaṃ kho, bhikkhu, hetu, ayaṃ paccayo, yena midhekacco kāyassa bhedā paraṃ maraṇā aṇḍajānaṃ nāgānaṃ sahabyataṃ upapajjatī’’ti. Sattamaṃ. «Здесь, бхиккху, кто-то совершает двойственные поступки телом, совершает двойственные поступки речью, совершает двойственные поступки умом. Он слышал: „Рождённые из яйца наги долговечны, красивы и пребывают в изобилии счастья“. У него возникает такая мысль: „О, если бы с распадом тела, после смерти, я возродился в сообществе рождённых из яйца нагов!“ И с распадом тела, после смерти, он возрождается в сообществе рождённых из яйца нагов. В этом, бхиккху, причина, в этом условие, по которым кто-то здесь с распадом тела, после смерти, возрождается в сообществе рождённых из яйца нагов». Седьмая. 8. Dutiyasutasuttaṃ 8. Вторая сутта об услышанном 349. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinno kho so bhikkhu bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘ko nu kho, bhante, hetu, ko paccayo, yena midhekacco kāyassa bhedā paraṃ maraṇā jalābujānaṃ nāgānaṃ sahabyataṃ upapajjatī’’ti?…Pe… ayaṃ kho, bhikkhu, hetu, ayaṃ paccayo, yena midhekacco kāyassa bhedā paraṃ maraṇā jalābujānaṃ nāgānaṃ sahabyataṃ upapajjatīti. Aṭṭhamaṃ. 349. В Саваттхи. Сидя рядом, тот бхиккху обратился к Благословенному с такими словами: «В чём, достопочтенный, причина, в чём условие, по которым кто-то здесь с распадом тела, после смерти, возрождается в сообществе рождённых из чрева нагов?»... [и т.д.]... «В этом, бхиккху, причина, в этом условие, по которым кто-то здесь с распадом тела, после смерти, возрождается в сообществе рождённых из чрева нагов». Восьмая. 9. Tatiyasutasuttaṃ 9. Третья сутта об услышанном 350. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinno kho so bhikkhu bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘ko nu kho, bhante, hetu, ko paccayo, yena midhekacco kāyassa [Pg.205] bhedā paraṃ maraṇā saṃsedajānaṃ nāgānaṃ sahabyataṃ upapajjatī’’ti?…Pe… ayaṃ kho, bhikkhu, hetu, ayaṃ paccayo, yena midhekacco kāyassa bhedā paraṃ maraṇā saṃsedajānaṃ nāgānaṃ sahabyataṃ upapajjatīti. Navamaṃ. 350. В Саваттхи. Сидя рядом, тот бхиккху обратился к Благословенному с такими словами: «В чём, достопочтенный, причина, в чём условие, по которым кто-то здесь с распадом тела, после смерти, возрождается в сообществе рождённых во влаге нагов?»... [и т.д.]... «В этом, бхиккху, причина, в этом условие, по которым кто-то здесь с распадом тела, после смерти, возрождается в сообществе рождённых во влаге нагов». Девятая. 10. Catutthasutasuttaṃ 10. Четвёртая сутта об услышанном 351. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinno kho so bhikkhu bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘ko nu kho, bhante, hetu, ko paccayo, yena midhekacco kāyassa bhedā paraṃ maraṇā opapātikānaṃ nāgānaṃ sahabyataṃ upapajjatī’’ti? 351. В Саваттхи. Сидя рядом, тот бхиккху обратился к Благословенному с такими словами: «В чём, достопочтенный, причина, в чём условие, по которым кто-то здесь с распадом тела, после смерти, возрождается в сообществе самовозникающих нагов?» ‘‘Idha, bhikkhu, ekacco kāyena dvayakārī hoti, vācāya dvayakārī, manasā dvayakārī. Tassa sutaṃ hoti – ‘opapātikā nāgā dīghāyukā vaṇṇavanto sukhabahulā’ti. Tassa evaṃ hoti – ‘aho vatāhaṃ kāyassa bhedā paraṃ maraṇā opapātikānaṃ nāgānaṃ sahabyataṃ upapajjeyya’nti. So kāyassa bhedā paraṃ maraṇā opapātikānaṃ nāgānaṃ sahabyataṃ upapajjati. Ayaṃ kho, bhikkhu, hetu, ayaṃ paccayo, yena midhekacco kāyassa bhedā paraṃ maraṇā opapātikānaṃ nāgānaṃ sahabyataṃ upapajjatī’’ti. Dasamaṃ. «Здесь, бхиккху, кто-то совершает двойственные поступки телом, совершает двойственные поступки речью, совершает двойственные поступки умом. Он слышал: „Самовозникающие наги долговечны, красивы и пребывают в изобилии счастья“. У него возникает такая мысль: „О, если бы с распадом тела, после смерти, я возродился в сообществе самовозникающих нагов!“ И с распадом тела, после смерти, он возрождается в сообществе самовозникающих нагов. В этом, бхиккху, причина, в этом условие, по которым кто-то здесь с распадом тела, после смерти, возрождается в сообществе самовозникающих нагов». Десятая. 11-20. Aṇḍajadānūpakārasuttadasakaṃ 11-20. Десять сутт о содействии даянием для рождённых из яйца 352-361. Ekamantaṃ nisinno kho so bhikkhu bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘ko nu kho, bhante, hetu, ko paccayo, yena midhekacco kāyassa bhedā paraṃ maraṇā aṇḍajānaṃ nāgānaṃ sahabyataṃ upapajjatī’’ti? 352-361. Сидя рядом, тот бхиккху обратился к Благословенному с такими словами: «В чём, достопочтенный, причина, в чём условие, по которым кто-то здесь с распадом тела, после смерти, возрождается в сообществе рождённых из яйца нагов?» ‘‘Idha, bhikkhu, ekacco kāyena dvayakārī hoti, vācāya dvayakārī, manasā dvayakārī. Tassa sutaṃ hoti – ‘aṇḍajā nāgā dīghāyukā vaṇṇavanto sukhabahulā’ti. Tassa evaṃ hoti – ‘aho vatāhaṃ kāyassa bhedā paraṃ maraṇā aṇḍajānaṃ nāgānaṃ sahabyataṃ upapajjeyya’nti. So annaṃ deti. So kāyassa bhedā paraṃ maraṇā aṇḍajānaṃ nāgānaṃ sahabyataṃ upapajjati. Ayaṃ kho, bhikkhu, hetu…pe… upapajjatīti…pe… so pānaṃ deti…pe… vatthaṃ deti…pe… yānaṃ deti…pe… mālaṃ deti…pe… gandhaṃ deti…pe… vilepanaṃ deti…pe… seyyaṃ deti…pe… āvasathaṃ deti…pe… padīpeyyaṃ [Pg.206] deti. So kāyassa bhedā paraṃ maraṇā aṇḍajānaṃ nāgānaṃ sahabyataṃ upapajjati. Ayaṃ kho, bhikkhu, hetu, ayaṃ paccayo, yena midhekacco kāyassa bhedā paraṃ maraṇā aṇḍajānaṃ nāgānaṃ sahabyataṃ upapajjatī’’ti. Vīsatimaṃ. «Здесь, бхиккху, кто-то совершает двойственные поступки телом, совершает двойственные поступки речью, совершает двойственные поступки умом. Он слышал: „Рождённые из яйца наги долговечны, красивы и пребывают в изобилии счастья“. У него возникает такая мысль: „О, если бы с распадом тела, после смерти, я возродился в сообществе рождённых из яйца нагов!“ Он дарует пищу. С распадом тела, после смерти, он возрождается в сообществе рождённых из яйца нагов. В этом, бхиккху, причина... [и т.д.]... возрождается... [и т.д.]... Он дарует питьё... дарует одежду... дарует повозку... дарует гирлянду... дарует благовоние... дарует мазь... дарует постель... дарует жилище... дарует светильник. С распадом тела, после смерти, он возрождается в сообществе рождённых из яйца нагов. В этом, бхиккху, причина, в этом условие, по которым кто-то здесь с распадом тела, после смерти, возрождается в сообществе рождённых из яйца нагов». Двадцатая. 21-50. Jalābujādidānūpakārasuttattiṃsakaṃ 21-50. Тридцать сутт о содействии даянием для рождённых из чрева и прочих 362-391. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinno kho so bhikkhu bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘ko nu kho, bhante, hetu, ko paccayo, yena midhekacco kāyassa bhedā paraṃ maraṇā jalābujānaṃ nāgānaṃ…pe… saṃsedajānaṃ nāgānaṃ…pe… opapātikānaṃ nāgānaṃ sahabyataṃ upapajjatī’’ti? 362-391. В Саваттхи. Сидя рядом, тот бхиккху обратился к Благословенному с такими словами: «В чём, достопочтенный, причина, в чём условие, по которым кто-то здесь с распадом тела, после смерти, возрождается в сообществе рождённых из чрева нагов... [и т.д.]... рождённых во влаге нагов... [и т.д.]... самовозникающих нагов?» ‘‘Idha, bhikkhu, ekacco kāyena dvayakārī hoti, vācāya dvayakārī, manasā dvayakārī. Tassa sutaṃ hoti – ‘opapātikā nāgā dīghāyukā vaṇṇavanto sukhabahulā’ti. Tassa evaṃ hoti – ‘aho vatāhaṃ kāyassa bhedā paraṃ maraṇā opapātikānaṃ nāgānaṃ sahabyataṃ upapajjeyya’nti. So annaṃ deti…pe… pānaṃ deti…pe… padīpeyyaṃ deti. So kāyassa bhedā paraṃ maraṇā opapātikānaṃ nāgānaṃ sahabyataṃ upapajjati. Ayaṃ kho, bhikkhu, hetu, ayaṃ paccayo, yena midhekacco kāyassa bhedā paraṃ maraṇā opapātikānaṃ nāgānaṃ sahabyataṃ upapajjatī’’ti. «Здесь, бхиккху, кто-то совершает двойственные поступки телом, совершает двойственные поступки речью, совершает двойственные поступки умом. Он слышал: „Самовозникающие наги долговечны, красивы и пребывают в изобилии счастья“. У него возникает такая мысль: „О, если бы с распадом тела, после смерти, я возродился в сообществе самовозникающих нагов!“ Он дарует пищу... [и т.д.]... дарует питьё... [и т.д.]... дарует светильник. С распадом тела, после смерти, он возрождается в сообществе самовозникающих нагов. В этом, бхиккху, причина, в этом условие, по которым кто-то здесь с распадом тела, после смерти, возрождается в сообществе самовозникающих нагов». (Iminā peyyālena dasa dasa suttantā kātabbā. Evaṃ catūsu yonīsu cattālīsaṃ veyyākaraṇā honti. Purimehi pana dasahi suttantehi saha honti paṇṇāsasuttantāti.) (Посредством этого сокращения следует составить по десять сутт для каждого случая. Таким образом, получается сорок ответов для четырёх видов рождения. Вместе с первыми десятью суттами всего получается пятьдесят сутт.) Nāgasaṃyuttaṃ samattaṃ. Нага-самьютта завершена. Tassuddānaṃ – Оглавление: Suddhikaṃ paṇītataraṃ, caturo ca uposathā; Tassa sutaṃ caturo ca, dānūpakārā ca tālīsaṃ; Paṇṇāsa piṇḍato suttā, nāgamhi suppakāsitāti. Простая сутта, сутта о превосходстве, четыре сутты об упосатхе, четыре сутты об услышанном и сорок сутт о содействии даянием — всего в Нага-самьютте прекрасно изложено пятьдесят сутт. 9. Supaṇṇasaṃyuttaṃ 9. Супанна-самьютта 1. Suddhikasuttaṃ 1. Простая сутта 392. Sāvatthinidānaṃ[Pg.207]. ‘‘Catasso imā, bhikkhave, supaṇṇayoniyo. Katamā catasso? Aṇḍajā supaṇṇā, jalābujā supaṇṇā, saṃsedajā supaṇṇā, opapātikā supaṇṇā – imā kho, bhikkhave, catasso supaṇṇayoniyo’’ti. Paṭhamaṃ. 392. В Саваттхи. «Монахи, есть эти четыре вида рождения супанн. Какие четыре? Рождённые из яйца супанны, рождённые из чрева супанны, рождённые во влаге супанны, самовозникающие супанны. Таковы, монахи, четыре вида рождения супанн». Первая. 2. Harantisuttaṃ 2. Сутта об унесении 393. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Catasso imā, bhikkhave, supaṇṇayoniyo. Katamā catasso? Aṇḍajā…pe… imā kho, bhikkhave, catasso supaṇṇayoniyo. Tatra, bhikkhave, aṇḍajā supaṇṇā aṇḍajeva nāge haranti, na jalābuje, na saṃsedaje, na opapātike. Tatra, bhikkhave, jalābujā supaṇṇā aṇḍaje ca jalābuje ca nāge haranti, na saṃsedaje, na opapātike. Tatra, bhikkhave, saṃsedajā supaṇṇā aṇḍaje ca jalābuje ca saṃsedaje ca nāge haranti, na opapātike. Tatra, bhikkhave, opapātikā supaṇṇā aṇḍaje ca jalābuje ca saṃsedaje ca opapātike ca nāge haranti. Imā kho, bhikkhave, catasso supaṇṇayoniyo’’ti. Dutiyaṃ. 393. В Саваттхи. «Монахи, есть эти четыре вида рождения супанн. Какие четыре? Рождённые из яйца... [и т.д.]... Таковы, монахи, четыре вида рождения супанн. Из них, монахи, рождённые из яйца супанны уносят только рождённых из яйца нагов, но не рождённых из чрева, не рождённых во влаге, не самовозникающих. Из них, монахи, рождённые из чрева супанны уносят рождённых из яйца и рождённых из чрева нагов, но не рождённых во влаге, не самовозникающих. Из них, монахи, рождённые во влаге супанны уносят рождённых из яйца, рождённых из чрева и рождённых во влаге нагов, но не самовозникающих. Из них, монахи, самовозникающие супанны уносят рождённых из яйца, рождённых из чрева, рождённых во влаге и самовозникающих нагов. Таковы, монахи, четыре вида рождения супанн». Вторая. 3. Dvayakārīsuttaṃ 3. Сутта о совершающем двойственные поступки 394. Sāvatthinidānaṃ. Aññataro bhikkhu yena bhagavā tenupasaṅkami; upasaṅkamitvā bhagavantaṃ abhivādetvā ekamantaṃ nisīdi. Ekamantaṃ nisinno kho so bhikkhu bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘ko nu kho, bhante, hetu, ko paccayo, yena midhekacco kāyassa bhedā paraṃ maraṇā aṇḍajānaṃ supaṇṇānaṃ sahabyataṃ upapajjatī’’ti? ‘‘Idha, bhikkhu, ekacco kāyena dvayakārī hoti, vācāya dvayakārī, manasā dvayakārī. Tassa sutaṃ hoti – ‘aṇḍajā supaṇṇā dīghāyukā vaṇṇavanto sukhabahulā’ti. Tassa evaṃ hoti – ‘aho vatāhaṃ kāyassa bhedā paraṃ maraṇā aṇḍajānaṃ supaṇṇānaṃ sahabyataṃ upapajjeyya’nti. So kāyassa bhedā paraṃ maraṇā aṇḍajānaṃ supaṇṇānaṃ sahabyataṃ upapajjati. Ayaṃ kho, bhikkhu, hetu, ayaṃ paccayo[Pg.208], yena midhekacco kāyassa bhedā paraṃ maraṇā aṇḍajānaṃ supaṇṇānaṃ sahabyataṃ upapajjatī’’ti. Tatiyaṃ. 394. В Саваттхи. Один бхиккху подошёл к Благословенному, поклонился ему и сел рядом. Сидя рядом, этот бхиккху обратился к Благословенному с такими словами: «В чём, достопочтенный, причина, в чём условие, по которым кто-то здесь с распадом тела, после смерти, возрождается в сообществе рождённых из яйца супанн?» — «Здесь, бхиккху, кто-то совершает двойственные поступки телом, совершает двойственные поступки речью, совершает двойственные поступки умом. Он слышал: „Рождённые из яйца супанны долговечны, красивы и пребывают в изобилии счастья“. У него возникает такая мысль: „О, если бы с распадом тела, после смерти, я возродился в сообществе рождённых из яйца супанн!“ И с распадом тела, после смерти, он возрождается в сообществе рождённых из яйца супанн. В этом, бхиккху, причина, в этом условие, по которым кто-то здесь с распадом тела, после смерти, возрождается в сообществе рождённых из яйца супанн». Третья. 4-6. Dutiyādidvayakārīsuttattikaṃ 4-6. Три сутты, начиная со второй, о совершающем двойственные поступки 395-397. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinno kho so bhikkhu bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘ko nu kho, bhante, hetu, ko paccayo, yena midhekacco kāyassa bhedā paraṃ maraṇā jalābujānaṃ supaṇṇānaṃ…pe… saṃsedajānaṃ supaṇṇānaṃ…pe… opapātikānaṃ supaṇṇānaṃ sahabyataṃ upapajjatī’’ti? ‘‘Idha, bhikkhu, ekacco kāyena dvayakārī hoti, vācāya dvayakārī, manasā dvayakārī. Tassa sutaṃ hoti – ‘opapātikā supaṇṇā dīghāyukā vaṇṇavanto sukhabahulā’ti. Tassa evaṃ hoti – ‘aho vatāhaṃ kāyassa bhedā paraṃ maraṇā opapātikānaṃ supaṇṇānaṃ sahabyataṃ upapajjeyya’nti. So kāyassa bhedā paraṃ maraṇā opapātikānaṃ supaṇṇānaṃ sahabyataṃ upapajjati. Ayaṃ kho, bhikkhu, hetu, ayaṃ paccayo, yena midhekacco kāyassa bhedā paraṃ maraṇā opapātikānaṃ supaṇṇānaṃ sahabyataṃ upapajjatī’’ti. Chaṭṭhaṃ. 395-397. В Саваттхи. Сидя рядом, тот бхиккху обратился к Благословенному с такими словами: «В чём, достопочтенный, причина, в чём условие, по которым кто-то здесь с распадом тела, после смерти, возрождается в сообществе рождённых из чрева супанн... [и т.д.]... рождённых во влаге супанн... [и т.д.]... самовозникающих супанн?» — «Здесь, бхиккху, кто-то совершает двойственные поступки телом, совершает двойственные поступки речью, совершает двойственные поступки умом. Он слышал: „Самовозникающие супанны долговечны, красивы и пребывают в изобилии счастья“. У него возникает такая мысль: „О, если бы с распадом тела, после смерти, я возродился в сообществе самовозникающих супанн!“ И с распадом тела, после смерти, он возрождается в сообществе самовозникающих супанн. В этом, бхиккху, причина, в этом условие, по которым кто-то здесь с распадом тела, после смерти, возрождается в сообществе самовозникающих супанн». Шестая. 7-16. Aṇḍajadānūpakārasuttadasakaṃ 7-16. Десять сутт о содействии даянием для рождённых из яйца 398-407. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinno kho so bhikkhu bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘ko nu kho, bhante, hetu, ko paccayo, yena midhekacco kāyassa bhedā paraṃ maraṇā aṇḍajānaṃ supaṇṇānaṃ sahabyataṃ upapajjatī’’ti? ‘‘Idha, bhikkhu, ekacco kāyena dvayakārī hoti, vācāya dvayakārī, manasā dvayakārī. Tassa sutaṃ hoti – ‘aṇḍajā supaṇṇā dīghāyukā vaṇṇavanto sukhabahulā’ti. Tassa evaṃ hoti – ‘aho vatāhaṃ kāyassa bhedā paraṃ maraṇā aṇḍajānaṃ supaṇṇānaṃ sahabyataṃ upapajjeyya’nti. So annaṃ deti…pe… pānaṃ deti… vatthaṃ deti… yānaṃ deti… mālaṃ deti… gandhaṃ deti… vilepanaṃ deti… seyyaṃ deti… āvasathaṃ deti… padīpeyyaṃ deti. So kāyassa bhedā paraṃ maraṇā aṇḍajānaṃ supaṇṇānaṃ sahabyataṃ upapajjati. Ayaṃ kho, bhikkhu, hetu, ayaṃ paccayo, yena midhekacco kāyassa bhedā paraṃ maraṇā aṇḍajānaṃ supaṇṇānaṃ sahabyataṃ upapajjatī’’ti. Soḷasamaṃ. 398-407. В Саваттхи. Сидя рядом, тот бхиккху обратился к Благословенному с такими словами: «В чём, досточтимый, причина, в чём условие того, что некий человек здесь после распада тела, после смерти, перерождается в сообществе рождённых из яйца супанн?» — «Здесь, бхиккху, некий человек совершает двойственные действия телом, двойственные действия речью, двойственные действия умом. Он слышал: „Рождённые из яйца супанны долговечны, красивы и пребывают в великом счастье“. И он думает: „О, пусть бы мне после распада тела, после смерти, переродиться в сообществе рождённых из яйца супанн!“ Он дарует пищу… [и т. д.]… дарует питьё… дарует одежду… дарует повозку… дарует гирлянду… дарует благовоние… дарует мазь… дарует постель… дарует жилище… дарует светильник. После распада тела, после смерти, он перерождается в сообществе рождённых из яйца супанн. В этом, бхиккху, причина, в этом условие того, что некий человек здесь после распада тела, после смерти, перерождается в сообществе рождённых из яйца супанн». Шестнадцатая. 17-46. Jalābujādidānūpakārasuttatiṃsakaṃ 17-46. Тридцать сутт о поддержке даянием для рождённых из чрева и прочих 408-437. Sāvatthinidānaṃ[Pg.209]. Ekamantaṃ nisinno kho so bhikkhu bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘ko nu kho, bhante, hetu, ko paccayo, yena midhekacco kāyassa bhedā paraṃ maraṇā jalābujānaṃ supaṇṇānaṃ…pe… saṃsedajānaṃ supaṇṇānaṃ…pe… opapātikānaṃ supaṇṇānaṃ sahabyataṃ upapajjatī’’ti? ‘‘Idha, bhikkhu, ekacco kāyena dvayakārī hoti, vācāya dvayakārī, manasā dvayakārī. Tassa sutaṃ hoti – ‘opapātikā supaṇṇā dīghāyukā vaṇṇavanto sukhabahulā’ti. Tassa evaṃ hoti – ‘aho vatāhaṃ kāyassa bhedā paraṃ maraṇā opapātikānaṃ supaṇṇānaṃ sahabyataṃ upapajjeyya’nti. So annaṃ deti…pe… pānaṃ deti…pe… padīpeyyaṃ deti. So kāyassa bhedā paraṃ maraṇā opapātikānaṃ supaṇṇānaṃ sahabyataṃ upapajjati. Ayaṃ kho, bhikkhu, hetu, ayaṃ paccayo, yena midhekacco kāyassa bhedā paraṃ maraṇā opapātikānaṃ supaṇṇānaṃ sahabyataṃ upapajjatī’’ti. Chacattālīsamaṃ. 408-437. В Саваттхи. Сидя рядом, тот бхиккху обратился к Благословенному с такими словами: «В чём, досточтимый, причина, в чём условие того, что некий человек здесь после распада тела, после смерти, перерождается в сообществе рождённых из чрева супанн… [и т. д.]… рождённых из влаги супанн… [и т. д.]… самовозникающих супанн?» — «Здесь, бхиккху, некий человек совершает двойственные действия телом, двойственные действия речью, двойственные действия умом. Он слышал: „Самовозникающие супанны долговечны, красивы и пребывают в великом счастье“. И он думает: „О, пусть бы мне после распада тела, после смерти, переродиться в сообществе самовозникающих супанн!“ Он дарует пищу… [и т. д.]… дарует питьё… [и т. д.]… дарует светильник. После распада тела, после смерти, он перерождается в сообществе самовозникающих супанн. В этом, бхиккху, причина, в этом условие того, что некий человек здесь после распада тела, после смерти, перерождается в сообществе самовозникающих супанн». Сорок шестая. (Evaṃ piṇḍakena chacattālīsaṃ suttantā honti.) (Таким образом, в общей сложности получается сорок шесть сутт.) Supaṇṇasaṃyuttaṃ samattaṃ. Супанна-самьютта завершена. Tassuddānaṃ – Оглавление к ней: Suddhikaṃ haranti ceva, dvayakārī ca caturo; Dānūpakārā tālīsaṃ, supaṇṇe suppakāsitāti. Простая версия, «уносят», и четыре о совершающих двойственные действия; сорок о поддержке даянием — так в Супанне всё прекрасно разъяснено. 10. Gandhabbakāyasaṃyuttaṃ 10. Гандхаббакая-самьютта 1. Suddhikasuttaṃ 1. Суддхика-сутта 438. Ekaṃ [Pg.210] samayaṃ bhagavā sāvatthiyaṃ viharati jetavane anāthapiṇḍikassa ārāme …pe… bhagavā etadavoca – ‘‘gandhabbakāyike vo, bhikkhave, deve desessāmi. Taṃ suṇātha. Katamā ca, bhikkhave, gandhabbakāyikā devā? Santi, bhikkhave, mūlagandhe adhivatthā devā. Santi, bhikkhave, sāragandhe adhivatthā devā. Santi, bhikkhave, pheggugandhe adhivatthā devā. Santi, bhikkhave, tacagandhe adhivatthā devā. Santi, bhikkhave, papaṭikagandhe adhivatthā devā. Santi, bhikkhave, pattagandhe adhivatthā devā. Santi, bhikkhave, pupphagandhe adhivatthā devā. Santi, bhikkhave, phalagandhe adhivatthā devā. Santi, bhikkhave, rasagandhe adhivatthā devā. Santi, bhikkhave, gandhagandhe adhivatthā devā. Ime vuccanti, bhikkhave, gandhabbakāyikā devā’’ti. Paṭhamaṃ. 438. Одно время Благословенный пребывал в Саваттхи, в роще Джеты, в обители Анатхапиндики… [и т. д.]… Благословенный сказал следующее: «Бхиккху, я поведаю вам о девах из воинства гандхабб. Слушайте это… И кто же такие, бхиккху, девы из воинства гандхабб? Есть, бхиккху, девы, обитающие в ароматных корнях. Есть, бхиккху, девы, обитающие в ароматной сердцевине дерева. Есть, бхиккху, девы, обитающие в ароматной заболони. Есть, бхиккху, девы, обитающие в ароматной коре. Есть, бхиккху, девы, обитающие в ароматной отслаивающейся коре. Есть, бхиккху, девы, обитающие в ароматных листьях. Есть, бхиккху, девы, обитающие в ароматных цветах. Есть, бхиккху, девы, обитающие в ароматных плодах. Есть, бхиккху, девы, обитающие в ароматном соке. Есть, бхиккху, девы, обитающие в ароматных запахах. Именно они, бхиккху, зовутся девами из воинства гандхабб». Первая. 2. Sucaritasuttaṃ 2. Сучарита-сутта 439. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinno kho so bhikkhu bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘ko nu kho, bhante, hetu, ko paccayo, yena midhekacco kāyassa bhedā paraṃ maraṇā gandhabbakāyikānaṃ devānaṃ sahabyataṃ upapajjatī’’ti? ‘‘Idha, bhikkhu, ekacco kāyena sucaritaṃ carati, vācāya sucaritaṃ carati, manasā sucaritaṃ carati. Tassa sutaṃ hoti – ‘gandhabbakāyikā devā dīghāyukā vaṇṇavanto sukhabahulā’ti. Tassa evaṃ hoti – ‘aho vatāhaṃ kāyassa bhedā paraṃ maraṇā gandhabbakāyikānaṃ devānaṃ sahabyataṃ upapajjeyya’nti. So kāyassa bhedā paraṃ maraṇā gandhabbakāyikānaṃ devānaṃ sahabyataṃ upapajjati. Ayaṃ kho, bhikkhu, hetu, ayaṃ paccayo, yena midhekacco kāyassa bhedā paraṃ maraṇā gandhabbakāyikānaṃ devānaṃ sahabyataṃ upapajjatī’’ti. Dutiyaṃ. 439. В Саваттхи. Сидя рядом, тот бхиккху обратился к Благословенному с такими словами: «В чём, досточтимый, причина, в чём условие того, что некий человек здесь после распада тела, после смерти, перерождается в сообществе дев из воинства гандхабб?» — «Здесь, бхиккху, некий человек практикует благое поведение телом, практикует благое поведение речью, практикует благое поведение умом. Он слышал: „Девы из воинства гандхабб долговечны, красивы и пребывают в великом счастье“. И он думает: „О, пусть бы мне после распада тела, после смерти, переродиться в сообществе дев из воинства гандхабб!“ После распада тела, после смерти, он перерождается в сообществе дев из воинства гандхабб. В этом, бхиккху, причина, в этом условие того, что некий человек здесь после распада тела, после смерти, перерождается в сообществе дев из воинства гандхабб». Вторая. 3. Mūlagandhadātāsuttaṃ 3. Мулагандхадата-сутта 440. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinno kho so bhikkhu bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘ko nu kho, bhante, hetu, ko paccayo, yena midhekacco kāyassa bhedā paraṃ maraṇā mūlagandhe adhivatthānaṃ devānaṃ sahabyataṃ upapajjatī’’ti[Pg.211]? ‘‘Idha, bhikkhu, ekacco kāyena sucaritaṃ carati, vācāya sucaritaṃ carati, manasā sucaritaṃ carati. Tassa sutaṃ hoti – ‘mūlagandhe adhivatthā devā dīghāyukā vaṇṇavanto sukhabahulā’ti. Tassa evaṃ hoti – ‘aho vatāhaṃ kāyassa bhedā paraṃ maraṇā mūlagandhe adhivatthānaṃ devānaṃ sahabyataṃ upapajjeyya’nti. So dātā hoti mūlagandhānaṃ. So kāyassa bhedā paraṃ maraṇā mūlagandhe adhivatthānaṃ devānaṃ sahabyataṃ upapajjati. Ayaṃ kho, bhikkhu, hetu…pe… yena midhekacco kāyassa bhedā paraṃ maraṇā mūlagandhe adhivatthānaṃ devānaṃ sahabyataṃ upapajjatī’’ti. Tatiyaṃ. 440. В Саваттхи. Сидя рядом, тот бхиккху обратился к Благословенному с такими словами: «В чём, досточтимый, причина, в чём условие того, что некий человек здесь после распада тела, после смерти, перерождается в сообществе дев, обитающих в ароматных корнях?» — «Здесь, бхиккху, некий человек практикует благое поведение телом, практикует благое поведение речью, практикует благое поведение умом. Он слышал: „Девы, обитающие в ароматных корнях, долговечны, красивы и пребывают в великом счастье“. И он думает: „О, пусть бы мне после распада тела, после смерти, переродиться в сообществе дев, обитающих в ароматных корнях!“ Он становится дарителем ароматных корней. После распада тела, после смерти, он перерождается в сообществе дев, обитающих в ароматных корнях. В этом, бхиккху, причина… [и т. д.]… почему некий человек здесь после распада тела, после смерти, перерождается в сообществе дев, обитающих в ароматных корнях». Третья. 4-12. Sāragandhādidātāsuttanavakaṃ 4-12. Девять сутт о дарителях ароматной сердцевины и прочего 441-449. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinno kho so bhikkhu bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘ko nu kho, bhante, hetu, ko paccayo, yena midhekacco kāyassa bhedā paraṃ maraṇā sāragandhe adhivatthānaṃ devānaṃ…pe… pheggugandhe adhivatthānaṃ devānaṃ… tacagandhe adhivatthānaṃ devānaṃ… papaṭikagandhe adhivatthānaṃ devānaṃ… pattagandhe adhivatthānaṃ devānaṃ… pupphagandhe adhivatthānaṃ devānaṃ… phalagandhe adhivatthānaṃ devānaṃ… rasagandhe adhivatthānaṃ devānaṃ… gandhagandhe adhivatthānaṃ devānaṃ sahabyataṃ upapajjatī’’ti? ‘‘Idha, bhikkhu, ekacco kāyena sucaritaṃ carati, vācāya sucaritaṃ carati, manasā sucaritaṃ carati. Tassa sutaṃ hoti – ‘sāragandhe adhivatthā devā dīghāyukā vaṇṇavanto sukhabahulā’ti. Tassa evaṃ hoti – ‘aho vatāhaṃ kāyassa bhedā paraṃ maraṇā sāragandhe adhivatthānaṃ devānaṃ…pe… pheggugandhe adhivatthānaṃ devānaṃ… tacagandhe adhivatthānaṃ devānaṃ… papaṭikagandhe adhivatthānaṃ devānaṃ… pattagandhe adhivatthānaṃ devānaṃ… pupphagandhe adhivatthānaṃ devānaṃ… phalagandhe adhivatthānaṃ devānaṃ… rasagandhe adhivatthānaṃ devānaṃ… gandhagandhe adhivatthānaṃ devānaṃ sahabyataṃ upapajjeyya’nti. So dātā hoti sāragandhānaṃ…pe… so dātā hoti pheggugandhānaṃ… so dātā hoti tacagandhānaṃ… so dātā hoti papaṭikagandhānaṃ… so dātā hoti pattagandhānaṃ… so dātā hoti pupphagandhānaṃ… so dātā hoti phalagandhānaṃ… so dātā hoti rasagandhānaṃ… so dātā hoti gandhagandhānaṃ. So kāyassa bhedā paraṃ maraṇā gandhagandhe adhivatthānaṃ devānaṃ sahabyataṃ upapajjati. Ayaṃ kho, bhikkhu, hetu, ayaṃ [Pg.212] paccayo, yena midhekacco kāyassa bhedā paraṃ maraṇā gandhagandhe adhivatthānaṃ devānaṃ sahabyataṃ upapajjatī’’ti. Dvādasamaṃ. 441-449. В Саваттхи. Сидя рядом, тот бхиккху обратился к Благословенному с такими словами: «В чём, досточтимый, причина, в чём условие того, что некий человек здесь после распада тела, после смерти, перерождается в сообществе дев, обитающих в ароматной сердцевине дерева… [и т. д.]… дев, обитающих в ароматной заболони… дев, обитающих в ароматной коре… дев, обитающих в ароматной отслаивающейся коре… дев, обитающих в ароматных листьях… дев, обитающих в ароматных цветах… дев, обитающих в ароматных плодах… дев, обитающих в ароматном соке… дев, обитающих в ароматных запахах?» — «Здесь, бхиккху, некий человек практикует благое поведение телом, практикует благое поведение речью, практикует благое поведение умом. Он слышал: „Девы, обитающие в ароматной сердцевине дерева, долговечны, красивы и пребывают в великом счастье“. И он думает: „О, пусть бы мне после распада тела, после смерти, переродиться в сообществе дев, обитающих в ароматной сердцевине дерева… [и т. д.]… дев, обитающих в ароматной заболони… дев, обитающих в ароматной коре… дев, обитающих в ароматной отслаивающейся коре… дев, обитающих в ароматных листьях… дев, обитающих в ароматных цветах… дев, обитающих в ароматных плодах… дев, обитающих в ароматном соке… дев, обитающих в ароматных запахах!“ Он становится дарителем ароматной сердцевины дерева… [и т. д.]… он становится дарителем ароматной заболони… он становится дарителем ароматной коры… он становится дарителем ароматной отслаивающейся коры… он становится дарителем ароматных листьев… он становится дарителем ароматных цветов… он становится дарителем ароматных плодов… он становится дарителем ароматного сока… он становится дарителем ароматных запахов. После распада тела, после смерти, он перерождается в сообществе дев, обитающих в ароматных запахах. В этом, бхиккху, причина, в этом условие того, что некий человек здесь после распада тела, после смерти, перерождается в сообществе дев, обитающих в ароматных запахах». Двенадцатая. 13-22. Mūlagandhadānūpakārasuttadasakaṃ 13-22. Десять сутт о поддержке даянием для дев, обитающих в ароматных корнях 450-459. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinno kho so bhikkhu bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘ko nu kho, bhante, hetu, ko paccayo, yena midhekacco kāyassa bhedā paraṃ maraṇā mūlagandhe adhivatthānaṃ devānaṃ sahabyataṃ upapajjatī’’ti? ‘‘Idha, bhikkhu, ekacco kāyena sucaritaṃ carati, vācāya sucaritaṃ carati, manasā sucaritaṃ carati. Tassa sutaṃ hoti – ‘mūlagandhe adhivatthā devā dīghāyukā vaṇṇavanto sukhabahulā’ti. Tassa evaṃ hoti – ‘aho vatāhaṃ kāyassa bhedā paraṃ maraṇā mūlagandhe adhivatthānaṃ devānaṃ sahabyataṃ upapajjeyya’nti. So annaṃ deti…pe… pānaṃ deti… vatthaṃ deti… yānaṃ deti… mālaṃ deti… gandhaṃ deti… vilepanaṃ deti… seyyaṃ deti… āvasathaṃ deti… padīpeyyaṃ deti. So kāyassa bhedā paraṃ maraṇā mūlagandhe adhivatthānaṃ devānaṃ sahabyataṃ upapajjati. Ayaṃ kho, bhikkhu, hetu, ayaṃ paccayo, yena midhekacco kāyassa bhedā paraṃ maraṇā mūlagandhe adhivatthānaṃ devānaṃ sahabyataṃ upapajjatī’’ti. Bāvīsatimaṃ. 450-459. В Саваттхи. Сидя рядом, тот бхиккху обратился к Благословенному с такими словами: «В чём, досточтимый, причина, в чём условие того, что некий человек здесь после распада тела, после смерти, перерождается в сообществе дев, обитающих в ароматных корнях?» — «Здесь, бхиккху, некий человек практикует благое поведение телом, практикует благое поведение речью, практикует благое поведение умом. Он слышал: „Девы, обитающие в ароматных корнях, долговечны, красивы и пребывают в великом счастье“. И он думает: „О, пусть бы мне после распада тела, после смерти, переродиться в сообществе дев, обитающих в ароматных корнях!“ Он дарует пищу… [и т. д.]… дарует питьё… дарует одежду… дарует повозку… дарует гирлянду… дарует благовоние… дарует мазь… дарует постель… дарует жилище… дарует светильник. После распада тела, после смерти, он перерождается в сообществе дев, обитающих в ароматных корнях. В этом, бхиккху, причина, в этом условие того, что некий человек здесь после распада тела, после смерти, перерождается в сообществе дев, обитающих в ароматных корнях». Двадцать вторая. 23-112. Sāragandhādidānūpakārasuttanavutikaṃ 23-112. Девяносто сутт о поддержке даянием для дев, обитающих в ароматной сердцевине и прочем 460-549. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinno kho so bhikkhu bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘ko nu kho, bhante, hetu, ko paccayo, yena midhekacco kāyassa bhedā paraṃ maraṇā sāragandhe adhivatthānaṃ devānaṃ…pe… pheggugandhe adhivatthānaṃ devānaṃ… tacagandhe adhivatthānaṃ devānaṃ … papaṭikagandhe adhivatthānaṃ devānaṃ… pattagandhe adhivatthānaṃ devānaṃ… pupphagandhe adhivatthānaṃ devānaṃ… phalagandhe adhivatthānaṃ devānaṃ… rasagandhe adhivatthānaṃ devānaṃ… gandhagandhe adhivatthānaṃ devānaṃ sahabyataṃ upapajjatī’’ti? ‘‘Idha, bhikkhu, ekacco kāyena sucaritaṃ carati, vācāya sucaritaṃ carati, manasā sucaritaṃ carati. Tassa sutaṃ hoti – ‘gandhagandhe adhivatthā devā dīghāyukā vaṇṇavanto sukhabahulā’ti. Tassa evaṃ hoti – ‘aho vatāhaṃ kāyassa bhedā paraṃ maraṇā gandhagandhe adhivatthānaṃ devānaṃ sahabyataṃ upapajjeyya’nti. So annaṃ deti…pe… pānaṃ deti… vatthaṃ deti… yānaṃ deti… mālaṃ deti… gandhaṃ deti… vilepanaṃ [Pg.213] deti… seyyaṃ deti… āvasathaṃ deti… padīpeyyaṃ deti. So kāyassa bhedā paraṃ maraṇā gandhagandhe adhivatthānaṃ devānaṃ sahabyataṃ upapajjati. Ayaṃ kho, bhikkhu, hetu, ayaṃ paccayo, yena midhekacco kāyassa bhedā paraṃ maraṇā gandhagandhe adhivatthānaṃ devānaṃ sahabyataṃ upapajjatī’’ti. Dvādasasatimaṃ. 460-549. В Саваттхи. Сидя рядом, тот бхиккху обратился к Благословенному с такими словами: «В чём, досточтимый, причина, в чём условие того, что некий человек здесь после распада тела, после смерти, перерождается в сообществе дев, обитающих в ароматной сердцевине дерева… [и т. д.]… дев, обитающих в ароматной заболони… дев, обитающих в ароматной коре… дев, обитающих в ароматной отслаивающейся коре… дев, обитающих в ароматных листьях… дев, обитающих в ароматных цветах… дев, обитающих в ароматных плодах… дев, обитающих в ароматном соке… дев, обитающих в ароматных запахах?» — «Здесь, бхиккху, некий человек практикует благое поведение телом, практикует благое поведение речью, практикует благое поведение умом. Он слышал: „Девы, обитающие в ароматных запахах, долговечны, красивы и пребывают в великом счастье“. И он думает: „О, пусть бы мне после распада тела, после смерти, переродиться в сообществе дев, обитающих в ароматных запахах!“ Он дарует пищу… [и т. д.]… дарует питьё… дарует одежду… дарует повозку… дарует гирлянду… дарует благовоние… дарует мазь… дарует постель… дарует жилище… дарует светильник. После распада тела, после смерти, он перерождается в сообществе дев, обитающих в ароматных запахах. В этом, бхиккху, причина, в этом условие того, что некий человек здесь после распада тела, после смерти, перерождается в сообществе дев, обитающих в ароматных запахах». Сто двенадцатая. (Evaṃ piṇḍakena ekasatañca dvādasa ca suttantā honti.) (Таким образом, в общей сложности получается сто двенадцать сутт.) Gandhabbakāyasaṃyuttaṃ samattaṃ. Гандхаббакая-самьютта завершена. Tassuddānaṃ – Оглавление этой [саньютты]: Suddhikañca sucaritaṃ, dātā hi apare dasa; Dānūpakārā satadhā, gandhabbe suppakāsitāti. Чистая [версия], благое поведение, десять других [сутт] о даятелях, и сто [сутт] о поддержке даянием — [все они] прекрасно разъяснены в Гандхабба [саньютте]. 11. Valāhakasaṃyuttaṃ 11. Валахакасаньютта 1. Suddhikasuttaṃ 1. Суддхика сутта 550. Sāvatthinidānaṃ[Pg.214]. ‘‘Valāhakakāyike vo, bhikkhave, deve desessāmi. Taṃ suṇātha. Katame ca, bhikkhave, valāhakakāyikā devā? Santi, bhikkhave, sītavalāhakā devā; santi uṇhavalāhakā devā; santi abbhavalāhakā devā; santi vātavalāhakā devā; santi vassavalāhakā devā – ime vuccanti, bhikkhave, ‘valāhakakāyikā devā’’’ti. Paṭhamaṃ. 550. В Саваттхи. «Монахи, я обучу вас о девах из сонма облачных [божеств]. Слушайте это... И кто же, монахи, девы из сонма облачных [божеств]? Есть, монахи, девы прохладных облаков; есть девы тёплых облаков; есть девы грозовых облаков; есть девы ветряных облаков; есть девы дождевых облаков. Эти, монахи, зовутся девами из сонма облачных [божеств]». Первая. 2. Sucaritasuttaṃ 2. Сучарита сутта 551. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinno kho so bhikkhu bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘ko nu kho, bhante, hetu, ko paccayo, yena midhekacco kāyassa bhedā paraṃ maraṇā valāhakakāyikānaṃ devānaṃ sahabyataṃ upapajjatī’’ti? ‘‘Idha, bhikkhu, ekacco kāyena sucaritaṃ carati, vācāya sucaritaṃ carati, manasā sucaritaṃ carati. Tassa sutaṃ hoti – ‘valāhakakāyikā devā dīghāyukā vaṇṇavanto sukhabahulā’ti. Tassa evaṃ hoti – ‘aho vatāhaṃ kāyassa bhedā paraṃ maraṇā valāhakakāyikānaṃ devānaṃ sahabyataṃ upapajjeyya’nti. So kāyassa bhedā paraṃ maraṇā valāhakakāyikānaṃ devānaṃ sahabyataṃ upapajjati. Ayaṃ kho, bhikkhu, hetu, ayaṃ paccayo, yena midhekacco kāyassa bhedā paraṃ maraṇā valāhakakāyikānaṃ devānaṃ sahabyataṃ upapajjatī’’ti. Dutiyaṃ. 551. В Саваттхи. Сидя в стороне, тот монах обратился к Благословенному с такими словами: «В чём, досточтимый, причина, в чём условие, по которому некий человек здесь, с распадом тела, после смерти, возрождается в сообществе дев из сонма облачных [божеств]?» «Здесь, монах, некий человек совершает благое действие телом, благое действие речью, благое действие умом. Он слышал: „Девы из сонма облачных [божеств] долговечны, прекрасны обличьем и пребывают в великом счастье“. И у него возникает мысль: „О, если бы мне с распадом тела, после смерти, возродиться в сообществе дев из сонма облачных [божеств]!“ И он с распадом тела, после смерти, возрождается в сообществе дев из сонма облачных [божеств]. В этом, монах, причина, в этом условие, по которому некий человек здесь, с распадом тела, после смерти, возрождается в сообществе дев из сонма облачных [божеств]». Вторая. 3-12. Sītavalāhakadānūpakārasuttadasakaṃ 3-12. Десять сутт о поддержке даянием для [возрождения среди] дев прохладных облаков 552-561. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinno kho so bhikkhu bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘ko nu kho, bhante, hetu, ko paccayo, yena midhekacco kāyassa bhedā paraṃ maraṇā sītavalāhakānaṃ devānaṃ sahabyataṃ upapajjatī’’ti? ‘‘Idha bhikkhu, ekacco kāyena sucaritaṃ carati, vācāya sucaritaṃ carati, manasā sucaritaṃ carati. Tassa sutaṃ hoti – ‘sītavalāhakā devā dīghāyukā vaṇṇavanto sukhabahulā’ti. Tassa evaṃ [Pg.215] hoti – ‘aho vatāhaṃ kāyassa bhedā paraṃ maraṇā sītavalāhakānaṃ devānaṃ sahabyataṃ upapajjeyya’nti. So annaṃ deti…pe… padīpeyyaṃ deti. So kāyassa bhedā paraṃ maraṇā sītavalāhakānaṃ devānaṃ sahabyataṃ upapajjati. Ayaṃ kho, bhikkhu, hetu, ayaṃ paccayo, yena midhekacco kāyassa bhedā paraṃ maraṇā sītavalāhakānaṃ devānaṃ sahabyataṃ upapajjatī’’ti. Dvādasamaṃ. 552-561. В Саваттхи. Сидя в стороне, тот монах обратился к Благословенному с такими словами: «В чём, досточтимый, причина, в чём условие, по которому некий человек здесь, с распадом тела, после смерти, возрождается в сообществе дев прохладных облаков?» «Здесь, монах, некий человек совершает благое действие телом, благое действие речью, благое действие умом. Он слышал: „Девы прохладных облаков долговечны, прекрасны обличьем и пребывают в великом счастье“. И у него возникает мысль: „О, если бы мне с распадом тела, после смерти, возродиться в сообществе дев прохладных облаков!“ Он дарует пищу... [и так далее]... дарует светильники. И он с распадом тела, после смерти, возрождается в сообществе дев прохладных облаков. В этом, монах, причина, в этом условие, по которому некий человек здесь, с распадом тела, после смерти, возрождается в сообществе дев прохладных облаков». Двенадцатая. 13-52. Uṇhavalāhakadānūpakārasuttacālīsakaṃ 13-52. Сорок сутт о поддержке даянием для [возрождения среди] дев тёплых облаков [и других] 562-601. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinno kho so bhikkhu bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘ko nu kho, bhante, hetu, ko paccayo, yena midhekacco kāyassa bhedā paraṃ maraṇā uṇhavalāhakānaṃ devānaṃ…pe… abbhavalāhakānaṃ devānaṃ…pe… vātavalāhakānaṃ devānaṃ…pe… vassavalāhakānaṃ devānaṃ sahabyataṃ upapajjatī’’ti? ‘‘Idha, bhikkhu, ekacco kāyena sucaritaṃ carati, vācāya sucaritaṃ carati, manasā sucaritaṃ carati. Tassa sutaṃ hoti – ‘vassavalāhakā devā dīghāyukā vaṇṇavanto sukhabahulā’ti. Tassa evaṃ hoti – ‘aho vatāhaṃ kāyassa bhedā paraṃ maraṇā vassavalāhakānaṃ devānaṃ sahabyataṃ upapajjeyya’nti. So annaṃ deti…pe… padīpeyyaṃ deti. So kāyassa bhedā paraṃ maraṇā vassavalāhakānaṃ devānaṃ sahabyataṃ upapajjati. Ayaṃ kho, bhikkhu, hetu, ayaṃ paccayo, yena midhekacco kāyassa bhedā paraṃ maraṇā vassavalāhakānaṃ devānaṃ sahabyataṃ upapajjatī’’ti. Dvepaññāsamaṃ. 562-601. В Саваттхи. Сидя в стороне, тот монах обратился к Благословенному с такими словами: «В чём, досточтимый, причина, в чём условие, по которому некий человек здесь, с распадом тела, после смерти, возрождается в сообществе дев тёплых облаков... [и так далее]... дев грозовых облаков... дев ветряных облаков... дев дождевых облаков?» «Здесь, монах, некий человек совершает благое действие телом, благое действие речью, благое действие умом. Он слышал: „Девы дождевых облаков долговечны, прекрасны обличьем и пребывают в великом счастье“. И у него возникает мысль: „О, если бы мне с распадом тела, после смерти, возродиться в сообществе дев дождевых облаков!“ Он дарует пищу... [и так далее]... дарует светильники. И он с распадом тела, после смерти, возрождается в сообществе дев дождевых облаков. В этом, монах, причина, в этом условие, по которому некий человек здесь, с распадом тела, после смерти, возрождается в сообществе дев дождевых облаков». Пятьдесят вторая. 53. Sītavalāhakasuttaṃ 53. Ситавалахака сутта 602. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinno kho so bhikkhu bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘ko nu kho, bhante, hetu, ko paccayo, yenekadā sītaṃ hotī’’ti? ‘‘Santi, bhikkhu, sītavalāhakā nāma devā. Tesaṃ yadā evaṃ hoti – ‘yaṃnūna mayaṃ sakāya ratiyā vaseyyāmā’ti, tesaṃ taṃ cetopaṇidhimanvāya sītaṃ hoti. Ayaṃ kho, bhikkhu, hetu, ayaṃ paccayo, yenekadā sītaṃ hotī’’ti. Tepaññāsamaṃ. 602. В Саваттхи. Сидя в стороне, тот монах обратился к Благословенному с такими словами: «В чём, досточтимый, причина, в чём условие, по которому иногда становится прохладно?» «Есть, монах, девы, называемые девами прохладных облаков. Когда у них возникает мысль: „Что если нам предаться собственным удовольствиям?“, то в соответствии с устремлением их ума становится прохладно. В этом, монах, причина, в этом условие, по которому иногда становится прохладно». Пятьдесят третья. 54. Uṇhavalāhakasuttaṃ 54. Унхавалахака сутта 603. Sāvatthinidānaṃ[Pg.216]. Ekamantaṃ nisinno kho so bhikkhu bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘ko nu kho, bhante, hetu, ko paccayo, yenekadā uṇhaṃ hotī’’ti? ‘‘Santi, bhikkhu, uṇhavalāhakā nāma devā. Tesaṃ yadā evaṃ hoti – ‘yaṃnūna mayaṃ sakāya ratiyā vaseyyāmā’ti, tesaṃ taṃ cetopaṇidhimanvāya uṇhaṃ hoti. Ayaṃ kho, bhikkhu, hetu, ayaṃ paccayo, yenekadā uṇhaṃ hotī’’ti. Catupaññāsamaṃ. 603. В Саваттхи. Сидя в стороне, тот монах обратился к Благословенному с такими словами: «В чём, досточтимый, причина, в чём условие, по которому иногда становится жарко?» «Есть, монах, девы, называемые девами тёплых облаков. Когда у них возникает мысль: „Что если нам предаться собственным удовольствиям?“, то в соответствии с устремлением их ума становится жарко. В этом, монах, причина, в этом условие, по которому иногда становится жарко». Пятьдесят четвёртая. 55. Abbhavalāhakasuttaṃ 55. Аббхавалахака сутта 604. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinno kho so bhikkhu bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘ko nu kho, bhante, hetu, ko paccayo, yenekadā abbhaṃ hotī’’ti? ‘‘Santi, bhikkhu, abbhavalāhakā nāma devā. Tesaṃ yadā evaṃ hoti – ‘yaṃnūna mayaṃ sakāya ratiyā vaseyyāmā’ti, tesaṃ taṃ cetopaṇidhimanvāya abbhaṃ hoti. Ayaṃ kho, bhikkhu, hetu, ayaṃ paccayo, yenekadā abbhaṃ hotī’’ti. Pañcapaññāsamaṃ. 604. В Саваттхи. Сидя в стороне, тот монах обратился к Благословенному с такими словами: «В чём, досточтимый, причина, в чём условие, по которому иногда небо затягивается тучами?» «Есть, монах, девы, называемые девами грозовых облаков. Когда у них возникает мысль: „Что если нам предаться собственным удовольствиям?“, то в соответствии с устремлением их ума небо затягивается тучами. В этом, монах, причина, в этом условие, по которому иногда небо затягивается тучами». Пятьдесят пятая. 56. Vātavalāhakasuttaṃ 56. Ватавалахака сутта 605. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinno kho so bhikkhu bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘ko nu kho, bhante, hetu, ko paccayo, yenekadā vāto hotī’’ti? ‘‘Santi, bhikkhu, vātavalāhakā nāma devā. Tesaṃ yadā evaṃ hoti – ‘yaṃnūna mayaṃ sakāya ratiyā vaseyyāmā’ti, tesaṃ taṃ cetopaṇidhimanvāya vāto hoti. Ayaṃ kho, bhikkhu, hetu, ayaṃ paccayo, yenekadā vāto hotī’’ti. Chappaññāsamaṃ. 605. В Саваттхи. Сидя в стороне, тот монах обратился к Благословенному с такими словами: «В чём, досточтимый, причина, в чём условие, по которому иногда поднимается ветер?» «Есть, монах, девы, называемые девами ветряных облаков. Когда у них возникает мысль: „Что если нам предаться собственным удовольствиям?“, то в соответствии с устремлением их ума поднимается ветер. В этом, монах, причина, в этом условие, по которому иногда поднимается ветер». Пятьдесят шестая. 57. Vassavalāhakasuttaṃ 57. Вассавалахака сутта 606. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinno kho so bhikkhu bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘ko nu kho, bhante, hetu, ko paccayo, yenekadā devo vassatī’’ti? ‘‘Santi, bhikkhu, vassavalāhakā nāma devā. Tesaṃ yadā [Pg.217] evaṃ hoti – ‘yaṃnūna mayaṃ sakāya ratiyā vaseyyāmā’ti, tesaṃ taṃ cetopaṇidhimanvāya devo vassati. Ayaṃ kho, bhikkhu, hetu, ayaṃ paccayo, yenekadā devo vassatī’’ti. Sattapaññāsamaṃ. 606. В Саваттхи. Сидя в стороне, тот монах обратился к Благословенному с такими словами: «В чём, досточтимый, причина, в чём условие, по которому иногда идёт дождь?» «Есть, монах, девы, называемые девами дождевых облаков. Когда у них возникает мысль: „Что если нам предаться собственным удовольствиям?“, то в соответствии с устремлением их ума идёт дождь. В этом, монах, причина, в этом условие, по которому иногда идёт дождь». Пятьдесят седьмая. Sattapaññāsasuttantaṃ niṭṭhitaṃ. Пятьдесят семь сутт завершены. Valāhakasaṃyuttaṃ samattaṃ. Валахакасаньютта завершена. Tassuddānaṃ – Оглавление этой [саньютты]: Suddhikaṃ sucaritañca dānūpakārapaññāsaṃ; Sītaṃ uṇhañca abbhañca vātavassavalāhakāti. Чистая [версия], благое поведение, пятьдесят [сутт] о поддержке даянием; прохладные, тёплые, грозовые, ветряные и дождевые облака. 12. Vacchagottasaṃyuttaṃ 12. Ваччхаготтасаньютта 1. Rūpaaññāṇasuttaṃ 1. Рупаанньяна сутта 607. Ekaṃ [Pg.218] samayaṃ bhagavā sāvatthiyaṃ viharati jetavane anāthapiṇḍikassa ārāme. Atha kho vacchagotto paribbājako yena bhagavā tenupasaṅkami; upasaṅkamitvā bhagavatā saddhiṃ sammodi. Sammodanīyaṃ kathaṃ sāraṇīyaṃ vītisāretvā ekamantaṃ nisīdi. Ekamantaṃ nisinno kho vacchagotto paribbājako bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘ko nu kho, bho gotama, hetu, ko paccayo, yānimāni anekavihitāni diṭṭhigatāni loke uppajjanti – sassato lokoti vā, asassato lokoti vā, antavā lokoti vā, anantavā lokoti vā, taṃ jīvaṃ taṃ sarīranti vā, aññaṃ jīvaṃ aññaṃ sarīranti vā, hoti tathāgato paraṃ maraṇāti vā, na hoti tathāgato paraṃ maraṇāti vā, hoti ca na ca hoti tathāgato paraṃ maraṇāti vā, neva hoti na na hoti tathāgato paraṃ maraṇāti vā’’ti? ‘‘Rūpe kho, vaccha, aññāṇā, rūpasamudaye aññāṇā, rūpanirodhe aññāṇā, rūpanirodhagāminiyā paṭipadāya aññāṇā; evamimāni anekavihitāni diṭṭhigatāni loke uppajjanti – sassato lokoti vā…pe… neva hoti na na hoti tathāgato paraṃ maraṇāti vāti. Ayaṃ kho, vaccha, hetu, ayaṃ paccayo, yānimāni anekavihitāni diṭṭhigatāni loke uppajjanti – sassato lokoti vā, asassato lokoti vā…pe… neva hoti na na hoti tathāgato paraṃ maraṇāti vā’’ti. Paṭhamaṃ. 607. Однажды Благословенный пребывал в Саваттхи, в роще Джета, в обители Анатхапиндики. Тогда странник Ваччхаготта подошёл к Благословенному и обменялся с ним приветствиями. Когда они завершили дружескую и вежливую беседу, он сел в стороне. Сидя в стороне, странник Ваччхаготта обратился к Благословенному с такими словами: «В чём, почтенный Готама, причина, в чём условие, по которому в мире возникают эти многочисленные разнообразные воззрения: „Мир вечен“ или „Мир невечен“; „Мир конечен“ или „Мир бесконечен“; „Душа и тело — одно и то же“ или „Душа — это одно, а тело — другое“; „Татхагата существует после смерти“, „Татхагата не существует после смерти“, „Татхагата и существует, и не существует после смерти“, „Татхагата ни существует, ни не существует после смерти“?» «Именно из-за незнания формы, Ваччха, из-за незнания происхождения формы, из-за незнания прекращения формы, из-за незнания пути, ведущего к прекращению формы, в мире возникают эти многочисленные разнообразные воззрения: „Мир вечен“... [и так далее]... „Татхагата ни существует, ни не существует после смерти“. В этом, Ваччха, причина, в этом условие, по которому в мире возникают эти многочисленные разнообразные воззрения: „Мир вечен“, „Мир невечен“... [и так далее]... „Татхагата ни существует, ни не существует после смерти“». Первая. 2. Vedanāaññāṇasuttaṃ 2. Веданаанньяна сутта 608. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinno kho vacchagotto paribbājako bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘ko nu kho, bho gotama, hetu, ko paccayo, yānimāni anekavihitāni diṭṭhigatāni loke uppajjanti – sassato lokoti vā, asassato lokoti vā…pe… neva hoti na na hoti tathāgato paraṃ maraṇāti vā’’ti? ‘‘Vedanāya kho, vaccha, aññāṇā, vedanāsamudaye aññāṇā, vedanānirodhe aññāṇā, vedanānirodhagāminiyā [Pg.219] paṭipadāya aññāṇā; evamimāni anekavihitāni diṭṭhigatāni loke uppajjanti – sassato lokoti vā, asassato lokoti vā…pe… neva hoti na na hoti tathāgato paraṃ maraṇāti vāti. Ayaṃ kho, vaccha, hetu, ayaṃ paccayo, yānimāni anekavihitāni diṭṭhigatāni loke uppajjanti – sassato lokoti vā, asassato lokoti vā…pe… neva hoti na na hoti tathāgato paraṃ maraṇāti vā’’ti. Dutiyaṃ. 608. В Саваттхи. Сидя в стороне, странник Ваччхаготта обратился к Благословенному с такими словами: «В чём, почтенный Готама, причина, в чём условие, по которому в мире возникают эти многочисленные разнообразные воззрения: „Мир вечен“ или „Мир невечен“... [и так далее]... „Татхагата ни существует, ни не существует после смерти“?» «Именно из-за незнания чувства, Ваччха, из-за незнания происхождения чувства, из-за незнания прекращения чувства, из-за незнания пути, ведущего к прекращению чувства, в мире возникают эти многочисленные разнообразные воззрения: „Мир вечен“, „Мир невечен“... [и так далее]... „Татхагата ни существует, ни не существует после смерти“. В этом, Ваччха, причина, в этом условие, по которому в мире возникают эти многочисленные разнообразные воззрения: „Мир вечен“, „Мир невечен“... [и так далее]... „Татхагата ни существует, ни не существует после смерти“». Вторая. 3. Saññāaññāṇasuttaṃ 3. Санньяанньяна сутта 609. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinno kho vacchagotto paribbājako bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘ko nu kho, bho gotama, hetu, ko paccayo, yānimāni anekavihitāni diṭṭhigatāni loke uppajjanti – sassato lokoti vā, asassato lokoti vā…pe… neva hoti na na hoti tathāgato paraṃ maraṇāti vā’’ti? ‘‘Saññāya kho, vaccha, aññāṇā, saññāsamudaye aññāṇā, saññānirodhe aññāṇā, saññānirodhagāminiyā paṭipadāya aññāṇā; evamimāni anekavihitāni diṭṭhigatāni loke uppajjanti – sassato lokoti vā, asassato lokoti vā…pe… neva hoti na na hoti tathāgato paraṃ maraṇāti vāti. Ayaṃ kho, vaccha, hetu, ayaṃ paccayo, yānimāni anekavihitāni diṭṭhigatāni loke uppajjanti – sassato lokoti vā, asassato lokoti vā…pe… neva hoti na na hoti tathāgato paraṃ maraṇāti vā’’ti. Tatiyaṃ. 609. В Саваттхи. Сидя в стороне, странник Ваччхаготта обратился к Благословенному с такими словами: «В чём, почтенный Готама, причина, в чём условие, по которому в мире возникают эти многочисленные разнообразные воззрения: „Мир вечен“ или „Мир невечен“... [и так далее]... „Татхагата ни существует, ни не существует после смерти“?» «Именно из-за незнания восприятия, Ваччха, из-за незнания происхождения восприятия, из-за незнания прекращения восприятия, из-за незнания пути, ведущего к прекращению восприятия, в мире возникают эти многочисленные разнообразные воззрения: „Мир вечен“, „Мир невечен“... [и так далее]... „Татхагата ни существует, ни не существует после смерти“. В этом, Ваччха, причина, в этом условие, по которому в мире возникают эти многочисленные разнообразные воззрения: „Мир вечен“, „Мир невечен“... [и так далее]... „Татхагата ни существует, ни не существует после смерти“». Третья. 4. Saṅkhāraaññāṇasuttaṃ 4. Санкхараанньяна сутта 610. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinno kho vacchagotto paribbājako bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘ko nu kho, bho gotama, hetu, ko paccayo, yānimāni anekavihitāni diṭṭhigatāni loke uppajjanti – sassato lokoti vā, asassato lokoti vā…pe… neva hoti na na hoti tathāgato paraṃ maraṇāti vā’’ti? ‘‘Saṅkhāresu kho, vaccha, aññāṇā, saṅkhārasamudaye aññāṇā, saṅkhāranirodhe aññāṇā, saṅkhāranirodhagāminiyā paṭipadāya aññāṇā; evamimāni anekavihitāni diṭṭhigatāni loke uppajjanti – sassato lokoti vā, asassato lokoti vā…pe… neva hoti na na hoti tathāgato paraṃ maraṇāti vāti. Ayaṃ kho, vaccha, hetu, ayaṃ paccayo, yānimāni anekavihitāni diṭṭhigatāni loke [Pg.220] uppajjanti – sassato lokoti vā, asassato lokoti vā…pe… neva hoti na na hoti tathāgato paraṃ maraṇāti vā’’ti. Catutthaṃ. 610. В Саваттхи. Сидя в стороне, странник Ваччхаготта обратился к Благословенному с такими словами: «В чём причина, почтенный Готама, в чём условие того, что в мире возникают эти многочисленные разнообразные воззрения: „Мир вечен“ или „Мир невечен“… и т. д. … „После смерти Татхагата ни существует, ни не существует“?» «В неведении относительно волевых формирований, Ваччха, в неведении относительно происхождения волевых формирований, в неведении относительно прекращения волевых формирований, в неведении относительно пути, ведущего к прекращению волевых формирований — именно в этом причина того, что в мире возникают эти многочисленные разнообразные воззрения: „Мир вечен“ или „Мир невечен“… и т. д. … „После смерти Татхагата ни существует, ни не существует“. В этом, Ваччха, причина, в этом условие того, что в мире возникают эти многочисленные разнообразные воззрения: „Мир вечен“ или „Мир невечен“… и т. д. … „После смерти Татхагата ни существует, ни не существует“». Четвёртая. 5. Viññāṇaaññāṇasuttaṃ 5. Винняна-аньяна сутта (Сутта о неведении относительно сознания) 611. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinno kho vacchagotto paribbājako bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘ko nu kho, bho gotama, hetu, ko paccayo, yānimāni anekavihitāni diṭṭhigatāni loke uppajjanti – sassato lokoti vā, asassato lokoti vā …pe… neva hoti na na hoti tathāgato paraṃ maraṇāti vā’’ti? ‘‘Viññāṇe kho, vaccha, aññāṇā, viññāṇasamudaye aññāṇā, viññāṇanirodhe aññāṇā, viññāṇanirodhagāminiyā paṭipadāya aññāṇā; evamimāni anekavihitāni diṭṭhigatāni loke uppajjanti – sassato lokoti vā, asassato lokoti vā…pe… neva hoti na na hoti tathāgato paraṃ maraṇāti vāti. Ayaṃ kho, vaccha, hetu, ayaṃ paccayo, yānimāni anekavihitāni diṭṭhigatāni loke uppajjanti – sassato lokoti vā, asassato lokoti vā…pe… neva hoti na na hoti tathāgato paraṃ maraṇāti vā’’ti. Pañcamaṃ. 611. В Саваттхи. Сидя в стороне, странник Ваччхаготта обратился к Благословенному с такими словами: «В чём причина, почтенный Готама, в чём условие того, что в мире возникают эти многочисленные разнообразные воззрения: „Мир вечен“ или „Мир невечен“… и т. д. … „После смерти Татхагата ни существует, ни не существует“?» «В неведении относительно сознания, Ваччха, в неведении относительно происхождения сознания, в неведении относительно прекращения сознания, в неведении относительно пути, ведущего к прекращению сознания — именно в этом причина того, что в мире возникают эти многочисленные разнообразные воззрения: „Мир вечен“ или „Мир невечен“… и т. д. … „После смерти Татхагата ни существует, ни не существует“. В этом, Ваччха, причина, в этом условие того, что в мире возникают эти многочисленные разнообразные воззрения: „Мир вечен“ или „Мир невечен“… и т. д. … „После смерти Татхагата ни существует, ни не существует“». Пятая. 6-10. Rūpaadassanādisuttapañcakaṃ 6-10. Рупа-адассанади сутта панчака (Пять сутт, начиная с сутты о невидении формы) 612-616. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinno kho vacchagotto paribbājako bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘ko nu kho, bho gotama, hetu, ko paccayo, yānimāni anekavihitāni diṭṭhigatāni loke uppajjanti – sassato lokoti vā, asassato lokoti vā…pe… neva hoti na na hoti tathāgato paraṃ maraṇāti vā’’ti? Rūpe kho, vaccha, adassanā…pe… rūpanirodhagāminiyā paṭipadāya adassanā…pe… vedanāya … saññāya … saṅkhāresu kho, vaccha, adassanā…pe… viññāṇe kho, vaccha, adassanā…pe… viññāṇanirodhagāminiyā paṭipadāya adassanā…pe…. Dasamaṃ. 612-616. В Саваттхи. Сидя в стороне, странник Ваччхаготта обратился к Благословенному с такими словами: «В чём причина, почтенный Готама, в чём условие того, что в мире возникают эти многочисленные разнообразные воззрения: „Мир вечен“ или „Мир невечен“… и т. д. … „После смерти Татхагата ни существует, ни не существует“?» «В невидении формы, Ваччха… и т. д. … в невидении пути, ведущего к прекращению формы… и т. д. … в невидении чувства… восприятия… волевых формирований, Ваччха… и т. д. … в невидении сознания, Ваччха… и т. д. … в невидении пути, ведущего к прекращению сознания… и т. д.». Десятая. 11-15. Rūpaanabhisamayādisuttapañcakaṃ 11-15. Рупа-анабхисамаяди сутта панчака (Пять сутт, начиная с сутты о непостижении формы) 617-621. Sāvatthinidānaṃ[Pg.221]. Rūpe kho, vaccha, anabhisamayā…pe… rūpanirodhagāminiyā paṭipadāya anabhisamayā…pe…. 617-621. В Саваттхи. «В непостижении формы, Ваччха… и т. д. … в непостижении пути, ведущего к прекращению формы… и т. д.». Sāvatthinidānaṃ. Vedanāya kho, vaccha, anabhisamayā…pe…. В Саваттхи. «В непостижении чувства, Ваччха… и т. д.». Sāvatthinidānaṃ. Saññāya kho, vaccha, anabhisamayā…pe…. В Саваттхи. «В непостижении восприятия, Ваччха… и т. д.». Sāvatthinidānaṃ. Saṅkhāresu kho, vaccha, anabhisamayā…pe…. В Саваттхи. «В непостижении волевых формирований, Ваччха… и т. д.». Sāvatthinidānaṃ. Viññāṇe kho, vaccha, anabhisamayā…pe…. Pannarasamaṃ. В Саваттхи. «В непостижении сознания, Ваччха… и т. д.». Пятнадцатая. 16-20. Rūpaananubodhādisuttapañcakaṃ 16-20. Рупа-ананубодхади сутта панчака (Пять сутт, начиная с сутты о неосознании формы) 622-626. Sāvatthinidānaṃ. Ekamantaṃ nisinno kho vacchagotto paribbājako bhagavantaṃ etadavoca – ko nu kho, bho gotama, hetu, ko paccayo…pe… rūpe kho, vaccha, ananubodhā…pe… rūpanirodhagāminiyā paṭipadāya ananubodhā…pe…. 622-626. В Саваттхи. Сидя в стороне, странник Ваччхаготта обратился к Благословенному с такими словами: «В чём причина, почтенный Готама, в чём условие… и т. д. …» «В неосознании формы, Ваччха… и т. д. … в неосознании пути, ведущего к прекращению формы… и т. д.». Sāvatthinidānaṃ. Vedanāya kho, vaccha…pe…. В Саваттхи. «В неосознании чувства, Ваччха… и т. д.». Sāvatthinidānaṃ. Saññāya kho, vaccha…pe…. В Саваттхи. «В неосознании восприятия, Ваччха… и т. д.». Sāvatthinidānaṃ. Saṅkhāresu kho, vaccha…pe…. В Саваттхи. «В неосознании волевых формирований, Ваччха… и т. д.». Sāvatthinidānaṃ. Viññāṇe kho, vaccha ananubodhā…pe… viññāṇanirodhagāminiyā paṭipadāya ananubodhā. Vīsatimaṃ. В Саваттхи. «В неосознании сознания, Ваччха… и т. д. … в неосознании пути, ведущего к прекращению сознания». Двадцатая. 21-25. Rūpaappaṭivedhādisuttapañcakaṃ 21-25. Рупа-аппативедхади сутта панчака (Пять сутт, начиная с сутты о непроникновении в форму) 627-631. Sāvatthinidānaṃ. Ko nu kho, bho gotama, hetu, ko paccayo…pe…. Rūpe kho, vaccha, appaṭivedhā…pe… viññāṇe kho, vaccha, appaṭivedhā…pe…. Pañcavīsatimaṃ. 627-631. В Саваттхи. «В чём причина, почтенный Готама, в чём условие… и т. д. …» «В непроникновении в форму, Ваччха… и т. д. … в непроникновении в сознание, Ваччха… и т. д.». Двадцать пятая. 26-30. Rūpaasallakkhaṇādisuttapañcakaṃ 26-30. Рупа-асаллаккханади сутта панчака (Пять сутт, начиная с сутты о неразличении формы) 632-636. Sāvatthinidānaṃ. Rūpe kho, vaccha, asallakkhaṇā…pe… viññāṇe kho, vaccha, asallakkhaṇā…pe…. Tiṃsatimaṃ. 632-636. В Саваттхи. «В неразличении формы, Ваччха… и т. д. … в неразличении сознания, Ваччха… и т. д.». Тридцатая. 31-35. Rūpaanupalakkhaṇādisuttapañcakaṃ 31-35. Рупа-анупалаккханади сутта панчака (Пять сутт, начиная с сутты о нераспознавании формы) 637-641. Sāvatthinidānaṃ[Pg.222]. Rūpe kho, vaccha, anupalakkhaṇā…pe… viññāṇe kho, vaccha, anupalakkhaṇā…pe…. Pañcatiṃsatimaṃ. 637-641. В Саваттхи. «В нераспознавании формы, Ваччха… и т. д. … в нераспознавании сознания, Ваччха… и т. д.». Тридцать пятая. 36-40. Rūpaappaccupalakkhaṇādisuttapañcakaṃ 36-40. Рупа-аппаччупалаккханади сутта панчака (Пять сутт, начиная с сутты о неотчётливом распознавании формы) 642-646. Sāvatthinidānaṃ. Rūpe kho, vaccha, appaccupalakkhaṇā…pe… viññāṇe kho, vaccha, appaccupalakkhaṇā…pe…. Cattālīsamaṃ. 642-646. В Саваттхи. «В неотчётливом распознавании формы, Ваччха… и т. д. … в неотчётливом распознавании сознания, Ваччха… и т. д.». Сороковая. 41-45. Rūpaasamapekkhaṇādisuttapañcakaṃ 41-45. Рупа-асамапеккханади сутта панчака (Пять сутт, начиная с сутты о нерассмотрении формы) 647-651. Sāvatthinidānaṃ. Rūpe kho, vaccha, asamapekkhaṇā…pe… viññāṇe kho, vaccha, asamapekkhaṇā…pe…. Pañcacattālīsamaṃ. 647-651. В Саваттхи. «В нерассмотрении формы, Ваччха… и т. д. … в нерассмотрении сознания, Ваччха… и т. д.». Сорок пятая. 46-50. Rūpaappaccupekkhaṇādisuttapañcakaṃ 46-50. Рупа-аппаччупеккханади сутта панчака (Пять сутт, начиная с сутты о невнимательном рассмотрении формы) 652-656. Sāvatthinidānaṃ. Rūpe kho, vaccha, appaccupekkhaṇā…pe… viññāṇe kho, vaccha, appaccupekkhaṇā…pe…. Paññāsamaṃ. 652-656. В Саваттхи. «В невнимательном рассмотрении формы, Ваччха… и т. д. … в невнимательном рассмотрении сознания, Ваччха… и т. д.». Пятидесятая. 51-54. Rūpaappaccakkhakammādisuttacatukkaṃ 51-54. Рупа-аппаччаккхакаммади сутта чатукка (Четыре сутты, начиная с сутты об отсутствии непосредственного познания формы) 657-660. Sāvatthinidānaṃ. Atha kho vacchagotto paribbājako yena bhagavā tenupasaṅkami; upasaṅkamitvā bhagavatā saddhiṃ sammodi. Sammodanīyaṃ kathaṃ sāraṇīyaṃ vītisāretvā ekamantaṃ nisīdi. Ekamantaṃ nisinno kho vacchagotto paribbājako bhagavantaṃ etadavoca – ‘‘ko nu kho, bho gotama, hetu, ko paccayo, yānimāni anekavihitāni diṭṭhigatāni loke uppajjanti – sassato lokoti vā…pe… neva hoti na na hoti tathāgato paraṃ maraṇāti vā’’ti? Rūpe kho, vaccha, appaccakkhakammā, rūpasamudaye appaccakkhakammā, rūpanirodhe appaccakkhakammā, rūpanirodhagāminiyā paṭipadāya appaccakkhakammā…pe…. 657-660. В Саваттхи. Тогда странник Ваччхаготта подошёл к Благословенному и поприветствовал его. Обменявшись с Благословенным вежливыми и дружескими приветствиями, он сел в стороне. Сидя в стороне, странник Ваччхаготта обратился к Благословенному с такими словами: «В чём причина, почтенный Готама, в чём условие того, что в мире возникают эти многочисленные разнообразные воззрения: „Мир вечен“… и т. д. … „После смерти Татхагата ни существует, ни не существует“?» «В отсутствии непосредственного познания формы, Ваччха, в отсутствии непосредственного познания происхождения формы, в отсутствии непосредственного познания прекращения формы, в отсутствии непосредственного познания пути, ведущего к прекращению формы… и т. д.». Sāvatthinidānaṃ. Vedanāya kho, vaccha, appaccakkhakammā…pe… vedanānirodhagāminiyā paṭipadāya appaccakkhakammā…pe…. В Саваттхи. «В отсутствии непосредственного познания чувства, Ваччха… и т. д. … в отсутствии непосредственного познания пути, ведущего к прекращению чувства… и т. д.». Sāvatthinidānaṃ. Saññāya kho, vaccha, appaccakkhakammā…pe… saññānirodhagāminiyā paṭipadāya appaccakkhakammā…pe…. В Саваттхи. «В отсутствии непосредственного познания возрастания восприятия, Ваччха… и т. д. … в отсутствии непосредственного познания пути, ведущего к прекращению восприятия… и т. д.». Sāvatthinidānaṃ[Pg.223]. Saṅkhāresu kho, vaccha, appaccakkhakammā…pe… saṅkhāranirodhagāminiyā paṭipadāya appaccakkhakammā…pe…. Catupaññāsamaṃ. В Саваттхи. «В отсутствии непосредственного познания волевых формирований, Ваччха… и т. д. … в отсутствии непосредственного познания пути, ведущего к прекращению волевых формирований… и т. д.». Пятьдесят четвёртая. 55. Viññāṇaappaccakkhakammasuttaṃ 55. Винняна-аппаччаккхакамма сутта (Сутта об отсутствии непосредственного познания сознания) 661. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Viññāṇe kho, vaccha, appaccakkhakammā, viññāṇasamudaye appaccakkhakammā, viññāṇanirodhe appaccakkhakammā, viññāṇanirodhagāminiyā paṭipadāya appaccakkhakammā; evamimāni anekavihitāni diṭṭhigatāni loke uppajjanti – sassato lokoti vā, asassato lokoti vā…pe… neva hoti na na hoti tathāgato paraṃ maraṇāti vāti. Ayaṃ kho, vaccha, hetu, ayaṃ paccayo, yānimāni anekavihitāni diṭṭhigatāni loke uppajjanti – sassato lokoti vā, asassato lokoti vā, antavā lokoti vā, anantavā lokoti vā, taṃ jīvaṃ taṃ sarīranti vā, aññaṃ jīvaṃ aññaṃ sarīranti vā, hoti tathāgato paraṃ maraṇāti vā, na hoti tathāgato paraṃ maraṇāti vā, hoti ca na ca hoti tathāgato paraṃ maraṇāti vā, neva hoti na na hoti tathāgato paraṃ maraṇāti vā’’ti. Pañcapaññāsamaṃ. 661. В Саваттхи. «В отсутствии непосредственного познания сознания, Ваччха, в отсутствии непосредственного познания происхождения сознания, в отсутствии непосредственного познания прекращения сознания, в отсутствии непосредственного познания пути, ведущего к прекращению сознания — именно в этом причина того, что в мире возникают эти многочисленные разнообразные воззрения: „Мир вечен“ или „Мир невечен“… и т. д. … „После смерти Татхагата ни существует, ни не существует“. В этом, Ваччха, причина, в этом условие того, что в мире возникают эти многочисленные разнообразные воззрения: „Мир вечен“ или „Мир невечен“, или „Мир конечен“, или „Мир бесконечен“, или „Душа и тело — это одно и то же“, или „Душа — это одно, а тело — другое“, или „После смерти Татхагата существует“, или „После смерти Татхагата не существует“, или „После смерти Татхагата и существует, и не существует“, или „После смерти Татхагата ни существует, ни не существует“». Пятьдесят пятая. Vacchagottasaṃyuttaṃ samattaṃ. Связанные наставления с Ваччхаготтой завершены. Tassuddānaṃ – Оглавление: Aññāṇā adassanā ceva, anabhisamayā ananubodhā; Appaṭivedhā asallakkhaṇā, anupalakkhaṇena appaccupalakkhaṇā; Asamapekkhaṇā appaccupekkhaṇā, appaccakkhakammanti. Неведение, невидение, непостижение, неосознание, непроникновение, неразличение, нераспознавание, неотчётливое распознавание, нерассмотрение, невнимательное рассмотрение, отсутствие непосредственного познания. 13. Jhānasaṃyuttaṃ 13. Джханасаньютта (Связанные наставления о медитации) 1. Samādhimūlakasamāpattisuttaṃ 1. Самадхимулака-самапатти сутта (Сутта о вхождении в медитацию на основе сосредоточения) 662. Sāvatthinidānaṃ[Pg.224]. ‘‘Cattārome, bhikkhave, jhāyī. Katame cattāro? Idha, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ samādhikusalo hoti, na samādhismiṃ samāpattikusalo. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ samāpattikusalo hoti, na samādhismiṃ samādhikusalo. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī neva samādhismiṃ samādhikusalo hoti, na ca samādhismiṃ samāpattikusalo. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ samādhikusalo ca hoti, samādhismiṃ samāpattikusalo ca. Tatra, bhikkhave, yvāyaṃ jhāyī samādhismiṃ samādhikusalo ca hoti samādhismiṃ samāpattikusalo ca ayaṃ imesaṃ catunnaṃ jhāyīnaṃ aggo ca seṭṭho ca mokkho ca uttamo ca pavaro ca. Seyyathāpi, bhikkhave, gavā khīraṃ, khīramhā dadhi, dadhimhā navanītaṃ, navanītamhā sappi, sappimhā sappimaṇḍo tatra aggamakkhāyati; evameva kho, bhikkhave, yvāyaṃ jhāyī samādhismiṃ samādhikusalo ca hoti samādhismiṃ samāpattikusalo ca ayaṃ imesaṃ catunnaṃ jhāyīnaṃ aggo ca seṭṭho ca mokkho ca uttamo ca pavaro cā’’ti. Paṭhamaṃ. 662. В Саваттхи. «Монахи, есть четыре типа практикующих джхану. Какие четыре? Здесь, монахи, один практикующий джхану искусен в сосредоточении касательно сосредоточения, но не искусен во вхождении в сосредоточение. Другой же практикующий джхану искусен во вхождении в сосредоточение касательно сосредоточения, но не искусен в сосредоточении касательно сосредоточения. Ещё один практикующий джхану не искусен ни в сосредоточении касательно сосредоточения, ни во вхождении в сосредоточение касательно сосредоточения. И ещё один практикующий джхану искусен как в сосредоточении касательно сосредоточения, так и во вхождении в сосредоточение касательно сосредоточения. Из этих четырёх практикующих джхану тот, кто искусен как в сосредоточении касательно сосредоточения, так и во вхождении в сосредоточение касательно сосредоточения, является главой, лучшим, первейшим, наивысшим и превосходнейшим. Подобно тому, монахи, как от коровы получают молоко, из молока — простоквашу, из простокваши — свежее масло, из свежего масла — топлёное масло, а из топлёного масла — пенку топлёного масла, которая считается лучшей из всего этого, точно так же, монахи, тот практикующий джхану, который искусен как в сосредоточении касательно сосредоточения, так и во вхождении в сосредоточение касательно сосредоточения, является главой, лучшим, первейшим, наивысшим и превосходнейшим среди этих четырёх». Первая. 2. Samādhimūlakaṭhitisuttaṃ 2. Самадхимулака-тхити сутта (Сутта о пребывании в медитацию на основе сосредоточения) 663. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Cattārome, bhikkhave, jhāyī. Katame cattāro? Idha, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ samādhikusalo hoti, na samādhismiṃ ṭhitikusalo. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ ṭhitikusalo hoti, na samādhismiṃ samādhikusalo. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī neva samādhismiṃ samādhikusalo hoti, na ca samādhismiṃ ṭhitikusalo. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ samādhikusalo ca hoti, samādhismiṃ ṭhitikusalo ca. Tatra, bhikkhave, yvāyaṃ jhāyī samādhismiṃ samādhikusalo ca hoti samādhismiṃ ṭhitikusalo ca ayaṃ imesaṃ catunnaṃ jhāyīnaṃ aggo ca seṭṭho ca mokkho ca uttamo ca pavaro ca. Seyyathāpi, bhikkhave, gavā khīraṃ, khīramhā dadhi, dadhimhā navanītaṃ, navanītamhā [Pg.225] sappi, sappimhā sappimaṇḍo tatra aggamakkhāyati; evameva kho, bhikkhave, yvāyaṃ jhāyī samādhismiṃ samādhikusalo ca hoti samādhismiṃ ṭhitikusalo ca ayaṃ imesaṃ catunnaṃ jhāyīnaṃ aggo ca seṭṭho ca mokkho ca uttamo ca pavaro cā’’ti. Dutiyaṃ. 663. В Саваттхи. «Монахи, есть четыре типа практикующих джхану. Какие четыре? Здесь, монахи, один практикующий джхану искусен в сосредоточении касательно сосредоточения, но не искусен в пребывании в сосредоточении. Другой же практикующий джхану искусен в пребывании в сосредоточении касательно сосредоточения, но не искусен в сосредоточении касательно сосредоточения. Ещё один практикующий джхану не искусен ни в сосредоточении касательно сосредоточения, ни в пребывании в сосредоточении касательно сосредоточения. И ещё один практикующий джхану искусен как в сосредоточении касательно сосредоточения, так и в пребывании в сосредоточении касательно сосредоточения. Из этих четырёх практикующих джхану тот, кто искусен как в сосредоточении касательно сосредоточения, так и в пребывании в сосредоточении касательно сосредоточения, является главой, лучшим, первейшим, наивысшим и превосходнейшим. Подобно тому, монахи, как от коровы получают молоко, из молока — простоквашу, из простокваши — свежее масло, из свежего масла — топлёное масло, а из топлёного масла — пенку топлёного масла, которая считается лучшей из всего этого, точно так же, монахи, тот практикующий джхану, который искусен как в сосредоточении касательно сосредоточения, так и в пребывании в сосредоточении касательно сосредоточения, является главой, лучшим, первейшим, наивысшим и превосходнейшим среди этих четырёх». Вторая. 3. Samādhimūlakavuṭṭhānasuttaṃ 3. Самадхимулака-вуттхана сутта (Сутта о выходе из медитации на основе сосредоточения) 664. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Cattārome, bhikkhave, jhāyī. Katame cattāro? Idha, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ samādhikusalo hoti, na samādhismiṃ vuṭṭhānakusalo. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ vuṭṭhānakusalo hoti, na samādhismiṃ samādhikusalo. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī neva samādhismiṃ samādhikusalo hoti, na ca samādhismiṃ vuṭṭhānakusalo. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ samādhikusalo ca hoti, samādhismiṃ vuṭṭhānakusalo ca. Tatra, bhikkhave, yvāyaṃ jhāyī samādhismiṃ samādhikusalo ca hoti samādhismiṃ vuṭṭhānakusalo ca ayaṃ imesaṃ catunnaṃ jhāyīnaṃ aggo ca seṭṭho ca mokkho ca uttamo ca pavaro ca. Seyyathāpi, bhikkhave, gavā khīraṃ…pe… pavaro cā’’ti. Tatiyaṃ. 664. В Саваттхи. «Монахи, есть эти четыре типа практикующих джхану. Какие четыре? Здесь, монахи, один практикующий джхану искусен в сосредоточении в отношении сосредоточения, но не искусен в выходе в отношении сосредоточения. Другой же практикующий джхану, монахи, искусен в выходе в отношении сосредоточения, но не искусен в сосредоточении в отношении сосредоточения. Еще один практикующий джхану, монахи, не искусен ни в сосредоточении в отношении сосредоточения, ни в выходе в отношении сосредоточения. И еще один практикующий джхану, монахи, искусен и в сосредоточении в отношении сосредоточения, и в выходе в отношении сосредоточения. Из этих четырех практикующих джхану тот, кто искусен и в сосредоточении в отношении сосредоточения, и в выходе в отношении сосредоточения, является главенствующим, лучшим, ведущим, наивысшим и превосходнейшим. Подобно тому, монахи, как из коровьего молока [получается простокваша... и так далее до]... превосходнейшее»». Третья. 4. Samādhimūlakakallitasuttaṃ 4. Сутра о податливости на основе сосредоточения 665. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Cattārome, bhikkhave, jhāyī. Katame cattāro? Idha, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ samādhikusalo hoti, na samādhismiṃ kallitakusalo. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ kallitakusalo hoti, na samādhismiṃ samādhikusalo. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī neva samādhismiṃ samādhikusalo hoti, na ca samādhismiṃ kallitakusalo. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ samādhikusalo ca hoti, samādhismiṃ kallitakusalo ca. Tatra, bhikkhave, yvāyaṃ jhāyī samādhismiṃ samādhikusalo ca hoti samādhismiṃ kallitakusalo ca ayaṃ imesaṃ catunnaṃ jhāyīnaṃ aggo ca seṭṭho ca mokkho ca uttamo ca pavaro ca. Seyyathāpi, bhikkhave, gavā khīraṃ…pe… pavaro cā’’ti. Catutthaṃ. 665. В Саваттхи. «Монахи, есть эти четыре типа практикующих джхану. Какие четыре? Здесь, монахи, один практикующий джхану искусен в сосредоточении в отношении сосредоточения, но не искусен в податливости в отношении сосредоточения. Другой же практикующий джхану, монахи, искусен в податливости в отношении сосредоточения, но не искусен в сосредоточении в отношении сосредоточения. Еще один практикующий джхану, монахи, не искусен ни в сосредоточении в отношении сосредоточения, ни в податливости в отношении сосредоточения. И еще один практикующий джхану, монахи, искусен и в сосредоточении в отношении сосредоточения, и в податливости в отношении сосредоточения. Из этих четырех практикующих джхану тот, кто искусен и в сосредоточении в отношении сосредоточения, и в податливости в отношении сосредоточения, является главенствующим, лучшим, ведущим, наивысшим и превосходнейшим. Подобно тому, монахи, как из коровьего молока [получается простокваша... и так далее до]... превосходнейшее»». Четвёртая. 5. Samādhimūlakaārammaṇasuttaṃ 5. Сутра об объекте на основе сосредоточения 666. Sāvatthinidānaṃ[Pg.226]. ‘‘Cattārome, bhikkhave, jhāyī. Katame cattāro? Idha, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ samādhikusalo hoti, na samādhismiṃ ārammaṇakusalo. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ ārammaṇakusalo hoti, na samādhismiṃ samādhikusalo. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī neva samādhismiṃ samādhikusalo hoti, na ca samādhismiṃ ārammaṇakusalo. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ samādhikusalo ca hoti, samādhismiṃ ārammaṇakusalo ca. Tatra, bhikkhave, yvāyaṃ jhāyī samādhismiṃ samādhikusalo ca hoti samādhismiṃ ārammaṇakusalo ca ayaṃ imesaṃ catunnaṃ jhāyīnaṃ aggo ca seṭṭho ca mokkho ca uttamo ca pavaro ca. Seyyathāpi, bhikkhave, gavā khīraṃ…pe… pavaro cā’’ti. Pañcamaṃ. 666. В Саваттхи. «Монахи, есть эти четыре типа практикующих джхану. Какие четыре? Здесь, монахи, один практикующий джхану искусен в сосредоточении в отношении сосредоточения, но не искусен в объекте в отношении сосредоточения. Другой же практикующий джхану, монахи, искусен в объекте в отношении сосредоточения, но не искусен в сосредоточении в отношении сосредоточения. Еще один практикующий джхану, монахи, не искусен ни в сосредоточении в отношении сосредоточения, ни в объекте в отношении сосредоточения. И еще один практикующий джхану, монахи, искусен и в сосредоточении в отношении сосредоточения, и в объекте в отношении сосредоточения. Из этих четырех практикующих джхану тот, кто искусен и в сосредоточении в отношении сосредоточения, и в объекте в отношении сосредоточения, является главенствующим, лучшим, ведущим, наивысшим и превосходнейшим. Подобно тому, монахи, как из коровьего молока [получается простокваша... и так далее до]... превосходнейшее»». Пятая. 6. Samādhimūlakagocarasuttaṃ 6. Сутра о сфере действия на основе сосредоточения 667. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Cattārome, bhikkhave, jhāyī. Katame cattāro? Idha, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ samādhikusalo hoti, na samādhismiṃ gocarakusalo. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ gocarakusalo hoti, na samādhismiṃ samādhikusalo. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī neva samādhismiṃ samādhikusalo hoti, na ca samādhismiṃ gocarakusalo. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ samādhikusalo ca hoti, samādhismiṃ gocarakusalo ca. Tatra, bhikkhave, yvāyaṃ jhāyī samādhismiṃ samādhikusalo ca hoti samādhismiṃ gocarakusalo ca ayaṃ imesaṃ catunnaṃ jhāyīnaṃ aggo ca seṭṭho ca mokkho ca uttamo ca pavaro ca. Seyyathāpi, bhikkhave, gavā khīraṃ…pe… pavaro cā’’ti. Chaṭṭhaṃ. 667. В Саваттхи. «Монахи, есть эти четыре типа практикующих джхану. Какие четыре? Здесь, монахи, один практикующий джхану искусен в сосредоточении в отношении сосредоточения, но не искусен в сфере действия в отношении сосредоточения. Другой же практикующий джхану, монахи, искусен в сфере действия в отношении сосредоточения, но не искусен в сосредоточении в отношении сосредоточения. Еще один практикующий джхану, монахи, не искусен ни в сосредоточении в отношении сосредоточения, ни в сфере действия в отношении сосредоточения. И еще один практикующий джхану, монахи, искусен и в сосредоточении в отношении сосредоточения, и в сфере действия в отношении сосредоточения. Из этих четырех практикующих джхану тот, кто искусен и в сосредоточении в отношении сосредоточения, и в сфере действия в отношении сосредоточения, является главенствующим, лучшим, ведущим, наивысшим и превосходнейшим. Подобно тому, монахи, как из коровьего молока [получается простокваша... и так далее до]... превосходнейшее»». Шестая. 7. Samādhimūlakaabhinīhārasuttaṃ 7. Сутра о направлении ума на основе сосредоточения 668. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Cattārome, bhikkhave, jhāyī. Katame cattāro? Idha, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ samādhikusalo hoti, na samādhismiṃ abhinīhārakusalo. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ abhinīhārakusalo hoti, na samādhismiṃ samādhikusalo. Idha [Pg.227] pana, bhikkhave, ekacco jhāyī neva samādhismiṃ samādhikusalo hoti, na ca samādhismiṃ abhinīhārakusalo. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ samādhikusalo ca hoti, samādhismiṃ abhinīhārakusalo ca. Tatra, bhikkhave, yvāyaṃ jhāyī samādhismiṃ samādhikusalo ca hoti samādhismiṃ abhinīhārakusalo ca ayaṃ imesaṃ catunnaṃ jhāyīnaṃ aggo ca seṭṭho ca mokkho ca uttamo ca pavaro ca. Seyyathāpi, bhikkhave, gavā khīraṃ…pe… pavaro cā’’ti. Sattamaṃ. 668. В Саваттхи. «Монахи, есть эти четыре типа практикующих джхану. Какие четыре? Здесь, монахи, один практикующий джхану искусен в сосредоточении в отношении сосредоточения, но не искусен в направлении ума в отношении сосредоточения. Другой же практикующий джхану, монахи, искусен в направлении ума в отношении сосредоточения, но не искусен в сосредоточении в отношении сосредоточения. Еще один практикующий джхану, монахи, не искусен ни в сосредоточении в отношении сосредоточения, ни в направлении ума в отношении сосредоточения. И еще один практикующий джхану, монахи, искусен и в сосредоточении в отношении сосредоточения, и в направлении ума в отношении сосредоточения. Из этих четырех практикующих джхану тот, кто искусен и в сосредоточении в отношении сосредоточения, и в направлении ума в отношении сосредоточения, является главенствующим, лучшим, ведущим, наивысшим и превосходнейшим. Подобно тому, монахи, как из коровьего молока [получается простокваша... и так далее до]... превосходнейшее»». Седьмая. 8. Samādhimūlakasakkaccakārīsuttaṃ 8. Сутра о тщательности на основе сосредоточения 669. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Cattārome, bhikkhave, jhāyī. Katame cattāro? Idha, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ samādhikusalo hoti, na samādhismiṃ sakkaccakārī. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ sakkaccakārī hoti, na samādhismiṃ samādhikusalo. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī neva samādhismiṃ samādhikusalo hoti, na ca samādhismiṃ sakkaccakārī. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ samādhikusalo ca hoti, samādhismiṃ sakkaccakārī ca. Tatra, bhikkhave, yvāyaṃ jhāyī samādhismiṃ samādhikusalo ca hoti samādhismiṃ sakkaccakārī ca ayaṃ imesaṃ catunnaṃ jhāyīnaṃ aggo ca seṭṭho ca mokkho ca uttamo ca pavaro ca. Seyyathāpi, bhikkhave, gavā khīraṃ…pe… pavaro cā’’ti. Aṭṭhamaṃ. 669. В Саваттхи. «Монахи, есть эти четыре типа практикующих джхану. Какие четыре? Здесь, монахи, один практикующий джхану искусен в сосредоточении в отношении сосредоточения, но не действует тщательно в отношении сосредоточения. Другой же практикующий джхану, монахи, действует тщательно в отношении сосредоточения, но не искусен в сосредоточении в отношении сосредоточения. Еще один практикующий джхану, монахи, не искусен в сосредоточении в отношении сосредоточения и не действует тщательно в отношении сосредоточения. И еще один практикующий джхану, монахи, искусен в сосредоточении в отношении сосредоточения и действует тщательно в отношении сосредоточения. Из этих четырех практикующих джхану тот, кто искусен в сосредоточении в отношении сосредоточения и действует тщательно в отношении сосредоточения, является главенствующим, лучшим, ведущим, наивысшим и превосходнейшим. Подобно тому, монахи, как из коровьего молока [получается простокваша... и так далее до]... превосходнейшее»». Восьмая. 9. Samādhimūlakasātaccakārīsuttaṃ 9. Сутра о настойчивости на основе сосредоточения 670. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Cattārome, bhikkhave, jhāyī. Katame cattāro? Idha, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ samādhikusalo hoti, na samādhismiṃ sātaccakārī. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ sātaccakārī hoti, na samādhismiṃ samādhikusalo. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī neva samādhismiṃ samādhikusalo hoti, na ca samādhismiṃ sātaccakārī. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ samādhikusalo ca hoti, samādhismiṃ sātaccakārī ca. Tatra, bhikkhave, yvāyaṃ jhāyī samādhismiṃ samādhikusalo ca hoti, samādhismiṃ sātaccakārī ca ayaṃ imesaṃ catunnaṃ jhāyīnaṃ aggo ca seṭṭho ca mokkho ca uttamo ca pavaro ca. Seyyathāpi, bhikkhave, gavā khīraṃ…pe… pavaro cā’’ti. Navamaṃ. 670. В Саваттхи. «Монахи, есть эти четыре типа практикующих джхану. Какие четыре? Здесь, монахи, один практикующий джхану искусен в сосредоточении в отношении сосредоточения, но не действует настойчиво в отношении сосредоточения. Другой же практикующий джхану, монахи, действует настойчиво в отношении сосредоточения, но не искусен в сосредоточении в отношении сосредоточения. Еще один практикующий джхану, монахи, не искусен в сосредоточении в отношении сосредоточения и не действует настойчиво в отношении сосредоточения. И еще один практикующий джхану, монахи, искусен в сосредоточении в отношении сосредоточения и действует настойчиво в отношении сосредоточения. Из этих четырех практикующих джхану тот, кто искусен в сосредоточении в отношении сосредоточения и действует настойчиво в отношении сосредоточения, является главенствующим, лучшим, ведущим, наивысшим и превосходнейшим. Подобно тому, монахи, как из коровьего молока [получается простокваша... и так далее до]... превосходнейшее»». Девятая. 10. Samādhimūlakasappāyakārīsuttaṃ 10. Сутра о делании подходящего на основе сосредоточения 671. Sāvatthinidānaṃ[Pg.228]. ‘‘Cattārome, bhikkhave, jhāyī. Katame cattāro? Idha, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ samādhikusalo hoti, na samādhismiṃ sappāyakārī. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ sappāyakārī hoti, na samādhismiṃ samādhikusalo. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī neva samādhismiṃ samādhikusalo hoti, na ca samādhismiṃ sappāyakārī. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ samādhikusalo ca hoti, samādhismiṃ sappāyakārī ca. Tatra, bhikkhave, yvāyaṃ jhāyī samādhismiṃ samādhikusalo ca hoti samādhismiṃ sappāyakārī ca ayaṃ imesaṃ catunnaṃ jhāyīnaṃ aggo ca seṭṭho ca mokkho ca uttamo ca pavaro ca. Seyyathāpi, bhikkhave, gavā khīraṃ…pe… pavaro cā’’ti. Dasamaṃ. (Samādhimūlakaṃ.) 671. В Саваттхи. «Монахи, есть эти четыре типа практикующих джхану. Какие четыре? Здесь, монахи, один практикующий джхану искусен в сосредоточении в отношении сосредоточения, но не делает того, что подходит в отношении сосредоточения. Другой же практикующий джхану, монахи, делает то, что подходит в отношении сосредоточения, но не искусен в сосредоточении в отношении сосредоточения. Еще один практикующий джхану, монахи, не искусен в сосредоточении в отношении сосредоточения и не делает того, что подходит в отношении сосредоточения. И еще один практикующий джхану, монахи, искусен в сосредоточении в отношении сосредоточения и делает то, что подходит в отношении сосредоточения. Из этих четырех практикующих джхану тот, кто искусен в сосредоточении в отношении сосредоточения и делает то, что подходит в отношении сосредоточения, является главенствующим, лучшим, ведущим, наивысшим и превосходнейшим. Подобно тому, монахи, как из коровьего молока [получается простокваша... и так далее до]... превосходнейшее»». Десятая. (Раздел о сосредоточении как основе.) 11. Samāpattimūlakaṭhitisuttaṃ 11. Сутра об устойчивости на основе достижения 672. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Cattārome, bhikkhave, jhāyī. Katame cattāro? Idha, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ samāpattikusalo hoti, na samādhismiṃ ṭhitikusalo. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ ṭhitikusalo hoti, na samādhismiṃ samāpattikusalo. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī neva samādhismiṃ samāpattikusalo hoti, na ca samādhismiṃ ṭhitikusalo. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ samāpattikusalo ca hoti, samādhismiṃ ṭhitikusalo ca. Tatra, bhikkhave, yvāyaṃ jhāyī samādhismiṃ samāpattikusalo ca hoti, samādhismiṃ ṭhitikusalo ca ayaṃ imesaṃ catunnaṃ jhāyīnaṃ aggo ca seṭṭho ca mokkho ca uttamo ca pavaro ca. Seyyathāpi, bhikkhave, gavā khīraṃ…pe… pavaro cā’’ti. Ekādasamaṃ. 672. В Саваттхи. «Монахи, есть эти четыре типа практикующих джхану. Какие четыре? Здесь, монахи, один практикующий джхану искусен в достижении в отношении сосредоточения, но не искусен в устойчивости в отношении сосредоточения. Другой же практикующий джхану, монахи, искусен в устойчивости в отношении сосредоточения, но не искусен в достижении в отношении сосредоточения. Еще один практикующий джхану, монахи, не искусен ни в достижении в отношении сосредоточения, ни в устойчивости в отношении сосредоточения. И еще один практикующий джхану, монахи, искусен и в достижении в отношении сосредоточения, и в устойчивости в отношении сосредоточения. Из этих четырех практикующих джхану тот, кто искусен и в достижении в отношении сосредоточения, и в устойчивости в отношении сосредоточения, является главенствующим, лучшим, ведущим, наивысшим и превосходнейшим. Подобно тому, монахи, как из коровьего молока [получается простокваша... и так далее до]... превосходнейшее»». Одиннадцатая. 12. Samāpattimūlakavuṭṭhānasuttaṃ 12. Сутра о выходе на основе достижения 673. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Cattārome, bhikkhave, jhāyī. Katame cattāro? Idha, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ samāpattikusalo hoti, na samādhismiṃ vuṭṭhānakusalo. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ vuṭṭhānakusalo hoti, na samādhismiṃ samāpattikusalo. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī neva samādhismiṃ samāpattikusalo hoti, na ca [Pg.229] samādhismiṃ vuṭṭhānakusalo. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ samāpattikusalo ca hoti, samādhismiṃ vuṭṭhānakusalo ca. Tatra, bhikkhave, yvāyaṃ jhāyī …pe… pavaro cā’’ti. Dvādasamaṃ. 673. В Саваттхи. «Монахи, есть эти четыре типа практикующих джхану. Какие четыре? Здесь, монахи, один практикующий джхану искусен в достижении в отношении сосредоточения, но не искусен в выходе в отношении сосредоточения. Другой же практикующий джхану, монахи, искусен в выходе в отношении сосредоточения, но не искусен в достижении в отношении сосредоточения. Еще один практикующий джхану, монахи, не искусен ни в достижении в отношении сосредоточения, ни в выходе в отношении сосредоточения. И еще один практикующий джхану, монахи, искусен и в достижении в отношении сосредоточения, и в выходе в отношении сосредоточения. Из них, монахи, тот практикующий джхану... [и так далее]... превосходнейшее»». Двенадцатая. 13. Samāpattimūlakakallitasuttaṃ 13. Сутра о податливости на основе достижения 674. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Cattārome, bhikkhave, jhāyī. Katame cattāro? Idha, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ samāpattikusalo hoti, na samādhismiṃ kallitakusalo. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ kallitakusalo hoti, na samādhismiṃ samāpattikusalo. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī neva samādhismiṃ samāpattikusalo hoti, na ca samādhismiṃ kallitakusalo. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ samāpattikusalo ca hoti, samādhismiṃ kallitakusalo ca. Tatra…pe… pavaro cā’’ti. Terasamaṃ. 674. В Саваттхи. «Монахи, есть эти четыре типа практикующих джхану. Какие четыре? Здесь, монахи, один практикующий джхану искусен в достижении в отношении сосредоточения, но не искусен в податливости в отношении сосредоточения. Другой же практикующий джхану, монахи, искусен в податливости в отношении сосредоточения, но не искусен в достижении в отношении сосредоточения. Еще один практикующий джхану, монахи, не искусен ни в достижении в отношении сосредоточения, ни в податливости в отношении сосредоточения. И еще один практикующий джхану, монахи, искусен и в достижении в отношении сосредоточения, и в податливости в отношении сосредоточения. Из них... [и так далее]... превосходнейшее»». Тринадцатая. 14. Samāpattimūlakaārammaṇasuttaṃ 14. Сутра об объекте на основе достижения 675. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Cattārome, bhikkhave, jhāyī. Katame cattāro? Idha, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ samāpattikusalo hoti, na samādhismiṃ ārammaṇakusalo. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ ārammaṇakusalo hoti, na samādhismiṃ samāpattikusalo. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī neva samādhismiṃ samāpattikusalo hoti, na ca samādhismiṃ ārammaṇakusalo. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ samāpattikusalo ca hoti, samādhismiṃ ārammaṇakusalo ca. Tatra…pe… pavaro cā’’ti. Cuddasamaṃ. 675. В Саваттхи. «Монахи, есть эти четыре типа практикующих джхану. Какие четыре? Здесь, монахи, некий практикующий джхану искусен в достижении сосредоточения, но не искусен в объекте сосредоточения. Другой же, монахи, практикующий джхану искусен в объекте сосредоточения, но не искусен в достижении сосредоточения. Другой же, монахи, практикующий джхану не искусен ни в достижении сосредоточения, ни в объекте сосредоточения. Другой же, монахи, практикующий джхану искусен и в достижении сосредоточения, и в объекте сосредоточения. Из них... является самым выдающимся». Четырнадцатая. 15. Samāpattimūlakagocarasuttaṃ 15. Сутта об области сосредоточения на основе достижения 676. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Cattārome, bhikkhave, jhāyī. Katame cattāro? Idha, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ samāpattikusalo hoti, na samādhismiṃ gocarakusalo. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ gocarakusalo hoti, na samādhismiṃ samāpattikusalo. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī neva samādhismiṃ samāpattikusalo hoti, na ca samādhismiṃ gocarakusalo. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ samāpattikusalo [Pg.230] ca hoti, samādhismiṃ gocarakusalo ca. Tatra…pe… pavaro cā’’ti. Pannarasamaṃ. 676. В Саваттхи. «Монахи, есть эти четыре типа практикующих джхану. Какие четыре? Здесь, монахи, некий практикующий джхану искусен в достижении сосредоточения, но не искусен в области сосредоточения. Другой же, монахи, практикующий джхану искусен в области сосредоточения, но не искусен в достижении сосредоточения. Другой же, монахи, практикующий джхану не искусен ни в достижении сосредоточения, ни в области сосредоточения. Другой же, монахи, практикующий джхану искусен и в достижении сосредоточения, и в области сосредоточения. Из них... является самым выдающимся». Пятнадцатая. 16. Samāpattimūlakaabhinīhārasuttaṃ 16. Сутта о направлении сосредоточения на основе достижения 677. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Cattārome, bhikkhave, jhāyī. Katame cattāro? Idha, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ samāpattikusalo hoti, na samādhismiṃ abhinīhārakusalo. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ abhinīhārakusalo hoti, na samādhismiṃ samāpattikusalo. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī neva samādhismiṃ samāpattikusalo hoti, na ca samādhismiṃ abhinīhārakusalo. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ samāpattikusalo ca hoti, samādhismiṃ abhinīhārakusalo ca. Tatra…pe… pavaro cā’’ti. Soḷasamaṃ. 677. В Саваттхи. «Монахи, есть эти четыре типа практикующих джхану. Какие четыре? Здесь, монахи, некий практикующий джхану искусен в достижении сосредоточения, но не искусен в направлении сосредоточения. Другой же, монахи, практикующий джхану искусен в направлении сосредоточения, но не искусен в достижении сосредоточения. Другой же, монахи, практикующий джхану не искусен ни в достижении сосредоточения, ни в направлении сосредоточения. Другой же, монахи, практикующий джхану искусен и в достижении сосредоточения, и в направлении сосредоточения. Из них... является самым выдающимся». Шестнадцатая. 17. Samāpattimūlakasakkaccasuttaṃ 17. Сутта о тщательности на основе достижения 678. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Cattārome, bhikkhave, jhāyī. Katame cattāro? Idha, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ samāpattikusalo hoti, na samādhismiṃ sakkaccakārī. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ sakkaccakārī hoti, na samādhismiṃ samāpattikusalo. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī neva samādhismiṃ samāpattikusalo hoti, na ca samādhismiṃ sakkaccakārī. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ samāpattikusalo ca hoti, samādhismiṃ sakkaccakārī ca. Tatra…pe… pavaro cā’’ti. Sattarasamaṃ. 678. В Саваттхи. «Монахи, есть эти четыре типа практикующих джхану. Какие четыре? Здесь, монахи, некий практикующий джхану искусен в достижении сосредоточения, но не действует с тщательностью в сосредоточении. Другой же, монахи, практикующий джхану действует с тщательностью в сосредоточении, но не искусен в достижении сосредоточения. Другой же, монахи, практикующий джхану не искусен в достижении сосредоточения и не действует с тщательностью в сосредоточении. Другой же, монахи, практикующий джхану искусен в достижении сосредоточения и действует с тщательностью в сосредоточении. Из них... является самым выдающимся». Семнадцатая. 18. Samāpattimūlakasātaccasuttaṃ 18. Сутта о постоянстве на основе достижения 679. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Cattārome, bhikkhave, jhāyī. Katame cattāro? Idha, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ samāpattikusalo hoti, na samādhismiṃ sātaccakārī. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ sātaccakārī hoti, na samādhismiṃ samāpattikusalo. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī neva samādhismiṃ samāpattikusalo hoti, na ca samādhismiṃ sātaccakārī. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ samāpattikusalo ca hoti, samādhismiṃ sātaccakārī ca. Tatra…pe… pavaro cā’’ti. Aṭṭhārasamaṃ. 679. В Саваттхи. «Монахи, есть эти четыре типа практикующих джхану. Какие четыре? Здесь, монахи, некий практикующий джхану искусен в достижении сосредоточения, но не действует с постоянством в сосредоточении. Другой же, монахи, практикующий джхану действует с постоянством в сосредоточении, но не искусен в достижении сосредоточения. Другой же, монахи, практикующий джхану не искусен в достижении сосредоточения и не действует с постоянством в сосредоточении. Другой же, монахи, практикующий джхану искусен в достижении сосредоточения и действует с постоянством в сосредоточении. Из них... является самым выдающимся». Восемнадцатая. 19. Samāpattimūlakasappāyakārīsuttaṃ 19. Сутта о делании подходящего на основе достижения 680. Sāvatthinidānaṃ[Pg.231]. ‘‘Cattārome, bhikkhave, jhāyī. Katame cattāro? Idha, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ samāpattikusalo hoti, na samādhismiṃ sappāyakārī. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ sappāyakārī hoti, na samādhismiṃ samāpattikusalo. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī neva samādhismiṃ samāpattikusalo hoti, na ca samādhismiṃ sappāyakārī. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ samāpattikusalo ca hoti, samādhismiṃ sappāyakārī ca. Tatra, bhikkhave, yvāyaṃ jhāyī samādhismiṃ samāpattikusalo ca hoti samādhismiṃ sappāyakārī ca ayaṃ imesaṃ catunnaṃ jhāyīnaṃ aggo ca seṭṭho ca mokkho ca uttamo ca pavaro ca. Seyyathāpi, bhikkhave, gavā khīraṃ, khīramhā dadhi, dadhimhā navanītaṃ, navanītamhā sappi, sappimhā sappimaṇḍo tatra aggamakkhāyati; evameva kho, bhikkhave, yvāyaṃ jhāyī samādhismiṃ samāpattikusalo ca hoti samādhismiṃ sappāyakārī ca ayaṃ imesaṃ catunnaṃ jhāyīnaṃ aggo ca seṭṭho ca mokkho ca uttamo ca pavaro cā’’ti. Ekūnavīsatimaṃ. (Samāpattimūlakaṃ.) 680. В Саваттхи. «Монахи, есть эти четыре типа практикующих джхану. Какие четыре? Здесь, монахи, некий практикующий джхану искусен в достижении сосредоточения, но не делает того, что подходит для сосредоточения. Другой же, монахи, практикующий джхану делает то, что подходит для сосредоточения, но не искусен в достижении сосредоточения. Другой же, монахи, практикующий джхану не искусен в достижении сосредоточения и не делает того, что подходит для сосредоточения. Другой же, монахи, практикующий джхану искусен в достижении сосредоточения и делает то, что подходит для сосредоточения. Из них, монахи, тот практикующий джхану, который и искусен в достижении сосредоточения, и делает то, что подходит для сосредоточения, является наилучшим, превосходнейшим, главным, наивысшим и самым выдающимся среди этих четырёх типов практикующих джхану. Подобно тому, монахи, как от коровы получают молоко, из молока — простоквашу, из простокваши — свежее масло, из свежего масла — топлёное масло, из топлёного масла — очищенное топлёное масло, которое считается наилучшим из них; точно так же, монахи, тот практикующий джхану, который и искусен в достижении сосредоточения, и делает то, что подходит для сосредоточения, является наилучшим, превосходнейшим, главным, наивысшим и самым выдающимся среди этих четырёх типов практикующих джхану». Девятнадцатая. (Раздел о достижении как основе.) 20-27. Ṭhitimūlakavuṭṭhānasuttādiaṭṭhakaṃ 20-27. Восьмёрка сутт, начиная с сутты о выходе на основе пребывания 681-688. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Cattārome, bhikkhave, jhāyī. Katame cattāro? Idha, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ ṭhitikusalo hoti, na samādhismiṃ vuṭṭhānakusalo. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ vuṭṭhānakusalo hoti, na samādhismiṃ ṭhitikusalo. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī neva samādhismiṃ ṭhitikusalo hoti, na ca samādhismiṃ vuṭṭhānakusalo. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ ṭhitikusalo ca hoti, samādhismiṃ vuṭṭhānakusalo ca. Tatra, bhikkhave, yvāyaṃ jhāyī…pe… uttamo ca pavaro cā’’ti. Vīsatimaṃ. (Purimamūlakāni viya yāva sattavīsatimā ṭhitimūlakasappāyakārīsuttā aṭṭha suttāni pūretabbāni. Ṭhitimūlakaṃ.) 681-688. В Саваттхи. «Монахи, есть эти четыре типа практикующих джхану. Какие четыре? Здесь, монахи, некий практикующий джхану искусен в пребывании в сосредоточении, но не искусен в выходе из сосредоточения. Другой же, монахи, практикующий джхану искусен в выходе из сосредоточения, но не искусен в пребывании в сосредоточении. Другой же, монахи, практикующий джхану не искусен ни в пребывании в сосредоточении, ни в выходе из сосредоточения. Другой же, монахи, практикующий джхану искусен и в пребывании в сосредоточении, и в выходе из сосредоточения. Из них, монахи, тот практикующий джхану... является наивысшим и самым выдающимся». Двадцатая. (Подобно предыдущим базовым суттам, следует дополнить восемь сутт вплоть до двадцать седьмой сутты о делании подходящего на основе пребывания. Раздел о пребывании как основе.) 28-34. Vuṭṭhānamūlakakallitasuttādisattakaṃ 28-34. Семёрка сутт, начиная с сутты о подготовленности на основе выхода 689-695. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Cattārome, bhikkhave, jhāyī. Katame cattāro? Idha, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ vuṭṭhānakusalo hoti, na [Pg.232] samādhismiṃ kallitakusalo… samādhismiṃ kallitakusalo hoti, na samādhismiṃ vuṭṭhānakusalo… neva samādhismiṃ vuṭṭhānakusalo hoti, na ca samādhismiṃ kallitakusalo… samādhismiṃ vuṭṭhānakusalo ca hoti samādhismiṃ kallitakusalo ca. Tatra, bhikkhave, yvāyaṃ jhāyī…pe… uttamo ca pavaro cā’’ti. Aṭṭhavīsatimaṃ. (Purimamūlakāni viya yāva catuttiṃsatimā vuṭṭhānamūlakasappāyakārīsuttā satta suttāni pūretabbāni. Vuṭṭhānamūlakaṃ.) 689-695. В Саваттхи. «Монахи, есть эти четыре типа практикующих джхану. Какие четыре? Здесь, монахи, некий практикующий джхану искусен в выходе из сосредоточения, но не искусен в подготовленности к сосредоточению... искусен в подготовленности к сосредоточению, но не искусен в выходе из сосредоточения... не искусен ни в выходе из сосредоточения, ни в подготовленности к сосредоточению... искусен и в выходе из сосредоточения, и в подготовленности к сосредоточению. Из них, монахи, тот практикующий джхану... является наивысшим и самым выдающимся». Двадцать восьмая. (Подобно предыдущим базовым суттам, следует дополнить семь сутт вплоть до тридцать четвёртой сутты о делании подходящего на основе выхода. Раздел о выходе как основе.) 35-40. Kallitamūlakaārammaṇasuttādichakkaṃ 35-40. Шестёрка сутт, начиная с сутты об объекте на основе подготовленности 696-701. Sāvatthinidānaṃ … ‘‘samādhismiṃ kallitakusalo hoti, na samādhismiṃ ārammaṇakusalo… samādhismiṃ ārammaṇakusalo hoti, na samādhismiṃ kallitakusalo… neva samādhismiṃ kallitakusalo hoti, na ca samādhismiṃ ārammaṇakusalo… samādhismiṃ kallitakusalo ca hoti, samādhismiṃ ārammaṇakusalo ca. Tatra, bhikkhave, yvāyaṃ jhāyī…pe… uttamo ca pavaro cā’’ti. Pañcatiṃsatimaṃ. (Purimamūlakāni viya yāva cattālīsamā kallitamūlakasappāyakārīsuttā cha suttāni pūretabbāni. Kallitamūlakaṃ.) 696-701. В Саваттхи... «...искусен в подготовленности к сосредоточению, но не искусен в объекте сосредоточения... искусен в объекте сосредоточения, но не искусен в подготовленности к сосредоточению... не искусен ни в подготовленности к сосредоточению, ни в объекте сосредоточения... искусен и в подготовленности к сосредоточению, и в объекте сосредоточения. Из них, монахи, тот практикующий джхану... является наивысшим и самым выдающимся». Тридцать пятая. (Подобно предыдущим базовым суттам, следует дополнить шесть сутт вплоть до сороковой сутты о делании подходящего на основе подготовленности. Раздел о подготовленности как основе.) 41-45. Ārammaṇamūlakagocarasuttādipañcakaṃ 41-45. Пятёрка сутт, начиная с сутты об области на основе объекта 702-706. Sāvatthinidānaṃ … ‘‘samādhismiṃ ārammaṇakusalo hoti, na samādhismiṃ gocarakusalo… samādhismiṃ gocarakusalo hoti, na samādhismiṃ ārammaṇakusalo… neva samādhismiṃ ārammaṇakusalo hoti, na ca samādhismiṃ gocarakusalo… samādhismiṃ ārammaṇakusalo ca hoti, samādhismiṃ gocarakusalo ca. Tatra, bhikkhave, yvāyaṃ jhāyī…pe… uttamo ca pavaro cā’’ti. Ekacattālīsamaṃ. (Purimamūlakāni viya yāva pañcacattālīsamā ārammaṇamūlakasappāyakārīsuttā pañca suttāni pūretabbāni. Ārammaṇamūlakaṃ.) 702-706. В Саваттхи... «...искусен в объекте сосредоточения, но не искусен в области сосредоточения... искусен в области сосредоточения, но не искусен в объекте сосредоточения... не искусен ни в объекте сосредоточения, ни в области сосредоточения... искусен и в объекте сосредоточения, и в области сосредоточения. Из них, монахи, тот практикующий джхану... является наивысшим и самым выдающимся». Сорок первая. (Подобно предыдущим базовым суттам, следует дополнить пять сутт вплоть до сорок пятой сутты о делании подходящего на основе объекта. Раздел об объекте как основе.) 46-49. Gocaramūlakaabhinīhārasuttādicatukkaṃ 46-49. Четвёрка сутт, начиная с сутты о направлении на основе области 707. Sāvatthinidānaṃ… ‘‘samādhismiṃ gocarakusalo hoti, na samādhismiṃ abhinīhārakusalo… samādhismiṃ abhinīhārakusalo hoti[Pg.233], na samādhismiṃ gocarakusalo… neva samādhismiṃ gocarakusalo hoti, na ca samādhismiṃ abhinīhārakusalo… samādhismiṃ gocarakusalo ca hoti, samādhismiṃ abhinīhārakusalo ca… seyyathāpi, bhikkhave, gavā khīraṃ, khīramhā dadhi, dadhimhā navanītaṃ, navanītamhā sappi, sappimhā sappimaṇḍo tatra aggamakkhāyati; evameva kho, bhikkhave, yvāyaṃ jhāyī samādhismiṃ gocarakusalo ca hoti samādhismiṃ abhinīhārakusalo ca ayaṃ imesaṃ catunnaṃ jhāyīnaṃ…pe… uttamo ca pavaro cā’’ti. Chacattālīsamaṃ. 707. В Саваттхи... «...искусен в области сосредоточения, но не искусен в направлении сосредоточения... искусен в направлении сосредоточения, но не искусен в области сосредоточения... не искусен ни в области сосредоточения, ни в направлении сосредоточения... искусен и в области сосредоточения, и в направлении сосредоточения... Подобно тому, монахи, как от коровы получают молоко, из молока — простоквашу, из простокваши — свежее масло, из свежего масла — топлёное масло, из топлёного масла — очищенное топлёное масло, которое считается наилучшим из них; точно так же, монахи, тот практикующий джхану, который и искусен в области сосредоточения, и искусен в направлении сосредоточения, является среди этих четырёх типов практикующих джхану... наивысшим и самым выдающимся». Сорок шестая. 708. Samādhismiṃ gocarakusalo hoti, na samādhismiṃ sakkaccakārī…pe…. Vitthāretabbaṃ. Sattacattālīsamaṃ. 708. «...искусен в области сосредоточения, но не действует с тщательностью в сосредоточении...» [и так далее, следует изложить подробно]. Сорок седьмая. 709. Samādhismiṃ gocarakusalo hoti, na samādhismiṃ sātaccakārī…pe…. Aṭṭhacattālīsamaṃ. 709. «...искусен в области сосредоточения, но не действует с постоянством в сосредоточении...» [и так далее]. Сорок восьмая. 710. Samādhismiṃ gocarakusalo hoti, na samādhismiṃ sappāyakārī…pe…. Ekūnapaññāsamaṃ. (Gocaramūlakaṃ.) 710. «...искусен в области сосредоточения, но не делает того, что подходит для сосредоточения...» [и так далее]. Сорок девятая. (Раздел об области как основе.) 50-52. Abhinīhāramūlakasakkaccasuttāditikaṃ 50-52. Тройка сутт, начиная с сутты о тщательности на основе направления 711. Sāvatthinidānaṃ … ‘‘samādhismiṃ abhinīhārakusalo hoti, na samādhismiṃ sakkaccakārī… samādhismiṃ sakkaccakārī hoti, na samādhismiṃ abhinīhārakusalo… neva samādhismiṃ abhinīhārakusalo hoti, na ca samādhismiṃ sakkaccakārī… samādhismiṃ abhinīhārakusalo ca hoti, samādhismiṃ sakkaccakārī ca. Tatra, bhikkhave, yvāyaṃ jhāyī…pe… uttamo ca pavaro cā’’ti. Paññāsamaṃ. 711. В Саваттхи... «...искусен в направлении сосредоточения, но не действует с тщательностью в сосредоточении... действует с тщательностью в сосредоточении, но не искусен в направлении сосредоточения... не искусен в направлении сосредоточения и не действует с тщательностью в сосредоточении... искусен в направлении сосредоточения и действует с тщательностью в сосредоточении. Из них, монахи, тот практикующий джхану... является наивысшим и самым выдающимся». Пятидесятая. 712. Samādhismiṃ abhinīhārakusalo hoti, na samādhismiṃ sātaccakārī…pe…. Ekapaññāsamaṃ. 712. «...искусен в направлении сосредоточения, но не действует с постоянством в сосредоточении...» [и так далее]. Пятьдесят первая. 713. Samādhismiṃ abhinīhārakusalo hoti, na samādhismiṃ sappāyakārī…pe…. Dvepaññāsamaṃ. (Abhinīhāramūlakaṃ.) 713. «...искусен в направлении сосредоточения, но не делает того, что подходит для сосредоточения...» [и так далее]. Пятьдесят вторая. (Раздел о направлении как основе.) 53-54. Sakkaccamūlakasātaccakārīsuttādidukaṃ 53-54. Двойка сутт, начиная с сутты о постоянстве на основе тщательности 714. Sāvatthinidānaṃ [Pg.234]… ‘‘samādhismiṃ sakkaccakārī hoti, na samādhismiṃ sātaccakārī… samādhismiṃ sātaccakārī hoti, na samādhismiṃ sakkaccakārī … neva samādhismiṃ sakkaccakārī hoti, na ca samādhismiṃ sātaccakārī… samādhismiṃ sakkaccakārī ca hoti, samādhismiṃ sātaccakārī ca. Tatra, bhikkhave, yvāyaṃ…pe… uttamo ca pavaro cā’’ti. Tepaññāsamaṃ. 714. В Саваттхи... «...действует с тщательностью в сосредоточении, но не действует с постоянством в сосредоточении... действует с постоянством в сосредоточении, но не действует с тщательностью в сосредоточении... не действует ни с тщательностью в сосредоточении, ни с постоянством в сосредоточении... действует и с тщательностью в сосредоточении, и с постоянством в сосредоточении. Из них, монахи, тот... является наивысшим и самым выдающимся». Пятьдесят третья. 715. Samādhismiṃ sakkaccakārī hoti, na samādhismiṃ sappāyakārī…pe…. Catupaññāsamaṃ. 715. «...действует с тщательностью в сосредоточении, но не делает того, что подходит для сосредоточения...» [и так далее]. Пятьдесят четвёртая. 55. Sātaccamūlakasappāyakārīsuttaṃ 55. Сутта о делании подходящего на основе постоянства 716. Sāvatthinidānaṃ. ‘‘Catārome, bhikkhave, jhāyī. Katame cattāro? Idha, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ sātaccakārī hoti, na samādhismiṃ sappāyakārī. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ sappāyakārī hoti, na samādhismiṃ sātaccakārī. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī neva samādhismiṃ sātaccakārī hoti, na ca samādhismiṃ sappāyakārī. Idha pana, bhikkhave, ekacco jhāyī samādhismiṃ sātaccakārī ca hoti, samādhismiṃ sappāyakārī ca. Tatra, bhikkhave, yvāyaṃ jhāyī samādhismiṃ sātaccakārī ca hoti samādhismiṃ sappāyakārī ca ayaṃ imesaṃ catunnaṃ jhāyīnaṃ aggo ca seṭṭho ca mokkho ca uttamo ca pavaro ca. Seyyathāpi, bhikkhave, gavā khīraṃ, khīramhā dadhi, dadhimhā navanītaṃ, navanītamhā sappi, sappimhā sappimaṇḍo tatra aggamakkhāyati; evameva kho, bhikkhave, yvāyaṃ jhāyī samādhismiṃ sātaccakārī ca hoti, samādhismiṃ sappāyakārī ayaṃ imesaṃ catunnaṃ jhāyīnaṃ aggo ca seṭṭho ca mokkho ca uttamo ca pavaro cā’’ti. Idamavoca bhagavā. Attamanā te bhikkhū bhagavato bhāsitaṃ abhinandunti. Pañcapaññāsamaṃ. (Yathā pañcapaññāsaṃ veyyākaraṇāni honti tathā vitthāretabbāni.) 716. В Саваттхи. «Монахи, есть эти четыре типа практикующих джхану. Какие четыре? Здесь, монахи, некоторый практикующий джхану усердствует в сосредоточении, но не делает того, что благоприятно для сосредоточения. Здесь же, монахи, некоторый практикующий джхану делает то, что благоприятно для сосредоточения, но не усердствует в сосредоточении. Здесь же, монахи, некоторый практикующий джхану и не усердствует в сосредоточении, и не делает того, что благоприятно для сосредоточения. Здесь же, монахи, некоторый практикующий джхану и усердствует в сосредоточении, и делает то, что благоприятно для сосредоточения. Из этих четырёх, монахи, тот практикующий джхану, который и усердствует в сосредоточении, и делает то, что благоприятно для сосредоточения, является лучшим, выдающимся, главным, наивысшим и превосходнейшим. Подобно тому, монахи, как от коровы получают молоко, из молока — простоквашу, из простокваши — свежее масло, из свежего масла — топлёное масло, из топлёного масла — очищенное топлёное масло, которое считается наилучшим из всего этого; точно так же, монахи, тот практикующий джхану, который и усердствует в сосредоточении, и делает то, что благоприятно для сосредоточения, является лучшим, выдающимся, главным, наивысшим и превосходнейшим среди этих четырёх типов практикующих джхану». Это сказал Благословенный. Монахи обрадовались и восхитились словами Благословенного. Пятьдесят пятая [сутта]. (Как есть пятьдесят пять разъяснений, так их и следует подробно излагать.) Jhānasaṃyuttaṃ samattaṃ. Джхана-самьютта завершена. Tassuddānaṃ – Оглавление к ней: Samādhi [Pg.235] samāpatti ṭhiti ca, vuṭṭhānaṃ kallitārammaṇena ca; Gocarā abhinīhāro sakkacca, sātacca athopi sappāyanti. Сосредоточение, вхождение и пребывание, выход, подготовка вместе с объектом; область, направление ума, тщательность, усердие, а также то, что благоприятно. Khandhavaggo tatiyo. Третья книга — Книга о группах существования. Tassuddānaṃ – Оглавление к ней: Khandha rādhasaṃyuttañca, diṭṭhiokkanta uppādā; Kilesa sāriputtā ca, nāgā supaṇṇa gandhabbā; Valāha vacchajhānanti, khandhavaggamhi terasāti. Самьютты о группах существования и о Радхе, о взглядах, о вхождении, о возникновении; о сквернах и о Сарипутте, о нагах, супаннах и гандхаббах; о дождевых тучах, о Ваччхе и о джханах — таковы тринадцать [самьютт] в Книге о группах существования. Khandhavaggasaṃyuttapāḷi niṭṭhitā. Книга связанных наставлений о группах существования завершена.
සිංහල
පාලි කැනනය	විවරණ	අටුවා	වෙනත්
1101 පාරාජික පාළි 1102 පාචිත්තිය පාළි 1103 මහාවග්ග පාළි (විනය) 1104 චූළවග්ග පාළි 1105 පරිවාර පාළි	1201 පාරාජිකකණ්ඩ අට්ඨකථා-1 1202 පාරාජිකකණ්ඩ අට්ඨකථා-2 1203 පාචිත්තිය අට්ඨකථා 1204 මහාවග්ග අට්ඨකථා (විනය) 1205 චූළවග්ග අට්ඨකථා 1206 පරිවාර අට්ඨකථා	1301 සාරත්ථදීපනී ටීකා-1 1302 සාරත්ථදීපනී ටීකා-2 1303 සාරත්ථදීපනී ටීකා-3	1401 ද්වෙමාතිකාපාළි 1402 විනයසංගහ අට්ඨකථා 1403 වජිරබුද්ධි ටීකා 1404 විමතිවිනෝදනී ටීකා-1 1405 විමතිවිනෝදනී ටීකා-2 1406 විනයාලංකාර ටීකා-1 1407 විනයාලංකාර ටීකා-2 1408 කඞ්ඛාවිතරණීපුරාණ ටීකා 1409 විනයවිනිච්ඡය-උත්තරවිනිච්ඡය 1410 විනයවිනිච්ඡය ටීකා-1 1411 විනයවිනිච්ඡය ටීකා-2 1412 පාචිත්යාදියෝජනාපාළි 1413 ඛුද්දසික්ඛා-මූලසික්ඛා 8401 විසුද්ධිමග්ග-1 8402 විසුද්ධිමග්ග-2 8403 විසුද්ධිමග්ග-මහාටීකා-1 8404 විසුද්ධිමග්ග-මහාටීකා-2 8405 විසුද්ධිමග්ග නිදානකථා 8406 දීඝනිකාය (පු-වි) 8407 මජ්ඣිමනිකාය (පු-වි) 8408 සංයුත්තනිකාය (පු-වි) 8409 අඞ්ගුත්තරනිකාය (පු-වි) 8410 විනයපිටක (පු-වි) 8411 අභිධම්මපිටක (පු-වි) 8412 අට්ඨකථා (පු-වි) 8413 නිරුත්තිදීපනී 8414 පරමත්ථදීපනී සඞ්ගහමහාටීකාපාඨ 8415 අනුදීපනීපාඨ 8416 පට්ඨානුද්දේස දීපනීපාඨ 8417 නමක්කාරටීකා 8418 මහාපණාමපාඨ 8419 ලක්ඛණාතෝ බුද්ධථෝමනාගාථා 8420 සුතවන්දනා 8421 කමලාඤ්ජලි 8422 ජිනාලඞ්කාර 8423 පජ්ජමධු 8424 බුද්ධගුණගාථාවලී 8425 චූළගන්ථවංස 8427 සාසනවංස 8426 මහාවංස 8429 මොග්ගල්ලානබ්යාකරණං 8428 කච්චායනබ්යාකරණං 8430 සද්දනීතිප්පකරණං (පදමාලා) 8431 සද්දනීතිප්පකරණං (ධාතුමාලා) 8432 පදරූපසිද්ධි 8433 මොග්ගල්ලානපඤ්චිකා 8434 පයෝගසිද්ධිපාඨ 8435 වුත්තෝදයපාඨ 8436 අභිධානප්පදීපිකාපාඨ 8437 අභිධානප්පදීපිකාටීකා 8438 සුබෝධාලඞ්කාරපාඨ 8439 සුබෝධාලඞ්කාරටීකා 8440 බාලාවතාර ගණ්ඨිපදත්ථවිනිච්ඡයසාර 8446 කවිදප්පණනීති 8447 නීතිමඤ්ජරී 8445 ධම්මනීති 8444 මහාරහනීති 8441 ලෝකනීති 8442 සුත්තන්තනීති 8443 සූරස්සතිනීති 8450 චාණක්යනීති 8448 නරදක්ඛදීපනී 8449 චතුරාරක්ඛදීපනී 8451 රසවාහිනී 8452 සීමවිසෝධනීපාඨ 8453 වෙස්සන්තරගීති 8454 මොග්ගල්ලාන වුත්තිවිවරණපඤ්චිකා 8455 ථූපවංස 8456 දාඨාවංස 8457 ධාතුපාඨවිලාසිනියා 8458 ධාතුවංස 8459 හත්ථවනගල්ලවිහාරවංස 8460 ජිනචරිතය 8461 ජිනවංසදීපං 8462 තේලකටාහගාථා 8463 මිලිදටීකා 8464 පදමඤ්ජරී 8465 පදසාධනං 8466 සද්දබින්දුපකරණං 8467 කච්චායනධාතුමඤ්ජුසා 8468 සාමන්තකූටවණ්ණනා
2101 සීලක්ඛන්ධවග්ග පාළි 2102 මහාවග්ග පාළි (දීඝ) 2103 පාථිකවග්ග පාළි	2201 සීලක්ඛන්ධවග්ග අට්ඨකථා 2202 මහාවග්ග අට්ඨකථා (දීඝ) 2203 පාථිකවග්ග අට්ඨකථා	2301 සීලක්ඛන්ධවග්ග ටීකා 2302 මහාවග්ග ටීකා (දීඝ) 2303 පාථිකවග්ග ටීකා 2304 සීලක්ඛන්ධවග්ග-අභිනවටීකා-1 2305 සීලක්ඛන්ධවග්ග-අභිනවටීකා-2
3101 මූලපණ්ණාස පාළි 3102 මජ්ඣිමපණ්ණාස පාළි 3103 උපරිපණ්ණාස පාළි	3201 මූලපණ්ණාස අට්ඨකථා-1 3202 මූලපණ්ණාස අට්ඨකථා-2 3203 මජ්ඣිමපණ්ණාස අට්ඨකථා 3204 උපරිපණ්ණාස අට්ඨකථා	3301 මූලපණ්ණාස ටීකා 3302 මජ්ඣිමපණ්ණාස ටීකා 3303 උපරිපණ්ණාස ටීකා
4101 සගාථාවග්ග පාළි 4102 නිදානවග්ග පාළි 4103 ඛන්ධවග්ග පාළි 4104 සළායතනවග්ග පාළි 4105 මහාවග්ග පාළි (සංයුත්ත)	4201 සගාථාවග්ග අට්ඨකථා 4202 නිදානවග්ග අට්ඨකථා 4203 ඛන්ධවග්ග අට්ඨකථා 4204 සළායතනවග්ග අට්ඨකථා 4205 මහාවග්ග අට්ඨකථා (සංයුත්ත)	4301 සගාථාවග්ග ටීකා 4302 නිදානවග්ග ටීකා 4303 ඛන්ධවග්ග ටීකා 4304 සළායතනවග්ග ටීකා 4305 මහාවග්ග ටීකා (සංයුත්ත)
5101 එකකනිපාත පාළි 5102 දුකනිපාත පාළි 5103 තිකනිපාත පාළි 5104 චතුක්කනිපාත පාළි 5105 පඤ්චකනිපාත පාළි 5106 ඡක්කනිපාත පාළි 5107 සත්තකනිපාත පාළි 5108 අට්ඨකාදිනිපාත පාළි 5109 නවකනිපාත පාළි 5110 දසකනිපාත පාළි 5111 එකාදසකනිපාත පාළි	5201 එකකනිපාත අට්ඨකථා 5202 දුක-තික-චතුක්කනිපාත අට්ඨකථා 5203 පඤ්චක-ඡක්ක-සත්තකනිපාත අට්ඨකථා 5204 අට්ඨකාදිනිපාත අට්ඨකථා	5301 එකකනිපාත ටීකා 5302 දුක-තික-චතුක්කනිපාත ටීකා 5303 පඤ්චක-ඡක්ක-සත්තකනිපාත ටීකා 5304 අට්ඨකාදිනිපාත ටීකා
6101 ඛුද්දකපාඨ පාළි 6102 ධම්මපද පාළි 6103 උදාන පාළි 6104 ඉතිවුත්තක පාළි 6105 සුත්තනිපාත පාළි 6106 විමානවත්ථු පාළි 6107 පේතවත්ථු පාළි 6108 ථේරගාථා පාළි 6109 ථේරීගාථා පාළි 6110 අපදාන පාළි-1 6111 අපදාන පාළි-2 6112 බුද්ධවංස පාළි 6113 චරියාපිටක පාළි 6114 ජාතක පාළි-1 6115 ජාතක පාළි-2 6116 මහානිද්දේස පාළි 6117 චූළනිද්දේස පාළි 6118 පටිසම්භිදාමග්ග පාළි 6119 නෙත්තිප්පකරණ පාළි 6120 මිලින්දපඤ්හ පාළි 6121 පේටකෝපදේස පාළි	6201 ඛුද්දකපාඨ අට්ඨකථා 6202 ධම්මපද අට්ඨකථා-1 6203 ධම්මපද අට්ඨකථා-2 6204 උදාන අට්ඨකථා 6205 ඉතිවුත්තක අට්ඨකථා 6206 සුත්තනිපාත අට්ඨකථා-1 6207 සුත්තනිපාත අට්ඨකථා-2 6208 විමානවත්ථු අට්ඨකථා 6209 පේතවත්ථු අට්ඨකථා 6210 ථේරගාථා අට්ඨකථා-1 6211 ථේරගාථා අට්ඨකථා-2 6212 ථේරීගාථා අට්ඨකථා 6213 අපදාන අට්ඨකථා-1 6214 අපදාන අට්ඨකථා-2 6215 බුද්ධවංස අට්ඨකථා 6216 චරියාපිටක අට්ඨකථා 6217 ජාතක අට්ඨකථා-1 6218 ජාතක අට්ඨකථා-2 6219 ජාතක අට්ඨකථා-3 6220 ජාතක අට්ඨකථා-4 6221 ජාතක අට්ඨකථා-5 6222 ජාතක අට්ඨකථා-6 6223 ජාතක අට්ඨකථා-7 6224 මහානිද්දේස අට්ඨකථා 6225 චූළනිද්දේස අට්ඨකථා 6226 පටිසම්භිදාමග්ග අට්ඨකථා-1 6227 පටිසම්භිදාමග්ග අට්ඨකථා-2 6228 නෙත්තිප්පකරණ අට්ඨකථා	6301 නෙත්තිප්පකරණ ටීකා 6302 නෙත්තිවිභාවිනී
7101 ධම්මසංගණී පාළි 7102 විභඞ්ග පාළි 7103 ධාතුකථා පාළි 7104 පුග්ගලපඤ්ඤත්ති පාළි 7105 කථාවත්ථු පාළි 7106 යමක පාළි-1 7107 යමක පාළි-2 7108 යමක පාළි-3 7109 පට්ඨාන පාළි-1 7110 පට්ඨාන පාළි-2 7111 පට්ඨාන පාළි-3 7112 පට්ඨාන පාළි-4 7113 පට්ඨාන පාළි-5	7201 ධම්මසංගණි අට්ඨකථා 7202 සම්මෝහවිනෝදනී අට්ඨකථා 7203 පඤ්චපකරණ අට්ඨකථා	7301 ධම්මසංගණී-මූලටීකා 7302 විභඞ්ග-මූලටීකා 7303 පඤ්චපකරණ-මූලටීකා 7304 ධම්මසංගණී-අනුටීකා 7305 පඤ්චපකරණ-අනුටීකා 7306 අභිධම්මාවතාරෝ-නාමරූපපරිච්ඡේදෝ 7307 අභිධම්මත්ථසංගහෝ 7308 අභිධම්මාවතාර-පුරාණටීකා 7309 අභිධම්මමාතිකාපාළි

Español
El Canon Pali	Los Comentarios	Los Subcomentarios	Otros
1101 Pārājika Pāḷi 1102 Pācittiya Pāḷi 1103 Mahāvagga Pāḷi (Vinaya) 1104 Cūḷavagga Pāḷi 1105 Parivāra Pāḷi	1201 Pārājikakaṇḍa Aṭṭhakathā-1 1202 Pārājikakaṇḍa Aṭṭhakathā-2 1203 Pācittiya Aṭṭhakathā 1204 Mahāvagga Aṭṭhakathā (Vinaya) 1205 Cūḷavagga Aṭṭhakathā 1206 Parivāra Aṭṭhakathā	1301 Sāratthadīpanī Ṭīkā-1 1302 Sāratthadīpanī Ṭīkā-2 1303 Sāratthadīpanī Ṭīkā-3	1401 Dvemātikāpāḷi 1402 Vinayasaṅgaha Aṭṭhakathā 1403 Vajirabuddhi Ṭīkā 1404 Vimativinodanī Ṭīkā-1 1405 Vimativinodanī Ṭīkā-2 1406 Vinayālaṅkāra Ṭīkā-1 1407 Vinayālaṅkāra Ṭīkā-2 1408 Kaṅkhāvitaraṇīpurāṇa Ṭīkā 1409 Vinayavinicchaya-uttaravinicchaya 1410 Vinayavinicchaya Ṭīkā-1 1411 Vinayavinicchaya Ṭīkā-2 1412 Pācityādiyojanāpāḷi 1413 Khuddasikkhā-mūlasikkhā 8401 Visuddhimagga-1 8402 Visuddhimagga-2 8403 Visuddhimagga-mahāṭīkā-1 8404 Visuddhimagga-mahāṭīkā-2 8405 Visuddhimagga nidānakathā 8406 Dīghanikāya (pu-vi) 8407 Majjhimanikāya (pu-vi) 8408 Saṃyuttanikāya (pu-vi) 8409 Aṅguttaranikāya (pu-vi) 8410 Vinayapiṭaka (pu-vi) 8411 Abhidhammapiṭaka (pu-vi) 8412 Aṭṭhakathā (pu-vi) 8413 Niruttidīpanī 8414 Paramatthadīpanī Saṅgahamahāṭīkāpāṭha 8415 Anudīpanīpāṭha 8416 Paṭṭhānuddesa dīpanīpāṭha 8417 Namakkāraṭīkā 8418 Mahāpaṇāmapāṭha 8419 Lakkhaṇāto buddhathomanāgāthā 8420 Sutavandanā 8421 Kamalāñjali 8422 Jinālaṅkāra 8423 Pajjamadhu 8424 Buddhaguṇagāthāvalī 8425 Cūḷaganthavaṃsa 8427 Sāsanavaṃsa 8426 Mahāvaṃsa 8429 Moggallānabyākaraṇaṃ 8428 Kaccāyanabyākaraṇaṃ 8430 Saddanītippakaraṇaṃ (padamālā) 8431 Saddanītippakaraṇaṃ (dhātumālā) 8432 Padarūpasiddhi 8433 Mogallānapañcikā 8434 Payogasiddhipāṭha 8435 Vuttodayapāṭha 8436 Abhidhānappadīpikāpāṭha 8437 Abhidhānappadīpikāṭīkā 8438 Subodhālaṅkārapāṭha 8439 Subodhālaṅkāraṭīkā 8440 Bālāvatāra gaṇṭhipadatthavinicchayasāra 8446 Kavidappaṇanīti 8447 Nītimañjarī 8445 Dhammanīti 8444 Mahārahanīti 8441 Lokanīti 8442 Suttantanīti 8443 Sūrassatinīti 8450 Cāṇakyanīti 8448 Naradakkhadīpanī 8449 Caturārakkhadīpanī 8451 Rasavāhinī 8452 Sīmavisodhanīpāṭha 8453 Vessantaragīti 8454 Moggallāna vuttivivaraṇapañcikā 8455 Thūpavaṃsa 8456 Dāṭhāvaṃsa 8457 Dhātupāṭhavilāsiniyā 8458 Dhātuvaṃsa 8459 Hatthavanagallavihāravaṃsa 8460 Jinacaritaya 8461 Jinavaṃsadīpaṃ 8462 Telakaṭāhagāthā 8463 Milidaṭīkā 8464 Padamañjarī 8465 Padasādhanaṃ 8466 Saddabindupakaraṇaṃ 8467 Kaccāyanadhātumañjusā 8468 Sāmantakūṭavaṇṇanā
2101 Sīlakkhandhavagga Pāḷi 2102 Mahāvagga Pāḷi (Dīgha) 2103 Pāthikavagga Pāḷi	2201 Sīlakkhandhavagga Aṭṭhakathā 2202 Mahāvagga Aṭṭhakathā (Dīgha) 2203 Pāthikavagga Aṭṭhakathā	2301 Sīlakkhandhavagga Ṭīkā 2302 Mahāvagga Ṭīkā (Dīgha) 2303 Pāthikavagga Ṭīkā 2304 Sīlakkhandhavagga-abhinavaṭīkā-1 2305 Sīlakkhandhavagga-abhinavaṭīkā-2
3101 Mūlapaṇṇāsa Pāḷi 3102 Majjhimapaṇṇāsa Pāḷi 3103 Uparipaṇṇāsa Pāḷi	3201 Mūlapaṇṇāsa Aṭṭhakathā-1 3202 Mūlapaṇṇāsa Aṭṭhakathā-2 3203 Majjhimapaṇṇāsa Aṭṭhakathā 3204 Uparipaṇṇāsa Aṭṭhakathā	3301 Mūlapaṇṇāsa Ṭīkā 3302 Majjhimapaṇṇāsa Ṭīkā 3303 Uparipaṇṇāsa Ṭīkā
4101 Sagāthāvagga Pāḷi 4102 Nidānavagga Pāḷi 4103 Khandhavagga Pāḷi 4104 Saḷāyatanavagga Pāḷi 4105 Mahāvagga Pāḷi (Saṃyutta)	4201 Sagāthāvagga Aṭṭhakathā 4202 Nidānavagga Aṭṭhakathā 4203 Khandhavagga Aṭṭhakathā 4204 Saḷāyatanavagga Aṭṭhakathā 4205 Mahāvagga Aṭṭhakathā (Saṃyutta)	4301 Sagāthāvagga Ṭīkā 4302 Nidānavagga Ṭīkā 4303 Khandhavagga Ṭīkā 4304 Saḷāyatanavagga Ṭīkā 4305 Mahāvagga Ṭīkā (Saṃyutta)
5101 Ekakanipāta Pāḷi 5102 Dukanipāta Pāḷi 5103 Tikanipāta Pāḷi 5104 Catukkanipāta Pāḷi 5105 Pañcakanipāta Pāḷi 5106 Chakkanipāta Pāḷi 5107 Sattakanipāta Pāḷi 5108 Aṭṭhakādinipāta Pāḷi 5109 Navakanipāta Pāḷi 5110 Dasakanipāta Pāḷi 5111 Ekādasakanipāta Pāḷi	5201 Ekakanipāta Aṭṭhakathā 5202 Duka-tika-catukkanipāta Aṭṭhakathā 5203 Pañcaka-chakka-sattakanipāta Aṭṭhakathā 5204 Aṭṭhakādinipāta Aṭṭhakathā	5301 Ekakanipāta Ṭīkā 5302 Duka-tika-catukkanipāta Ṭīkā 5303 Pañcaka-chakka-sattakanipāta Ṭīkā 5304 Aṭṭhakādinipāta Ṭīkā
6101 Khuddakapāṭha Pāḷi 6102 Dhammapada Pāḷi 6103 Udāna Pāḷi 6104 Itivuttaka Pāḷi 6105 Suttanipāta Pāḷi 6106 Vimānavatthu Pāḷi 6107 Petavatthu Pāḷi 6108 Theragāthā Pāḷi 6109 Therīgāthā Pāḷi 6110 Apadāna Pāḷi-1 6111 Apadāna Pāḷi-2 6112 Buddhavaṃsa Pāḷi 6113 Cariyāpiṭaka Pāḷi 6114 Jātaka Pāḷi-1 6115 Jātaka Pāḷi-2 6116 Mahāniddesa Pāḷi 6117 Cūḷaniddesa Pāḷi 6118 Paṭisambhidāmagga Pāḷi 6119 Nettippakaraṇa Pāḷi 6120 Milindapañha Pāḷi 6121 Peṭakopadesa Pāḷi	6201 Khuddakapāṭha Aṭṭhakathā 6202 Dhammapada Aṭṭhakathā-1 6203 Dhammapada Aṭṭhakathā-2 6204 Udāna Aṭṭhakathā 6205 Itivuttaka Aṭṭhakathā 6206 Suttanipāta Aṭṭhakathā-1 6207 Suttanipāta Aṭṭhakathā-2 6208 Vimānavatthu Aṭṭhakathā 6209 Petavatthu Aṭṭhakathā 6210 Theragāthā Aṭṭhakathā-1 6211 Theragāthā Aṭṭhakathā-2 6212 Therīgāthā Aṭṭhakathā 6213 Apadāna Aṭṭhakathā-1 6214 Apadāna Aṭṭhakathā-2 6215 Buddhavaṃsa Aṭṭhakathā 6216 Cariyāpiṭaka Aṭṭhakathā 6217 Jātaka Aṭṭhakathā-1 6218 Jātaka Aṭṭhakathā-2 6219 Jātaka Aṭṭhakathā-3 6220 Jātaka Aṭṭhakathā-4 6221 Jātaka Aṭṭhakathā-5 6222 Jātaka Aṭṭhakathā-6 6223 Jātaka Aṭṭhakathā-7 6224 Mahāniddesa Aṭṭhakathā 6225 Cūḷaniddesa Aṭṭhakathā 6226 Paṭisambhidāmagga Aṭṭhakathā-1 6227 Paṭisambhidāmagga Aṭṭhakathā-2 6228 Nettippakaraṇa Aṭṭhakathā	6301 Nettippakaraṇa Ṭīkā 6302 Nettivibhāvinī
7101 Dhammasaṅgaṇī Pāḷi 7102 Vibhaṅga Pāḷi 7103 Dhātukathā Pāḷi 7104 Puggalapaññatti Pāḷi 7105 Kathāvatthu Pāḷi 7106 Yamaka Pāḷi-1 7107 Yamaka Pāḷi-2 7108 Yamaka Pāḷi-3 7109 Paṭṭhāna Pāḷi-1 7110 Paṭṭhāna Pāḷi-2 7111 Paṭṭhāna Pāḷi-3 7112 Paṭṭhāna Pāḷi-4 7113 Paṭṭhāna Pāḷi-5	7201 Dhammasaṅgaṇi Aṭṭhakathā 7202 Sammohavinodanī Aṭṭhakathā 7203 Pañcapakaraṇa Aṭṭhakathā	7301 Dhammasaṅgaṇī-mūlaṭīkā 7302 Vibhaṅga-mūlaṭīkā 7303 Pañcapakaraṇa-mūlaṭīkā 7304 Dhammasaṅgaṇī-anuṭīkā 7305 Pañcapakaraṇa-anuṭīkā 7306 Abhidhammāvatāro-nāmarūpaparicchedo 7307 Abhidhammatthasaṅgaho 7308 Abhidhammāvatāra-purāṇaṭīkā 7309 Abhidhammamātikāpāḷi

แบบไทย
บาลีแคน	ข้อคิดเห็น	คำอธิบายย่อย	อื่น
1101 ปาราชิกปาฬิ 1102 ปาจิตติยปาฬิ 1103 มหาวคฺคปาฬิ (วินัย) 1104 จูฬวคฺคปาฬิ 1105 ปริวารปาฬิ	1201 ปาราชิกกณฺฑอฏฺฐกถา-๑ 1202 ปาราชิกกณฺฑอฏฺฐกถา-๒ 1203 ปาจิตฺติยอฏฺฐกถา 1204 มหาวคฺคอฏฺฐกถา (วินัย) 1205 จูฬวคฺคอฏฺฐกถา 1206 ปริวารอฏฺฐกถา	1301 สารตฺถทีปนีฏีกา-๑ 1302 สารตฺถทีปนีฏีกา-๒ 1303 สารตฺถทีปนีฏีกา-๓	1401 ทเวมาติกาปาฬิ 1402 วินยสํคหอฏฺฐกถา 1403 วชิรพุทฺธิฏีกา 1404 วิมติวิโนทนีฏีกา-๑ 1405 วิมติวิโนทนีฏีกา-๒ 1406 วินยาลงฺการฏีกา-๑ 1407 วินยาลงฺการฏีกา-๒ 1408 กงฺขาวิตรณีปุราณฏีกา 1409 วินยวินิจฉย-อุตฺตรวินิจฉย 1410 วินยวินิจฉยฏีกา-๑ 1411 วินยวินิจฉยฏีกา-๒ 1412 ปาจิตฺยาทิโยชนาปาฬิ 1413 ขุทฺทสิกฺขา-มูลสิกฺขา 8401 วิสุทฺธิมคฺค-๑ 8402 วิสุทฺธิมคฺค-๒ 8403 วิสุทฺธิมคฺค-มหาฏีกา-๑ 8404 วิสุทฺธิมคฺค-มหาฏีกา-๒ 8405 วิสุทฺธิมคฺค-นิทานกถา 8406 ทีฆนิกาย (ปุ-วิ) 8407 มชฺฌิมนิกาย (ปุ-วิ) 8408 สํยุตฺตนิกาย (ปุ-วิ) 8409 องฺคุตฺตรนิกาย (ปุ-วิ) 8410 วินยปิฎก (ปุ-วิ) 8411 อภิธมฺมปิฎก (ปุ-วิ) 8412 อฏฺฐกถา (ปุ-วิ) 8413 นิรุตฺติทีปนี 8414 ปรมตฺถทีปนี สงฺคหมหาฏีกาปาฐ 8415 อนุทีปนีปาฐ 8416 ปฎฺฐานุทฺเทสทีปนีปาฐ 8417 นมกฺการฏีกา 8418 มหาปณามปาฐ 8419 ลกฺขณาโต พุทฺธโถมนาคาถา 8420 สุตวทน 8421 กมลาญฺชลิ 8422 ชินาลงฺการ 8423 ปชฺชมธุ 8424 พุทฺธคุณคาถาวลี 8425 จูฬคนฺถวํส 8427 สาสนวํส 8426 มหาวํส 8429 โมคฺคลฺลานพฺยากรณํ 8428 กจฺจายนพฺยากรณํ 8430 สทฺทานีติปฺปกรณํ (ปทมาลา) 8431 สทฺทานีติปฺปกรณํ (ธาตุมาลา) 8432 ปทรูปสิทฺธิ 8433 โมคคฺลานปญฺจิกา 8434 ปโยคสิทฺธิปาฐ 8435 วุตฺโตทยปาฐ 8436 อภิธานปฺปทีปิกาปาฐ 8437 อภิธานปฺปทีปิกาฏีกา 8438 สุโพธาลงฺการปาฐ 8439 สุโพธาลงฺการฏีกา 8440 พาลาวตาร คณฺฐิปทตฺถวินิจฺฉยสาร 8446 กวิทปฺปณนีติ 8447 นีติมญฺชรี 8445 ธมฺมนีติ 8444 มหารหนีติ 8441 โลกนีติ 8442 สุตฺตนฺตนีติ 8443 สูรสฺสตินีติ 8450 จาณกฺยนีติ 8448 นรทกฺขทีปนี 8449 จตุราวรกฺขทีปนี 8451 รสวาหินี 8452 สีมวิโสธนีปาฐ 8453 เวสฺสนฺตรคีติ 8454 โมคฺคลฺลาน วุตฺติวิวรณปญฺจิกา 8455 ถูปวํส 8456 ทาฐาวํส 8457 ธาตุปาฐวิลาสินิยา 8458 ธาตุวํส 8459 หตฺถวนคัลลวิหารวํส 8460 ชนจริตย 8461 ชนวํสทีปํ 8462 เตลกฏาหคาถา 8463 มิลิทฏีกา 8464 ปทมญฺชรี 8465 ปทสาธนํ 8466 สทฺทพินฺทุปกรณํ 8467 กจฺจายนธาตุมญฺชุสา 8468 สามนฺตกูฏวณฺณนา
2101 สีลกฺขนฺธวคฺคปาฬิ 2102 มหาวคฺคปาฬิ (ทีฆ) 2103 ปาถิกวคฺคปาฬิ	2201 สีลกฺขนฺธวคฺคอฏฺฐกถา 2202 มหาวคฺคอฏฺฐกถา (ทีฆ) 2203 ปาถิกวคฺคอฏฺฐกถา	2301 สีลกฺขนฺธวคฺคฏีกา 2302 มหาวคฺคฏีกา (ทีฆ) 2303 ปาถิกวคฺคฏีกา 2304 สีลกฺขนฺธวคฺค-อภินวฏีกา-๑ 2305 สีลกฺขนฺธวคฺค-อภินวฏีกา-๒
3101 มูลปณฺณาสปาฬิ 3102 มชฺฌิมปณฺณาสปาฬิ 3103 อุปริปณฺณาสปาฬิ	3201 มูลปณฺณาสอฏฺฐกถา-๑ 3202 มูลปณฺณาสอฏฺฐกถา-๒ 3203 มชฺฌิมปณฺณาสอฏฺฐกถา 3204 อุปริปณฺณาสอฏฺฐกถา	3301 มูลปณฺณาสฏีกา 3302 มชฺฌิมปณฺณาสฏีกา 3303 อุปริปณฺณาสฏีกา
4101 สคาถาวคฺคปาฬิ 4102 นิทานวคฺคปาฬิ 4103 ขนฺธวคฺคปาฬิ 4104 สฬายตนวคฺคปาฬิ 4105 มหาวคฺคปาฬิ (สํยุตฺต)	4201 สคาถาวคฺคอฏฺฐกถา 4202 นิทานวคฺคอฏฺฐกถา 4203 ขนฺธวคฺคอฏฺฐกถา 4204 สฬายตนวคฺคอฏฺฐกถา 4205 มหาวคฺคอฏฺฐกถา (สํยุตฺต)	4301 สคาถาวคฺคฏีกา 4302 นิทานวคฺคฏีกา 4303 ขนฺธวคฺคฏีกา 4304 สฬายตนวคฺคฏีกา 4305 มหาวคฺคฏีกา (สํยุตฺต)
5101 เอกกนิปาตปาฬิ 5102 ทุกนิปาตปาฬิ 5103 ติกนิปาตปาฬิ 5104 จตุกฺกนิปาตปาฬิ 5105 ปญฺจกนิปาตปาฬิ 5106 ฉกฺกนิปาตปาฬิ 5107 สตฺตกนิปาตปาฬิ 5108 อฏฺฐกาทินิปาตปาฬิ 5109 นวกนิปาตปาฬิ 5110 ทสกนิปาตปาฬิ 5111 เอกาทสกนิปาตปาฬิ	5201 เอกกนิปาตอฏฺฐกถา 5202 ทุก-ติก-จตุกฺกนิปาตอฏฺฐกถา 5203 ปญฺจก-ฉกฺก-สตฺตกนิปาตอฏฺฐกถา 5204 อฏฺฐกาทินิปาตอฏฺฐกถา	5301 เอกกนิปาตฏีกา 5302 ทุก-ติก-จตุกฺกนิปาตฏีกา 5303 ปญฺจก-ฉกฺก-สตฺตกนิปาตฏีกา 5304 อฏฺฐกาทินิปาตฏีกา
6101 ขุทฺทกปาฐปาฬิ 6102 ธมฺมปทปาฬิ 6103 อุทานปาฬิ 6104 อิติวุตฺตกปาฬิ 6105 สุตฺตนิบาตปาฬิ 6106 วิมานวตฺถุปาฬิ 6107 เปตวตฺถุปาฬิ 6108 เถรคาถาปาฬิ 6109 เถรีคาถาปาฬิ 6110 อปทานปาฬิ-๑ 6111 อปทานปาฬิ-๒ 6112 พุทธวงฺสปาฬิ 6113 จริยาปิฏกปาฬิ 6114 ชาตกปาฬิ-๑ 6115 ชาตกปาฬิ-๒ 6116 มหานิทฺเทสปาฬิ 6117 จูฬนิทฺเทสปาฬิ 6118 ปฏิสมฺภิทามคฺคปาฬิ 6119 เนตฺติปฺปกฺรณปาฬิ 6120 มิลินฺทปญฺหาปาฬิ 6121 เปฏโกปเทสปาฬิ	6201 ขุทฺทกปาฐอฏฺฐกถา 6202 ธมฺมปทอฏฺฐกถา-๑ 6203 ธมฺมปทอฏฺฐกถา-๒ 6204 อุทานอฏฺฐกถา 6205 อิติวุตฺตกอฏฺฐกถา 6206 สุตฺตนิบาตอฏฺฐกถา-๑ 6207 สุตฺตนิบาตอฏฺฐกถา-๒ 6208 วิมานวตฺถุอฏฺฐกถา 6209 เปตวตฺถุอฏฺฐกถา 6210 เถรคาถาอฏฺฐกถา-๑ 6211 เถรคาถาอฏฺฐกถา-๒ 6212 เถรีคาถาอฏฺฐกถา 6213 อปทานอฏฺฐกถา-๑ 6214 อปทานอฏฺฐกถา-๒ 6215 พุทธวงฺสอฏฺฐกถา 6216 จริยาปิฏกอฏฺฐกถา 6217 ชาตกอฏฺฐกถา-๑ 6218 ชาตกอฏฺฐกถา-๒ 6219 ชาตกอฏฺฐกถา-๓ 6220 ชาตกอฏฺฐกถา-๔ 6221 ชาตกอฏฺฐกถา-๕ 6222 ชาตกอฏฺฐกถา-๖ 6223 ชาตกอฏฺฐกถา-๗ 6224 มหานิทฺเทสอฏฺฐกถา 6225 จูฬนิทฺเทสอฏฺฐกถา 6226 ปฏิสมฺภิทามคฺคอฏฺฐกถา-๑ 6227 ปฏิสมฺภิทามคฺคอฏฺฐกถา-๒ 6228 เนตฺติปฺปกฺรณอฏฺฐกถา	6301 เนตฺติปฺปกฺรณฏีกา 6302 เนตฺติวิภาวินี
7101 ธมฺมสงฺคณีปาฬิ 7102 วิภงฺคปาฬิ 7103 ธาตุกถาปาฬิ 7104 ปุคฺคลปญฺญตฺติปาฬิ 7105 กถาวตฺถุปาฬิ 7106 ยมกปาฬิ-๑ 7107 ยมกปาฬิ-๒ 7108 ยมกปาฬิ-๓ 7109 ปฎฺฐานปาฬิ-๑ 7110 ปฎฺฐานปาฬิ-๒ 7111 ปฎฺฐานปาฬิ-๓ 7112 ปฎฺฐานปาฬิ-๔ 7113 ปฎฺฐานปาฬิ-๕	7201 ธมฺมสงฺคณิอฏฺฐกถา 7202 สมฺโมหวินิทนีอฏฺฐกถา 7203 ปญฺจปกรณอฏฺฐกถา	7301 ธมฺมสงฺคณีมูลฏีกา 7302 วิภงฺคมูลฏีกา 7303 ปญฺจปกรณมูลฏีกา 7304 ธมฺมสงฺคณีอนุฏีกา 7305 ปญฺจปกรณอนุฏีกา 7306 อภิธมฺมาวตาโร-นามรูปปริจฺเฉโท 7307 อภิธมฺมตฺถสงฺคโห 7308 อภิธมฺมาวตาร-ปุราณฏีกา 7309 อภิธมฺมมาติกาปาฬิ

བོད་མི
པཱ་ལི་གསུང་རབ།	འགྲེལ་བཤད།	འགྲེལ་བཤད་ཕྲན།	གཞན།
1101 ཕ་ར་ཇི་ཀ་པཱ་ལི། 1102 པཱ་ཙི་ཏི་ཡ་པཱ་ལི། 1103 མ་ཧཱ་ཝག་ག་པཱ་ལི། (ཝི་ན་ཡ) 1104 ཙཱུ་ལ་ཝག་ག་པཱ་ལི། 1105 པ་རི་ཝཱ་ར་པཱ་ལི།	1201 ཕ་ར་ཇི་ཀ་ཀཎྜ་ཨཊྛ་ཀ་ཐཱ-༡ 1202 ཕ་ར་ཇི་ཀ་ཀཎྜ་ཨཊྛ་ཀ་ཐཱ-༢ 1203 པཱ་ཙི་ཏི་ཡ་ཨཊྛ་ཀ་ཐཱ། 1204 མ་ཧཱ་ཝག་ག་ཨཊྛ་ཀ་ཐཱ། (ཝི་ན་ཡ) 1205 ཙཱུ་ལ་ཝག་ག་ཨཊྛ་ཀ་ཐཱ། 1206 པ་རི་ཝཱ་ར་ཨཊྛ་ཀ་ཐཱ།	1301 སཱ་རཏྠ་དཱི་པ་ནཱི་ཊཱི་ཀཱ-༡ 1302 སཱ་རཏྠ་དཱི་པ་ནཱི་ཊཱི་ཀཱ-༢ 1303 སཱ་རཏྠ་དཱི་པ་ནཱི་ཊཱི་ཀཱ-༣	1401 དྭེ་མཱ་ཏི་ཀཱ་པཱ་ལི། 1402 ཝི་ན་ཡ་སངྒ་ཧ་ཨཊྛ་ཀ་ཐཱ། 1403 ཝ་ཇི་ར་བུད་དྷི་ཊཱི་ཀཱ། 1404 ཝི་མ་ཏི་ཝི་ནོ་ད་ནཱི་ཊཱི་ཀཱ-༡ 1405 ཝི་མ་ཏི་ཝི་ནོ་ད་ནཱི་ཊཱི་ཀཱ-༢ 1406 ཝི་ན་ཡཱ་ལངྐཱ་ར་ཊཱི་ཀཱ-༡ 1407 ཝི་ན་ཡཱ་ལངྐཱ་ར་ཊཱི་ཀཱ-༢ 1408 ཀངྑཱ་ཝི་ཏ་ར་ཎཱི་པུ་རཱ་ཎ་ཊཱི་ཀཱ། 1409 ཝི་ན་ཡ་ཝི་ནི་ཙ་ཡ་ཨུ་ཏྟ་ར་ཝི་ནི་ཙ་ཡ། 1410 ཝི་ན་ཡ་ཝི་ནི་ཙ་ཡ་ཊཱི་ཀཱ-༡ 1411 ཝི་ན་ཡ་ཝི་ནི་ཙ་ཡ་ཊཱི་ཀཱ-༢ 1412 པཱ་ཙི་ཏྱཱ་དི་ཡོ་ཇ་ནཱ་པཱ་ལི། 1413 ཁུད་ད་སིཀྑཱ་མཱུ་ལ་སིཀྑཱ། 8401 ཝི་སུད་དྷི་མགྒ-༡ 8402 ཝི་སུད་དྷི་མགྒ-༢ 8403 ཝི་སུད་དྷི་མགྒ་མ་ཧཱ་ཊཱི་ཀཱ-༡ 8404 ཝི་སུད་དྷི་མགྒ་མ་ཧཱ་ཊཱི་ཀཱ-༢ 8405 ཝི་སུད་དྷི་མགྒ་ནི་དཱ་ན་ཀ་ཐཱ། 8406 དཱི་གྷ་ནི་ཀཱ་ཡ། (པུ་ཝི) 8407 མཛྷི་མ་ནི་ཀཱ་ཡ། (པུ་ཝི) 8408 སཾ་ཡུཏྟ་ནི་ཀཱ་ཡ། (པུ་ཝི) 8409 ཨངྒུ་ཏྟ་ར་ནི་ཀཱ་ཡ། (པུ་ཝི) 8410 ཝི་ན་ཡ་པི་ཊ་ཀ། (པུ་ཝི) 8411 ཨ་བྷི་དྷམྨ་པི་ཊ་ཀ། (པུ་ཝི) 8412 ཨཊྛ་ཀ་ཐཱ། (པུ་ཝི) 8413 ནི་རུཏྟི་དཱི་པ་ནཱི། 8414 པ་ར་མཏྠ་དཱི་པ་ནཱི་སངྒ་ཧ་མ་ཧཱ་ཊཱི་ཀཱ་པཱ་ཋ། 8415 ཨ་ནུ་དཱི་པ་ནཱི་པཱ་ཋ། 8416 པཊྛཱ་ནུདྡེ་ས་དཱི་པ་ནཱི་པཱ་ཋ། 8417 ན་མཀྐཱ་ར་ཊཱི་ཀཱ། 8418 མ་ཧཱ་པ་ཎཱ་མ་པཱ་ཋ། 8419 ལཀྑ་ཎཱ་ཏོ་བུདྡྷ་ཐོ་མ་ནཱ་གཱ་ཐཱ། 8420 སུ་ཏ་ཝནྡ་ནཱ། 8421 ཀ་མ་ལཱཉྫ་ལི། 8422 ཇི་ནཱ་ལངྐཱ་ར། 8423 པཛྫ་མ་དྷུ། 8424 བུདྡྷ་གུ་ཎ་གཱ་ཐཱ་ཝ་ལཱི། 8425 ཙཱུ་ལ་གནྠ་ཝཾ་ས། 8427 སཱ་ས་ན་ཝཾ་ས། 8426 མ་ཧཱ་ཝཾ་ས། 8429 མོགྒ་ལླཱ་ན་བྱཱ་ཀ་ར་ཎཾ། 8428 ཀཙྩཱ་ཡ་ན་བྱཱ་ཀ་ར་ཎཾ། 8430 སདྡ་ནཱི་ཏི་པྤ་ཀ་ར་ཎཾ། (པ་ད་མཱ་ལཱ) 8431 སདྡ་ནཱི་ཏི་པྤ་ཀ་ར་ཎཾ། (དྷཱ་ཏུ་མཱ་ལཱ) 8432 པ་ད་རཱུ་པ་སིད་དྷི། 8433 མོ་ག་ལླཱ་ན་པཉྩ་ཀཱ། 8434 པ་ཡོ་ག་སིད་དྷི་པཱ་ཋ། 8435 བུཏྟོ་ད་ཡ་པཱ་ཋ། 8436 ཨ་བྷི་དྷཱ་ན་པྤ་དཱི་པི་ཀཱ་པཱ་ཋ། 8437 ཨ་བྷི་དྷཱ་ན་པྤ་དཱི་པི་ཀཱ་ཊཱི་ཀཱ། 8438 སུ་བོ་དྷཱ་ལངྐཱ་ར་པཱ་ཋ། 8439 སུ་བོ་དྷཱ་ལངྐཱ་ར་ཊཱི་ཀཱ། 8440 བཱ་ལཱ་ཝ་ཏཱ་ར་གཎྛི་པ་དཏྠ་ཝི་ནི་ཙ་ཡ་སཱ་ར། 8446 ཀ་ཝི་དཔྤ་ཎ་ནཱི་ཏི། 8447 ནཱི་ཏི་མཉྫ་རཱི། 8445 དྷམྨ་ནཱི་ཏི། 8444 མ་ཧཱ་ར་ཧ་ནཱི་ཏི། 8441 ལོ་ཀ་ནཱི་ཏི། 8442 སུཏྟནྟ་ནཱ་ཏི། 8443 སཱུ་རསྶ་ཏི་ནཱི་ཏི། 8450 ཙཱ་ཎཀྱ་ནཱི་ཏི། 8448 ན་ར་དཀྑ་དཱི་པ་ནཱི། 8449 ཙ་ཏུ་རཱ་རཀྑ་དཱི་པ་ནཱི། 8451 ར་ས་ཝཱ་ཧི་ནཱི། 8452 སཱི་མ་ཝི་སོ་ད་ནཱི་པཱ་ཋ། 8453 ཝེསྶནྟ་ར་གཱི་ཏི། 8454 མོགྒ་ལླཱ་ན་བུཏྟི་ཝི་ཝ་ར་ཎ་པཉྩ་ཀཱ། 8455 ཐཱུ་པ་ཝཾ་ས། 8456 དཱ་ཊྷཱ་ཝཾ་ས། 8457 དྷཱ་ཏུ་པཱ་ཋ་ཝི་ལཱ་སི་ནི་ཡཱ། 8458 དྷཱ་ཏུ་ཝཾ་ས། 8459 ཧཏྠ་ཝ་ན་གལླ་ཝི་ཧཱ་ར་ཝཾ་ས། 8460 ཇི་ན་ཙ་རི་ཏ་ཡ། 8461 ཇི་ན་ཝཾ་ས་དཱི་པཾ། 8462 ཏེ་ལ་ཀ་ཊཱ་ཧ་གཱ་ཐཱ། 8463 མི་ལི་ད་ཊཱི་ཀཱ། 8464 པ་ད་མཉྫ་རཱི། 8465 པ་ད་སཱ་ད་ནཾ། 8466 སདྡ་བིནྡུ་པ་ཀ་ར་ཎཾ། 8467 ཀཙྩཱ་ཡ་ན་དྷཱ་ཏུ་མཉྫུ་སཱ། 8468 སཱ་མནྟ་ཀཱུ་ཊ་ཝཎྞ་ནཱ།
2101 སཱི་ལཀྑནྡྷ་ཝག་ག་པཱ་ལི། 2102 མ་ཧཱ་ཝག་ག་པཱ་ལི། (དཱི་གྷ) 2103 པཱ་ཐི་ཀ་ཝག་ག་པཱ་ལི།	2201 སཱི་ལཀྑནྡྷ་ཝག་ག་ཨཊྛ་ཀ་ཐཱ། 2202 མ་ཧཱ་ཝག་ག་ཨཊྛ་ཀ་ཐཱ། (དཱི་གྷ) 2203 པཱ་ཐི་ཀ་ཝག་ག་ཨཊྛ་ཀ་ཐཱ།	2301 སཱི་ལཀྑནྡྷ་ཝག་ག་ཊཱི་ཀཱ། 2302 མ་ཧཱ་ཝག་ག་ཊཱི་ཀཱ། (དཱི་གྷ) 2303 པཱ་ཐི་ཀ་ཝག་ག་ཊཱི་ཀཱ། 2304 སཱི་ལཀྑནྡྷ་ཝག་ག་ཨ་བྷི་ན་ཝ་ཊཱི་ཀཱ-༡ 2305 སཱི་ལཀྑནྡྷ་ཝག་ག་ཨ་བྷི་ན་ཝ་ཊཱི་ཀཱ-༢
3101 མཱུ་ལ་པཎྞཱ་ས་པཱ་ལི། 3102 མཛྷི་མ་པཎྞཱ་ས་པཱ་ལི། 3103 ཨུ་པ་རི་པཎྞཱ་ས་པཱ་ལི།	3201 མཱུ་ལ་པཎྞཱ་ས་ཨཊྛ་ཀ་ཐཱ-༡ 3202 མཱུ་ལ་པཎྞཱ་ས་ཨཊྛ་ཀ་ཐཱ-༢ 3203 མཛྷི་མ་པཎྞཱ་ས་ཨཊྛ་ཀ་ཐཱ། 3204 ཨུ་པ་རི་པཎྞཱ་ས་ཨཊྛ་ཀ་ཐཱ།	3301 མཱུ་ལ་པཎྞཱ་ས་ཊཱི་ཀཱ། 3302 མཛྷི་མ་པཎྞཱ་ས་ཊཱི་ཀཱ། 3303 ཨུ་པ་རི་པཎྞཱ་ས་ཊཱི་ཀཱ།
4101 ས་གཱ་ཐཱ་ཝག་ག་པཱ་ལི། 4102 ནི་དཱ་ན་ཝག་ག་པཱ་ལི། 4103 ཁནྡྷ་ཝག་ག་པཱ་ལི། 4104 ས་ལཱ་ཡ་ཏ་ན་ཝག་ག་པཱ་ལི། 4105 མ་ཧཱ་ཝག་ག་པཱ་ལི། (སཾ་ཡུཏྟ)	4201 ས་གཱ་ཐཱ་ཝག་ག་ཨཊྛ་ཀ་ཐཱ། 4202 ནི་དཱ་ན་ཝག་ག་ཨཊྛ་ཀ་ཐཱ། 4203 ཁནྡྷ་ཝག་ག་ཨཊྛ་ཀ་ཐཱ། 4204 ས་ལཱ་ཡ་ཏ་ན་ཝག་ག་ཨཊྛ་ཀ་ཐཱ། 4205 མ་ཧཱ་ཝག་ག་ཨཊྛ་ཀ་ཐཱ། (སཾ་ཡུཏྟ)	4301 ས་གཱ་ཐཱ་ཝག་ག་ཊཱི་ཀཱ། 4302 ནི་དཱ་ན་ཝག་ག་ཊཱི་ཀཱ། 4303 ཁནྡྷ་ཝག་ག་ཊཱི་ཀཱ། 4304 ས་ལཱ་ཡ་ཏ་ན་ཝག་ག་ཊཱི་ཀཱ། 4305 མ་ཧཱ་ཝག་ག་ཊཱི་ཀཱ། (སཾ་ཡུཏྟ)
5101 ཨེ་ཀ་ཀ་ནི་པཱ་ཏ་པཱ་ལི། 5102 དུ་ཀ་ནི་པཱ་ཏ་པཱ་ལི། 5103 ཏི་ཀ་ནི་པཱ་ཏ་པཱ་ལི། 5104 ཙ་ཏུཀྐ་ནི་པཱ་ཏ་པཱ་ལི། 5105 པཉྩ་ཀ་ནི་པཱ་ཏ་པཱ་ལི། 5106 ཆཀྐ་ནི་པཱ་ཏ་པཱ་ལི། 5107 སཏྟ་ཀ་ནི་པཱ་ཏ་པཱ་ལི། 5108 ཨཊྛ་ཀཱ་དི་ནི་པཱ་ཏ་པཱ་ལི། 5109 ན་ཝ་ཀ་ནི་པཱ་ཏ་པཱ་ལི། 5110 ད་ས་ཀ་ནི་པཱ་ཏ་པཱ་ལི། 5111 ཨེ་ཀཱ་ད་ས་ཀ་ནི་པཱ་ཏ་པཱ་ལི།	5201 ཨེ་ཀ་ཀ་ནི་པཱ་ཏ་ཨཊྛ་ཀ་ཐཱ། 5202 དུ་ཀ་ཏི་ཀ་ཙ་ཏུཀྐ་ནི་པཱ་ཏ་ཨཊྛ་ཀ་ཐཱ། 5203 པཉྩ་ཀ་ཆཀྐ་སཏྟ་ཀ་ནི་པཱ་ཏ་ཨཊྛ་ཀ་ཐཱ། 5204 ཨཊྛ་ཀཱ་དི་ནི་པཱ་ཏ་ཨཊྛ་ཀ་ཐཱ།	5301 ཨེ་ཀ་ཀ་ནི་པཱ་ཏ་ཊཱི་ཀཱ། 5302 དུ་ཀ་ཏི་ཀ་ཙ་ཏུཀྐ་ནི་པཱ་ཏ་ཊཱི་ཀཱ། 5303 པཉྩ་ཀ་ཆཀྐ་སཏྟ་ཀ་ནི་པཱ་ཏ་ཊཱི་ཀཱ། 5304 ཨཊྛ་ཀཱ་དི་ནི་པཱ་ཏ་ཊཱི་ཀཱ།
6101 ཁུད་ད་ཀ་པཱ་ཋ་པཱ་ལི། 6102 དྷམྨ་པ་ད་པཱ་ལི། 6103 ཨུ་དཱ་ན་པཱ་ལི། 6104 ཨི་ཏི་ཝུཏྟ་ཀ་པཱ་ལི། 6105 སུཏྟ་ནི་པཱ་ཏ་པཱ་ལི། 6106 ཝི་མཱ་ན་ཝཏྠུ་པཱ་ལི། 6107 པེ་ཏ་ཝཏྠུ་པཱ་ལི། 6108 ཐེ་ར་གཱ་ཐཱ་པཱ་ལི། 6109 ཐེ་རཱི་གཱ་ཐཱ་པཱ་ལི། 6110 ཨ་པ་དཱ་ན་པཱ་ལི-༡ 6111 ཨ་པ་དཱ་ན་པཱ་ལི-༢ 6112 བུདྡྷ་ཝཾ་ས་པཱ་ལི། 6113 ཙ་རི་ཡཱ་པི་ཊ་ཀ་པཱ་ལི། 6114 ཛཱ་ཏ་ཀ་པཱ་ལི-༡ 6115 ཛཱ་ཏ་ཀ་པཱ་ལི-༢ 6116 མ་ཧཱ་ནི་དྡེ་ས་པཱ་ལི། 6117 ཙཱུ་ལ་ནི་དྡེ་ས་པཱ་ལི། 6118 པ་ཊི་སམ་བྷི་དཱ་མགྒ་པཱ་ལི། 6119 ནེཏྟི་པྤ་ཀ་ར་ཎ་པཱ་ལི། 6120 མི་ལིནྡ་པཉྷ་པཱ་ལི། 6121 པེ་ཊ་ཀོ་པ་དེ་ས་པཱ་ལི།	6201 ཁུད་ད་ཀ་པཱ་ཋ་ཨཊྛ་ཀ་ཐཱ། 6202 དྷམྨ་པ་ད་ཨཊྛ་ཀ་ཐཱ-༡ 6203 དྷམྨ་པ་ད་ཨཊྛ་ཀ་ཐཱ-༢ 6204 ཨུ་དཱ་ན་ཨཊྛ་ཀ་ཐཱ། 6205 ཨི་ཏི་ཝུཏྟ་ཀ་ཨཊྛ་ཀ་ཐཱ། 6206 སུཏྟ་ནི་པཱ་ཏ་ཨཊྛ་ཀ་ཐཱ-༡ 6207 སུཏྟ་ནི་པཱ་ཏ་ཨཊྛ་ཀ་ཐཱ-༢ 6208 ཝི་མཱ་ན་ཝཏྠུ་ཨཊྛ་ཀ་ཐཱ། 6209 པེ་ཏ་ཝཏྠུ་ཨཊྛ་ཀ་ཐཱ། 6210 ཐེ་ར་གཱ་ཐཱ་ཨཊྛ་ཀ་ཐཱ-༡ 6211 ཐེ་ར་གཱ་ཐཱ་ཨཊྛ་ཀ་ཐཱ-༢ 6212 ཐེ་རཱི་གཱ་ཐཱ་ཨཊྛ་ཀ་ཐཱ། 6213 ཨ་པ་དཱ་ན་ཨཊྛ་ཀ་ཐཱ-༡ 6214 ཨ་པ་དཱ་ན་ཨཊྛ་ཀ་ཐཱ-༢ 6215 བུདྡྷ་ཝཾ་ས་ཨཊྛ་ཀ་ཐཱ། 6216 ཙ་རི་ཡཱ་པི་ཊ་ཀ་ཨཊྛ་ཀ་ཐཱ། 6217 ཛཱ་ཏ་ཀ་ཨཊྛ་ཀ་ཐཱ-༡ 6218 ཛཱ་ཏ་ཀ་ཨཊྛ་ཀ་ཐཱ-༢ 6219 ཛཱ་ཏ་ཀ་ཨཊྛ་ཀ་ཐཱ-༣ 6220 ཛཱ་ཏ་ཀ་ཨཊྛ་ཀ་ཐཱ-༤ 6221 ཛཱ་ཏ་ཀ་ཨཊྛ་ཀ་ཐཱ-༥ 6222 ཛཱ་ཏ་ཀ་ཨཊྛ་ཀ་ཐཱ-༦ 6223 ཛཱ་ཏ་ཀ་ཨཊྛ་ཀ་ཐཱ-༧ 6224 མ་ཧཱ་ནི་དྡེ་ས་ཨཊྛ་ཀ་ཐཱ། 6225 ཙཱུ་ལ་ནི་དྡེ་ས་ཨཊྛ་ཀ་ཐཱ། 6226 པ་ཊི་སམ་བྷི་དཱ་མགྒ་ཨཊྛ་ཀ་ཐཱ-༡ 6227 པ་ཊི་སམ་བྷི་དཱ་མགྒ་ཨཊྛ་ཀ་ཐཱ-༢ 6228 ནེཏྟི་པྤ་ཀ་ར་ཎ་ཨཊྛ་ཀ་ཐཱ།	6301 ནེཏྟི་པྤ་ཀ་ར་ཎ་ཊཱི་ཀཱ། 6302 ནེཏྟི་ཝི་བྷཱི་ནཱི།
7101 དྷམྨ་སངྒ་ཎཱི་པཱ་ལི། 7102 ཝི་བྷངྒ་པཱ་ལི། 7103 དྷཱ་ཏུ་ཀ་ཐཱ་པཱ་ལི། 7104 པུགྒ་ལ་པཉྙཏྟི་པཱ་ལི། 7105 ཀ་ཐཱ་ཝཏྠུ་པཱ་ལི། 7106 ཡ་མ་ཀ་པཱ་ལི-༡ 7107 ཡ་མ་ཀ་པཱ་ལི-༢ 7108 ཡ་མ་ཀ་པཱ་ལི-༣ 7109 པཊྛཱ་ན་པཱ་ལི-༡ 7110 པཊྛཱ་ན་པཱ་ལི-༢ 7111 པཊྛཱ་ན་པཱ་ལི-༣ 7112 པཊྛཱ་ན་པཱ་ལི-༤ 7113 པཊྛཱ་ན་པཱ་ལི-༥	7201 དྷམྨ་སངྒ་ཎི་ཨཊྛ་ཀ་ཐཱ། 7202 སམྨོ་ཧ་ཝི་ནོ་ད་ནཱི་ཨཊྛ་ཀ་ཐཱ། 7203 པཉྩ་པ་ཀ་ར་ཎ་ཨཊྛ་ཀ་ཐཱ།	7301 དྷམྨ་སངྒ་ཎཱི་མཱུ་ལ་ཊཱི་ཀཱ། 7302 ཝི་བྷངྒ་མཱུ་ལ་ཊཱི་ཀཱ། 7303 པཉྩ་པ་ཀ་ར་ཎ་མཱུ་ལ་ཊཱི་ཀཱ། 7304 དྷམྨ་སངྒ་ཎཱི་ཨ་ནུ་ཊཱི་ཀཱ། 7305 པཉྩ་པ་ཀ་ར་ཎ་ཨ་ནུ་ཊཱི་ཀཱ། 7306 ཨ་བྷི་དྷམྨཱ་ཝ་ཏཱ་རོ་ནཱ་མ་རཱུ་པ་པ་རི་ཙྪེ་དོ། 7307 ཨ་བྷི་དྷམྨཏྠ་སངྒ་ཧོ། 7308 ཨ་བྷི་དྷམྨཱ་ཝ་ཏཱ་ར་པུ་རཱ་ཎ་ཊཱི་ཀཱ། 7309 ཨ་བྷི་དྷམྨ་མཱ་ཏི་ཀཱ་པཱ་ལི།

Tiếng Việt
Kinh điển Pali	Chú giải	Phụ chú giải	Khác
1101 Pārājika Pāḷi 1102 Pācittiya Pāḷi 1103 Mahāvagga Pāḷi (Tạng Luật) 1104 Cūḷavagga Pāḷi 1105 Parivāra Pāḷi	1201 Chú Giải Pārājikakaṇḍa - 1 1202 Chú Giải Pārājikakaṇḍa - 2 1203 Chú Giải Pācittiya 1204 Chú Giải Mahāvagga (Tạng Luật) 1205 Chú Giải Cūḷavagga 1206 Chú Giải Parivāra	1301 Phụ Chú Giải Sāratthadīpanī - 1 1302 Phụ Chú Giải Sāratthadīpanī - 2 1303 Phụ Chú Giải Sāratthadīpanī - 3	1401 Dvemātikāpāḷi 1402 Chú Giải Vinayasaṅgaha 1403 Phụ Chú Giải Vajirabuddhi 1404 Phụ Chú Giải Vimativinodanī - 1 1405 Phụ Chú Giải Vimativinodanī - 2 1406 Phụ Chú Giải Vinayālaṅkāra - 1 1407 Phụ Chú Giải Vinayālaṅkāra - 2 1408 Phụ Chú Giải Kaṅkhāvitaraṇīpurāṇa 1409 Vinayavinicchaya-uttaravinicchaya 1410 Phụ Chú Giải Vinayavinicchaya - 1 1411 Phụ Chú Giải Vinayavinicchaya - 2 1412 Pācityādiyojanāpāḷi 1413 Khuddasikkhā-mūlasikkhā 8401 Thanh Tịnh Đạo - 1 8402 Thanh Tịnh Đạo - 2 8403 Đại Phụ Chú Giải Thanh Tịnh Đạo - 1 8404 Đại Phụ Chú Giải Thanh Tịnh Đạo - 2 8405 Lời Tựa Thanh Tịnh Đạo 8406 Trường Bộ Kinh (Vấn Đáp) 8407 Trung Bộ Kinh (Vấn Đáp) 8408 Tương Ưng Bộ Kinh (Vấn Đáp) 8409 Tăng Chi Bộ Kinh (Vấn Đáp) 8410 Tạng Luật (Vấn Đáp) 8411 Tạng Vi Diệu Pháp (Vấn Đáp) 8412 Chú Giải (Vấn Đáp) 8413 Niruttidīpanī 8414 Paramatthadīpanī Saṅgahamahāṭīkāpāṭha 8415 Anudīpanīpāṭha 8416 Paṭṭhānuddesa dīpanīpāṭha 8417 Phụ Chú Giải Namakkāra 8418 Mahāpaṇāmapāṭha 8419 Lakkhaṇāto buddhathomanāgāthā 8420 Sutavandanā 8421 Kamalāñjali 8422 Jinālaṅkāra 8423 Pajjamadhu 8424 Buddhaguṇagāthāvalī 8425 Cūḷaganthavaṃsa 8426 Mahāvaṃsa 8427 Sāsanavaṃsa 8428 Kaccāyanabyākaraṇaṃ 8429 Moggallānabyākaraṇaṃ 8430 Saddanītippakaraṇaṃ (padamālā) 8431 Saddanītippakaraṇaṃ (dhātumālā) 8432 Padarūpasiddhi 8433 Mogallānapañcikā 8434 Payogasiddhipāṭha 8435 Vuttodayapāṭha 8436 Abhidhānappadīpikāpāṭha 8437 Phụ Chú Giải Abhidhānappadīpikā 8438 Subodhālaṅkārapāṭha 8439 Phụ Chú Giải Subodhālaṅkāra 8440 Bālāvatāra gaṇṭhipadatthavinicchayasāra 8441 Lokanīti 8442 Suttantanīti 8443 Sūrassatinīti 8444 Mahārahanīti 8445 Dhammanīti 8446 Kavidappaṇanīti 8447 Nītimañjarī 8448 Naradakkhadīpanī 8449 Caturārakkhadīpanī 8450 Cāṇakyanīti 8451 Rasavāhinī 8452 Sīmavisodhanīpāṭha 8453 Vessantaragīti 8454 Moggallāna vuttivivaraṇapañcikā 8455 Thūpavaṃsa 8456 Dāṭhāvaṃsa 8457 Dhātupāṭhavilāsiniyā 8458 Dhātuvaṃsa 8459 Hatthavanagallavihāravaṃsa 8460 Jinacaritaya 8461 Jinavaṃsadīpaṃ 8462 Telakaṭāhagāthā 8463 Phụ Chú Giải Milinda 8464 Padamañjarī 8465 Padasādhanaṃ 8466 Saddabindupakaraṇaṃ 8467 Kaccāyanadhātumañjusā 8468 Sāmantakūṭavaṇṇanā
2101 Sīlakkhandhavagga Pāḷi 2102 Mahāvagga Pāḷi (Trường Bộ) 2103 Pāthikavagga Pāḷi	2201 Chú Giải Sīlakkhandhavagga 2202 Chú Giải Mahāvagga (Trường Bộ) 2203 Chú Giải Pāthikavagga	2301 Phụ Chú Giải Sīlakkhandhavagga 2302 Phụ Chú Giải Mahāvagga (Trường Bộ) 2303 Phụ Chú Giải Pāthikavagga 2304 Phụ Chú Giải Mới Sīlakkhandhavagga - 1 2305 Phụ Chú Giải Mới Sīlakkhandhavagga - 2
3101 Mūlapaṇṇāsa Pāḷi 3102 Majjhimapaṇṇāsa Pāḷi 3103 Uparipaṇṇāsa Pāḷi	3201 Chú Giải Mūlapaṇṇāsa - 1 3202 Chú Giải Mūlapaṇṇāsa - 2 3203 Chú Giải Majjhimapaṇṇāsa 3204 Chú Giải Uparipaṇṇāsa	3301 Phụ Chú Giải Mūlapaṇṇāsa 3302 Phụ Chú Giải Majjhimapaṇṇāsa 3303 Phụ Chú Giải Uparipaṇṇāsa
4101 Sagāthāvagga Pāḷi 4102 Nidānavagga Pāḷi 4103 Khandhavagga Pāḷi 4104 Saḷāyatanavagga Pāḷi 4105 Mahāvagga Pāḷi (Tương Ưng Bộ)	4201 Chú Giải Sagāthāvagga 4202 Chú Giải Nidānavagga 4203 Chú Giải Khandhavagga 4204 Chú Giải Saḷāyatanavagga 4205 Chú Giải Mahāvagga (Tương Ưng Bộ)	4301 Phụ Chú Giải Sagāthāvagga 4302 Phụ Chú Giải Nidānavagga 4303 Phụ Chú Giải Khandhavagga 4304 Phụ Chú Giải Saḷāyatanavagga 4305 Phụ Chú Giải Mahāvagga (Tương Ưng Bộ)
5101 Ekakanipāta Pāḷi 5102 Dukanipāta Pāḷi 5103 Tikanipāta Pāḷi 5104 Catukkanipāta Pāḷi 5105 Pañcakanipāta Pāḷi 5106 Chakkanipāta Pāḷi 5107 Sattakanipāta Pāḷi 5108 Aṭṭhakādinipāta Pāḷi 5109 Navakanipāta Pāḷi 5110 Dasakanipāta Pāḷi 5111 Ekādasakanipāta Pāḷi	5201 Chú Giải Ekakanipāta 5202 Chú Giải Duka-tika-catukkanipāta 5203 Chú Giải Pañcaka-chakka-sattakanipāta 5204 Chú Giải Aṭṭhakādinipāta	5301 Phụ Chú Giải Ekakanipāta 5302 Phụ Chú Giải Duka-tika-catukkanipāta 5303 Phụ Chú Giải Pañcaka-chakka-sattakanipāta 5304 Phụ Chú Giải Aṭṭhakādinipāta
6101 Khuddakapāṭha Pāḷi 6102 Dhammapada Pāḷi 6103 Udāna Pāḷi 6104 Itivuttaka Pāḷi 6105 Suttanipāta Pāḷi 6106 Vimānavatthu Pāḷi 6107 Petavatthu Pāḷi 6108 Theragāthā Pāḷi 6109 Therīgāthā Pāḷi 6110 Apadāna Pāḷi - 1 6111 Apadāna Pāḷi - 2 6112 Buddhavaṃsa Pāḷi 6113 Cariyāpiṭaka Pāḷi 6114 Jātaka Pāḷi - 1 6115 Jātaka Pāḷi - 2 6116 Mahāniddesa Pāḷi 6117 Cūḷaniddesa Pāḷi 6118 Paṭisambhidāmagga Pāḷi 6119 Nettippakaraṇa Pāḷi 6120 Milindapañha Pāḷi 6121 Peṭakopadesa Pāḷi	6201 Chú Giải Khuddakapāṭha 6202 Chú Giải Dhammapada - 1 6203 Chú Giải Dhammapada - 2 6204 Chú Giải Udāna 6205 Chú Giải Itivuttaka 6206 Chú Giải Suttanipāta - 1 6207 Chú Giải Suttanipāta - 2 6208 Chú Giải Vimānavatthu 6209 Chú Giải Petavatthu 6210 Chú Giải Theragāthā - 1 6211 Chú Giải Theragāthā - 2 6212 Chú Giải Therīgāthā 6213 Chú Giải Apadāna - 1 6214 Chú Giải Apadāna - 2 6215 Chú Giải Buddhavaṃsa 6216 Chú Giải Cariyāpiṭaka 6217 Chú Giải Jātaka - 1 6218 Chú Giải Jātaka - 2 6219 Chú Giải Jātaka - 3 6220 Chú Giải Jātaka - 4 6221 Chú Giải Jātaka - 5 6222 Chú Giải Jātaka - 6 6223 Chú Giải Jātaka - 7 6224 Chú Giải Mahāniddesa 6225 Chú Giải Cūḷaniddesa 6226 Chú Giải Paṭisambhidāmagga - 1 6227 Chú Giải Paṭisambhidāmagga - 2 6228 Chú Giải Nettippakaraṇa	6301 Phụ Chú Giải Nettippakaraṇa 6302 Nettivibhāvinī
7101 Dhammasaṅgaṇī Pāḷi 7102 Vibhaṅga Pāḷi 7103 Dhātukathā Pāḷi 7104 Puggalapaññatti Pāḷi 7105 Kathāvatthu Pāḷi 7106 Yamaka Pāḷi - 1 7107 Yamaka Pāḷi - 2 7108 Yamaka Pāḷi - 3 7109 Paṭṭhāna Pāḷi - 1 7110 Paṭṭhāna Pāḷi - 2 7111 Paṭṭhāna Pāḷi - 3 7112 Paṭṭhāna Pāḷi - 4 7113 Paṭṭhāna Pāḷi - 5	7201 Chú Giải Dhammasaṅgaṇi 7202 Chú Giải Sammohavinodanī 7203 Chú Giải Pañcapakaraṇa	7301 Phụ Chú Giải Gốc Dhammasaṅgaṇī 7302 Phụ Chú Giải Gốc Vibhaṅga 7303 Phụ Chú Giải Gốc Pañcapakaraṇa 7304 Phụ Chú Giải Tiếp Theo Dhammasaṅgaṇī 7305 Phụ Chú Giải Tiếp Theo Pañcapakaraṇa 7306 Abhidhammāvatāro-nāmarūpaparicchedo 7307 Abhidhammatthasaṅgaho 7308 Phụ Chú Giải Cổ Điển Abhidhammāvatāra 7309 Abhidhammamātikāpāḷi